Решение № 2-123/2020 2-123/2020(2-7574/2019;)~М-6557/2019 2-7574/2019 М-6557/2019 от 20 января 2020 г. по делу № 2-123/2020

Дело №2-123/2020

Изготовлено 21 января 2020 года


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

14 января 2020 года Октябрьский районный суд города Мурманска

в составе: председательствующего - судьи Матвеевой О.Н.,

при секретаре Саакян Г.Ф.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федрации в лице Управления Федерального казначейства по Мурманской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства Министерства финансов Российской Федерации по Мурманской области о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ следователем по особо важным делам второго следственного отдела второго следственного управления (с дислокацией в г.Санкт-Петербурге) Главного следственного управления Следственного комитета РФ ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, <данные изъяты>

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ Октябрьским районным судом г.Мурманска в отношении ФИО1 вынесен обвинительный приговор по другому уголовному делу и ему было назначено наказание в виде <данные изъяты> лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. В дальнейшем режим содержания ФИО1 был смягчен на отбывание наказания в колонии-поселении. В связи с со вступлением приговора от ДД.ММ.ГГГГ в законную силу ФИО1 должен был убыть для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима, однако в связи с привлечением его к уголовной ответственности по уголовному делу №, на основании постановления следователя ФИО1 в порядке части 1 статьи 77 Уголовно-процессуального кодекса РФ был оставлен в СИЗО-1.

Также ДД.ММ.ГГГГ следователем было вынесено постановление о переводе истца из ФКУ КП-34 ОУХД России по Республике Коми в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, в связи с необходимостью участия ФИО1 в следственных действиях в качестве обвиняемого, в том числе выполнения требований статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1 было направлено в суд.

На основании постановления судьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был также этапирован из ФКУ КП-34 ОУХД России по Республике Коми в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области на период рассмотрения судом уголовного дела. Постановлением Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно. В дальнейшем срок содержания под стражей неоднократно продлевался, последний раз до 08 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Приговором Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ истец был оправдан по <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в связи с отсутствием в его деянии состава преступления; за ним признано право на реабилитацию. Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. Общий срок незаконного уголовного преследования ФИО1 составил 3 года 8 месяцев 10 дней.

Незаконным привлечением к уголовной ответственности истцу был причинен моральный вред, который выражается в длительном преследовании истца в совершении преступления, относящегося к категории тяжких, которого он не совершал. Истец указывает, что длительное содержание в ФКУ СИЗО-1 лица, которое отбывает наказание в колонии-поселении, существенным образом сказывается на его настроении и душевном состоянии, поскольку условия содержания в этих учреждениях несопоставимы. После провозглашения оправдательного приговора истец продолжал содержаться с условиях следственного изолятора еще более двух месяцев. В удовлетворении ходатайства о направлении документов в СИЗО-1 для убытия истца к основному месту отбывания наказания мурманским областным судом было отказано. ФИО1 убыл из СИЗО-1 лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Этапирование истца их места отбывания наказания в следственный изолятор г.Мурманска причинило ему дополнительные нравственные страдания. Длительное расследование уголовного дела и его рассмотрение в суде держали истца в постоянном напряжении, поскольку, в случае его осуждения, срок лишения свободы будет значительно увеличен, и как следствие он длительное время не увидит своих детей, будет лишен возможности их воспитывать, работать и содержать свою семью.

С учетом изложенного истец просит суд взыскать с Министерства финансов РФ за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в размере 500.000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, поскольку отбывает наказание в ФКУ КП-34 УФСИН России по Республике Коми, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил дело рассмотреть в свое отсутствие, направил в суд своего представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, аналогичным вышеизложенному.

Представитель ответчика – Министерства финансов Российской Федерации <данные изъяты> в судебном заседании, не оспаривая права истца на реабилитацию, указала, что расследование уголовного дела в отношении истца велось по <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ. По части 3 статьи 159 Уголовного кодекса РФ ФИО1 был признан виновным с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 2 года, в соответствии с частью 3 статьи 47 Уголовного кодекса РФ с лишением права заниматься коммерческой деятельностью в сфере оптовой торговли топливом сроком на 2 года, и освобожден от назначенного наказания в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующим основаниям. Полагала, что в рамкам уголовного дела истец обвинялся в совершении двух самостоятельных преступлений, в связи с чем разграничить психотравмирующие факторы по конкретной статье не представляется возможным. Полагала, что доказательств того, что истец претерпевал указанный им объем душевных страданий из-за незаконного возбуждения уголовного дела по части <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в материалы дела не представлено. Кроме того, считает, что избрание в отношении истца меры пресечения в виде заключения под стражу не могло причинить истцу те нравственные страдания, на которые он ссылается, поскольку он и так является лицом, лишенным свободы. Также полагала, что стороной истца не подтверждены доводы в отношении переживаний о семье, поскольку из приговора суда от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец не состоит в зарегистрированном браке. Доводы истца о том, что после вынесения оправдательного приговора он более двух месяцев содержался в следственном изоляторе, полагала не имеющими значения, поскольку указанные действия могут быть обжалованы в порядке статьи 1069 Гражданского кодекса РФ и при разрешении вопросов о реабилитации значения не имеют. Просила в удовлетворении исковых требований в заявленной денежной сумме отказать.

Представитель третьего лица Следственного комитета Российской Федерации <данные изъяты> в судебном заседании не оспаривая право истца на реабилитацию, возражала против удовлетворения исковых требований, полагала, что размер компенсации морального вреда истцом завышен, а убедительных доказательств, подтверждающих причинение истцу морального вреда, не представлено. Кроме того, указала, что этапирование истца в СИЗО-1 было связано с расследованием уголовного дела, до рассмотрения дела судом; также ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок которой неоднократно продлевался. Расследование дела осуществлялось по четырем преступлениям, предусмотренным частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, и по части <данные изъяты> ФИО1 был признан виновным, ему назначено наказание. Однако он освобожден от назначенного наказания, в связи с истечением срока давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующему основанию. Просила в удовлетворении исковых требований в заявленном размере отказать.

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица – Генеральной прокуратуры Российской Федерации <данные изъяты> в судебном заседании, также не оспаривая право истца на реабилитацию, полагала, что доказательства соответствия размера морального вреда характеру и степени перенесенных истцом страданий истцом не представлено. Указала, что, несмотря на то, что по одному преступлению истец был оправдан, уголовное преследование и меры процессуального принуждения в отношении него осуществлялись следственными органами законно; положение истца как лица, обвиненного, арестованного и помещенного в условия изоляции и как потерпевшего в связи с этим ущемление личных неимущественных прав, определялось также и в связи с совершением им иного преступления, вина в совершении которого доказана вступившим в законную силу приговором суда, и что также не повлекло ни изменения вида исправительного учреждения, ни изменения либо отмены избранной меры пресечения. Считает, что исключение одного из эпизодов обвинения по уголовному делу не могло повлиять на необходимость этапирования ФИО1 из ФКУ КП-34 ОИУ ОУДХ УФСИН России по Республике Коми в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области для проведения с ним следственных и процессуальных действий в период расследования уголовного дела. Также полагала, что при определении размера компенсации морального вреда необходимо принять во внимание, что ФИО1 обвинялся в совершении других тяжких преступлений и признан виновным. Кроме того, поскольку истец судим и отбывает наказание в виде лишения свободы, те нравственные страдания на которые он указывает, не были столь значительны, чтобы соответствовать заявленному размеру компенсации морального вреда. Считает, что каких-либо доказательств, как наличия приобретенного в результате незаконного уголовного преследования заболевания, так и наличия причинно-следственной связи между возбуждением уголовного дела и возникновением проблем со здоровьем истец, необратимых тяжелых последствий, наступивших вследствие избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, истцом не представлено. Просила исковые требования удовлетворить частично с учетом принципов разумности и справедливости.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, изучив материалы уголовного дела №, суд приходит к следующему.

Статьей 53 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно абзацу 3 статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

В соответствии с абзацем 3 статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Положения вышеуказанных норм необходимо применять с учетом норм уголовно-процессуального законодательства, а именно пункта 34 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса РФ, согласно которой, реабилитация есть порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда. Право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (часть 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ). Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4-6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ (пункт 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ).

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Исходя из содержания указанных норм процессуального права применительно к положениям абзаца 3 статьи 1100 и пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса РФ, юридически значимым обстоятельством в настоящем деле является факт осуществления в отношении истца уголовного преследования и прекращения уголовного преследования по реабилитирующим основаниям.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ СЧ СУ УМВД России по Мурманской области возбуждено уголовное дело №7-1731 по признакам преступления, предусмотренного частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в отношении неустановленного лица, по факту использования руководством ООО «УК «ЖКС» своих полномочий вопреки интересам указанной организации и причинении существенного вреда ГОУП «Кандалакшаводоканал».

В дальнейшем с уголовным делом № соединены в одно производство уголовные дела №.

Заместителем Генерального прокурора РФ ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело изъято из производства СУ УМВД России по Мурманской области и передано для дальнейшего расследования в Следственный комитет РФ.

Председателем Следственного комитета РФ производство предварительного следствия по уголовному делу поручено СУ СК РФ по Северо-Западному федеральному округу, ДД.ММ.ГГГГ принято к производству следователем по особо важным делам второго следственного отдела второго следственного управления (с дислокацией в г.Санкт-Петербург); уголовному делу присвоен номер №.

Срок предварительного следствия неоднократно продлевался, последний раз ДД.ММ.ГГГГ до 70 месяцев, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.

Приговором Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Мурманского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 был осужден по части <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ (четыре преступления), подпунктам <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса РФ к 12 годам лишения свободы со штрафом 2.000.000 рублей и с ограничением свободы на 2 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Постановлением Кирово-Чепецкого районного суда Кировской области от ДД.ММ.ГГГГ переведен для дальнейшего отбывания наказания в колонию-поселение.

Постановлением следователя от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 переведен в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, в связи с необходимостью его участия в следственных действиях, в ходе расследования установлена причастность ФИО1 к совершению преступления.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных <данные изъяты>, четырех преступлений, предусмотренных <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ. В тот же день ФИО1 допрошен в качестве обвиняемого.

ДД.ММ.ГГГГ на основании постановления следователя ФИО1 переведен из ФКУ КП-34 ОИУ ОУДХ УФСИН России по Республике Коми в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области.

В ходе предварительного расследования мера пресечения ФИО1 не избиралась, в связи с отбыванием им наказания в виде лишения свободы в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области.

ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело № поступило в суд.

Постановлением судьи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 этапирован из ФКУ КП-34 ОИУ ОУДХ УФСИН России по Республике Коми в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области до рассмотрения уголовного дела по существу.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 02 месяца, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ срок содержания подсудимого ФИО1 продлен на 03 месяца, а всего до 05 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Постановлением Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ срок содержания под стражей подсудимому ФИО1 продлен на 03 месяца, а всего до 08 месяцев, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Приговором Октябрьского районного суда г.Мурманска от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ ( в редакции Федерального закона от 29.11.2012 №207-ФЗ), ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 2 года, в соответствии с частью 3 статьи 47 Уголовного кодекса РФ в лишением права заниматься коммерческой деятельностью в сфере оптовой торговли топливом сроком на 2 года.

На основании пункта «б» части 1 статьи 78 Уголовного кодекса РФ и части 8 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса РФ ФИО1 освобожден от назначенного наказания по <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Этим же приговором ФИО1 признан невиновным и в соответствии с пунктом 2 части статьи 24, пунктом 2 части1 статьи 27, пунктом 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса РФ оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

За ФИО1 признано право на реабилитацию в соответствии со статьей 136 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Мурманского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.

В соответствии с пунктом 3 части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Учитывая изложенное, оправдание истца по части <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, в связи с отсутствием в деянии состава преступления указывает на незаконность уголовного преследования.

Как следует из положений пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная т*йна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с абзацем первым статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Анализ вышеприведенных правовых норм позволяет прийти к выводу о том, что при виновном нарушении любых нематериальных благ гражданин имеет право на присуждение компенсации морального вреда.

Таким образом, в силу положений статьи 53 Конституции РФ, статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса РФ, статей 151, 1070 Гражданского кодекса РФ, суд признает, что ФИО1 имеет право на компенсацию государством причиненного морального вреда.

В соответствии со статьей 136 Уголовно-процессуального кодекса РФ иски лиц, имеющих право на реабилитацию, о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства, что означает применение норм гражданского права как при установлении факта причинения морального вреда, так и рассмотрение данных требований в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве.

В силу положений статьи 1100 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (статья 1101 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с положениями пункта 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

По смыслу вышеприведенных положений законодательства степень и характер физических и нравственных страданий, должны приниматься во взаимосвязи с рядом других обстоятельств. При этом законодатель предписывает учитывать степень страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего.

Индивидуальные особенности истца по смыслу статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ – это подлежащие доказыванию обстоятельства, которые суд должен устанавливать предусмотренными процессуальным законодательством способами и принимать во внимание при оценке действительной глубины (степени) физических или нравственных страданий и определении соответствующего размера компенсации.

Разрешая заявленные требования по существу, суд учитывает, что в период производства по уголовному делу истец принимал участие в следственных действиях, допрашивался в качестве обвиняемого, с его участием проводились иные следственные действия.

На основании оценки представленных по делу доказательств суд приходит к выводу о том, что в силу необоснованного уголовного преследования истец претерпел нравственные страдания, связанные с необходимостью доказывать свою невиновность, переживаниями по поводу характера обвинений в совершении преступления.

Вместе с тем, судом также установлено, что в рамках уголовного дела № истцу помимо обвинения по части <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, по которому он в дальнейшем был оправдан, также было предъявлено обвинение в совершении 4 преступлений, предусмотренных частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, переквалифицированное судом на часть <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ. Судом ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью <данные изъяты> Уголовного кодекса РФ, ему назначено наказание, от которого он освобожден, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, то есть по нереабилитирующему основанию.

При этом, доводы истца о том, что он испытывал нравственные страдания в связи с незаконным уголовным преследованием, выразившиеся в случае его осуждения и увеличения срока наказания в виде лишения свободы в невозможности принимать участие в жизни своей семьи, заниматься воспитанием своих детей, а также возможного изменения отношения к нему со стороны близких и знакомых, суд находит необоснованными, поскольку причинно-следственная связь между данными событиями в ходе рассмотрения дела не установлена и не доказана, а указанные обстоятельства являются следствием поступков истца, последствия которых он мог предвидеть.

Кроме того, суд также находит необоснованными доводы стороны истца об ухудшении его положения, в связи с этапированием из колонии-поселения в следственный изолятор, что также причинило ему нравственные страдания.

Так, перевод истца из колонии-поселения в следственный изолятор проводился на основании постановления следователя, а затем и суда для участия в уголовном деле в качестве обвиняемого (подсудимого) с соблюдением требований статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ. В дальнейшем в отношении истца судом была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, в связи с чем содержание истца в следственном изоляторе в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ соответствовало избранной ему мере пресечения.

Согласно сведениям, представленным ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Мурманской области, нахождение истца в следственном изоляторе в период расследования уголовного дела и рассмотрения его судом носило периодический характер.

Доказательств того, что в связи с этапированием у истца ухудшилось состояние здоровья суду не представлено.

В свою очередь, доводы представителя ответчика о том, что истцом не доказан факт причинения морального вреда, по мнению суда, являются несостоятельным, поскольку сам по себе факт незаконного уголовного преследования причинил ему нравственные страдания, так как в течение длительного времени он обвинялся в совершении преступления, которое, как установлено вступившим в законную силу приговором суда, он не совершал, уголовное преследование прекращено в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень и характер нравственных страданий истца, связанных с вовлечением его в процедуру уголовного преследования, нарушения его неимущественных прав.

Суд также учитывает, что обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Вопрос о соответствии определяемого судом размера компенсации морального вреда принципу разумности и справедливости носит оценочный характер и относится только к компетенции суда.

Суд принимает во внимание, что в данном конкретном случае каких-либо тяжких последствий для истца в связи с уголовным преследованием не наступило.

Оценив всю совокупность представленных истцом и исследованных судом доказательств по правилам статей 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом фактических обстоятельств дела, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, в соответствии с указанными выше нормами закона, суд устанавливает компенсацию морального вреда, подлежащую взысканию в пользу истца, в размере 50.000 рублей

На основании изложенного, руководствуясь статьями 56, 67, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием в размере 50.000 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований, - отказать.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Октябрьский суд в течение месяца со дня его изготовления в мотивированном виде.

Председательствующий: О.Н. Матвеева