Решение № 2-4057/2017 2-4057/2017~М-2570/2017 М-2570/2017 от 23 октября 2017 г. по делу № 2-4057/2017

Дело № 2-4057/2017 24 октября 2017 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Невский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Игумновой Е.Ю.,

при секретаре Ворончихиной Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в Невский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, просила признать ответчицу утратившей право пользования жилым помещением, находящимся по адресу: <адрес>, и снять с регистрации по месту жительства по данному адресу.

В обоснование заявленных требований истец указывал, что является собственником квартиры по адресу: <адрес>, на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 03 ноября 2003 года, в квартире также зарегистрирована, но не проживает длительное время ответчик ФИО2, приходящаяся истице дочерью. Ответчик выехала на другое постоянное место жительства в 2008 году к мужу, впоследствии они приобрели <адрес> около 10 лет не проживает по спорному адресу, с момента выезда ответчик перестала быть членом семьи истицы. Ответчик не исполняет обязанности члена семьи собственника жилого помещения. Регистрация ответчика по спорному адресу препятствует истице в полной мере реализовать свои права собственника.

Ответчик ФИО2 предъявила встречное исковое заявление, в котором просила обязать ФИО1 не чинить препятствия ФИО2 в пользовании жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> (л.д. 32-33).

Встречные требования обоснованы конфликтными отношениями с ФИО1, вынужденностью выезда и невозможностью вселиться в спорную квартиру, поскольку ФИО1 не впускает ФИО2 в квартиру и не выдает ключи от нее (л.д. 32-33).

Истица и ее представитель в суд явились, на удовлетворении иска настаивали, против встречных требований возражали.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, что подтверждается распиской, не представила сведений о наличии уважительных причин неявки и их доказательств. Учитывая надлежащее извещение, явку представителя, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие ответчика.

Представитель ответчика в суд явился, против иска ФИО1 возражал, встречный иск поддержал.

Третье лицо в суд не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежаще, направило в суд ходатайство о проведении заседания без участия представителя, в связи с чем суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.

Исследовав материалы дела, выслушав явившихся участников процесса, показания свидетелей, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением. Собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании (ст. 288 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 1 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации к членам семьи собственника жилого помещения относятся проживающие совместно с данным собственником в принадлежащем ему жилом помещении его супруг, а также дети и родители данного собственника.

В силу ч. 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае прекращения семейных отношений с собственником жилого помещения право пользования данным жилым помещением за бывшим членом семьи собственника этого жилого помещения не сохраняется, если иное не установлено соглашением между собственником и бывшим членом его семьи.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. № 14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», по смыслу ч. ч. 1 и 4 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации, к бывшим членам семьи собственника жилого помещения относятся лица, с которыми у собственника прекращены семейные отношения. Отказ от ведения общего хозяйства иных лиц (помимо супругов) с собственником жилого помещения, отсутствие у них с собственником общего бюджета, общих предметов быта, неоказание взаимной поддержки друг другу и т.п., а также выезд в другое место жительства могут свидетельствовать о прекращении семейных отношений с собственником жилого помещения.

Правовые последствия отсутствия бывших членов семьи собственника жилого помещения в жилом помещении по причине выезда из него Жилищный кодекс Российской Федерации не регламентирует.

Исходя из аналогии закона (ст. 7 Жилищного кодекса Российской Федерации) к ситуации, связанной с выездом из жилого помещения бывших членов семьи собственника, подлежат применению положения ст. 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, а также разъяснения, содержащиеся в п. 32 указанного выше Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Согласно этим разъяснениям судам необходимо выяснить, по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, исполняет ли он обязанности по договору по оплате жилого помещения и коммунальных услуг и др.

При этом также необходимо учитывать, что отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно ч. 2 ст. 1 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права. Намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о таком волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения.

Данная правовая позиция изложена в п. 3 (споры, возникающие из жилищных правоотношений) Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за январь-июль 2014 года, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 01 сентября 2014 года.

Согласно статье 19 Федерального закона от 29 декабря 2004 года № 189-ФЗ «О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации» действие положений части 4 статьи 31 Жилищного кодекса Российской Федерации не распространяется на бывших членов семьи собственника приватизированного жилого помещения при условии, что в момент приватизации данного жилого помещения указанные лица имели равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим, если иное не установлено законом или договором.

При этом статья 31 Жилищного кодекса Российской Федерации регламентирует права и обязанности именно тех граждан, которые проживают совместно с собственником в принадлежащем ему жилом помещении.

Из анализа приведенных правовых положений следует, что в случае добровольного выезда в другое место жительства право пользования жилым помещением бывшего члена семьи собственника, в котором он проживал вместе с собственником жилого помещения, может быть прекращено независимо от того, что в момент приватизации спорного жилого помещения бывший член семьи собственника жилого помещения имел равное право пользования этим помещением с лицом, его приватизировавшим.

Таким образом, сам по себе факт наличия у ответчика права пользования жилым помещением на момент его приватизации при последующем его добровольном отказе от этого права не может служить безусловным основанием для вывода о сохранении за ним права пользования жилым помещением бессрочно.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не представлено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что спорная квартира <адрес> была предоставлена отцу истицы и дедушке ответчицы Г. на семью, включая жену Г.., дочь Г. (ныне – ФИО1) И.В., дочь Г. (ныне-М.) Л.В. и мать Г., на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно договору № 110-102 передачи квартиры в собственность граждан от 03 ноября 2003 года указанная квартира передана в собственность по 1/2 доли Г. и истице ФИО1, при этом ответчица отказалась от приватизации, написав собственноручно заявление от 03 ноября 2003 года, согласно которому она дает согласие на приватизацию жилой площади по адресу: <адрес>, в пользу оставшихся членов семьи, указала, что хочет сохранить право на приватизацию.

По договору дарения от 19 марта 2007 года, заключенному между ФИО3 и истицей, ФИО3 подарила истице принадлежащую ей ? доли спорной квартиры.

Таким образом, истица является собственником 1/2 доли спорной квартиры по договору дарения и 1/2 доли – по договору приватизации, право собственности истицы зарегистрировано в установленном порядке.

Согласно справке о регистрации ответчик зарегистрирован в квартире с 01 августа 1978 года. Кроме того, из справки формы 9 следует, что в 2008 году в спорной двухкомнатной квартире были зарегистрированы истица, ответчик, муж истицы и Г.. (мать истицы и бабушка ответчика), которая снята с регистрационного учета в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ.

Из справки о характеристике жилого помещения видно, что спорная квартира, общей площадью 54,10 кв.м, состоит из двух изолированных комнат размером 12,90 и 21,10 кв.м.

Согласно записи акта о заключении брака № 1362 Ш. и К. (ныне – Шабан) М.Ю. заключили брак 11 июня 2008 года.

Как указывала истица и подтвердила ответная сторона в заседании от 10 июля 2017 года, ФИО2 не проживает по спорному адресу с 2008 года.

Согласно объяснениям истицы, данным в заседании от 18 сентября 2017 года, ответчика не выгоняли из квартиры, ключи не забирали. Причиной выезда явилось то, что мать истицы и бабушка ответчицы Г. ДД.ММ.ГГГГ года рождения, болела, постоянно приезжала машина скорой медицинской помощи, сожителю дочери (Ш..) это не нравилось и он увез ответчицу в другую квартиру, потом они зарегистрировали брак, приобрели квартиру.

В подтверждение вынужденного характера выезда ответчик ссылалась на свидетельские показания. Согласно показаниям свидетелей К. и М. истица выгнала ответчицу из спорной квартиры с 2006 года, отношения сторон были конфликтные, истица <данные изъяты>, попытки ответчика вселиться в квартиру не принесли результата.

Оценивая данные показания, суд учитывает, что все опрошенные свидетели были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, ввиду чего оснований не доверять их показаниям не имеется, однако суд отмечает, что показания о выезде ответчика из квартиры с 2006 года противоречат доводам истицы, изложенным в исковом заявлении, о выезде в 2008 году и объяснениям ответной стороны, данным в заседании от 10 июля 2017 года, о том, что ответчица по спорному адресу не проживает с 2008 года. Свидетели знают об изложенных выше обстоятельствах со слов ответчика, сами не являлись очевидцами конфликтов и попыток вселения.

Опровергая сведения <данные изъяты>, истица представила в материалы дела заключение амбулаторно-наркологического отделения Невского района СПб ГБУЗ Межрайонный наркологический диспансер № 1, согласно которому ФИО1 осмотрена врачом-<данные изъяты> в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации № 377 от 28 апреля 1993 года, медицинских наркологических противопоказаний для соискания лицензии на право ношения оружия не имеет.

Свидетель Ш. (муж ответчицы) пояснил, что с 2010 года попыток вселиться в квартиру на <адрес> не было, в правоохранительные органы в связи с чинением препятствий ответчица не обращалась.

Также судом опрошен свидетель истицы ФИО4, который показал, что конфликтов с ответчиком и ее мужем не существовало, в 2008 году у супруга ответчицы умерла бабушка и ответчица с мужем переехали в однокомнатную квартиру, оставшуюся после смерти бабушки.

Иных доказательств чинения препятствий к проживанию ответчик ФИО2 не представила, несмотря на разъяснение обязанности по доказыванию.

По мнению суда, установление конфликтного характера взаимоотношений сторон возможно лишь при условии представления ответчиком безусловных достоверных и достаточных доказательств этого обстоятельства, при этом в ходе рассмотрения дела ФИО2 таких доказательств не представила. Показания опрошенных судом по ходатайству ответчика свидетелей противоречат показаниям свидетеля, опрошенного по ходатайству истца, в связи с чем данные показания не могут быть положены в основу вывода о характере взаимоотношений сторон.

Согласно выписке из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним Ш.. (муж ответчика) является собственником квартиры по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от 11 декабря 2009 года № 831-СПЧ56-К17/СЗ-ИРБ с ЗАО СК «РосСтрой».

В ходе рассмотрения дела ответчик указывала, что не является собственником данной квартиры, т.к. для ее приобретения супругу деньги дали его родители, в связи с чем между ответчиком и ее мужем заключен брачный договор, по которому она не имеет прав на квартиру по <адрес>, однако в материалы дела брачный договор не представлен, несмотря на соответствующее предложение суда и разъяснение обязанности по доказыванию.

Изложенные обстоятельства (заключение ответчицей брака в 2008 году и выезд в это же время из спорной квартиры для совместного проживания с мужем, впоследствии приобретение ими квартиры на <адрес>; длительность непроживания по спорному адресу (около 10 лет), отсутствие достоверных и достаточных доказательств чинения ответчику препятствий к проживанию по спорному адресу; характеристики спорной квартиры, не являющейся «перенаселенной», позволяющие ответчику занимать отдельную комнату; отсутствие попыток вселиться по спорному адресу с 2010 года) подтверждают позицию истицы о длительном добровольном непроживании ответчика по спорному адресу в связи с постоянным выездом на иное постоянное место жительства.

На основании изложенного суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

Суд не принимает возражения ответчика о том, что она не переставала являться членом семьи истицы, т.к. является ее дочерью. По смыслу жилищного законодательствами, семейных отношений между сторонами не имеется, ответчик проживает по другому адресу со своей семьей, не ведет с истцом общего хозяйства, не имеет единого бюджета, а потому не может быть отнесен к членам семьи собственника спорного жилого помещения.

В ходе рассмотрения дела ответчик ссылался на регулярное предоставление в обслуживающую дом организацию документов для перерасчета в связи с ее проживанием по другому адресу и неиспользовании предоставляемых коммунальных услуг. Однако подтверждения данным доводам ответчик не представила. Поданный 24 октября 2017 года через канцелярию суда документ, представляющий собой таблицу, не позволяет достоверно подтвердить доводы ответчика, истица оспаривала, что перерасчеты производились.

Даже в случае подтверждения перерасчета в связи с непроживанием по незначительному ряду коммунальных услуг, начисляемых по количеству проживающих, данное обстоятельство, по мнению суда, не свидетельствует о том, что ответчик не отказалась от прав на спорное жилое помещение и исполняла надлежащим образом обязанности члена семьи собственника, поскольку остальные услуги ответчик не оплачивала. Обращение из перерасчетом, при его доказанности, с учетом неоплаты жилищно-коммунальных услуг, пересчет по которым не производится, подтверждало бы, что конфликтные отношения между сторонами отсутствуют: ответчик осознает, что на нее начисляются коммунальные платежи, однако в связи с отказом от прав на квартиру не оплачивает их; понимая, что данное бремя ложится на истицу, предпринимает меры к его уменьшению.

Таким образом, поскольку первоначальные исковые требования суд удовлетворяет, то встречный иск подлежит отклонению.

Кроме того, несмотря на необходимость конкретизировать встречные требования, которые сформулированы как обязать ответчика не чинить препятствия в пользовании жилым помещением, без уточнения, в чем заключаются такие препятствия, в целях обеспечения исполнимости судебного постановления, истица по встречному иску уклонилась от такого уточнения. В этой связи суд полагает, что встречный иск не подлежит удовлетворению и в связи с абстрактностью заявленных требований и их недоказанностью.

В ходе рассмотрения дела ответчик утверждала, что не имеет ключей от спорной квартиры, замки на входной двери поменяны, истица данное обстоятельство оспаривала. При личной явке истца и ответчика в судебное заседание 18 сентября 2017 года и утверждениях истца о том, что замки не были сменены со времени выезда ответчика, ФИО2 было предложено удостовериться, подходят ли имеющиеся у нее ключи к замкам двери в спорную квартиру. В заседании от 24 октября 2017 года представитель ответчика пояснил, что ответчик не выходил в адрес, не убедился в замене дверных замков. Иных доказательств чинения препятствий ответчик не представил.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в пользу истца подлежат взысканию денежные средства в размере 300 руб. в счет возмещения уплаченной государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

иск ФИО1 – удовлетворить.

Признать ФИО2 утратившей право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>, с последующим снятием с регистрационного учета по указанному адресу.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 государственную пошлину в размере 300 руб.

В удовлетворении встречного иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Невский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Решение в окончательной форме принято 27 октября 2017 года.