Апелляционное постановление № 22-407/2020 от 23 января 2020 г. по делу № 1-709/2019

Судья Гулин А.А.

дело № 22-407/2020


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 24 января 2020 г.

Пермский краевой суд в составе председательствующего Отинова Д.В., при секретаре судебного заседания Чирковой Е.А. рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвокатов: Голышевой Е.Р. в защиту интересов обвиняемого Е.; Смирнова А.А. в защиту обвиняемого Л.; Кашина И.Б. в защиту обвиняемого Ш.; Турунцевой Н.Г. в защиту обвиняемой С.; Мухачева М.В. в защиту обвиняемого З.; Алферовой Л.В. в защиту обвиняемого Б. на постановление Свердловского районного суда г. Перми от 22 ноября 2019 г., которым в отношении:

Е., дата года рождения, уроженца ****, несудимого;

Л., дата года рождения, уроженца ****, несудимого;

Ш., дата года рождения, уроженца ****, несудимого;

А., дата года рождения, уроженца ****, несудимого, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 272 УК РФ, а также в отношении:

С., родившейся дата в ****, несудимой;

З., дата года рождения, уроженца ****, несудимого;

Б., дата года рождения, уроженца ****, несудимого, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 272 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ,

отказано в удовлетворении ходатайства следователя по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Пермскому краю о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Изложив краткое содержание судебного решения, существо апелляционных жалоб, выслушав выступления адвокатов Голышевой Е.Р., Смирнова А.А., Кашина И.Б., Семериковой И.С., Ковтуненко П.О., Алферовой Л.В., обвиняемых Е., Л., Ш., А., С., З., Б., поддержавших доводы жалоб, возражения прокурора Токаревой Э.Ю., полагавшей необходимым судебное постановление оставить без изменения, а жалобы защитников – без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

Е., Л., Ш., А., С., З. и Б. обвиняются в неправомерном доступе к охраняемой законом компьютерной информации, повлекшем модификацию и копирование компьютерной информации, совершенном из корыстной заинтересованности, организованной группой, лицом с использованием своего служебного положения.

Кроме этого С., З. и Б. обвиняются в превышении должностных полномочий, то есть совершении должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства.

Следователь по особо важным делам второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК Российской Федерации по Пермскому краю К. с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с ходатайством о прекращении уголовного дела в отношении всех обвиняемых и назначении им меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, по результатам рассмотрения которого судом вынесено указанное выше решение.

В апелляционных жалобах защитники Голышева Е.Р., Смирнов А.А., Кашин И.Б., Турунцева Н.Г., Мухачев М.В. и Алферова Л.В. ставят вопрос об отмене постановления суда, с последующим удовлетворением ходатайства следователя и прекращением уголовного дела с назначением в отношении их подзащитных меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Отмечают, что материалы уголовного дела содержат все необходимые условия для прекращения уголовного дела и уголовного преследования в отношении обвиняемых на основании ст. 25.1 УПК РФ. Доход в сумме не менее 17 миллионов рублей не является ущербом или причиненным вредом в том смысле, который изложен в ст. 25.1 УПК РФ, преступное посягательство было направлено на нематериальное благо, кроме этого круг конкретных потерпевших не установлен, поэтому вывод суда о несоразмерности добровольных пожертвований с суммой извлеченного дохода, не основан на законе.

Также защитник Голышева Е.Р. указывает, что прокурором не представлены доказательства, что бюджетам разных уровней, казне или иным лицам причинен ущерб, имеющий оценку, или нанесен вред, подлежащий компенсации. Кроме внесения благотворительного взноса, ее подзащитный Е. выдал сотрудникам правоохранительного органа все копии незаконно скопированной информации. Также защитник просит учесть, что Е. и другие лица пошли на совершение преступного деяния с целью изобличения и пресечения преступлений в сфере коммерческой деятельности, что в некоторой степени послужило укреплению законности. Также Е. создает новые программные продукты, которые используют в своей деятельности правоохранительные органы.

Защитник Смирнов А.А. отметил, что Л. передал в благотворительную организацию компьютер, таким образом, оказав посильную помощь лицам, нуждающимся в ней.

Защитник Кашин И.Б. указывает, что суд не применил индивидуальный подход к каждому из обвиняемых, не изучил и не раскрыл данные о личности Ш., его отношении к совершенному преступлению и роли в его совершении. Считает, что добровольное пожертвование Ш. в размере 10 000 рублей разумно соотносится с его ежемесячным доходом. Обращает внимание, что степень общественной опасности преступного деяния не была высокой, поскольку соответствующая программа была предназначена не для широкого круга лиц, а для сотрудников служб безопасности коммерческих предприятий.

Защитник Турунцева Н.Г. отмечает, что судом первой инстанции не учтено, что компьютерная программа, которая была разработана и составлена обвиняемыми была уничтожена. Использование персональных данных С. не инкриминировано, в связи с чем защитник считает неправомерным указание суда на то, что обвиняемой не предприняты меры по заглаживанию вреда в результате совершения указанных действий. Внесение С. пожертвования в размере 15 000 рублей на счет благотворительного фонда защита считает мерой направленной на заглаживание причиненного преступлением вреда. Требований материального характера к ее подзащитной материалы дела не содержат.

Защитник Мухачев М.В. дополнительно обращает внимание на то, что в судебном решении не содержится оснований, по которым суд пришел к выводу о недостаточности предпринятых З. действий по возмещению вреда, причиненного преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 286 УК РФ.

Защитник Алферова Л.В. отметила, что из судебного акта непонятно, каким образом необходимо выполнить требование о заглаживании ущерба в рассматриваемом деле. Суд также не убедился в том, что предъявленное Б. обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, правильно определен размер ущерба, имеются ли достаточные сведения позволяющие принять итоговое процессуальное решение. Суд принял решение в отношении всех обвиняемых как группы лиц, что противоречит принципам индивидуализации уголовной ответственности. Вместе с тем Б. вину признал, раскаялся, с целью заглаживания вреда внес благотворительное пожертвование, принес извинения государству в лице структурного подразделения МВД РФ. Также автор жалобы обращает внимание на то, что зафиксированное в ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ право суда на применение ст. 76.2 УК РФ к конкретному лицу, действия которого соответствуют всем требованиям закона, фактически равно обязанности суда применить данную норму закона.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ, в случаях, предусмотренных ст. 76.2 УК РФ, суд по результатам рассмотрения ходатайства, поданного следователем с согласия руководителя следственного органа вправе прекратить уголовное дело или уголовное преследование в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если это лицо возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред, и назначить данному лицу меру уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ, постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Обжалуемое постановление суда в полной мере отвечает указанным требованиям закона.

Как правильно установлено судом первой инстанции и сторонами не оспаривается, следователь с согласия руководителя следственного органа обратился в суд с надлежащим образом оформленным ходатайством о прекращении уголовного дела в отношении обвиняемых, которые не судимы, впервые совершили преступления средней тяжести, и в связи с согласием с обвинениями не возражали на прекращение уголовного дела по данному нереабилитирующему основанию.

По смыслу ст. 76.2 УК РФ, ст. 25.1 и ч. 5 ст. 446.2 УПК РФ, решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о прекращении уголовного дела или уголовного преследования и назначении лицу судебного штрафа может быть принято судом только в предусмотренных законом случаях, в частности, если отсутствуют установленные законом условия освобождения лица от уголовной ответственности.

Судом первой инстанции правильно установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства заглаживания обвиняемыми причиненного преступлениями вреда, применительно к требованиям, предусмотренным ст. 25.1 УПК РФ, ст. 76.2 УК РФ.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд в каждом конкретном случае должен решить, принимались ли лицом совершившим преступление, действия по возмещению ущерба или иному заглаживанию причиненного преступлением вреда, достаточны ли они для того, чтобы расценивать уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности. Суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения преступления, конкретных действий, предпринятых лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменения степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Свое решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя суд первой инстанции в полной мере мотивировал, указав, что преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 272 УК РФ, посягает на общественные отношения, обеспечивающие защиту и неприкосновенность информации от неправомерного доступа, уничтожения, модифицирования, блокирования, копирования, предоставления, распространения, а также от иных неправомерных действий в отношении такой информации, соблюдение конфиденциальности информации ограниченного доступа, поэтому причиненный в результате преступления вред общественным отношениям несопоставим со значимостью действий, направленных обвиняемыми на заглаживание причиненного преступлением вреда в виде добровольных пожертвований в: Некоммерческий благотворительный фонд «Берегиня» (Е. – 15 000 рублей, Л. - компьютер, Ш. – 10 000 рублей); Некоммерческий благотворительный фонд помощи детям «Дедморозим» (А. – 2 500 рублей, С. - 10 000 рублей); Региональную общественную организацию содействия в решении социальных проблем семьи и человека Пермского края «Подари жизнь» (З. – 10 000 рублей); ГБУЗ ПК «Детская клиническая больница № 13 (Б. – 7 000 рублей).

Также по результатам рассмотрения ходатайства суд пришел к обоснованному выводу о том, что добровольные пожертвования С., Б. и З., как и принесение извинений Б., З. за совершенные ими противоправные действия, выраженные в письмах в структурные подразделения МВД России, не компенсируют вред причиненный преступлением (ч. 1 ст. 286 УК РФ) охраняемым законом интересов общества и государства, выразившихся в подрыве авторитета правоохранительных органов Российской Федерации.

Судом первой инстанции правильно установлено, что разовое и обусловленное исключительно уголовным преследованием участие обвиняемых в благотворительной деятельности, являющееся их личной инициативой, не свидетельствует о том, что снизилась общественная опасность совершенных ими преступлений (согласно предъявленным обвинениям).

С этими выводами соглашается суд апелляционной инстанции и не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку тем фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения.

Лица, чьи права были нарушены, размер дохода от преступной деятельности, как и иные обстоятельства, определенные в ст. 73 УПК РФ должны быть установлены в ходе предварительного расследования по уголовному делу.

Иные данные о личности обвиняемых, как то: наличие постоянного места жительства и дохода, положительные характеристики, не являются обстоятельствами, наличие которых обязательно для прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному ст. 76.2 УК РФ, ст. 25.1 УПК РФ.

Факты того, что соответствующая информация была уничтожена, что она использовалась службами безопасности коммерческих предприятий, как и другие доводы апелляционных жалоб на правильность выводов суда, законность, обоснованность и справедливость обжалуемого судебного решения не влияют. Поэтому суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены постановления суда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

постановление Свердловского районного суда города Перми от 22 ноября 2019 г., которым отказано в удовлетворении ходатайства следователя о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в отношении обвиняемых Е., Л., Ш., А., С., З., Б., оставить без изменения, апелляционные жалобы защитников Голышевой Е.Р., Смирнова А.А., Кашина И.Б., Турунцевой Н.Г., Мухачева М.В. и Алферовой Л.В. - без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий (подпись)