Решение № 2-1610/2018 2-1610/2018(2-7717/2017;)~М-4890/2017 2-7717/2017 М-4890/2017 от 10 октября 2018 г. по делу № 2-1610/2018

Дело № 2-1610/2018

УИД 24RS0041-01-2018-004842-98

Категория 114г


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 октября 2018 года Октябрьский районный суд г. Красноярска в составе председательствующего Вожжовой Т.Н.,

при секретаре Сотниковой В.С.,

с участием представителя ФИО1 ФИО2, ответчика ФИО3 и её представителя ФИО4, ответчика ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО6, ФИО5 о признании утратившими право пользования жилым помещением,

по встречному иску ФИО3 к ФИО1 о признании права пользования жилым помещением, вселении в жилое помещение, возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым помещением,

по иску ФИО3 к ФИО1 о возложении обязанности заключить договор социального найма,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя требование тем, что пользуется жилым помещением, расположенным по адресу: Х, на условиях социального найма. Ответчики ранее проживали в квартире, состояли в ней на регистрационном учете, однако в 2001 году забрали свои вещи и выехали из жилого помещения, в расходах по его содержанию не участвуют, в связи с чем в целях реализации права на приватизацию спорного жилого помещения, просит признать ФИО3, ФИО5, ФИО6 утратившими право пользования спорной квартирой.

ФИО3 обратилась в суд со встречным иском к ФИО1, указывая, что выезд из квартиры носил вынужденный характер, поскольку ФИО1 препятствует ей в проживании, просит вселить её в спорную квартиру, обязать ответчика не чинить ей препятствий в пользовании квартирой и признать за ней право пользования спорной квартирой.

Также ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО1 о возложении обязанности заключить с ней договор социального найма, мотивируя тем, что спорная квартира изначально была предоставлена её матери, в том числе и ей как члену семьи, однако в настоящее время ФИО1, препятствует истцу в проживании в квартире, от включения ФИО3 в договор социального найма отказывается, в связи с чем просит заключить с ней договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: Х.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала, против удовлетворения требований ФИО3 возражала. Суду пояснила, что проживала в спорной квартире с рождения, вместе с бабушкой Половинкой Н.В., отцом ФИО7 и матерью ФИО8 Со слов родителей ФИО3 никогда не проживала в квартире постоянно, а когда умерла бабушка ФИО9, ФИО3 выехала на постоянное место жительства к своему сожителю, но и до этого она не проживала постоянно, а только иногда ночевала, ухаживая за бабушкой. Полагает, что ФИО3 выехала по собственному желанию. ФИО6 никогда в квартиру не вселялся, свои вещи он не завозил. ФИО5 также выехала добровольно и стала проживать со своей семьей. В 2016 году ФИО5 заезжала по её разрешению со своей семьей временно, подобрав подходящее себе жилье – выехала с семьей. В настоящее время, когда она решила реализовать сове право на приватизацию квартиры ФИО3 и ФИО5 стали заявлять о своих правах на квартиру, в связи с чем у них и возникли конфликты, однако не в целях получения места для проживания, а для участия в приватизации и последующей продаже квартиры. Также указала, что действительно сменила замки входной двери в связи с утратой ключей, и не намерена давать ключи ФИО3, поскольку она не является членом её семьи и с ней не проживает.

Представитель истца ФИО2. действуя на основании нотариально удостоверенной доверенности реестр. № 24/36-н/24-218-9-76 от 07 июня 2018 года, исковые требования ФИО1 поддержала, против требований ФИО3 возражала, полагая, что последняя в добровольном порядке отказалась от своих прав на спорное жилое помещение еще при жизни ФИО9, выехала из квартиры на постоянное место жительства со своей семьей. Более в установленном порядке она не вселялась, бывая периодически и иногда ночуя в связи уходом за больной матерью.

Ответчик (истец) ФИО3 на удовлетворении своих требований настаивала, против удовлетворения первоначального иска возражала. Суду пояснила, что в спорную квартиру вселялась вместе с родителями по ордеру.

Представитель ФИО3 ФИО4 поддержала позицию своего доверителя и указала, что ФИО3 вселилась в квартиру законно, а выехала из неё вынужденно из-за конфликтов с истцом и чинимых во вселении истцом препятствий. До настоящего времени в спорной квартире находятся вещи ФИО3 От спорной квартиры ФИО3 не отказывалась, продолжает нести расходы по её содержанию, но квитанции по оплате жилищно-коммунальных услуг за более ранний период не сохранились. Просит признать за ФИО3 право пользования спорной квартирой на условиях социального найма, вселить её в квартиру, обязать ФИО1 не чинить препятствий в пользовании квартирой, в первоначальном иске отказать.

ФИО5 против удовлетворения иска ФИО1 возражала. Суду пояснила, что в 2016 году въехала в спорную квартиру со своей семьей на период поиска квартиры, завезла свои вещи с прежней квартиры. Сделала ремонт в комнате, оплатила задолженность по электроэнергии. При проживании с истцом возникали конфликты на бытовой почве. Через несколько месяцев она со своей семьей выехала в новую квартиру, забрав свои вещи. Полагает, что тоже имеет право на квартиру, так иного собственного жилья не имеет.

ФИО6 против удовлетворения иска ФИО1 возражает, указав, что действительно, в спорную квартиру он не въезжал, никогда там не проживал и на неё не претендует, однако считает, что его сестра ФИО5 имеет право там проживать, поскольку собственного жилья она не имеет.

Суд, выслушав объяснения сторон, их представителей, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению, в удовлетворении встречных требований ФИО3 следует отказать.

Согласно части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

Временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет за собой изменение их прав и обязанностей по договору социального найма (статья 71 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Указанные положения закона подлежат применению с учетом разъяснений, содержащихся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», согласно которым, разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При установлении судом обстоятельств, свидетельствующих о добровольном выезде ответчика из жилого помещения в другое место жительства и об отсутствии препятствий в пользовании жилым помещением, а также о его отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма, иск о признании его утратившим право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиком в отношении себя договора социального найма.

Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Как установлено судом, 25 января 1983 года ФИО9 был предоставлен ордер № 297 на вселение в жилое помещение, расположенное по адресу: Х, вместе с членами семьи – мужем ФИО10, сыном ФИО7, дочерью ФИО11 (после брака – ФИО12) (л.д. 6).

Согласно объяснениям сторон, в указанном составе семья въехала, затем вселилась ФИО8 – супруга сына квартиросъемщика и мать истца ФИО1

Из выписки из домовой книги следует, что ФИО3 состояла на регистрационном учете в спорной квартире с 24 мая 1989 года, её дети - с момента рождения. Вместе с тем 09 февраля 2001 года ФИО3, ФИО5 (ранее – ФИО13) и ФИО6 снялись с регистрационного учета (л.д. 7).

22 июля 2004 года ФИО9 заключила с МУП ПЖРЭТ№1 договор социального найма спорной квартиры без указания членов своей семьи (л.д. 12).

Согласно объяснениям ФИО3, которые в силу ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются доказательством по делу, она проживала в спорной квартире с родителями, а после рождения дочери ФИО5 в 1990 году выехала из спорной квартиры и стала проживать со своим супругом и ребенком отдельной семьей в квартире на ул. Серова. В 1993 году брак с супругом был расторгнут и она с дочерью вернулась к матери в спорную квартиру. Примерно в 1994 году, вступив в новый брак, она вновь выехала из спорной квартиры для проживания своей семьей на ул. Пионеров, где проживала до 1997 года с мужем и уже двумя детьми. Позднее она переехала со своей семьей на ул.Советскую в дом, который принадлежал её свекрови. Позднее, после прекращения семейных отношений со вторым супругом, в 2011 году она была решением суда признана утратившей право пользования жилым домом свекрови на ул. Советская, в связи с чем она возвратилась для проживания к своей матери в спорную квартиру. Сын остался проживать в доме свекрови, а дочь, выйдя замуж в 2008 году, проживала отдельно со своим супругом в доме на ул. К.Маркса. С 2011 года ФИО3 жила в спорной квартире с матерью и братом.

Также ФИО3 суду пояснила, что брат ФИО7 злоупотреблял алкоголем, у них постоянно возникали конфликты, скандалы, он постоянно требовал у неё денег, делая совместное проживание не возможным, в связи с чем она в 2016 году выехала из спорной квартиры в арендованную квартиру, перевезя свои вещи.

Указанные обстоятельства подтверждаются также и показаниями свидетелей, допрошенных судом. Так свидетель ФИО14, подруга ФИО3, суду пояснила, что ФИО3 выехала из спорной квартиры в 2016 году в квартиру на ул. Ковалевской в связи с конфликтами с ФИО1, что не соотносится с объяснениями самой ФИО3, указавшей, что она выехала из спорной квартиры из-за конфликтов с братом.

Свидетель ФИО15, соседка сторон, суду пояснила, что о причинах выезда З.Л.ВБ. знает только с её слов, сама очевидцем скандалов ФИО3 с ФИО1 не была, о причинах выезда может делать только предположения.

Свидетель ФИО16, соседка, пояснила, что у ФИО3 был конфликт с братом. При этом указала, что ФИО3 в квартире не проживала постоянно, приходила в гости до смерти мамы и брата, их семья злоупотребляла алкоголем, постоянно возникали конфликты, в связи с чем вызывали полицию. О причинах выезда ФИО3 пояснить не могла.

При этом суд отмечает, что показания свидетелей стороны ответчика (истца) является непоследовательными, не соотносятся с объяснениями самой ФИО3, основаны на предположениях самих свидетелей, которые непосредственно очевидцами конфликтов сторон, а главное их причин, не были.

Анализ указанных выше фактических обстоятельств позволяет суду сделать вывод о добровольном выезде ФИО3, а также её детей ФИО5 и ФИО6 из жилого помещения в 1994 году для постоянного проживания в другое место жительства – на ул. Советская в связи с созданием своей семьи и об отказе в одностороннем порядке от прав и обязанностей по договору социального найма. Объективных доказательств последующего вселения ФИО3 для постоянного проживания в спорной квартире в установленном законом порядке с согласия всех совершеннолетних членов семьи нанимателя суду не представлено.

Также суд приходит к выводу, что ответчик ФИО6, проживая с 1994 года по настоящее время по ул. Советская, достигнув совершеннолетнего возраста свои жилищные права не реализовывал, подтвердив суду, что притязаний на квартиру не имеет.

Кроме того, проанализировав объяснения сторон, показания свидетелей, суд приходит к выводу, что ФИО5, выехала из спорной квартиры вместе с ФИО3 в несовершеннолетнем возрасте, в последующем создала свою семью, имела иное постоянное место жительства, не заявляя о своих жилищных правах в отношении спорной квартиры до настоящего времени. При этом въезд ФИО5 в спорную квартиру в 2016 году с членами своей семьи имел временный характер, что не отрицала ФИО5 в суде.

О наличии препятствий со стороны ФИО1 в пользовании жилым помещением в указанное время суду не заявлено, таковые не установлены.

То обстоятельство, что в период болезни матери ФИО3 проживала в спорной квартире, не свидетельствует о её вселении в жилое помещение для постоянного проживания именно на условиях социального найма.

Тот факт, что часть вещей домашнего обихода оставлено ФИО3 в спорной квартире после переезда на квартиру по ул. С.Ковалевской, сам по себе не свидетельствует о намерении сохранить за собой право пользования квартирой. Более того ФИО3 суду пояснила, что имела намерение забрать все свои вещи, однако не смогла попасть в квартиру.

Не представлены суду и доказательства исполнения ФИО3 обязанностей по договору социального найма в части несения расходов по содержанию спорного жилого помещения с момента выезда. Представленные суду квитанции датированы июнем и июлем 2018 года, т.е. уже после возникновения спора в суде.

При этом суд отмечает, что ФИО9 при жизни в 2011 году, когда ФИО3 вновь заехала в спорную квартиру, своего желания оформить проживание дочери в спорной квартире не выразила, на регистрационный учет её не поставила, в договор социального найма не включила.

Довод ФИО3 о вынужденном характере не проживания в спорной квартире из-за конфликтов с ФИО1, своего подтверждения не нашел.

Вопреки позиции ФИО3 истребованные судом материалы КУСП характеризуют период взаимоотношений ФИО3 с ФИО1 уже после выезда ФИО3 из квартиры и в связи с её намерением оформить без согласия Половинкой Ю.В. документы для приватизации квартиры с её участием. По вопросу вселения в спорную квартиру ФИО3 в правоохранительные органы не обращалась.

Так, как следует из КУСП № 13778, ФИО3 заявила о принятии мер к ФИО1, которая не пускает её в спорную квартиру для оформления документов для приватизации. Из объяснений самой ФИО3, истребованных в рамках проверки установлено, что в спорной квартире она проживала вместе с матерью и братом, а после смерти матери она переехала. Поскольку собственника у квартиры нет, она хотела совместно с ФИО1 оформить документы для приватизации квартиры. Указания на нарушение именно жилищных прав ФИО3 не делала.

Более того, в случае лишения ФИО3 права пользования спорной квартирой против её воли, она в суд для защиты своих прав не обращалась.

Указание ФИО3 на то, что она, её дети не имеют в собственности другого жилья, не имеет значения для разрешения данного спора, равно и как то, что с 2016 года она проживает в квартире по адресу: <...> на условиях договора коммерческого найма (л.д. 96).

Не может суд расценить и обращение истца в администрацию района города с заявлением о заключении с нею договора социального найма как свидетельство о намерении закрепить за ней право пользования спорной квартирой (л.д. 101, 111,113), поскольку оно возникло после обращения ФИО1 в суд с иском о признании ФИО3 утратившей право пользования квартирой.

Таким образом ФИО3 добровольно выехала из спорной квартиры со своими детьми ФИО5 и ФИО3, снялись с регистрационного учета в спорной квартире и, имея реальную возможность пользоваться жилым помещением, равно как и ФИО5 и ФИО3, достигнув совершеннолетия, своим правом не воспользовались, напротив, прекратили выполнять обязательства по договору социального найма.

При таком положении иск ФИО1 о признании ФИО3, ФИО5, ФИО6 утратившими право на жилое помещение подлежит удовлетворению на основании части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в связи с расторжением ответчиками в отношении себя договора социального найма.

При установленных судом выше обстоятельствах, суд находит встречные требования ФИО3 к ФИО1 о признании права пользования жилым помещением, вселении в жилое помещение, возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым помещением, о возложении обязанности заключить договор социального найма, не обоснованными, в связи с чем в их удовлетворении следует отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать ФИО3, ФИО6, ФИО5 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Х.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО1 о признании права пользования жилым помещением, вселении в жилое помещение, возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым помещением, о возложении обязанности заключить договор социального найма, отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Октябрьский районный суд г. Красноярска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 октября 2018 года.

Председательствующий (подпись) Т.Н. Вожжова

Копия верна: Т.Н. Вожжова