Решение № 2-1646/2017 2-1646/2017 ~ М-1528/2017 М-1528/2017 от 11 декабря 2017 г. по делу № 2-1646/2017

ДЕЛО № 2-1646/17г


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 декабря 2017 г г.Каменск-Шахтинский

Каменский районный суд Ростовской области в составе:

председательствующей судьи Дьяковой И.Г.,

с участием представителей истца – ФИО1 и ФИО2,

ответчика ФИО3 и её представителя – адвоката Рыбалова А.С.,

при секретаре Устиновой Л.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску по иску ФИО4 к ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л :

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО3 и несовершеннолетнему ФИО5, в котором (с учетом уточнения) просила признать недействительным договор дарения квартиры от 20.12.2013г и применить последствия недействительности данной сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение.

В обоснование иска ФИО4 указала, что в связи с признанием принадлежащего ей дома № по <адрес> аварийным, ей в рамках программы предоставления мер социальной поддержки по обеспечению жильем ветеранов за счет средств федерального бюджета была предоставлена субсидия, на которую она 15.11.2013г приобрела квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. Оформлением всех необходимых документов занимался её сын – ФИО5, который в этих целях сделал доверенность в администрации Красновского сельского поселения. Вселиться в приобретенную квартиру она не смогла, так как сын стал делать в этой квартире ремонт, который не завершен до настоящего времени. ДД.ММ.ГГГГ сын умер, и после его смерти ей стало известно, что спорная квартира ей не принадлежит, так как она якобы подарила эту квартиру сыну – ФИО5 по договору от 20.12.2013г, хотя в действительности она такого договора не составляла, и отчуждать квартиру не собиралась.

Истец ФИО4 просила рассмотреть дело в её отсутствие (л.д.153).

В судебном заседании представители истца исковые требования поддержали и показали, что ФИО4 собиралась проживать в купленной квартире по окончании производимого ФИО5 ремонта, но ремонт затянулся до тех пор, пока ФИО5 не умер. Сначала на выделенные ей деньги она хотела отремонтировать свой дом в <адрес>, так как в нем нет ни водоснабжения, ни водоотведения, ни газа. Но сын уговорил её купить у него квартиру со всеми удобствами. Считая квартиру своей, она ежемесячно давала сыну по <данные изъяты> руб. для оплаты коммунальных платежей, а после смерти сына выяснилось, что имеется задолженность по оплате за капремонт. После смерти ФИО5 она получила от его вдовы документы только в апреле 2017г, из которых и узнала, что квартиру она подарила сыну в декабре 2013г. ФИО4 считает, что сын обманул её в декабре 2013г, подсунув скатанные в трубочку листы бумаги, которые она подписала, так как сын сказал, что это документы, необходимые для получения свидетельства о госрегистрации.

Представитель истца также полагает, что право собственности ФИО5 на спорную квартиру зарегистрировано незаконно, с нарушением требований ст.8.1 ГК РФ, в отсутствие ФИО4, по доверенности, которая является ничтожной, поскольку в ней отсутствует дата её совершения; представитель совершил сделку от имени представляемого в отношении себя лично, что противоречит ст.182 ч.3 ГК РФ.

Ответчик ФИО3, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего сына, с иском не согласилась и показала, что её муж – ФИО5 при жизни осуществлял уход за матерью, пытался переселить её в квартиру в <адрес>, но она отказывалась от переезда, не хотела бросать собак. Их семья проживала в 3-х комнатной квартире в <адрес> и в квартире в <адрес> не нуждалась. Потом муж рассказал ей, что он договорился с мамой, как обналичить деньги, которые ей могут выделить на приобретение жилья – он продаст матери квартиру в <адрес>, получит деньги, на эти деньги отремонтирует дом матери и квартиру в <адрес>, а квартира потом опять вернется к нему. Когда мама уже не сможет сама жить в <адрес>, переедет в квартиру в <адрес>. Муж сам занимался всеми вопросами, добился, чтобы дом матери признали аварийным, включили в программу. После получения денег муж, как и собирался, начал ремонт и в квартире, и в доме матери: заменил окна на пластиковые, сменил проводку, заделал швы, сделал ремонт внутри. В квартире в <адрес> он сменил окна, обшил стены гипсокартонном, сделал потолок, застеклил лоджию. До конца все сделать не успел. За все время до смерти мужа у Александры Ивановны никаких вопросов по квартире не возникало, так как она была в курсе всего. Через 40 дней после смерти мужа она /ФИО3/ передала файл с документами ФИО4, какие там были документы, она точно не помнит, так как в эти вопросы не вдавалась. Она предлагала собраться всем наследникам и разделить наследство, ей квартира в <адрес> не нужна, и она не возражает взамен доли в этой квартире получить долю в квартире, в которой она проживает.

Представителем ответчика – адвокатом Рыбаловым сделано заявление о пропуске истцом срока исковой давности.

По инициативе суда к участию в деле были привлечены другие наследники ФИО5, принявшие наследство – дети умершего от первого брака – ФИО6 и ФИО7

Ответчик ФИО7 просил рассмотреть дело в его отсутствие, в письменном заявлении исковые требования признал (л.д.142).

Ответчик ФИО6 просила рассмотреть дело в её отсутствие, принятие решение оставила на усмотрение суда. Если суд решит, что договор действителен и квартира войдет в состав наследства, отказываться от своей доли наследства она не намерена (л.д.143).

Третьи лица – Управление росреестра по Ростовской области и нотариус ФИО8 просили рассмотреть дело в их отсутствие (л.д.35-36, 42).

Выслушав стороны и их представителей, допросив свидетелей, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

Как установлено судом, 15.11.2013г между ФИО5 (продавцом) и ФИО4 (покупателем) был заключен договор купли-продажи квартиры № в доме № по <адрес>. Квартира приобретена за счет средств федерального бюджета, поступивших в областной бюджет на оказание мер социальной поддержки по обеспечению жильем ветеранов (л.д.16).

На основании заключенного договора право собственности на указанную квартиру перешло к ФИО4, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права (л.д.17).

20.12.2013г был заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО4 (даритель) подарила ФИО5 (одаряемому) квартиру, расположенную по адресу: <адрес> (л.д.19).

На основании заключенного договора право собственности на квартиру вновь перешло к ФИО5, что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.20-21).

Согласно статье 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

По утверждению истца, она не имела намерение дарить сыну квартиру, в которой наждалась, а договор подписала под влиянием обмана со стороны ФИО5

В соответствии с ч.2 ст.179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса (ч.4 ст.179 ГК РФ).

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ и ст. 56 ГПК РФ именно истец, обратившийся в суд с требованиями о признании сделки недействительной, обязан представить суду соответствующие доказательства, в данном случае - доказательства заключения сделки под влиянием обмана.

Проанализировав представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что истцом не представлено достаточных, допустимых и достоверных доказательств того, что сделка совершена под влиянием заблуждения и обмана.

Договор подписан сторонами, текст договора содержит сведения о сущности сделки, истец расписалась под словом "даритель", подлинность своей подписи истица не оспаривала, довод о том, что при подписании лист бумаги был свернут трубочкой, ничем не подтвержден, и слово «даритель», которое однозначно было видно при учинении подписи, однозначно указывает на сущность сделки.

Свидетели К. и Г. показали, что они присутствовали в тот момент, когда в апреле 2017г ФИО2, получив документы от вдовы – ФИО3, зачитывала договор дарения ФИО4, которая стала плакать и говорить, что она ничего не дарила, не подписывала, и что сын её обманул.

Суд считает, что данные показания не являются прямым доказательством того, что обман действительно имел место более трех лет назад.

Как уже было отмечено, договор подписан ФИО4 и свою подпись на этом договоре она не отрицает. За время, прошедшее с момента заключения договора купли-продажи (более трех лет), истец никаких действий или попыток по вселению в квартиру не предпринимала. Ссылки на продолжающийся в квартире ремонт неубедительны, так как ремонт не является обстоятельством, препятствующим вселению; фотографии квартиры, представленные в дело, подтверждают то, что проживание в квартире было возможно. Довод о том, что истец якобы передавала сыну по <данные изъяты> руб. ежемесячно на оплату коммунальных услуг, голословен. Если истец считала квартиру в <адрес> своей собственностью, и имела намерение туда переселиться, непонятно тогда, с какой целью производился ремонт в доме в <адрес>: менялись окна, проводка, и т.п., то, что такой ремонт имел место, также видно на представленных фотографиях, подтвержден показаниями свидетелей.

Изложенные обстоятельства в их совокупности косвенно свидетельствуют о том, что ФИО4 знала о том, что квартира не является её собственностью, и что, как указала ответчик ФИО3, все сделки проводились с целью «обналичивания» денег, выделенных на приобретение жилья.

Несостоятелен и довод о ничтожности доверенности, выданной ФИО4 на имя ФИО5(л.д.149).

В силу абз.2 ч.1 ст.186 ГК РФ ничтожной является доверенность, в которой не указана дата ее совершения.

Действительно, в доверенности имеются расхождения в датах: дата доверенности указана – 04 апреля 2012г, а удостоверительная надпись специалиста администрации Красновского сельского поселения учинена якобы 04 марта 2012г, зарегистрирована в реестре под №.

Суд в судебном заседании обозрел реестр регистрации нотариальных действий за 2012г, совершаемых администрацией Красновского сельского поселения. В данном реестре за № от 04.04.2012г зарегистрирована выдача доверенности ФИО4

Довод представителя ответчика об отсутствии в данном реестре подписи ФИО4 утрирован, поскольку данный реестр вообще не содержит графы – подпись, и в представленном реестре за 2012г не содержится ни одной подписи лиц, в отношении которых совершались нотариальные действия.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля специалист администрации Красновского сельского поселения ФИО9, на которого возложена обязанность по совершению нотариальных действий, показал, что по просьбе ФИО5 он выезжал на дом к ФИО4 в <адрес>, где она лично в его присутствии поставила подпись в доверенности. Указание даты – 04.03.2012г является технической ошибкой, оставшейся в бланке с какого-то прошлого документа.

Таким образом, доверенность имеет дату её совершения, основания считать её ничтожной отсутствуют.

К тому же, как следует из показаний сторон, вопросом включения ФИО4 в программу «социальной поддержки ветеранов» занимался именно ФИО5, и именно с этой целью ему и была выдана доверенность еще в апреле 2012г. В ноябре 2012г ФИО5, действуя как доверенное лицо ФИО4, подавал заявления об обследовании жилого дома в <адрес>, что видно из содержания акта обследования помещения от 30.11.2012г (л.д.15).

Эта же доверенность использовалась ФИО5 и при регистрации в Управлении Росреестра договора купли-продажи спорной квартиры (л.д.64, 70, 72-73), а в последующем и договора дарения (л.д.58-60).

Ссылка представителя истца на то, что якобы в ноябре 2013г глава администрации Н. предупредил ФИО4 о слишком большом объеме полномочий, указанных в доверенности, и тогда она потребовала от сына вернуть ей доверенность, а он, обманув её, вернул цветную копию, несостоятельна.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Н. данные обстоятельства не подтвердил, заявив, что об обстоятельствах выдачи доверенности и её содержании ему вообще ничего не известно. С вопросом о признании дома матери аварийным обращался ФИО5 Он/Н./ был в доме ФИО4 дважды: во время обследования дома в 2012г, и накануне суда – 11.12.2017г. Раньше это было неухоженное помещение, в доме было много собак, сейчас помещение частично подремонтировано, температурный режим показался нормальным, хотя щели в доме есть.

Суд также отвергает доводы представителя истца о нарушении закона Управлением Росреестра при регистрации сделки дарения.

Ссылка на абз.1 ч.3 ст.182 ГК РФ, согласно которой представитель не может совершать сделки от имени представляемого в отношении себя лично, а также в отношении другого лица, представителем которого он одновременно является, в данном случае необоснованна.

Сделка дарения совершена лично ФИО4, что подтверждается её подписью в договоре. ФИО5, действуя на основании доверенности, совершил регистрацию данного договора.

Абзац 2 ч.3 ст.8.1 ГК РФ предусматривает, что запись в государственный реестр вносится при наличии заявлений об этом всех лиц, совершивших сделку, если иное не установлено законом.

Согласно п.3 ч.3 ст.15 Федерального закона от 13.07.2015 N 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав без одновременного государственного кадастрового учета осуществляется по заявлению сторон договора - при государственной регистрации договора…

В соответствии со ст.18 того же Закона № 218-ФЗ, к заявлению о государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав прилагается, кроме прочего, документ, подтверждающий соответствующие полномочия представителя заявителя (если с заявлением обращается его представитель). При представлении заявления о государственном кадастровом учете и (или) государственной регистрации прав посредством личного обращения физическое лицо предъявляет документ, удостоверяющий его личность, а представитель физического лица - также нотариально удостоверенную доверенность, подтверждающую его полномочия.

ФИО5, регистрируя договор, представил нотариально удостоверенную доверенность от ФИО4, что законодательством не запрещено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что допустимых, достоверных и достаточных доказательств, подтверждающих, что при подписании договора дарения истец действовала под влиянием обмана или заблуждения, суду не представлено. Пожилой возраст истца и юридическая неграмотность сами по себе не свидетельствуют о том, что ФИО4 заблуждалась относительно совершаемых ею действий по распоряжению имуществом и подписываемых документов, поэтому оснований для удовлетворения иска суд не усматривает.

В настоящее время истец не лишена возможности проживать в спорной квартире, так как является наследницей имущества умершего сына, никто из наследников на проживание в данной квартире не претендует. У наследодателя имеется и другое имущество, которое может быть равноценно перераспределено между наследниками.

Кроме того, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Согласно ч. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.2 ст.179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, то есть такая сделка является оспоримой.

В соответствии со ст.ст.195, 196, 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности устанавливается в три года. Течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Для оспоримой сделки этот срок в силу п. 2 ст. 181 ГК РФ равен 1 году и он исчисляется со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как указано выше, судом не установлено и не представлено доказательств того, что ФИО4 при подписании договора дарения находилась в состоянии заблуждения или обмана относительно природы сделки.

Договор дарения между сторонами был заключен 20.12.2012г, с исковым заявлением в суд ФИО4 обратилась 21.08.2017 г. следовательно, срок для обращения в суд ею пропущен. Уважительных причин пропуска срока исковой давности судом не установлено.

Согласно ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Руководствуясь ст.ст. 195-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО4 к ФИО3, ФИО5, ФИО6 и ФИО7 о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Каменский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

С У Д Ь Я :_____________________

Полный текст решения

изготовлен 19.12.2017г.