Решение № 2-133/2019 2-133/2019(2-4114/2018;)~М-3463/2018 2-4114/2018 М-3463/2018 от 19 февраля 2019 г. по делу № 2-133/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

19 февраля 2019 года г. Братск

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующего судьи Шаламовой Л.М.,

при секретаре Ефимовой Ю.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-133/2019 по исковому заявлению ФИО1 к «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) о признании недействительным договора купли-продажи простых векселей, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) (далее – «АТБ» (ПАО)) в котором просит признать недействительным договор *** купли-продажи простых векселей, заключенный 14.03.2018, применить последствия недействительности сделки: обязать ФИО1 возвратить «АТБ» (ПАО) простой вексель серии ФИО2 на сумму 1 025 205 руб. 48 коп., выданный 13.03.2018 ООО «Финансово-торговая компания» «АТБ» (ПАО), сроком оплаты: по предъявлению, но не ранее 14.06.2018; аннулировать индоссамент (передаточную надпись): «платите приказу ФИО1», выполненный на простом векселе серии ФИО2 на сумму 1 025 205 руб.48 коп., выданном 13.03.2018 ООО «Финансово-торговая компания» «сроком оплаты: по предъявлению, но не ранее 14.06.2018; взыскать с «АТБ» (ПАО) денежные средства в сумме 1 000 000 руб., оплаченные по договору *** купли-продажи простых векселей, заключенному 14.03.2018 между «АТБ» (ПАО) в лице начальника операционного офиса № 106 г. Братска филиала «АТБ» (ПАО) в г. Улан-Удэ ФИО3 и ФИО1

В обоснование исковых требований указал, что 14.03.2018 он обратился в отделение «АТБ» (ПАО), расположенное по адресу: г. Братск, ж.р. Энергетик ул. Наймушина, д. 14. клиентом которого ранее являлся, с целью открыть срочный вклад на сумму 1 000 000 руб. Сотрудник банка, к которому он обратился за оказанием данной услуги, сообщили ему о том, что в настоящее время банк предлагает своим вкладчикам высокодоходное «специальное предложение» - вклад под названием «ВЕКСЕЛЬ» - сроком на 3 месяца, под 10 % годовых, вместо обычной ставки равной 7 % годовых.

Не имея финансово-экономического или юридического образования, в тот момент он был убежден, что предлагаемые на подпись документы являются разновидностью договора банковского вклада.

По истечении трехмесячного срока, 17.07.2018 он обратился в указанное отделение банка за возвратом вклада, где ему разъяснили, что фактически под видом вклада им за 1 000 000 руб. был приобретен у банка ничем не обеспеченный простой вексель, по которому обязанность по погашению долга лежит на ООО «ФТК». В тот же день сотрудники банка составили от его имени в адрес ООО «ФТК» заявление о принятии к оплате указанного векселя. 18.07.2018 банк вручил истцу уведомление о невозможности совершения платежа, поскольку векселедателем не исполнена обязанность по перечислению денежных средств предназначенных для оплаты векселя, а также в связи с тем, что ООО «ФТК» не имеет на своем расчетном счете, открытом в банке, денежных средств, которые должны направляться на исполнение обязательств по оплате векселя. После чего вексель был выдан ему на руки.

Обратившись за размещением денег в «АТБ» (ПАО), он был уверен, что передает их на хранение именно банку - серьезной финансовой организации, имеющей лицензию на осуществление банковской деятельности, чья финансовая ответственность по возврату вкладов физических лиц застрахована в установленном законом порядке.

В намерения истца не входило приобретение никаких ценных бумаг. Полагает, что заключая данную сделку, он был намеренно обманут и введен в заблуждение сотрудниками банка, которые не проинформировали его в полном объеме и в доступной форме о ее правовой природе и последствиях.

Как следует из оспариваемого договора купли-продажи *** от 14.03.2018, он приобрел у «АТБ» (ПАО) простой вексель со следующими реквизитами: «векселедатель ООО «ФТК», серия ФИО2, вексельная сумма 1 025 205 руб. 48 коп., дата составления 14.03.2018», срок платежа по предъявлении, но не ранее 14.06.2018, стоимость векселя в рублях: 1 000 000.

При этом из содержания указанного договора невозможно достоверно идентифицировать юридическое лицо, являющееся векселедателем по сделке, поскольку в нем не указаны его реквизиты: ИНН, ОГРН и юридический адрес.

При запросе сведений о государственной регистрации юридического лица ООО «ФТК» на официальном сайте ФНС по данным критериям поиска отобрано 7 633 551 юридических лиц.

Кроме того, не смотря на то, что одновременно с договором купли-продажи векселя истцом были подписаны акт приема-передачи векселя от продавца к покупателю, а также договор хранения векселя, в соответствии с которым истец передал вексель на хранение банку, и действительности, вексель истцу не только передавался, но и не был представлен на обозрение.

Данное обстоятельство подтверждается совокупностью следующих фактов. Как следует из представленных документов, связанных с оборотом проданного истцу векселя, данный вексель в один и тот же день – 14.03.2018: составлен ООО «ФТК» в г. Москва; передан ООО «ФТК» «АТБ» (ПАО) в г. Москва; продан «АТБ» (ПАО) в его собственность в г. Братске; принят «АТБ» (ПАО) на хранение в г. Москва.

Учитывая географическую удаленность его места жительства и места нахождения отделения банка, в котором совершалась покупка (г. Братск), от места составление векселя и нахождения векселедателя ООО «ФТК», а также от места хранения векселя (г. Москва) – 5 000 км, разницу в часовых поясах, существующую транспортную развязку между данными городами, сроки доставки почтовой корреспонденции (не менее 3 дней), становится понятным, что он физически не мог получить оригинал векселя в день подписания указанного договора и акта приема-передачи в г. Братске и передать его для хранения в г. Москва. Следовательно, при подписании договора он был лишен возможности дать оценку приобретаемому товару, и руководствовался лишь комментариями и пояснениями сотрудника банка. Более того, ответчик скрыл от него информацию о том, что на момент заключения сделки купли-продажи, векселя как ценной бумаги, а также как предмета сделки, не существовало. Следовательно, и все подписанные им акты приема-передачи несуществующего предмета являются ничтожными.

Фактически банк одновременно являлся по сделке и посредником, и продавцом, и получателем денежных средств, и первым векселедержателем, и домицилиантом, хранителем. При таком многократном упоминании банка в документах обыкновенному потребителю невозможно было понять, что банк не является лицом, обязанным возвратить деньги. При заключении договора купли-продажи, представитель банка скрыл и не довел до него информацию о том, что платеж по векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК». При этом сам банк с января 2018 г. признавал задолженность ООО «ФТК» перед собой проблемное.

Как ему стало известно из официального источника - картотеки арбитражных дел размещенной на сайте Арбитражного суда города Москвы, в производстве Арбитражного суда г. Москвы находится Дело № А40-129857/18-172-985 по иску «АТБ» (ПАО) к ООО «ФТК» о взыскании долга по договору кредитной линии *** суммы в размере 1 648 758 032, 26 коп. Т.е. в момент продажи ему векселя банк заведомо знал - не мог не знать, что ООО «ФТК» не сможет выполнить свои обязательства по оплате данного векселя.

Полагает, что договор купли-продажи простых векселей заключенный им с «АТБ» (ПАО), должен быть признан судом недействительным, с применением последствий недействительности сделки в виде обязания сторон вернуть друг другу все полученное по сделке. При этом данное обстоятельство не лишит «АТБ» (ПАО) обратиться в рамках дела о банкротстве ООО «ФТК» включить обязательство по возврату вексельного долга в реестр требований должника.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился будучи надлежаще извещен, согласно заявления просит рассматривать дело в его отсутствие.

Представитель истца ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебно заседании исковые требования поддержала по доводам и основаниям изложенным в иске, дополнительно суду пояснила, что в обоснование возникновения прав на спорный вексель «АТБ» (ПАО) представил копию договора *** от 14.03.2018, заключенного между ООО «ФТК» и «АТБ» (ПАО).

По условиям указанного договора п. 1.1 Векселедатель ООО «ФТК» обязуется передать, а Векселедержатель «АТБ» (ПАО) обязуется оплатить и принять простой вексель со следующими реквизитами: «векселедатель ООО «ФТК», серия ФИО2, вексельная сумма 1 025 205 руб. 48 коп, дата составления 14.03.2018, срок платежа: по предъявлении, но не ранее 14.06.2018». В соответствии с п. 1.3. цена векселя 992 678,27 руб. На основании п. 2.1. векселедержатель обязуется не позднее 14.03.2018 «оплатить денежную сумму, указанную в п. 1.3 договора». Как следует из банковского ордера *** от ДД.ММ.ГГГГ, Филиал «АТБ» (ПАО) в г. Москва перечислил в адрес ООО «ФТК» денежные средства в сумме 992 678,27 руб. в качестве оплаты по указанному договору.

Согласно п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 33/14 от 04.12.2000 в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (пункт 2 статьи 454 Кодекса).

Между тем, учитывая, что векселедатель - ООО «ФТК» продал ПАО «АТБ» собственный вексель, что недопустимо с точки зрения ст.ст. 142, 146, 454, 455 ГК РФ, указанная сделка является ничтожной в силу ст. 168 ГК РФ, как совершенная неправомочной стороной. Данная позиция подтверждается судебной практикой. Так в Постановлении Президиума ВАС РФ N 5620/11 по делу N А12-6350/2010 от 25.07.2011, указывается: «продавцом по сделке купли-продажи векселя как товара может быть лицо, которому принадлежат права из векселя. Векселедатель сам не имеет прав из векселя и, следовательно, не может выступать в качестве продавца».

На основании п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Следовательно, учитывая, что договор от 14.03.2018, заключенный между ООО «ФТК» и «АТБ» (ПАО) является ничтожной сделкой, как и все последующие сделки, основанные на данной сделке.

В оспариваемом ФИО1 договоре купли-продажи *** от ДД.ММ.ГГГГ «АТБ» (ПАО) является Продавцом простого векселя серии ФИО2, т.е. заключает сделку в своем интересе от своего имени, в качестве собственника векселя.

Однако, как следует из п. 3.3. представленной ответчиком декларации о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, являющейся приложением № 1 к указанному договору, банк уведомляет клиента, что не является поставщиком услуг, связанных с приобретением ценных бумаг, а выступает в роли посредника между покупателем и векселедателем в рамках исполнения договора купли-продажи простых векселей. В отличие от договора купли-продажи стороны в Декларации поименованы как клиент и банк. При этом декларация не содержит информации ни о том, что такое простой вексель, ни о его векселедателе.

Системное толкование договора и приложения к нему свидетельствует о том, что банк намеренно разнообразием терминов вводил клиента в заблуждение относительно правой природы сделки, одновременно снимая с себя всю ответственность за ее последствия.

Учитывая, что при подписании спорного договора купли-продажи ценная бумага, в которой раскрывалась бы вся необходимая информация о векселедателе, в месте заключения договора (г. Братск) отсутствовала, полагает, что ознакомление истца с декларацией о рисках не восполнило обязанность продавца довести до покупателя полную, необходимую и достоверную информацию, позволяющую сделать правильный выбор в отношении предлагаемой банковской услуги.

Проданный «АТБ» (ПАО) на основании спорного договора купли-продажи простой вексель серии ФИО2 имеет следующие недостатки в оформлении: Так в графе «Векселедатель» содержится фио ФИО5, подпись и оттиск печати ООО «ФТК», без указания должности подписавшего, а также оснований его полномочий, при том что данное лицо не имеет полномочий единоличного исполнительного органа векселедателя. Генеральным директором ООО «ФТК с 11.05.2012 года является ФИО6, указание в векселе на данное лицо отсутствует, аналогичная ситуация в графе «Для индоссамента (передаточная надпись) «Платите приказу ФИО1» - имеется только подпись неустановленного лица и оттиск печати банка, ведения о лице, действующем от имени индоссанта, в т.ч. его фио и должность, в графе «подпись индоссанта» на простом векселе отсутствуют.

Просит заявленные требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика «АТБ» (ПАО) ФИО7, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, суду пояснил, что 14.03.2018 между сторонами заключен договор купли-продажи простых векселей ***, по условиям которого ответчик обязался передать в собственность истцу, а истец обязался принять и оплатить простой вексель векселедателя - ООО «ФТК» серия ФИО2 от 14.03.2018 на вексельную сумму 1 104 855,06 руб. со сроком платежа по предъявлении, но не ранее 14.06.2018, стоимостью - 1 000 000 руб.

Заключенный между истцом и ответчиком договор купли-продажи векселя полностью соответствует законодательству, существенные условия были согласованы сторонами, изложены на простом, понятном языке, исключающем их двоякое толкование и возможное заблуждение сторон относительно природы сделки, без использования сложных юридических конструкций в тексте договора, договор купли-продажи прямо поименован как договор купли-продажи простых векселей, в п.1.1 Договора купли-продажи однозначно определен его предмет - простой вексель, векселедателем указано ООО «ФТК», обязанности продавца исчерпывающе определены и заключаются в передаче покупателю прав векселедержателя, истец выразил с условиями полное согласие, договор подписан истцом добровольно и без разногласий.

Доводы истца о введении его в заблуждение относительно правовой природы сделки и ее последствиях не соответствуют действительности, не подтверждены надлежащими доказательствами и опровергаются документально.

Так, перед совершением сделки купли-продажи векселя истец был ознакомлен и согласен с рисками вложения денежных средств в ценные бумаги (векселя), о чем истцом была подписана соответствующая декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, которая в соответствии с п.2.5 договора купли-продажи является неотъемлемой частью договора купли-продажи векселя.

В Декларации о рисках истец был уведомлен, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю (п.3.3 декларации), а также о том, что на денежные средства, по приобретаемым ценным бумагам, не распространяются положения действующего законодательства о страховании вкладов, предусмотренные ФЗ № 177-ФЗ от 23.12.2003 «О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации» (п.3.2 Декларации). Истец также принял на себя возможный риск неполучения дохода (п.3.1 декларации).

Вышеизложенное опровергает доводы истца о том, что он заблуждался относительно природы сделки, полагая, что заключает договор вклада, а также о неосведомленности истца о рисках вложения денежных средств в ценные бумаги.

Кроме того, ранее истец заключал аналогичный договор купли-продажи простых векселей векселедателя ООО «ФТК», что подтверждается договором купли-продажи простых векселей от 10.04.2017 ***.

Данное обстоятельство исключает доводы истца о его заблуждении относительно природы сделки, заключение таких договоров для истца носило стандартный, привычный характер, истец систематически получал повышенную прибыль от сделок с ценными бумагами, был проинформирован банком о рисках вложения денежных средств в ценные бумаги, истцу было достоверно известно, что векселедателем векселей является компания ООО «ФТК».

По ранее заключенным договорам купли-продажи векселей ООО «ФТК» истец не считал себя введенным в заблуждение и обманутым со стороны банка, при передаче оригинала векселя на хранение банку истец не считал банк не исполнившим обязанность по передаче ему оригинал векселя, на что истец при аналогичных обстоятельствах ссылается в настоящем иске.

Истец, в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ. доказательств заблуждения относительно природы сделки, ее правовых последствий, а также лица, с которым вступил в сделку не представил, равно как и не представил доказательств обмана ответчиком при заключении договора, так и умышленного сообщения продавцом недостоверной информации относительно предмета договора купли-продажи векселя.

Доводы истца о том, что на момент заключения оспариваемого договора векселедатель ООО «ФТК» являлся неплатежеспособным, о чем банк знал и умолчал, носят вероятностный характер и не соответствуют действительности.

Ссылаясь в иске на обманные действия со стороны Банка, что не соответствует действительности и не подтверждено надлежащими доказательствами, Истец не доказал, что указанные им в иске обстоятельства находились в причинной связи с его решением о заключении сделки.

По оспариваемому договору истец был вправе потребовать разъяснения возникших у него вопросов, выразить несогласие с какими-либо условиями договора путем проставления отметок, замечаний на договорной документации, имел право вообще не заключать или отложить заключение договора купли-продажи векселя до уточнения условий.

Вместе с тем, посчитал приемлемым для себя и возможным заключить договор купли-продажи векселя на предложенных условиях, выразил полное согласие со всеми условиями договора и порядком его заключения, принял от банка исполнение договора без претензий, добровольно подписал всю предположенную ему договорную документацию, чем подтвердил свою волю на совершения распорядительных действий по подписанным документам, в частности по актам приема-передачи.

Вышеизложенное свидетельствует о том, что обстоятельства, на которые ссылается истец в иске, не являлись существенными для истца, и не влияли на его решение о заключении договора.

На момент заключения договора истец знал, что в п.1.1 в качестве векселедателя указано ООО «ФТК», был ознакомлен с декларацией о рисках, связанных с вложением денежных средств в ценные бумаги, в последующем из поведения истца следовала воля сохранить сделку - истец подавал заявление на гашение векселя, т.е. желал получить доход от приобретенной ценной бумаги.

Поведение истца после заключения договора купли-продажи векселя, а также в ходе переговоров, предшествующих его заключению, давало банку достаточные основания полагаться на действительность сделки.

В период с даты совершения оспариваемой сделки и вплоть до получения уведомления о невозможности совершения платежа, истец не считал себя введенным в заблуждение, не считал банк неисполнившим обязанность по передаче ему векселя, истец не предъявлял банку как продавцу претензий относительно полученного исполнения по договору купли-продажи, поскольку был уверен о передаче векселя на хранение, был удовлетворен получаемой от владения ценными бумагами доходностью и стремился получить данный доход путем подачи заявления на погашение векселя.

17.07.2018 истец подал заявление на погашение векселя, что является доказательством полного понимания истцом существа вексельных правоотношений. И только лишь после подачи заявления на гашение векселя и не получив выплаты по векселю от векселедателя, истец предпринимает попытку признать договор купли-продажи векселя недействительным.

Таким образом, несогласие с оспариваемым договором купли-продажи веселя истец связывает исключительно с тем, что он не получил оплату по векселю от векселедателя. То обстоятельство, что последний отказывается добровольно оплатить истцу вексельный долг, не ограничивает права истца на получение оплаты по векселю в принудительном порядке путем подачи соответствующего иска к векселедателю, до настоящего времени истец остается законным векселедержателем и не утратил права на получение оплаты от векселедателя.

Согласно законодательству именно векселедатель признается плательщиком вексельного долга. В п. 1.1 Договора купли-продажи векселя указан векселедатель - ООО «ФТК». В Декларации о рисках с собственноручной подписью истца об ознакомлении, истец был уведомлен, что банк не отвечает за исполнение обязательств перед векселедержателем по векселю (п.3.3 Декларации).

В договоре купли-продажи векселя обязанности продавца исчерпывающе определены и заключаются в передаче покупателю прав векселедержателя.

В п.1.3 договора купли-продажи стороны согласовали условие о том, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту (передаточной надписи) с оговоркой «без оборота на меня».

Содержащееся в векселе положение о месте платежа «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), <...>, не возлагает на Банк обязанности векселедателя по оплате векселя, а лишь указывает на домицилированный характер векселя, при котором Банк выступает домицилиантом - лицом, своевременно оплачивающим вексель за счет плательщика (векселедателя), предоставившего в распоряжение домицилианта необходимые для оплаты векселя денежные средства, и не являясь при этом ответственным по векселю лицом.

Доказательствами, представленными в материалы дела подтверждается, что на момент заключения договора купли-продажи векселя истцу было достоверно известно, что согласно условиям совершенной сделки у банка не возникает обязательств перед истцом-векселедержателем по вексельному долгу векселедателя.

Таким образом, ответчик не является солидарным должником и не несет ответственности по вексельному обязательству векселедателя по оплате вексельного долга.

Довод истца о том, что вексель не был передан ему лично в день заключения договора купли-продажи векселя, не имеет правового значения для разрешения заявленных требований о признании сделки недействительной как нарушающей требования закона.

Ответчик выполнил свои обязательства по договору купли-продажи надлежащим образом, истец принял от банка исполнение договора купли-продажи без претензий, права по векселю были переданы истцу с соблюдением формы и требования составления индоссамента. С момента совершения индоссамента истец является законным векселедержателем.

Не передача истцу оригинала векселя на бумажном носителе обусловлена лишь тем, что истец выразил волеизъявление на передачу векселя на хранение. Истец имел право в любой момент потребовать вернуть оригинал векселя с хранения, поскольку согласно п.3.2.1 данного договора поклажедатель вправе потребовать возврата предмета хранения от хранителя до истечения срока хранения. Однако истец не обращался в банк с заявлением о выдачи ему оригинала векселя, не представил доказательства такого обращения и отказа банка в выдаче векселя.

Закон не запрещает заключение договора купли-продажи с последующим заключением договора хранения приобретенного имущества. Одновременным заключением договора купли-продажи векселя и договора хранения какие-либо права истца не нарушены, поскольку банк принял на себя обязательства по сохранности векселя.

Просил в удовлетворении заявленных требований отказать.

В судебное заседание представитель ООО «ФТК» не явился, будучи надлежаще извещен, в письменном отзыве указал, что ООО «ФТК» имеет договор с АТБ (ПАО), в соответствии с которым банк получил векселя ООО «ФТК» для продажи их третьим лицам. Банк, купив вексель у ООО «ФТК», далее продавая векселя третьим лицам, не сообщал ООО «ФТК» данные векселедержателей.

Выслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 142 Гражданского кодекса Российской Федерации ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов (документарные ценные бумаги).

Пункт 2 ст. 142 Гражданского кодекса Российской Федерации относит вексель к ценным бумагам. Ценные бумаги могут быть документарными и бездокументарными. Документарными ценными бумагами являются документы, соответствующие установленным законом требованиям и удостоверяющие обязательственные и иные права, осуществление или передача которых возможны только при предъявлении таких документов.

Статьей 4 Федерального закона от 11.03.1997 № 48-ФЗ «О переводном и простом векселе» установлено, что переводной и простой вексель должен быть составлен только на бумаге (бумажном носителе).

В соответствии с п. 3 ст. 146 Гражданского кодекса Российской Федерации, права, удостоверенные ордерной ценной бумагой, передаются приобретателю путем ее вручения с совершением на ней передаточной надписи - индоссамента. Если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или законом, к передаче ордерных ценных бумаг применяются установленные законом о переводном и простом векселе правила о передаче векселя.

Согласно п. 36 Постановления Пленума ВС РФ N 33 и ВАС РА N 14 от 04.12.2000 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей", в тех случаях, когда одна из сторон обязуется передать вексель, а другая сторона обязуется уплатить за него определенную денежную сумму (цену), к отношениям сторон применяются нормы о купле-продаже, если законом не установлены специальные правила (пункт 2 статьи 454 Кодекса). При рассмотрении споров необходимо иметь в виду, что обязанности продавца по передаче векселя как товара могут считаться выполненными в момент совершения им действий по надлежащей передаче векселя покупателю с оформленным индоссаментом, переносящим права, вытекающие из векселя, на покупателя или указанное им лицо (пункт 3 статьи 146 Кодекса), если иной порядок передачи не вытекает из условий соглашения сторон и не определяется характером вексельного обязательства.

В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В силу ч. 3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трёх или более сторон (многосторонняя сделка).

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствий недействительности сделки не предусмотрены законом.

Положениями ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания её таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с её недействительностью, и недействительна с момента её совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии со ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел. Заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку. Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

По смыслу нормы ст. 178 ГК РФ сделкой, совершенной под влиянием заблуждения, признается сделка, в которой волеизъявление стороны не соответствует подлинной воле, то есть по такой сделке лицо получило не то, что хотело. Под заблуждением следует понимать несоответствие субъективных представлений лица об обстоятельствах и процессах объективной действительности или общепринятым понятиям об этих обстоятельствах и процессах. При этом из смысла п. 1 ст. 178 ГК РФ следует, что заблуждение относительно условий сделки должно иметь место на момент совершения сделки.

Приведенный в указанной норме права перечень случаев, имеющих существенное значение, является исчерпывающим. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано существенным заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.Вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.

Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

Исходя из смысла вышеприведенных положений ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации под обманом подразумевается умышленное введение стороны в заблуждение с целью склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение. При совершении сделки под влиянием обмана формирование воли потерпевшего происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий контрагента, заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки.

Таким образом, в предмет доказывания по спору о признании сделки недействительной как совершенной под влиянием обмана входит, в том числе, факт умышленного введения недобросовестной стороной другой стороны в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу требований данной правовой нормы оценка действиям сторон при совершении сделок на предмет добросовестности дается, исходя из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей.

Статьей 56 Гражданского процессуального кодекса РФ определено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит достоверно установленным, что 25.04.2016 между «АТБ» (ПАО) и ООО «ФТК» подписано соглашение о взаимодействии по реализации векселей, согласно которому стороны договорились о принципах и порядке взаимодействия сторон по реализации векселей компании (п. 1.1).

Согласно п. 1.2 соглашения банк осуществляет поиск потенциальных покупателей на векселя компании, и принимает участие в первичном размещении векселей компании путем продажи векселей, выпущенных компанией, и приобретенных у нее, третьим лицам.

Из п. 2.3 соглашения следует, что векселя отчуждаются третьим лицам по индоссаменту с указанием лица, в пользу которого передается вексель. При последующей продаже векселей третьим лицам банк проставляет оговорку «без оборота на меня».

В п. 2.4 соглашения стороны определили, что банк будет осуществлять функции домицилиата в отношении векселей компании, которые банк принимает на условиях, указанных в п.п. 2.1. - 2.3. настоящего соглашения, для чего компания обязуется заблаговременно предоставить банку сумму в размере платежа по векселям, выпущенных компанией, а банк, указанный в векселе в качестве домицилиата, по поручению компании от ее имени и за ее счет при наступлении срока платежа оплачивает предъявляемый вексель.

Общая номинальная стоимость векселей, в отношении которых банк будет осуществлять функции домицилиата, составляет не более 1 000 000 000 (одного миллиарда) рублей (п. 2.6).

Согласно договора *** от 14.03.2018 заключенного в г. Москва, ООО «ФТК» (векселедатель) обязуется передать, а «АТБ» (ПАО) (векселедержатель) обязуется оплатить и принять простой вексель серии ФИО2 на вексельную сумму 1 025 205,48 руб., датой составления 14.03.2018 сроком платежа по предъявлении, но не ранее 14.06.2018, стоимостью 992 678,27 руб.

Из условий договора следует, что векселедержатель обязуется не позднее 14.03.2018 оплатить денежную сумму за вексель, а векселедатель обязуется передать векселедержателю вексель по акту приема-передачи векселя не позднее 14.03.2018.

Из акта приема-передачи векселя от 14.03.2018, составленного в г. Москва, следует, что ООО «ФТК» передал, а «АТБ» (ПАО) принял простой вексель серии ФИО2 на вексельную сумму 1 025 205,48 руб.

Согласно условиям векселя серии ФИО2 от 14.03.2018, векселедатель ООО «Финансово-торговая компания», расположенный по адресу: 107076, <...>, обязуется безусловно уплатить по этому векселю денежную сумму в размере 1 025 205,48 руб. непосредственно «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО) или по его приказу любому другому предприятию (лицу).

Из материалов дела, судом также установлено, что 14.03.2018 в г. Братске между «АТБ» ПАО (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи простых векселей ***, согласно которому продавец обязался передать в собственность покупателю, а покупатель – принять и оплатить простой вексель векселедателя ООО «ФТК» серии ФИО2 с вексельной суммой 1 025 205,48 руб. со сроком платежа – по предъявлении, но не ранее 14.06.2018, стоимость векселя составила 1 000 000 рублей (п. 1.1).

В п. 1.3. договора указано, что передача прав по векселю осуществляется по индоссаменту с указанием покупателя, продавец проставляет индоссамент с оговоркой «без оборота на меня».

В соответствии с п. 2.3. продавец обязуется передать, а покупатель принять вексель, указанный в п. 1.1. договора, в дату 14.03.2018, после поступления денежных средств на счет продавца, указанный в п. 7 договора.

Вексель передается по акту приема-передачи (п. 2.4. договора).

Согласно п. 6.4.1. договора продавец гарантирует покупателю, что имеет право владения векселем, то есть документарной ценной бумагой.

Одновременно при заключении договора сторонами была подписана декларация о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, являющаяся приложением № 1 к договору купли-продажи.

Из материалов дела следует, и стороной ответчика не оспаривается, что ФИО1 обязательства по договору купли-продажи выполнены, денежные средства в размере 1 000 000 руб. перечислены на счет «АТБ» (ПАО), что подтверждается платежным поручением *** от ДД.ММ.ГГГГ..

В эту же дату между истцом и ответчиком в г. Братске был подписан акт приема-передачи приобретаемого векселя.

Одновременно с этим 14.03.2018 в г. Москва между сторонами был заключен договор хранения ***, согласно которому хранитель «Азиатско-Тихоокеанский банк» (ПАО) обязался принять и хранить безвозмездно, передаваемое ему поклажедателем ФИО1 имущество в виде спорного векселя ООО «ФТК», сроком с момента передачи по 14.07.2018. К данному договору 14.07.2018 между сторонами был также подписан акт приема-передачи от истца к ответчику векселя на хранение.

В результате совершенной сделки купли-продажи векселя банком (индоссантом) на векселе оформлен индоссамент «платите приказу ФИО1» с оговоркой «без оборота на меня», при этом, указанная запись не содержит сведений о дате ее внесения и лице ее оформившем.

17.07.2018 ФИО1 обратился к ответчику с заявлением на погашение векселей.

18.07.2018 ФИО1 получено уведомление о невозможности платежа от ответчика, в котором указано, что денежные средства от векселедателя на счет банка для оплаты векселя не поступили, ООО «ФТК» (лицо, обязанное по векселю) свои обязательства по перечислению денежных средств не исполнило.

Обращаясь с настоящим иском в суд, истец указал на то, что совершенная между ним и ответчиком сделка купли-продажи простых векселей от 14.03.2018 является недействительной в силу п.2 ст.179 ГК РФ, поскольку была заключена им под влиянием введения в заблуждения и обмана сотрудниками банка, так как он полагала, что, по сути, заключает договор вклада, также ответчик умышленно скрыл (не довел до истца) информацию о том, что платеж по приобретаемому векселю напрямую зависит от исполнения перед банком своих обязанностей векселедателя ООО «ФТК» и за счет средств ООО «ФТК».

Оценив собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что банк до заключения договора купли-продажи простого векселя не поставил ФИО1 в известность об отсутствии векселя у банка на момент совершения операции, учитывая, что на момент заключения договора между сторонами вексель еще не был выпущен векселедателем; не разъяснил истцу о том, что векселедателем выступает не банк, а аффилированная с ним организация – ООО «ФТК», не проинформировал о том, что вексель будет находиться не в г. Братске, а в г. Москве. При этом, документы оформлены от имени банка, с указанием логотипа и реквизитов банка, без предъявления клиенту в натуре векселя, но с обязательным упоминанием, что вексель будет храниться в банке, сформировали у истца ложное впечатление о выпуске векселя самим банком, полной ответственности по векселю банка, а не иного лица. Таким образом, по существу ФИО1 был введен в заблуждение относительно природы совершаемой финансовой операции, фактически отождествляя ее с разновидностью вклада (депозита) в банке.

Так, в материалах дела имеется порядок взаимодействия между ООО «ФТК» и «АТБ» (ПАО), который регламентирует действия сотрудников «АТБ» (ПАО), участвующих в проведении операций с векселями ООО «ФТК», порядок документооборота, порядок проведения и оформления указанных операций и распространяется на все подразделения «АТБ» (ПАО), задействованные в этих операциях.

Главой 4 порядка определен порядок консультирования клиента, согласно которому в целях продвижения векселей компании сотрудники банка, вовлеченные в процесс продаж используют такие материалы как презентацию о компании, скрипт - предложение для клиентов векселей компании.

В соответствии с главой 5 порядка менеджеры ОРП/ВИП/ начальники ОРКК /руководители УРКК/ заместители управляющих филиалами по рознице /по корпорату/ управляющие филиалами выступают инициатором по продаже векселей юридическим и физическим лицам, индивидуальным предпринимателям.

Указанным порядком определены типовые договоры купли-продажи простых векселей, декларации о рисках, актов приема-передачи, договоры выдачи векселя, договоры хранения.

Из изложенного следует, что «АТБ» (ПАО) подбирает клиента, собирает необходимый пакет документов от клиента, направляет заявку в ООО «ФТК» о возможности выпуска векселя (с указанием следующих параметров: сумма размещения, предполагаемая дата заключения договора купли-продажи векселя, срок, ставка, а также всю информацию, необходимую для составления договора купли-продажи с клиентом, подписантов со стороны банка и со стороны клиента, а также на основании какого документа действуют подписанты), ООО «ФТК» согласовывает условия, делает расчет стоимости векселя, направляет проекты договора купли-продажи, акта приема-передачи векселя, договор хранения векселя с актом приема-передачи к договору хранения в «АТБ» (ПАО), банк, в свою очередь, согласовывает сделку с клиентом, подписывает с клиентом договора купли-продажи векселя, акты приема передачи, декларации о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, договоры хранения векселя, акты приема-передачи к договору хранения. Указанные документы оформляются в двух экземплярах. «АТБ» (ПАО) обеспечивает контроль оплаты и фактическое перечисление денежных средств клиента на счет банка. После подписания документов с клиентом и перечисления денежных средств, «АТБ» (ПАО) незамедлительно направляет ответственному сотруднику УООФР сообщение о необходимости проведения операции по приобретению векселя.

Из указанного следует, на момент заключения спорного договора купли-продажи простых векселей с истцом вексель не существовал, у банка он отсутствовал.

В ходе судебного разбирательства судом также установлено и не оспаривалось стороной ответчика, что предмет договора – простой вексель действительно в оригинале не передан покупателю, вместо этого с ФИО1 заключен безвозмездный договор хранения, что следует из п. 5.1 договора. Местом заключения данного договора указано г. Москва.

Исходя из содержания векселя, который был изготовлен ООО «ФТК» в г.Москва 14.03.2018, т.е. в день его покупки истцом у ответчика в г. Братске на значительном территориальном удалении, а также пояснений сторон в судебном заседании, следует, что в день заключения оспариваемой сделки купли-продажи векселя, последний как ценная бумага, подлежащая изготовлению только в бумажном виде, фактически ФИО1 в этом виде не передавался, что также подтверждает, что спорный вексель, как объект гражданского оборота в день заключения между сторонами сделки его купли-продажи, еще не существовал.

При этом доводы ответчика о том, что истец выразил волеизъявление на передачу векселя на хранение, в связи с чем у банка отсутствовала необходимость передачи истцу непосредственно оригинала векселя на бумажном носителе, отклоняются судом.

Так, договор купли-продажи векселя заключен 14.03.2018 в г. Братске, дата и место составления векселя являются 14.03.2018 г. Москва, в связи с чем, в силу территориальной отдаленности, вексель в тот же день не мог быть выдан ФИО1 с оформленным индоссаментом.

Одновременно с покупкой векселя истец согласно условиям договора хранения передает вексель на хранение «АТБ» (ПАО) по договору, составленному в г. Москве, при этом, какая-либо польза от заключенного договора хранения, в котором ответчик выступает коммерческой организацией, для сторон отсутствует. Необходимости хранения векселя, который не требует соблюдения каких-либо специальных условий для его сохранности, у истца не имеется, ответчик, преследуя цель извлечения прибыли, вознаграждения с истца не берет.

При указанных обстоятельствах, суд также приходит к выводу, что договор хранения, был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия, характерные для подобных договоров.

Суд признает данные обстоятельства заслуживающими внимание, учитывая, что в оспариваемом договоре, заключенном в г. Братске, какая-либо информация в отношении ООО «ФТК» не содержится, за исключением того, что оно является векселедателем, Декларация о рисках, подписанная истцом, также не содержит информации о векселедателе, и условиях оплаты им этого векселя, в связи с чем, только из содержания векселя представлялось возможным установить, что оплату по нему должно производить ООО «ФТК».

При таких обстоятельствах, суд находит установленным, что в момент заключения оспариваемого договора истец не мог знать, что исполнение обязательств по погашению векселя лежит на ООО «ФТК» и зависит от его платежеспособности, поскольку из буквального толкования договора купли-продажи простого векселя данное обстоятельство не следует.

При этом, ответчик доказательств того, что банком были предприняты все необходимые меры по информированию истца о заключаемом договоре купли-продажи векселя и лице, несущем обязательства по векселю, суду не представил, ровно как и не представил доказательств того, что истцу предлагался иной банковский продукт по вложению денежных средств, не несущий в себе риск.

Учитывая, что договор купли-продажи векселя был заключен истцом с «АТБ» (ПАО), денежные средства были внесены истцом на счет ответчика, а имеющиеся в распоряжении истца документы, в том числе декларация о рисках, без самого векселя, не предоставляли истцу полной и достоверной информации о порядке обращении векселя, как ценной бумаги, со всеми особенностями, истец, полагая, что заключает договор с «АТБ» (ПАО), был лишен возможности оценить степень риска в связи с приобретением векселя, что напрямую находилось в причинной связи с решением истца о заключении сделки купли-продажи простого векселя.

Доводы ответчика о том, что истец ранее уже заключал договор купли-продажи простого векселя, по которому получали повышенный доход, при этом подавал заявление на погашение векселя векселедателя ООО «ФТК», что является доказательством полного понимания истцом существа вексельных правоотношений, напротив свидетельствует о том, что истец предполагал, что обязательства по возврату его денежных средств и процентов по ним лежат именно на «АТБ» (ПАО), учитывая, что истец с заявлением о погашении векселя обратился именно в банк, и выплату по первоначальному векселю получал в банке.

Тот факт, что в подписанной истцом декларации о рисках, связанных с приобретением ценных бумаг, содержится уведомление о том, что банк не является поставщиком услуг, связанных с приобретением ценных бумаг, а выступает посредником между покупателем и векселедателем в рамках исполнения договора купли-продажи простых векселей и не может отвечать по исполнению обязательств перед покупателем по векселю, при установленных судом обстоятельствах, не свидетельствует об исполнении банком обязанности информирования истца о лице несущем обязательства по векселю, в связи с чем истец не мог ознакомиться с финансовым положением ООО «ФТК» и оценить риски совершения оспариваемой сделки.

При этом суд также отмечает, что по результатам проверки деятельности ответчика «АТБ» (ПАО), проведенной Главной инспекцией Банка России (Акт от 19.09.2018г. №) в части финансовых операций с векселями ООО «ФТК» установлено следующее.

Хотя лицо, выпускающее векселя - ООО «ФТК» находится в г. Москва и является клиентом Московского филиала «АТБ» (ПАО), реализация всех векселей производилась только в иных регионах РФ и не осуществлялась в Московском регионе; всего банком было реализовано на 06.03.2018г. 10 444 векселя ООО «ФТК» на общую сумму около 18 млрд. рублей; все договоры купли-продажи векселей, акты приема-передачи, договоры хранения оформлялись одномоментно, в связи с чем, с учетом территориальной отдаленности филиалов, разницы в часовых поясах клиенты, приобретающие вексель, подписывающие акт о его получении и передаче на хранение в Московский филиал банка, не могли фактически получать на руки приобретаемый вексель и передавать его на хранение Московскому филиалу банка.

Выборочная визуальная проверка Банка России показала, что фактическая передача векселя клиенту, а также прием векселя на хранение в момент подписания актов приема-передачи не осуществлялась; на момент такой проверки в Московском филиале банка наличия такой ценной бумаги (векселя) на хранении не установлено. Разработанным ответчиком Порядком взаимодействия по реализации векселей регламентирована процедура реализации банком третьим лицом векселей (с оформлением документов, свидетельствующих о получении лицом векселя от кредитной организации и его передачи на хранение в эту же кредитную организацию), которые на момент подписания актов приема-передачи банка с клиентом фактически не существуют (не оформлены, не распечатаны, не подписаны и не переданы векселедателем ООО «ФТК» в кредитную организацию).

Также проверкой установлены многочисленные несоответствия общепринятой рыночной практике при заполнении необходимых реквизитов векселей, предусмотренной стандартами, разработанными Ассоциацией Участников Вексельного Рынка (стандарту выдачи векселей, стандарту передачи векселей) – отсутствие полномочий лица, подписавшего от имени ООО «ФТК» векселя; отсутствие даты и места совершения индоссамента, наименование и должности индоссата, его подписи.

При этом наличие на расчетном счете ООО «ФТК» денежных средств, достаточных для погашения векселей при наступлении срока их погашения, обеспечивалось, в основном, посредством привлечения средств от ежедневной реализации вновь выпущенных векселей; основной объем полученных от реализации векселей денежных средств не использовался ООО «ФТК» для осуществления своей основной деятельности, а аккумулировался на его расчетном счете в Московском филиале ответчика; как показал анализ отчетности компании, расходы, понесенные ООО «ФТК» от операций, связанных с выпуском и погашением векселей, существенно превышают доходы, полученные от основной деятельности компании, а также процентов, начисленных на остатки по счету, и непосредственно являются причиной формирования итогового отрицательного финансового результата клиента (чистых убытков клиента), что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии очевидного экономического смысла для ООО «ФТК» в операциях по привлечению денежных средств посредством выпуска векселей.

Одновременно с этим проверкой установлено, что ООО «ФТК» является крупным заемщиком у ответчика «АТБ» (ПАО), остаток ссудной задолженности на 01.03.2018г. составлял 1203670 тысяч рублей.

При наличии существовавших для ответчика ограничениях на привлечение денежных средств физических лиц (предписания Дальневосточного ГУ Банка России с 26.10.2016г., 27.04.2017г., самоограничения банка с 20.09.2017г.), распространяемые предложения клиентам-вкладчикам банка о приобретении спорных векселей ООО «ФТК», с аккумулированием вырученных от их реализации денежных средств на счете указанного юридического лица, открытого в Московском филиале банка, позволяло ответчику в условиях действующих ограничений на привлечение вкладов физических лиц, сохранить часть ресурсной базы банка в виде средств физических лиц.

Совокупность вышеприведенных и иных установленных проверкой факторов может свидетельствовать о вероятной непосредственной вовлеченности кредитной организации (ответчика) в участии в вышеописанной «вексельной схеме», конечными целями которой могут являться: необходимость обслуживания существующей у ООО ФТК» перед «АТБ» (ПАО) задолженности по кредитам за счет средств, поступивших от реализации векселей; сохранение банком ресурсов в виде средств физических лиц-вкладчиков в условиях наложенных и действующих ограничений. В случае одномоментного прекращения финансирования существующей «вексельной схемы» за счет средств «новых» векселеприобретателей задолженность в сумме около 4 млрд. руб. перед векселедержателями, 87% из которых являются действующими, либо бывшими вкладчиками самого «АТБ» (ПАО), может остаться непогашенной в связи с отсутствием у ООО «ФТК» (векселедателя) достаточных собственных источников для покрытия задолженности перед векселедателями.

Исходя из буквального анализа договора купли-продажи простых векселей *** от ДД.ММ.ГГГГ, договора хранения *** от ДД.ММ.ГГГГ, а также актов приема-передачи к указанным договорам, суд приходит к выводу о том, что факт одномоментного (в один день) подписания договора передачи ООО «ФТК» простого векселя АТБ (ПАО) с актом приема передачи в г.Москва, заключение между истцом и АТБ (ПАО) договора купли-продажи, акта приема передачи векселя с местом составления в г.Братске, договора хранения и акта передачи векселя на хранение с местом составления г.Москва, свидетельствует о том, что оплаченный истцом вексель в день заключения договора купли-продажи *** от ДД.ММ.ГГГГ в г.Братске истцу фактически не передавался и содержание векселя, в частности то, что лицом, обязавшимся безусловно уплатить по данному векселю сумму 1 025 205,48 руб., является ООО «ФТК», не могло быть известно истцу.

Истцу не была предоставлена информация о том, что исходя из условий, которые были определены между банком и ООО «ФТК» в рамках соглашения о взаимодействии по реализации векселей от 25 апреля 2016 года, исполнение обязательств по погашению (оплате) векселя лежит на ООО «ФТК» и напрямую зависит от платежеспособности (финансового состояния) ООО «ФТК», а не от банка, а также от исполнения ООО «ФТК» перед банком своих обязанностей.

Кроме того, как следует из материалов дела 08.06.2018 «АТБ» (ПАО) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с исковым заявлением к ООО «ФТК» о взыскании денежных средств в размере 1 648 758 032, 26 руб., а 10.08.2018 с заявлением о признании ООО «ФТК» банкротом, что дает суду основания полагать, что ответчику заблаговременно было известно о неплатежеспособности ООО «ФТК».

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ответчик при заключении спорного договора купли-продажи не предоставил ФИО1 полную и достоверную информацию о существе совершаемой сделки; умолчал (скрыл информацию) относительного того, что исполнение обязательств по погашению (оплате) спорного векселя лежит именно на ООО «ФТК» и напрямую зависит от его платежеспособности (финансового состояния), а также от исполнения ООО «ФТК» перед банком своих обязательств, следовательно, требования истца о признании данного договора недействительным в силу п. 2 ст. 179 ГК РФ и применении последствий недействительности сделки путем взыскания с ответчика уплаченных истцом ФИО8 по указанному договору денежных средств в размере 1 000 000 рублей и возврата ФИО1 простого векселя серии ФИО2 «АТБ» (ПАО) являются обоснованными.

Поскольку сделка купли-продажи между «АТБ» (ПАО) и ФИО1, отраженная в векселе серии ФИО2 путем проставления индоссамента, является недействительной, то в целях применения последствий недействительности сделки следует не только обязать стороны вернуть полученное по сделке, но и аннулировать запись о таком индоссаменте.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании с ответчика расходы по оплате государственной пошлины, подтвержденные чеком-ордером от 08.10.2018 на сумму 300 руб.

Принимая во внимание, что при подаче искового заявления истцом государственная пошлина была оплачена не в полном объеме, исходя из положения ст.ст. 98, 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также принимая во внимание ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, суд полагает необходимым также взыскать с ответчика государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 13 200 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи простых векселей ***, заключенный 14 марта 2018 года в г. Братске между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичным акционерным обществом) в лице начальника операционного офиса № 106 в г. Братск Филиала «Азиатско-Тихоокеанский банк» (публичного акционерного общества) в г. Улан-Удэ ФИО3 и ФИО1.

Применить последствия недействительности сделки:

Возложить на ФИО1 обязанность возвратить «Азиатско-Тихоокеанскому Банку» (публичному акционерному обществу) простой вексель серии ФИО2 на сумму 1 025 205,48 рублей, выданный 14.03.2018 г.

Аннулировать индоссамент (передаточную надпись): «платите приказу ФИО1», выполненный на простом векселе серии ФИО2 на сумму 1 025 205,48 рублей, выданном 14 марта 2018 года Обществом с ограниченной ответственностью «Финансово-торговая компания» «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (ПАО), сроком оплаты: по предъявлению, но не ранее 14.06.2018 г.;

Взыскать с «Азиатского-Тихоокеанского Банка» (публичного акционерного общества) в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 1 000 000 руб., оплаченные по договору *** купли-продажи простых векселей, заключенному 14 марта 2018 года в г. Братске между «Азиатско-Тихоокеанский Банк» (публичным акционерным обществом) в лице начальника операционного офиса № 106 в г. Братск Филиала «Азиатско-Тихоокеанский банк» (публичного акционерного общества) в г. Улан-Удэ ФИО3 и ФИО1.

Взыскать с «Азиатского-Тихоокеанского Банка» (публичного акционерного общества) в бюджет муниципального образования города Братска государственную пошлину в размере 13 200 рублей.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья: Л.М.Шаламова