Приговор № 1-22/2017 от 21 марта 2017 г. по делу № 1-22/2017

Дело № 1-22/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Томская область, ЗАТО Северск

г. Северск 22 марта 2017 года

Судья Северского городского суда Томской области Бадалов Я.Д.,

при секретаре Буяновой О.В.,

с участием государственного обвинителя -

старшего помощника прокурора ЗАТО г. Северск ФИО1,

подсудимого ФИО2,

защитника - адвоката Клещева Е.С.,

а также потерпевших Н., А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2,

содержащегося под стражей с 15 октября 2016 года,

в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый ФИО2 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Преступление совершено в г. Северске Томской области при следующих обстоятельствах.

Так, он 01 октября 2016 года в период с 00 часов до 09 часов 35 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения в [адрес], действуя умышленно, из внезапно возникшей неприязни к своей сожительнице И., обусловленной ревностью к находящемуся в указанной квартире Е., осознавая неизбежность наступления общественно опасного последствия в виде смерти И. и желая ее наступления, нанес последней один удар ножом в область расположения жизненно важных органов, а именно - в область передней поверхности грудной клетки, причинив своими противоправными действиями И. телесное повреждение в виде **, которое состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью.

От полученного телесного повреждения И. скончалась на месте происшествия, причиной ее смерти явилась **, развившаяся в результате причинения ей колото-резаной раны грудной клетки с повреждением средней и нижней долей правого легкого.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя признал полностью, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции Российской Федерации, подтвердив свои показания, данные в ходе предварительного расследования.

Так, будучи допрошенным на предварительном следствии 15 октября 2016 года в качестве подозреваемого, в ходе проверки показаний на месте преступления 15 октября 2016 года по [адрес], а также в качестве обвиняемого 16 октября 2016 года и 13 декабря 2016 года, подсудимый ФИО2 показал, что с апреля 2016 года он начал проживать совместно с И. в арендованной квартире на [адрес]. В ходе совместного употребления спиртных напитков они периодически ругались, так как у него в состоянии опьянения обострялось чувство ревности. Около полуночи 01 октября 2016 года, когда он уже находился в состоянии алкогольного опьянения, к ним пришел знакомый потерпевшей - Е., и они втроем продолжили употребление спиртного. Затем И. легла спать, он и Е. неоднократно ходили в магазин за спиртными напитками. События той ночи он не помнит по причине нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения. Он помнит момент, когда, находясь в комнате, нанес И. в область грудной клетки спереди, сверху вниз удар кухонным ножом, длиной около 20-30 см, за которым, скорее всего, специально сходил в кухню, так как в комнате, где они распивали алкогольные напитки, ножа не было. В момент нанесения удара И. стояла около балкона и после удара ножом упала на пол, на спину и немного на бок, головой к окну. После этого он вынул нож из тела И., сразу же осознал тяжесть содеянного и начал принимать меры к оказанию помощи потерпевшей, а именно попросил Е. позвонить в скорую помощь, что тот и сделал со своего сотового телефона. После этого он вызвал скорую помощь, попросил медицинских работников поторопиться, пояснив, что женщина умирает от ножевого ранения. И. некоторое время дышала, хрипела, а когда перестала дышать, и Е. сказал, что она скончалась, он решил покинуть место преступления. При этом он скрываться не намеревался, хотел только выпить водки, а потом пойти в полицию. Нож, которым он причинил И. ранение, он по дороге выбросил в мусорный контейнер на ул.[адрес] и сделал это машинально, не думая о сокрытии орудия преступления. О наличии каких-либо конфликтов во время распития спиртного и до причинения им ножевого ранения потерпевшей, не помнит. Удар ножом И. нанес из ревности, скорее всего, к Е., так как ранее конфликтов по другим причинам между ним и И. не было, однако она ему повода для ревности не давала, он сам по себе является ревнивым человеком. Перед тем как идти в полицию, решил попрощаться с родственниками, но впоследствии длительное время злоупотреблял алкоголем. Не исключает, что в состоянии алкогольного опьянения мог кому-либо рассказать о совершенном преступлении, но сам этого не помнит. Примерно через неделю он пришел в указанную квартиру, чтобы проверить, жива ли И., входная дверь была заперта на замок, который «захлопывается», хотя он, когда 01 октября 2016 года уходил из квартиры, прикрыл дверь, но она могла «захлопнуться» из-за сквозняка, поскольку был открыт балкон. Он открыл дверь своим ключом, затем увидел, что И. мертва, лежит на полу возле окна, он накрыл ее пледом, забрал кота и ушел. 15 октября 2016 года, прекратив злоупотреблять алкоголем, он явился в полицию и сообщил о совершенном им преступлении, при этом до задержания он проживал у своей ** З. (т. 1, л. <...> 128-130, 145-149).

Помимо признания подсудимым своей вины его виновность в совершении данного преступления при вышеизложенных обстоятельствах подтверждается совокупностью следующих доказательств, исследованных в судебном заседании, на которых основаны выводы суда.

Потерпевшая Н. в суде показала, что И. приходилась ей родной **, дети И. (А. и Б.) проживали с ней, поскольку И. и супруг последней были лишены в отношении них родительских прав. Характеризует И. положительно, та всегда помогала ей материально, несмотря на то, что периодически злоупотребляла алкоголем. Ей известно, что И. проживала в арендованной квартире с незнакомым ей мужчиной - подсудимым ФИО2 О смерти И. ей стало известно от следователя спустя три недели со дня смерти **.

Потерпевший А. в суде показал, что И. приходилась ему родной **, последние 6-7 лет его воспитывала ** – потерпевшая Н., поскольку И. проживала отдельно и была лишена родительских прав в отношении него и его ** (Б.). О смерти И. ему стало известно от Н., впоследствии следователь сообщил ему, что 01 октября 2016 года в квартире по месту жительства его ** ФИО2 причинил ей смерть на почве ревности. Характеризует И., как добрую, не конфликтную, спиртные напитки употребляющую периодически.

Свидетель Е. на предварительном следствии при допросе 17 октября 2016 года показал, что в ночь на 01 октября 2016 года он пришел в гости к своей знакомой И., которая проживала с мужчиной по имени А. (ФИО2) в [адрес]. После совместного употребления спиртных напитков они проснулись утром 01 октября 2016 года, затем снова употребляли спиртное, и в какой-то момент он заснул. Его разбудил ФИО2 и сообщил, что убил И., и положил на журнальный стол нож длиной около 20 см, с длиной клинка около 15 см. Затем он увидел, что на полу, возле балкона, немного на боку лежит И., в области ее груди была кровь. Он и ФИО2 подошли к ней и увидели, что она не подает признаков жизни, после чего ФИО2 снова сказал, что убил ее, позвонил в скорую помощь, назвал адрес и сообщил о ножевом ранении. После этого ФИО2 попросил его купить водку, пояснив, что, выпив водки, пойдет в полицию. Он купил ФИО2 водку, а затем ушел домой. Между ФИО2 и И. конфликтов в ночное и утреннее время 01 октября 2016 года не было. ФИО2 на его вопрос, по какой причине убил И., пояснил, что «сам не знает, что на него нашло» (т. 1, л. д. 94-96).

Свидетель Г. на предварительном следствии 15 октября 2016 года показал, что 08 октября 2016 года на улице он познакомился с мужчиной по имени А. (ФИО2), с которым стал распивать спиртное. В ходе этого мужчина рассказал ему, что около недели назад убил свою сожительницу, с которой проживал в [адрес], что ее труп остался в квартире, в которой он совершил преступление, и что собирается сообщить об убийстве в полицию, при этом волновался и переживал об этом. На следующий день он рассказал об этом сотрудникам полиции. 15 октября 2016 года он был вызван в отделение полиции, где ему сообщили об обнаруженном трупе женщины, после чего на одной из представленных ему фотографий он узнал мужчину по имени А. – ФИО2 (т. 1, л. д. 89-93).

Свидетель К. на предварительном следствии 15 октября 2016 года и 13 декабря 2016 года показала, что в ее собственности находится квартира, расположенная по [адрес]. С 20 апреля 2016 года она сдавала эту квартиру в аренду И. 30 сентября 2016 года она встречалась с И., та была с мужчиной по имени А. (ФИО2), пояснила, что проживает с ним, просила ее подождать с арендной платой до 15 октября 2016 года. Она позвонила И. 15 октября 2016 года, но у той был отключен телефон. Тогда она пошла в указанную квартиру, открыла своим ключом входную дверь, которая была заперта на «захлопывающийся» замок, пройдя в комнату, увидела на полу возле окна плед, под которым обнаружила труп И., после чего покинула квартиру и попросила своего зятя вызвать полицию (т. 1, л. <...>).

Свидетель В., работающий врачом Станции скорой медицинской помощи, на предварительном следствии 12 декабря 2016 года показал, что 01 октября 2016 года в 09 часов 35 минут на Станцию скорой медицинской помощи поступил вызов на [адрес] по поводу ножевого ранения, куда он в составе бригады прибыл в 09 часов 44 минуты. Дверь квартиры была заперта на замок, сотрудникам полиции дверь никто не открыл. Со слов соседей, в данной квартире проживают мужчина и женщина, которые злоупотребляют спиртными напитками, шумят, часто ругаются и дерутся. Он понял, что взламывать дверь квартиры никто не собирается, после чего с разрешения сотрудника полиции в составе бригады в 10 часов 33 минуты вернулся на Станцию скорой медицинской помощи (т. 1, л. д. 101-103).

Свидетель Ш., являющийся сотрудником УМВД России по ЗАТО Северск Томской области, на предварительном следствии 12 декабря 2016 года показал, что 01 октября 2016 года он и полицейский С. согласно полученному около 09 часов 35 минут из дежурной части УМВД указанию прибыли к [адрес], где, как сообщили со Станции скорой медицинской помощи, было причинено ножевое ранение. Там уже находились медицинские работники скорой помощи, двое полицейских. На их стук и звонки дверь квартиры никто не открыл, одна из соседей рассказала, что в данной квартире проживают мужчина и женщина, злоупотребляющие алкоголем, часто ругающиеся и нарушающие покой соседей, однако 01 октября 2016 года в их квартире было тихо. Никаких следов преступления они не обнаружили, дверь квартиры взламывать не стали ввиду отсутствия для этого законных оснований (т. 1, л. д. 104-105).

Свидетель О. в суде показала, что ее знакомая И. проживала совместно с подсудимым ФИО2, была добрым, отзывчивым человеком, о конфликтах между И. и ФИО2 ей не известно, в состоянии алкогольного опьянения И. вела себя спокойно и адекватно, не конфликтовала. О смерти И. ей сообщила ** последней – Н., впоследствии от следователя ей стало известно, что сожитель И. ФИО2 убил потерпевшую и оставил на месте преступления, где та пролежала две недели.

Свидетель З. на предварительном следствии 13 декабря 2016 года показала, что ФИО2 приходится ей сыном, после освобождения из мест лишения свободы в 2010 году или в 2011 году в основном проживал с женщинами в арендованных квартирах, с апреля 2016 года начал проживать с И. по [адрес], оба они употребляли спиртные напитки, в трезвом состоянии отношения между ними были хорошими. По характеру ФИО2 очень ревнив, в состоянии опьянения его поведение менялось, он становился агрессивным, но за нож никогда не брался. 30 сентября 2016 года ФИО2 и И. были у нее в гостях, ушли домой в вечернее время, при этом находились в трезвом состоянии и употреблять спиртное не собирались. 01 октября 2016 года ФИО2 около 12 часов пришел к ней домой в состоянии алкогольного опьянения, с бутылкой водки, на ее вопросы отвечал невнятно, был сильно взволнован, после чего выпил водки и лег спать, а когда вечером того же дня или на следующий день проснулся, рассказал ей, что «зарезал» И. При этом подробности не рассказывал, начинал плакать, пояснил, что «порезал» И. ножом, затем вызвал скорую помощь, что в квартире, где все произошло, находился мужчина по имени Е.. Она ФИО2 не поверила, стала звонить И., думая, что та может находиться в больнице, но на звонки ей никто не ответил. Каждый последующий день у ФИО2 случалась истерика, он плакал, употреблял водку, ежедневно высказывал намерение пойти в полицию, но хотел при этом быть трезвым. Через несколько дней после происшествия ФИО2 из квартиры, в которой проживал с И., принес кота И., рассказав, что труп И. по-прежнему лежит в квартире. Тогда они поняли, что И. работники скорой помощи не увезли, и та скончалась в квартире. ФИО2 продолжал плакать, сожалел о случившемся, употреблял алкоголь и ежедневно говорил о том, что нужно пойти в полицию, скрываться не собирался (т. 1, л. д. 108-112).

Виновность подсудимого также подтверждается:

явкой с повинной подсудимого от 15 октября 2016 года о том, что 01 октября 2016 года, находясь по [адрес], совершил убийство, нанеся один удар ножом в область грудной клетки своей сожительнице И. (т. 1, л. д. 113),

протоколом осмотра места происшествия от 15 октября 2016 года, согласно которому была осмотрена квартира № ** в [адрес], в комнате на полу, у окна обнаружен труп И., лежащий на боку с поворотом на спину, со следами вещества красно-бурого цвета, в том числе и на конечностях и одежде, с повреждением в области средней линии грудной клетки между проекциями грудино-ключичных сочленений в виде раны, других телесных повреждений не обнаружено, изъят паспорт на имя И., одна из дверей балкона на момент осмотра места происшествия была открыта (т. 1, л. д. 8-23),

сообщением от начальника Станции скорой медицинской помощи от 16 ноября 2016 года и копией карты вызова скорой медицинской помощи № ** от 01 октября 2016 года, согласно которым 01 октября 2016 года в 09 часов 35 минут с [адрес] поступил вызов по поводу ножевого ранения, бригада прибыла на место в 09 часов 44 минуты, дверь квартиры не открыли (т. 1, л. <...>),

протоколом осмотра предметов от 12 декабря 2016 года, из которого следует, что был осмотрен компакт-диск «CD-R RECORDABLE 52X/80MIN/700MB TDK Life on Record», предоставленный начальником Станции скорой медицинской помощи, с двумя файлами, содержащими аудиозаписи телефонных разговоров с диспетчером Станции скорой медицинской помощи, в ходе осмотра установлено, что на файле «Запись **» записан телефонный разговор, в ходе которого мужчина вызывает скорую помощь на [адрес], сообщает, что находится по данному адресу, что женщине причинено ножевое ранение в область груди, что она уже умирает, мужчина свою фамилию диспетчеру не сообщает; на файле «Запись **» содержится запись телефонного разговора, из которого следует, что мужчина сообщает, что это он ранее вызывал скорую помощь, и просит приехать быстрее, что имеет место ножевое ранение в области груди (т. 1, л. <...>),

заключением эксперта № ** от 17 октября 2016 года (судебная медицинская экспертиза трупа), согласно которому у И. обнаружена **;

в момент причинения колото-резаной раны грудной клетки И. находилась в вертикальном положении (стоя, сидя), могла самостоятельно передвигаться с имеющимся у нее телесным повреждением по мере нарастания угрожающих жизни состояний, перед смертью употребляла спиртные напитки, содержащие этиловый спирт, в большом количестве, в момент наступления смерти находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения;

установленное телесное повреждение в виде ** является прижизненным, состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и по признаку опасности для жизни квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью;

причиной смерти И. явилась **, развившаяся в результате причинения ей проникающей колото-резаной раны грудной клетки с повреждением средней и нижней долей правого легкого, давность смерти И. составляет около 10-14 суток до исследования трупа (т. 1, л. д. 160-166).

Согласно заключению амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № ** от 15 ноября 2016 года ФИО2 каким-либо хроническим, иным психическим расстройством, слабоумием не страдал в период совершения преступления и не страдает в настоящее время, у него выявляются ** и не лишали его в период совершения преступления способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими; в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности не обнаруживалось, поскольку он правильно ориентировался в окружающем, его действия носили последовательный и целенаправленный характер, а в его поведении отсутствовали признаки бреда, галлюцинаций, расстроенного состояния; в ходе следствия ФИО2 мог правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания; по своему психическому состоянию в настоящее время ФИО2 может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них показания, участвовать в следственных действиях и в судебном заседании; в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, так как психических расстройств, определяющих его опасность для себя и окружающих, связанных с возможностью причинения им иного существенного вреда, у него нет. При обследовании психического состояния свою причастность к преступлению не отрицает, на запамятование не ссылается, оправдывается алкогольным опьянением, чувством ревности, нарушений памяти, мышления, интеллекта у него не выявляется. В юридически значимой ситуации в состоянии физиологического аффекта либо каком ином эмоциональном состоянии, существенно влияющем на сознание и деятельность, не находился (т. 1, л. д. 174-176).

Приведенные доказательства относимы, допустимы, достоверны, подтверждают друг друга, согласуются между собой и в своей совокупности устанавливают одни и те же факты, изобличающие ФИО2 в совершенном им деянии, достаточны для разрешения уголовного дела, а потому свои выводы об обстоятельствах дела суд основывает на этих доказательствах.

Таким образом, оценив представленные стороной обвинения доказательства в их совокупности, а также данные о личности и состоянии здоровья ФИО2, суд пришел к выводу о том, что нет оснований сомневаться в его вменяемости, в том числе с учетом заключения амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № ** от 15 ноября 2016 года, и что виновность подсудимого установлена.

Действия подсудимого ФИО2 суд квалифицирует по ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Судом установлено, что поводом для совершения ФИО2 преступления явилась внезапно возникшая неприязнь к И., обусловленная ревностью к знакомому последней – Е., что следует из показаний подсудимого, при этом особенности такого поведения подсудимого подтвердила и его ** – свидетель З.

Факт совершения подсудимым умышленного убийства 01 октября 2016 года в период с 00 часов до 09 часов 35 минут в квартире по месту жительства с И. подтверждается исследованными, приведенными выше доказательствами, в том числе показаниями свидетеля Е., которому подсудимый непосредственно после совершения им преступления рассказал об умышленном убийстве И., показаниями свидетелей З., Г., которым стало известно об убийстве И. от ФИО2, сведениями со Станции скорой медицинской помощи, показаниями свидетеля В. о поступлении 01 октября 2016 года в 09 часов 35 минут вызова по поводу ножевого ранения и протоколом осмотра аудиозаписей телефонных разговоров ФИО2 с диспетчером Станции скорой медицинской помощи, показаниями свидетеля Ш., согласно которым 01 октября 2016 года около 09 часов 35 минут из дежурной части полиции он получил указание проехать на место совершения преступления, показаниями подсудимого о том, что 01 октября 2016 года он нанес И. в область грудной клетки спереди удар сверху вниз кухонным ножом, за которым, как он считает, специально сходил в кухню, в момент нанесения удара И. находилась в комнате около балкона, при этом стояла, но после удара ножом упала на пол, на спину, немного на бок, головой к окну, которые полностью согласуются с заключением эксперта о том, что давность смерти И. составляет около 10-14 суток до исследования трупа, а также о локализации и механизме образования у И. телесного повреждения в виде проникающей колото-резаной раны грудной клетки, состоящего в прямой причинно-следственной связи со смертью, положения И. в момент причинения телесного повреждения, а также с протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого был обнаружен труп И. в том положении на полу, которое описал в своих показаниях подсудимый.

Действия ФИО2 были умышленными, последовательными и направленными на причинение смерти И., о чем свидетельствуют характер его действий, способ нанесения удара ножом в область грудной клетки, то есть в место расположения жизненно важных органов человека, причем подсудимый осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и руководил ими, противоправность и аморальность поведения И. отсутствовали, при этом от нее никакой реальной опасности не исходило, которая была бы направлена на причинение вреда личности (здоровью, жизни) подсудимого, состояние необходимой обороны отсутствовало, как не было, соответственно, и превышения ее пределов.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, личность виновного, его возраст, состояние здоровья, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

Так, подсудимый признал вину, заявил о раскаянии, не судим, имеет постоянное место жительства, по данным участкового уполномоченного полиции в целом характеризуется с удовлетворительной стороны, с положительной стороны характеризуется своей ** З., его ** У. имеет **, в связи с чем нуждается в помощи и уходе, его ** З. в силу возраста и состояния здоровья также нуждается в помощи подсудимого.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд в соответствии с пп. «и», «к» ч. 1 и ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации признает явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, оказание медицинской помощи потерпевшей непосредственно после совершения преступления (с учетом того, что он непосредственно после совершения преступления вызвал для И. скорую помощь, сообщив о причинении ей ножевого ранения), а также заявление подсудимого о раскаянии, принесение им извинений потерпевшим, признание им вины, признательные показания, наличие у него ряда заболеваний (т. 2, л. д. 43).

Вместе с тем, подсудимый совершил умышленное особо тяжкое преступление.

Обстоятельством, отягчающим наказание, суд в соответствии с ч. 11 ст. 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности преступления, конкретных обстоятельств его совершения и личности подсудимого, его поведения на месте преступления, принимая во внимание данные заключения амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № ** от 15 ноября 2016 года, показания подсудимого, свидетеля Е., признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, при этом и состояние опьянения ФИО2 с учетом установленных обстоятельств дела способствовало совершению им преступления.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, суд приходит к выводу, что для достижения целей наказания подсудимому необходимо назначить наказание в виде лишения свободы с реальным отбыванием, как справедливое и соразмерное содеянному, с назначением дополнительного наказания в виде ограничения свободы, с отбыванием основного наказания в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 Уголовного кодекса Российской Федерации в исправительной колонии строгого режима.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного деяния, что в свою очередь могло бы свидетельствовать о необходимости применения в отношении подсудимого при назначении наказания положений ст. 64, как и ст. 73 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не считает возможным изменить категорию преступления на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации, при наличии отягчающего наказание обстоятельства.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с положениями ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Рассматривая гражданские иски, предъявленные потерпевшими Н. и А. к подсудимому, о денежной компенсации морального вреда в размере 750000 рублей в пользу каждого, суд находит их подлежащими удовлетворению частично, а гражданский иск потерпевшей Н., предъявленный к подсудимому, о возмещении имущественного вреда, причиненного преступлением, в размере 65060 рублей 31 копейка, связанного с расходами на погребение И., суд находит его подлежащим удовлетворению в полном объеме, при этом исходит из следующего.

В соответствии с ч. 3 и ч. 4 ст. 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением; по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, в силу требований закона условием наступления ответственности за причинение вреда является наличие вины причинителя вреда.

Учитывая, что вина подсудимого в совершении преступления установлена, суд находит доводы потерпевших о причиненных им нравственных страданиях в результате совершенного подсудимым преступления убедительными, с учетом фактических обстоятельств дела, в результате действий подсудимого имело место нарушение нематериальных благ потерпевших, связанных со смертью ** и **, а потому суд находит иски законными и обоснованными, и считает необходимым взыскать с подсудимого в пользу каждого из потерпевших в счет денежной компенсации морального вреда деньги в сумме 500 000 рублей, и этот размер суд считает соразмерным, соответствующим фактическим обстоятельствам дела и последствиям допущенного подсудимым нарушения нематериальных благ потерпевших (с учетом требований разумности и справедливости в соответствии с положениями ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исковые требования к подсудимому, как к причинителю вреда, которые документально подтверждены, суд находит законными и обоснованными, следовательно, с подсудимого в пользу потерпевшей Н. в счет возмещения имущественного вреда, связанного с несением ею расходов в результате смерти **, подлежат взысканию деньги в сумме 65060 рублей 31 копейка, при этом подсудимый полностью согласился с предъявленным гражданским иском в этой части.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 304, 307-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок десять лет с отбыванием в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок один год, установив следующие ограничения:

после отбытия основного назначенного наказания в виде лишения свободы не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 до 6 часов, не выезжать в течение установленного срока за пределы территории муниципального образования, в котором осужденный будет проживать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания, - без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации,

возложить на осужденного в период отбывания наказания в виде ограничения свободы обязанность два раза в месяц являться в указанный орган для регистрации.

Срок основного наказания в виде лишения свободы исчислять с 22 марта 2017 года.

Зачесть в срок основного наказания в виде лишения свободы время задержания в порядке ст. ст. 91 и 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и содержания под стражей с 15 октября 2016 года по 21 марта 2017 года включительно.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения в отношении осужденного ФИО2 в виде заключения под стражу оставить без изменения, с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Томской области.

Срок ограничения свободы исчислять со дня освобождения осужденного из исправительного учреждения, зачесть в срок отбывания наказания в виде ограничения свободы время следования осужденного из исправительного учреждения к месту жительства или пребывания из расчета один день за один день.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по уголовному делу – компакт-диск «CD-R RECORDABLE 52X/80MIN/700MB TDK Life on Record» с аудиозаписями телефонных разговоров (т. 1, л. д. 153), два оптических накопителя DVD-R TDK с видеозаписями проверки показаний на месте и допроса ФИО2, находящиеся при уголовном деле, - оставить при уголовном деле в течение всего срока его хранения.

Гражданский иск Н. удовлетворить частично:

взыскать с ФИО2 в пользу Н. денежную компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятисот тысяч) рублей;

взыскать с ФИО2 в пользу Н. в счет возмещения имущественного вреда деньги в сумме 65060 (шестьдесят пять тысяч шестьдесят) рублей 31 копейка.

Гражданский иск А. удовлетворить частично:

взыскать с ФИО2 в пользу А. денежную компенсацию морального вреда в размере 500000 (пятисот тысяч) рублей.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение 10 суток со дня его постановления, а осужденным, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае принесения апелляционной жалобы либо апелляционного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, указав об этом в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судебное решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Томский областной суд со дня его вступления в законную силу.

Судья Я.Д. Бадалов