Решение № 2-111/2017 2-23/2018 2-23/2018 (2-111/2017; 2-3842/2016;) ~ М-3018/2016 2-3842/2016 М-3018/2016 от 14 мая 2018 г. по делу № 2-111/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 мая 2018 года г. Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе

председательствующего судьи Аслануковой М.А.,

при секретаре судебного заседания Кишмаховой Л.У.,

с участием представителя истца - ФИО1, действующей по доверенности,

представителей ответчика - ФИО2, ФИО3, действующих по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО5 о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство, признании завещания недействительным,

установил:

ФИО4 обратился в Черкесский городской суд с иском к ФИО5 о признании сделки об отчуждении жилого дома и магазина недействительной. В обоснование иска указал, что его сестра ФИО6 умерла ДД.ММ.ГГГГ. У умершей наследников первой очереди нет. Истец, его сестры ФИО7 и ФИО4 являются наследниками второй очереди. После смерти сестры истец полагал, что все ее имущество автоматически перейдет к нему и решил получить свидетельство о праве на наследство в установленном законом порядке. Перед смертью ФИО6 болела онкологическим заболеванием, принимала сильнодействующие препараты, что дает основания полагать, что сделка, совершенная ею, может быть признана недействительной, так как на момент сделки она не могла осознавать значения своих действий и руководить ими.

Изменив исковые требования, истец в заявлении от 12.10.2016г. просил признать недействительным договор пожизненного содержания с иждивением, заключенный между умершей и ответчиком, восстановить срок для принятия наследства и признать принявшим наследство. В обоснование измененных требований истец указал, что на момент подачи первоначального иска родственные отношения между истцом и умершей не было установлено. Решением Черкесского городского суда от 15.08.2016г. установлен факт родственных отношений между истцом и умершей ФИО6, что они являются родными братом и сестрой. Ввиду отсутствия свидетельства о смерти истец не мог в установленном порядке обратиться к нотариусу в течение шести месяцев для получения свидетельства о праве на наследство, в связи с чем, срок принятия наследства пропущен по уважительной причине.

Увеличив в своем заявлении от 21.06.2017г. исковые требования, истец просил также признать завещание от имени ФИО6 от 22.09.2015г. в пользу ФИО5, удостоверенное нотариусом Черкесского нотариального округа ФИО60, недействительным. В обоснование этих требований, истец указал, что подпись на завещании поставлена не рукой сестры. У него имеются платежные документы с подписью умершей и подписи отличаются. Умершая страдала ишемией мозга- медленно прогрессирующее нарушение мозгового кровообращения. Вторая стадия этого заболевания характеризуется снижением памяти, нарушением внимания, замедлением психических процессов, а в сопряжении с онкологическим заболеванием – эмоциональной лабильностью, депрессией.

В своем заявлении от 14.08.2017г. истец изменил основание иска, указав, что свои обязательства по договору пожизненного содержания с иждивением ответчик не выполняла в силу своего физического состояния. В феврале 2015 года ответчик получила серьезную травму глаза, вследствие чего она не только не могла осуществлять уход за умершей, но и редко бывала у нее в связи с необходимостью проходить лечение в Москве. Отсутствуют доказательства приобретения ответчицей необходимых вещей для умершей. Таким образом, договор носит безвозмездный характер, сведения о ее заработке не представлены. Данный договор пожизненного содержания с иждивением носит притворный характер, кроме того, договор подписан также не рукой умершей. В соответствии с ст.170 ч.2 притворная сделка, то есть сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В судебном заседании от 06.12.2016г. истец суду пояснил, что когда сестра заболела, он приходил к ней каждый день, спрашивал, что ей нужно, а в выходные дни за ней смотрела супруга. Дома была медсестра, услуги которой оплачивал ФИО8 С первых чисел сентября сестре уже было плохо, она лежала дома, потом в больницу попала, потом снова дома. Она жаловалась, что ей плохо, она была в панике, нормально не могла разговаривать, резких изменений в ней не замечал, но было явно видно, что человек уже не тот, она часто повторяла свои слова, говорила что-то ненужное.

В судебном заседании представитель истца полностью поддержала исковые требования истца, просила иск удовлетворить в полном объеме. Также пояснила, что легитимность завещания также как и договора ренты у истца вызывает подозрения, поскольку сестра истца на самом деле была тяжело больна, ей было трудно разговаривать, не хотела никого видеть, никого не узнавала. В обоих оспариваемых документах даже визуально видно, что подписи не принадлежат умершей, в оспариваемых документах умершая расписалась по-разному, имя и отчество содержат ошибки. Почерковедческая экспертиза не была проведена, поскольку у истца не имелось документов с подписями умершей, а ответчик никакие документы не представила, хотя их наличие представители ответчиков не отрицали. Тем самым, сторона ответчика воспрепятствовала производству экспертизы, что в силу ч.3 ст.79 ГПК РФ дает суду право признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым. В ходе судебного разбирательства ответчик и свидетели не отрицали тот факт, что умершая говорила при жизни, что часть ее дома непременно должна принадлежать истцу, так как при его приобретении истец добавил третью часть его стоимости, перед смертью она об этом говорила, значит, она не знала, что подписала оспариваемые документы. Данные обстоятельства подтверждены показаниями свидетелей, а именно, ФИО9, сестрой умершей, а также ФИО16, сестрой ответчика. Были разногласия в показаниях свидетелей. Что касается требований о восстановлении срока для принятия наследства и признания принявшим наследство, свидетельство о смерти истцом получено лишь 03.02.2016г., решением суда от 15.08.2016г. был установлен факт родственных отношений между истцом и умершей, и, истец ошибочно полагал, что наследство перейдет ему, так как у умершей нет наследников первой очереди. В любом случае, действия по принятию наследства истец стал предпринимать сразу после смерти наследодателя, в юридически значимый период после пропуска срока для принятия наследства. Также представитель истца подтвердила, что к нотариусу до настоящего времени с заявлением о принятии наследства истец не обратился.

Ответчик ФИО5 в предыдущих судебных заседаниях пояснила, что исковые требования не признает. Все затраты на похороны ФИО6 понес супруг, даже физически сторона истца не помогла.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, просила отказать в иске в полном объеме. Суду пояснила, что истец не доказал фактическое принятие наследства, к нотариусу с заявлением о принятии наследства истец не обращался, отказ в выдаче свидетельства о праве на наследство от нотариуса не получал, истцу необходимо было обратиться за защитой своих прав до 24 мая 2016 года. Суду не представлено доказательств уважительности пропуска срока для принятия наследства. Что касается сделок, экспертиза подтвердила ясность сознания умершей на момент подписи договора, нотариус давала показания в судебном заседании. При физической боли подпись может меняться, рука может дрожать и допустить ошибку. Вначале ФИО6 хотела оформить договор дарения на ФИО5, но, поговорив с нотариусом, решила заключить договор ренты. Что касается завещания, оно выдано на денежные вклады. Относительно доводов представителя истца о том, что ФИО5 не могла осуществлять уход за наследодателем, это не обязательно она сама должна была делать, она заключала устный договор с сиделками. Среди всех своих родственников, ФИО6 никому не хотела оставлять свое имущество, все действия по содержанию умершей, предоставлялось семьей ФИО5 Все годы умершая проживала с семьей ФИО5, Ни под какое влияние она не могла попасть, даже будучи лежа, она была в ясном сознании. Свидетели в судебном заседании давали показания спустя почти два года после смерти наследодателя. Доказательств, что подписи на договоре и завещании принадлежат не ФИО6, истцом не представлено, у истца нет права оспаривать завещание.

В судебном заседании от 06.12.2016г. третьи лица ФИО7 и ФИО10.(сестры истца) исковые требования истца поддержали.

Нотариус Черкесского нотариального округа ФИО51. суду пояснила, что она удостоверила сделку и завещание. Когда она приехала, она увидела женщину чистую и аккуратную, она хотела составить договор дарения, однако, она как нотариус посоветовала заключить договор ренты, на что ФИО6 согласилась. Боташева Дж..А. была адекватной, нормальной, сама все подписала, села на стул и подписала. Она(нотариус) спросила, не принимает ли больная сильнодействующие препараты, на что ФИО6 ответила, что не принимает. О диагнозе больной нотариусу сказали заранее. Во время заключения договора ФИО6 говорила, что у нее мужа и детей нет, она живет с племянницей, что у нее есть брат и сестры, но все отписать она хочет племяннице ФИО5 Разговаривала ФИО6 сама, сказала нотариусу что она хочет. Если бы ФИО6 не хотела подписывать договор и завещание, то она(нотариус) это поняла бы, поскольку ездила по месту ее жительства два раза.

Как показал свидетель ФИО36.(сын истца), у умершей до смерти было подавленное состояние, было видно, что она болеет. Продуктами и лекарствами умершей помогали его родители, когда она лежала в онкологии. Дня за два до смерти ФИО37 он со своим отцом приезжали к ней. Похороны тети организованы были на деньги отца.

Свидетель ФИО35.(сестра истца и мать ответчика) суду показала, что никто кроме семьи ФИО5 не помогал ФИО6, никто даже килограмм конфет не принес. Умершая все до последнего понимала, все родственники обижали ее, когда они приходили, - Джариат закрывала глаза, она это объясняла тем, что обижена на них. Джариат говорила, «продайте этот дом и отдайте брату(истцу) 1700000рублей, он будет согласен». Потом Джариат заболела и не могла продать дом. Об этом она(свидетель) сказала брату(истцу), а он говорил, что ему ничего не надо. Похороны полностью оплачивал муж ФИО5 (ответчика).

Свидетель ФИО31 суду показала, что она является соседкой ФИО6 около 40 лет, с умершей тесно общались. Она всегда говорила, что отпишет дом тому, кто за ней будет ухаживать. За ней ухаживал Айгюф, муж ФИО5, он возил ее в больницу, обратно. ФИО6 до последнего всегда выходила на свежий воздух. Когда Джариат стало совсем плохо, заходила к ней через день, она узнавала ее. За неделю до ее смерти к ней заходил Абдул(истец) с женой. ФИО11(ответчик) там бывала каждый день. Похороны организовал Айгюф(супруг ответчика).

Свидетель ФИО12 суду показала, что ее как медсестру вначале ноября нанял Айгюф(муж ответчика). Она ухаживала за больной, кормила, поила, убиралась, при необходимости делала укол. Каких-либо сильнодействующих уколов она не делала, терапевт приходила и давала таблетки. Больная сама себя не обслуживала, ноги были отекшие, работала там круглосуточно в течение месяца, пока была в отпуске. Постоянно с Джариат находился Айгюф, та просила его никуда не уезжать, она ему доверяла.

Свидетель ФИО13 суду показал, что он является соседом ФИО14 Джариат, живет он через три дома от нее. Джариат говорила, что без поддержки М-ны и ФИО15 она бы не справилась. Больная была сильной женщиной, она была в полном сознании, но слабая.

Свидетель ФИО16 суду показала, что ответчик ее родная сестра. В октябре – месяце она находилась с Джариат в больнице, она была вполне адекватная, в сознании. При жизни умершая говорила, что все свое имущество она отпишет ФИО11(ответчику), поскольку она с Айгюфом всегда были с ней. Она говорила, что брату завещает 1700000рублей. До того, как пришла медсестра за ней ухаживала она сама, так как у М-ны заболели глаза, она часто уезжала на лечение. В больнице один раз ее подменяла жена Абдула(истца).

Выслушав стороны, заслушав свидетелей, суд пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела по договору пожизненного содержания с иждивением от 22.09.2015г. ФИО6 и ФИО5 заключили настоящий договор о том, что ФИО6 передала бесплатно в собственность ФИО5 принадлежащий ей на праве собственности земельный участок площадью 643кв.м. и жилой дом общей площадью 55,8кв.м., находящиеся по <адрес>

В соответствии с п.3 Договора плательщик ренты обязуется пожизненно полностью содержать получателя ренты, обеспечивая его питанием, одеждой, уходом и необходимой помощью и сохранив за ним право бесплатного пожизненного пользования указанным жилым домом и земельным участком.

Основанием для оспаривания данного договора истец первоначально указывал, что на момент подписания сделки ФИО6 не могла осознавать значения своих действий и руководить ими.

По ходатайству представителя истца по настоящему делу была назначена комплексная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, по результатам которой имевшиеся у ФИО6 эмоционально-лабильное(астеническое) расстройство в связи со смешанными заболеваниями в юридически значимый период не сопровождалось выраженными нарушениями памяти, интеллекта, мышления, нарушением сознания, критики и какой-либо психотической симптоматикой и не лишало ее способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент оформления оспариваемой сделки 22.09.2015г.

Изменив после проведения судебной экспертизы основания исковых требований в заявлении от 14.08.2017г., представитель истца указал, что ФИО5 не выполняла условия договора ренты, суду не представлены доказательства приобретения ответчиком необходимых вещей для умершей. Оспариваемый договор носит безвозмездный характер, так как на момент его заключения сторона договора, ответчица, была травмирована и физически не могла осуществлять должный уход. Сведения о доходах и заработке ФИО5 суду не представила. Более того, ответчиком принята мера безопасности как составление завещания в пользу ответчика. Также, истец полагал, что подпись на договоре не похожа на подпись умершей сестры. В соответствии с ч.2 ст.170 ГК РФ притворная сделка, то есть, сделка, совершенная с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Указанные доводы представителя истца, в судебном заседании ничем не подтверждены. Оснований для признания договора ренты от 22.09.2015г. недействительным в силу требований ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку 22.09.2015г. в момент заключения договора пожизненного содержания с иждивением умершая полностью отдавала отчет своим действиям и руководила ими.

Относительно своих доводов о том, что воля всех участников сделки была направлена на достижение других правовых последствий, а именно составление завещания, допустимых доказательств стороной истца не представлено.

Согласно п. 2 ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа сделки, применяются относящиеся к ней правила.

Из содержания указанной нормы следует, что притворная сделка фактически включает в себя две сделки: притворную сделку, совершаемую для вида и сделку, в действительности совершаемую сторонами, при этом заключенная между сторонами сделка совершается лишь для вида, направлена на достижение других правовых последствий, прикрывая тем самым иную волю всех участников сделки.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного основания иска является установление действительной воли сторон, направленной на достижение определенного правового результата, который они имели в виду при заключении договора.

Одновременно следует учитывать, что наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания сделки недействительной как притворной, в связи с чем признание оспариваемой сделки притворной возможно при условии преследования прикрываемых целей обеими сторонами и наличие таких намерений должны быть подтверждены достаточными и допустимыми доказательствами.

Однако доводы истца о притворности сделки договора ренты не нашли своего подтверждения в суде.

Истцом не представлено доказательств того, что оспариваемая сделка по договору ренты совершена с целью прикрыть другую сделку, а именно с целью составления завещания. Допустимых доказательств составления завещания, что, по мнению истца, прикрывала ничтожная сделка договора ренты, в деле нет, истцом не представлено.

Также, не имеет правового значения утверждения представителя истца о том, что ответчик не могла выполнять условия оспариваемого договора в силу своего заболевания. Договором не было предусмотрено, что условия, содержащиеся в нем, должен выполнять именно ответчик.

Заключая договор пожизненного содержания с иждивением (договора ренты), волеизъявление сторон было направлено на установление между сторонами сделки гражданско-правовых отношений, и именно тех, которые были обусловлены договором. Доказательств того, что при заключении договора пожизненного содержания с иждивением, сделка не была направлена на возникновение вытекающих из нее правовых последствий, и прикрывала иную волю участников этой сделки, истцом не представлено.

Таким образом, основания для признания договора пожизненного содержания с иждивением притворной сделкой в соответствии с положениями ст. 170 ГК РФ, отсутствуют.

Кроме того, часть 5 ст. 61 ГПК РФ, устанавливает, что обстоятельства, подтвержденные нотариусом при совершении нотариального действия, не требуют доказывания, если подлинность нотариально оформленного документа не опровергнута в порядке, установленном ст. 186 настоящего Кодекса, или не установлено существенное нарушение порядка совершения нотариального действия.

Согласно ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ, истцом таких доказательств не представлено.

Назначенная по ходатайству представителя истца почерковедческая экспертиза не была проведена в силу недостаточности представленных эксперту письменных документов – образцов подписей и почерка ФИО6

Доводы представителя истца о том, что даже визуально видно, что ФИО6 не подписывала ни договор ренты, ни завещание, суд отклоняет, поскольку оснований так считать, у суда не имеется. Тот факт, что в своих фамилии, имени, отчестве на этих документах умершая допустила ошибки, не свидетельствует о том, что оспариваемые договор и завещание она не подписывала.

Все допрошенные в судебном заседании свидетели были едины в одном, что на юридически значимый момент ФИО6 была адекватная, понимала значение своих действий.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч. 1).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч. 2).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч. 3).

Доказательств в обоснование измененных оснований исковых требований о признании сделки ничтожной в силу притворности(ст.177 ГК РФ), истец не представил.

Рассматривая требования истца о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство, суд оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в указанной части.

При этом, если исходить из положений ст. 1149 ГК РФ, а также из того, что согласно ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

Обосновывая требования в этой части представитель истца указал, что к нотариусу за принятием наследства с заявлением после смерти ДД.ММ.ГГГГ. ФИО6, истец не обращался. Считает, что срок для принятия наследства пропущен истцом по уважительной причине, поскольку истец был вынужден обратиться в суд с заявлением об установлении факта родственных отношений с умершей (дата обращения 06.07.2016г.). Решением Черкесского городского суда от 15 августа 2016 года заявление ФИО4 об установлении факта родственных отношений с умершей ФИО6 удовлетворен.

Согласно абзацу первому п. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства (ст. 1154), суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник, пропустивший срок, установленный для принятия наследства, обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.

В соответствии с разъяснениями в п. 40 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании" требования о восстановлении срока принятия наследства и признании наследника принявшим наследство могут быть удовлетворены лишь при доказанности совокупности следующих обстоятельств: а) наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства и пропустил указанный срок по другим уважительным причинам. К числу таких причин следует относить обстоятельства, связанные с личностью истца, которые позволяют признать уважительными причины пропуска срока исковой давности: тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п. (статья 205 Гражданского кодекса Российской Федерации), если они препятствовали принятию наследником наследства в течение всего срока, установленного для этого законом. Не являются уважительными такие обстоятельства, как кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества и т.п.; б) обращение в суд наследника, пропустившего срок принятия наследства, с требованием о его восстановлении последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска этого срока. Указанный шестимесячный срок, установленный для обращения в суд с данным требованием, не подлежит восстановлению, и наследник, пропустивший его, лишается права на восстановление срока принятия наследства.

В настоящем случае совокупность вышеуказанных обстоятельств не доказана истцом. Истцом не представлено суду доказательств уважительности причин пропуска срока, установленного ст. 1154 ГК РФ для принятия наследства после смерти сестры, а также свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших реализации наследственных прав в установленный законом срок.

На основании ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что умершая ДД.ММ.ГГГГ. ФИО6 приходилась родной сестрой истца ФИО4(решение Черкесского городского суда от 15.08.2016г.).

Действия, свидетельствующие о принятии наследства, по мнению истца, – обращение в суд с заявлением об установлении факта родственных отношений(июль 2016г.), совершены истцом по истечении более чем 7 месяцев после смерти ФИО6 – ДД.ММ.ГГГГ, иных действий по принятию наследства после смерти ФИО6 истец не совершал, такие доказательства суду не представлены.

Требования о восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство после смерти сестры ФИО6 заявлено представителем истца 12.10.2016г.(л.д.33).

Истец, пропустив установленный законом срок для принятия наследства, утратил право на причитающееся ему как наследнику второй очереди по закону наследство, открывшееся после смерти его сестры, письменного согласия остальных наследников (ответчика ФИО5, принявшего наследство по завещанию) на принятие истцом наследства по истечении срока, установленного для его принятия, в порядке, установленном п. 2 ст. 1155 ГК РФ, не имеется, в связи с чем суд приходит к выводу, что истец не относится к числу лиц, по иску которых завещание может быть признано судом недействительным.

В соответствии с абз. 2 п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 1111 ГК РФ - наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных ГК РФ.

Статья 1118 ГК РФ указывает, что распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.

Пункт 27 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", указывает, что завещания относятся к числу недействительных вследствие ничтожности при несоблюдении установленных ГК РФ требований: обладания гражданином, совершающим завещание, в этот момент дееспособностью в полном объеме (пункт 2 статьи 1118 ГК РФ), недопустимости совершения завещания через представителя либо двумя или более гражданами (пункты 3 и 4 статьи 1118 ГК РФ), письменной формы завещания и его удостоверения (пункт 1 статьи 1124 ГК РФ), обязательного присутствия свидетеля при составлении, подписании, удостоверении или передаче завещания нотариусу в случаях, предусмотренных пунктом 3 статьи 1126, пунктом 2 статьи 1127 и абзацем вторым пункта 1 статьи 1129 ГК РФ (пункт 3 статьи 1124 ГК РФ), в других случаях, установленных законом.

Согласно пункту 1 статьи 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом.

Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание (п. 2 ст. 1125 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

В силу пункта 3 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.

В соответствии со статьей 1132 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании завещания нотариусом, исполнителем завещания или судом принимаются во внимание буквальный смысл содержащихся в нем слов и выражений.

Судом не установлено обстоятельств, а стороной истца не представлено доказательств, что неточность в указании фамилии наследника как-либо повлияла на волеизъявление наследодателя ФИО6, сомнений в том, что завещание было составлено в пользу ФИО5, не имеется, поскольку иного толкования буквальное понимание текста и содержания оспариваемого истцом завещания не допускает.

О несоответствии требованиям закона порядка составления оспариваемого нотариального завещания (п. 2 ст. 1125 ГК РФ) и основания, влекущие его недействительность в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом не заявлено.

В силу вышеизложенных обстоятельств в удовлетворении исковых требований истца следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к ФИО5 о признании недействительным договора пожизненного содержания с иждивением, восстановлении срока для принятия наследства и признании принявшим наследство, признании завещания недействительным, отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Карачаево-Черкесской Республики через Черкесский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме, начиная с 25 мая 2018 года.

Судья М.А. Асланукова