Решение № 2-288/2020 2-288/2020~М-200/2020 М-200/2020 от 22 июля 2020 г. по делу № 2-288/2020

Дело №2-288/2020 г.


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 июля 2020 года г. Задонск

Задонский районный суд Липецкой области в составе:

председательствующего судьи Леоновой Л.А.

при секретаре Стуровой Н.А.

с участием истцов ФИО1, ФИО2

представителя истцов ФИО3

представителя ответчика Гункиной О.И.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО4 о взыскании расходов, вызванных смертью наследодателя и расходов на охрану наследства и управлением им

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 и ФИО2, с учетом уточненных исковых требований, обратились в суд с иском к ФИО4 о взыскании в пользу ФИО1 расходов, вызванных смертью наследодателя (расходов на достойные похороны и на охрану наследства и управление им) в размере 79094 рубля 55 копеек, в пользу ФИО2 в размере 6495 рублей в качестве возмещения расходов на достойные похороны наследодателя, а также в пользу ФИО1 расходов по оплате государственной пошлины в размере 2603 рубля.

Свои требования мотивируют тем, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО5, проживавший по адресу: <адрес>. Организацией и оплатой похорон после смерти ФИО5 занимались истцы - ФИО1 и ФИО2. Для осуществления достойных похорон ФИО1 были куплены гроб стоимостью 10500 рублей, крест хвоя - 2500 рублей, рушник - 400 рублей, подушка - 400 рублей, костюм - 1500 рублей, похоронно-погребальные принадлежности - 850 рублей, покрывало - 1500 рублей, венки с лентой - 2600 рублей, памятник гранитный - 27000 рублей. Помимо указанного ФИО1 были оплачены услуги по рытью могилы - 8000 рублей, погребению - 2000 рублей, автотранспортные услуги - 4000 рублей, по доставке в морг и из морга - 8000 рублей, а всего на сумму 69250 рублей. ФИО2 были оплачены ритуальные услуги в размере 6495 рублей. Общие расходы, понесенные истцами на достойные похороны, включая необходимые расходы на оплату места погребения, ФИО5 составили 75745 рублей. Помимо этого ФИО1 были понесены расходы на охрану наследства и управление им, состоящие из оплаты коммунальных услуг в сумме 4344 рубля 55 коп.. Решением Задонского районного суда Липецкой области от 22.10.2019 года по делу № 2-402/2019 ФИО4 была признана наследником первой очереди ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ, которая и приняла все наследуемое имущество. Доказательством несения затрат, связанных с погребением покойного ФИО5 является представленный суду оригинал квитанции №0049 от 15.12.2018 года, выданный ИП ФИО6 №1.. Денежные средства, внесенные ФИО1 в качестве оплаты капитального ремонта, электроэнергии, газа соответствуют начислениям, указанным в соответствующих квитанциях. Также ФИО1 были понесены расходы на установку гранитного памятника в размере 5500 рублей, которые подлежат взысканию с наследника умершего ФИО5 ФИО4.

Определением Задонского районного суда Липецкой области от 17 июня 2020 года в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, была привлечена ФИО7.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и просила суд их удовлетворить, дополнив, что 15 декабря 2018 года вечером она позвонила ИП ФИО6 №1 по телефону для осуществления заказа в связи с похоронами ФИО5, затем она приехала в ритуальные услуги и оплатила заказ, после чего ей ФИО6 №1 была выписана квитанция.

В судебном заседании истец ФИО2 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, просил суд исковые требования удовлетворить, пояснив, что умерший ФИО5 является его родным дядей, а также родным братом его мамы – ФИО1. ФИО1 осуществляла похороны ФИО5, и оплачивала их. Им также были понесены расходы по оказанию платных ритуальных услуг в морге в размере 6495 рублей. Оплата за коммунальные услуги по квартире ФИО5 производилась ФИО1 по счетчику, о наличии переплаты они не знали. Ключи от квартиры ФИО5 были переданы ФИО4 24 октября 2019 года. После смерти ФИО5 в квартире до 40 дней проживала ФИО7, там же проходили поминки ФИО5. Впоследствии в квартире горел фитиль, чтобы не разморозились трубы в отоплении. Также работал насос принудительного нагнетания воды в системе все время, до конца отопления. На тот момент, когда оплачивали квитанции, они не знали, что ФИО4 претендует на наследство, и оплачивали коммунальные платежи для отсутствия задолженности.

Представитель истцов ФИО1 и ФИО2 по заявлению ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 и ФИО2 поддержал по основаниям, изложенным в иске, просил суд исковые требования удовлетворить в полном объеме, представил суду письменные пояснения истцов по иску, согласно которым, доказательством несения затрат, связанных с погребением покойного ФИО5 является представленный суду оригинал квитанции № 0049 от 15.12.2018 года, выданный ИП ФИО6 №1. Указанная квитанция выписана на бланке строгой отчетности, её копия имеется в прошнурованной, пронумерованной и скрепленной печатью ФИО6 №1 единой книге. Доводы ответчика о подложности указанной квитанции несостоятельны, поскольку не подкреплены доказательствами, предусмотренными статьей 56 ГПК РФ. Несостоятельны также доводы ответчика, касающиеся несения ФИО1 расходов по охране наследства. Денежные средства, внесенные ФИО1 в качестве оплаты капитального ремонта, электроэнергии, газа соответствуют начислениям, указанным в соответствующих квитанциях. Доводы ответчика ФИО4 о наличии задолженности по коммунальным платежам на момент передачи ей жилого помещения, расположенного по адресу: <адрес> несостоятельны, так как они не содержат информации о показаниях приборов учета, установленных в указанной квартире. Отсутствует также акт приема-передачи жилого помещения, с указанием показаний установленных приборов учета. Таким образом, поскольку наследство было принято ФИО4 единолично, то на ней же и лежит обязанность по оплате долгов наследодателя. Памятник был заказан истцом ФИО1 в декабре 2018 года, что подтверждается квитанцией. В момент заказа истцом ИП ФИО6 №1 была представлена информация о фамилии, имени, отчестве, дате рождения и дате смерти покойного ФИО5. Указанная информация была сразу же выгравирована на заказанном памятнике. Фотография покойного и дополнительный рисунок в виде футбольного мяча были представлены ИП ФИО6 №1 ФИО1 в начале 2020 года, после чего они и были нанесены на существующую заготовку. Установка памятника была произведена ИП ФИО6 №1 27.05.2020 года. До указанного момента ответчик не проявлял никакой заинтересованности в вопросе увековечивания памяти наследодателя, свое волеизъявление по поводу разрешения либо запрета несения истцом расходов по установке памятника не выражал. Поскольку волеизъявление ФИО5 о его увековечивании отсутствовало, а ФИО4 не проявляла никакой заинтересованности в вопросе увековечивания памяти покойного, то ФИО1, являющейся близким родственником ФИО5 - сестрой, было принято решение об установке готового памятника. Расходы, понесенные истцом ФИО1 по установке памятника на могиле ФИО5, обоснованы, подтверждены документально, соответствуют принципам разумности и, следовательно, подлежат возмещению с ответчика.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, причина неявки суду не известна, направила в суд своего представителя.

Представитель ответчика ФИО4 по ордеру – адвокат Гункина О.И. просила суд в удовлетворении исковых требований ФИО1 и ФИО2 отказать в полном объеме, ссылаясь на то, что ФИО1 не доказала, что она производила похороны ФИО5, и что она понесла расходы на эти похороны. В материалы дела не представлены доказательства воли покойного. В судебном заседании со слов истцов установлено, что умер ФИО5 неожиданно, после похорон его племянника или внука. На момент смерти он проживал со своей супругой ФИО7, которая и осуществляла его похороны. Представленная ФИО1 квитанция о несению ею расходов на общую сумму 70750 рублей от 15 декабря 2018 года является подложной и составлена с целью создания видимости понесенных расходов на похороны ФИО5. Данная квитанция не является относимым и допустимым доказательством. Суду не представлено доказательств законности не использования ИП ФИО6 №1 контрольно-кассовой машины. Не установлена какая форма отчетности у ФИО6 №1, имелись ли у него в штате работники по рытью могил, доставке погребальных принадлежностей, а также автомобиль и выписывались ли путевые листы. Квитанция заполнена произвольно, в графе указана сумма, но не указано в какой валюте. В квитанцию включены товары и услуги, которые достоверно не оказывались. Так, в квитанции указано доставка в морг, однако не указана доставка чего, в какой морг и на какой машине она производилась. Если предположить, что речь идет о теле покойного, то в морг оно было доставлено транспортом госучреждения. Вызывает сомнение, что в день похорон была произведена покупка надгробного памятника. В судебном заседании бесспорно установлено, что квитанция и закупка погребальных принадлежностей и оказание услуг не могли быть сделаны 15 декабря 2018 года. Из пояснений ФИО1 следует, что похоронные принадлежности были привезены в квартиру умершего. ФИО6 №1 поясняет, что все перечисленное в квитанции с указанием надписи оставалось у него. Между пояснениями ФИО1 и ФИО6 №1 имеются существенные противоречия, которые исключают данную квитанцию, как документ, подтверждающий оплату. Сам ФИО6 №1 пояснил, что указанная квитанция была им выписана по просьбе ФИО1 задним числом. Исходя из представленных ФИО6 №1 подшитых квитанций, следует, что она могла быть выполнена не ранее чем спустя год после указанной в ней даты. В судебном заседании ФИО2 и ФИО1 пояснили, что вызывали полицию, и на катафалке тело было отправлено в морг. Потом изменили показания и указали, что тело в морг доставлял ФИО6 №1. За услуги автотранспорта оплачено 12000 рублей. ФИО1 и ФИО2 пояснили, что это было связано с доставкой гроба на следующий день, а ФИО6 №1 пояснил, что это связанно с поездкой в Липецк для закупки продуктов питания или других предметов для похорон. Но у наследодателя имелся автомобиль и ФИО2 им пользовался, приезжал на нем в суд. Необходимости оказания таких услуг не было. Цена на гроб завышена. ФИО6 №1 показал суду, что стоимость гроба составляет от 2000 рублей и более, и это свидетельствует о том, что такой гроб не приобретался и связано это с тем, чтобы увеличить размер якобы понесенных расходов, для взыскания их с ФИО4. Суду представлены неопровержимые доказательства по приобретению памятника, что также свидетельствует о том, что представленная истцами квитанция не оформлялась. Позиции, указанные в квитанции для похорон ФИО5, не приобретались. По факту памятник у ФИО6 №1 не заказывался, а исправляя ситуацию, ФИО2, не осуществлявший похороны, по собственной инициативе произвел покупку и установку памятника. И это не имеет отношения к похоронам. Расходы, которые оплатил ФИО2 в морге, когда забирал тело ФИО5 в размере 6495 рублей, он оплатил по собственному усмотрению, по своей инициативе. И предъявлять претензии и получить эти деньги он должен был с лица, которое осуществляло погребение. Показания свидетеля ФИО13 не соответствуют действительности, поскольку она подтвердила лишь то, что готовила на поминки. Но у ФИО1 были и другие похороны и поминки, и определить, что это было по ФИО5 не представляется возможным. ФИО6 не могла пояснить, где это происходило. Расходы, понесенные ФИО2, не должны быть возмещены, так как он делал это по собственной инициативе, погребение не осуществлял. ФИО4 поговорила с соседями и установила, что похороны ФИО5 осуществляла ФИО7, что подтверждается также ответом администрации сельского поселения Донской сельсовет Задонского муниципального района Липецкой области о выплате ФИО7 денежных средств в размере 5701 рубль 31 коп.. Имеются также противоречия в показаниях истцов ФИО1, ФИО2 относительно того, кто занимался рытьем могилы, что также свидетельствует о подложности квитанции. ФИО1 не доказала, что оплаченные ею коммунальные услуги, это долги наследодателя. Истцы показали, что платили столько, сколько указано. Но во всех квитанциях указано, что показания увеличивались, однако не доказано кто создавал эти расходы. На момент передачи квартиры на октябрь месяц 2019 года в каждой квитанции имелась задолженность, которую ФИО4 погасила. Непонятно как образовалась задолженность, если в квартире никто не проживал. Данные расходы были созданы ФИО1 и она должна их нести. ФИО4 может нести ответственность только по долгам наследодателя, однако в судебном заседании установлено, что данных долгов у наследодателя по коммунальным платежам не было. Кроме того, после смерти ФИО5 с его счетов снимались денежные средства.

Третье лицо ФИО7 в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом, причина неявки суду не известна.

Выслушав истцов ФИО1, ФИО2 и их представителя ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – адвоката Гункину О.И., исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1174 ГК РФ необходимые расходы, вызванные предсмертной болезнью наследодателя, расходы на его достойные похороны, включая необходимые расходы на оплату места погребения наследодателя, расходы на охрану наследства и управление им, а также расходы, связанные с исполнением завещания, возмещаются за счет наследства в пределах его стоимости (п. 1).

Требования о возмещении расходов, указанных в пункте 1 настоящей статьи, могут быть предъявлены к наследникам, принявшим наследство, а до принятия наследства - к исполнителю завещания или к наследственному имуществу. Такие расходы возмещаются до уплаты долгов кредиторам наследодателя и в пределах стоимости перешедшего к каждому из наследников наследственного имущества. При этом в первую очередь возмещаются расходы, вызванные болезнью и похоронами наследодателя, во вторую - расходы на охрану наследства и управление им и в третью - расходы, связанные с исполнением завещания (п. 2 ст. 1174 ГК РФ).

По смыслу указанных норм права истцы, требующие в судебном порядке возмещения заваленных расходов, должны доказать как сам факт несения расходов, вызванных предсмертной болезнью наследодателя, расходов на его достойные похороны, так и необходимость несения таких расходов.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года N 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

В качестве документов, подтверждающих понесенные расходы по погребению, могут быть использованы счета магазинов и похоронных агентств, товарные и кассовые чеки, акты комиссии по организации похорон и т.п..

Согласно ст. 3 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» настоящий Федеральный закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

По смыслу п. 1 ст. 1174 ГК РФ расходы на достойные похороны должны отвечать двум требованиям - быть необходимыми и соответствовать обычаям и традициям, применяемым при погребении.

В силу ст. 5 Федерального закона «О погребении и похоронном деле» вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.

ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Задонского районного суда Липецкой области от 22 октября 2019 года, вступившим в законную силу 29 ноября 2019 года, установлен факт отцовства ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в отношении ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, актовая запись о рождении №8 составлена ДД.ММ.ГГГГ В-Студенецким с/советом Задонского района Липецкой области.

Согласно ответу нотариуса нотариального округа Задонского района Липецкой области ФИО12 от 03 июня 2020 года № 380 наследником по закону, принявшим наследство после смерти ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ, является его дочь – ФИО4, которой выданы свидетельства о праве на наследство в виде: автомобиля Лада-217010 (Приора), 2011 года выпуска, государственный регистрационный знак №, рыночной стоимостью 200000 рублей; прав на денежные средства, внесенные в денежные вклады; квартиры, находящейся по адресу: <адрес> общей площадью 43,4 кв.м., с кадастровым номером №, с кадастровой стоимостью на дату смерти наследодателя – 584998 рублей 15 коп.. У нотариуса отсутствуют сведения о других наследниках и другом наследственном имуществе, кроме указанных выше, указанное наследственное дело окончено 25 марта 2020 года.

Судом установлено, что ФИО1 является родной сестрой ФИО5, ФИО2 является племянником ФИО5.

По правилам ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ст. 55 ГПК РФ).

В силу ст. 71 ГПК РФ письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи либо иным позволяющим установить достоверность документа способом. Письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

В подтверждение понесенных расходов, вызванных смертью наследодателя ФИО5, истцом ФИО1 представлена квитанция №0049 - ритуал, датированная 15.12.2018 года, выданная ИП ФИО6 №1, из которой следует, что заказчиком ФИО8 за приобретение похоронных принадлежностей, оплату ритуальных услуг и приобретение памятника умершего ФИО5 было оплачено всего 70750 рублей. В том числе, за: 1) гроб - 10500 рублей, 2) крест хвоя - 2500 рублей, 3) рушник - 400 рублей, 4) подушку - 400 рублей, 5) костюм - 1500 рублей, 6) похоронно-погребальные принадлежности - 850 рублей, 7) покрывало - 1500 рублей, 8) рытье могилы - 8000 рублей, 9) погребение - 2000 рублей, 10) венки с лентой - 2600 рублей, 11) услуги (автотранспортные) - 4000 рублей, 12) доставку в морг - 4000 рублей, 13) доставку из морга – 4000 рублей, 14) памятник гранитный - 27000 рублей.

Из ответа ИП ФИО6 №1 от 25.05.2020 года следует, что 15.12.2018 года им был принят заказ от ФИО9 по обеспечению похорон ФИО5. Заказ был выполнен и оплачен полностью ФИО9 на общую сумму 70750 рублей. Кассовый чек не выдавался на основании Постановления Правительства РФ от 06.05.2008 г. №359. Пункт 12 квитанции №0049 подразумевает аренду машины для закупки одежды для покойного и доставки её в морг.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО6 №1 показал суду, что им выписывалась квитанция №0049 от 15 декабря 2018 года. Заказ по данной квитанции осуществляла ФИО1 и ею же производилась оплата в полном объеме. Все похоронные принадлежности и ритуальные услуги, услуги транспорта, указанные в квитанции были осуществлены им. Квитанция, возможно, была выписана им позднее даты, указанной в квитанции, точную дату он сказать не может.

Согласно выписке из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей ФИО6 №1 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 17 марта 2005 года, основным видом его деятельности является организация похорон и предоставление связанных с ними услуг.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО13 показала суду, что все расходы на похороны и погребение ФИО5 понесла ФИО1. Она также организовывала поминки.

Таким образом, представленной квитанцией №0049 - ритуал, выданной 15.12.2018 года ИП ФИО6 №1, подтверждается несение ФИО1 расходов, связанных с похоронами ФИО5.

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО6 №1, ФИО13, предупрежденных об уголовной ответственности в соответствии со статьями 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, у суда не имеется, показания получены в соответствии с требованиями закона, последовательны, конкретны, однозначны, не имеют существенных противоречий, согласуются между собой и с другими материалами дела.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о наличии существенных противоречий между показаниями истцов ФИО1, ФИО2 и допрошенных свидетелей являются безосновательными.

Незначительные противоречия, имеющиеся в показаниях истцов ФИО1, ФИО2 и свидетеля ФИО6 №1 не свидетельствуют о надуманности их показаний и объясняются особенностями человеческой памяти и большим промежутком времени, прошедшим после случившегося, а также нахождением ФИО1, ФИО2 в указанный период времени в состоянии стресса, вызванным утратой близкого человека.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО6 №1, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, подтвердил факт выписки им квитанции №0049 от 15 декабря 2018 года и факт оплаты суммы заказа, указанной в данной квитанции ФИО1.

Данная квитанция выписана на бланке отчетности, копия квитанции имеется в книге, прошнурованной и скрепленной печатью ИП ФИО6 №1. На данной квитанции имеется печать ИП ФИО6 №1. Кроме того, из представленной ФИО6 №1 книги квитанций следует, что указанная квитанция по форме совпадает с другими квитанциями, имеющимися в представленной им книге.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о подложности представленной квитанции от 15.12.2018 года, поскольку не представлено доказательств законности не использования ИП ФИО6 №1 контрольно-кассовой машины, отклоняются судом. Указанной квитанцией, содержащей подпись и печать индивидуального предпринимателя ФИО6 №1 подтверждается факт оплаты ИП ФИО6 №1 денежных средств в счет оплаты ритуальных услуг и принадлежностей, и оснований полагать, что оплата произведена не была, у суда не имеется.

При этом ссылки стороны ответчика о недопустимости принятия представленной истцами квитанции в качестве доказательств расходов, - суд признает несостоятельными, поскольку в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика не представлено доказательств подложности данного доказательства, а само по себе оспаривание стороной документов в силу ст. 186 ГПК РФ не влечет автоматического исключения такого доказательства из числа доказательств, собранных по делу, в связи с тем, что именно на сторонах лежит обязанность доказать наличие фиктивности конкретного доказательства.

Ссылка стороны ответчика на то обстоятельство, что данная квитанция была выписана не 15.12.2018 года, а значительно позже, также не свидетельствует о подложности данного доказательства. Указанное обстоятельство не подтверждает также невозможности оценки судом данной квитанции в качестве допустимого доказательства по делу. Так, в квитанции имеется подпись и печать ИП ФИО6 №1, которым были фактически оказаны услуги по похоронам наследодателя.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ИП ФИО6 №1 подтвердил факт выдачи данного документа и фактической оплаты по нему ФИО1, в связи с чем, доводы представителя ответчика о том, что фактически оплата не производилась, являются необоснованными.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о том, что квитанция выписана на имя ФИО5, также не могут являться доказательством подложности квитанции, поскольку из представленных документов следует, что до заключения брака истец ФИО1 носила фамилию ФИО10. Кроме того, свидетель ФИО6 №1 в судебном заседании подтвердил, что оплату по указанной квитанции производила именно ФИО1.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И., что рытье могилы осуществлялось собственными силами, объективно ничем не подтверждены и опровергаются представленными стороной истца доказательствами.

Ответчиком не предоставлено убедительных и допустимых доказательств того, что данные услуги не были оказаны ИП ФИО6 №1, либо их стоимость была завышена, в то время, как истцом в подтверждение своих расходов на погребение было представлено письменное доказательство (квитанция), в которой перечислены услуги по захоронению, стоимость этих услуг, общий размер понесенных истицей расходов, которая судом признается допустимым в рамках гражданского процессуального законодательства доказательством по делу.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о том, что истица ФИО1 не получала социальное пособие на погребение, что также свидетельствует о том, что она не несла затраты по захоронению, являются несостоятельными и существенного значения по делу не имеют, так как не опровергает размер понесенных истицей затрат на похороны наследодателя, участие в которых ответчик не несла.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о том, что тело ФИО5 было доставлено в морг не машиной ФИО6 №1, а машиной госучреждения являются несостоятельными и опровергаются представленными доказательствами.

Так, согласно ответу ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» от 22.07.2020 г. за №01-14/1345 труп ФИО5 был доставлен в морг 15.12.2018 года в 19 часов родственниками умершего, сведения о которых не сохранились.

Ссылка представителя ответчика на справку №466, выданную 01.06.2020 года администрацией сельского поселения Донской сельсовет Задонского муниципального района Липецкой области, согласно которой на основании справки о смерти № С-00200 от 19.12.2018 года ФИО7 на погребение выплачено 5701 руб. 31 коп., как доказательство, подтверждающее несение расходов на погребение ФИО7 несостоятельна.

Указанная справка бесспорно не свидетельствует о несении расходов на похороны ФИО5 ФИО7, а не истцом ФИО1.

Несмотря на то, что представленная истцом ФИО1 квитанция имеет недочеты при заполнении, в том числе, в какой валюте были осуществлены платежи, имеются сокращения в словах при перечислении приобретенных похоронных принадлежностей, указанные обстоятельства не подтверждают невозможности оценки её судом в качестве допустимого доказательства по делу.

При этом указанные недочеты не могут служить безусловным основанием для отказа во взыскании расходов на достойные похороны наследодателя, поскольку ответчиком не представлено убедительных и допустимых доказательств тому, что данные услуги не были оказаны истцу, либо их стоимость была завышена, в том числе и то, что расходы, затраченные истцом не связаны с похоронами наследодателя либо были излишними, в то время как истцом ФИО1 в подтверждение понесенных расходов на погребение ФИО5 было представлено письменное доказательство – подлинник квитанции, подтверждающий общий размер понесенных расходов.

Исходя из положений Федерального закона «О погребении и похоронном деле», а также обычаев и традиций населения России расходы на достойные похороны (погребение) включают как расходы на оплату ритуальных услуг (покупка гроба, покрывала, подушки, савана, иконы и креста в руку, венков, ленты, ограды, корзины, креста, таблички, оплата укладки в гроб, выкапывания могилы, выноса, захоронения, установки ограды, установки креста, предоставления оркестра, доставки из морга, предоставления автокатафалка, услуг священника, автобуса до кладбища) и оплату медицинских услуг морга (туалет трупа, реставрирование, бальзамирование, хранение).

Вопреки доводам представителя ответчика Гункиной О.И., суд полагает, что расходы истца ФИО1 на приобретение венков на могилу умершего являются необходимыми расходами, соответствующими традициям и обычаям, применяемым при погребении, а потому подлежат взысканию с ответчика ФИО4.

Каких-либо оснований полагать, что ФИО1 допускала излишества в понесенных расходах, суд не усматривает. В соответствии со ст. 1174 ГК РФ человек имеет право на достойные похороны. Ограничение размера возмещения расходов на погребение только необходимыми расходами нарушает права лиц, осуществлявших захоронение. Приобретение гроба и венков не выходит за рамки обычных затрат, связанных с соблюдением похоронных ритуалов.

Вопреки доводам представителя ответчика Гункиной О.И. суду представлены достаточные доказательства, подтверждающие то обстоятельство, что автотранспортные услуги были осуществлены ИП ФИО6 №1 по заказу ФИО1 в связи с похоронами ФИО5, являлись необходимыми и их стоимость не является завышенной.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о взыскании с наследника умершего ФИО5 - ФИО4 в пользу ФИО1 расходов, вызванных смертью наследодателя в размере 42250 рублей, которые состоят из: гроб стоимостью 10500 рублей, крест хвоя - 2500 рублей, рушник - 400 рублей, подушка - 400 рублей, костюм - 1500 рублей, похоронно-погребальные принадлежности - 850 рублей, покрывало - 1500 рублей, венки с лентой - 2600 рублей, рытье могилы - 8000 рублей, погребение - 2000 рублей, автотранспортные услуги - 4000 рублей, транспортные услуги по доставке в морг и из морга - 8000 рублей, поскольку они связаны с захоронением наследодателя, подтверждены документально.

Суд признает понесенные ФИО1 указанные расходы на достойные похороны умершего ФИО5 необходимыми и разумными. Доказательств, опровергающих понесенные истцом расходы, в нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ФИО4 не представила, как не представила и подтверждающих документов об иной стоимости ритуальных услуг, похоронных принадлежностей.

Само право лица требовать возмещения понесенных им расходов на достойные похороны наследодателя возникает в силу п. 3 ст. 5 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», как право лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего.

Применительно к статье 8 Гражданского кодекса РФ основанием возникновения такого права является единоличная реализация добровольно принятой общей обязанности.

Таким образом, расходы истца ФИО1 на погребение ФИО5 отвечают требованиям разумности, документально подтверждены и подлежат возмещению за счет наследства в пределах его стоимости, которая ответчиком не оспорена.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о недопустимости представленной квитанции по причине отсутствия документов подтверждающих факт оплаты и отсутствии информации о том, что данные услуги имеют отношение к похоронам ФИО5, признаются судом несостоятельными. Указанный документ имеет все необходимые для платежных документов реквизиты, в нем указаны фамилии умершего и заказчика, перечень оказанных услуг и похоронных принадлежностей, их стоимость, что позволяет признать её относимым и допустимым доказательством.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И. о том, что после смерти ФИО5 с его счета в банке снимались денежные средства, также не могут служить основанием для отказа в иске, поскольку доказательств наличия и получения истицей ФИО1 денежных сумм принадлежащих ФИО5 и подлежащих вычету из общей суммы понесенных расходов, материалы дела не содержат.

Из договора №123/11-18 от 17 декабря 2018 года следует, что ФИО2 обязался оплатить ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» за комплекс ритуальных услуг по подготовке тела к погребению ФИО5 6495 рублей.

Согласно акту №123 от 17.12.2018 года об оказании услуг за ритуальные услуги ФИО2 оплатил ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» за ритуальные услуги в отношении тела ФИО5 6495 рублей, что подтверждается также квитанцией от 17.12.2018 года.

В соответствии со справкой главного бухгалтера ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» от 03.06.2020 г. - ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» подтверждает факт оплаты ФИО2 платных ритуальных услуг по договору 123/11-18 от 17 декабря 2018 года на сумму 6495 рублей.

Суд приходит к выводу, что расходы, понесенные ФИО2 по оплате услуг ГУЗ «Липецкое областное БСМЭ» в размере 6495 рублей также были связаны с похоронами наследодателя ФИО5, являлись необходимыми и подлежат взысканию с ответчика ФИО4.

Доводы представителя ответчика Гункиной О.И., что данные расходы не подлежат взысканию с ФИО4, поскольку они понесены ФИО2 по собственной инициативе и он не является лицом, осуществляющим похороны ФИО5, являются несостоятельными и не могут служить основанием для отказа в иске.

Вместе с тем, суд не находит оснований для взыскания с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО1 расходов по приобретению памятника в размере 27000 рублей и его установке в размере 5500 рублей по следующим основаниям.

Согласно представленной истцом ФИО1 квитанции №0049 от 15 декабря 2018 года истцом ФИО1 был приобретен и оплачен гранитный памятник стоимостью 27000 рублей.

Из показаний свидетеля ФИО6 №1 следует, что оплата ФИО1 за памятник была внесена сразу, памятник был заказан ФИО1 по образцу, затем он заказал его в мастерской «Данила-Мастер», и после того, как памятник был готов, он был сразу установлен. Установку памятника осуществлял также он.

Согласно заявлению ФИО4, направленному 26.05.2020 года в адрес ФИО1, ответчик ФИО4 запрещает устанавливать памятник на могиле своего отца – ФИО5. данное заявление согласно штемпелю на почтовом конверте было получено ответчиком ФИО1 29 мая 2020 года.

Из накладной №б/н от 27 мая 2020 года усматривается, что ФИО1 оплатила ИП ФИО6 №1 за установку гранитного памятника 5500 рублей.

Вместе с тем, из справки, выданной 20.07.2020 года ИП ФИО40, представленной суду представителем ответчика Гункиной О.И., следует, что памятник ФИО5 был заказан в компании «Данила-Мастер» 18.05.2020 года ФИО2 и им же оплачен в размере 32774 рублей (аванс 20000 рублей – 18.05.2020 года, доплата 12774 рублей - 26.05.2020 года). Памятник был вывезен ФИО2 26.05.2020 года и установлен самостоятельно. Гравировка (фото, надписи, дополнительное оформление) были заказаны и согласованы с ФИО2 в день обращения 18.05.2020 года (бланк заказа прилагается).

В соответствии со ст.1174 ГК РФ необходимые расходы, вызванные предсмертной болезнью наследодателя, расходы на его достойные похороны, включая необходимые расходы на оплату места погребения наследодателя, расходы на охрану наследства и управление им, а также расходы, связанные с исполнением завещания, возмещаются за счет наследства в пределах его стоимости.

Из материалов дела усматривается, что изготовление и установка памятника не была согласована с наследником ФИО4, при этом на момент заказа памятника с указанием индивидуализирующих сведений об умершем, иск ФИО1 уже находился на рассмотрении в суде, при этом представителем ответчика Гункиной О.И. доводилось до сведения истцов о том, что наследник ФИО4 возражает против установки памятника. Таким образом, истцы, не являющиеся наследником умершего, оплатили его стоимость по своей инициативе, не согласовав это с ответчиком. При этом заказ изготовления памятника, его оплата и установка были обусловлены не необходимостью, а инициативой истца.

Как установлено судом, и не оспаривалось сторонами, при погребении могила умершего была обустроена непосредственно в день похорон с установлением креста. Расходы по установлению надгробного памятника непосредственно не связаны с похоронами наследодателя и произведены спустя длительное время после погребения по желанию истца без согласования с наследником относительно материала, из которого изготовлен памятник и стоимости работ. Вместе с тем, расходы на погребение должны быть объективно обусловлены и не выходить за пределы расходов по непосредственному погребению тела наследодателя.

Кроме того, в представленных документах имеются противоречия относительно стоимости памятника и его установки, а также лица производившего оплату.

В деле отсутствуют бесспорные доказательства, подтверждающие доказательства несения именно истцом ФИО1 расходов по оплате надгробного памятника и его установке, а также их стоимости.

Разрешая данные требования, суд также исходит из того, что ФИО1 при выборе способа сохранения памяти о брате проявила самостоятельность, заказала лично от себя памятник, без согласования с наследником умершего ФИО4.

Действия истца ФИО1 по изготовлению и установке надгробного памятника выходят за пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела, в связи с чем, расходы на их совершение возмещению не подлежат. Необходимыми данные действия не являлись, их надлежит рассматривать как личное волеизъявление ФИО1, желающей почтить память умершего.

При таких обстоятельствах, у суда не имеется правовых оснований для удовлетворения требований ФИО1 о взыскании понесенных истцом расходов по изготовлению и установке надгробного памятника.

Истец ФИО1 просит суд также взыскать с ответчика ФИО4 расходы на охрану наследства и управление им, состоящие из оплаты коммунальных услуг в размере 4344 рубля 55 коп..

Согласно представленной квитанции от 20.02.2019 года оплачено за потребленный газ в январе-феврале 2019 года – 1 384 рубля 02 коп..

В счет-извещении на оплату за потребленный газ в январе-феврале 2019 года указано – переплата предыдущих периодов – 767 руб. 04 коп., начислено – 0.

Согласно представленной квитанции от 25.04.2019 года ФИО1 оплачено за потребленный газ – 594 рубля.

В счет-извещении на оплату за потребленный газ в апреле 2019 года указано – переплата предыдущих периодов – 767 рублей 04 коп., начислено – 0.

Согласно квитанциям от 20.01.2019 года, 20.02.2019 года и 25.04.2019 года в счет взноса за капитальный ремонт многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> данного многоквартирного дома уплачено по 212 рублей 66 коп. ежемесячно.

По квитанции от 20.06.2019 года в счет взноса за капитальный ремонт многоквартирного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес> данного многоквартирного дома уплачено 425 рублей.

Из квитанций от 20.02.2019 года, 25.04.2019 года следует, что в счет оплаты за водоснабжение квартиры, расположенной по адресу: <адрес> за февраль 2019 года оплачено 46 рублей 18 коп. и за апрель 2019 года оплачено 64 рубля 81 коп..

Из квитанции от 20.02.2019 года усматривается, что за оказанные услуги в феврале 2019 года по предоставлению электроэнергии в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> оплачено 75 коп., по квитанции от 25.04.2019 года - 4 рубля 98 коп., по квитанции от 20.06.2019 года - 255 рублей 52 коп..

В соответствии с актом №110086 от 14.05.2019 г. за техническое обслуживание АОГВ в <адрес>, и согласно квитанции от 14.05.2019 года, оплачено 926 рублей.

Судом установлено, что ФИО1 передала ФИО4 ключи от квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, принадлежащей умершему ФИО5 24 октября 2019 года.

Из счета на оплату услуг в октябре 2019 года по предоставлению электроэнергии в квартиру, расположенную по адресу: <адрес> усматривается, что имеется задолженность по состоянию на 01.10.2019 года в размере 1450 рублей 67 коп..

Согласно счет – извещению на оплату за потребленный газ в ноябре 2019 года по <адрес> имеется задолженность в размере 8824 рубля 79 коп..

Статьей 1174 ГК РФ предусмотрено право предъявления к наследникам, принявшим наследство, требований о возмещении расходов на охрану и содержание наследства. При этом, исходя из статьи 1171 настоящего Кодекса, такая охрана и содержание наследственного имущества осуществляется исполнителем завещания или нотариусом.

Согласно ст. 1171 ГК РФ, для защиты прав наследников, отказополучателей и других заинтересованных лиц исполнителем завещания или нотариусом по месту открытия наследства принимаются меры, указанные в статьях 1172 и 1173 настоящего Кодекса, и другие необходимые меры по охране наследства и управлению им.

Нотариус принимает меры по охране наследства и управлению им по заявлению одного или нескольких наследников, исполнителя завещания, органа местного самоуправления, органа опеки и попечительства или других лиц, действующих в интересах сохранения наследственного имущества. В случае, когда назначен исполнитель завещания (статья 1134), нотариус принимает меры по охране наследства и управлению им по согласованию с исполнителем завещания.

Исполнитель завещания принимает меры по охране наследства и управлению им самостоятельно либо по требованию одного или нескольких наследников.

Согласно статье 1172 ГК РФ, для охраны наследства нотариус производит опись наследственного имущества в присутствии двух свидетелей, отвечающих требованиям, установленным пунктом 2 статьи 1124 настоящего Кодекса.

Поскольку ФИО1 не является исполнителем завещания, а меры по охране наследства, предусмотренные статьей 1172 ГК РФ, не принимались, в связи с чем, входящее в состав наследства имущество на хранение ФИО1 не передавалось, она не относится к тем лицам, которые осуществляют меры по охране наследства.

Следовательно, расходы по хранению наследственного имущества и управлению им, понесенные ею не по инициативе нотариуса, не признаются мерами по охране наследственного имущества в том смысле, который заложен законодателем в статью 1172 ГК РФ.

Таким образом, расходы, которые понес третье лицо, не могут быть возмещены в порядке, предусмотренном статьей 1174 ГК РФ.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд не находит оснований для взыскания с ответчика ФИО4 расходов, понесенных истцом ФИО1 на оплату коммунальных услуг по квартире, принадлежащей умершему ФИО5, поскольку исходя из положений ст.ст. 1171, 1174 ГК РФ у истца отсутствует право требования возмещения данных расходов с наследника в качестве расходов по охране наследственного имущества.

Расходы по оплате коммунальных услуг и на содержание квартиры не относятся к расходам на охрану наследства и управление им. Доказательств того, что между истцом ФИО1 и наследником ФИО4 имелось соглашение о необходимости несения данных расходов за счет личных денежных средств истца, суду представлено не было.

Доказательств того, что у наследодателя ФИО5 на момент его смерти имелась задолженность по коммунальным платежам, и указанные расходы являются долгами наследодателя, также не представлено. Напротив, из представленных квитанций по коммунальным платежам следует, что на день смерти наследодателя ФИО5 у него отсутствовала задолженность и имелась переплата по коммунальным услугам.

Более того, как следует из представленных суду документов, ФИО4 со дня смерти наследодателя и до передачи ей ФИО1 ключей от квартиры - 24 октября 2019 года, квартирой умершего ФИО5 не пользовалась и в ней не проживала.

При этом достоверных доказательств необходимости оплаты истцом ФИО1 коммунальных платежей не представлено.

Из объяснений ФИО1 в судебном заседании следует, что она оплачивала коммунальные платежи по собственной инициативе, чтобы не было задолженности, поскольку полагала, что является наследником после смерти ФИО5.

Вместе с тем, в силу требований закона бремя содержания имущества лежит непосредственно на его собственнике, каковым в данном случае является наследник ФИО4, принявшая наследство после умершего ФИО5, и к числу которых истец не относится, а как указано выше доказательств наличия между истцом и ФИО4 соглашения о необходимости несения расходов относительно наследственного имущества ФИО5 из личных средств истца не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими удовлетворению частично в сумме 42250 рублей, исковые требования ФИО2 подлежащими удовлетворению в полном объеме в размере 6495 рублей.

Исходя из положений ст. 98 ГПК РФ, согласно которой стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО1 подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 1467 рублей 50 коп..

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 в счет возмещения расходов, вызванных смертью наследодателя денежные средства в размере 42 250 (сорок две тысячи двести пятьдесят) рублей и расходы по оплате государственной пошлины в размере 1467 (одна тысяча четыреста шестьдесят семь) рублей 50 коп..

В остальной части исковые требования ФИО1 оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО2 удовлетворить.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 в счет возмещения расходов, вызванных смертью наследодателя денежные средства в размере 6495 (шесть тысяч четыреста девяносто пять) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме путем подачи жалобы через Задонский районный суд.

Председательствующий Л.А.Леонова

Мотивированное решение изготовлено 27 июля 2020 года.

Председательствующий Л.А.Леонова