Апелляционное определение № 33-1191/2026 от 14 апреля 2026 г.

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Суханова Т.В. УИД 48RS0001-01-2025-003952-35

Докладчик Михалева О.В. Дело № 2-4966/2025

№ 33-1191/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 апреля 2026 года г. Липецк

Судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Михалевой О.В.,

судей Климко Д.В., Гребенщиковой Ю.А.,

при секретаре Елисеевой А.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Советского районного суда г.Липецка от 25 ноября 2025 года, которым постановлено:

«В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «ТБанк», ООО МФК «Т-Финанс» о признании ничтожными заключенных кредитных договоров отказать».

Заслушав доклад судьи Михалевой О.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «ТБанк», ООО МФК «Т-Финанс» о признании ничтожными заключенных кредитных договоров.

В обоснование требований указала, что 21 апреля 2025 года вследствие совершенных в отношении нее мошеннических действий на ее имя в ООО Микрофинансовая компания «Т-Финанс» был оформлен кредитный договор №0469360907 от 21 апреля 2025 года с лимитом кредитования 108000 рублей, также на имя истца была выпущена кредитная карта - договор потребительского займа №0469358513 от 21 апреля 2025 года на сумму 79625 рублей. Данные действия были произведены истицей в ходе совершенных в отношении нее мошеннических действий.

25 апреля 2025 года истица обратилась с заявлением в отдел полиции «Липецкий» о возбуждении уголовного дела, в тот же день по ее заявлению было возбуждено уголовное дело, и она была признана потерпевшей.

Поскольку сторонами не была соблюдена письменная форма договора, воля истицы не была направлена на заключение кредитных договоров, соглашение по всем существенным условиям договора между сторонами не было достигнуто, истица полагала, что ей ненадлежащим образом оказана услуга вследствие чего на нее необоснованно были возложены кредитные обязательства.

Просила признать недействительными (ничтожными): кредитный договор <***> от 21 апреля 2025 года, заключенный от имени ФИО1 и АО «ТБанк», договор потребительского займа №0469358513 от 21 апреля 2025 года, заключенный от имени ФИО1 и ООО МК «Т-Финанс».

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске.

Представитель ответчика АО «ТБанк» в судебное заседание не явился, в отзыве на исковое заявление указал, что 21 апреля 2025 года истец лично обратился к партнеру АО «<данные изъяты>» для покупки товара <данные изъяты>. Через продавца была отправлена заявка для рассмотрения кредитными и микрофинансовыми компаниями заявления на заключение потребительского кредита. Ответчик МФК утвердил заявку истца на заключение потребительского займа № 0469358513, также между сторонами был заключен договор обслуживания займа №29262090. Истица была успешно идентифицирована, поскольку лично явилась на заключение договора, в заявке содержались персональные данные истицы, они были подтверждены собственноручной подписью. Денежные средства были перечислены 21 апреля 2025 года в 9 часов 37 минут на счет №, открытый в рамках договора.

21 апреля 2025 года истица подписала заявление - анкету, которой дала распоряжение на перевод денежных средств в сумме 79625 рублей, в том числе, выданных вследствие заключения кредитного договора, со своего счета на счет продавца АО «Мегафон Ритейл» с целью оплаты товара/ работ/услуг.

Также представитель ответчика пояснил, что 21 апреля 2025 года через указанного продавца истица вновь обратилась с заявкой в банк на заключение договора кредитной карты <***>, она была идентифицирована продавцом по паспорту и заключила с банком Универсальный договор, где дала согласие на использование простой электронной подписи, заявление- анкету истица подписала лично, договор кредитной карты был подписан путем ввода кода из СМС сообщения, направленного на мобильный номер истицы. Ознакомившись в личном кабинете с условиями договора, истица использовала аналог собственноручной подписи, нажав на кнопку «Подписать», приняла условия договора и согласилась с ними.

25 апреля 2025 года в 20 часов 22 минуты истица обратилась в банк, сообщив, что оставила заявки на заключения договоров под влиянием мошенников. Банком незамедлительно произведен сброс пароля и привязок личного кабинета к устройствам истицы, истцу было рекомендовано обратиться в полицию.

Представить ответчика ООО Микрофинансовая компания «Т-Финанс» в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении искового заявление в отсутствие представителя истца. В отзыве на исковое заявление полагал, что требования истицы являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Указал, что между МФК и АО «Т-Финанс» заключен договор оказания услуг/ выполнения работ по привлечению и обслуживанию клиентов от 28 ноября 2014 года, в рамках которого банк оказывает услуги по облуживанию клиентов МФК и обеспечению возврат задолженности. АО «<данные изъяты>» как продавец присоединился к договору в качестве потенциального продавца товаров/услуг.

Истица обратилась к АО «<данные изъяты>» на заключение договора купли- продажи товара с использованием кредитных/ заемных денежных средств. Через продавца данные истца были переданы на рассмотрение кредитными и микрофинансовыми организациями заявки на заключение договора потребительского кредита для оплаты товара продавца. Заявка истицы была одобрена МФК, истица была успешно идентифицирована под данным в заявлении- анкете, подписанной собственноручно в помещении продавца. После одобрения заявки между МФК и истице были заключены: договор потребительского займа № 0469358513, договор счета №. В заявлении- анкете содержалось поручение истицы о перечислении денежных средств в адрес продавца.

21 апреля 2025 года МФК в соответствии с распоряжением истицы перевел денежные средства в сумме 79625 рублей на счет истца, открытый в банке, а оттуда – в АО «<данные изъяты>». По данным МФК по состоянию на 13 августа 2025 года задолженность по указанному договору займа у истицы отсутствует.

Суд постановил решение, резолютивная часть которого приведена выше.

В апелляционной жалобе истец ФИО3 просит решение суда отменить, ссылаясь на нарушение норм материального права. Полагает, что суд не принял во внимание существенные юридические обстоятельства, которые могли повлиять на вынесение законного и обоснованного решения по делу. Отказывая в удовлетворении искового заявления, суд первой инстанции не принял во внимание тот факт, что истица, имея слабую волю, будучи введенной в заблуждение свидетелем (своей дочерью Я.Е.Ю.), передала свидетелю свой мобильный телефон, с которого самим свидетелем осуществлена заявка на получение кредитов. Истец была признана потерпевшей по уголовному делу. В материалы дела приобщена медицинская документация, согласно которой медицинским психологом К.Н.В. у ФИО1 выявлено (эмоциональное нестабильное <данные изъяты>», «<данные изъяты>», «<данные изъяты>», а также ФИО1 поставлен диагноз: «<данные изъяты> (основной)». Судом при рассмотрении дела данное обстоятельство не было принято во внимание, не был поставлен вопрос о проведении комплексной амбулаторной психолого-педагогической экспертизы в отношении ФИО1

В судебное заседание истец ФИО1, представители ответчиков АО «ТБанк», ООО Микрофинансовая компания «Т-Финанс» не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причине неявки суд не уведомили.

Выслушав представителей истца ФИО4, ФИО5, поддержавших апелляционную жалобу, проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

В соответствии со статьей 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (пункт 1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 данного Кодекса, если иное не установлено этим же Кодексом (пункт 2).

Согласно статье 153 названного выше Кодекса сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (статья 178, пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, если сделка нарушает установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений статьи 10 и пункта 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21 апреля 2025 года истец обратился к АО «<данные изъяты>» (<адрес>) для покупки сотового телефона <данные изъяты>.

АО «<данные изъяты>» от имени ФИО1 направило заявку в АО «ТБанк» на заключение потребительского кредита. Заявление- анкета подписана истицей ФИО6 собственноручно.

21 апреля 2025 года между ООО «Т-Финанс» и ФИО1 был заключен договор потребительского займа № 0469358513, по условиям которого истице предоставлены денежные средства в сумме 79625 рублей на срок 12 месяцев. Согласно договору, основная ставка составляет 1% годовых, начальная ставка составляет 119, 904% годовых. Кроме того, между сторонами заключен договор счета №5729262090, согласно которому истице открыт счет № для погашения задолженности по договору потребительского займа.

В заявлении – анкете содержится поручение истицы, согласно которому она просила ООО «Т-Финанс» перечислить денежные средства в счет оплаты товара/работы/ услуги в сумме займа, выданного на основании договора потребительского займа, на банковский счет АО «<данные изъяты>».

В тот же день ответчик АО «Т-Финанс» перевел денежные средства в размере 79625 рублей на счет истца, а затем на счет продавца.

21 апреля 2025 года между ФИО1 и АО «ТБанк» заключен кредитный договор <***>, по условиям которого истице выдана кредитная карта «Тинькофф Платинум» № платежной системы «Мир» с лимитом кредита на карте в сумме 108000 рублей, со сроком действия до 31 мая 2034 года.

Заявление - анкета на заключение договора кредитной карты подписана электронной подписью истицы в мобильном приложении «Т Банк», аналогом собственноручной подписи, ключ электронной подписи №.

Таким образом, указанный договор был заключен в электронной форме с использованием цифровой подписи клиента.

25 апреля 2025 года в 20 часов 22 минуты истица обратилась в банк, сообщив, что оставила заявки на заключения договоров под влиянием мошенников. Банком незамедлительно произведен сброс пароля и привязок личного кабинета к устройствам истицы, истцу было рекомендовано обратиться в полицию.

25 апреля 2025 года ФИО1 обратилась с заявлением в ОМВД России «Липецкий» с заявлением о привлечении к уголовной ответственности неизвестных лиц, которые в период с 17 апреля 2025 года по 25 апреля 2025 года мошенническими действиями завладели принадлежащими ей денежными средствами в сумме 2537000 рублей.

Из объяснений истицы ФИО1, данных следователю СО ОМВД России «Липецкий», следует, что у ее дочери Я.Е.Ю. имеется учетная запись на интернет портале «Госуслуги», 17 апреля 2025 года ей позвонил мужчина и представился сотрудником Социального фонда, он звонил по поводу получения денежных средств за обучение в техникуме. Для получения талона в электронной очереди в Социальном фонде дочь истицы продиктовала сотруднику данные паспорта, потом она позвонила на горячую линию портала «Госуслуги», где ей порекомендовали поменять пароль от входа на указанный портал. Я.Е.Ю. произвела все необходимые действия для смены пароля. Позже ей перезвонил другой сотрудник, который пояснил, что у истицы оформлены кредиты в ПАО «Сбербанк» и АО «ТБанк», для того, чтобы отменить данные кредиты необходимо создать такую же заявку на получение кредита.

21 апреля 2025 года истица с дочерью пришли в торговый центр «<данные изъяты>» в доме <адрес>, с целью покупки мобильного телефона, поскольку сотрудник Социального фонда сказал дочери истицы, что необходимо подать как можно больше заявок на получение кредита. В салоне связи АО «<данные изъяты>» они купили в кредит сотовый телефон за 71000 рублей. Кредитные средства предоставил АО «ТБанк». При этом дочь истицы скачала на телефон ФИО1 мобильное приложение «Т Банка», где оформила банковскую карту на имя истицы. После получения банковской карты банка от сотрудника салона сотовой связи истица с дочерь направились к банкомату, где сняли денежные средства с полученной карты в сумме 100000 рублей. Потом они по указанию звонившего сотрудника Социального фонда продали купленный на кредитные денежные средства сотовый телефон в магазине «<данные изъяты>» за 45000 рублей. Денежные средства в сумме 145000 рублей дочь истицы по указанию сотрудника Социального фонда перевела через банкомат на неизвестный ей счет.

Допрошенная в судебном заседании дочь истицы Я.Е.Ю. подтвердила данные показания, пояснив, что ее мать действовала по ее указанию, именно она (Я.Е.Ю.) настояла на том, чтобы мать заключила кредитные договоры, купила сотовый телефон, продала его, а снятые с карты денежные средства и вырученные за продажу телефона передала ей для внесения на неизвестный счет по указанию сотрудника Социального фонда, который руководил ее действиями по телефону. Все операции в телефоне делала она сама.

25 апреля 2025 года ФИО1 признана по уголовному делу потерпевшей.

25 июня 2025 года предварительное следствие по уголовному делу приостановлено на основании п.1 ч.1 ст.208 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, то есть в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемого по данному уголовному делу.

23 ноября 2025 года вынесено постановление о возобновлении предварительного следствия.

Разрешая спор, суд пришел к выводу о том, что ФИО1 выразила свою волю на получение кредита и займа, своими действиями по распоряжению предоставленными ей кредитными денежными средствами фактически подтвердила действие договора, перевела денежные средства на покупку телефона, сняла денежные средства с полученной от кредитной организации карты, а затем начала ими распоряжаться по своему усмотрению, поэтому в силу прямого указания закона она не вправе требовать признания кредитного договора незаключенным.

С таким выводом суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может ввиду следующего.

Согласно статье 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления соответствующего лица.

Согласно статье 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями. Заключение договора в результате действий неуполномоченных лиц является неправомерным, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к пункту 2 статьи 168 названного кодекса третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации, N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор, и являющегося применительно к ст. 168 (п. 2) Гражданского кодекса Российской Федерации третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

В пункте 14 статьи 7 Закона о потребительском кредите установлено, что документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с указанной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет». При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с этим федеральным законом.

Таким образом, заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В силу абз. 2 п. 1 ст. 160 Гражданского кодекса Российской Федерации письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

В части 2 статьи 5 Федерального закона от 6 апреля 2011 г. № 63-ФЗ «Об электронной подписи» определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Частью 1 статьи 5 Федерального закона от 27 июня 2011 г. № 161-ФЗ «О национальной платежной системе» (далее – Закон о национальной платежной системе), устанавливающего правовые и организационные основы национальной платежной системы, регулирующего порядок оказания платежных услуг, в том числе осуществления перевода денежных средств, использования электронных средств платежа, деятельность субъектов национальной платежной системы, определено, что оператор по переводу денежных средств осуществляет перевод денежных средств по распоряжению клиента (плательщика или получателя средств), оформленному в рамках применяемой формы безналичных расчетов (далее - распоряжение клиента).

В силу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Из материалов уголовного дела № следует, что в период с 17.04.2025 г. по 25.04.2025 г. неизвестные лица, действуя умышленно мошенническим способом, путем обмана, используя различные абонентские номера, завладели денежными средствами в общей сумме 2 537000 рублей, принадлежащими ФИО1, а также денежными средствами в сумме 33000 рублей, принадлежащими Я.Е.Ю. Неизвестные лица, представляясь сотрудниками Социального фонда, ФСБ, используя методы психологического давления, создавая видимость пресечения мошеннических действий, представляли ФИО1 поддельные документы о проводимом расследовании уголовного дела, ввели ее в заблуждение относительно необходимости получения кредита и продажи принадлежащей ей квартиры для защиты личных сбережений и поимки преступников. Полученные денежные средства истец, следуя инструкциям мошенников, перевела на счета третьих лиц.

В суде апелляционной инстанции к материалам дела по ходатайству представителя истца было приобщено заключение комиссии экспертов от 28 января 2026г. № 214/7-2 <данные изъяты> которое проведено на основании определения Советского районного суда г.Липецка от 17 декабря 2025 г. в рамках рассмотрения гражданского дела по иску ФИО7 к ФИО1, ФИО8 о выселении и снятии с регистрационного учета, исковому заявлению ФИО1 к ФИО7 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным в соответствии со ст. 177 п. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из выводов данного экспертного заключения следует, что ФИО1 страдала в период, относящийся к моменту подписания договора купли-продажи квартиры 24 апреля 2025г. <данные изъяты> о чем свидетельствуют данные анамнеза о <данные изъяты> Данный диагностический вывод подтверждается результатами настоящего клинического психолого-психиатрического освидетельствования, выявившего <данные изъяты>. По результатам экспериментально- психологического исследования, анализа материалов гражданского дела у ФИО1 отмечается <данные изъяты> Также на довольно низком уровне у ФИО1 развит <данные изъяты>. Для ФИО1 характерно: <данные изъяты> При анализе материалов гражданского дела, результатов КСППЭ, особенностей развития обстоятельств, предшествующих подписанию договора купли-продажи от 24 апреля 2025г., выявлены признаки психологического воздействия на ФИО1, которые проявлялись в виде установления психологического контакта, посредством формирования иллюзии авторитарности (звонивший представлялся сотрудником государственных структур, в частности сотрудником ФСБ), создания стрессовой обстановки, посредством высокого темпа передачи информации, воздействие в процессе принятия решения (создание искусственного дефицита времени), формирования положительного отношения к «сотруднику ФСБ), за счет формирования мнения о том, что он пытается помочь и предотвратить нежелательные события, предоставления конкретного алгоритма действий (выстраивание ситуации в соответствии целям и задачам, посредством обмана, дезинформирования). Результатом этого воздействия явилось изменение психоэмоционального состояния ФИО1 У нее отмечалось чувство напряжения, растерянности, безвыходности. Психологическое воздействие на личность ФИО1 могли оказать обстоятельства, предшествующие подписанию договора купли-продажи, в том я числе на понимание содержания, правового значения совершенных ею действий, на ее волеизъявления в сложившейся обстановке. Запрограммированный извне алгоритм действий в структуре навязываемой ей деятельности способствовал фиксации на операциональной составляющей, в результате критические функции были нарушены. Сформированное у ФИО1 психологическое состояние на фоне <данные изъяты> определяло ее зависимое поведение и препятствовало адекватной смысловой оценке ситуации, способности понимать содержание и правовое значение совершаемой сделки. В данной ситуации заключение договора купли-продажи проходило под влиянием психологического воздействия, что не позволяло свободно и осознанно принимать решение и руководить своими действиями по его реализации. Имеющееся у ФИО1 <данные изъяты> в совокупности с присущими ей индивидуально-психологическими особенностями существенно нарушало ее адаптационные, критические и прогностические способности в интересующий суд период времени. Поэтому, экспертная комиссия считает, что ФИО1 во время подписания договора купли-продажи квартиры 24 апреля 2025 года находилась в там состоянии, которое лишало ее способности понимать значение своих действий или руководить ими.

Судебная коллегия принимает данное заключение в качестве допустимого доказательства по делу, поскольку мошеннические действия в отношении ФИО1 совершались в период с 17 по 25 апреля 2025 года, указанный период исследован экспертами, оспариваемые кредитные договоры были заключены истцом 21 апреля 2025 г. с разницей в 3 дня с договором купли-продажи квартиры 24 апреля 2025 года, оно содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы, даны ответы на все поставленные судом вопросы, эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Оценивая вышеназванное заключение, свидетельствующее о явных индивидуально–психологических особенностях личности ФИО1, уровне интеллектуального развития, психо-эмоциональном состоянии, отсутствии осмысленного волеизъявления на заключение договора, судебная коллегия считает, что действия кредиторов по заключению кредитных договоров с ФИО1 не соответствовали достаточной степени заботливости и осмотрительности, которые ожидались от них как от профессиональных участников гражданского оборота.

На основании заявления истца 25 апреля 2025 года было возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации. ФИО9 была признана потерпевшей.

Постановлением следователя СО ОМВД России «Липецкий» от 25 июня 2025 года предварительное следствий по уголовному делу приостановлено на основании п. 1 ч. 1 ст. 208 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемого по данному уголовному делу.

Постановлением заместителя прокурора Липецкого района Липецкой области от 9 июля 2025 года отменено постановление о приостановлении предварительного следствия, поскольку в нарушение ч. 5 ст. 208 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации не проведены все следственные действия, производство которых возможно в отсутствие подозреваемого или обвиняемого. Не получены сведения о владельцах указанных потерпевшими абонентских номеров, с которых предположительно звони злоумышленники, а также абонентские номера, привязанные к банковским счетам, на которые потерпевшими были осуществлены переводы денежных средств, не установлены соответствующие банковские счета и их владельцы, не проведены осмотры сотовых телефонов потерпевших, а также электронной почты Я.Е.Ю. в целях обнаружения значимой по делу информации, не истребованы чеки о покупке и продаже сотового телефона. Кроме того, не приняты меры к установлению принадлежности iр-адресов, с которых были осуществлены входы в аккаунт потерпевшей на сервисе «Госуслуги».

Договор, заключенный в результате мошеннических действий, является ничтожным.

Принимая во внимание совокупность вышеизложенных доказательств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности того факта, что в момент заключения кредитного договора <***> от 21 апреля 2025 года и договора потребительского займа № 0469358513 от 21 апреля 2025 года истица находилась в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, находилась под влиянием обмана, преступных действий неизвестных лиц, заключение кредитных договоров происходило помимо ее воли, что свидетельствует о наличии оснований для признания кредитных договоров недействительными.

При изложенных обстоятельствах обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене, с принятием нового решения об удовлетворении заявленных требований.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Советского районного суда г.Липецка от 25 ноября 2025 года отменить, постановить новое решение, которым: «Признать недействительными кредитный договор <***> от 21 апреля 2025 года заключенный между ФИО1 и АО «ТБанк», договор потребительского займа № 0469358513 от 21 апреля 2025 года, заключенный между ФИО1 и ООО МФК «Т-Финанс».

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение

изготовлено 21 апреля 2026 года