Решение № 2-2439/2019 2-71/2020 2-71/2020(2-2439/2019;)~М-1769/2019 М-1769/2019 от 6 февраля 2020 г. по делу № 2-2439/2019

Дело № 2 – 71 / 2020

УИД 76RS0024-01-2019-002501-45

Принято в окончательной форме 07.02.2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

10 января 2020 г. г. Ярославль

Фрунзенский районный суд г. Ярославля в составе судьи Тарасовой Е.В., при секретаре Комаровой В.А., с участием

истца ФИО10,

представителей ответчика ФИО11, ФИО12 по доверенностям,

представителя третьего лица ФИО13 по доверенности (т. 1 л.д. 212),

старших помощников прокурора Ковальской О.А., Шилова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к Публичному акционерному обществу «Автодизель» (Ярославский моторный завод) о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула,

у с т а н о в и л:

ФИО10 обратился в суд с иском к ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) о восстановлении на работе и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула. В обоснование требований, с учетом дополнения (л.д. т. 2 л.д. 72-75), указано, что истец работал у ответчика с 06.02.2013, 14.06.2019 сокращен с должности <данные изъяты> Дирекции по ПС. С увольнением истец не согласен, считает, что работодателем нарушено его преимущественное право на оставление на работе, не учтена работа истца в кайзен-команде. Кроме того, мотивированное мнение об увольнении истца дано предцехкомом инструментального производства ФИО1, которая истца не знает и в профсоюз не принимала. Истец работал с предцехкомом цеха УБЦ ФИО2. При сокращении отделом кадров были предложены только рабочие специальности, хотя в этот период были уволены два мастера со сборочного конвейера ПСРД. Увольнение истца является результатам предвзятого отношения к нему, о чем свидетельствуют два ранее объявленных выговора, которые отменены.

В судебном заседании истец ФИО10 иск поддержал. По обстоятельствам дела дополнительно пояснил, что задачей Дирекции по ПС является улучшение производственных процессов в целях снижения потерь. На момент сокращения в Дирекции было 11 ведущих специалистов, включая истца, из них подлежали сокращению две штатные единицы. В структуру Дирекции входит кайзен-команда, состоящая из 4х слесарей и 2х сварщиков. Ранее истец работал в кайзен-команде, руководил ею, впоследствии после назначения на должность ведущего специалиста продолжил ее курировать вплоть до конца января 2019 г. Полагает, что имел преимущественное право на оставление на работе, поскольку в отличие от других работников фактически выполнял обязанности по двум должностям: как ведущий специалист и как руководитель кайзен-команды. Кроме того, у истца есть несовершеннолетний сын, в то время как у многих других оставшихся на работе ведущих специалистов несовершеннолетние иждивенцы отсутствуют. В период работы ведущим специалистом Дирекции по ПС истцу было объявлено два выговора, один из них отменен решением КТС завода, второй – решением суда. После объявления второго выговора обязанность по курированию кайзен-команды с истца сняли.

Представители ответчика ФИО11, ФИО12 в судебном заседании иск не признали. Пояснили, что при определении преимущественного права на оставлении на работе были оценены все ведущие специалисты (кроме ФИО3, которая длительное время находится в отпуске по уходу за ребенком и не подлежит увольнению), учтены их образование и стаж работы. Истец имел стаж работы в данной должности меньше, чем остальные, не проходил обучение как ведущий специалист. Курирование истцом кайзен-команды не учитывалось, поскольку данную функцию истец выполнял временно, в должностные обязанности ведущего специалиста руководство кайзен-командой не входит, она подчиняется непосредственно директору по ПС. Работники, которых истец считает мастерами, в действительности занимали должности бригадиров. Все имевшиеся вакансии истцу были предложены, работать на этих должностях истец отказался.

Представитель третьего лица Первичной профсоюзной организации ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) ФИО13 (после перерыва не явилась) в судебном заседании полагала иск подлежащим удовлетворению. Пояснила, что полномочия по согласованию увольнения работников переданы цеховым комитетам профсоюза. На предприятии есть много мелких подразделений, в том числе Дирекция по ПС, в которых мало членов профсоюза и создавать отдельную профсоюзную структурную единицу для которых нецелесообразно. Поэтому было определено, что такие подразделения обслуживает цехком инструментального цеха. Отдел кадров предприятия располагает данной информацией и поэтому направил документы на согласование увольнения ФИО10 в цехком инструментального цеха, председателем которого избрана ФИО1. ФИО2 – это предцехком участка блока цилиндров. ФИО2, с ее слов, не знала, что не должна принимать на обслуживание работников Дирекции по ПС. Если бы ФИО2 рассматривала вопрос о согласовании увольнения истца, то, возможно, заключение было бы иным. Хотя если руководитель дает оценку каждому специалисту, то у предцехкома нет оснований с ней не согласиться. В случае с истцом оценка руководителя могла быть предвзятой, поскольку перед увольнением истцу было объявлено два выговора, оба оказались необоснованными и отменены. Тот факт, что об истце писали в корпоративном журнале, говорит о нем как об одном из лучших работников.

Старший помощник прокурора Шилов А.В. в судебном заседании дал заключение о законности произведенного увольнения истца, необходимости отказа в удовлетворении исковых требований.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные доказательства, суд приходит к выводу, что иск не подлежит удовлетворению, исходя из следующего.

Судом установлено, что ФИО10 был принят на работу к ответчику (прежнее наименование – ОАО «Автодизель» (ЯМЗ) 06.02.2013 в сервисный центр по ремонту и техническому обслуживанию оборудования № 3 <данные изъяты>, 02.02.2014 сервисный центр по ремонту и техническому обслуживанию оборудования № 3 переименован в сервисный центр цеха коробок передач и сцепления. 01.04.2015 истец переведен в Дирекцию по производственной системе (ранее и далее по тексту Дирекция по ПС) <данные изъяты>, а 01.07.2018 переведен там же на должность <данные изъяты>. 14.06.2019 трудовой договор с ФИО10 расторгнут в связи с сокращением штата организации, по п. 2 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ).

Указанные обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке истца (т. 1 л.д. 21-23), трудовым договором с дополнительными соглашениями (т. 1 л.д. 44-47), приказом об увольнении (т. 1 л.д. 55), приказами о переводе (т. 1 л.д. 90, 91).

Основанием для увольнения истца послужил приказ по ПАО «Автодизель» (ЯМЗ) от 25.02.2019 № 50а/025 о сокращении с 28.02.2019 в Дирекции по ПС двух штатных единиц ведущих специалистов (по производственной системе) в связи с устойчивым снижением спроса на выпускаемую продукцию для безубыточной работы предприятия, а также с целью оптимизации структуры численности персонала (т. 1 л.д. 42-43).

Реальность проводимого сокращения подтверждена в судебном заседании объяснениями представителей ответчика, а также выписками из штатного расписания (т. 1 л.д. 88, 89).

Оценка целесообразности сокращения штата работников является прерогативой работодателя и в компетенцию суда не входит, поскольку исходя из содержания ст. 8, ч. 1 ст. 34, ч. 1, 2 ст. 35 Конституции Российской Федерации и абз. 2 ч. 1 ст. 22 ТК РФ работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала).

Порядок увольнения истца работодателем соблюден.

В соответствии с ч. 2 ст. 180 ТК РФ о предстоящем увольнении ФИО10 был предупрежден работодателем персонально, под роспись 14.03.2019, в тот же день ознакомлен с приказом о сокращении (т. 1 л.д. 57, 58).

В соответствии со ст. 81 ТК РФ во время процедуры сокращения ФИО10 неоднократно (14.03.2019, 06.05.2019, 14.05.2019, 21.05.2019, 14.04.2019) извещался о наличии вакансий, однако от перевода на предложенные должности отказался, указав, что вакансии ему не подходят (т. 1 л.д. 59-64). Факта наличия у ответчика вакансий, которые должны быть, но не были предложены истцу, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Работники ФИО4 и ФИО5, которых истец считает мастерами, в действительности занимали должности бригадиров на участке основного производства (приказы об увольнении – т. 1 л.д. 83, 84). Как указал ФИО14 в судебном заседании, на занятие должности бригадира он не претендует (протокол – т. 1 л.д. 133).

Одна из ведущих специалистов (по производственной системе) – ФИО3 – находится в отпусках по уходу за детьми ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ДД.ММ.ГГГГ года рождения с 26.07.2015 по 21.02.2021 (личная карточка – т. 1 л.д. 156). В силу ч. 6 ст. 81, ст.ст. 256, 261 ТК РФ за ФИО3 сохраняется ее место работы (должность), ее должность не может рассматриваться как вакансия, а потому работодатель вправе не учитывать ее при решении вопроса о расторжении трудового договора с истцом.

Увольнение ФИО5 ведущего специалиста (по производственной системе), имело место 01.07.2019, то есть после увольнения истца, ввиду чего на законность увольнения истца не влияет (приказ – т. 1 л.д. 80). После увольнения ФИО5 его должность была исключена из штатного расписания (т. 2 л.д. 61).

В соответствии со ст. 179 ТК РФ при сокращении численности или штата работников преимущественное право на оставление на работе предоставляется работникам с более высокой производительностью труда и квалификацией. При равной производительности труда и квалификации предпочтение в оставлении на работе отдается: семейным - при наличии двух или более иждивенцев (нетрудоспособных членов семьи, находящихся на полном содержании работника или получающих от него помощь, которая является для них постоянным и основным источником средств к существованию); лицам, в семье которых нет других работников с самостоятельным заработком; работникам, получившим в период работы у данного работодателя трудовое увечье или профессиональное заболевание; инвалидам Великой Отечественной войны и инвалидам боевых действий по защите Отечества; работникам, повышающим свою квалификацию по направлению работодателя без отрыва от работы.

Квалификация работника – уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы работника (ст. 195.1 ТК РФ).

По мнению суда, требования ст. 179 ТК РФ в отношении истца работодателем не нарушены.

Оценка квалификации ведущих специалистов Дирекции по ПС была проведена на заседании комиссии в составе директора по ПС ФИО6, главного специалиста по ПС ФИО7 специалиста ООТиЗ ФИО8., предцехкома ФИО1, о чем составлен протокол № 2 от 27.02.2019 (т. 1 л.д. 65-66). Согласно указанному протоколу комиссия изучила данные 14-ти работников по профессии ведущий специалист, в том числе стаж работы, возраст, образование, характер выполняемых работ, семейное положение, наличие иждивенцев, членство в профсоюзе, и приняла решение сократить два рабочих места, которые занимают ФИО9 и ФИО10, при этом сослалась на то, что последний из обязанностей по должностной инструкции выполняет одну из функций ведущего специалиста и не может заменить ни одного из перечисленных ведущих специалистов в полном объеме, а его должностные обязанности могут выполнять другие ведущие специалисты, которые, кроме того, имеют более широкий круг обязанностей по сравнению с ФИО10

Из указанного протокола следует, что у истца стаж работы в занимаемой должности наименьший – 0,7 лет, в то время как у остальных работников стаж работы составляет от 2 до 13 лет. Кроме того, у работников разное образование, разный объем выполняемых работ. Таким образом, усматривается, что уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыт работы, а следовательно, и уровень квалификации всех ведущих специалистов не одинаков, в связи с чем суд отклоняет довод ФИО10 о необходимости учета иждивенцев, поскольку данный критерий подлежит применению только при равной квалификации работников, которая в данном случае отсутствует.

Допрошенный в качестве свидетеля директор по ПС ФИО6 показал, что личной неприязни к истцу не испытывает. Как кандидат на увольнение истец был выбран по причине того, что имел наименьший опыт работы по сравнению с другими работниками, а также по деловым и личностным качествам. ФИО10 был закреплен за участком обработки блоков цилиндров, имел одни из самых низких показателей работы, поскольку реализуемые им проекты были неэффективными. Зная уровень квалификации истца, свидетель не мог направить его на замещение других ведущих специалистов, в то время как другим специалистам поручить обязанности истца можно. Специалисты Дирекции по ПС должны знать правила бережливого производства, читать соответствующую литературу, периодически проходить стажировку в г. Нижний Новгород. Истец стажировку не проходил. Для эффективной реализации инструментов бережливого производства требуется не только их знать, но и настойчиво внедрять их в производство, для этого эффективно коммуницировать с другими членами команды по проекту. Истец должную инициативность не проявлял.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется. Показания ФИО6 согласуются с объяснениями самого истца, который в судебном заседании признал, что от его проектов эффективность была низкая, это были его первые проекты в должности ведущего специалиста. Кроме того, доводы свидетеля подтверждаются сведениями о работниках, содержащимися в личных карточках (т. 1 л.д. 93-106, т. 2 л.д. 15-41), в производственных характеристиках (т. 2 л.д. 42-54), в сравнительных таблицах (т. 2 л.д. 55-60), сведениями о проектах (т. 2 л.д. 65-67) и об их экономическом эффекте (т. 2 л.д. 76-77), о проведенном ведущими специалистами обучении (т. 2 л.д. 83).

То, что ответчиком не учтено выполнение ФИО10 функций по курированию кайзен-команды, не свидетельствует о неправильной оценке квалификации истца. Согласно должностной инструкции (т. 2 л.д. 12-14) курирование кайзен-команды в обязанности ведущего специалиста (по производственной системе) не входит. Курирование кайзен-команды, как следует из объяснений истца и показаний свидетеля ФИО6 ФИО10 осуществлял временно, после перевода на должность ведущего специалиста Дирекции по ПС, пока не будет подобран иной работник, в конце января 2019 г. с истца курирование кайзен-команды сняли и в период проведения процедуры сокращения он данные функции уже не выполнял. Публикации о истце в корпоративных печатных изданиях (т. 1 л.д. 37-40) безусловно свидетельствуют о нем как об одном из лучших работников, однако относятся к периоду его прежней работы в кайзен-команде, а не на должности ведущего специалиста, в связи с чем правомерно не были приняты работодателем во внимание.

Представленные ответчиком доказательства свидетельствуют о том, что подход работодателя к вопросу о выборе лиц, имеющих преимущественное право на оставление на работе, не был субъективным, при решении данного вопроса ответчик руководствовался интересами производства, определял тех, кто в условиях меньшей численности лучше справится с качественным и своевременным выполнением прямых должностных обязанностей. Исходя из изложенного, оснований для вывода о допущении в отношении истца дискриминации суд не усматривает. Вопреки доводам иска, у суда нет оснований полагать, что наложение на истца двух дисциплинарных взысканий, которые впоследствии были признаны незаконными, является признаком дискриминации, тем более, что вмененные ФИО10 нарушения имели место до начала процедуры сокращения (второе из них – 18.02.2019, т. 1 л.д. 70-71, 121). Кроме того, дисциплинарные взыскания налагались на истца и в период работы слесарем-ремонтником (т. 1 л.д. 117), однако это не явилось препятствием для последующего перевода его на должность ведущего специалиста по ПС.

Согласно ст. 82 ТК РФ при принятии решения о сокращении численности или штата работников организации и возможном расторжении трудовых договоров с работниками в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 настоящего Кодекса работодатель обязан в письменной форме сообщить об этом выборному органу первичной профсоюзной организации не позднее, чем за два месяца до начала проведения соответствующих мероприятий. Увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по данному основанию производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со ст. 373 настоящего Кодекса.

ФИО10 являлся членом Профессионального союза работников автомобильного и сельскохозяйственного машиностроения Российской Федерации (Профсоюза АСМ РФ).

Сведения о возможном расторжении трудовых договоров с работниками Дирекции по ПС были доведены до предцехкома инструментального цеха ФИО1, которая, как указывалось выше, участвовала в комиссии по оценке преимущественного права ведущих специалистов по ПС на оставление на работе 27.02.2019.

Мотивированное мнение профсоюзного комитета о прекращении трудового договора с ФИО10 работодатель запросил в обращении № 669 от 27.05.2019 (т. 1 л.д. 67).

Согласно выписке из решения цехового комитета инструментального производства обращение работодателя было рассмотрено на заседании 29.05.2019 (протокол № 80), утверждено мотивированное мнение о возможности принятия работодателем решения об издании приказа (распоряжения) о прекращении трудового договора с ФИО10 (т. 1 л.д. 68-69).

Полномочия цехового комитета получать сообщение о возможном расторжении трудовых договоров с работниками подразделения по сокращению численности или штата, а также рассматривать представленный представителем работодателя проект приказа и копии документов, являющихся основанием для принятия решения о возможном расторжении трудового договора, и представлять мотивированное мнение в письменной форме – возложены на цеховой комитет Положением о цеховом комитете ОАО «Автодизель» профсоюза работником АСМ от 23.05.2014 (т. 1 л.д. 114), которое утверждено в соответствии с п. 1.17 Устава Профсоюза АСМ РФ (т. 1 л.д. 177). Полномочия ФИО1 как предцехкома инструментального производства подтверждены протоколом отчетно-выборной конференции инструментального производства от 20.08.2014 (т. 1 л.д. 115-116).

Суд отклоняет довод истца о том, что коль скоро он состоял на учете у предцехкома иного подразделения – участка блока цилиндров, то мотивированное мнение представлено ненадлежащим цеховым комитетом. Из постановления первичной профсоюзной организации от 16.11.2006 № 30 (т. 1 л.д. 199) и объяснений представителя третьего лица в судебном заседании видно, что структурные подразделения с малым числом членов профсоюза подлежали приему на учет и профобслуживанию в цеховом комитете инструментального производства, где председателем (освобожденным) является ФИО1 Таким образом, направив запрос о даче мотивированного мнения в цехком инструментального производства, ответчик нарушения процедуры не допустил.

Объяснения истца и представителя третьего лица о том, что предцехкома УБЦ ФИО2 с которой истцу приходилось работать и которая его знала, возможно, представила бы отрицательное мнение по вопросу увольнения ФИО10, носят характер предположения и не могут быть достаточными для вывода о нарушении работодателем процедуры сокращения. При этом суд обращает внимание на объяснения представителя третьего лица о том, что если руководитель дает оценку каждому специалисту, то у цехкома обычно нет оснований с ней не согласиться. Кроме того, суд учитывает, что в силу ст. 373 ТК РФ несогласие профсоюзного органа с предполагаемым решением о расторжении трудового договора с работником не является для работодателя непреодолимым препятствием, после выполнения определенных процедур, принять окончательное решение об увольнении.

В соответствии со ст. 178 ТК РФ при увольнении ФИО10 выплачено выходное пособие в размере среднего месячного заработка, также за ним сохранен средний месячный заработок в течение второго и третьего месяца со дня увольнения, что подтверждено объяснениями сторон в судебном заседании и справкой (т. 1 л.д. 41).

Во исполнение требований ст. 25 Закона Российской Федерации «О занятости населения в Российской Федерации» ответчик направил в ГУ ЯО «Центр занятости населения г. Ярославля» 26.07.2016 сведения о высвобождаемых работниках, в том числе о ФИО10, с указанием должности, образования, стажа работы, размера средней заработной платы (т. 1 л.д. 92).

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что доводы иска о незаконности увольнения не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, увольнение истца произведено на законных основаниях с соблюдением установленных законом гарантий и выплатой соответствующих компенсаций. Требование ФИО10 о восстановлении в прежней должности необоснованно, в удовлетворении производных от него требований о выплате среднего заработка за время вынужденного прогула также следует отказать.

В связи с отказом в удовлетворении иска, в соответствии с п. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (ГПК РФ), судебные расходы отнесению на ответчика не подлежат.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Фрунзенский районный суд г. Ярославля в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Судья Е.В. Тарасова