Решение № 2-1/2025 2-40/2024 2-593/2023 от 5 февраля 2025 г. по делу № 2-1/2025

Дело № 2-1/2025 (2-40/2024)

УИД 66RS0001-01-2023-006188-23

Мотивированное
решение изготовлено 06.02.2025

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

23 января 2025 года

г. Ивдель

Ивдельский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Новиковой И.Н., при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Гольцман С.В.,

с участием:

- представителей истца ФИО1, ФИО2,

- представителя ответчика ? адвоката Ковалик М.Д.,

- третьего лица на стороне ответчика ? ФИО3,

- представителя третьего лица на стороне ответчика ООО «ТКО-сервис» ? ФИО4,

- старшего помощника прокурора г. Ивделя Медведенко Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1/2025 (2-40/2024) по исковому заявлению ФИО5 к обществу с ограниченной ответственностью «Уралавтосевер» о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП, компенсации морального вреда, судебных издержек,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО5 обратился в суд к ИП Б. с иском о возмещении материального ущерба, причиненного ДТП, компенсации морального вреда, судебных издержек.

Истец с учетом неоднократного изменения и уточнения (т. 1, л.д. 2-4, т. 2, л.д. 31, 130, 146-147, т. 4) просит взыскать с надлежащего ответчика 2 780 360,83 руб., в том числе:

- 920 486,60 руб. – сумму автомобиля без учета заменяемых деталей согласно заключению эксперта от 08.06.2023;

- 15 000 руб. ? расходы по оплате услуг эксперта;

- 23 000 руб. – расходы по оплате услуг автоэвакуатора;

- 1 740 руб. ? расходы по уведомлению ответчика телеграфом о проведении осмотра автомобиля;

- 35 417,33 – материальный ущерб в связи с повреждением перевозимого груза;

- 6 216,90 руб. – расходы на приобретение бензина;

- 12 000 руб. – расходы по оплате услуг платной автостоянки;

- 1 218 000 – упущенную выгоду в связи с неполученным доходом по перевозке товара по договору № от 01.03.2024 (87 перевозок дважды в неделю стоимостью 14 000 руб. каждая);

- 500 000 руб. – компенсацию морального вреда;

- 30 000 руб. – расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы;

- 18 500 руб. – расходы по оплате госпошлины.

В обоснование иска указано, что 02.03.2023, в 13:10, на автодороге «<адрес>», 346 км 141 м произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ? ДТП) с участием автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. №, под управлением ФИО3, принадлежащего ИП Б., осуществлявшего междугородний рейс «<адрес>», и автомобиля «АФ3717ОА», г.р.з. № под управлением истца. ДТП произошло по вине водителя ФИО3, выехавшего на сторону встречного движения, в результате чего произошло лобовое столкновение с автомобилем ФИО5, транспортное средство восстановлению не подлежит.

К участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО «Уралавтосевер» (протокольное определение от 12.03.2024), в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены АО «Страховая компания Гайде» (30.08.2023), СПАО «Ингосстрах» (протокольное определение от 25.12.2023), ФИО3(30.08.2023), ФИО6 (30.08.2023), ФИО7 (протокольное определение от 12.03.2024), ООО «ТКО-сервис» (протокольное определение от 12.03.2024), АО «СОГАЗ» (определение от 10.12.2024).

Протокольным определением от 25.12.2023 из числа третьих лиц исключен «<данные изъяты>» ООО «<данные изъяты>».

В последующем при уточнении требований истец и его представители просили взыскать заявленную сумму с надлежащего ответчика, возражали против привлечения к участию в деле в качестве соответчика ООО «ТКО-сервис».

В судебном заседании 23.01.2025 представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от 22.01.2025, заявила отказ от требований к Б., указав, что поддерживает требования к ООО «Уралавтосевер», поскольку в судебном заседании установлено, что на момент дорожно-транспортного происшествия автобус «Кинг Лонг», г.р.з. №, под управлением ФИО3, был передан во владение данному юридическому лицу.

Определением от 23.01.2025 производство по делу в части требований к Б. прекращено в связи с отказом представителя истца от иска к данному ответчику.

Истец ФИО5 в судебное заседание не явился, направив для участия в деле своих представителей. Ранее, принимая участие в судебном заседании, требования поддержал.

Представитель истца ФИО2, действующая на основании доверенности от 15.12.2023 (т. 2, л.д. 39), от 22.01.2025 заявленные требования поддержала полностью по основаниям, указанным в иске, пояснив в судебных заседаниях, что ответчики и ФИО3 о проведении осмотра транспортного средства в целях его оценки уведомлялись надлежащим образом. Упущенная выгода состоит в сумме оплат за осуществление перевозок за период с момента ДТП до окончания действия договора, заключенного с ООО «<данные изъяты>». Так как транспортное средство, на котором ФИО5 осуществлял перевозки, было повреждено и восстановлению не подлежит, а также в связи с ухудшением состояния здоровья истец был лишен возможности получения дохода. Стоимость поврежденного груза ФИО5 возместил заказчику, в связи с чем понес дополнительные расходы. Размер ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, определен исходя из стоимости восстановительного ремонта без учета износа для того, чтобы была возможность приобрести новый автомобиль. Моральный вред связан с тем, что ФИО5 до настоящего времени нуждается в медицинской помощи, начались осложнения, он испытывает переживания в связи с тем, что лишен возможности работать, так как занимался грузоперевозками.

Представитель истца ФИО1 (доверенность от 15.12.2023, т. 3, л.д. 114-116) поддержала позицию по иску, высказанную ФИО2, в судебном заседании 12.03.2024, возражала против привлечения к участию в деле ООО «ТКО-сервис», указывая, что между мусоровозом и автобусом двигалась еще одна машина.

Адвокат Ковалик М.Д., действующая в качестве представителя Б. на основании ходатайства и ордера от 25.12.2023 № (т. 2, л.д. 42-44), в качестве представителя ООО «Уралавтосевер» на основании ордера от 05.04.2024 № (т. 4, л.д. 19) требования истца не признала, указала, что вина водителя ООО «Уралавтосевер» ФИО3 в совершении ДТП не доказана, сведения о нарушении им Правил дорожного движения, повлекших ДТП, не имеется, равно как и не установлено с достоверностью, что ФИО3 имел техническую возможность предотвратить столкновение транспортных средств с учетом сложившейся дорожной обстановки. Полагает, что в совершении ДТП имеется вина водителя ООО «ТКО-сервис» ФИО7, который ехал при отсутствии к тому причин со скоростью менее 5 км/ч при рекомендуемой 50 км/ч, чем создал помеху для движения автобуса. ФИО3 для минимизации негативных последствий был вынужден выехать на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем под управлением истца. Автобус был в технически исправном состоянии. В связи с изложенным, ответственность по возмещению вреда должна быть возложена на ООО «ТКО-сервис» в полном объеме или не менее 50%. С возражениями ООО «ТКО-сервис» не согласны полностью. Заявленный к взысканию размер ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, является завышенным, истец претендует на неосновательное обогащение. С учетом полной гибели транспортного средства, его рыночной стоимости на момент ДТП, стоимости годных остатков и страховой выплаты, полученной в рамках ОСАГО, размер возмещения не может превышать 96 500 руб. Требования о возмещении ущерба в связи с повреждением груза являются необоснованными, так как объективных доказательств, достоверно подтверждающих объем груза, его принадлежность, полную утрату, истцом не представлено. Наличие у истца упущенной выгоды в виде неполученного дохода также не доказано, так как не установлена причинно-следственная связь между невозможностью получения дохода и произошедшим ДТП. Расходы на бензин не подлежат возмещению; из представленных чеков невозможно установить относимость несения данных расходов к рассматриваемому делу. Факт причинения морального вреда объективными данными не подтвержден. Аналогичные доводы были изложены в письменных возражениях (т. 3, л.д. 77-78, т. 4, л.д. 83-88).

Представитель третьего лица ООО «ТКО-сервис» ФИО4 (доверенность от 04.04.2024 №, т. 4, л.д. 17) полагал требования истца о размере ущерба необоснованными, в данной части поддерживая доводы представителя ответчика, при этом указывал, что в действиях водителя мусоровоза ФИО7 не установлено нарушений Правил дорожного движения ни сотрудниками ГИБДД, ни страховыми компаниями; участником ДТП он не являлся, в связи с чем доводы ответчиков и третьего лица ФИО3 о наличии вины ФИО7 в произошедшем ДТП полагал подлежащими отклонению как не основанными на имеющихся по делу доказательствах, согласно которым мусоровоз двигался по своей полосе, не перестраиваясь, не изменяя траекторию движения, не создавая препятствий, в светлое время суток, с включенными габаритами и включенной аварийной системе. Опасного вождения, экстренного торможения водитель ФИО7 не применял, что подтверждается видеозаписями. Поддержал позицию истца и его представителей, что виновность водителя ФИО3 в совершении ДТП является очевидной, поскольку он при управлении автобусом не соблюдал скоростной режим, не соблюдал дистанцию, выехал на встречную полосу в нарушение запрещающего знака и разметки. Кроме того, разность тормозных усилий, зафиксированных в протоколе осмотра свидетельствует о неисправности тормозной системы автобуса; виновность водителя ФИО3 подтвердила страховая компания, выплатившая страховое возмещение потерпевшему; кроме того Б. возместил ущерб второму пострадавшему (прим.: Завалину) во внесудебном порядке. Указанные доводы изложены в письменных возражениях (т. 4, л.д. 31-33, 119-120).

Третье лицо ФИО7 в судебном заседании 07.05.2024 пояснил, что управляя мусоровозом на данном участке дороги 02.03.2023, двигался со скоростью 60 км/ч, затем снизил скорость до 50 км/ч. Затем автомобиль самостоятельно начал сбрасывать скорость до 40 км/ч, начал происходить сброс воздуха тормозной системы, в связи с чем он включил аварийную сигнализацию и начал смещаться вправо, чтобы освободить проезжую часть, слева имелась сплошная линия разметки, обгон запрещен. Съехать с проезжей части сразу не удалось, так как справа имелся отбойник. Проехав данную часть и рамку весового контроля, он сдвинулся на обочину и, проехав немного с маленькой скоростью, остановил транспортное средство. После чего проверил бачок, шланги, увидел, что давление начало подниматься до нормы, и продолжил движение до полигона. По окончании смены сообщил о произошедшем механику, который осмотрел транспортное средство, сказал, что неисправностей не выявлено. В иные судебные заседания ФИО7 не явился, извещался надлежащим образом.

Представитель третьего лица СПАО «Ингосстрах» ФИО8 (доверенность от 22.01.2024) ходатайствовала о рассмотрении дела в свое отсутствие, направив письменный отзыв, указав, что выплата страхового возмещения в связи с ДТП в сумме 400 000 руб. произведена истцу 28.11.2023 (т. 3, л.д. 46-47, 143-144).

Старший помощник прокурора г. Ивделя Медведенко Т.В., в заключении по требованию о компенсации морального вреда, принимая во внимание результаты судебно-медицинских экспертиз, полагала указанное требование подлежащим частичному удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, указав, что заявленная к взысканию сумма при том, что причиненные истцу в результате ДТП телесные повреждения не повлекли вред здоровью, является чрезмерно завышенной.

Иные лица, привлеченные к участию в деле, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили, ходатайств, отзывов не направили.

На основании ст. 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации заявления, уведомления, извещения, требования или иные юридически значимые сообщения, с которыми закон или сделка связывает гражданско-правовые последствия для другого лица, влекут для этого лица такие последствия с момента доставки соответствующего сообщения ему или его представителю. Сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

В соответствии со ст.ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 №262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» информация о дате, времени и месте судебного заседания заблаговременно размещена на официальном интернет-сайте Ивдельского городского суда Свердловской области. Участвующие в деле юридически лица ранее в установленные сроки получили извещение о первом судебном заседании (т. 1, л.д. 120, т. 3, л.д. 136, т.1, л.д. 130,, т. 2, л.д. 167). Требования к извещению лиц, участвующих в деле, предусмотренные ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, соблюдены.

При указанных обстоятельствах, в силу положений ч. 3,5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав письменные материалы дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.

На основании ст. 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения ему убытков.

В силу ч. 2 ст. 15 Гражданского Кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 ст.1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях

В соответствии со ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Из содержания приведенных норм права в их взаимосвязи следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых отношений с владельцем этого источника (водитель, машинист, оператор и другие), не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и не несет ответственности перед потерпевшим за вред, причиненный источником повышенной опасности. Следовательно, на работодателя как владельца источника повышенной опасности в силу закона возлагается обязанность по возмещению вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых обязанностей.

В соответствии с п. «б» ст. 7 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее – Закон об ОСАГО) страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 000 руб.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается письменными материалами дела, 02.03.2023 около 13:10 на автодороге «<адрес>», 346 км 141 м, произошло дорожно-транспортное происшествие при следующих обстоятельствах: водитель ФИО3, управляя транспортным средством - автобусом «Кинг Лонг» г.р.з. №, двигаясь со стороны <адрес> в сторону <адрес>, объезжая движущийся впереди в попутном направлении мусоровоз «КО-440-7», г.р.з. № с включенной аварийной сигнализацией под управлением ФИО7, в зоне действия дорожного знака 3.20 «Обгон запрещен», допустил выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, с пересечением линии дорожной разметки 1.1, где столкнулся с движущимся навстречу автомобилем «АФ 37170А», г.р.з №, под управлением ФИО5, в результате чего оба водителя получили телесные повреждения, а транспортные средства получили механические повреждения (т. 1, л.д. 193, 208-209, 217-219,242, видеозапись).

Оба водителя находились в трезвом состоянии (т. 1, л.д. 233,235).

Кроме того, в результате ДТП пострадало стоящее за пределами проезжей транспортное средство ВАЗ 217030 Приора, г.р.з. №, принадлежащее ФИО6 (т. 1, л.д. 239-240, т. 2, л.д. 26-27, т. 4, л.д. 187). Как указали стороны в судебном заседании, ущерб, причиненный ФИО6 повреждением транспортного средства, возмещен Б. во внесудебном порядке.

На момент ДТП ФИО5 являлся собственником транспортного средства АФ 37170А, г.р.з. №, что подтверждается копиями паспорта транспортного средства, свидетельства о регистрации транспортного средства (т.1, л.д. 6,7, т. 2, л.д. 190).

Автогражданская ответственность ФИО5 была застрахована в АО «Страховая компания Гайде», страховой полис № (т.1, л.д. 8).

Мусоровоз КО-440-7, г.р.з. №, на дату ДТП принадлежал на праве собственности ООО «ТКО-сервис» (т.4, л.д. 34-36).

Автогражданская ответственность собственника транспортно средства ООО «ТКО-сервис» была застрахована в АО «СОГАЗ», страховой полис № от дд.мм.гггг, срок страхования с 23.06.2022 по 22.06.2023 (т. 4, л.д. 37).

ФИО7 управлял указанным автомобилем на основании трудового договора от дд.мм.гггг, путевого листа (т. 4, л.д. 38-43).

Автобус «Кинг Лонг» XMQ6127C, г.р.з. № зарегистрирован на праве собственности за Б. (т. 1, л.д. 236,237).

Автогражданская ответственность собственника транспортно средства Б. была застрахована в СПАО «Ингосстрах», страховой полис № от дд.мм.гггг, срок страхования с 13.06.2022 по 12.06.2023. Страхование распространяется на страховые случаи, произошедшие в период использования транспортного средства с 13.06.2022 по 12.12.2022. Договор страхования заключен в отношении неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством (т. 2, л.д. 9).

01.10.2022 между ИП Б. (арендодатель) и ООО «Уралавтосевер» (арендатор) заключен договор аренды №, по условиям которого арендодатель предоставляет, а арендатор принимает во временное пользование транспортное средство «Кинг Лонг» XMQ6127C, г.р.з. № на срок с 01.10.2022 до 31.08.2023 (т. 3, л.д. 13-14).

ООО «Уралавтосевер» имеет лицензию № от 25.12.2019 на осуществление деятельности по перевозкам пассажиров и иных лиц автобусами (т. 2, л.д. 15).

17.10.2022 ООО «Уралавтосевер» Министерством транспорта и дорожного хозяйства выдана карта маршрута регулярных перевозок № сроком действия до 16.10.2027 для осуществления автобусных перевозок по маршруту № «<адрес>» (т. 2, л.д. 12).

Водитель ФИО3 управлял автобусом на основании путевого листа №, выданного в установленном порядке ООО «Уралавтосевер» (т. 1, л.д. 250-251), трудового договора № от дд.мм.гггг, заключенного с ООО «Уралавтосевер» (т. 3, л.д. 8-10, т. 3, л.д. 139).

За управление автобусом в период его использования, не предусмотренный страховым полисом ОСАГО, ФИО3 постановлением от 02.03.2023 привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.37 Кодекса Российской федерации об административных правонарушениях (т. 2, л.д. 13).

Оспаривая вину в совершении ДТП, ФИО3 указывал, что оно произошло пи вине водителя мусоровоза, принадлежащего ООО «ТКО-сервис», который резко снизил скорость перед рамкой весового контроля и без причины двигался медленно, в связи с чем он (ФИО3) был вынужден выехать на встречную полосу движения для того, чтобы уйти от столкновения с мусоровозом, так как понимал, что его избежать не удастся, после чего столкнулся с автомобилем истца, движущимся по встречной полосе. Аналогичные доводы приводились им при даче объяснения по материалу об административном правонарушении (т. 2, л.д. 16-18).

ФИО5 в своем объяснении указывал, что двигался по своей полосе со скоростью 50-60 км/ч, попутного транспорта впереди не было. При проезде рамки контроля увидел, что ему навстречу из-за мусоровоза, находящегося на расстоянии около 5 м, выехал автобус. Он (ФИО9) стал прижиматься к краю проезжей части, но там имелись дорожные ограждения, и автобус в этот момент допустил столкновение с его автомобилем (т. 2, л.д. 20-21).

ФИО7, управлявший автомобилем, принадлежащим ООО «ТКО-Сервис», при даче письменного объяснения при проведении проверки пояснял, что двигаясь по данному участку дороги, снизил скорость в соответствии со знаком «рекомендуемая скорость 50 км/ч» примерно до 40 км/ч, при этом еще при движении со скоростью 60 км/ч включил аварийную сигнализацию и продолжил движение, каких либо ударов, звуков не слышал и не ощущал, в его транспортное средство никто не въезжал (т. 2, л.д. 23-24). О дальнейшем снижении скорости и причинах снижения дал пояснения в судебном заседании.

Сведений о привлечении водителей к административной ответственности в связи с произошедшим ДТП, за исключением указанного выше постановления в отношении ФИО3, не имеется (т. 2, л.д. 189,191-192).

В справке о водителях и транспортных средствах, участвовавших в ДТП, ФИО7 не указан.

04.04.2023 С., работающий механиком в ООО «Уралавтосевер», являясь должностным лицом, ответственным за выпуск на линию транспортных средств, привлечен к административной ответственности по ч. 2 ст. 11.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за выпуск 02.03.2023 автобуса «Кинг Лонг» на линию с неисправным тахографом (отсутствует чековая лента) (т. 2, л.д. 207-210).

При осмотре места ДТП установлено, что проезжая часть горизонтальная, асфальтовое покрытие, мокрое, две полосы для движения, ширина проезжей части 7 м, нанесена дорожная разметка 1.1 и 1.4, установлены дорожные знаки с рекомендуемой скоростью, видимость 300 м, погода ясная, без осадков, температура воздуха -10. При осмотре автобуса установлено положение рычагов ручного тормоза и переключения передач – 4 передача (т. 1, л.д. 244-248)

Согласно протоколу инструментального обследования от 02.03.2023, составленному старшим инспектором дорожного надзора ОГИБДД МО МВД России «Серовский» дефект покрытия проезжей части в виде колеи на участке автодороги, являющемся местом ДТП, соответствует установленным нормам (т. 1, л.д. 184-185). В протоколе осмотра, составленном 02.03.2023 в 14:41 указано, что дорожные условия, сопутствующие дорожно-транспортному происшествию, не выявлены (т. 1, л.д. 249).

Из проекта организации дорожного движения следует, что на участке автодороги, являющемся местом ДТП, установлены информационные знаки о приближении к пункту весового и габаритного контроля, дорожные знаки «рекомендуемая скорость 70», «рекомендуемая скорость 50», 3.20 «обгон запрещен», дорожная разметка 1.1 (т. 4, л.д. 81-83).

Согласно информации, поступившей из ГКУ СО «Управление автомобильных дорог», в соответствии с актом обследования дорожных условий № в месте совершения ДТП 02.03.2023 на 346 км+141 м автодороги «<адрес>» покрытие проезжей части было обработано противогололедными материалами, состояние проезжей части соответствовало требованиям ГОСТ, неудовлетворительные дорожные условия отсутствовали (т. 4, л.д. 24-26).

По ходатайству стороны ответчиков и третьего лица ФИО3 по делу назначена судебная автотехническая экспертиза.

Согласно заключению № от 22.07.2024, подготовленному экспертом ООО «Р-Оценка» О., водитель автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. № должен был руководствоваться п.п. 8.1, 9.1 (1), 9.10, 10.1, 11.1, линия 1.1. Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия водителя автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. № противоречат указанным пунктам Правил.

Водитель грузового автомобиля «АФ37170А», г.р.з. № должен был руководствоваться п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия данного водителя не противоречат п. 10.1. Правил.

Водитель мусоровоза «КО-440-7», г.р.з. № должен был руководствоваться п.п. 7.1, 11.6. Правил дорожного движения Российской Федерации. Действия данного водителя не противоречат указанным пунктам Правил.

Со стороны водителя автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. № предотвращение ДТП зависело не только от технической возможности, а и от выполнения требований п.п. 8.1, 9.1(1), 9.10, 10.1, 11.1, линия 1.1. Правил, которыми он должен был руководствоваться в рассматриваемой ситуации.

Водитель мусоровоза «КО-440-7», г.р.з. №, не располагал технической возможностью предотвратить столкновение с автобусом «Кинг Лонг» экстренным торможением с остановкой ТС, а также освободить полосу в связи с наличием с правой стороны дорожного ограждения.

Действия водителя автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. №, с технической точки зрения, находятся в причинно-следственной связи при столкновении с грузовым автомобилем «АФ37170А» и его последующим отбрасыванием на дорожное ограждение в ДТП от 02.03.2023г. около 13 часов 10 минут на автодороге «<адрес>», 346 км 141 м.

Водитель автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. № имел техническую возможность избежать столкновения с грузовым автомобилем «АФ37170А» применив экстренное торможение, не меняя полосы движения за время - 3,88с. (Изображение №), так как время от начала обнаружения опасности в виде грузового автомобиля «АФ37170А» до столкновения составляло - 3,92 сек.

Водитель автобуса «Кинг Лонг», г.р.з. № имел техническую возможность избежать столкновения, применив служебное торможение, не меняя полосы движения за время - 7,28 сек. от начала обнаружения опасности в виде включенной аварийной сигнализации на автомобиле «КО-440-7», г.р.з. № (изображение №).

Представитель ответчиков Ковалик М.Д. не согласилась с выводами эксперта, полагала заключение необоснованным, поскольку расчеты произведены без учета грузоподъемности транспортного средства, оборудования системой АБС, дорожных условий; в примененной формуле экспертом учтены только 3 показателя (т. 4, л.д. 169). Третье лицо ФИО3 высказал аналогичную позицию.

В связи с позицией представителя ответчиков судом организован допрос эксперта О. для дачи дополнительных пояснений по экспертному заключению.

Эксперт О. в судебном заседании в связи с поставленными вопросами дополнительно пояснил, что при расчетах применялась литература и методические рекомендации, перечень которых указан в заключении. При произведении расчетов были использованы только те показатели, которые имеются в материалах дела. Для применения иных данных, о которых указывает представитель ответчика (грузоподъемность транспортного средства и др.), эти данные должны быть с достоверностью зафиксированы, в том числе, после ДТП должно быть проведено контрольное торможение транспортного средства с фиксацией скорости, замеров тормозного пути, только в этом случае, указанные представителем ответчика параметры могут быть использованы при проведении экспертизы. Водителем автобуса опасность в виде движущегося впереди мусоровоза с включенной аварийной сигнализацией была обнаружена на достаточном расстоянии, расчетное время с момента обнаружения опасности до момента касания со встречным грузовиком составила почти 8 сек., что позволяло водителю автобуса применить торможение без изменения полосы движения. Система АБС позволяет водителю при ее включении остановить транспортное средство с наименьшим временем.

После допроса эксперта представитель ответчиков Ковалик М.Д. отказалась от ранее заявленного ходатайства о проведении повторной автотехнической экспертизы.

Проанализировав содержание указанного экспертного заключения, суд приходит к выводу о том, что оно отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств, основания сомневаться в его правильности отсутствуют, т.е. оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Заключение ООО «Р-Оценка» изготовлено имеющим соответствующую квалификацию и предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации экспертом, имеющим необходимые квалификацию, образование и стаж работы, который подготовил экспертизу в полном объеме; экспертом использованы все исходные данные, имеющиеся в материалах гражданского дела (доказательства, представленные как стороной истца, так и стороной ответчика, материалы настоящего гражданского дела, административный материал по факту дорожно-транспортного происшествия, видеозаписи с места ДТП, в том числе, фиксирующие дорожную обстановку перед его совершением), а также соответствующие литература, законодательство, источники информации. Порядок исследования доказательств экспертом детально и подробно описан и мотивирован. В ходе производства экспертизы экспертом классифицированы, сопоставлены и тщательно изучены все обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, его механизм. Ответы судебного эксперта на поставленные судом вопросы, с учетом его допроса, не допускают неоднозначного толкования.

Предусмотренное ч. 2 ст. 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правомочие суда назначить повторную экспертизу вытекает из принципа самостоятельности суда, который при рассмотрении конкретного дела устанавливает доказательства, оценивает их по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, и на основании этих доказательств принимает решение.

Несогласие стороны спора с результатом экспертизы в рассматриваемом случае само по себе не свидетельствует о недостоверности экспертного заключения и не влечет необходимости в проведении повторной либо дополнительной экспертизы.

В соответствии с абз. первым п. 8.1 ПДД при выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

На любых дорогах с двусторонним движением запрещается движение по полосе, предназначенной для встречного движения, если она отделена разделительной полосой, разметкой 1.1 (п. 9.1 (1) ПДД).

Согласно п. 9.10 ПДД водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

П. 10.1 ПДД предписывает, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

В силу п. 11.1 ПДД, прежде чем начать обгон, водитель обязан убедиться в том, что полоса движения, на которую он собирается выехать, свободна на достаточном для обгона расстоянии и в процессе обгона он не создаст опасности для движения и помех другим участникам дорожного движения.

Дорожную разметку 1.1 пересекать запрещается.

Экспертом в заключении и при допросе отмечено, что предотвращение спорного ДТП зависело не только от технической возможности, но и от выполнения водителем автобуса «Кинг Лонг» требований перечисленных пунктов ПДД.

Оценив заключение эксперта в совокупности с иными имеющимися по делу доказательствами (административным материалом, схемой, пояснениями сторон, материалами фотосъемки и видеофиксации), суд соглашается с тем, что именно действия водителя автобуса «Кинг Лонг», нарушившего указанные требования ПДД, находятся в прямой причинно-следственной связи со столкновением с автомобилем под управлением истца.

При этом судом отклоняются доводы представителя ответчиков Ковалик М.Д. и третьего лица ФИО3, что причиной ДТП стало нарушение водителем мусоровоза ФИО7 п. 10.5 ПДД.

Из исследованных материалов видеосъемки (т. 3,л.д. 11, т. 4, л.д.80) в совокупности с пояснениями ФИО10 следует, что им не применялось экстренное торможение, не совершалось резких маневров, не менялась траектория движения. При снижении скорости автомобиля с 60 до 40 км/ч им была включена аварийная сигнализация и продолжено движение. Доводы о снижении скорости по техническим причинам не опровергнуты. Не имея возможности освободить проезжую часть в связи с наличием справа металлического ограждения, а слева дорожной разметки 1.1, он принял как можно правее. Из видеозаписи, представленной Управлением автомобильных дорог, следует, что после проезда рамки весового контроля автомобиль под управлением ФИО7 не увеличил скорость, продолжил движение без ее изменения с включенной аварийной сигнализацией, после окончания металлического ограждения съехал с проезжей части на правую обочину.

Таким образом, суд соглашается с выводами эксперта, что действия водителя Короткова соответствовали требованиям п. 7.1 и 11.6 ПДД и в прямой причинно-следственной связи с возникновением ДТП не состоят.

Доводы о том, что водитель ФИО3 не был привлечен к административной ответственности за нарушение требований ПДД, повлекших ДТП, судом отклоняются, поскольку, как следует из представленных материалов, проверка по факту наличия либо отсутствия в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в связи с выездом в нарушение требований Правил на полосу, предназначенную для встречного движения, с принятием соответствующего процессуального решения (составление протокола либо вынесение определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении) сотрудниками ГИБДД не проводилась.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что виновником спорного ДТП является водитель автобуса «Кинг Лонг» ФИО3, и его вина определяется в 100%.

Поскольку ФИО3 управлял автобусом как работник ООО «Уралавтосевер»; указанное юридическое лицо в соответствии с заключенным договором аренды на момент совершения ДТП являлось законным владельцем данного транспортного средства, в силу положений статей 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации ООО «Уралавтосевер» является надлежащим ответчиком по делу и лицом, ответственным за возмещение вреда, причиненного ДТП.

Разрешая вопрос о размере возмещения, суд приходит к следующему.

В результате столкновения автомобилю истца АФ 37170А, г.р.з. № причинены механические повреждения, перечень которых указан в акте осмотра (т.1., л.д. 52-56).

ФИО5 в связи с повреждением принадлежащего ему автомобиля организовано проведение экспертизы об определении размера расходов на восстановительный ремонт транспортного средства АФ 37170А, г.р.з. №.

Согласно экспертному заключению №, подготовленному экспертом ООО «Региональный центр экспертизы и оценки» К. 08.06.2023, рыночная стоимость автомобиля на дату ДТП составляет 568 700 руб. Предварительная расчетная стоимость устранения повреждений автомобиля без учета износа заменяемых деталей составляет 920 486,60 руб., с учетом износа заменяемых деталей – 544 900 руб. Проведение восстановительного ремонта автомобиля экономически нецелесообразно. Стоимость годных остатков автомобиля определена в размере 72 187,65 руб. (т. 1, л.д. 34-81)

09.11.2023 ФИО5 обратился в СПАО «Ингосстрах» с заявлением о страховом случае ( т 2., л.д. 57-62).

Согласно экспертному заключению №, подготовленному 23.11.2023 ООО «Р-Оценка» по заданию страховщика, расчетная стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца с учетом округления составляет 865 000 без учета износа, 448 300 с учетом износа. Акт осмотра поврежденного транспортного средства был составлен 20.11.2023 (т.2., л.д. 85-107).

Из заключения специалиста о 23.11.2023, подготовленного ООО «Р-Оценка», следует, что рыночная стоимость транспортного средства истца до повреждений на дату ДТП 02.03.2023 могла составлять 531 050 руб.; стоимость аварийного транспортного средства (годные остатки) составляет 78 142,41 руб. (т.2., л.д. 76-84).

24.11.2023 утвержден страховой акт, согласно которому размер ущерба в результате повреждения транспортного средства ФИО5 составляет 531 050 руб., подлежит выплате 400 000 руб. в пределах лимитов страхового возмещения по ОСАГО (т.2, л.д. 56).

28.11.2023 СПАО «Ингосстрах» перечислило ФИО5 сумму страхового возмещения в размере 400 000 руб., что подтверждается платежным поручением № (т.2, л.д. 108). 29.11.204 ФИО5 страховой компанией направлено письмо об отказе в возмещении в связи с повреждением имущества (т.2, л.д. 116-117).

Таким образом, как установлено экспертными заключениями, в результате ДТП произошла полная гибель принадлежащего истцу транспортного средства. Разница в определенных суммах связана с различной методикой, применяемой при определении размера стоимости восстановительного ремонта по ОСАГО и рыночной стоимости и находится в пределах допустимой погрешности равной 10%.

Выражая изначально несогласие с проведенной истцом оценки, указывая в письменных возражениях, что представленное заключение является недопустимым доказательством, в последующем, при рассмотрении дела, стороной ответчика оспаривался лишь порядок расчета ущерба в связи с полной гибелью транспортного средства.

Ходатайство о проведении судебной оценочной экспертизы после неоднократного разъяснения порядка распределения бремени доказывания, ни одной из сторон заявлено не было.

С учетом изложенного, при расчете размера ущерба, причиненного в результате повреждения принадлежащего истцу транспортного средства, суд принимает данные, указанные в представленном истцом заключении ООО «Региональный центр экспертизы и оценки» от 08.06.2023, как соответствующем требованиям, предъявляемым к такого рода доказательствам.

Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству принцип полного возмещения вреда, закрепленный в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

В соответствии с пунктом 2.5 части II Методических рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки полная гибель колесного транспортного средства (далее - КТС) наступает, если стоимость ремонта без учета износа подлежащих замене составных частей равна или превышает стоимость КТС до повреждения, рассчитанную на дату наступления страхового случая; при полной гибели КТС от возмещаемой действительной (рыночной) стоимости КТС может быть вычтена стоимость годных остатков.

При полной гибели потерпевшему выплачивается действительная стоимость автомобиля на день наступления страхового случая за вычетом стоимости годных остатков (п.п. «а» п. 18 ст. 12 Закона об ОАГО, п. 9.1.1 Правил ОСАГО, п. 43 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31).

Учитывая изложенное, а также положения статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд определяет размер ущерба, подлежащего взысканию с ответчика, на условиях полной гибели автомобиля как рыночную стоимостью транспортного средства на дату ДТП за вычетом стоимости его годных остатков и произведенной суммы страхового возмещения: 568 700-72 187,65-400 000=96 512,35 руб.

Исчисление истцом размера ущерба в сумме 920 486,60 руб. на основании стоимости восстановительного ремонта транспортного средства без учета износа заменяемых деталей, при полной гибели транспортного средства не соответствует указанным выше положениям и повлечет неосновательное обогащение на стороне истца.

Довод представителя истца о том, что размер ущерба должен быть еще больше, так как при оценке не учитывались стоимость ремонта в связи с повреждением двигателя, судом отклоняются, поскольку при установленной полной гибели транспортного средства при определении размера возмещения имеет значение рыночная стоимость автомобиля в доаварийном состоянии на дату ДТП, а не стоимость восстановительного ремонта.

Разрешая требования истца о взыскании с ответчика расходов по оплате услуг эвакуатора и хранения поврежденного транспортного средства на стоянке, судом исходит из того, что с учетом характера повреждений с места происшествия истец был вынужден эвакуировать автомобиль «АФ3717ОА», г.р.з. № с использованием специального транспорта. За услуги автоэвакуатора 02.03.2024 оплачено 23 000 руб., что подтверждается товарным и кассовыми чеками, выданными ИП А. (т. 3, л.д. 197).

Кроме того, годные остатки автомобиля истец хранил на платной стоянке, поскольку полагал, что, с учетом позиции ответчика по делу и оспариванием размера ущерба может возникнуть необходимость в проведении судебной оценочной экспертизы.

В качестве подтверждения понесенных расходов представлены квитанции об оплате автостоянки с марта 2023 по март 2024 по 1500 руб. ежемесячно, заявлено к взысканию с марта по октябрь 2023 года в размере 12 000 руб. (т.3 л.д. 189,195).

С учетом того, что осмотр поврежденного транспортного средства страховщиком произведен 20.11.2023, страховая выплата осуществлена 28.11.2023, первоначально в возражениях ответчика Б. указывалось на то, что заключение об оценке ущерба, предоставленного истцом, является недопустимым доказательством (указанная позиции изменена представителем позднее при рассмотрении дела), суд полагает, что хранение годных остатков транспортного средства в заявленный истцом период являлось вынужденным.

При указанных обстоятельствах, суд полагает, что понесенные истцом расходы по эвакуации транспортного средства и хранении годных остатков на стоянке с 02.03.2023 по октябрь 2023 года являются убытками, понесенными в связи с повреждением транспортного средства в ДТП, которые подлежат возмещению ответчиком: по оплате услуг эвакуатора в полном объеме в размере 23 000 руб., по оплате услуг стоянки частично, за март, начиная с 02.03.2023 в сумме 1 450 руб., с апреля по октябрь 2023 года по 1 500 руб. ежемесячно, итого в сумме 11 950 руб.

Разрешая требование истца о взыскании ущерба в связи с уничтожением перевозимого груза, суд приходит к следующему.

01.03.2023 между ФИО5 (перевозчик) и ООО «<данные изъяты>» (заказчик) заключен договор перевозки товара №, по условиям которого перевозчик обязуется на условиях, установленных настоящим договором, за вознаграждение, определенное п. 2.1 настоящего договора, выполнять следующие услуги: осуществлять приемку товара заказчика на складе, доставлять товар заказчику по адресам, указанным в отгрузочных документах.

Перевозка осуществляется на основании накладных и счета-фактуры, содержащих данные о грузе и условиях перевозки.

Перевозчик несет ответственность в виде возмещения реального ущерба за утрату, недостачу или повреждение товара после принятия его у заказчика и до выдачи груза получателю (Т.1, л.д. 25-26).

Согласно справке, выданной ООО «<данные изъяты>», в результате ДТП, произошедшем на Серовском тракте 02.03.2023, весь груз, перевозимый ФИО5, был уничтожен.

09.03.2023 ООО «<данные изъяты>» в адрес ФИО5 направлена претензия о возмещении ущерба в размере 35 417,33 руб. в срок до 09.04.2023 (т. 1, л.д. 24).

10.03.2023 ФИО5 оплатил ООО «<данные изъяты>» в счет возмещения ущерба 35 417,33 руб. (т. 3, л.д. 174-175).

Представитель ответчика полагала, что указанное требование удовлетворению не подлежит, поскольку с достоверностью не установлен как объем перевозимого груза, так и факт его полного уничтожения.

С указанной позицией суд согласиться не может ввиду следующего.

Исходя из буквального толкования п. 1 ст. 785 Гражданского кодекса Российской Федерации в содержание обязательства перевозчика входит обеспечение сохранности переданного ему груза. Поскольку груз вверяется в сферу контроля перевозчика, на нем лежит риск утраты груза вследствие неправомерных действий третьих лиц.

Как неоднократно указывал Верховный суд Российской Федерации и Конституционный суд Российской Федерации, по смыслу п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учётом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Факт повреждения груза подтверждается представленными фотографиями с места происшествия, на которых зафиксирован характер повреждения кузова транспортного средства, в котором перевозился груз, разбросанные на проезжей части продукты питания (упаковки с тестом, подложки с полуфабрикатами) (т. 1, л.д.9-11, 178-181).

Согласно справке заказчика ООО «<данные изъяты>» в результате ДТП был уничтожен груз на сумму 35 417,33 руб., перечень груза (продукты, полуфабрикаты), его количество, цена указаны в справке, счете-фактуре от 02.03.2023 № с указанием грузоотправителя ООО «<данные изъяты>» в <адрес> и грузополучателя в <адрес> (т. 2, л.д. 218-219, т. 3, л.д. 175-177).

В протоколе осмотра места ДТП указано, что автомобиль АФ, г.р.з. №, был с грузом 200 кг, пищевые продукты. (т. 1, л.д. 248).

Из совокупности указанных доказательств можно сделать вывод, что к взысканию заявлена сумма только того груза, который действительно был уничтожен.

Принимая во внимание, что в силу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений презюмируется, то есть предполагается, пока не доказано иное, суд находит требования истца о взыскании ущерба в связи с уничтожением перевозимого груза в сумме 35 417,33 руб. подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Поскольку страховщиком имущественный ущерб в связи с повреждением транспортного средства возмещен истцом в пределах установленных лимитов, следовательно, ущерб в связи с повреждением груза подлежит возмещению ответчиком.

Истцом заявлено требование о взыскании убытков в виде упущенной выгоды в размере 1 218 000 руб., выразившейся в недополученных доходах по договору перевозки товара. Обосновывая указанные требования, представители истца в судебных заседаниях указывали, что ФИО5 использовал транспортное средство для осуществления трудовой деятельности. Вследствие его повреждения, а также по состоянию здоровья, необходимостью прохождения исследований и лечения, он был лишен возможности получения дохода. Поскольку договор перевозки после ДТП не был расторгнут, размер упущенной выгоды исчислен исходя из количества поездок с 02.03.2023 по 31.12.2023 дважды в неделю с оплатой в размере 14 000 руб. за каждую поездку.

При определении упущенной выгоды учитываются меры, предпринятые кредитором для ее получения, а также сделанные с этой целью приготовления (п. 4 ст. 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, юридически значимыми обстоятельствами для разрешения спора о взыскании упущенной выгоды является установление факта неполучения истцом доходов, которые он мог получить с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях оборота, если бы его право не было нарушено, в том числе предпринятые для получения прибыли меры и сделанные с этой целью приготовления, доказательства возможности извлечения дохода, а также размер упущенной выгоды, который определяется исходя из размера дохода, который мог бы получить истец, за вычетом понесенных затрат.

При этом лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду.

Возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

По условиям указанного выше договора № от 01.03.2023, заключенного между ФИО5 и ООО «<данные изъяты>», размер вознаграждения перевозчика определяется в соответствии с актом согласования цены (приложение №). Оплата за услуги осуществляется на основании договора, акта оказанных услуг. Счет выставляется перевозчиком на еженедельной основе перед выполнением работ по доставке груза в торговые точки.

Согласно приложению № к договору стоимость доставки груза в <адрес> составляет 14 000 руб.; график рейсов: 2 рейса в неделю (понедельник, четверг) (т.1, л.д. 143, оборот).

ДТП произошло 02.03.2023 (четверг), при этом из справки ООО «<данные изъяты>» следует, что данный рейс заказчик ФИО5 не оплатил, так как груз не был доставлен конечному покупателю (т. 2, л.д. 217).

Суд полагает, что убытки в виде упущенной выгоды, понесенные в связи с неполучением оплаты за указанный рейс в связи с произошедшим ДТП, в размере 14 000 руб., подтверждены и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца.

При этом суд не усматривает оснований для взыскания убытков в большем размере ввиду следующего.

Согласно ПТС и карточке учета транспортного средства автомобиль АФ 37170А, г.р.з. № приобретен ФИО5 19.01.2022. Доказательств систематического использования данного автомобиля для получения прибыли или осуществления трудовой деятельности, не имеется.

По данным Фонда пенсионного и социального страхования сведения об осуществлении ФИО5 трудовой деятельности после 29.01.2007 не имеется, меры социальной защиты не назначались. Имеется информация об осуществлении с 01.01.2015 по 31.12.2023 ухода за инвалидом (т. 2, л.д. 235-240, т. 3, л.д. 139, 141).

Согласно ответу на судебный запрос из МРИ ФНС № по Свердловской области ФИО5 не зарегистрирован в качестве учредителя или руководителя юридических лиц, индивидуального предпринимателя или самозанятого. Сведения о доходах ФИО5, справки о доходах по форме 2-НДФЛ за 2023 год в отношении указанного лица не поступали (т. 3, л.д. 34).

Договор перевозки заключен накануне даты ДТП. Доказательств того, что истец был лишен возможности получения реального дохода в заявленном размере в следствие ДТП (предпринимал меры к осуществлению трудовой деятельности) не представлено. Напротив, суд отмечает, что, исходя из доводов представителя истца, ФИО5 был лишен возможности работать не только в связи с повреждением транспортного средства, но и по состоянию здоровья, тогда как в связи с ДТП вред здоровью истца причинен не был.

Таким образом, реальность получения истцом дохода, заявленного в качестве упущенной выгоды, не доказана, расчет упущенной выгоды носит предположительный характер и не свидетельствует о реальности ее получения.

Соответственно, истцом не доказаны основные юридически значимые обстоятельства для удовлетворения заявленных требований о взыскании убытков в виде упущенной выгоды в размере, превышающем 14 000 руб.

Разрешая вопрос о наличии оснований для взыскания компенсации морального вреда и ее размере, суд приходит к следующему.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в ст. 41 Конституции Российской Федерации, согласно которой право на охрану здоровья отнесено к числу основных прав человека. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно статье 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии с положениями статьи 151, части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с пунктом 32 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

При этом следует иметь в виду, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

03.03.2023 в дежурную часть ОБ ДПС ГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» поступило сообщение из травматологоческого пункта № г. Нижнего Тагила по факту получения травмы ФИО5 Диагноз: <данные изъяты> Установлено, что травма получена в результате ДТП 02.03.2023 в 13:10 на автодороге <адрес>, 346 км 141 м, что отражено в рапортах.

Из объяснения ФИО5 в материалах проверки следует, что на месте ДТП его осматривали работники скорой помощи, болевых ощущений не было. На следующий день появились болевые ощущения на левой руке и в левой ноге, в связи с чем обратился в травмпункт (т.1, л.д. 197-201)

22.03.2023 при проведении административного расследования по делу об административном правонарушении назначена судебно-медицинская экспертиза для определения степени тяжести вреда здоровью ФИО5, причиненного в результате ДТП. Для проведения экспертизы эксперту были представлены рентгенограммы, травм.карта, рапорт (т. 1, л.д. 222)

Согласно заключению эксперта № от 18.04.2023 при обращении за медицинской помощью 03.03.2023 у ФИО5 каких-либо повреждений (кровоподтеки, ссадины и.т.п. в области головы, лица, туловища и конечностей не описано. Был установлен диагноз «<данные изъяты>». В представленной медицинской карте отсутствует описание конкретного вида повреждений, что не повзоляет установить наличие данного диагноза и дать ему судебно-медицинскую оценку (т. 1, л.д. 225-226).

Постановлением старшего инспектора по ИАЗ ДПС ГИБДЛД МО МВД России «Серовский» от 02.05.2023 производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, прекращено в связи с отсутствием в действиях ФИО3, состава административного правонарушения. Указанное постановление в установленном порядке не обжаловано, вступило в законную силу.

Поскольку истец и его представители были не согласны с выводами медицинской экспертизы, проведенной при проведении административного расследования, настаивали, что в связи с ДТП у ФИО5 возникло ухудшение состояния здоровья, по ходатайству данной стороны по делу назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению экспертизы №-СО, подготовленному судебно-медицинской экспертной комиссией ГАУЗ Свердловской области «Бюро судебно-медицинской экспертизы» по представленным медицинским документам и материалам дела дегенеративно-дистрофические изменения - остеохондроз позвоночника - имели место у ФИО5 до событий, произошедших 02.03.2023, как и гипертоническая болезнь, что подтверждается представленными медицинскими данными, являются хронически протекающими патологическими процессами, сами по себе в причинной связи с ДТП от 02.03.2023 г. не состоят.

Такие заболевания, как хронический бронхит курильщика, дисциркуляторная энцефалопатия, церебральный атеросклероз, установленные ФИО5, являются также длительно протекающими (хроническими), не относятся к травматически обусловленным, не состоят в причинной связи с ДТП от 02.03.2023.

Изложенное выше, а также отсутствие каких-либо повреждений (их описания) в области головы, в том числе структур головного мозга, шеи, туловища, конечностей при обращении за медицинской помощью 03.03.2023 у ФИО5, позволяет считать:

- возникновение заболеваний, обусловленных событиями от 02.03.2023 г., у ФИО5 не имелось;

- кистозно-глиозные изменения колена мозолистого тела могли быть обусловлены наличием у ФИО5 хронических заболеваний - гипертонической болезни и атеросклероза церебральных артерий, которые приводят к нарушению кровообращения мозговых структур;

- природа синкопального состояния носит нетравматический характер, обусловлена преходящим снижением мозгового кровотока, причинами которого могут являться гипертоническая болезнь, атеросклероз церебральных артерий, остеохондроз шейного отдела позвоночника.

При осмотре врачом травматологом 03.03.2023 г. ФИО5 предъявлял жалобы на боли в левом лучезапястном суставе, которые к проявлениям имеющихся хронических заболеваний (остеохондроз шейного, грудного и поясничного отделов позвоночника, гипертоническая болезнь (гипертензия), хронический бронхит курильщика, дисциркуляторная энцефалопатия, церебральный атеросклероз) отношения не имеют.

Таким образом, на основании указанного ранее, ухудшение течения (обострение) имеющихся у ФИО5 хронических заболеваний в причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием от 02.03.2023 г. не состоит.

Лечение и медицинские консультации после событий, произошедших 02.03.2023, связаны с наличием имеющихся у ФИО5 хронических заболеваний (остеохондроз, гипертоническая болезнь (гипертензия), хронический бронхит курильщика, дисциркуляторная энцефалопатия, церебральный атеросклероз).

Ссадины без указания их количества и локализации, зафиксированные у ФИО5 при обращении в травматологический пункт 02.03.2023 ГАУЗ СО ГБ № г. Нижний Тагил (в заключении допущена техническая ошибка в указании даты: 03.02.2023), квалифицируются как повреждения, не причинившие вред здоровью.

С учетом изложенных обстоятельств, при определении размера компенсации причиненного истцу морального вреда суд принимает во внимание, что причиненные в результате ДТП истцу телесные повреждения не повлекли вред здоровью и не состоят в причинной связи с обострением хронических заболеваний и обращением за медицинской помощью в последующем; в свою очередь, сам по себе факт причинения телесных повреждений предполагает физическую боль и свидетельствует о наличии оснований для возмещения компенсации морального вреда владельцем источника повышенной опасности.

Учитывая требования разумности и справедливости, позволяющие с одной стороны максимально возместить причиненный истцу моральный вред, а с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца, а также то, что компенсация морального вреда является средством возмещения потерь, и не может являться способом обогащения одной из сторон, с учетом характера и степени понесенных истцом моральных и нравственных страданий, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца в размере 5 000 руб.

В соответствии со ст. ст. 88, 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны, понесенные по делу судебные расходы, в том числе расходы по оплате государственной пошлины, по оплате услуг эксперта, расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд, другие признанные судом необходимыми расходы.

В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно п. 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Истцом заявлены требования о возмещении ответчиком судебных расходов в виде оплаты услуг экспертов, расходов по отправке телеграмм, расходов на бензин, расходов по оплате государственной пошлины.

Факт несения расходов по оплате услуг по экспертизе и оценке транспортного средства в размере 15 000 руб. подтверждается договором от 15.05.2023, кассовым чеком от 28.05.2023, актами № от 08.06.2023 (т. 1, л.д. 27-28, т. 3, л.д. 198-204).

17.05.2023 истцом направлены телеграммы в адрес ООО «Уралавтосевер» и Б., ФИО3 с уведомлением о времени и месте проведения осмотра поврежденного транспортного средства.

За отправку телеграмм оплачено 389,56 руб. и 369,82 руб., итого 759,38 руб. (т.1., л.д. 20,23, т.2, л.д. 221-222). Доказательств несения расходов за данные услуги в большем размере не представлено.

Указанные расходы являлись необходимыми, понесены истцом в связи с обращением за защитой своих нарушенных прав и заявлением имущественного требования о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением транспортного средства, в сумме 920 486,60 руб. Поскольку данное требование удовлетворено частично, в размере 96 512,35 руб., что составляет 10,48% от заявленного, соответственно, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате указанной экспертизы в размере 1 572 руб. (15 000*10,48%), расходы за оплату услуг телеграфа в размере 79,58 руб. (759,38*10,48%).

В качестве подтверждения несения расходов на бензин представлены чеки от 25.12.2023 на суммы 896,83 руб.. 809,57 руб., 255,13 руб., 1 255,37 руб., всего в сумме 3 216,90 руб., при этом из указанных чеков следует, что оплачивался не бензин, а метан, место покупки: г. Краснотурьинск, г. Нижний Тагил( т. 3, л.д. 196)также представлены чеки на приобретение метана 02.05.2023, г. Нижняя Тура, на сумму 448,42 руб., 932,22 руб., г. Нижний Тагил, дата нечитаема, чек на покупку бензина АИ-92 в сумме 1 000 руб. 06.07.2023 (т. 3, л.д. 181, т. 1, л.д. 33), остальные чеки в виде нечитаемых копий (т. 2, л.д.234).

Сами по себе чеки без сведений о транспортном средстве (его принадлежности, характеристиках по расходу топлива) не свидетельствуют о необходимости, оправданности и разумности потраченной суммы на приобретение топлива для целей проезда к месту рассмотрения дела, кроме того не представлены доказательства фактического расхода бензина и протяженности пути, а также доказательства того, что данные расходы были понесены именно ФИО5 в связи с рассмотрением настоящего дела, с учетом того, что его автомобиль был поврежден в ДТП, сведения об иных транспортных средствах не предоставлялись. Кроме того, имеются противоречия: заявлено о возмещении расходов на бензин, чеки представлены на оплату бензина и метана.

При указанных обстоятельствах суд не усматривает оснований для взыскания данных расходов, поскольку истец не представил объективных и достоверных доказательств их несения в связи с рассматриваемым делом.

В связи с заявлением ходатайства о проведении по делу судебно-медицинской экспертизы истцом на счет УСД в Свердловской области внесены денежные средства в размере 30 000 руб. (т. 4, л.д. 72). Согласно выставленному счету стоимость расходов по оплате экспертизы составляет 23 510 руб.

Расходы по оплате указанной экспертизы понесены истцом в целях обоснования заявленного размера компенсации морального вреда – 500 000 руб.

Согласно п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Стороной ответчика последовательно в ходе рассмотрения дела указывалось на необоснованность размера заявленных требований о компенсации морального вреда с учетом имеющихся в материалах дела медицинских документов, объяснений истца непосредственно после ДТП и заключения медицинской экспертизы, имеющегося в административном материале. Однако представители истца настаивали, что последующее обращение истца за медицинской помощью в связи с обострением хронических заболеваний связано с последствиями ДТП. По результатам комплексной судебно-медицинской экспертизы доводы стороны истца своего подтверждения не нашли, связь последующего обращения за диагностикой и медицинской помощью с произошедшим ДТП не установлена, подтверждено наличие телесных повреждений, которые ранее оценены при проведении медицинской экспертизы № от 18.04.2023 в связи с чем размер компенсации морального вреда определен в сумме 5 000 руб. (в 100 раз меньше заявленного).

Суд полагает, что при указанных обстоятельствах, для взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере понесенные истцом расходы по проведению судебной медицинской экспертизы не являлись необходимыми; заключение комиссии экспертов фактически подтвердило необоснованность в данной части доводов истца. С учетом изложенного, в соответствии с положениями п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1, суд приходит к выводу, что указанные расходы не подлежат отнесению на сторону ответчика.

Истцу поделит возврату излишне уплаченная сумма за проведение экспертизы в размере 30 000-23 510=6 490 руб.

При рассмотрении настоящего дела, исходя из размера заявленных требований имущественного характера – 2 208 903,93 руб. и требования о компенсации морального вреда истцом оплачена государственная пошлина 14.08.2023 в размере 500 руб. (т.1., л.д.40, т. 3, л.д. 194), 22.12.2023 в размере 18 213 руб. (т. 2, л.д. 34), 03.03.2024 в размере 831 руб. (т. 2, л.д. 242, т. 3, л.д. 193), всего в сумме 19 544 руб. (19 244 руб. по требованиям имущественного характера, 300 руб. за требование о компенсации морального вреда).

С учетом того, что общий размер удовлетворенных требований имущественного характера составил 180 879,68 руб. (96 512,32+23 000+11 950+14 000+35 417,33) что составляет 8,19% от заявленной суммы, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, исходя из расчета 19 244*8,19%+300=1 600,65 руб.

Требований о взыскании иных судебных расходов истцом не заявлялось.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО5 (паспорт №) к обществу с ограниченной ответственностью «Уралавтосевер» (ИНН <***>, ОГРН <***>) о возмещении материального ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Уралавтосевер» в пользу ФИО5:

- материальный ущерб, причиненный повреждением автомобиля, в размере 96 512,35 руб.

- расходы по оплате услуг автоэвакуатора в размере 23 000 руб.;

- расходы по хранению поврежденного транспортного средства на стоянке за период с 02.03.2023 по 31.10.2023 в размере 11 950 руб.;

- упущенную выгоду в размере 14 000 руб.;

- ущерб в связи с повреждением перевозимого груза в размере 35 417,33 руб.;

- компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.;

- расходы по оплате услуг по проведению экспертизы и оценки транспортного средства в размере 1 572 руб.;

- расходы по отправке телеграмм в размере 79,58 руб.

- расходы по оплате государственной пошлины в размере 1 600,65 руб.,

всего 189 131 (сто восемьдесят девять тысяч сто тридцать один) руб. 91 коп.

В остальной части в удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Ивдельский городской суд Свердловской области.

Судья (подпись)

И.Н. Новикова