Приговор № 1-295/2017 от 2 октября 2017 г. по делу № 1-295/2017

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г.Димитровград 3 октября 2017 года

Димитровградский городской суд Ульяновской области в составе председательствующего судьи Афанасьева К.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г.Димитровграда Ульяновской области Чугунова П.В.,

подсудимого ФИО1,

защиты в лице адвоката *** ФИО2, представившей удостоверение №*** и ордер №** от ** сентября 2017 года,

при секретаре Сараевой А.А.,

рассмотрев материалы уголовного дела №1-295/2017 в отношении

ФИО1, ***, ранее не судимого,

не содержавшегося под стражей,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п.«з» ч.2 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 виновен в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенном с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено ФИО1 на территории г.Димитровграда Ульяновской области при следующих обстоятельствах.

21 ноября 2016 года, в период времени с 17 часов до 19 часов 07 минут, ФИО1, находясь в кв.** д.*** по ул.*** в г.Димитровграде Ульяновской области, на почве личных неприязненных отношений учинил ссору с П*, в ходе которой решил причинить тяжкий вред здоровью последнего.

С этой целью ФИО1, в указанные дату и промежуток времени, используя в качестве оружия имеющийся у него молоток, умышленно нанес им не менее двух ударов по голове П*.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил П* открытую проникающую черепно-мозговую травму: ушибленную рану в теменной области слева, вдавленный оскольчатый перелом левой теменной кости с развитием пневмоцефалии, кефалогематому левой теменной кости, ушибленную рану в затылочной области слева, ушиб головного мозга средней степени тяжести, которая квалифицируется как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью человека по признаку опасности для жизни.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершенном преступлении признал частично, указав следующее.

Потерпевший П* до случившегося проживал у него в квартире. В тот день с утра они распивали спиртное. П* с самого начала провоцировал его, предлагал подраться, но он отказывался. Затем пришел С1*. Он (ФИО1) с П* вышли в зал, оба находились в состоянии опьянения. С1* в этот момент находился в кухне. П* сидел на диване, а он присел перед ним на корточки. П* вновь стал предлагать подраться, он отказался, тогда П* нанес ему два-три удара рукой в лицо, от которых он упал на пол, на спину. П* в этот момент подошел к нему, сел ему на живот. Поскольку от ударов П* он «отлетел» в сторону прихожей, то смог дотянуться рукой до молотка, который находился в прихожей, взял молоток, держа его за конец рукоятки вниз бойком, нанес П* один «подзатыльник» боковой плоской поверхностью молотка. От удара у П* было рассечение, пошла кровь. После этого он и С1* промыли рану П*, а он дал С1* перекись, чтобы тот обработал рану. После этого П* ушел из его квартиры. Удар он нанес от злобы на П*, в тоже время указал, что испугался П*, так как тот был агрессивен, является бывшим боксером, а перед этим нанес указанные удары в лицо. Полагает, что телесные повреждения были причинены П* другими лицами на улице. После случившегося, когда П* выписали из больницы, он приносил ему извинения, П* их принял и не имел к нему претензий.

В тоже время, из показаний ФИО1 данных им в ходе досудебного производства и оглашенных в соответствии со ст.276 УПК РФ следует, что 21.11.2016 года он распивал спиртное вместе с П* и С1*. Во время распития спиртного у него произошел конфликт с П*, в ходе которого тот настаивал, чтобы он (ФИО1) ударил П*. Он не собирался ударять П* и тогда П* нанес ему три удара кулаком в лицо, от которых он упал на пол. Он разозлился на П*, сходил в прихожую за молотком, подошел к П* и ударил молотком в затылочную область головы, отчего у П* пошла кровь. После этого он и С1* отвели П* в ванную, промыли рану, обработали ее. После этого П* ушел из квартиры (т.1 л.д.51-52).

В ходе следственного эксперимента 20.04.2017 года ФИО1 продемонстрировал, каким образом им был нанесен один удар молотком в затылочную область головы П* (т.1 л.д.198-201).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 23 июня 2017 года, ФИО1 показал, что не помнит точного количества ударов молотком, нанесенных П* ввиду состояния алкогольного опьянения (т.2 л.д.32-33).

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 2 августа 2017 года, ФИО1 показал, что нанес один удар молотком по голове П*, однако, не помнит, как именно наносил этот удар ввиду состояния алкогольного опьянения (т.2 л.д.108-109).

Оценивая показания ФИО1, данные им в ходе рассмотрения дела судом, а также в ходе досудебного производства, суд считает, что в основу приговора они могут быть положены лишь в той части, в какой они согласуются с иными доказательствами, исследованными по делу.

Вина ФИО1 в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью П* подтверждается следующими исследованными в ходе рассмотрения дела доказательствами.

Оглашенными в соответствии с п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.197) показаниями свидетеля С1*, согласно которых 21.11.2016 года он находился у ФИО1 дома, распивал спиртное вместе с ФИО1 и П*. ФИО1 и П* вышли в зал, а он остался в кухне. Он слышал, что П* стал предлагать ФИО1 подраться. Потом он услышал, как П* застонал, пошел в зал и увидел, что П* лежит на полу, вся голова у него была в крови. Каких-либо предметов в руках ФИО1 он не видел. Они с ФИО1 отвели П* в ванную, промыли голову, обработали рану. Потом П* ушел. В области левого виска каких-либо телесных повреждений у П* он не видел (т.1 л.д.127).

Допрошенный в судебном заседании свидетель С2* пояснил, что в настоящее время он проживает в квартире ФИО1 вместе с ним. В ноябре 2016 года он вместе с С3* шел в магазин. Около д.** по ул.***** он увидел лежащего на земле человека, он лежал на канализационном люке, который был в крови. Они осмотрели этого человека, им оказался П*. Они его подняли, спросили, что произошло, тот пояснил, что на него напали сзади, избили, говорил, что напал «молодняк». Они промыли П* голову, вызвали скорую помощь, П* увезли в больницу. О ФИО1 П* вообще ничего не говорил.

Кроме того, вина подсудимого подтверждается письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании:

· Протоколом принятия устного заявления о преступлении от 21.11.2016 года, согласно которого П* указал, что телесные повреждения были им получены 21.11.2016 года в вечернее время от действий неизвестных лиц (т.1 л.д.5);

· Протоколом осмотра места происшествия от 24.11.2016 года, согласно которого была осмотрена квартира ФИО1, в ходе осмотра ФИО1 был указан молоток, которым он нанес удар П* по голове (т.1 л.д.33-36);

· Заявлением П* от 25.11.2016 года, согласно которого он претензий к ФИО1 не имеет, просит не привлекать его к ответственности (т.1 л.д.38);

· Заключением судебной медицинской экспертизы от ** января 2017 года №***, согласно выводов которой у П* имелись следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма: две ушибленные раны в теменной области волосистой части головы слева, гематома в височной области слева, кефалогематома в левой теменной области, вдавленный оскольчатый перелом левой теменной кости, ушиб головного мозга, осложненный пневмоцефалией (проникновением воздуха в полость черепа), расценивающиеся как повлекшие тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни (т.1 л.д.82-84);

· Заключением судебной биологической экспертизы от ** января 2017 года №***, согласно выводов которой на представленном молотке обнаружена кровь человека, а также волос, который мог произойти от человека (т.1 л.д.90-92);

· Протоколом осмотра предметов от 14 января 2017 года, согласно которого был осмотрен молоток (т.1 л.д.94-95);

· Заключением дополнительной судебной медицинской экспертизы от * февраля 2017 года №***, согласно выводов которой у П* имелись следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма: две ушибленные раны в теменной области волосистой части головы слева, гематома в височной области слева, кефалогематома в левой теменной области, вдавленный оскольчатый перелом левой теменной кости, ушиб головного мозга, осложненный пневмоцефалией (проникновением воздуха в полость черепа), расценивающиеся как повлекшие тяжкий вред, причиненный здоровью человека, по признаку опасности для жизни. Указанное телесное повреждение получено не менее чем от трех воздействий тупого твердого предмета, возможно, от ударов молотком (т.1 л.д.109-112);

· Заключением судебной биологической экспертизы от ** февраля 2017 года №***, согласно выводов которой волос, изъятый с молотка, мог произойти от П* (т.1 л.д.120-122);

· Протоколом осмотра предметов от 18 февраля 2017 года, согласно которого были осмотрены: отрезок дактилоскопической пленки, волосы (т.1 л.д.124-125);

· Заключением судебной медицинской медико-криминалистической экспертизы №*** от * июня 2017 года, согласно выводов которой установить возможность причинения телесных повреждений П* при обстоятельствах, указанным им при его допросах не представилось возможным. Возможность причинения телесных повреждений П* при обстоятельствах, указанных ФИО1 при следственном эксперименте, исключается. Область расположения вдавленного перелома левой теменной кости у П* исключает возможность его образования при падении и ударе о бетонную поверхность вокруг канализационного люка, либо о бордюр (т.1 л.д.240-243);

· Заключением судебной медицинской медико-криминалистической экспертизы №***** от * июня 2017 года, согласно выводов которой, установить механизм образования ран волосистой части головы П* не представилось возможным, зафиксированный на КТ-сканах перелом левой теменной кости указывает на то, что он образовался при воздействии тупого твердого предмета с ограниченной травмирующей поверхностью, направление воздействия – сзади слева наперед направо. Возможность причинения вдавленного перелома левой теменной кости молотком, не исключается по общим групповым признакам (т.1 л.д.249-254);

· Заключением комиссионной судебной медицинской экспертизы от ** августа 2017 года №***, согласно выводов которой у П* обнаружены телесные повреждения: открытая проникающая черепно-мозговая травма: ушибленная рана в теменной области слева, вдавленный оскольчатый перелом левой теменной кости с развитием пневмоцефалии, кефалогематома левой теменной кости, ушибленная рана в затылочной области слева, ушиб головного мозга средней степени тяжести, а также подкожная гематома в правой скуловой области, подкожная гематома в левой височной области. Учитывая расположение вдавленного перелома левой теменной кости не исключено, что ушибленная рана в теменной области слева и вдавленный перелом левой теменной кости имеют единый механизм образования и образовались в результате однократного травмирующего воздействия. Открытая черепно-мозговая травма могла образоваться от двух травмирующих воздействий, зонами приложения травмирующей силы являлись теменная область слева и затылочная область слева. Учитывая характер и локализацию оскольчатого вдавленного перелома левой теменной кости и ушибленных ран в теменной и затылочной областях слева, указанные повреждения не могли образоваться при падении с последующим ударом о тупую твердую преобладающую плоскую, в том числе бетонную, поверхность. Открытая проникающая черепно-мозговая травма, проявившаяся ушибленными ранами волосистой части головы (в теменной и затылочной областях слева), вдавленным оскольчатым переломом левой теменной кости, кефалогематомой, ушибом головного мозга средней степени тяжести, осложнившаяся пневмоцефалией, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Подкожные гематомы в правой скуловой области и в левой височной области получены от воздействия предмета (предметов), характерные и индивидуальные особенности которого (которых) в повреждениях не отобразились. Указанные повреждения могли образоваться как в результате ударных травмирующих воздействий, так и доступны для образования их в результате падения из положения стоя на тупую твердую преобладающую поверхность, либо выступающие тупые твердые предметы. Бетонная поверхность около канализационного люка и бордюр под указанные характеристики подпадают. Указанные телесные повреждения как вред здоровью не расцениваются. При обстоятельствах, указанных ФИО1 в допросах от 25.11.2016 года и в ходе следственного эксперимента, могла образоваться ушибленная рана в затылочной области слева, обстоятельств причинения П* ушибленной раны в теменной области слева, вдавленного оскольчатого перелома левой теменной кости, кефалогематомы в теменной области слева, подкожной гематомы в правой скуловой области и подкожной гематомы в левой височной области ФИО1 не приведено (т.2 л.д.140-156).

Оценивая вышеприведенные доказательства, суд находит их относимыми и допустимыми, а их совокупность – достаточной для того, чтобы сделать вывод о квалификации содеянного подсудимым и об его виновности.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по п.«з» ч.2 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Анализ исследованных в судебном заседании доказательств позволяет суду признать установленным, что ФИО1, на почве личных неприязненных отношений, действуя с умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью П*, нанес ему не менее двух ударов молотком, используемым в качестве оружия, по голове, причинив потерпевшему телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Суд считает установленным, что указанные действия были совершены в отношении П* именно 21 ноября 2016 года в период времени с 17 часов до 19 часов 07 минут в квартире ** д.*** по ул.*** в г.Димитровграде Ульяновской области.

Также суд считает установленным, что указанные действия в отношении П* совершены именно подсудимым, поскольку это прямо следует из показаний самого подсудимого, а также свидетеля С1*.

Версия стороны защиты о возможности получения П* телесных повреждений в результате действий иных лиц, либо в результате падения своего подтверждения в судебном заседании не нашла.

Так, из показаний свидетеля С1* следует, что телесные повреждения были получены П* именно в квартире ФИО1 именно в тот момент, когда ФИО1 и П* находились вместе в комнате квартиры ФИО1. Факт причинения телесных повреждений именно подсудимым не отрицается им самим. Из заключения судебной биологической экспертизы следует, что обнаруженный на молотке волос, принадлежит П*. Также из заключений проведенных по делу медицинских экспертиз следует, что при падении, в том числе, на бордюр, канализационный люк либо на бетонную поверхность вокруг него, телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью, получены быть не могли. В тоже время, пояснения П*, о которых указал С2*, о нападении на П* иных лиц, объясняются характером взаимоотношений между подсудимым и потерпевшим, желанием потерпевшего помочь подсудимому избежать ответственности. Кроме того, судом учитывается заключение судебной медицинской экспертизы, из выводов которой следует, что возможность причинения П* телесных повреждений молотком ФИО1 не исключается.

Все изложенное, в совокупности, позволяет сделать вывод о том, что телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью, причинены П* именно ФИО1, при обстоятельствах, изложенных выше.

Также не нашла своего подтверждения и версия защиты, изложенная подсудимым в судебном заседании, о том, что ФИО1 оборонялся от действий П*.

Так, из показаний самого подсудимого в ходе досудебного производства (т.1 л.д.51-52) следует, что после нанесения ему П* ударов в лицо, потерпевший каких-либо активных действий более не предпринимал, а подсудимый имел возможность сходить в прихожую, взять молоток, вернуться в комнату, и нанести удар молотком по голове потерпевшего.

При этом показания ФИО1 о том, что в момент нанесения им удара П*, последний сидел на нем, опровергается показаниями свидетеля С1*, из которых следует, что сразу же после стона П* он видел, как тот лежит на полу, а ФИО1 стоит рядом. Более того, механизм причинения телесных повреждений, расценивающихся как тяжкий вред здоровью, указанный ФИО1 как в ходе досудебного производства, так и в судебном заседании исключен выводами судебной медицинской экспертизы, указавшей на невозможность их причинения плоской боковой поверхностью молотка.

Таким образом, судом установлено, что каких-либо действий, дающих основание подсудимому опасаться за свои жизнь и здоровье, потерпевший П* не совершал.

Также об отсутствии в действиях подсудимого признаков необходимой обороны, либо превышения ее пределов свидетельствует и локализация телесных повреждений у потерпевшего – теменная область головы.

Право на причинение вреда посягающему в состоянии необходимой обороны возникает при начавшемся общественно опасном посягательстве, если оно было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, или непосредственной угрозой применения такого насилия. Состояние необходимой обороны предполагает такое посягательство, которое является общественно-опасным, наличным, действительным. Однако в данном деле обстоятельств, свидетельствующих о таком нападении со стороны потерпевшего П*, которое бы представляло угрозу для жизни или здоровья подсудимого, не установлено. Наличие обоюдной ссоры и драки не свидетельствует о посягательстве потерпевшего на подсудимого.

Также суд не может оценить как достоверные пояснения подсудимого о незначительности силы воздействия молотком в голову П*, поскольку указанные пояснения опровергаются самим характером полученных потерпевшим повреждений, а также неоднократностью воздействия, что следует из выводов проведенных по делу медицинских экспертиз.

Суд приходит к выводу о том, что между действиями подсудимого и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь, а потому подсудимый должен нести ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью П*.

Наличие в действиях подсудимого квалифицирующего признака применения предмета, используемого в качестве оружия, также нашло свое подтверждение, поскольку телесные повреждения у потерпевшего образовались именно в результате применения подсудимым молотка, который специально использовался в целях причинения вреда здоровью.

Психическая полноценность подсудимого сомнений у суда не вызывает, согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от ** декабря 2016 года №*** ФИО1 психическим расстройством не страдает. В момент совершения инкриминируемых ему деяний каких-либо болезненных расстройств психической деятельности, в том числе и временного характера, не обнаруживал, мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.1 л.д.68-69).

С учётом заключения судебной психиатрической экспертизы, иных данных о личности подсудимого, который на учёте у врача-психиатра не состоит, ФИО1 признается судом вменяемым, подлежащим уголовной ответственности.

Решая вопрос о мере наказания, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, наличие обстоятельств, смягчающих наказание, материальное положение подсудимого, а также влияние наказания на исправление подсудимого и условия жизни его семьи.

Подсудимый ФИО1 ранее не судим, к административной ответственности не привлекался, на учете в психоневрологической и наркологической службах ФГУЗ *** ФМБА России не состоит.

Согласно характеристики, выданной участковым уполномоченным, ФИО1 на учете не состоит, к уголовной и административной ответственности не привлекался. Отмечается, что жалоб на его поведение не поступало.

С положительной стороны ФИО1 характеризуется жильцами д.*** по ул.*** в г.Димитровграде.

Удовлетворительно ФИО1 характеризуется по месту бывшей работы в ***.

Обстоятельства, отягчающие наказание ФИО1, судом не установлены.

Смягчающими наказание обстоятельствами суд признает фактическую явку с повинной, поскольку из материалов дела следует, что ФИО1 до возбуждения уголовного дела сообщил о своей причастности к причинению П* телесных повреждений, кроме того, активное способствование расследованию преступления, поскольку в ходе предварительного следствия подсудимый, не отрицая своей причастности к совершению преступления, указывал на обстяотельства его совершения, признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья, принесение потерпевшему извинений, а также оказание потерпевшему медицинской помощи непосредственно после совершения преступления.

Оценивая исследованные по делу доказательства, суд также признает обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого, противоправное поведение потерпевшего, поскольку по смыслу уголовного закона, противоправность поведения потерпевшего признается смягчающим наказание обстоятельством только в том случае, если такое поведение явилось поводом для совершения преступления.

Как установлено в судебном заседании, и не опровергнуто стороной обвинения, именно потерпевший первоначально спровоцировал конфликт с подсудимым, нанес ему удары рукой в лицо, в ответ на которые подсудимый причинил телесные повреждения, расценивающиеся как тяжкий вред здоровью.

С учетом фактических обстоятельств преступления, совершенного ФИО1, степени его общественной опасности суд при назначении наказания не находит оснований для применения требований ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории тяжести совершенного преступления на менее тяжкую.

При назначении наказания судом учитываются правила ч.1 ст.62 УК РФ, поскольку в действиях подсудимого имеются обстоятельства, смягчающие наказание и предусмотренные п.п.«и, к» ч.1 ст.61 УК РФ.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что подсудимому необходимо назначить наказание в виде лишения свободы. Оснований для применения дополнительного наказания в виде ограничения свободы суд не усматривает.

Оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ суд не усматривает.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого, обстоятельства совершенного преступления, суд приходит к убеждению о невозможности исправления подсудимого без изоляции от общества.

Оснований для применения ст.73 УК РФ суд не находит. Также суд не усматривает оснований для применения к назначенному наказанию ст.64 УК РФ, поскольку по делу не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

При определении вида исправительного учреждения, в котором надлежит отбывать наказание ФИО1, суд руководствуется положениями п.«б» ч.1 ст.58 УК РФ и назначает видом исправительного учреждения исправительную колонию общего режима.

Процессуальными издержками по уголовному делу являются: сумма 6 600 рублей, выплаченная адвокату *** (т.1 л.д.170, т.2 л.д.76, л.д.171), осуществлявшей защиту ФИО1 в ходе досудебного производства.

С учетом материального положения подсудимого, его трудоспособности, а также высказанного им мнения, суд не находит оснований для освобождения ФИО1 от взыскания указанной суммы в доход федерального бюджета.

Разрешая судьбу вещественных доказательств по настоящему делу, суд учитывает положения ст. 81 УПК РФ о том, что предметы, запрещённые к обращению или не представляющие материальной ценности, подлежат уничтожению, иные предметы предаются законным владельцам.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п.«з» ч.2 ст.111 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменить на содержание под стражей, взяв его под стражу в зале суда.

Срок наказания исчислять с 3 октября 2017 года.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета в возмещение процессуальных издержек, связанных с оплатой услуг адвоката, 6 600 рублей, выплаченных адвокату *** за осуществление защиты в ходе досудебного производства.

Вещественные доказательства – молоток, волосы, хранящиеся при материалах уголовного дела – уничтожить,

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение 10 суток со дня вручения копии приговора ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своей апелляционной жалобе либо отдельном заявлении.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционной жалобы другими участниками процесса, если они затрагивают его интересы, осужденный вправе в течение 10 суток со дня вручения ему копий указанных документов заявить ходатайство о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем он должен указать в своих возражениях либо отдельном заявлении.

Осужденный также вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранным им защитником либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем осужденный должен указать в апелляционной жалобе либо в отдельном заявлении.

Судья К.Н.Афанасьев