Решение № 2-333/2025 2-333/2025~М-67/2025 М-67/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 2-333/2025

Дело №2-333/2025

УИД 10RS0016-01-2025-000119-49


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 августа 2025 года г. Сегежа

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Яшковой И.С.,

с участием прокурора Ильмаста Н.А.,

при секретаре Галашовой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Р.К.В. к ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, ФСИН России о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Р.К.В. обратился в суд с названным иском, мотивируя свои требования тем, что решением Сегежского городского суда Республики Карелия от 25.06.2024 (оставленным без изменения апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от 15.11.2024) установлен факт нарушения ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия условий содержания Р.К.В. в исправительном учреждении, выразившегося в несвоевременном оказании Р.К.В. стоматологической помощи согласно рекомендациям врача-стоматолога (срок оказания медицинской помощи нарушен более, чем на 1 месяц). Указывая на испытанные истцом физические и нравственные страдания, причиненные ему в связи с установленными нарушениями содержания в исправительном учреждении, истец просит взыскать с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

В порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле в качестве ответчика привлечено ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, в качестве третьих лиц - УФСИН России по Республике Карелия, ФКУЗ МСЧ-10 ФСИН России.

Протокольным определением от 19.02.2025 к участию в деле в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен прокурор Сегежского района.

Истец Р.К.В., участвуя в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, на иске настаивал. Пояснил, что в связи с невывозом его на прием к врачу-стоматологу он испытывал эмоциональные переживания, что повлекло за собой обострение имеющегося у истца заболевания «себорейный дерматит», чем истцу причинены физические и нравственные страдания.

Представитель ответчиков, третьего лица УФСИН России по ... в судебном заседании исковые требования не признала.

Иные лица в судебное заседание не явились, уведомлены надлежащим образом.

Заслушав явившихся лиц, заключение прокурора, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, исследовав представленные доказательства, обозрев медицинские документы в отношении Р.К.В., суд приходит к следующим выводам.

Право на охрану здоровья относится Конституцией Российской Федерации к числу основных прав человека.

В соответствии со статьей 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала, должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях, обеспечивать охрану здоровья осужденных, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы.

В соответствии с частью 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Закон № 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Закона № 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Частями 1, 3, 7 статьи 26 Закона № 323-ФЗ предусмотрено, что лица, задержанные, заключенные под стражу, отбывающие наказание в виде ограничения свободы, ареста, лишения свободы либо административного ареста, имеют право на оказание медицинской помощи, в том числе в необходимых случаях в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее также - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В статье 53 Конституции Российской Федерации закреплено право каждого на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет казны Российской Федерации.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - здоровье), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что решением Сегежского городского суда Республики Карелия от 25.06.2024 (оставленным без изменения апелляционным определением Верховного Суда Республики Карелия от 15.11.2024) бездействие ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, выразившееся в несвоевременном вывозе Р.К.В. для оказания ему медицинской стоматологической помощи, признано незаконным, с Российской Федерации в лице ФСИН России за счет казны Российской Федерации в пользу Р.К.В. взыскана компенсация за нарушение условий содержания в размере 3 000 руб.

Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Решением от 25.06.2024 установлено, что ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия допущено незаконное бездействие, выразившееся в несвоевременном вывозе Р.К.В. для оказания ему медицинской стоматологической помощи согласно рекомендациям зубного врача (срок оказания медицинской помощи нарушен более, чем на 1 месяц) в связи с необеспечением исправительным учреждением возможности обращения осужденного к лишению свободы в медицинскую организацию УИС для оказания ему медицинской помощи.

В судебном заседании Р.К.В. указал, что бездействие ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, выразившееся в несвоевременном его вывозе для оказания ему медицинской стоматологической помощи, повлекло обострение имеющегося у него заболевания «дерматит», что причинило вред его здоровью, в связи с чем он испытал физические и нравственные страдания.

Из представленной к материалам дела медицинской документации Р.К.В. следует, что 30.10.2023 на основании осмотра фельдшера медицинской части №4 ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия, жалоб Р.К.В. на высыпания и зуд в течение двух недель в области левой голени сформулирован диагноз: дерматит левой голени не ясного генеза. В соответствии с выставленным диагнозом назначено соответствующее лечение.

26.12.2023 Р.К.В. обращался к фельдшеру медицинской части учреждения за медицинской помощью с жалобами на высыпания по телу и зуд. По результатам осмотра установлен диагноз: дерматит не ясного генеза, назначено соответствующее лечение.

22.01.2024 Р.К.В. был осмотрен врачом-инфекционистом в связи с жалобами на зуд кожи. На основании осмотра (кожа суховатая, фолликулярные папулы в области голеней) установлен диагноз: рецидивирующий простой дерматит голеней, назначено лечение.

25.01.2024 произведен повторный осмотр Р.К.В. инфекционистом, при осмотре Р.К.В. возбужден, раздражен, назначенное лечение дерматита малоэффективно, зуд кожи сохраняется. При осмотре установлено: на коже в области нижней трети голеней единичные округлые очаги розеолезного характера, умеренно-красного цвета, на теле, руках, бедрах мелкие розеолы бледные, единичные папулы, округлые очаги бледной гиперемии и легкого шелушения в области свода стоп. Сформулирован диагноз: дерматит стоп, голени не ясной этиологии; вторичные аллергизы на фоне синдрома аффективной неустойчивости. Назначено соответствующее лечение.

Согласно записям медицинской карты амбулаторного пациента от 31.01.2024, 01.02.2024, 09.02.2024 отмечено улучшение на фоне лечения, установлен диагноз: аллергический дерматит, затяжное течение.

22.03.2024 Р.К.В. был осмотрен врачом-инфекционистом, при осмотре предъявлял жалобы на периодический зуд кожи, отмечает снижение зуда после приема амитриптилина (антидепрессант). По результатам осмотра выявлены эритематозные необильные элементы на плечах, голенях, единичные расчесы. Установлен диагноз: аллергический дерматит не ясной этиологии, затяжное торпидное течение. Назначено соответствующее лечение.

При последующих осмотрах отмечалось волнообразное течение высыпаний.

При осмотре 07.05.2024 установлено, что высыпания регрессировали, зуда нет. Сформулирован диагноз: себорейный дерматит вне обострения. Ранее назначенное лечение отменено.

Кроме того, из медицинской документации Р.К.В. следует, что он неоднократно осматривался врачом-психиатром, принимал поддерживающую терапию (антидепрессанты). Состояние Р.К.В. характеризовалось как остро эмоционально-напряженное, критика поведения отсутствовала, поведение гневливое, жесткое, носит антивитальный характер, в речи постоянно используется нецензурная брань, крики. Р.К.В. неоднократно предлагалась психологическая помощь, от которой он постоянно отказывался. За период отбывания наказания Р.К.В. неоднократно совершал акты членовредительства, в том числе и демонстративно-шантажного характера.

В рамках рассмотрения настоящего гражданского дела по ходатайству истца судом была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено экспертам ГБУЗ РК «Бюро СМЭ».

Из выводов экспертов комплексной судебной медицинской экспертизы, проведенной ГБУЗ РК «Бюро СМЭ», изложенных в заключении № 57, следует, что согласно Клиническим рекомендациям дерматит - это мультифакторное генетически детерминированное воспалительное заболевание кожи (болезнь с наследственной предрасположенностью, для проявления которого требуется влияние факторов внешней среды), характеризующееся зудом, хроническим рецидивирующим течением, возрастными особенностями локализации и морфологии очагов поражения. Для заболевания характерны возрастные особенности клинических проявлений и хроническое рецидивирующее течение с периодическими обострениями и ремиссиями, которые могут продолжаться на протяжении нескольких лет. Для заболевания характерна сезонность обострений с ухудшением состояния в холодное время года и улучшением летом. Обострение процесса может развиться также под влиянием ряда провоцирующих факторов (аллергены, раздражающие вещества, пищевые продукты, эмоциональный стресс и т.д.). При повышенном потоотделении может увеличиться интенсивность зуда. Клинические проявления дерматита отличаются в разные возрастные периоды.

Исходя из данных представленных медицинских документов, судебно-медицинская экспертная комиссия пришла к выводу, что причинно-следственная связь (прямая, опосредованная) между невывозом Р.К.В. для оказания стоматологической помощи и обострением заболевания «дерматит» отсутствует.

Высказаться о достоверных причинах, провоцирующих обострение дерматита у Р.К.В., судебно-медицинской экспертизе не представилось возможным.

Исходя из Медицинских критериев определения степени тяжести вреда,причиненного здоровью человека (Приложение к Приказу М3 и СР РФ от 24.04.2008г. №194н), имеющиеся в анамнезе у Р.К.В. обострения хронического заболевания — дерматита (воспаление кожи), не является вредом причиненным здоровью человека и не подлежит квалификации по степени тяжести вреда здоровью.

Кроме того, судебно-медицинская экспертная комиссия отметила, что у Р.К.В. имеется неустойчивый эмоциональный фон, а также поведенческие нарушения. Таким образом, Р.К.В. склонен к преувеличению симптомов или болезненного состояния (аггравация), свидетельствующих о симуляции (создание видимости болезни и ее симптомов) своего общего соматического состояния.

Судебно-медицинская экспертная комиссия усмотрела как один из факторов способствующих обострению дерматита у Р.К.В. его психо-эмоциональное состояние, так как на фоне приема амитриптилина (антидепрессанта) врачом инфекционистом была отмечена положительная клиническая картина («зуда нет, высыпания регрессировали»).

Оценивая заключение комиссионной судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о том, что заключение судебной медицинской экспертизы, проведенной ГБУЗ РК «БСМЭ», является мотивированным, последовательным, основанным на тщательном анализе представленной медицинской документации. Данное экспертное заключение не оспорено сторонами, является допустимым доказательством по рассматриваемому делу, основания не доверять выводам экспертов, изложенных в заключении, у суда отсутствуют, доказательств, опровергающих выводы экспертов, не представлено, экспертиза проведена в рамках рассмотрения гражданского дела на основании определения суда экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующую квалификацию, стаж работы. Экспертное заключение дано в письменной форме, соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание проведенного исследования, выводы экспертов, полные и ясные ответы на поставленные судом вопросы.

Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, учитывая, что причинно-следственной связи между бездействием ответчика и наступившими негативными последствиями в состоянии здоровья Р.К.В. не установлено, суд приходит к выводу об оставлении искового заявления Р.К.В. без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Р.К.В. оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья И.С. Яшкова

Мотивированное решение изготовлено ХХ.ХХ.ХХ..