Апелляционное постановление № 22-917/2025 от 27 апреля 2025 г. по делу № 4/17-3/2025

Дело № Судья Становова А.А.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Тверь 28 апреля 2025 года

Тверской областной суд

в составе председательствующего судьи Кашириной С.А.

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Скутельник О.В.

с участием прокурора Тюфтиной Е.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на постановление Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области от 17.02.2025, которым

удовлетворено заявление ФИО1 о возмещении реабилитированному имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования.

Постановлено взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в счет возмещения имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, 280 000 (двести восемьдесят тысяч) рублей,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Вышневолоцкий межрайонный суд Тверской области с заявлением о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а именно расходов, связанных с услугами адвоката Коломенской Л.Б., осуществляющей ее защиту на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, в размере 280 000 рублей, мотивируя свое требование тем, что в отношении нее было вынесено постановление о прекращении уголовного преследования за отсутствием в деянии состава преступления и признанием за ней права на реабилитацию.

По результатам рассмотрения заявления ФИО1, суд принял приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе представитель Министерства финансов РФ, ссылаясь на нормы закона, регламентирующие порядок возмещения имущественного вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности, а также на правоприменительную практику по данному вопросу, полагает, что сумма возмещения имущественного вреда в размере 280 000 рублей значительно завышена и несоразмерна объему выполненной защитником работы и оказанной юридической помощи. Полагает, что суд первой инстанции не дал объективной оценки объему проделанной работы на вышеуказанную сумму и принял решение без учета принципов разумности и справедливости такого возмещения, с учетом соразмерности принятым усилиям в рамках оказания правовой помощи, а также без анализа проделанной адвокатом работы, с учетом действительной стоимости юридических услуг, в пределах, существовавших в регионе на момент их оказания, рыночных значений.

Просит постановление суда отменить с вынесением иного судебного решения с учетом изложенных доводов.

В возражениях заявитель ФИО1 указывает на несостоятельность изложенных в жалобе доводов, с учетом объема следственных и процессуальных действий на всех стадиях его рассмотрения. Просит постановление суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражения на нее, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст. 53 Конституции РФ к числу гарантированных Конституцией прав граждан относится право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. На основании п. 3 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, к которому относится и право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в том числе, имеет подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование, в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 УПК РФ.

Исходя из положений ст. 135 УПК РФ, возмещение реабилитированному имущественного вреда включает в себя возмещение, в том числе: заработной платы, пенсии, пособия, других средств, которых он лишился в результате уголовного преследования; сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи, а также расходы, понесенные им в целях устранения последствий незаконного или необоснованного уголовного преследования, включая затраты на возмещение расходов, связанных с рассмотрением вопросов реабилитации; при этом размер возмещения расходов на оказание юридической помощи определяется подтвержденными документально либо иными доказательствами, отраженными в деле, фактически понесенными расходами, непосредственно связанными с ее осуществлением.

В силу п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», суд, рассматривающий требования реабилитированного о возмещении вреда или восстановлении его в правах в порядке главы 18 УПК РФ, вправе удовлетворить их или отказать в их удовлетворении полностью либо частично в зависимости от доказанности указанных требований представленными сторонами и собранными судом доказательствами.

Так, основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в его отношении оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо об отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

В соответствии с положениями ст. 135 и 138 УПК РФ требования реабилитированного о возмещении имущественного и морального вреда (за исключением компенсации морального вреда в денежном выражении), о восстановлении трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав разрешаются в порядке, установленном для разрешения вопросов, связанных с исполнением приговора, судом, постановившим приговор, вынесшим постановление, определение о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, либо судом по месту жительства реабилитированного, либо судом по месту нахождения органа, вынесшего постановление о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования, об отмене либо изменении незаконных или необоснованных решений.

В постановлении суд ссылается как на основание возникновения у ФИО1 права на реабилитацию на постановление Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области от 24.10.2024, которым принят отказ государственного обвинителя от обвинения ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава преступления, за ФИО1 признано право на реабилитацию в порядке статей 133-138 УПК РФ.

Рассмотрев требования ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а именно расходов, связанных с услугами адвоката Коломенской Л.Б., осуществляющей ее защиту на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства на основании заключенного между ними соглашения в размере 280 000 рублей, что подтверждено исследованными судом платежными документами, удовлетворил их.

Доводы жалобы о том, что сумма денежных средств взыскана с Министерства финансов РФ без учета требований разумности и справедливости, являются необоснованными. Указанная в квитанции сумма была выплачены за реально оказанную юридическую помощь на предварительном следствии и в суде первой инстанции, размер которой определен условиями соглашений об оказании юридической помощи. Доказательств обратного представителем Министерства финансов Российской Федерации суду апелляционной инстанции не представлено.

Постановлением от 23 сентября 2021 года № 41-П Конституционный Суд Российской Федерации признал пункт 4 части первой статьи 135 УПК Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку эта норма, предусматривая возмещение реабилитированному имущественного вреда с отнесением к его составу сумм, выплаченных за оказание реабилитированному юридической помощи, не предполагает отказа лицу, пострадавшему от незаконного или необоснованного уголовного преследования, в полном возмещении расходов на оплату полученной им юридической помощи адвоката, если не доказано, что часть его расходов, предъявленных к возмещению, обусловлена явно иными обстоятельствами, нежели получение такой помощи непосредственно в связи с защитой реабилитированного от уголовного преследования, и при этом добросовестность его требований о таком возмещении не опровергнута. При этом указано, что высокая стоимость помощи, полученной от адвоката, не может как таковая быть поводом к сокращению объема прав реабилитированного на возмещение причиненного ему вреда, конституционно гарантированное каждому потерпевшему от незаконного привлечения к уголовной ответственности. Незаконное или необоснованное уголовное преследование само по себе может мешать потерпевшему быть осмотрительным и умеренным в расходах на оплату юридической помощи, а потому значительные затраты на услуги адвоката при защите конституционных прав и ценностей от такого преследования нельзя считать беспочвенными. К тому же обвиняемый (подозреваемый) имеет основания притязать на юридическую помощь хорошего качества и получать ее в достаточном объеме сообразно интенсивности и длительности осуществляемой против него обвинительной деятельности. Не исключено и получение адвокатских услуг без видимой процессуальной активности стороны защиты, когда она готовится квалифицированно ответить на действия стороны обвинения, предполагая их в разных вариантах, поскольку уголовное преследование протекает с долгими перерывами при неясной позиции обвинения, оставляя обвиняемого (подозреваемого) в неизвестности под угрозой лишения либо ограничения принадлежащих ему прав и благ в перспективе применения уголовно-правового принуждения. При таких обстоятельствах отказ в признании расходов реабилитированного на оплату юридической помощи нельзя считать справедливым.

Также их снижение не может быть оправданным, когда длительная защита по уголовному делу обусловлена затяжным уголовным преследованием с неоднократным прекращением и возобновлением производства по делу, что вынуждает обвиняемого (подозреваемого) доказывать невиновность с избыточными затратами на отстаивание своих прав.

Несправедливо также снижение суммы возмещаемых ему затрат до размеров, которые представляются достаточными представителям причинителя вреда, особенно после реабилитации лица, пострадавшего от неправомерного уголовного преследования. Расходы, на которые лицо решается в обстановке такого преследования, нельзя считать безосновательными даже при некотором их превышении над средними, например, величинами адвокатского вознаграждения по месту ведения уголовного дела. Эти величины условны и не настолько очевидны, чтобы обвиняемый (подозреваемый) мог по ним предсказать стоимость адвокатских услуг, которую суд впоследствии посчитает разумной и справедливой в решении о возмещении реабилитированному вреда. Приблизительность подобных оценок не должна приводить к ущемлению права на возмещение вреда, который причинен реабилитированному в виде расходов на юридическую помощь, и отказ в полном его возмещении означал бы умаление конституционных прав и судебной их защиты вопреки статьям 45 (часть 1), 46 (часть 1), 52, 53, 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы не ставят под сомнение законность и обоснованность принятого судом решения, поскольку они основаны на неправильном толковании положений ст. 133 УПК РФ.

Доводы представителя Минфина России о том, что сумма ущерба является чрезмерно завышенной и не соответствующей принципу законности, справедливости и разумности, суд считает несостоятельными, поскольку эти утверждения опровергаются представленными в суд копиями соглашений и квитанции, свидетельствующими о внесении ФИО1 денежных средств за оказание ей юридической помощи адвокатом.

Кроме того, принимая решение, судом учитывались обстоятельства привлечения ФИО1 к уголовной ответственности, категория преступления, в совершении которого она обвинялась, длительность уголовного преследования и период участия защитника по соглашению в уголовном судопроизводстве, другие обстоятельства и последствия. Данные обстоятельства сторонами по делу не опровергнуты, сомнений в их достоверности не имеется, не были предоставлены какие-либо доказательства, опровергающие факт как оказания самой юридической помощи на всех стадиях уголовного дела уголовного дела, исследованного судом и в установленном судом объеме, так и оплаты услуг юридической помощи.

Совокупность исследованных судом доказательств, относительно предъявленных заявителем требований, дает суду основания сделать вывод, что понесенные заявителем расходы являются реальными, а соответственно, выплата в возмещение вреда в размере 280 000 рублей суд считает обоснованной, соответствующей принципам законности и справедливости, то есть предполагает соответствие между действиями и их социальными последствиями, между трудом и его оплатой, нанесением вреда и его возмещением.

Доводы апелляционной жалобы относительно разумности взысканного ущерба направлены на иную оценку собранных по делу доказательств, иное толкование норм права, с которой не может согласиться суд апелляционной инстанции, а поэтому они не могут явиться основаниями к отмене постановленного решения суда первой инстанции по настоящему делу. В связи с чем, суд апелляционной инстанции не может признать доводы представителя Минфина РФ убедительными.

Процесс реабилитации является одной из стадий уголовного судопроизводства, связанной с устранением последствий незаконного уголовного преследования, а п.п. 4 ч.1 ст.135 УПК РФ прямо предусмотрено возмещение реабилитированному сумм, выплаченных им за оказание юридической помощи. ФИО1 имела право воспользоваться юридической помощью адвоката в ходе расследования дела, а поэтому судебные издержки взысканы в ее пользу правомерно, с учетом фактически понесенных ею расходов, согласно представленных квитанций об оплате, в размере, соответствующем оказанной помощи.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок принятия судебного решения по заявлению ФИО1 о возмещении имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования, а также ограничивающих права участников судопроизводства и способных повлиять на правильность принятого судебного решения, в ходе рассмотрения его судом не допущено.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции находит решение суда первой инстанции соответствующим требованиям закона, положениям ст. 7 УПК РФ, поскольку в постановлении суда в полном объеме приведены основания принятого решения, подтвержденные представленными материалами дела, в связи с чем суд апелляционной инстанции не находит возможным согласиться с изложенными в апелляционной жалобе представителя Министерства финансов РФ доводами об отмене судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л :

постановление Вышневолоцкого межрайонного суда Тверской области от 17.02.2025 об удовлетворении заявления ФИО1 о возмещении реабилитированному имущественного вреда, причиненного в результате уголовного преследования оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Министерства финансов РФ - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке во Второй кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ.

Судья С.А. Каширина