Решение № 2-537/2018 от 30 октября 2018 г. по делу № 2-537/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации.

г. Дербент. 30 октября 2018 г.

Дербентский районный суд Республики Дагестан в составе председательствующего судьи Магомедова А. Т., прокурора Султанова Т. Э., при секретаре Таркулиевой Р. И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Муниципальному казенному образовательному учреждению «Средняя общеобразовательная школа №21» г. Дербента Республики Дагестан (далее – Школа) о признании незаконным и отмене приказа об увольнении, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с указанным иском.

В обоснование иска указала, что она 20 лет работала в Средней общеобразовательной школе № 21 г. Дербента в должности заместителя директора по учебной работе.

Приказом директора Школы от 11.11.2016 г. № 170 она уволена за прогул с 01 ноября 2016 г. на основании подпункта «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ. Выписку из приказа она получила по почте 21 ноября 2016 года.

С приказом об увольнении с работы она не согласна, поскольку он вынесен с грубыми нарушениями трудового законодательства.

Согласно приказу Министра образования Республики Дагестан заместители директоров школ обязаны пройти переподготовку по менеджменту. В связи с этим ею была получена Справка-вызов от 18.10.2016 г. № 408 на прохождение промежуточной аттестации с 24 октября по 07 ноября 2016 года продолжительностью 15 календарных дней. С 27.10.2016 г. по 07.11.2016 г. она находилась на курсах промежуточной аттестации.

Ее рабочее время, как заместителя директора по учебной работе в школе начиналось с 13 часов и оканчивалось в 17 часов, так как для нее установлена 0,5 ставки завуча, а занятия по аттестации проводились с 9 часов до 12 ч. 30 мин. Она, посещая занятия по аттестации, после полудня являлась на работу и исполняла возложенные на нее трудовые обязанности в полном объеме с 24 по 29 октября 2016 г.

Статьей 173 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работодатель обязан предоставить отпуск для прохождения промежуточной аттестации.

Несмотря на это, имея такую возможность освобождения от своих прямых трудовых обязанностей, она таким отпуском не воспользовалась, а проходила курсы промежуточной аттестации, используя свое личное время.

По утверждению директора Школы, указывает истица, в каникулярные дни работники школы должны приходить на работу с 9 ч. до 12 ч., а она, между прочим, в указанное время 31 октября 2016 г. находилась на курсах промежуточной аттестации. Однако, директор Школы признала ее отсутствие на работе в указанные день прогулом.

График ее работы в школе с 13 ч. до 17ч., и если в какие-либо дни она обязана была присутствовать на работе в иное время, тогда это обстоятельство является изменением графика ее рабочего времени, что должно быть оформлено в установленном порядке и о чем она должна быть надлежащим образом поставлена в известность.

При перечисленных обстоятельствах, считает истица, является необоснованным утверждение о ее отсутствии на рабочем месте без уважительных причин.

После завершения учебы на курсах промежуточной аттестации с 07 ноября 2016 и в последующие дни она являлась на работу в установленное время, а с 14 ноября 2016г. она была нетрудоспособна, что подтверждается листком нетрудоспособности.

В период ее нетрудоспособности 16 ноября 2016 года делопроизводитель Школы ФИО4 по телефону сообщила ей, что она уволена с работы, предложила явиться для получения документов, на что она ответила, что она болеет, поэтому не может явиться в школу. Тогда ей сказала, что документы будут высланы по почте.

После этого, несмотря на ее неоднократные просьбы, она не была ознакомлена с документами, послужившими основанием для увольнения.

После увольнения ей было заявлено, что она обязана была сообщить руководителю о том, что она проходит курсы промежуточной аттестации. В эти дни, указывает истица, директор школы, которая является ее непосредственным руководителем, сама отсутствовала на работе, была нетрудоспособна. О том, кто будет замещать директора на период ее отсутствия, заявлено не было.

Далее истица указывает, что для выяснения причины отсутствия ее на рабочем месте руководитель обязан был затребовать у нее объяснения и только после этого принять решение о наложении дисциплинарного взыскание.

Согласно ст. 193 ТК РФ работнику для дачи письменного объяснения должно быть отведено не менее 2-х рабочих дней. Если объяснение работником не будет предоставлено, то составляется соответствующий акт. Письменное объяснение от работника либо акт об отказе дачи данного объяснения должен быть одним из оснований для издания приказа об увольнении работника. В ее случае данный акт не мог быть составлен ранее 2 ноября 2016г., т.е. ранее истечения 2-х рабочих дней с указанной даты, в которой ей предъявляется совершение прогула.

Таким образом, утверждает истица, приказ об ее увольнении, который мог быть издан только по истечении срока получения письменных объяснений, на которые ей отводится 2 рабочих дня, не мог быть издан ранее 2 ноября 2016 года. Оспариваемый приказ о ее увольнении издан 01 ноября 2016 года, поэтому не может считаться законным.

Директор школы обязан был ознакомить ее с документами, явившимися основаниями для увольнения. Однако, ни с какими документами ее не ознакомили, несмотря на ее неоднократные просьбы выдать ей копии этих документов.

10 октября 1995 года она была награждена значком «Отличник народного образования ДАССР», 03 июня 2009 года за заслуги в области образования ей было присвоено звание «Почетный работник общего образования Российской Федерации». Кроме того, приказом начальника Управления образования г. Дербента № 37-у от 11 марта 2016г. она была награждена Почетной грамотой за высокий профессионализм, мастерство педагога и наставника, уважительное отношение к коллегам, учащимся.

Приведенные обстоятельства, утверждает истица, свидетельствует о необъективном отношении директора школы к ней, поэтому приказ об увольнении в связи с прогулом вынесен незаконно и подлежит отмене.

На основании изложенного ФИО1 просила признать приказ директора МКОУ «СОШ № 21» г. Дербента об увольнении ее с работы незаконным и восстановить ее на работе в должности заместителя директора школы по учебной работе.

1 октября 2018 года ФИО1 увеличила исковые требования, просила отменить приказ об ее увольнении, взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с момента увольнения до восстановления на работе и компенсацию морального вреда в размере 200 тыс. руб.

В судебном заседании ФИО1 и ее представитель адвокат Омарова Э. О. поддержали требования иска по изложенным в нем основаниям.

Представители ответчика ФИО2 и ФИО3 иск не признали, пояснили и в письменных возражениях указали, что ФИО1 в оправдание совершенного ею прогула ссылается на справку-вызов от 18.10.2016 г. № 1408, подтверждающую прохождение ею промежуточной аттестации в период времени с 24.10.2016г. по 07.11.2016 г.

В соответствии со ст. 196 Трудового кодекса Российской Федерации работникам, проходящим подготовку, работодатель должен создавать необходимые условия для совмещения работы с получением образования, предоставлять гарантии, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Но для предоставления соответствующих гарантий работник должен известить в установленном порядке о намерении прохождения такого обучения и периода отсутствия на работе.

Однако, ФИО5 в надлежащей форме не известила работодателя о прохождении в определенные сроки промежуточной аттестации.

Невыполнение данной обязанности ФИО1 по извещению работодателя должно быть расценено как бездействие работника, противоречащее трудовому законодательству, которое порождает для нее неблагоприятные последствия.

ФИО1, утверждая, что началом рабочим временем следует считать период с 13:00 до 17:00, а не с 9:00 до 12:00, так как она работала на 0,5 ставки, не учитывает, что приказом № 164-А от 28 октября 2016 г. МБОУ СОШ № 21 г. Дербент педагогическому коллективу на каникулярное время установлен рабочий день с 09:00 до 12:00.

Указанный приказ не противоречит нормам трудового законодательства, так как согласно п.4.1.Приказа Минобрнауки России от 11.05.2016 № 536 «Об утверждении особенностей режима рабочего времени и времени отдыха педагогических и иных работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность» периоды каникулярного времени, установленные для обучающихся организации и не совпадающие для педагогических работников и иных работников с установленными им соответственно ежегодными основными удлиненными и ежегодными дополнительными оплачиваемыми отпусками, ежегодными основными и ежегодными дополнительными оплачиваемыми отпусками (далее соответственно - каникулярное время и отпуск), являются для них рабочим временем с оплатой труда в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 4.2 указанного Приказа каникулярное время, не совпадающее с отпуском педагогических работников, уточняется режим их рабочего времени. Педагогические работники в каникулярное время выполняют педагогическую (в том числе методическую и организационную) работу, связанную с реализацией образовательной программы, в пределах нормируемой части их педагогической работы (установленного объема учебной (тренировочной) нагрузки (педагогической работы), определенной им до начала каникулярного времени, а также времени, необходимого для выполнения работ, предусмотренных пунктом 2.3 настоящих Особенностей (при условии, что выполнение таких работ планируется в каникулярное время).

Согласно п.4.6. Приказа режим рабочего времени всех работников в каникулярное время регулируется локальными нормативными актами организации, каким является вышеуказанный приказ № 164-А от 28 октября 2016г.

Таким образом, утверждает представитель ответчика, доводы истицы не нашли своего подтверждения о возможности не являться на работу в указное работодателем время.

Необоснованным считает представитель ответчика довод истицы и о том, что перед увольнением у нее не было затребовано объяснение о причинах отсутствия на работе.

ФИО1 не явилась на работу 31 октября 2016 г. В связи с неявкой истицы на работу в указанный день ФИО9 была составлена докладная записка на имя директора. В тот же день был составлен Акт об отсутствии истицы на рабочем месте.

У истицы было затребовано объяснение о невыходе на работу, но мотивированного объяснения от нее не последовало, документов, подтверждающих обоснованность отсутствия на работе, представлено не было, в связи с чем 2 ноября 2016г. был составлен акт о непредставлении работником письменного объяснения по факту дисциплинарного проступка.

Истице еще раз было предложено дать объяснение о причинах отсутствия ее на рабочем месте и ознакомиться с актами, о чем 07.11.2016г. был составлен Акт № 14а об отказе от дачи объяснений. Аналогичный акт был составлен еще и 10.11.2016г., однако, истица снова отказалась давать объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте 31.10.2016г.

Таким образом, утверждает представитель ответчика, при вынесении приказа об увольнении истицы были соблюдены все требования трудового законодательства. Кроме того, ФИО1 пропущен предусмотренный ч 1 ст. 392 ТК РФ месячный срок для обращения в суд с заявлением о восстановлении на работе.

С исковым заявлением ФИО1 в суд обратилась 21(22) декабря 2016г., а от получения копии приказа об увольнении отказалась 11.11.2016г., то есть с пропуском месячного срока.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

На последнее судебное заседание представители ответчика не явились, при этом направили заявление о том, что они оба заболели, явиться не могут, просили отложить разбирательство дела. К заявлению приложен отрывной талон карты вызова 30.10.2018 г. к ФИО3 врача скорой помощи, который после обследования обнаружил у нее повышенное артериальное давление (140/80). Также представлена справка Чинарского врачебного участка Дербентского района от 30.11.2018 г., согласно которой ФИО2 с 30.11.2018 г. находится на амбулаторном лечении с диагнозом ОРВЗ.

Суд полагает, что представленные суду карта вызова врача скорой помощи и справка врачебного участка не свидетельствуют об уважительности причин неявки представителей ответчика в судебное заседание. Сведений о том, что имевшееся у представителей ответчика заболевания делают невозможным их явку в судебное заседание, суду не представлено. Сами по себе данные медицинские документы не являются основанием даже для освобождения от выполнения трудовых обязанностей, тем более от явки в судебное заседание.

Суд полагает, что такое поведение представителей ответчика свидетельствует об отсутствии интереса к защите прав ответчика, является добровольно избранной тактикой осуществления процессуальных прав, направленной на затягивание разбирательства дела.

Между тем, данное гражданское дело находится на рассмотрении судов с декабря 2016 года, а на рассмотрении Дербентского районного суда с 7 сентября 2018 г., соответственно, ответчик имел реальную возможность за указанный период рассмотрения дела представить суду все доказательства, либо заявить о наличии таких доказательств, и просить суд об истребовании тех доказательств, представление которых для ответчика затруднительно, более того в предпоследнем судебном заседании, которое состоялось 29 октября 2018 года стороны заявили возможным завершить рассмотрение дела по существу законченным и перейти к судебным прениям.

Согласно ч. 3 ст. 17 Конституции РФ осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

При таких обстоятельствах и равенстве сторон в процессе, очередное не основанное на законе отложение судебного разбирательства привело бы к нарушению прав другого участника процесса – ФИО1, в связи с чем суд не признал причины неявки представителей ответчиков уважительными, и в силу ч. 3 ст. 167 ГПК РФ продолжил разбирательство дела в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения истицы, прокурора, суд находит иск подлежащим удовлетворению частично.

В соответствии с подпунктом «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях совершения работником прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Судом установлено, что ФИО1 работала в МКОУ «Средняя общеобразовательная школа № 21» г. Дербента в должности заместителя директора по учебной работе.

Приказом директора школы №170 от 11 ноября 2016 г. ФИО1 уволена с работы с 1 ноября 2016 года на основании п. 6 ч.1 ст.81 Трудового кодекса РФ «в связи с прогулом».

С 31 октября по 9 ноября 2016 в Школе было объявлено каникулярное время.

Приказом директора МБОУ СОШ № 21 г. Дербент № 164-А от 28 октября 2016 г. педагогическому коллективу на каникулярное время был установлен рабочий день с 09:00 до 12:00 час.

Об изменении режима рабочего дня в каникулярное время в школе было вывешено и объявление.

С 24 октября по 7 ноября 2016 года ФИО1 находилась на курсах обучения по профессиональной переподготовке «Государственное и муниципальное управление», организованных в г. Дербенте Ставропольским филиалом ФГБОУ ВО «Московский педагогический университет», что подтверждается письменным ответом директора указанного Ставропольского филиала от 8 октября 2018 г., справкой- вызовом указанного образовательного учреждения от 18 октября 2016 года, а также показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей (директоров школ) ФИО10 и ФИО11, которые с ФИО1 обучались на указанных курсах.

ФИО1 в судебном заседании подтвердила, что изменение режима рабочего дня в школе в каникулярное время было обычным явлением, и в предыдущие годы режим дня также все время менялся, это предусмотрено соответствующими нормативными актами по образованию. Она знала, что режим рабочего дня был изменен в каникулярное время с 31 октября по 9 ноября 2016 г. и установлен с 9 до 12 часов, и что она в это время должна была находиться на работе в школе, если она не обучалась на указанных курсах.

Суд полагает, что данные объяснения ФИО1 в соответствии со ст. 68 ГПК РФ являются подтверждением того обстоятельства, что она была извещена и знала, что рабочий день для нее, как и для остальных педагогических работников школы, в каникулярное время, в том числе 31 октября 2016 года, был установлен с 9 до 12 час., и что она в указанное время должна была находиться на работе в школе.

В соответствии со ст. 196 Трудового кодекса Российской Федерации работникам, проходящим подготовку, работодатель должен создавать необходимые условия для совмещения работы с получением образования, предоставлять гарантии, установленные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Вместе с тем, как правильно указал представитель ответчика в возражениях на исковое заявление, работник должен реализовать свое право (или обязанность) по профессиональной переподготовке в порядке, установленном законом или локальными нормативными правовыми актами.

Между тем, ФИО5, достоверно зная, что 31 октября 2016 года она должна находиться в школе на работе с 9 до 12 часов (весь рабочий день), на работу не явилась, при этом не известила директора школы о посещении ею курсов по профессиональной переподготовке ни перед началом, ни во время и ни по окончании курсов, что подтверждается ее объяснениями в судебном заседании о том, что она директора школы ФИО3 о прохождении курсов не известила, так как ФИО3 в тот период времени находилась «на больничном», а после прохождения курсов также не известила из-за того, что она с ФИО3 находилась в неприязненных отношениях, кроме того, та заблокировала номер ее мобильного телефона.

ФИО1, не отрицая факт ее отсутствия в школе на работе 31 октября 2016 года (весь рабочий день), считает, что нахождение на курсах по профессиональной переподготовке является уважительной причине.

Между тем, судом установлено, что курсы по профессиональной переподготовке, которые посещала ФИО1, являлись коммерческим проектом, обучение на них не реализовано за счет работодателя по правилам ст. ст. 196 и 197 Трудового кодекса РФ, она обучалась на курсах за свой счет.

Главами 26 и 31 Трудового кодекса РФ не предусмотрено предоставление гарантий и компенсаций работникам, обучающимся самостоятельно с отрывом от производства на курсах повышения квалификации, на которые работник в установленном порядке не был направлен работодателем.

В соответствии со ст. 128 ТК РФ по семейным обстоятельствам и другим уважительным причинам работнику по его письменному заявлению может быть предоставлен отпуск без сохранения заработной платы, продолжительность которого определяется по соглашению между работником и работодателем.

ФИО1 с заявлением о предоставлении ей учебного отпуска к работодателю не обращалась, доказательства того, что перед началом курсов она директору школы представляла справку-вызов, не представила. Из ее объяснений следует, что такую справку она представила делопроизводителю школы после окончания курсов – 7 ноября 2016 г.

В соответствии с пп. «д» п. 39 Постановления Пленума ВС РФ N 2 от 17 марта 2004 года "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 части первой статьи 81 ТК РФ за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за самовольное использование дней отгулов, а также за самовольный уход в отпуск (основной, дополнительный).

В силу изложенного, оценивая причины отсутствия ФИО1 на работе по аналогии данного разъяснения Постановления Пленума ВС РФ, суд не может признать уважительной причину самовольное оставлению работы и посещение ею курсов по профессиональной подготовке без ведома директора школы, в отсутствии соответствующего приказа о направлении ее на курсы, не оговорив с директором школы сроки обучения и другие условия.

Вместе с тем, при увольнении ФИО1 с работы ответчиком был нарушен установленный законом порядок.

Так, в соответствии со ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Как видно из материалов гражданского дела, 31 октября 2016 года на имя ФИО1 было составлено уведомление, в котором ей было предложено в течение двух рабочих дней после получения уведомления представить объяснения по поводу отсутствия ее на работе 31 октября 2016 г. с указанием причин отсутствия. Данное уведомление зарегистрировано в книге регистрации корреспонденции школы 2 ноября 2016 года и подписано директором школы ФИО3 (л. д. 44).

После этого, в тот же день, то есть 2 ноября 2016 года, был составлен акт о том, что вручить ФИО1 данное уведомление (акт) о предоставлении письменных объяснений не представилось возможным, поскольку она «отсутствует на рабочем месте в течение всего рабочего дня». Данный акт подписан тремя работниками школы (л. д. 44).

Вместе с тем, в тот же день (2 ноября 2016 г.) директором школы ФИО3 составлен акт о не предоставлении ФИО1 письменных объяснений, указав в нем, что 2 ноября 2016 года ФИО1 в соответствии со ст. 193 ТК РФ было предложено представить до 2 ноября 2018 года письменное объяснение по поводу совершения ею 31 октября 2016 года «отсутствие на рабочем месте… В установленный срок ФИО1 объяснения не представила, мотивируя свой отказ нежеланием писать объяснительную записку» (Т. 1, л. д. 43).

Анализ данных актов указывает на то, что ФИО1 уведомление о предоставлении объяснений вручено не было и, не вручив такое уведомление, был составлен акт об отказе ее от дачи объяснений, причем в ее отсутствии и до истечения установленного законом двух рабочих дней для дачи объяснений, в связи с чем суд признает акт от 2 ноября 2016 года об отказе от дачи объяснений фиктивным.

В подтверждение соблюдения установленного законом порядка увольнения ответчиком представлен еще один акт № 14 «а», который составлен 7 ноября 2016 года, где указано, что 7 ноября 2016 года ФИО1 вызвана к делопроизводителю ФИО6 и в присутствии преподавателя ФИО7 и секретаря ФИО8 предложено ознакомиться с актами и представить в течение двух дней объяснительную по факту отсутствия на работе. Далее указано, что ФИО1 на отрез отказалась ознакомиться с актами и писать объяснительную. Свой отказ мотивировала нежеланием объяснить или прокомментировать что-либо» (Т. 1 л. д. 45).

Суд полагает, что делопроизводитель школы не является лицом, имеющим право затребовать от заместителя директора школы объяснений. По смыслу закона объяснения может затребовать сам работодатель или другое лицо по его поручению. Доказательств того, что делопроизводитель был наделен такими полномочиями, суду не представлено.

Кроме того, ответчик в нарушение требований ст. 193 Трудового кодекса, где указано, что соответствующий акт составляется, если по истечении двух рабочих дней работником не будет предоставлено объяснение, лишил ФИО1 такой возможности, не предоставил ей двух рабочих дней для дачи объяснений, составив акт об отказе от объяснений до истечения указанного срока.

В материалах дела имеется еще один акт № 16 от 10 ноября 2016 года, из которого следует, что ФИО1 еще раз была вызвана в школу к делопроизводителю для дачи объяснений 10 ноября 2016 года, но она категорически отказалась представить объяснительную по факту отсутствия на работе (Т. 1 л. д. 46).

Из данного акта следует, что работодатель, затребовав у работника объяснение «по факту отсутствия на работе», на следующий же день (11 ноября 2016 г.) издал приказ об увольнении истицы с 1 ноября 2016 г., лишив тем самым ее права на представление объяснений в течение 2-х дней.

Доказательств о направлении в адрес ФИО1 уведомлений о предоставлении объяснений до составления актов об отказе от дачи объяснений и составление этих актов, соответственно, после направления уведомлений, суду не представлено.

Делопроизводитель ФИО6, к которой приглашалась ФИО1 для дачи объяснений, показала, что при составлении представленных суду актов она ФИО1 не видела, возможно, ее увидел преподаватель ФИО7, который готовил эти акты. Ей приносили готовые акты, и она их подписывала.

Кроме того, работник, от которого работодатель требует объяснений, должен знать, в чем выражается вменяемое ему работодателем нарушение требования трудовой дисциплины, по факту совершения которого ей предлагается представить объяснения. Между тем, в актах от 7 и 10 ноября 2016 года об отказе от предоставления объяснений отсутствуют сведения, по факту какого допущенного истицей нарушения трудовой дисциплины ответчик требует объяснений у ФИО1 Что касается акта от 2 ноября 2016 г., то он является фиктивным.

Из объяснений ФИО1 следует, что о существовании представленных ответчиком актов она узнала лишь в ходе судебного разбирательства. Никто ей не предлагал давать объяснения и ознакомиться с представленными в суд актами. Она неоднократно обращалась к директору школы с просьбой выдать ей документы, послужившие основанием к ее увольнению, об этом она заявляла ходатайство и суду при подаче иска в суд. С таким запросом к директору школы обращался и ее адвокат с соответствующим запросом, который имеется в материалах дела.

Доказательств о предоставлении ФИО1 или ее адвокату документов, послуживших основанием к увольнению истицы, в том числе актов об отказе от дачи объяснений, не представлено.

При изложенных обстоятельствах суд не может признать представленные суду акты об отказе истицы от дачи объяснений, допустимыми доказательствами, подтверждающими соблюдение ответчиком установленного законом порядка увольнения истицы с работы, как не соответствующие принципам достоверности и допустимости доказательств в гражданском процессе.

По смыслу действующего трудового законодательства о применении дисциплинарного взыскания издается приказ (распоряжение), в котором должны быть указаны мотивы его применения, т.е. указан конкретный дисциплинарный проступок, за совершение которого работник подвергается дисциплинарному взысканию. Именно приказ (распоряжение) работодателя подлежит проверке и юридической оценке судом при реализации работником своего права на обжалование дисциплинарного взыскания.

В то же время, приказ об увольнении ФИО1 не содержит указания на конкретный дисциплинарный проступок, явившийся основанием для увольнения по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 ТК РФ, в нем не указана дата прогула, что не позволяет установить, за какой дисциплинарный проступок была уволена истица, был ли проступок (прогул) действительно совершен истицей, в какие дни, при каких обстоятельствах и не было ли обусловлено отсутствие работника на работе уважительными причинами.

По утверждению ответчика, ФИО1 отсутствовала на работе вплоть до 7 ноября 2016 г., однако, из приказа об увольнении не усматривается, за совершенный какого числа прогул она уволена, учитывая, что день 31 октября 2016 года ФИО1 оплачен, и в последующем заработная плата за указанный день работодателем у нее не истребована.

В соответствии со ст. 84.1 Трудового кодекса РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним, в соответствии с настоящим Кодексом или иным федеральным законом, сохранялось место работы (должность).

Учитывая, что ФИО1 продолжала работать в Школе по 14 ноября 2016 года, ответчик, не имел право уволить ее работы с 1 ноября 2016 года.

Заявление ответчика о пропуске ФИО1 предусмотренного законом месячного срока обращения в суд с требованием о восстановлении на работе не может быть удовлетворено.

В соответствии со ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.

В подтверждение факта пропуска истицей месячного срока обращения ответчиком представлен суду акт № 17 «а» от 11 ноября 2016 г., где указано, что «ФИО1, находясь на работе, вызвано «в делопроизводство» для вручения трудовой книжки… Но категорически отказывается забрать трудовую книжку..». Данный акт подписан, в том числе и делопроизводителем ФИО6 М (Т. 1, л. д. 49).

Со ссылкой на данный акт ответчик полагает, что срок обращения истицы в суд за разрешением трудового спора следует исчислять с 11 ноября 2016 года.

Между тем, ФИО1 последовательно поясняла, что 11 ноября 2016 года она на работу не выходила, весь день находилась на похоронах брата ее мужа ФИО13, умершего 11 ноября 2016 г., поэтому при составлении акта от 11 ноября 2016 года она никак не могла присутствовать, о существовании данного акта ей стало известно лишь в ходе судебного разбирательства.

Факт присутствия ФИО1 11 ноября 2016 года на похоронах подтвердили свидетели ФИО14 и ФИО15, которые показали, что с самого утра до позднего вечера ФИО1 находилась на похоронах ФИО13, помогала родственникам готовить и убирать. В подтверждение смерти ФИО13 11 ноября 2016 года представлена и фотография его памятника.

Как следует из иска ФИО1 и ее объяснений в судебном заседании, она ни с какими документами не была ознакомлена, несмотря на ее неоднократные просьбы выдать ей копии этих документов, в связи с чем ею представляется ходатайство об истребовании документов, послуживших основанием для принятия приказа о ее увольнении (т.1 л.д.10).

К иску ФИО1 приложены ходатайства об истребовании у ответчика документов, послуживших основанием к ее увольнению (т.1 л.д.20, 21).

После оставления иска определением суда от 22 декабря 2016 года без движения (т.1 л.д.7) ФИО1 суду даны разъяснения, что копии приказа об увольнении и документы, послужившие основанием к его вынесению, ей не выданы, несмотря на ее просьбы, а также поданный соответствующий адвокатский запрос (т.1 л.д.6).

К данным разъяснениям (заявлению) приложен адвокатский запрос от 7 декабря 2016 года № 10-2016 директору МБОУ СОШ № 21 г. Дербента ФИО3 от адвоката Гасанбекова А.Г., которым в целях оказания правовой помощи по вопросам защиты трудовых прав ФИО1 выражена просьба выдать копии приказа об увольнении ФИО1 и документов, послуживших основанием для вынесения данного приказа. Данный запрос имеет отметку о принятии его адресатом 7 декабря 2016 года в 16 часов 10 минут (т.1 л.д.22).

Ответчиком в соответствии со ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, что ФИО1 была ознакомлена или были выданы ей или ее адвокату документы, послужившие основанием к ее увольнению.

Судом установлено, что ФИО1 являлась на работу по 14 ноября 2016 г., в этот день она проводила учебные занятия в классе 5 «в». Данное обстоятельство достоверно подтверждено классным журналом указанного класса, исследованным в судебном заседании. Факт продолжения работы и допуск ее к работе после 11 ноября 2016 года, также подтверждает, что ФИО1 не было известно о своем увольнении в указанный день и опровергает доводы стороны ответчика о том, что 11 ноября 2016 г. ФИО1 отказалась от получения трудовой книжки, в которой имеется запись об ее увольнении.

Более того, свидетель ФИО4 (делопроизводитель), подписавшая данный акт, как было указано выше, показала, что при подписании актов она ФИО1 не видела, ей приносили акты, она их подписывала.

Относительно факта работы истицы 14 ноября 2016 г. представители ответчики пояснили, что ФИО1 14 ноября 2016 г. не должна была проводить урок, поскольку она была уволена, в связи с чем один час ее урока был передан по приказу ФИО17, и что ФИО1 в тот день фактически занятия не проводила, самовольно взяла классный журнал и произвела в нем запись о проведении урока.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО17 показала, что 1 ноября 2016 года заместитель директора школы ФИО18 ознакомила ее с приказом о передаче ей 1 часа урока (электива) в 5 «в» классе, который ранее проводила ФИО1 Когда 14 ноября 2016 года она зашла в 5 «в» класс для проведения урока, то увидела в журнале запись о проведенном ФИО1 уроке, о чем она доложила руководству школы.

Суд оценивает данные показания свидетеля критически, являются ложными. Приказ о передаче ФИО17 1 часа урока был издан 18 ноября 2016 г., поэтому ФИО18 никак не могла ознакомить ее с приказом 1 ноября 2016 г. Кроме того, согласно приказу от 18 ноября 2016 г. 1 час урока был передан ФИО17 в 7 «в» классе, а не 5 «в» классе.

Из положений частей 4, 6 статьи 84.1 Трудового кодекса РФ следует, что в случае, когда выдать трудовую книжку работнику невозможно в связи отказом от ее получения, работодатель обязан направить работнику уведомление о необходимости явиться за трудовой книжкой либо дать согласие на отправление ее по почте.

Однако, каких-либо доказательств, с достоверностью указывающих на исполнение указанного положения закона о своевременном направлении уведомления о необходимости явиться за трудовой книжкой, или дачи согласия на отправление трудовой книжки по почте в связи с отказом ФИО1 от получения трудовой книжки, не представлено.

В силу изложенного, суд критически оценивает представленный ответчиком акт от 11 ноября 2016 года об отказе ФИО1 от получения трудовой книжки и не признает его достоверным и допустимым доказательством.

Согласно почтовому штемпелю конверта выписка из приказа об увольнении была направлена ФИО1 19 ноября, получена ею 21 ноября 2016 года, с иском она обратилась в суд 21 декабря 2016 года, то есть в установленный законом месячный срок (Т. 1, л. д. 231).

Согласно ст. 394 Трудового кодекса РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Поскольку день увольнения (1 ноября 2016 г.) в соответствии со ст. 84.1 ТК РФ признается последним рабочим днем, также учитывая, что дни после 31 октября 2016 года приказом директора прогулами не признаны, истица продолжала работать по 14 ноября 2016 года, она подлежит восстановлению на работе с 2 ноября 2016 года.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Согласно частям 1, 3 ст. 139 Трудового кодекса РФ для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящимКодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В соответствии с пунктом Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ "Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы", расчет среднего заработка работника, независимо от режима его работы, производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.

В расчетный период входит время с ноября 2015 года по октябрь 2016 года. Согласно справке МКОУ «Центральная бухгалтерия» при администрации городского округа «город Дербент» за указанный период при 6-ти дневной рабочей неделе ответчику начислена заработная плата на общую сумму 558532 руб., количество рабочих дней согласно представленной справке указанной бухгалтерии, с которой согласились и стороны по делу, составило 304. Среднедневной заработок истицы составил 1837,28 руб. (558532 : 304).

Время вынужденного прогула за период с 2 ноября 2016 года по 30 октября 2018 года (по день принятия судом решения) составило 630 рабочих дней.

За время вынужденного прогула с ответчика подлежит взысканию 1 157 486, 40 руб. (630х 1837,28).

Согласно п. 4 ст. 226 Налогового кодекса РФ налоговые агенты обязаны удержать начисленную сумму налога на доходы физических лиц непосредственно из доходов налогоплательщика при их фактической выплате.

Удержание у налогоплательщика начисленной суммы налога производится налоговым агентом за счет любых денежных средств, выплачиваемых налоговым агентом налогоплательщику, при фактической выплате указанных денежных средств налогоплательщику либо по его поручению третьим лицам.

В силу изложенного, указанная сумма при ее выплате подлежит налогообложению.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Установление нарушения трудовых прав работника является безусловным основанием для взыскания в его пользу с работодателя компенсации морального вреда.

С учетом обстоятельств дела, степени вины ответчика, характера и объема причиненных истице нравственных страданий, суд взыскивает в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ директора Муниципального казенного образовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа №21» г. Дербента Республики Дагестан от 11.11.2016 г. № 170 об увольнении ФИО1 с работы и восстановить ее с 2 ноября 2016 года на работу в должности заместителя директора по учебной работе МКОУ «Средняя общеобразовательная школа №21» г. Дербента.

Взыскать с Муниципального казенного образовательного учреждения «Средняя общеобразовательная школа № 21» г. Дербента Республики Дагестан в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула в размере 1 157 486, 40 руб. (один миллион сто пятьдесят семь тысяч четыреста восемьдесят шесть) руб. 40 коп., которая при выплате подлежит налогообложению (НДФЛ), и компенсацию морального вреда в размере 10000 (десяти тысяч) руб.

Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе подлежит немедленному исполнению.

В удовлетворении иска ФИО1 в остальной части отказать.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Дагестан через Дербентский районный в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Магомедов А. Т.

Мотивированное решение принято 2 ноября 2018 г.