Решение № 2-271/2017 2-271/2017~М-129/2017 М-129/2017 от 24 апреля 2017 г. по делу № 2-271/2017

Дело № 2-271/2017г.


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

25 апреля 2017 года пос. Поназырево

Шарьинский районный суд Костромской области в составе: председательствующего судьи Удалова Р.В., при секретаре Куликовой Л.В.,

с участием: представителя ответчика Федерального казенного учреждения «Исправительная колония № 2» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Костромской области ФИО1, представителя ответчика Федеральной службы исполнения наказаний России ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области, Министерству Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области, ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Тверской области, о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области и ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Тверской области,*****



У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФКУ Исправительная колония №000 УФСИН России по Костромской области (далее по тексту ФКУ ИК-2), Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по _________, о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ФКУ ИК-2. В ходе рассмотрения дела дополнил свои исковые требования, обратившись с иском к ФКУ Лечебное исправительное учреждение № 8 УФСИН России по Тверской области (далее по тексту ФКУ ЛИУ-8) о взыскании компенсации морального вреда за ненадлежащие условия содержания в ФКУ ЛИУ-8.

В обоснование исковых требований к ФКУ ИК-2 указано, что он отбывал наказание в ФКУ ИК-2 с ДД.ММ. по ДД.ММ.. На протяжении всего этого периода он содержался в ненадлежащих, унижавших его человеческое достоинство условиях, несоответствующих требованиям УИК РФ, причинивших ему нравственные страдания, нарушивших его личные неимущественные права, гарантированные ст. 21 Конституцией РФ, ст. 3 Европейской конвенции. Туалеты были оборудованы в деревянных сараях, которые не отапливались с отверстиями над выгребной ямой. В туалетах отсутствовали условия приватности. Между отверстиями были установлены перегородки, в связи с чем он был вынужден справлять естественные потребности на виду у других лиц, что причиняло дискомфорт. Количество отверстий в туалетах и раковин в умывальниках было недостаточным, в связи с чем он был вынужден справлять естественные потребности на виду у других в спешке. В жилых помещениях не было центрального отопления, отапливались они с помощью самодельных железных печей, постоянно была задымленность, риск пожара и не поддерживали климатический режим. В ИК-2 был превышен лимит наполняемости, в связи с чем не соблюдалась норма площади в помещениях, иногда приходилось спать по очереди на одной кровати. Освещение было недостаточным, вентиляция отсутствовала. В связи с тем, что были нарушены его личные неимущественные права в результате нахождения в ненадлежащих условиях ИК-2, он просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В обоснование исковых требований к ФКУ ЛИУ-8 указано, что в ФКУ ЛИУ-8 ФИО2 содержался с ДД.ММ. по ДД.ММ.. На протяжении всего периода времени он был вынужден содержаться в ненадлежащих, унижавших его условиях, причинивших ему нравственные страдания, нарушившие его личные неимущественные права. В связи с превышением лимита наполняемости ЛИУ, не соблюдалась минимальная норма санитарно-бытовой площади на 1 человека в жилых помещениях, кроме того периодически количество содержавшихся в жилых помещениях лиц превышало предусмотренное количество спальных мест, в результате чего он был вынужден спать по очереди на одной кровати с другими лицами, что нарушило его право на индивидуальное спальное место и 8 часовой сон в ночное время. В туалетах общего пользования и умывальных помещениях ЛИУ было недостаточное количество сантехнического оборудования. В связи с этим он не имел возможности свободно пользоваться унитазом и раковиной, был вынужден справлять свои естественные и гигиенические потребности в спешке, что унижало его. Туалеты не были обеспечены условиями приватности. Невысокие перегородки между туалетами, условий уединения обеспечить не могли. В результате этого он был вынужден справлять свои естественные потребности на виду у других лиц, что унижало его, вызывало дискомфорт. Медицинское обеспечение было ненадлежащим, медицинской помощи практически не оказывалось. В связи с тем, что были нарушены его личные неимущественные права в результате нахождения в ненадлежащих условиях ЛИУ-8, он просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Определением суда в соответствии с ч. 2 ст. 47 ГПК РФ к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний России (далее по тексту ФСИН России).

Ответчиком ФКУ ИК-2 представлен мотивированный отзыв на исковое заявление, согласно которого ответчик исковые требования не признает в полном объеме, требования необоснованные и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям. ФИО2, ДД.ММ. года рождения, отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области. Прибыл в ФКУ ИК-2 ДД.ММ.. В какой отряд был зачислен при прибытии в ФКУ ИК-2 не известно, в связи с уничтожением приказов колонии по осужденным по сроку хранения. ДД.ММ. освободился по отбытии срока наказания. Доводы истца, указанные в исковом заявлении, ни чем не обоснованы и не подтверждены.

С ДД.ММ. здание общежития №000 отапливалось от местной котельной, общежитие №000 отапливалось от электро-котла, помещения камерного типа (ШИЗО,ПКТ, ЕПКТ) и общежитие для проживания бесконвойных осужденных отапливались от местной котельной, в общежитиях №000, №000, №000, №000, было печное отопление. Тепловой режим соблюдался. Чистка печей осуществлялась регулярно, копоти и задымления помещений не было. Перебоев с печным топливом не было. Жалоб от осужденных по соблюдению температурного режима, задымления в жилых помещениях в указанный период не поступало. В ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области в ДД.ММ. имелась Пожарная часть ведомственной пожарной охраны. В ДД.ММ. возгораний и пожаров в общежитиях, в том числе и в общежитиях с печным отоплением, зафиксировано не было.

Площадь жилых помещений в ФКУ ИК-2 соответствовала нормам. Статья 99 УИК РФ устанавливает норму не менее 2-х квадратных метров на осужденного в колониях общего режима. ФКУ ИК-2 колония общего режима. По прибытии в учреждение ФИО2 был обеспечен спальным местом и предметами вещевого довольствия, хозяйственного обихода и постельными принадлежностями. В 2001-2002 годах в отрядах количество спальных мест соответствовало нормам положенности, численность осужденных в отряде и секции не превышала установленного лимита наполнения. Нормы размещения осужденных соблюдались.

Из-за отсутствия канализационной сети в ФКУ ИК -2 здания отрядов, где размещались осужденные, не все были оборудованы туалетами. У отряда №000 был уличный туалет. Туалет представлял собой деревянное помещение разделенное на кабинки высотой перегородок 1,80 см, из расчета 1 кабинка на 15 осужденных, с дощаным полом, оснащен входной дверью. Туалет также оборудован отводными лотками (писсуар). Приватность осуществлялась разделением туалета на перегородки и закрываемой входной дверью в туалет. Построенные в указанном выше виде туалеты являются вспомогательным сооружением временного назначения, поэтому техническая документация на них не предусмотрена, соответственно и не изготовлялась.

За весь период содержания в учреждении ФИО3 не обращался с жалобами и заявлениями к руководству учреждения по причине неудовлетворительных условий содержания. Ответчик считает, что истец свою процессуальную обязанность доказать факт причинения ему морального вреда не выполнил. Обращаясь в суд с иском, истец не предоставил ни каких доказательств в подтверждение своих доводов.

Ответчиком ФКУ ЛИУ-8 представлено в суд ходатайство, согласно которого исковые требования ФИО2 ответчик не признает. ФИО2 за период содержания в ЛИУ-8 за защитой своих нарушенных прав не обращался. Превышения лимита численности в учреждении не было. На момент нахождения истца приватность в туалетах нормативными документами не регламентировалась и не требовалась, в туалетах имелись разделительные перегородки. Истец прошел курс наркологического лечения, медицинское обеспечение получено надлежащее. Учреждением права истца нарушены не были. Ответчик просил применить срок исковой давности и отказать в удовлетворении требований.

Ответчиком Министерством Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области предоставлен в суд отзыв на исковое заявление, согласно которого ответчик считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению.

Ответчиком ФСИН России представлен в суд отзыв, согласно которого ответчик полагает требования истца не подлежащими удовлетворению. Истец свою процессуальную обязанность доказать факт причинения ему морального вреда учреждением, в котором осуществлялось отбывание наказания, не выполнил, не представил ни каких доказательств в подтверждение своих доводов. Факт наличия нравственных и физических страданий истцом не доказан, размер компенсации морального вреда ничем не обоснован. Отсутствуют какие-либо противоправные действия ответчика, а так же причинная связь между действиями и нравственными, физическими страданиями истца. Истец не в период отбывания наказания, ни сразу после освобождения с жалобами на ненадлежащие условия содержания не обращался. Федеральная служба исполнения наказаний была привлечена в качестве соответчика, как главный распорядитель денежных средств. ФСИН России считает себя ненадлежащим ответчиком, поскольку доказательств вины ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области, ФСИН России суду не представлено. В силу положений ст. 1071 ГК РФ ответственность перед истцом должно нести само государство - Российская Федерация, в лице Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации.

Дело рассматривается в отсутствие истца ФИО2, который о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, отбывает наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Вологодской области, ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия.

Представитель ответчика ФСИН России ФИО1, действующая на основании доверенности №000 от ДД.ММ., выданной на основании доверенности в порядке передоверия №000 от ДД.ММ., в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме согласно доводов, изложенных в письменном отзыве ФСИН.

Представитель ответчика ФКУ ИК-2 ФИО1, действующая на основании доверенности №000 от ДД.ММ., в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме согласно доводов, изложенных в письменном отзыве ФКУ ИК-2. Дополнительно пояснила, что в помещениях общежитий для проживания осужденных была оборудована вентиляция естественного приточно-вытяжного типа через вентиляционные каналы. Освещение в отряде было естественное (окна) и от люминесцентных ламп.

Дело рассматривается в отсутствие ответчиков Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Костромской области, ФКУ ЛИУ-8, ходатайствовавших о рассмотрении дела в отсутствие представителей.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу ст. 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции РФ).

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» (далее Конвенция) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию, при этом под унижающим достоинство обращением и наказанием понимаются, в частности, ненадлежащие условия содержания под стражей, в исправительных колониях.

В соответствием с п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 г. №5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» суды должны учитывать необходимость соблюдения прав лиц, содержащихся под стражей, предусмотренных статьями 3, 5, 6 и 13 Конвенции «О защите прав человека и основных свобод». Следует учитывать, что в соответствии со статьей 3 Конвенции и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. Унижающим достоинство обращением признается, в частности, такое обращение, которое вызывает у лица чувство страха, тревоги и собственной неполноценности. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса РФ (далее ГК РФ) вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта РФ или казны муниципального образования.

В силу ч. 1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они причинены, степень вины причинителя, какие нравственные и физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме или иной материальной форме он их оценивает и их компенсацию, и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее ГПК РФ) гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти, либо его должностного лица, в рассматриваемом случае возлагается на истца. Более того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда.

Как установлено судом, ФИО2, ДД.ММ. года рождения, осужденный ДД.ММ. приговором Свердловского районного суда _________ к 2 годам 4 месяцам лишения свободы в колонии общего режима, содержался в ФКУ ИК-2 в период с ДД.ММ. по ДД.ММ., выбыл в ФКУ ИК-4 УФСИН России по _________, что подтверждается карточкой на осужденного и справкой начальника ФКУ ИК-2.

В каком отряде отбывал наказание осужденный установить не представляется возможным, так как согласно справки ФКУ ИК-2 в период с 1979 года по 2002 год дела «Приказы изданные в колонии по осужденным» уничтожены, согласно приказа МВД по делопроизводству № 172-88с.7 (срок хранения 5 лет).

В соответствии со ст. 99 УИК РФ норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров (ч. 1). Осужденным предоставляются индивидуальные спальные места и постельные принадлежности (ч. 2). Минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством Российской Федерации (ч. 3).

Согласно приказа Министерства внутренних дел РФ от 20 июля 1994 года № 354 для колонии в п. Поназырево Костромской области, в которой отбывал наказание истец в указанный в иске период, МФД России и Минздравмедпромом России установлен лимит численности осужденных в соответствии с нормами жилой площади в размере 1 100 человек (л.д. 17).

Как следует из сведений, представленных ФКУ ИК-2, при лимите наполнения 1100 человек, в 2001 году в колонии содержалось 794 человека, в 2002 году содержалось 782 человека.

Как следует из отзыва ФКУ ИК-2, по прибытии в учреждение ФИО2 был обеспечен спальным местом, предметами вещевого довольствия, хозяйственного обихода и постельными принадлежностями. В ДД.ММ. в отрядах количество спальных мест соответствовало нормам положенности, численность осужденных в отряде и секциях не превышала установленного лимита наполнения. Размещение осужденных в секциях отряда производилось в соответствии со ст. 99 УИК РФ, а именно не менее 2 квадратных метров на одного осужденного.

Руководствуясь положениями вышеприведенных правовых норм, проанализировав материалы дела, суд приходит к выводу о том, что доказательств опровергающих представленные выше ответчиком сведения, доказательств нарушений установленной законом нормы жилой площади в расчете на одного осужденного в период отбывания истцом наказания в ФКУ ИК-2, нарушений норм по оснащению общежитий сантехническим оборудованием для соблюдения мер личной гигиены, нарушений в части санитарного состояния общежитий, истцом не представлено. Оценивая доводы истца в указанной части, суд считает их несостоятельными, не подлежащими удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда.

Из исковых требований в связи с ненадлежащими условиями содержания в ФКУ ИК-2 следует, что в жилых помещениях не было центрального отопления, отапливались они с помощью самодельных железных печей, постоянно была задымленность, риск пожара, не поддерживали климатический режим, освещение было недостаточным, вентиляция отсутствовала.

Согласно отзыва, приобщенной справки и пояснений представителя ответчика ФКУ ИК-2 с января 2001 года до мая 2010 года здание общежития №000 отапливалось от местной котельной, общежитие №000 отапливалось от электро-котла, помещения камерного типа (ШИЗО,ПКТ, ЕПКТ) и общежитие для проживания бесконвойных осужденных отапливались от местной котельной, в общежитиях №000, №000, №000, №000, было печное отопление. На отопительный сезон из числа спецконтингента назначались работники по должности истопник. В обязанности истопника входило соблюдение теплового режима +18 градусов в жилых помещениях и +16 градусов в бытовых помещениях. Чистка печей осуществлялась регулярно, копоти и задымления помещений не было. Перебоев с печным топливом не было. Завоз дров на территорию ФКУ ИК-2 осуществлялся гидроманипулятором. Из числа спецконтингента создавалась рабочая бригада для распиловки, расколки и укладки дров. Заработная плата за такую работу производилась сдельно по нарядам. Жалоб от осужденных по соблюдению температурного режима, задымления в жилых помещениях в указанный период не поступало. В помещениях общежитий для проживания осужденных оборудована вентиляция естественного приточно-вытяжного типа через вентиляционные каналы. Освещение в отряде было естественное (окна) и от люминесцентных ламп.

Суду не представлено доказательств нарушения администрацией учреждения в помещениях общежитий для проживания осужденных климатического режима, не представлено доказательств, объективно подтверждающих отсутствие надлежащего освещения, вентиляции, несоблюдения в помещениях температурного режима. Отсутствие центрального отопления по сути не является ненадлежащим условием содержания, поскольку данные условия не являются настолько неудовлетворительными, чтобы приравнивать к нарушению положений ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (решение ЕСПЧ от 16 сентября 2004 года по делу «Нурмагомедов Т.С. против России». Оценивая доводы истца в указанной части, суд считает их несостоятельными, не подлежащими удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда.

Из материалов дела следует, что ФИО2 в ФКУ ЛИУ-8 прибыл ДД.ММ. из СИЗО-1 _________. ДД.ММ. эпатирован в УИН _________, что подтверждается карточкой на осужденного и справкой о прибытии, убытии ФИО2

Согласно справки ФКУ ЛИУ-8 при лимите численности осужденных 765 человек в соответствии с Приказом УИН Минюста России от ДД.ММ. №000 в учреждении содержалось по состоянию на ДД.ММ. - 603 человека; ДД.ММ. - 643 человека; ДД.ММ. - 709 человек; ДД.ММ. - 727 человек; ДД.ММ. - 742 человека; ДД.ММ. - 730 человек; ДД.ММ. - 679 человек; ДД.ММ. - 676 человек; ДД.ММ. - 678 человек; ДД.ММ. - 650 человек; ДД.ММ. - 702 человека; ДД.ММ. - 738 человека; ДД.ММ. - 745 человека. Таким образом перелимита не было.

Согласно справки ФКУ ЛИУ-8 об условиях содержания осужденного, ФИО2 по прибытию в учреждение он был помещен в карантинное отделение, был обеспечен индивидуальным спальным местом и постельными принадлежностями. В карантинном отделении оборудован санузел, расположенный изолированно от жилых помещений, оборудован 2 унитазами, 2 умывальниками. Все помещения содержаться в чистоте. Влажная уборка помещений карантинного отделения осуществляется дневальным из числа осужденных отряда хозяйственного обеспечения под контролем медперсонала. При отбытии карантинного срока не менее 15 дней, осужденные из карантинного отделения для дальнейшего отбывания наказания, распределяются в отряды. Истец не указывает, в каком отряде он находился. Общежития отрядов располагаются в двухэтажных кирпичных зданиях, однотипные. Отопление централизованное, холодное водоснабжение централизованное, канализация, внутреннее и общие коммуникации поддерживаются в исправном, рабочем состоянии. Каждый отряд занимает один этаж зданий. Общая площадь составляет 1453,65 квадратных метров, в том числе карантин.

Согласно справки начальника филиала «МЧ-8» осужденный ФИО2 проходил лечение в ФКУ ЛИУ № 8 УФСИН России по Тверской области с ДД.ММ. по ДД.ММ.. Протоколом №000 от ДД.ММ. решением комиссии было принято решение снять осужденного с профилактического учета и представить материалы дела в суд на снятие ст. 97 УК РФ.

Таким образом по прибытии в учреждение ФИО2 был обеспечен спальным местом, предметами вещевого довольствия, хозяйственного обихода и постельными принадлежностями. Количество спальных мест соответствовало нормам положенности, численность осужденных не превышала установленного лимита наполнения.

Суд приходит к выводу о том, что доказательств опровергающих представленные выше ответчиком сведения, доказательств нарушений установленной законом нормы жилой площади в расчете на одного осужденного в период отбывания истцом наказания в ФКУ ИК-2, нарушений норм по оснащению сантехническим оборудованием для соблюдения мер личной гигиены, нарушений в части санитарного состояния общежитий, нарушений в части ненадлежащего медицинского обеспечения, истцом не представлено. Оценивая доводы истца в указанной части, суд считает их несостоятельными, не подлежащими удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда.

Из исковых требований ФИО2 следует, что помещение туалета в ФКУ ИК-2 располагалось в отдельном деревянном строении с выгребной ямой, не имело разделительных перегородок и кабинок. Данное обстоятельство нарушало нормы о приватности. Туалеты ФКУ ЛИУ-8, оборудованные невысокими перегородками, не обеспечивали условия приватности.

Согласно отзыва ответчика ФКУ ИК-2 в связи с отсутствием канализационной сети подтверждается расположение туалетов в отдельных деревянных строениях, помещения туалетов были разделены перегородками на кабинки, из расчета 1 кабинка на 15 осужденных, оборудованы отводными лотками. Приватность осуществлялась разделением туалета на перегородки и закрываемой входной дверью. Чистка выгребных ям туалетов проводилась ежедневно.

Утверждения истца о нарушении его прав в связи с тем, что туалет представлял собой выгребную яму, находился на улице, в отряде его не было, не могут быть приняты судом как нарушающие права истца, поскольку исправительное учреждение, в котором содержался истец, находится в поселке Поназырево Костромской области, где большая часть жителей проживает в домах, квартирах и пользуется уличными не отапливаемыми туалетами с выгребной ямой.

Европейский суд по правам человека в решении от 16.09.2004 «О приемлемости жалобы N 30138/02 ФИО4 (Tagir Suleimanovich Nurmagomedov) против Российской Федерации» отметил, что касаясь санитарных условий, отсутствие централизованной подачи питьевой воды и системы канализации на самом деле заслуживает порицания, равно как и размещение туалета в отдельном неотапливаемом и неосвещенном строении, построенном над выгребной ямой. Тем не менее необходимо отметить, что указанные условия ничем не отличаются от условий жизни в сельской местности России, где жители берут воду из колодцев и пользуются отдельно стоящим туалетом с выгребной ямой. Европейский суд полагает, что данная ситуация не является настолько неудовлетворительной, чтобы приравниваться к нарушению положений статьи 3 Конвенции.

Как следует из справки ответчика ФКУ ЛИУ-8, санузлы в общежитиях расположены изолированно от жилых помещений, оборудованы 5 чашами Генуя (или унитазами), 5 писсуарами, 5 умывальниками. Умывальные комнаты от туалетов отделены сплошной капитальной перегородкой, в туалете имеются разделительные перегородки. Из приложенных фотоснимков санузлов отрядов следует, что в туалетах оборудованы только перегородки между посадочными местами, двери отсутствовали.

Вместе с тем, наличие в общем туалете только перегородок между посадочными местами при отсутствии двери (дверцы) не обеспечивает полного уединения при использовании туалета. Уличные туалеты ФКУ ИК-2 и туалеты отрядов ФКУ ЛИУ-8 не являлись индивидуальными и были рассчитаны на использование одновременно несколькими лицами.

Отсутствие возможности уединения подтверждает тот факт, что истец был вынужден пользоваться туалетом, соблюдать элементарные условия гигиены в крайне стесненных условиях, что является само по себе достаточным, чтобы причинить страдания и трудности, превышающие неизбежный уровень, присущий содержанию в исправительном учреждении, и вызвать у заявителя чувства страдания, которые могли унизить его.

Вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о ненадлежащих условиях содержания, которые, в свою очередь, относятся к унижающему достоинство обращению, гарантии защиты от которого закреплены в статье 21 Конституции Российской Федерации и статье 3 Конвенции.

Европейский Суд в своих Постановлениях при рассмотрении аналогичных дел отмечает, что меры, лишающие лица свободы, часто могут содержать неизбежный элемент страдания и унижения. Тем не менее, государство должно обеспечить, чтобы лицо содержалось в условиях, совместимых с уважением его человеческого достоинства, чтобы способ и метод исполнения этой меры не подвергали его страданиям и трудностям, превышающим неизбежный уровень, присущий содержанию под стражей, и чтобы, учитывая практические требования меры, связанной с лишением свободы, его здоровье и благополучие адекватно охранялись.

Учитывая, что истцу приходилось в ФКУ ИК-2 и ФКУ ЛИУ-8 пользоваться общими туалетами, помещение которых не обеспечивало условия уединения, суд приходит к выводу, что этот факт сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить нравственные страдания. Суд находит состоятельными доводы истца о том, что условия его содержания в ФКУ ИК-2 и ФКУ ЛИУ-8, не обеспечивавшие приватности при использовании туалетов, унижали его человеческое достоинство, привели к нарушению личных неимущественных прав истца, в связи с чем требования истца о взыскании компенсации морального вреда по данным основаниям являются обоснованными.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень нравственных страданий, которые претерпел истец в связи с нарушением его личных неимущественных прав, длительность периода в течение которого истец находился в условиях, нарушающих его личные неимущественные права, который составил менее девяти месяцев в ФКУ ИК-2 и менее одного года в ФКУ ЛИУ-8, обращение истца за защитой своих прав по прошествии длительного периода времени с момента содержания в ФКУ ИК-2 и ФКУ ЛИУ-8, отсутствия фактов его обращений в уполномоченные органы с жалобами на ненадлежащие условия в период его содержания в ФКУ ИК-2 и ФКУ ЛИУ-8, отсутствие в результате допущенных ответчиками нарушений каких-либо последствий для здоровья истца. Также суд в полной мере учитывает требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

С учетом изложенных обстоятельств, суд приходит к убеждению, что заявленный ФИО2 размер компенсации морального вреда 200 000 рублей за период содержания в ФКУ ИК-2, не соответствует степени и характеру перенесенных нравственных страданий, иным заслуживающим внимание обстоятельствам, суд считает возможным взыскать в пользу истца в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 800 рублей, оснований для взыскания компенсации в требуемом истцом размере суд не находит. Заявленный ФИО2 размер компенсации морального вреда 200 000 рублей за период содержания в ФКУ ЛИУ-8, также не соответствует степени и характеру перенесенных нравственных страданий, иным заслуживающим внимание обстоятельствам, суд считает возможным взыскать в пользу истца в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 1 000 рублей, оснований для взыскания компенсации в требуемом истцом размере суд не находит.

При определении надлежащего ответчика по делу суд исходит из следующего.

Надлежащим ответчиком по настоящему иску является Министерство финансов Российской Федерации, так как государством гарантировано соблюдение предусмотренных нормами уголовно-исполнительного закона требований, что следует и из ст.ст. 17, 21 Конституции Российской Федерации. В случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с п. 1 ст. 125 ГК РФ, от имени Российской Федерации и субъектов Российской Федерации могут своими действиями приобретать и осуществлять имущественные и личные неимущественные права и обязанности, выступать в суде органы государственной власти в рамках их компетенции, установленной актами, определяющими статус этих органов.

Подпунктом 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ установлено, что от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика в суде по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту, выступает соответственно главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно пп. 6 п. 7 Положения о ФСИН России, утвержденного Указом Президента РФ от 13.10.2004 г. N 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Неправильное определение истцом ответчика либо государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, не может влечь за собой отказ в принятии искового заявления, его возвращение, оставление без движения либо отказ в иске только по этому основанию.

Поскольку истец заявляет о причинении ему морального вреда в результате его ненадлежащего содержания в ФКУ ИК-2 УФСИН России по Костромской области и ФКУ ЛИУ-8 УФСИН России по Тверской области, следовательно, в силу пп. 12.1 п. 1 и п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ, ст. ст. 1069, 1071 ГК РФ надлежащим ответчиком по настоящему делу будет являться ФСИН России, как главный распорядитель федерального бюджета по ведомственной принадлежности.

В силу ст. 103 ГПК РФ, п. 19 ч. 1 ст. 333.35 НК РФ, государственная пошлина взысканию с ответчика не подлежит, судебные расходы следует отнести за счет бюджета.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1 800 (одна тысяча восемьсот) рублей.

В остальной части требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Костромской областной суд через Шарьинский районный суд Костромской области в течение одного месяца.

Председательствующий судья: Р.В. Удалов