Апелляционное постановление № 22-261/2025 от 9 марта 2025 г. по делу № 1-98/2024

31RS0003-01-2022-000359-27 22-261/2025

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Белгород 10 марта 2025 года

Суд апелляционной инстанции Белгородского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кичигина Ю.И.

при ведении протокола секретарем Гавдан А.С.,

с участием:

прокурора Бессарабенко Е.Г.,

осужденного ФИО1,

защитников адвокатов Скурятина Г.И., Макиева Д.В.,

потерпевшего Потерпевший №1,

представителя потерпевшего адвоката ФИО21,

представителя потерпевшего Потерпевший №2 – адвоката ФИО22,

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его защитников адвокатов Макиева Д.В., Скурятина Г.И. на приговор Яковлевского районного суда Белгородской области от 2 декабря 2024 года, которым

ФИО1, родившийся ДД.ММ.ГГГГ, имеющий высшее образование, работающий в <данные изъяты>, женатый, имеющий малолетнего ребенка, военнообязанный, не судимый,

осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года 10 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами сроком на 2 года 10 месяцев.

Приговором разрешены гражданские иски и судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Кичигина Ю.И., изложившего содержание приговора и доводов апелляционных жалоб, выступления: осужденного ФИО1, его защитников Скурятина Г.И., Макиева Д.В., об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ; потерпевшего Потерпевший №1, представителей потерпевших адвокатов ФИО21, ФИО22, прокурора Бессарабенко Е.Г., просивших приговор суда оставить без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что управляя автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности смерть двух лиц и причинение тяжкого вреда здоровью трех человек.

Согласно приговору, 22 августа 2021 года, около 15 часов 25 минут. ФИО1, управляя технически исправным автомобилем «Фольксваген Пассат» двигался по автомобильной дороге <данные изъяты> В нарушение п.п. 1.5, 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД РФ), не учел безопасную дистанцию до впереди движущегося в попутном направлении автомобиля ВАЗ 210540 под управлением Потерпевший №1 и совершил с ним столкновение. В результате удара в заднюю часть кузова автомобиля ВАЗ 210540, последний сместился на полосу встречного движения, где совершил столкновение с двигавшимся во встречном направлении автомобилем ВАЗ 21150, государственный регистрационный знак №, под управлением Потерпевший №2 В результате данного ДТП погибло двое человек и причинен тяжкий вред здоровью троих человек.

В апелляционной жалобе защитник адвокат Макиев Д.В. просит приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. Приводит доводы о том, что ранее приговор отменялся и возвращался прокурору для устранения недостатков, имевшихся в обвинительном заключении, однако новое обвинительное заключение составил тот же следователь ФИО2, который допрашивался судом в качестве свидетеля по делу. Излагает содержание ст. 61 УПК РФ и полагает, что все проведенные этим же следователем следственные действия по делу, в том числе предъявление нового обвинения, ознакомление с материалами дела и составление обвинительного заключения не имеют юридического значения, а само уголовное дело не подлежало рассмотрению.

Осужденный ФИО1 в жалобе повторяет эти доводы, как исключающие возможность постановления приговора. Кроме того, высказывает мнение о том, что суд не создал надлежащих условий для рассмотрения дела, поскольку в судебном заседании были оглашены показания свидетелей и специалиста без их непосредственного допроса в судебном заседании; очные ставки с ними не проводились. Полагает, что вывод суда в приговоре о технической исправности автомобиля ВАЗ 210540 под управлением водителя Потерпевший №1 основан на предположении, поскольку автотехническая экспертиза для определения состояния данного автомобиля не проводилась; установленный экспертами механизм дорожно-транспортного происшествия не является единственно возможным. Считает, что суд не дал оценки его доводам о роли других участников дорожного движения, в том числе двух велосипедистов, которые нарушили правила дорожного движения непосредственно перед столкновением. Кроме того, высказывается о чрезмерной суровости наказания, которое тяжелым образом скажется на материальном состоянии его семьи.

Адвокат Скурятин Г.И. также просит об отмене приговора ввиду составления обвинительного заключения следователем ФИО2, который допрашивался по делу в качестве свидетеля при предыдущем судебном разбирательстве, то есть, ввиду составления обвинительного заключения не надлежащим процессуальным лицом. Считает, что вина ФИО1 в совершении преступления не доказана, поскольку он двигался с разрешенной скоростью и не мог предвидеть действия двигавшегося впереди в попутном направлении водителя транспортного средства, связанные с внезапным торможением, в связи с чем, он не имел технической возможности избежать столкновения. Повторяет доводы о том, что причиной ДТП могла быть техническая неисправность систем автомобиля под управлением водителя Потерпевший №1, а также велосипедистов Свидетель №3 и Свидетель №4, правовая оценка действиям которых не давалась. Ссылается на показания специалистов ФИО3 и ФИО4 в судебном заседании, которые при проведении автотехнических экспертиз исходили из того, что все транспортные средства, участвовавшие в ДТП, были исправны; отказ в проведении экспертизы об определении технического состояния транспортных средств считает незаконным, поскольку причиной выезда автомобиля ВАЗ 210540 под управлением Потерпевший №1 после удара в его заднюю часть могла явиться техническая неисправность данного транспортного средства, приведшая к выезду на полосу встречного движения. Полагает, что процессуальные документы, в том числе протокол осмотра места происшествия составлен с нарушением закона, время составления данного протокола и схемы к нему составлены в разное время; схема административного правонарушения составлена до проведения следователем осмотра места происшествия лицом, не указанным в протоколе осмотра, также неверно указаны основания, по которым оглашались показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №3 и Свидетель №4 Просит приговор отменить, уголовное дело возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Представитель потерпевшего Потерпевший №1 адвокат ФИО21, государственный обвинитель Осетров М.Ю. в возражениях просят приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции считает, что выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного разбирательства, основываются на достаточной совокупности исследованных доказательств, которым дана надлежащая оценка, соответствующая требованиям ст.ст.87, 88 УПК РФ.

В приговоре суд в соответствии со ст. 307 УПК РФ описал преступное деяние, признанное доказанным с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также привел доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении осужденного ФИО1, в полном объеме раскрыл их содержание.

В судебном заседании ФИО1 утверждал, что аварийную ситуацию создал водитель ехавшего впереди него легкового автомобиля ВАЗ 210540 Потерпевший №1, который внезапно затормозил, при этом сигнал торможения не загорелся; несмотря на экстренное торможение, его автомобиль «Фольксваген Пассат» столкнулся с задней частью автомобиля ВАЗ 210540, после чего, автомобиль «Жигули» стал резко удаляться в левую сторону, выскочил на полосу встречного движения, где столкнулся с другим автомобилем. После ДТП видел на обочине двух женщин велосипедистов; схему места происшествия подписал, не вникая в её содержание. Считает, что к ДТП привели неисправности автомобиля «Жигули» в виде не работающих стоп-сигналов, а также неисправность рулевого управления.

Доводы жалобы осужденного и его защитников аналогичны тем, что заявлялись ими в судебном заседании.

Несмотря на занятую позицию и отрицание вины, обстоятельства совершения ФИО1 преступления правильно установлены судом на основании анализа и оценки, подробно изложенных в приговоре показаний свидетелей, заключений экспертов, протоколов осмотра, других материалов дела, которые приведены в приговоре.

Так, из показаний потерпевшего Потерпевший №1 суд установил, что он передвигался на принадлежащем ему технически исправном автомобиле ВАЗ 210540 вместе с четырьмя пассажирами – своими родственниками и родственниками жены, со скоростью около 80 км/час в направлении <адрес>; видел, что сзади него движется автомобиль «Фольксваген Пассат». В районе села <адрес> он начал сбрасывать скорость, поскольку ехавшие впереди него параллельно друг другу по обочине две женщины на велосипедах ограничивали ширину проезжей части; на расстоянии 10-15 метров до велосипедистов, он услышал визг тормозов и почувствовал удар сзади в автомобиль, после чего его автомобиль выбросило влево на полосу встречного движения, где он столкнулся с автомобилем ВАЗ 21150. В результате аварии погибли его жена и сестра жены, он и племянник жены Потерпевший №5 получили тяжкие телесные повреждения.

Показания Потерпевший №1 полностью подтвердил потерпевший Потерпевший №2, управлявший в момент ДТП автомобилем ВАЗ 21150, наблюдавший передвижение во встречном ему направлении двух велосипедистов, не создававших помех движению, за которыми с включенным светом ехал автомобиль ВАЗ 210540 со скоростью около 40 км/час, а за ним в свою очередь, автомобиль «Фольксваген Пассат», из под колес которого после проезда велосипедистов внезапно пошел черный дым, а затем произошел резкий выезд на его полосу движения автомобиля ВАЗ 210540 и столкновение этого автомобиля с его автомобилем, которого он не мог избежать.

Потерпевший Потерпевший №5 сообщил, что в момент ДТП находился в салоне автомобиля ВАЗ 210540 под управлением Потерпевший №1 вместе с мамой ФИО13, тетей ФИО14 и двоюродной сестрой Свидетель №2; во время движения водителя Потерпевший №1 никто не отвлекал; обстоятельства автоаварии не видел.

Свидетели Свидетель №3 и ФИО15 (мать и дочь), пояснили, что передвигаясь на велосипедах по обочине дороги по правой стороне, помех в движении автотранспорту не создавали, после проезда им навстречу автомобиля ВАЗ 21150, услышали позади себя хлопок и громкий удар; остановившись, они увидели в 10 метрах сзади от себя остановившийся автомобиль «Фольксваген» красного цвета под управлением ФИО1, а на встречной полосе и в кювете - два разбитых автомобиля отечественного производства с раненными и погибшими людьми.

Показания потерпевших и свидетелей опровергают доводы осужденного о том, что перед столкновением автомобиль ВАЗ 210540 под управлением Потерпевший №1 внезапно останавливался либо совершал иные резкие маневры, напротив, они подтверждают, что водитель Потерпевший №1 лишь снизил скорость, приближаясь к ехавшим впереди него по обочине велосипедистам. Такие действия потерпевшего не могли быть неожиданными для ФИО1, поскольку он сам видел двигавшийся впереди него автомобиль ВАЗ 210540, а также велосипедистов, находившихся впереди этого автомобиля, не осуществлявших выезд на автодорогу.

Эти обстоятельства происходили на ровном участке асфальтированной дороге в дневное время, в условиях хорошей видимости при отсутствии осадков, то есть в ситуации, которая позволяла осужденному правильно оценить складывающуюся дорожную обстановку, заблаговременно снизить скорость движения своего автомобиля, потому что именно на нем лежала обязанность предотвратить столкновение с впереди идущим автомобилем, в том числе путем полной остановки своего транспортного средства.

Вышеизложенный вывод согласуется с данными протокола осмотра места происшествия – участка автодороги <адрес> на 6 км+950 метров, которым зафиксировано нахождение автомобилей ВАЗ 210540 в кювете с левой стороны автодороги; автомобиля ВАЗ 21150 также на левой полосе под углом к середине проезжей части; автомобиля «Фольксваген Пассат» красного цвета на правой полосе дороги по направлению к <адрес>. На проезжей части дороги позади автомобиля «Фольксваген Пассат» имелись следы торможения с уширением.

Суд обоснованно отклонил доводы осужденного и его защитников о признании недопустимым доказательством протокола осмотра ввиду составления схемы к нему лицом, не указанным в протоколе и не подписания его понятыми.

Так, из указанных документов видно, что протокол осмотра и схема места административного правонарушения (том 1 л.д. 24) составлены с участием понятых, а также ФИО1, как участника ДТП; оба документа подписаны вышеуказанными лицами и лицами, их составившими, то есть, следователем ФИО2 и специалистом ФИО5

Составленная специалистом ФИО5 отдельная схема места дорожно-транспортного происшествия (том 1 л.д.25) идентична по содержанию и времени составления схеме места административного правонарушения; имеется разница лишь в их формате (размере).

Согласно приказу МВД России от 02.05.2023 года №264 «Об утверждении Порядка осуществления надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации о безопасности дорожного движения», на месте ДТП составляется схема административного правонарушения, в которой фиксируется обстановка на момент осмотра. Составление специалистом ФИО5 схемы места административного правонарушения не противоречит закону, поскольку на момент её составления уголовное дело по факту ДТП с участием ФИО1 не было возбуждено.

Допрошенные в судебном заседании следователь ФИО2 и специалист ФИО6 подтвердили участие ФИО5 в составлении обоих схем, поскольку он являлся сотрудником дорожной службы, проходил обучение и имел допуск к составлению данного рода документов; имел заранее разработанные и рекомендованные к оформлению бланки; после составления и подписания схем ФИО5 покинул место происшествия; также он сообщили о проведении осмотров с участием понятых и фотографировании места ДТП.

Подписывая протокол осмотра места происшествия и схему места совершения административного правонарушения, ФИО1 каких-либо претензий к ним не имел, он и понятые согласились с тем, что в них правильно и полно отражена обстановка места происшествия.

Правильность составления схемы места происшествия объективно подтверждается фототаблицей к протоколу осмотра, на которой зафиксированы те же обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, что и в оспариваемых документах; схема места ДТП лишь графически отображает содержание протокола осмотра. Поэтому оснований для исключения из числа доказательств протокола осмотра места происшествия, схемы места административного правонарушения и схемы места ДТП не имеется.

Из протокола осмотра транспортных средств видно, что автомобиль «Фольксваген Пассат» имел незначительные повреждения в передней части; автомобиль ВАЗ 21150 имел значительные повреждения в передней части; автомобиль ВАЗ 210540 имел значительные повреждения в передней части и с правой стороны передней части в виде разрушения кузова и его деформации, отрыва дверей, повреждения двигателя, других агрегатов, а также в задней части в виде деформации бампера, задней части кузова и капота, с их значительным смятием и полным разрушением фонарей и стоп-сигналов.

При указанных обстоятельствах эксперты, проводившие автотехнические экспертизы, обоснованно исходили из того, что автомобили ВАЗ 210540 и ВАЗ 21150, участвовавшие в автоаварии, до их столкновения, находились в исправном техническом состоянии.

Оспаривая данный вывод, осужденный и его защитники сослались на сведения диагностической карты автомобиля ВАЗ 210540, принадлежащего Потерпевший №1, в которой зачеркнута графа «возможна эксплуатация транспортного средства».

Однако из указанной диагностической карты видно, что другие её разделы, требующие обязательного перечисления неисправностей в случае вывода о невозможности эксплуатации транспортного средства, остались незаполненными. Кроме того, на основании указанной диагностической карты собственнику автомобиля Потерпевший №1 был выдан страховой полис, что на тот период являлось обязательным, то есть, работники страховой компании согласились с тем, что автомобиль был технически исправным. При таких обстоятельствах, суд правильно признал сведения диагностической карты на автомобиль ВАЗ 210540 технической ошибкой.

Этот вывод согласуется с показаниями Потерпевший №1 о содержании автомобиля в технически исправном состоянии, а также потерпевшего Потерпевший №2, видевшего, что перед ДТП автомобиль ВАЗ 210540 передвигался прямолинейно с включенными габаритными огнями и светом, снижение скорости движения данного автомобиля происходило плавно без заноса или изменения направления движения, то есть без указаний на техническую неисправность.

Показания потерпевшего Потерпевший №1 подтверждаются заключениями автотехнических экспертиз (первичной и повторной) о том, что изначально имело место столкновение передней части автомобиля «Фольксваген Пассат» с задней частью автомобиля ВАЗ 210540 под углом около одного градуса в районе уширения следов торможения, указанных на схеме, после чего автомобиль ВАЗ 210540 выехал на полосу встречного движения, где под углом 145 градусов плюс минус 5 градус столкнулся с передней частью автомобиля ВАЗ 21150; после прекращения действия приложенной силы автомобили заняли свое окончательное положение, зафиксированное в протоколе осмотра и на фототаблице. Автомобиль «Фольксваген Пассат» двигался со скоростью не менее 72,8-75,9 км/час, без учета кинетической энергии на его отброс от места столкновения; автомобиль ВАЗ 21150 двигался со скоростью 105 км/час, соответствующей показанию спидометра данного автомобиля и находился на минимальном удалении в момент реакции водителя на возникшую опасность движения, составляющем 37,2 метра. Водитель автомобиля ВАЗ 21150 не имел технической возможности предотвратить столкновение с автомобилем ВАЗ 210540, в том числе путем экстренного торможения. Механизм дорожно-транспортного происшествия соответствует показаниям потерпевшего Потерпевший №1, а также показаниям потерпевшего Потерпевший №2 Водитель автомобиля «Фольксваген Пассат» по условиям безопасности должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.10, 10.1 Правил дорожного движения, то есть соблюдать безопасную дистанцию до впереди движущегося автомобиля ВАЗ 210540.

Данные выводы согласуются с заключением химической экспертизы о том, что наслоение лакокрасочного покрытия розового цвета в виде потертостей, изъятых с автомобиля ВАЗ 210540, однородны с внешним слоем лакокрасочного покрытия автомобиля «Фольксваген Пассат», но отличаются по оттенку. Экспертом указано, что измельченный материал покрытия воспринимается светлее, чем он выгладит на гладкой, неразрушенной поверхности покрытия.

В судебном заседании эксперты ФИО3 и ФИО4 подтвердили вышеизложенные заключения и дополнительно сообщили, что каждый из них самостоятельно осматривал поврежденные автомобили, изучал предоставленные материалы дела, схемы и фототаблицы, сообщили, что свои выводы они сделали исходя из существующих методик и разработанных в таких случаях рекомендаций. Эксперты указали на отсутствие на месте ДТП данных о применением водителем автомобиля ВАЗ 210540 резкого торможения перед столкновением с сзади движущимся автомобилем «Фолькваген Пассат»; указали, что выброс автомобиля ВАЗ 210540 на полосу встречного движения произошел именно вследствие полученного им сзади удара от автомобиля «Фольксваген Пассат» под управлением ФИО1 и не зависел от действий водителя Потерпевший №1

Оснований не доверять выводам указанных экспертиз не имеется, поскольку они проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющими соответствующее образование и квалификацию, опыт работы; даны по результатам исследования материалов уголовного дела, личных осмотров транспортных средств путем применения научных методик и рекомендаций.

Показания потерпевших согласуются с заключениями судебно-медицинских экспертиз, которыми установлено, что смерть пассажира автомобиля ВАЗ 210540 ФИО13 наступила от травматического шока, включающего в себя кровоизлияния под мягкую оболочку правой теменной доли, в мягкие ткани правой теменной области головы, раны, ссадины и кровоподтеки в области головы, разрыв нижней доли левого легкого, левосторонний гемоторакс, кровоизлияние у корня правого легкого, переломы правой ключицы, многочисленные переломы ребер, левой лопатки, остистых отростков, образовавшихся в срок, соответствующий 22.08.2021 года от действия тупых твердых предметов, которыми могли быть выступающие части салона автомобиля, в совокупности причинившие тяжкий вред здоровью и вызвавшие наступление смерти;

- смерть пассажира автомобиля ВАЗ 210540 ФИО14 наступила от травматического шока, развившегося от причиненной ей тупой сочетанной травмы грудной клетки, таза и нижних конечностей с множественными переломами ребер с обеих сторон, с повреждениями пристеночной плевры справа и кровоизлиянием в правую плевральную полость, переломами грудины с кровоизлиянием в мягкие ткани переднего средостения, костей таза и нижних конечностей, образовавшейся в короткий промежуток времени в срок, соответствующий 22.08.2021 года от действия тупых твердых предметов, которыми могли быть выступающие части салона автомобиля и в совокупности причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и вызвали наступление смерти;

- у пассажира автомобиля ВАЗ 210540 <данные изъяты> Потерпевший №5 выявлены множественные переломы костей таза с нарушением целостности тазового кольца, оскольчатый перелом тела и крыла правой подвздошной кости с подвывихом крестцово-подвздошного сочленения со смещением костных отломков, косопоперечный перелом верхней и нижней ветвей правой лонной кости, перелом левой лонной кости по контуру крестцово-подвздошного сочленения с формированием мелких фрагментов по контуру с нарушением конфигурации тазового кольца и со смещением правой половины вовнутрь, которые причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, образовались незадолго до его поступления в больницу 22.08.2021 года от действия тупых твердых предметов;

- у водителя автомобиля ВАЗ 210540 Потерпевший №1 выявлена автотравма, включающая в себя раны спинки носа, ссадины поверхности груди, локтевого сустава, нижних конечностей, правосторонний пневмоторакс, контузионные изменения правого легкого, переломы 7-10 ребер справа, подкожную и межмышечную эмфизему справа, образовавшаяся от действия тупых твердых предметов, которыми могли быть выступающие части салона автомобиля, в срок, соответствующий 22.08.2021 года, которые в совокупности причинили тяжкий вред здоровью;

- у потерпевшего Потерпевший №2 выявлены раны лобной области, верхнего века левого глаза, обоих коленных суставов, переломы костей носа, краевой перелом альвеолярного отростка верхней челюсти, левосторонний малый пневмоторакс, участки интраальвеоолярных кровотечений легочной ткани на фоне контузионных изменений, которые образовались в срок, соответствующий 22.08.2021 года, от действия тупых твердых предметов и в совокупности причинили тяжкий вред здоровью.

При указанных обстоятельствах оснований не доверять показаниям потерпевших, свидетелей не имеется, поскольку они логичны, последовательны, согласуются друг с другом, а также с данными протокола осмотра места происшествия, заключениями экспертов.

Поэтому суд обоснованно признал эти показания относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами по делу и положил их в основу приговора.

На основании анализа показаний потерпевших свидетелей, заключений экспертов, данных протоколов осмотра, сведений о дорожной обстановке суд сделал правильный вывод о том, что именно действия ФИО1, связанные с неправильной оценкой дорожной обстановки и неверным выбором безопасной дистанции до впереди двигающегося транспортного средства явились причиной дорожно-транспортного происшествия, которые привели к причинению тяжкого вреда здоровью двух потерпевших, повлекших наступление их смерти, а также к причинению тяжкого вреда здоровью троих потерпевших.

Совокупность приведенных в приговоре доказательств является достаточной и убедительной для вывода о доказанности вины ФИО1; квалификация его действий по ч.5 ст. 264 УК РФ соответствует фактическим обстоятельствам дела, основана на уголовном законе и является правильной.

При назначении наказания суд в полном объеме учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО1, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. Все смягчающие обстоятельства, сведения о личности осужденного и материальном положении его семьи, в том числе указанные в заседании суда апелляционной инстанции, судом учтены.

Назначенное ФИО1 наказание, как основное, так и дополнительное, отвечает требованиям разумности и справедливости, предусмотренным ст.6, 60 УПК РФ, соразмерно содеянному; оснований для его смягчения не имеется.

Утверждения осужденного и его защитников о наличии нарушений уголовно-процессуального законодательства в виду того, что обвинительное заключение составлено тем же следователем, который допрашивался в суде в качестве свидетеля, новое обвинительное заключение в судебном заседании не оглашалось, основаны на неправильном толковании закона.

Из материалов дела видно, что следователь ФИО2 допрашивался в судебном заседании по обстоятельствам проведения следственных действий и участия в них других лиц, то есть по процессуальным вопросам, не относящимся к предмету доказывания. Суд не ссылался на показания следователя как на доказательство виновности ФИО1

Допрос следователя в качестве свидетеля не означает, что он был отнесен к числу лиц, которым могли быть известны какие либо обстоятельства, имеющие значение для расследования или разрешения уголовного дела. Основанием для отмены первоначального приговора Борисовского районного суда в отношении ФИО1 явилась неполнота обвинительного заключения, которая была восполнена без собирания по делу новых доказательств виновности ФИО1

Согласно ст. 67 УПК РФ, предыдущее участие следователя в производстве предварительного расследования по данном уголовному делу не является основанием для его отвода.

Согласно правой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 22.12.2015 года №2896–О, уголовно-процессуальный закон не исключает возможность допроса следователя проводившего предварительное расследование по уголовному делу в качестве свидетеля, об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий. Дача следователем свидетельских показаний о процедурных вопросах расследования во время судебного разбирательства, само по себе, не свидетельствует о производстве расследования лицом, подлежащим отводу.

Разрешая вопрос о допустимости участия следователя ФИО2 в производстве дополнительного расследования суд не установил его личной прямой или косвенной заинтересованности в исходе дела; не представлено доказательств об этом и в заседании суда апелляционной инстанции.

Доводы жалоб о предъявлении государственным обвинителем ФИО1 двух текстов обвинительного заключения, последний из которых он не получал, опровергаются материалами дела, из которых следует, что после оглашения текста обвинительного заключения в старой отмененной редакции, государственный обвинитель огласил обвинительное заключение от 29.02.2024 года, подписанное прокурором. Копия данного обвинительного заключения получена ФИО1 4 марта 2024 года. Именно по данному обвинительному заключения уголовное дело было рассмотрено по существу. ФИО1 подтвердил суду, что содержание обвинительного заключения ему понятно; то есть, его права на защиту не нарушены.

Поэтому приговор является законным и обоснованным, а апелляционные жалобы – не подлежащими удовлетворению

Руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Яковлевского районного суда Белгородской области от 2 декабря 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий судья Ю.И. Кичигин