Решение № 2-352/2017 2-352/2017~М-336/2017 М-336/2017 от 21 мая 2017 г. по делу № 2-352/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

22 мая 2017 года город Тула

Зареченский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Климовой О. В.,

при секретаре Батовой А. И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-352/2017 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявленных требований указал, что "дата" между ФИО2 и Р, которая позднее умерла, был заключен договор дарения <...> доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

Считал, что данный договор дарения не отражает действительное положение дел, поскольку фактически ни одна - из сторон не придавала своим действиям соответствующего значения.

Указал, что ФИО2, подписывая договор дарения с С., действовавшим по доверенности от Р, не видя собственника Р, не получая ключей от жилья, понимал, что ему ничего фактически не передается. Полагал, что ФИО2 сделка с Р была совершена в целях обеспечения ему возможности подачи иска о вселении и нечинении препятствий, а также продолжения оказания психологического давления на истца как на инвалида.

Полагал, что его дочь Р, будучи не знакомой ни с С., ни с ФИО2, по понятным причинам не могла иметь намерение подарить указанную долю в праве собственности на спорную квартиру.

Ссылался на то, что ранее, "дата", между ним и его дочерью Р был подписан договор дарения вышеуказанной доли, без участия каких-либо представителей, что, по его мнению, свидетельствует о действительной воле сторон.

Просил признать договор дарения <...> доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу <адрес>, общей площадью 63,6 кв. м., кадастровый №, заключенный между ФИО2 и Р, недействительным в силу его мнимости; применить последствия недействительности указанного договора — прекратить право собственности ответчика на <...> доли в праве общей долевой собственности на трехкомнатную квартиру, расположенную по адресу <адрес>, общей площадью 63,6 кв. м., кадастровый №.

Истец ФИО1 в судебном заседании через переводчика жестового русского языка для глухого гражданина заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по изложенным в исковом заявлении основаниям. Пояснил, что не знал о заключении Р оспариваемого договора, узнал о нем только в "дата", когда ФИО2 ночью пришел в квартиру и пытался в нее вселиться, а затем он же обратился в суд с иском о его вселении в спорную квартиру.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен своевременно и надлежащим образом, в письменном заявлении просил рассмотреть дело без его участия. Ранее указал, что заявленные исковые требования не признает.

Представитель ответчика по ордеру адвокат Долгушина И. В. в судебное заседание не явилась, о его времени и месте извещена своевременно и надлежащим образом, представила суду заявление с просьбой о рассмотрении дела без ее участия. Представила также возражения на исковое заявление, в которых указала, что заявленные требования она полагает не подлежащими удовлетворению. Указала, что ФИО1 просит признать недействительным договор, который был заключен Р, в то время как оспариваемый договор был заключен С., действовавшим по доверенности от Р Даная доверенность Р оспорена не была. Ссылалась на то, что после заключения оспариваемого договора ФИО2 предпринимал попытки по вселению в спорную квартиру, ввиду чего имеется вступившее в законную силу решение суда о вселении ФИО2 Сама Р не предъявляла к ФИО2 требований о признании оспариваемого договора недействительным. Также указала, что ФИО2 имел намерение приобрести оставшуюся долю в праве на спорную квартиру, принадлежащую ФИО1 Последний же отказался впоследствии от продажи своей доли в праве, ввиду чего имеется вступившее в законную силу решение суда о взыскании с него в пользу ФИО2 задатка. Заявила суду ходатайство о применении к требованиям ФИО1 последствий пропуска срока исковой давности, поскольку ФИО1 три года назад знал о заключении оспариваемого договора.

Третье лицо ФИО3 в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен своевременно и надлежащим образом, представил заявление с просьбой о рассмотрении дела без ее участия. Ранее указал, что не возражает относительно удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований.

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, о его времени и месте извещена своевременно и надлежащим образом, представила заявление с просьбой о рассмотрении дела без ее участия. Ранее указала, что не возражает относительно удовлетворения заявленных ФИО1 исковых требований. Пояснила, что Р является ее матерью, с которой она поддерживала связь, несмотря на то, что та проживала в <адрес>. Указала, что Р всегда спокойно говорила о том, что подарила свою долю в праве на спорную квартиру, что для этого оформляла доверенность.

Представитель третьего лица Управления Росреестра по Тульской области в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен своевременно и надлежащим образом.

В порядке ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения истца ФИО1, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что по состоянию на "дата" в Едином государственном реестре недвижимости имеется запись о государственной регистрации права общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>: ФИО1 (доля в праве <...>), ФИО1 (доля в праве <...>), ФИО2 (доля в праве <...>).

По данному адресу на регистрационном учете состоят ФИО1 (с "дата"), ФИО2 (с "дата"), ФИО3 (с "дата"), несовершеннолетний Л. (с "дата", ФИО4 (с "дата"), что следует из выписки из домовой книги № от "дата".

"дата" Р выдала на имя С. нотариально удостоверенную доверенность, уполномочив последнего подарить ФИО2 принадлежащую ей <...> долю квартиры, находящейся по адресу: <адрес>.

В материалах дела имеется договор дарения <...> доли в праве общей долевой собственности квартиры, датированный "дата", по условиям которого С., действуя по доверенности от Р, от имени последней безвозмездно передал ФИО2, а последний принял <...> долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

"дата" Р умерла (свидетельство о смерти от "дата").

Истец считает данный договор недействительным, полагая совершенную "дата" сделку мнимой.

В соответствии с пунктами 1, 3 ст. 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

В исковом заявлении такого лица должно быть указано право (законный интерес), защита которого будет обеспечена в результате возврата каждой из сторон всего полученного по сделке.

В своем исковом заявлении ФИО1 указал на то, что между ним и его дочерью был заключен договора дарения спорной доли в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, что порождает его заинтересованность в признании сделки дарения от "дата" недействительной.

В материалах дела действительно имеется договор дарения доли квартиры, датированный "дата", содержащих указание на то, что Р подарила ФИО1 спорную долю в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>.

В силу ч. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ, договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Представленный договор дарения от "дата" приведенным выше требованиям не отвечает, поскольку зарегистрирован в органе по регистрации прав на недвижимое имущество не был, ввиду чего правовых последствий в виде перехода прав на спорную квартиру он не порождает.

Разрешая заявленные ФИО1 исковые требования, суд принимает во внимание следующее.

Как разъяснено в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Оспариваемый договор во исполнение ч. 3 ст. 574 Гражданского кодекса РФ был зарегистрирован в Управлении Россреестра по Тульской области.

В пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» также разъяснено, что следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ.

Пунктом 71 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

По смыслу приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, формальное исполнение для вида условий сделки ее сторонами не может являться препятствием для квалификации судом такой сделки как мнимой.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что ее стороны не имеют целью достижение заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является по мнению суда, достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

В силу положений ч. 1 ст. 15, п. 2 ч. 1 и ч. 3 ст. 16 Жилищного кодекса РФ в их правовой совокупности, квартира, будучи объектом жилищных прав, являет собой структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования в таком доме и состоящее из одной или нескольких комнат, а также помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

При этом, при рассмотрении данного гражданского дела по существу, в частности из объяснений истца ФИО1 и третьего лица ФИО5, судом установлено, что Р после выдачи ею доверенности на имя С., заключения им оспариваемой сделки ("дата") и вплоть до своей смерти ("дата") проживала в <адрес>, то есть не стремилась к использованию спорной квартиры по ее прямому назначению – для проживания.

В то же время "дата" З. судом <...> вынесено решение по гражданскому делу № по иску ФИО2, действующего в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего Л., к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, возмещении убытков.

ФИО2 обратился в суд с иском в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего Л., к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, а также возмещении убытков, понесенных им в связи с арендой жилого помещения.

Исковые требования ФИО2 были удовлетворены частично.

Было постановлено вселить ФИО2 и его несовершеннолетнего сына Л. в квартиру <адрес>, обязать ФИО1 не чинить препятствий ФИО2 и его несовершеннолетнему сыну Л. в пользовании квартирой № <адрес>, передав ключи от данной квартиры, взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 судебные расходы, связанные с оформлением доверенности в размере <...>, расходы, связанные с составлением искового заявления и оплатой услуг представителя в размере <...>, расходы, связанные с оплатой государственной пошлины в размер <...>, а всего <...>.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказано.

При рассмотрении указанного гражданского дела судом установлено, что права собственника ФИО2 по пользованию спорным жилым помещением, то есть извлечению из жилого помещения его полезных свойств, обеспечивающих потребности собственника в жилье, установленные законом, нарушаются ФИО1

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Более того, о намерении ФИО2 использовать всю спорную квартиру в целом для своего проживания свидетельствует нижеследующее.

ФИО2 и П. обратились в суд с исковым заявлением к С. о взыскании задатка и суммы предварительной оплаты за квартиру.

При рассмотрении указанного выше дела судом было установлено, что ФИО1 выдал на имя С. доверенность на заключение договора купли-продажи, а тот в свою очередь, "дата" заключил с П. и ФИО2 предварительный договор купли-продажи доли ФИО1 в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>, однако от заключения самого договора С. уклонялся, получив при этом от истцов по этому делу задаток.

Также судом установлено, что ФИО1 на момент выдачи им доверенности на имя С. мог распорядиться только <...> долей в праве собственности на спорную квартиру, так как договор дарения ему Р ее доли в праве собственности на эту квартиру зарегистрирован в установленном законом порядке не был.

Решением <адрес> суда <...> от "дата", вступившим в законную силу "дата", исковые требования П. и ФИО2 были удовлетворены и судом, в частности в пользу ФИО2 с С. взысканы денежные средства в размере <...>.

Из изложенных выше установленных вступившим в законную силу решением суда фактических обстоятельств дела следует, что "дата", то есть даже до заключения оспариваемой сделки у ФИО2 возникло намерение приобрести в собственность спорную квартиру у обоих прежних ее собственников и это намерение не было реализовано в полном объеме лишь ввиду бездействия С., действовавшего по доверенности от имени ФИО1

Кроме того, положениями ч. 1 и ч. 3 ст. 30 Жилищного кодекса РФ, ч. 1 ст. 209, ст. 210 Гражданского кодекса РФ на собственников жилых помещений возложена обязанность по несению бремени содержания его и общего имущества собственников помещений в соответствующем многоквартирном доме, в котором эта квартира находится.

В материалах дела содержатся платежные документы, в частности, квитанция за "дата" на имя ФИО2, чек-ордер от "дата", согласно которым ФИО2, являясь правообладателем доли в праве собственности на спорную квартиру, исполнял обязанность по несению бремени ее содержания.

Анализируя приведенные выше законоположения с установленными по делу фактическими обстоятельствами, суд приходит к выводу о том, что ФИО2 в отношении приобретенного им путем заключения оспариваемой сделки имущества имел намерения исполнять права и обязанности собственника, реализуя данное намерение.

Истец ФИО1 представил суду расписку, выполненную "дата" от имени ФИО2, в которой указано, что последний получил от ФИО1 денежные средства в размере <...>., пояснив, что данная сумма была передана ФИО2 в счет оплаты коммунальных услуг.

Следовательно, по состоянию на "дата" ФИО1 признавал правомерность владения ФИО2 долей в праве собственности на спорную квартиру, передавая ему денежных средства во исполнение своей обязанности, как ее собственника, по несению бремени ее содержания.

Об исполнении этой обязанности свидетельствуют и платежные документы, представленные ФИО1 и оформленные на его имя.

При рассмотрении довода истца ФИО1 о том, что он не видел доверенности Р, выданную на имя С. для заключения оспариваемой сделки, суд приходит к выводу об его несостоятельности, принимая во внимание, что данная доверенность отозвана Р не была.

Напротив, незадолго до выдачи доверенности от "дата", а именно "дата", Р выдала на имя С. нотариально удостоверенную доверенность, уполномочив последнего принять наследство и вести наследственное дело с правом получения свидетельства о праве на наследство к имуществу, оставшемуся после умершей "дата" К1, в чем бы оно не заключалось и где бы оно не находилось.

Изложенное, по мнению суда, свидетельствует о том, что действительная воля Р была направлена на предоставление С. полномочий по ведению ее дел, связанных с отчуждением уже принадлежащего ей имущества и приобретением иного имущества.

Более того, гражданское законодательство РФ не связывает процедуру заключения договора дарения недвижимости (имущественных прав на него) с обязательным участием при заключении данной сделки дарителя.

Вопреки доводам истца в возбуждении уголовного дела по факту заключения оспариваемой сделки в отношении С. по ст. 159 Уголовного кодекса РФ по п. 1 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса РФ было отказано за отсутствием состава преступления (постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от "дата").

Непосредственно Р с иском о признании договора дарения от "дата" недействительным не обращалась, доказательств обратному суду представлено не было.

Более того, З. судом <адрес> было рассмотрено гражданское дело № по иску ФИО1 к администрации <адрес>, ФИО3, Р о признании права собственности в порядке наследования.

ФИО1, ссылаясь на невозможность реализации своих наследственных прав во внесудебном порядке, обратился в суд с вышеуказанным иском, в котором просит признать за ним право собственности на 1/12 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, в порядке наследования по закону после смерти супруги К1, последовавшей "дата".

В ходе производства по делу в порядке ст. 40 Гражданского процессуального кодекса РФ в качестве соответчиков были привлечены дети наследодателя К1- ФИО3 и Р

Участие в деле в качестве третьего лица также принимал ФИО2, действующий также в интересах несовершеннолетнего сына Л.

В рамках данного гражданского дела Р также не указывала на свое намерение оспорить договор дарения от "дата".

ФИО1 правомерность получения ФИО2 прав собственника на спорную квартиру также оспорена не была.

"дата" З. судом <...> вынесено решение по гражданскому делу № по иску ФИО2, действующего в своих интересах, а также в интересах несовершеннолетнего Л., к ФИО1 о вселении и нечинении препятствий в пользовании жилым помещением, возмещении убытков.

В ходе судебного разбирательства по указанному гражданскому делу судом ФИО1 было неоднократно разъяснено право в случае оспаривания им правомочий ФИО2 как собственника спорной квартиры с соответствующим исковым заявлением, однако такого рода заявлений от ФИО1 не поступало.

ФИО1 обращался в прокуратуру З. района <...> с заявлениями о выселении ФИО2 из квартиры по адресу: <адрес>, возбуждении уголовного дела по факту фальсификации договора дарения от "дата".

В ответе от "дата" на данные обращения заместителем прокурора З. района <...> Б указано на то, что оснований для принятия мер прокурорского реагирования не имеется, данных, подтверждающих совершение Р указанной выше сделки по договору дарения от "дата" под влиянием заблуждения, обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной, а также сделки, которую Р была вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, обращение ФИО1 не содержит и таковых в результате проведенной проверки прокуратурой района не установлено.

<...>

Установленные по делу фактические обстоятельства, в том числе обстоятельства, свидетельствующие о реальности намерений сторон оспариваемой сделки на ее заключение, применительно к приведенным выше законоположениям в их системном толковании, приводят суд к выводу о том, что оспариваемый договор дарения был заключен, основываясь на реальной воле сторон к прекращению (для Р) и приобретению (для ФИО2) имущественного права на спорную квартиру, этот договор исполнен его сторонами в полном объеме, ввиду чего суд полагает, что довод стороны истца о мнимом характере оспариваемой сделки не основан на законе, что свидетельствует об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований.

Стороной ответчика суду заявлено ходатайство о применении к требованиям истца последствий пропуска срока исковой давности, разрешая которое суд приходит к следующему.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса, согласно части 1 которой если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу ч. 1 ст. 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки.

Впоследствии, Федеральным законом от 07.05.2013 N 100-ФЗ, в указанную статью внесены изменения, в силу которых установлено, что срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Между тем, согласно ст. 3 Федерального закона от 07.05.2013 N 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» нормы Гражданского кодекса РФ (в редакции настоящего Федерального закона) об основаниях и о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего Федерального закона.

Также в соответствии со статьей 3 данный Федеральный закон вступает в силу с 1 сентября 2013 года.

Аналогичные разъяснения содержатся в п. 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Оспариваемая сделка была заключена "дата", ее исполнение началось сразу после ее совершения.

Также в "дата", как пояснил ФИО1, ему стало известно о наличии данного договора дарения, так как ФИО2 стал предпринимать попытки по вселению в спорную квартиру, а также обратился с иском в суд о его вселении в указанную квартиру.

Исковое заявление ФИО1 поступило в суд "дата".

Следовательно, срок исковой давности ФИО1 на подачу вышеуказанного искового заявления был пропущен, что применительно к заявленному истцом требованию и разъяснениям Пленума Верховного Суда РФ, приведенными в Постановлении от 29.09.2015 N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», касающимся определения момента начала течения срока исковой давности для обращения в суд с иском о признании сделки ничтожной, само по себе являет собой правовое основание для отказа ему в удовлетворении заявленных им исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ст. ст. 194, 195, 196, 197, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Зареченский районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий О. В. Климова