Приговор № 1-192/2018 от 13 июня 2018 г. по делу № 1-192/2018

дело № 1-192/2018


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Белогорск 14 июня 2018 года

Белогорский городской суд Амурской области в составе председательствующего судьи Луценко Е.В.,

при секретаре Хусаинове Н.Ю.,

с участием государственного обвинителя Казариновой А.Н.,

подсудимого ФИО1,

потерпевшей Потерпевший №1,

защитника – адвоката Дюминой О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося <дата> в городе <адрес>, не военнообязанного, имеющего среднее образование, не работающего, зарегистрированного в <адрес>, проживающего в <адрес>, судимого:

08 декабря 2016 года мировым судьей Белогорского городского судебного участка № 2 (с учетом постановления Белогорского городского суда Амурской области от 11 мая 2017 года) по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 200 часам обязательных работ, наказание отбыто 23 марта 2017 года;

содержащегося под стражей по настоящему уголовному делу с 30 ноября 2017 года,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленно причинил смерть Ю. при следующих обстоятельствах.

28 ноября 2017 года в период с 16 часов 00 минут до 19 часов 30 минут ФИО1, находясь по месту своего жительства, по адресу: <адрес>, распивал спиртные напитки совместно со своим знакомым Ю. .

Около 19 часов в ходе совместного распития спиртного между ФИО1 и Ю. , находящимися в зале указанного дома, произошел словесный конфликт, в ходе которого Ю. стал оскорблять ФИО2 нецензурной бранью.

Около 19 часов 30 минут ФИО1 в ответ на оскорбления Ю. нанес последнему не менее двух ударов кулаками правой и левой руки в левую и правую области головы, причинив ему физическою боль, а Ю. ударил ФИО1 кулаком правой руки в грудь, сбив его с ног.

В связи с происшедшим конфликтом и нанесенным ему Ю. ударом, повлекшим его падение, у ФИО1 возникли личные неприязненные отношения к Ю. , и он решил совершить его убийство, используя для этого топор.

С этой целью, около 19 часов 30 минут 28 ноября 2017 года ФИО1, прошел в прихожую <адрес>, где взял стоящий там топор, а затем вернулся в зал. После чего реализуя свой умысел, направленный на убийство Ю. , действуя умышленно, на почве личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно-опасных последствий в виде смерти Ю. в результате нанесения ударов обухом топора в жизненно-важный орган - голову, и желая этого, удерживая топор в правой руке, нанес сидящему в кресле и не оказывающему ему сопротивления Ю. не менее трёх ударов обухом указанного топора в область головы потерпевшего.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Ю. следующие телесные повреждения: закрытую черепно-мозговую травму с кровоизлиянием в мягкие ткани в правой височной области, перелом основания черепа в правой средней черепной ямке, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку правой височно-затылочной доли головного мозга, ушиб ткани головного мозга левой лобной доли головного мозга, ушиб головного мозга с гематомоподобным кровоизлиянием в левой затылочной доли головного мозга, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку мозжечка, кровоизлияние в боковые желудочки головного мозга; рану мягких тканей на левой ушной раковине; ссадины в области левой надбровной дуги, в правой лобно-теменной области, в правой скуловой области, в комплексе квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Смерть Ю. наступила 09 декабря 2017 года в 07 часов 00 минут в реанимационном отделении ГБУЗ АО «Белогорская больница» от расстройства мозгового кровообращения, которое возникло в результате указанного комплекса причиненных ему телесных повреждений.

Подсудимый ФИО1 свою вину в части совершения действий, повлекших смерть Ю. признал полностью, не согласившись с данной им квалификацией. Пояснил, что его действия необходимо квалифицировать по ч. 4 ст. 111 УК РФ, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции Российской Федерации.

Кроме признания подсудимым ФИО1 своей вины, в части установленных фактических обстоятельств, его виновность подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе:

показаниями ФИО1 в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого из которых следует, что он проживает по адресу: <адрес>. 28 ноября 2017 года, около 16 часов к нему в гости пришел сосед Г., который проживал по <адрес>. С Г. он был знаком около 4 лет, общался с ним, так как жил по соседству, ранее с Ю. у него были нормальные соседские отношения, они периодически выпивали вместе, помогали друг другу, никаких конфликтов у них не было. Г. предложил употребить спиртные напитки, он согласился Ю. дал ему 200 рублей, он купил 0,7 литра водки. Когда Ю. только пришел к нему, и они сели выпивать, Ю. позвонила его жена. Ю. сам попросил, сказать, что его нет, так как его жена знала, что он может выпивать у него и могла прогнать Ю. Он по его просьбе взял трубку, и сказал, что он на работе и Г. рядом нет. Они совместно распили спиртное, в ходе распития у них конфликтов не было. Через час у них закончилось спиртное, и он купил еще 0,5 литра водки и они совместно продолжили распивать спиртное. Около 19 часов они распили все спиртное. Во время распития спиртного они сидели в креслах, между ними располагался журнальный стол, на котором стояло спиртное и продукты питания. В ходе общения Ю. начал его оскорблять, нецензурной бранью, лицом нетрадиционной сексуальной ориентации, плевал на пол. Он терпел, делал Ю. замечания, но он не успокаивался. Около 19 часов 30 минут он кулаком правой руки ударил Ю. по лицу с левой стороны. Затем он ударил его второй раз кулаком левой руки по лицу с правой стороны. Ю. встал с кресла и ударил его кулаком в грудь, причинив физическую боль, после его удара он упал на пол. Поняв, что Ю. физически сильнее его, опасаясь, что тот может продолжить его бить, а также его задело то, что в результате его удара он упал на пол, у него возникло чувство мести, и из-за этого чувства ему захотелось нанести Ю. более сильный удар. Он решил взять топор, который находился у него в прихожей. Он прошел в прихожую, взял там топор, затем направился в зал, Ю. по-прежнему сидел в кресле, он был сильно пьян. Он подошел к нему и нанес ему обухом топора один удар в область левого уха. Удар для Ю. был неожиданный, и у него из уха сразу пошла кровь. Ю. находился в сознании, ничего не говорил, не пытался сопротивляться, просто взялся рукой за ухо. Смерти Ю. он не желал, но так как он понял, что удар был сильный и за этого его могут привлечь к уголовной ответственности, он решил продолжить наносить удары Ю. , чтобы убить его, а потом избавиться от трупа. Он сразу нанес Ю. обухом топора еще два удара по голове, куда именно не помнит. Удары он наносил сверху вниз. Все удары, которые он нанес Ю. были в голову. Затем он поставил топор обратно в прихожую. Затем он вновь подошел к Ю. , у которого все лицо было в крови, подумав, что убил его, труп решил спрятать в погребе. Погреб находится у него в зальной комнате. Он открыл его и, схватив Ю. за свитер, волоком потащил его в погреб. Когда он подошел к Ю. , то обратил внимание, на его зимние ботинки, которые снял с Ю. и оставил себе. В погреб Ю. он скинул головой вниз. После чего он сразу лег спать. 29 ноября 2017 около 08 часов 30 минут домой пришел М. Т.А., и он ему рассказал о том, что он убил Ю. , а его труп спрятал в погребе. Он решил показать М. Т.А. труп Ю. и открыл погреб. Открыв погреб, он увидел, что Ю. дышит. Они с М. стали употреблять спиртное. Около 08 часов 45 минут к нему в гости зашли ФИО3 и ФИО4. Он рассказал им, что у него в погребе Ю. , и попросил их помочь вытащить Ю. из погреба, на что те согласились. Вчетвером они вытащили Ю. из погреба и положили его на диван. Кирилл и Слава сразу ушли, а они с М. Т.А. продолжили распивать спиртное. Ю. лежал на диване и хрипел. Около 15 часов М. Т.А. вызвал скорую медицинскую помощь. Когда возле дома стояла машина скорой помощи, то к автомобилю подошла супруга Ю. - Потерпевший №1 и спросила, что с ним произошло. Он сказал, что он нашел Ю. избитым около магазина «<данные изъяты>». Он ей соврал, так как хотел избежать уголовной ответственности.

(том 1 л.д. 77-79, 118-116, 124-126)

В судебном заседании подсудимый ФИО1 оглашенные показания подтвердил в полном объеме, пояснив, что в тот день он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, поскольку выпил около 1,5-2 литров самогона, однако состояние алкогольного опьянения никак не повлияло на совершение им преступления;

протоколом проверки показаний на месте от 05 декабря 2017 года с участием подозреваемого, согласно которому ФИО1 указал место совершения преступления, рассказал об обстоятельствах непосредственно предшествовавших совершению преступления, а также об обстоятельствах нанесения ударов руками потерпевшему и совершения им убийства Ю. , а при помощи манекена и предмета, используемого в качестве топора, продемонстрировал свои действия, указав локализацию телесных повреждений.

(том 1 л.д. 66-76)

Кроме того, вина ФИО1 в умышленном причинении смерти Ю. объективно подтверждается показаниями допрошенных по делу лиц:

показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данными в судебном заседании, из которых следует, что она сожительствовала с Ю. , который в последнее время выпивал каждый день, в состоянии алкогольного опьянения Ю. по отношению к ней агрессивным не был, но мог оскорбить, поднять на нее руку, с посторонними людьми не конфликтовал. Ю. познакомился с ФИО1 после того, как тот стал проживать по <адрес>. 28 ноября 2017 года Ю. получил аванс и решил сходить выпить с друзьями, в это время она была на работе, и решила ему позвонить. Когда она ему дозвонилась, то попросила мужа идти домой, так как у неё не было ключей от калитки, он сказал что придёт, но когда она пришла с работы домой, калитка была закрыта, мужа дома не было. Поскольку она не могла попасть домой, она решила еще раз позвонить мужу, но трубку взял М. , который сказал, что они с её мужем находятся в районе хлебозавода, на ее просьбу передать телефон мужу, тот ему трубку не передал. Позже она еще раз позвонила мужу, но он не брал трубку. На следующий день 29 ноября 2017 года, около 6-ти часов утра она позвонила мужу еще раз, однако абонент был не доступен, около 9-ти часов утра она звонила еще раз, пошли гудки, но трубку опять никто не взял, также она звонила в течение всего дня мужу, но он не брал трубку. Когда она возвращалась с работы домой, около 17 часов возле своего дома увидела машину скорой помощи, подойдя ближе, она встретила ФИО5, который сказал, что скорая приехала за её мужем и его увозят в больницу, Когда она подошла к машине скорой, то увидела, что муж лежит на носилках, а кофта, в которой он был, была в крови, каких-либо телесных повреждений на нем она не увидела. Работники скорой помощи увезли ее мужа в реанимацию. На ФИО5 была обувь ее мужа, которую она велела ему снять, на ее расспросы, что произошло, ФИО5 сказал, что ее муж упал в погреб;

показаниями потерпевшей Потерпевший №1, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании, с согласия сторон, из которых следует, что последние 29 лет она прожила в фактических брачных отношениях с Ю. . Муж работал дворником в кафе «<данные изъяты>», в последнее время часто употреблял спиртное, мог выпивать практически каждый день. В <адрес> проживал ФИО12. У ее мужа с ФИО12 были нормальные соседские отношения, несколько раз было, что Ю. ходил к ФИО5 выпивать спиртное. Ранее между ними никаких конфликтов не было. 28 ноября 2017 года она была на работе, муж оставался дома. Они с мужем созванивались в 13 часов 30 минут, по его голосу она поняла, что он выпивший. До 15 часов 14 минут они еще перезванивались. Примерно в 16 часов 50 минут она пришла домой, и не смогла войти, так как калитка ограды была закрыта. Она подумала, что Ю. закрыл калитку на ключ, позвонила мужу в 16 часов 55 минут, трубку взял какой-то мужчина, она спросила, где ее муж, мужчина сказал, что он далеко от телефона. Видимо, муж сказал своему собутыльнику так сказать, чтобы она не ругалась. Муж домой ночевать не пришел. 29 ноября 2017 года около 6 часов 00 минут утра она снова позвонила мужу, абонент был недоступен, она позвонила около 09 часов, телефон уже был доступен, но трубку никто не брал. 29 ноября 2017 года около 16 часов 45 минут она приехала с работы, идя по улице, увидела, что к дому № 33 по ул. Куйбышева подъехала машина скорой медицинской помощи. Двое медицинских работников, а также ФИО6 несли кого-то на носилках из своего дома. ФИО12 на ее вопрос кто это, сказал, что ее муж. Она опознала своего мужа по лицу и одежде, на лице его была кровь. Других повреждений она не разглядела. ФИО5 ей сказал, что они нашли Ю. около магазина «<данные изъяты>» и привели к себе, так как время было 12 часов ночи, они не захотели ее будить. Тарас сказал, что куртка Ю. осталась у них дома, он зашел в дом и вынес ей куртку мужа, в кармане куртки лежал его телефон. Через некоторое время она пошла в дом по адресу <адрес>, чтобы забрать шапку и сапоги мужа, в доме было грязно, не убрано, шапку ей подал сотрудник полиции, сапоги ее мужа были обуты на ФИО5. Он, молча снял их сапоги, и отдал ей. 30 ноября 2017 года Тарас, принес наручные часы ее мужа. Со слов Тараса, ей стало известно, что это ФИО5 причинил телесные повреждения ее мужу. Потом они достали его из подпола, он смочил ему губы водой и вызвал скорую помощь. Среди инструментов полицейские нашли топор в крови. 09 декабря 2017 года ее муж скончался в реанимации. Смертью Ю. ей причинен моральный вред, они прожили вместе 29 лет, он был ее самым близким человеком;

(том 1 л.д. 136-141)

показаниями свидетеля М. Т.А., данными в судебном заседании, из которых следует, что они с ФИО5 ранее вместе работали в «<данные изъяты>». В 2017 году, точную дату он не помнит, но было холодно, к ним пришел сосед, с которым они стали распивать спиртные напитки, когда спиртное кончилось, сходили и взяли еще. Через некоторое время когда смеркалось он ушел, а ФИО5 и Гена остались дома. Он пошел к своей жене, которая ночевала у своей дочери, но его не пустили, он конфликтовал с зятем пол ночи, а потом уснул на лавочке, на улице. Проснувшись утром, он сразу пошел домой. Возле дома он встретил Славу и Кирилла, когда они все вместе вошли в дом, то он увидел, что в доме все было разбито, ФИО5 лежал на кровати. После того, как он разбудил ФИО5 и спросил его, что произошло, ФИО5 сказал, что в подполе лежит труп. Открыв подпол они увидели лежащего там мужчину, Андрей сказал не рассказывать никому о случившемся, иначе они окажутся с ним рядом. Через некоторое время они вытащили мужчину из подпола, он был весь побитый, и сразу вызвали скорую помощь. Он пытался привести потерпевшего в чувства, давал ему воды, смачивал ему губы. Приехавшие сотрудники скорой медицинской помощи, осмотрели мужчину, оказали ему первую помощь, и увезли его в больницу. Когда они помогали выносить потерпевшего, ФИО5 ничего не пояснял. Также, когда Гену несли по улице, встретили потерпевшую, которая спрашивала, что случилось и где телефон ее мужа. Позже в доме он нашел куртку Гены, которую отнес потерпевшей. Через некоторое время приехали сотрудники полиции, с ФИО5 также сняли вещи принадлежащие потерпевшему. Из-за чего произошел конфликт, ФИО5 не говорил;

показаниями свидетеля М. Т.А., данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что с ноября 2016 года он проживает по адресу: <адрес> со своим знакомым ФИО12. 28 ноября 2017 года в утреннее время он ушел из дома. Домой пришел около 21-22 часов, на улице уже было темно. Дом был закрыт изнутри, горел свет. Он стучал в дверь, окна, но ему никто не открыл. Так как ему было негде ночевать, то он зашел в сарай, расположенный во дворе дома, расстелил поролон и лег спать. Он спал крепко и никакого шума ночью не слышал. Проснулся он утром 29 ноября 2017 года, точное время не знает. Дверь дома была открыта. Он зашел в дом, увидел, что в доме беспорядок. Он прошел в зал и увидел, что на диване спит ФИО12, а на полу лежал телефон, который ни ему, ни ФИО5 не принадлежал. Он подошел к ФИО5, стал его будить и понял, что ФИО1 находится в состоянии сильного алкогольного опьянения. Ничего внятного ФИО1 пояснить не мог. Он стал заниматься своими делами, затопил печь, стал наводить порядок. В это время к ним пришли ФИО3 и ФИО13. Они попытались разбудить ФИО5, через какое-то время ФИО1 проснулся и сказал, что кто-то находится в подполье. Они открыли крышку подполья, которое находится между прихожей и входом в зал. В подполье он увидел мужчину, который лежал без движения. Он спустился в подполье. Мужчина лежал лицом вверх, его лицо было окровавлено. На ногах отсутствовала обувь. Он попытался поднять мужчину, но у него это не получилось. Тогда он попросил А. и Б. помочь ему. Вместе они подняли мужчину наверх, и положили на пол. По внешнему виду он узнал мужчину, им оказался их сосед Ю. , проживающий по адресу: <адрес>. Они попытались привести Ю. в чувство, смачивали водой губы, обрызгивали его, но у них ничего не получалось. Видя, что Ю. в себя не приходит, он вызвал скорую помощь, и врачи госпитализировали Ю. Через какое-то время к ним домой пришла участковый уполномоченный полиции В. вместе с другими сотрудниками полиции. Он вышел во двор и увидел супругу Ю. . Он отдал ей сотовый телефон, который нашел на полу в зале. Женщина пояснила, что ее муж без обуви и шапки. Он вместе прошли в дом, увидели, что на ногах ФИО1 обута чужая обувь, он понял, что эта обувь принадлежит Ю. , которую он вернул. Также они нашли и отдали шапку Ю. ;

(том 1 л.д. 144-147)

показаниями свидетеля А. , данными в судебном заседании, из которых следует, что точную дату он уже не помнит, было воскресенье ему позвонил знакомый по имени Тарас, который сказал, что нашел труп в подполе. Он решил сходить к нему. Тарас живет, по <адрес>, точный адрес он не помнит. Он пришел к его дому около половины девятого утра, возле двери увидел Тараса и парня по имени Кирилл, зайдя в дом, увидел Андрея, который спал на диване в состоянии алкогольного опьянения. В доме все было сломано и разбито. Он подошел к подполу, открыл его и там увидел лежащего мужчину, который был жив, мужчину он видел в первый раз. После этого он пошел будить Андрея, чтобы узнать, что случилось и вытащить из подпола мужчину. Андрей и Тарас вытащили мужчину из подпола практически сразу, после чего Тарас вызвал скорую помощь, которую он не дождавшись ушел, поскольку ему нужно было идти на работу. Со слов Тараса знает, что потерпевшему повреждения нанес ФИО5. М. рассказывал, что за день до случившегося он употреблял самогонку вместе с ФИО5, после пошел к своей жене, но она его не пускала. Он пытался попасть в дом, но зять его не пустил. М. провел около дома всю ночь, а когда настало утро, пошел к себе домой, увидел что все в доме порушено, стоит бутылка водки, объемом 0,5 литра, и на диване спит ФИО5, после того, как он его разбудил, и спросил, что произошло, Андрей сказал, что в подполе лежит мужчина;

показаниями свидетеля А. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что 29 ноября 2017 года около 09 часов он пришел в гости к своему знакомому по имени Тарас, который проживает у Андрея, по адресу: <адрес>. Когда он зашел в дом, то обратил внимание на беспорядок. Он поинтересовался, что произошло, на что Андрей сказал, что он избил мужчину и скинул его в подполье, чем он его бил, Андрей не сказал. Андрей открыл подполье, в котором он увидел ранее незнакомого ему мужчину, мужчина подавал признаки жизни. Потом Тарас и Андрей спустились в подполье, а он и ФИО3 стали принимать мужчину сверху. Когда они достали мужчину из подполья, Андрей ему и Кириллу стал угрожать. Он сказал: «Если вы кому-нибудь расскажете о том, что видели, то вас тоже в погреб скину». После этого они с Кириллом ушли из дома;

(том 1 л.д. 150-152)

показаниями свидетеля Б. , данными в судебном заседании, из которых следует, что точную дату он не помнит, утром идя по улице, он встретил А. , который сказал, что ему звонил М. и просил прийти к нему. Они с А. примерно в 7 или 8 часов утра направились в сторону дома М. , где возле его дома встретили самого М. , который сказал, что у него на фазенде, расположенной по <адрес>, в подполе лежит труп. Когда они вошли в дом, то увидели беспорядок, крови было немного, ФИО5 находился в доме, сидел возле печи. ФИО5 им пояснил, что была драка, помогал ли ему кто-то избивать человека, он не говорил, подробностей произошедшего также не рассказывал. ФИО5 просил, чтобы они ничего не рассказывали. После того, как Тарас поговорил с ФИО5, он вышел из комнаты, открыл подпол и попросил их помочь вытащит человека, данный человек ему не знаком. ФИО5 спустился в подпол один, после чего они стали ему помогать вытаскивать человека, после того, как они его вытащили, он увидел, что у него было разбито лицо. Мужчину положили на диван, и он вместе с А. ушли из дома, во сколько вызвали скорую, ему не известно;

показаниями свидетеля Б. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что 29 ноября 2017 года утром, около 09 часов, он встретил своего знакомого А. Вячеслава. Они шли по улице и проходили мимо <адрес>. В этом доме проживали ФИО12, а с ним проживал М. . Они с А. решили пойти к ним в гости, дома были М. и ФИО12. Тарас был трезвым, а ФИО12 пьяным. В доме был беспорядок, все было разбросано. ФИО12 сказал, что он вечером распивал спиртное с соседом, избил его и скинул в подполье, так как этот мужик мертвый. Каким предметом ФИО5 избил мужчину, он им не говорил. М. в этом не участвовал, так как он вернулся домой только утром 29 ноября 2017 года, перед их приходом. ФИО5 открыл подполье, он увидел, что там лежит незнакомый ему пожилой мужчина. Он увидел, что он дышит, и понял, что мужчина еще живой. Крови на нем он не заметил. Тарас и ФИО5 спустились в погреб и стали его доставать, а они с А. , принимали его сверху. Мужчина был без сознания. Они положили мужчину на кровать, думали, что он придет в себя. Гришин Андрей им сказал, что если они кому-нибудь расскажут о том, что видели мужчину в погребе, он их тоже туда скинет. М. сказал ФИО5, что скорое всего, он избил мужчину топором, так как в доме было немного следов крови, если бы ФИО5 избил его кулаками, то крови бы не было. Всего они пробыли по <адрес>, и вместе со А. ушли по своим делам. Со слов М. ему известно, что он позже он вызвал для этого мужчины скорую помощь;

(том 1 л.д. 153-156)

показаниями свидетеля Д. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что 29 ноября 2017 года он находился на дежурстве на ССМП Белогорской больницы. Ближе к вечеру, точное время он уже не помнит, на станцию скорой помощи поступил вызов, звонивший сообщил, что мужчина лежит без сознания. Он вместе с фельдшером Г. выехали по адресу: <адрес>. Их встречали двое мужчин, один по виду находился в состоянии алкогольного опьянения. Они пояснили, что пострадавший, находится у них дома, и что они подободрали его без сознания возле магазина. Они заподозрили ЧМТ. В доме на диване находился незнакомый ему пожилой мужчина, у него на лице и теле были множественные ссадины, он был без сознания. Мужчина был без верхней одежды, был в свитере, рубашке, в каких-то брюках. Двое мужчин, которые были с ним, ничего конкретного о том, что произошло с данным мужчиной, не сказали. Чем ему было причинено телесное повреждение, они не говорили. Мужчины помогли им перенести пострадавшего в машину скорой помощи, в это время к ним подошла пожилая женщина, которая сказала, что пострадавший является ее мужем, он живет напротив. Она принесла на него документы, пострадавшим оказался Ю. , который был доставлен в приемный покой Белогорской больницы;

(том 1 л.д. 157-159)

показаниями свидетеля Г. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что 29 ноября 2017 в вечернее время, точное время она уже не помнит, она совместно с врачом ССМП Д. выезжала на вызов по адресу: <адрес>. В доме, в центральной комнате, на диване лежал незнакомый ей мужчина, его лицо было в крови, он был в грязной одежде, по виду асоциальный, от него исходил едкий запах долгого лежания. Кровь на его лице была засохшая, мужчина был без сознания. Их встречали двое молодых людей, они пояснили, что подобрали данного мужчину на улице около магазина, что его, якобы, сбила машина, и они сразу притащили его домой. В доме было грязно, был беспорядок. У пострадавшего мужчины за ухом, была рана. Они сразу заподозрили черепно-мозговую травму, оказали ему помощь. Потом вместе с присутствующими парнями, они поместили мужчину в машину. В это время мимо шли какие-то женщины, одна из них стала плакать, оказывается, это была жена пострадавшего, которая случайно шла мимо и увидела своего супруга. Д. подождал, пока она принесет документы мужа, а затем они доставили пострадавшего в приемный покой. О том, что мужчине были причинены телесные повреждения топором, парни не говорили;

(том 1 л.д. 160-163)

показаниями свидетеля В. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что она является участковым уполномоченным МО МВД России «Белогорский», в зону ее обслуживания входит микрорайон «<данные изъяты>». 29 ноября 2017 года она находилась на дежурстве. В этот день ближе к вечеру со станции скорой медицинской помощи поступило сообщение о том, что в больницу с телесными повреждениями доставлен Ю. , проживающий по адресу: <адрес>. Ю. находился в коме, она сразу поехала по месту жительства пострадавшего. По адресу <адрес>, там находилась сожительница Ю. - Потерпевший №1, которая рассказала, что 28 ноября 2017 года ее муж ушел из дома, получив на работе аванс, она ему звонила, он сначала не брал трубку, потом трубку взял какой-то мужчина, ответив, что ее мужа рядом нет. Она еще несколько раз звонила мужу, но не дозвонилась. 29 ноября 2017 года она шла с работы, увидела около <адрес> машину скорой медицинской помощи. Подойдя ближе она увидела, как из <адрес> проживающие в этом доме М. Т. и ФИО12 выносят на носилках ее мужа, который был без сознания. При этом они ей сказали, что они нашли Ю. без сознания около магазина «<данные изъяты>», расположенного через дорогу. Она опросила Потерпевший №1 и пошла на адрес к ФИО1 и М. Т.А. Этих граждан она знала в связи со служебной деятельностью, они ранее судимы за совершение особо тяжких преступлений, злоупотребляют спиртным, склоны к совершению преступлений. М. Т.А. по характеру спокойный, а ФИО1 - агрессивный, поэтому она позвонила в дежурную часть, попросила, чтобы ей прислали наряд ППС. Приехали двое сотрудников ППC, один из них был ФИО7. Они пошли в <адрес>. В доме находились и ФИО1, который был в состоянии сильного алкогольного опьянения, и М. Т.А., который был выпивший. В доме на столе были следы застолья, каких-либо явных следов борьбы она в доме не заметила. На кухне, около печи было небольшое пятно, похожее на кровь, по виду затертое. В комнате на диване были следы крови на одеяле, около дивана лежали упаковки от лекарств и шприцов, оставшиеся после приезда скорой помощи. В доме было очень холодно. М. сказал, что в ночь с 28 на 29 ноября 2017 года он дома не ночевал. Он пришел ночью домой, видел, что дома горит свет, там кто-то выпивал, но на его стук ему никто дверь не открыл. Тогда он пошел в недостроенный дом, расположенный рядом, там, в недостроенном сарае, в каком тряпье он лег спать. Утром, в восемь часов, он то ли разбил окно, то ли ему открыли дверь, но он зашел в дом. Зайдя в дом, он увидел в доме беспорядок, и стал ругаться по этому поводу с ФИО5. Потом к ним пришли ФИО8 Кирилл, они тоже стали разговаривать с ФИО5. ФИО5 был сильно пьяным, стал им что-то говорить про погреб, что-то вроде «я вас всех поубиваю и погреб покидаю, как того мужика». Они открыли крышку погреба и увидели, что в погребе лежит их сосед ФИО9 При этом он спиной лежал на полу погреба, а ноги его упирались в стенку погреба, то есть буквой «Г», сам он был весь в крови. Он, ФИО10 и ФИО3 достали ФИО9 из погреба, оказалось, что он живой. Они положили его на диван, думали, что может, он придет в себя, так как не хотели вызывать полицию. Однако ФИО9 лучше не становилось, и ближе к вечеру кто-то из них вызвал скорую помощь. Со слов ФИО1 М. Т.А. ей рассказал, что в ночь с 28 на 29 ноября 2017 года ФИО1 выпивал с Ю. , в ходе распития спиртного Ю. оскорбил ФИО5, обозвав его лицом нетрадиционной сексуальной ориентации. А ФИО1 очень болезненно относится к таким оскорблениям. Тогда он ударил Ю. сначала один раз топором, но тот продолжал оскорблять его, тогда ФИО5 ударил Ю. топором еще несколько раз по голове, подумал, что убил его, и спрятал тело в погребе. Пока она разговаривала с М. , в дом к ним пришла Степанидиенко, которая стала спрашивать, где шапка и ботинки ее мужа. Шапку нашел Мазий, она лежала на спинке дивана, а ботинки оказались надеты на ФИО5. Сам ФИО5 был в таком состоянии, что ничего пояснить не мог. Потерпевший №1 забрала вещи своего мужа. Сотрудники ППC, доставили ФИО5 в отдел полиции. В ходе осмотра они обнаружили в комнате, расположенной напротив кухни, среди других инструментов топор, на обухе которого были следы, похожие на кровь. Данный топор был изъят. Потерпевшего Ю. она также знала при жизни, мужчина он был вздорный, агрессивный, за речью своей не следил;

(том 1 л.д. 164-167)

показаниями свидетеля Е. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он является оперуполномоченным полиции уголовного розыска МО МВД России «Белогорский». 29 ноября 2017 года он находился на дежурстве в составе СОГ. В вечернее время ему поступило сообщение о причинении телесных повреждений гражданину Ю. Он сразу поехал в больницу, чтобы поговорить с пострадавшим, но потерпевший Ю. находится в реанимации, врачи сказали, что у него тяжелая черепно-мозговая травма, и Ю. находится в коме. Он поехал на место происшествия по адресу: <адрес>, откуда был доставлен Ю. , там находились дознаватель, участковая, сотрудники ППС. Дознаватель Ж. делала осмотр места происшествия, в ходе которого обнаружила топор со следами крови, и изъяла его. В это время сотрудники ППС доставили в отдел полиции проживающих в указанном доме М. и ФИО12. ФИО12 был оставлен до вытрезвления в полиции, так как М. сообщил, что это ФИО1 причинил телесные повреждения Ю. На следующий день утром 30 ноября 2017 года он беседовал с ФИО1, когда он уже протрезвел. ФИО1 рассказал, что 28 ноября 2017 года он распивал спиртное в <адрес>, где он проживает, совместно с соседом Ю. В ходе распития спиртного между ними возникла ссора, из-за чего, ФИО1 ему не говорил. В ходе ссоры он несколько раз ударил Ю. по голове обухом топора. Подумав, что он убил Ю. , он скинул его в погреб. А утром 29 ноября 2017 года домой пришел М. , увидел дома беспорядок. ФИО5 ему сказал, что в погребе находится труп Ю. , а также сказал М. , никому не говорить об этом. М. открыл погреб, увидел там Ю. Как сказал ФИО5, М. был не один, а с какими-то знакомыми. М. обнаружил, что Ю. жив, они его достали, положили на диван, а ближе к вечеру 29 ноября 2017 года М. вызвал для Ю. скорую помощь. ФИО1 рассказывал все события добровольно, с его стороны никакого давления на него не оказывалось. Никаких видимых телесных повреждений у него не было. 30 ноября 2017 года в отдел полиции был доставлен М. Т.А., который был трезв и рассказал тоже самое, что и ФИО1;

(том 1 л.д. 168-170)

показаниями свидетеля З. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он состоит в должности командира отделения ОВ ППСП МО МВД РФ «Белогорский». 29 ноября 2017 года он находился на дежурстве с 16 часов 00 минут до 04 часов 00 минут, 30 ноября 2017 года в составе автопатруля, совместно с полицейским ФИО11 вечернее время, точное время он сейчас уже не помнит, от дежурного дежурной части МО МВД России «Белогорский» поступило указание проехать по адресу: <адрес>, для оказания помощи участковой В. В. находилась по адресу: <адрес>, она беседовала с женой пострадавшего, пояснив, что она работает по сообщению о причинении телесных повреждений Ю. , который проживал по данному адресу, и что пострадавшего увезли из <адрес>, где проживают ранее судимые ФИО1 и М. Т.А., которых необходимо опросить. В. опросила жену пострадавшего, и вместе с В. они пошли по указанному адресу. Когда они пришли, им долго никто не открывал дверь. Потом ФИО1 открыл им двери. ФИО1, и М. Т.А. он знает в связи со служебной деятельностью. 29 ноября 2017 года ФИО1 находился в состоянии очень сильного алкогольного опьянения, практически не мог стоять на ногах. М. Т.А. тоже был пьян, но трезвее, чем ФИО1 Они стали расспрашивать их, что произошло между ними и потерпевшим, ФИО5 сидел молчал, а М. рассказал, что ФИО1 избил потерпевшего Ю. и скинул его в подполье дома. Чем ФИО1 избил Ю. , М. при нем ничего не говорил. Были ли в доме следы борьбы, так как в квартире было все разбросано, и все грязно. Следов крови он не заметил, так как в доме было темно. Позже подошла жена потерпевшего, стала спрашивать, где шапка и обувь ее мужа. Шапку И. увидел на диване, а ботинки ее мужа находились на ФИО5. ФИО1 переобулся, и отдал ей обувь. В. поручила им отвезти ФИО1 в отдел полиции. Никаких телесных повреждений ФИО1 они не причиняли, физическую силу и спецсредства не применяли. Он был доставлен в дежурную часть до вытрезвления;

(т. 1 л.д. 171-173)

показаниями свидетеля И. , данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании с согласия сторон, из которых следует, что он является полицейским ОВО ППСП МО МВД России «Белогорский», 29 ноября 2017 года он совместно с командиром отделения З. с 16 часов 00 минут заступил на дежурство по охране общественного порядка в составе автопатруля. В вечернее время <дата> от дежурного дежурной части МО МВД России «Белогорский» поступило указание проехать на <адрес>, чтобы оказать помощь участковой полиции В. , которая находилась по адресу: <адрес>., пояснила, что она работает по сообщению о причинении телесных повреждений Ю. , который жил по указанному адресу. Жена Ю. показала, что ее мужа забирала скорая помощь из <адрес>, расположенного напротив. В данном доме проживают ранее судимые ФИО1 и М. Т.А., которых необходимо опросить. Когда В. опросила жену пострадавшего, они втроем отправились на Куйбышева, <адрес>. На их стук долгое время никто не выходил, потом ФИО1 открыл дверь, пропустил их в дом. В доме был беспорядок, все валялось. В некоторых комнатах отсутствовало освещение. Следов крови он не заметил. ФИО1 находился в состоянии сильного алкогольного состояния. М. рассказал, что ФИО1 избил потерпевшего и скинул его в погреб, и держал там. Он не помнит, говорил ли М. , чем именно ФИО5 избил Ю. . М. Т.А. также говорил, что его на момент совершения преступления его дома не было. ФИО1 слова М. не отрицал, говорил что-то по поводу того, что у них с потерпевшим произошел какой-то конфликт. При нем М. Т.А, о том, что в дом приходил еще кто-то, не говорил. Потом пришла жена потерпевшего, она стала требовать шапку и обувь ее мужа. Шапку он увидел на диване и отдал ей. А ботинки оказались на ФИО1, жена потерпевшего стала требовать от ФИО1, чтобы он отдал ей ботинки ее мужа. ФИО5 переобулся и отдал ей ботинки. В. вызывала оперативно-следственную группу, а они с З. доставили ФИО1 в дежурную часть для дальнейшего разбирательства;

(том 1 л.д. 174-176)

Помимо указанных показаний потерпевшей и свидетелей, вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления подтверждается исследованными в судебном заседании протоколами следственных действий, а также иными документами:

рапортом начальника дежурной смены дежурной части МО МВД России «Белогорский» К. от 29 ноября 2017 года № согласно которому в 17 часов 15 минут поступило сообщение от врача скорой медицинской помощи Д. , что в ЦРБ доставлен Ю. , <дата> года рождения, с диагнозом: ЧМТ, ушиб головного мозга, кома;

(том 1 л.д. 18)

справкой приемного отделения ГБУЗ АО «Белогорская больница» от 29 ноября 2017 года, согласно которой у Ю. имеется ЗЧМТ, ушиб головного мозга тяжелой степени, кома 1-2 степени, перелом свода черепа, ушибы, ссадины головы, ушибленная рана ушной раковины слева;

(том 1 л.д. 19)

рапортом начальника дежурной смены дежурной части МО МВД России «Белогорский» К. от 11 декабря 2017 года № согласно которому, в 08 часов 25 минут поступило сообщение из ГБУЗ АО «Белогорская больница», что в травматологическом отделении скончался Ю. , <дата> года рождения;

(том 1 л.д. 24)

копией карты вызова скорой медицинской помощи № от 29 ноября 2017 года, согласно которой в 16 часов 18 минут поступил вызов к Ю. по адресу: <адрес>;

(т. 1 л.д. 195)

протоколом осмотра места происшествия от 29 ноября 2017 года с фототаблицей, согласно которому в ходе осмотра места происшествия был осмотрен <адрес>. В ходе осмотра места происшествия изъяты топор, подушка, наволочка, со следами вещества бурого цвета похожего на кровь, микрообъекты, похожие на волосы с крышки подполья, изъяты на дактопленку;

(том 1 л.д. 26-36)

протоколом осмотра места происшествия от 29 ноября 2017 года с фототаблицей, согласно которому был дополнительно осмотрен <адрес>. В ходе осмотра с пятен вещества бурого цвета с пола на два ватных тампона были получены смывы;

(том 1 л.д. 37-42)

протоколом осмотра предметов от 29 января 2018 года с фототаблицей, согласно которому были осмотрены топор, подушка, два ватных тампона-смыва, дактопленка, которые признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела;

(том 1 л.д. 182-189)

заключением эксперта № от 31 января 2018 года, согласного которому смерть Ю. наступила от расстройства мозгового кровообращения, которое возникло в результате закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлиянием в мягкие ткани в правой височной области, перелома основания черепа в правой средней черепной ямке, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку правой височно-затылочной доли головного мозга, ушиба ткани головного мозга левой лобной доли головного мозга, ушиба головного мозга с гематомоподобным кровоизлиянием в левой затылочной доли головного мозга, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку мозжечка, кровоизлияния в боковые желудочки головного мозга; раны мягких тканей на левой ушной раковине; ссадины в области левой надбровной дуги, в правой лобно-теменной области, в правой скуловой области. Данные повреждения носят характер прижизненных, могли возникнуть в результате действия такого предмета (минимум от 2 травмирующих действий), задолго до момента наступления смерти и в комплексе квалифицируется как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть. Данные повреждения состоят в прямой причинной связи с непосредственной причиной смерти. Учитывая характер и локализацию повреждений, экспертом не исключается их образование 28 ноября 2017 года;

(том 1 л.д. 211-214).

заключением эксперта № от 29 декабря 2017 года, согласного которому кровь потерпевшего Ю. - АВ группы с сопутствующим антигеном Н. В пятнах на подушке, на металлической части топора, на двух ватных дисках, изъятых в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека АВ группы с сопутствующим антигеном Н. Таким образом, полученные результаты в пределах проведенных исследований, не исключают возможности происхождения крови в пятнах на вышеуказанных вещественных доказательствах от потерпевшего Ю. ;

(том 1 л.д. 238-244)

заключением эксперта № от 29 декабря 2017 года, согласного которому объекты, изъятые в ходе осмотра места происшествия, являются волосами человека, происходят с головы, сходны между собой, могли быть отделены путем действия тупого твердого предмета с заостренными краями или гранями; волосы подвергались механическому воздействию. При определении групповой принадлежности в них выявлены антигены А и В, возможность происхождения вышеуказанных волос от Ю. не исключается;

(том 1 л.д. 227-231)

Оценив представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд считает вину подсудимого ФИО1 в убийстве, то есть умышленном причинении смерти Ю. , установленной и доказанной.

К таким выводам суд приходит исходя из анализа собранных по уголовному делу доказательств – показаний подсудимого ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, и подтвержденных им в судебном заседании, об обстоятельствах причинения телесных повреждений Ю. , от которых он впоследствии скончался; показаний потерпевшей Потерпевший №1, показаний свидетелей М. Т.А., А. , Б. , Д. , Г. , В. , Е. , З. , об известных им обстоятельствах по делу, данных, зафиксированных в протоколе проверки показаний на месте происшествия с участием ФИО1, протоколе осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениях экспертов и иных доказательствах, исследованных судом.

Давая оценку показаниям ФИО1, полученным в ходе досудебного производства во время производства его допроса в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также при проведении следственного действия – проверки показаний на месте, суд признает их допустимыми доказательствами.

Из протоколов допроса ФИО1 усматривается, что в них, в соответствии с предписаниями уголовно-процессуального закона, отражены все обстоятельства, необходимые для проверки их допустимости, в том числе о времени, месте проведения следственных действий, разъяснении соответствующих процессуальных прав, о составе лиц, принимавших участие в их проведении, а также содержание показаний, данных допрашиваемым лицом. По окончании допроса достоверность отражения названных обстоятельств, правильность и полнота составления протоколов, удостоверена в нем как следователем, составившим протоколы, так и самим ФИО1 и его защитником, а также понятыми при проведении следственного действия – проверки показаний на месте. Суд удостоверился в том, что ни сам ФИО1, ни его защитник, каких-либо замечаний к содержанию сведений, зафиксированных в протоколе, а также, касающихся организации проведения данного следственного действия и заявлений об оказании на него незаконного воздействия, не высказывали.

Таким образом, суд считает, что показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования, в совокупности с другими доказательствами свидетельствуют о виновности подсудимого в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах.

Показания потерпевшей и свидетелей суд также признает достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам уголовного дела, так как потерпевшая и свидетели перед дачей показаний предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, их показания относительно значимых для уголовного дела обстоятельств последовательны, стабильны, согласуются с иными доказательствами, собранными по делу, оснований для оговора подсудимого судом не установлено, не прослеживается и их заинтересованность в исходе дела, неприязненные отношения между ними и подсудимым отсутствуют, поэтому оснований не доверять им у суда не имеется.

Суд квалифицирует действия подсудимого ФИО1 по ч. 1 ст. 105 УК РФ – как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Основания для переквалификации действий ФИО1 на ч. 4 ст. 111 УК РФ отсутствуют, по следующим основаниям.

Совокупность обстоятельств содеянного ФИО1, способ совершения преступления, характер и локализация телесных повреждений, обнаруженных у потерпевшего, а именно – нанесение тому не менее трех ударов обухом топора в жизненно-важный орган – голову Ю. , предшествовавшие преступлению возникшие личные неприязненные отношения ФИО1 к потерпевшему Ю. , вызванные тем, что потерпевший высказался в адрес ФИО1 грубой нецензурной бранью, обозвав его лицом, нетрадиционной сексуальной ориентации, свидетельствуют о том, что ФИО1, совершая преступление, осознавал общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения смерти потерпевшего и желал этого, то есть действовал с прямым умыслом на причинение смерти Ю. .

О прямом умысле на убийство Ю. свидетельствуют и данные, содержащиеся в заключении судебно-медицинской экспертизы трупа № от 31 января 2018 года, из которого следует, что непосредственной причиной смерти Ю. является расстройство мозгового кровообращения, возникшее в результате комплекса причиненных ему телесных повреждений, а именно закрытой черепно-мозговой травмы с кровоизлиянием в мягкие ткани в правой височной области, перелом основания черепа в правой средней черепной ямке, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку правой височно-затылочной доли головного мозга, ушиб ткани головного мозга левой лобной доли головного мозга, ушиб головного мозга с гематомоподобным кровоизлиянием в левой затылочной доли головного мозга, кровоизлияние под мягкую мозговую оболочку мозжечка, кровоизлияние в боковые желудочки головного мозга; рану мягких тканей на левой ушной раковине; ссадины в области левой надбровной дуги, в правой лобно-теменной области, в правой скуловой области, в комплексе квалифицирующиеся как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и как повлекшие за собой смерть.

Основания рассматривать действия ФИО1, связанные с умышленным причинением смерти Ю. , как совершенные в состоянии необходимой обороны, в состоянии превышения пределов необходимой обороны, у суда отсутствуют, поскольку из установленных фактических обстоятельств дела, подтверждающихся совокупностью приведенных в приговоре доказательств для ФИО1 было очевидным, что после того, как потерпевший нанес ему один удар, от которого он упал, посягательство со стороны ФИО9 было окончено, и никакой опасности, как для жизни, так и здоровья ФИО1, потерпевший не представлял, к тому же в этот момент он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения.

В момент совершения преступления подсудимый ФИО1 также не находился в состоянии сильного душевного волнения, на что указывают совершаемые им конкретные действия на месте преступления, которые были обдуманными, последовательными и целенаправленными. Более того, после совершенного преступления ФИО1 принял меры к сокрытию его следов – скинув Ю. в подполье.

Суд считает, что между действиями ФИО1 и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего Ю. имеется прямая причинно-следственная связь.

Мотивом совершения преступления суд находит личные неприязненные отношения подсудимого ФИО1 к потерпевшему Ю. , вызванные тем, что потерпевший высказался в адрес ФИО1 грубой нецензурной бранью, обозвал его лицом нетрадиционной сексуальной ориентации.

Из исследованных в судебном заседании доказательств следует, что поводом к совершению преступления послужило противоправное поведение самого потерпевшего, который нанес удар, в результате которого ФИО1 упал на пол, а также допустил высказывания оскорбительного характера в адрес ФИО1

При назначении наказания подсудимому ФИО1 суд в соответствии с требованиями ст. 60 УК РФ учитывает конкретные обстоятельства совершенного преступления, характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, относящегося к категории особо тяжких преступлений против личности, данные о его личности, совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих, а также влияние назначаемого наказания на его исправление и на условия его жизни.

Судом установлено, что ФИО1 ранее судим, не работает, согласно характеристике и.о. заместителя начальника ОУУП и ПДН МО МВД России «Белогорский» за время проживания на территории административного участка <адрес> зарекомендовал себя с удовлетворительной стороны, состоит на диспансерном учете <данные изъяты> на учете у врача психиатра не состоит, неоднократно привлекался к административной ответственности, как владелец огнестрельного гражданского оружия на территории <адрес> не зарегистрирован, на воинском учете в военном комиссариате города Белогорск, Белогорского и Серышевского районов Амурской области не состоит, снят с воинского учета в 2005 года в связи с тем, что был осужден, проходил военную службу в рядах вооруженных Сил РФ.

Участковым уполномоченным МО МВД России «Белогорский» В. , характеризуется, как лицо ранее судимое за совершение особо тяжкого преступления, злоупотребляющее спиртными напитками, склонное к совершению преступлений, по характеру агрессивного

Полицейским ОВО ППСП МО МВД России «Белогорский» И. , ФИО1 характеризуется как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения становящегося агрессивным, имеет привычку во время конфликтов «хвататься» за ножи, топоры.

Оснований не доверять сведениям, изложенным в характеристике участкового уполномоченного полиции, а также в показаниях должностных лиц, знакомых с ФИО1 в силу служебной деятельности, у суда не имеется. Характеризующие подсудимого данные, суд принимает во внимание наряду с иными сведениями, о его личности, имеющимися в исследованных материалах.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1 суд признает: активное способствование раскрытию и расследованию преступления, противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для совершения преступления, признание вины.

Из заключения комиссии экспертов № от 22 января 2018 года, следует, что ФИО1 хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые бы лишали его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния не страдал. <данные изъяты> По своему психическому состоянию в настоящее время ФИО1 может понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, осуществлять действия, направленные на реализацию своих процессуальных прав и обязанностей, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания. По своему психическому состоянию ФИО1 в применении каких-либо принудительных мер медицинского характера не нуждается.

Оснований ставить под сомнение выводы экспертов у суда не имеется, поскольку экспертиза проведена лицами, имеющими специальные познания в области психиатрии, выводы экспертов основаны на личном контакте с подэкспертным и научно обоснованы. В связи с этим, а также с учетом поведения подсудимого ФИО1 в судебном заседании, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное им.

То обстоятельство, что в период совершения преступления ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения, не является безусловным основанием для признания наличия в его действиях отягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1.1 ст. 63 УК РФ, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя.

Так, согласно заключению амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы у ФИО1 обнаруживаются признаки синдрома зависимости от алкоголя, об этом свидетельствуют данные о длительном систематическом злоупотреблении алкогольными напитками, с формированием психической и физической зависимости с явлениями абстинентного синдрома, постепенным снижением толерантности, формированием черт морально-этического огрубления личности, сужением круга интересов. У ФИО1 выявлены скудные и малодифференцированные эмоциональные реакции, облегченность суждений, черты морально-этического огрубления личности по алкогольному типу, сужение круга интересов.

<данные изъяты>

Должностными лицами, знакомыми с ним по роду своей деятельности характеризуется как лицо, в повседневной жизни злоупотребляющее спиртными напитками.

Совокупность указанных обстоятельств приводят суд к убеждению, что состояние опьянение, вызванное употреблением алкоголя, не повлияло на поведение подсудимого, не привело к ослаблению нравственно волевого контроля подсудимого за своим поведением.

При назначении вида и размера наказания ФИО1 суд учитывает конкретные обстоятельства дела, данные, характеризующие личность виновного, наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, и считает, что ему следует назначить наказание в виде реального лишения свободы. Суд полагает, что данный вид наказания будет соразмерным наказанием за содеянное им и цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление подсудимого и предупреждение совершения новых преступлений – будут достигнуты.

При этом суд не усматривает оснований для назначения подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ судом не усматривается, поскольку каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, из материалов дела не установлено.

В связи с вышеизложенным, оснований для применения положений ст. 73 УК РФ у суда не имеется.

Вместе с тем, при назначении наказания суд учитывает положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, так как при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств имеется смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ, отнесено уголовным законом к категории особо тяжких.

Учитывая фактические обстоятельства, совершенного подсудимым преступления и степень его общественной опасности, данные о личности ФИО1, несмотря на наличие совокупности смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, суд не находит оснований для изменения категории совершенного им преступления, на менее тяжкую в соответствии с положениями ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В силу п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ, отбывание лишения свободы ФИО1 суд назначает в исправительной колонии строгого режима.

Так как ФИО1 признан судом виновным в совершении особо тяжкого преступления и осуждается к реальному лишению свободы, то в целях обеспечения своевременного исполнения приговора суд, до вступления приговора в законную силу, считает необходимым меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения.

Время содержания ФИО1 под стражей в соответствии с ч. 4 ст. 72 УК РФ подлежит зачёту в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.

Потерпевшей Потерпевший №1 в судебном заседании заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 в её пользу 100 000 рублей в счёт возмещения морального вреда, о взыскании затрат, связанных с погребением Ю. в размере 34580 рублей.

Гражданский ответчик ФИО1 с заявленными исковыми требованиями согласился в полном объеме.

Согласно ст. 151, 1099, 1101 ГК РФ компенсации подлежит моральный вред (физические или нравственные страдания), причинённый действиями, нарушающими личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, размер компенсации определяется в зависимости от характера причинённых потерпевшим физических или нравственных страданий, а также степени вины причинителя.

Из анализа указанных правовых норм следует, что ответственность установлена за моральный вред, причинённый гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

Заявленный потерпевшей Потерпевший №1 гражданский иск в части компенсации морального вреда в связи с убийством её гражданского супруга, с которым она находилась в фактических брачных отношениях на протяжении 29 лет в сумме 100 000 рублей суд находит обоснованным, подлежащим удовлетворению в силу ст. 151, 1101 ГК РФ, так как судом установлено, что действиями подсудимого ФИО1 потерпевшей Потерпевший №1 причинён моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях.

Принимая во внимание степень нравственных страданий, причинённых потерпевшей Потерпевший №1 убийством ФИО1 её гражданского супруга Ю. , учитывая требования разумности и справедливости, суд полагает, что заявленные требования подлежат полному удовлетворению, и считает необходимым взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, находя эту сумму соответствующей степени пережитых Потерпевший №1 нравственных страданий.

Заявленный потерпевшей Потерпевший №1 в судебном заседании гражданский иск в части возмещения затрат, связанных с погребением, суд находит разумным, полностью подтверждённым в судебном заседании документами о расходах, и подлежащим в связи с этим полному удовлетворению по следующим основаниям.

Потерпевшая Потерпевший №1 в судебном заседании пояснила, что затраты по погребению несла она лично.

Как следует из материалов уголовного дела, истцом в подтверждение заявленного иска представлены платёжные документы о расходах на общую сумму 34580 рублей.

Государственный обвинитель поддержала заявленные потерпевшей в этой части исковые требования на указанную сумму.

В соответствии со ст. 151, 1064 Гражданского кодекса РФ причинённый вред, вызванный смертью потерпевшего, возмещается в полном объёме лицами, ответственными за его причинение.

В соответствии с п. 1 ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы. Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержится в Федеральном законе от 12 января 1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Таким образом, с ФИО1 подлежит взысканию в пользу Потерпевший №1 34580 рублей в качестве возмещения имущественного ущерба, связанного с погребением Ю.

Вопрос о вещественных доказательствах подлежит разрешению в порядке, предусмотренном ст. 81, ст. 299 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде девяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 14 июня 2018 года, зачесть в срок отбытия наказания время содержания его под стражей с 30 ноября 2017 года по 13 июня 2018 года.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения.

Взыскать с ФИО1 в пользу Потерпевший №1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, в счёт возмещения материального ущерба, связанного с погребением денежную сумму в размере 34 580 рублей.

Вещественные доказательства: топор, подушку, два ватных диска, хранящиеся при уголовном деле – уничтожить по вступлению приговора в законную силу, дактопленку, хранящуюся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок и в том же порядке, со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный вправе в течение десяти суток со дня вручения копии приговора ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём он должен указать в своей апелляционной жалобе. Также осужденный вправе ходатайствовать об участии в суде апелляционной инстанции в случае принесения апелляционных жалобы, представления, затрагивающей его интересы, ходатайство должно быть подано в письменном виде в течение десяти суток после получения копии апелляционных жалобы, представления.

Председательствующий Е.В. Луценко