Приговор № 1-380/2017 от 19 ноября 2017 г. по делу № 1-380/2017

№ 1-380/2017 (№ 60414)


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Магадан 20 ноября 2017 года

Магаданский городской суд Магаданской области в составе:

председательствующего – судьи Москович Е.В.,

при секретарях: Бундур А.С., Гулизаде А.А., Мильер М.А., Казаковой К.А.,

с участием: государственного обвинителя - помощника прокурора города Магадана Михайлюк И.О.,

потерпевших – О.Л., П.А., К.И.,

подсудимого ФИО1,

подсудимого ФИО3,

защитника подсудимого ФИО1 – адвоката Магаданской городской коллегии адвокатов Храмцова А.В., представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

защитника подсудимого ФИО3 – адвоката Магаданской городской коллегии адвокатов ФИО4, представившего удостоверение № от ДД.ММ.ГГГГ и ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Магаданского городского суда Магаданской области уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, не судимого,

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч.2 ст. 163, п. «а» ч.2 ст.161, ч.2 ст.160, ч.2 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации,

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ года в городе Магадане, гражданина Российской Федерации, военнообязанного, с общим средним образованием, состоящего в браке, имеющего несовершеннолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего разнорабочим в ИП ФИО5, зарегистрированного и проживающего в <...> судимого:

- в несовершеннолетнем возрасте приговором Магаданского городского суда Магаданской области от 28 апреля 2007 года (с учетом изменений, внесенных постановлением Магаданского городского суда Магаданской области от 21 июня 2011 года) по ч.4 ст.111УК РФ (в редакции ФЗ от 07 марта 2011 года № 26-ФЗ), ч.1 ст.115 УК РФ, с применением ч.3 ст. 69, ст. 71 УК РФ к наказанию в виде лишение свободы на срок 08 лет 11 месяцев с отбыванием наказания в воспитательной колонии, с исчислением срока наказания с 28 апреля 2007 года. 18 сентября 2015 года освобожден по отбытию срока наказания;

- приговором Среднеканского районного суда Магаданской области от 29 сентября 2017 года по ст.319 УК РФ к наказанию в виде исправительных работ на срок 6 месяцев, с удержанием 5% заработка в доход государства. Приговор вступил в законную силу 09 ноября 2017 года, по состоянию на 20 ноября 2017 года к отбыванию наказания не приступил.

по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч.2 ст. 163, п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации,

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО3 совершили вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия. Они же совершили грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

ФИО1 также же совершил растрату, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенную с причинением значительного ущерба гражданину. Он же совершил мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Преступления совершены в городе Магадане при следующих обстоятельствах.

В период с 10 часов 00 минут до 12 часов 00 минут 27 марта 2016 года ФИО1 и ФИО3 находились в <адрес>, по месту жительства последнего. Имея неприязнь к О.Л., ввиду имевшего место с последним конфликта, ФИО1, под предлогом возмещения ему О.Л. ущерба, решил совершить вымогательство денежных средств у последнего, о чем сообщил ФИО3, предложив совершить указанные действия совместно, на что ФИО3 согласился. Тем самым ФИО1 и ФИО3 вступили в предварительный преступный сговор, направленный на завладение чужим имуществом путем вымогательства в отношении О.Л. группой лиц без распределения ролей, используя в качестве повода вышеуказанное обстоятельство.

Реализуя задуманное, ФИО1 и ФИО3, в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года прибыли на территорию автостоянки «Фрегат», расположенную <адрес><адрес>, где зашли в балок в котором находился О.Л. После чего, ФИО1 совместно с ФИО3, действуя группой лиц по предварительному сговору, осознавая противоправный характер своих действий и желая их совершения, под предлогом возмещения причиненного ФИО1 ущерба, умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, из корыстных побуждений, предъявили О.Л. требования о передаче им денежных средств в сумме 150 000 рублей, высказывая при этом в адрес последнего угрозы применения физической силы. Получив отказ от О.Л. передать требуемые денежные средства, действуя группой лиц по предварительному сговору, продолжая реализацию задуманного, ФИО3 нанес рукой два удара в височную область головы О.Л. и один удар рукой по лицу последнего, от чего О.Л. испытал физическую боль.

В продолжение реализации своего преступного умысла, направленного на незаконные требования к О.Л. о передаче им денежных средств, ФИО1 потребовал у О.Л. написать расписку с обязательством выплатить ФИО3 150 000 рублей, при этом продолжая высказывать в адрес О.Л. угрозы применения к нему насилия.

О.Л., опасаясь применения к нему насилия со стороны ФИО1 и ФИО3, опасаясь численного превосходства высказывающих в его адрес требования лиц, а также применения насилия в отношении него, воспринял реально угрозы агрессивно настроенных ФИО1 и ФИО3 и, опасаясь за свою жизнь и здоровье, не стал оказывать сопротивления противоправным действиям и выполнил незаконные требования ФИО1 и ФИО3, написав расписку, согласно которой в течение трех дней он обязуется выплатить ФИО3 денежные средства в сумме 150 000 рублей.

Таким образом, при вышеизложенных обстоятельствах, в период с 10 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года ФИО1 и ФИО3, действуя взаимосогласованно, группой лиц по предварительному сговору, находясь в балке, расположенном на территории автостоянки <данные изъяты><адрес><адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью извлечения материальной выгоды, под угрозой применения насилия, высказали требование в адрес О.Л. о незаконной передаче им денежных средств последнего, применив к нему также физическое насилие, в результате которого незаконно получили от О.Л. расписку с обязательствами последнего передать ФИО3 150 000 рублей, в дальнейшем с места преступления скрылись.

Кроме того, после совершения вымогательства, ФИО1 в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года, находясь в балке, расположенном по <адрес><адрес>, достоверно зная, что в указанном балке находится имущество, принадлежащее О.Л., решил его похитить, о чем сообщил ФИО3), предложив совместно совершить указанное хищение имущества О.Л., на что ФИО3 согласился. Таким образом ФИО1 и ФИО3 вступили в предварительный преступный сговор, направленный на открытое хищение имущества О.Л., группой лиц, без распределения ролей.

Реализуя свой преступный корыстный умысел, направленный на открытое хищение чужого имущества, ФИО1 совместно с ФИО3 27 марта 2016 года в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, находясь в балке, расположенном на территории автостоянки «Фрегат», по адресу: <адрес>, полагая, что присутствующий О.Л., в связи с недавним конфликтом препятствовать их преступным действиям не будет, сознавая, что О.Л. понимает противоправный характер их действий, вынесли из указанного балка имущество, принадлежащее О.Л., а именно: - два покрасочных валика фирмы «Вестан», стоимостью 190 рублей 05 копеек каждый, на общую сумму 380 рублей 10 копеек; - кисть плоскую изготовителя ООО «Промис-ручной», стоимостью 229 рублей 20 копеек; - болгарку марки «Лепсе», стоимостью 2151 рубль 00 копеек; - электрическую дисковую пилу, стоимостью 1938 рублей 72 копейки; - две стяжки для автомобильных пружин, стоимостью 1178 рублей 47 копеек каждая, на общую сумму 2356 рублей 94 копейки; - шуруповерт марки «Кратон» HOBBY CD-3-01 s/n: 0903 00224, стоимостью 1915 рублей 20 копеек; - зарядное устройство для аккумуляторных батарей «Орион» PW 320, стоимостью1260 рублей 00 копеек; - электрическую цепную пилу марки «BOSCH» АКБ 40S, стоимостью 5213 рублей 40 копеек; - набор инструментов в пластиковом чехле фирмы «JONNESWEY» 57 предметов, стоимостью 3844 рубля 80 копеек, а всего имущества на общую сумму 19289 рублей 36 копеек.

После чего ФИО1 совместно с ФИО3 27 марта 2016 года в период с 12 часов00 минут до 19 часов 00 минут из балка, расположенного на территории автостоянки «Фрегат», расположенного в <адрес>, действуя взаимосогласованно, умышленно, по предварительной совместной преступной договоренности, противоправно, с целью личного незаконного обогащения, осознавая неизбежность общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая их наступления, путем свободного доступа, открыто, из корыстных побуждений похитили принадлежащее О.Л. вышеперечисленное имущество на общую сумму 19289 рублей 36 копеек, перенеся данное имущество в гараж, принадлежащий Ф.Е.., находящийся в пользовании ФИО1, расположенный на территории по адресу: <адрес>.

Затем, ФИО1 совместно с ФИО3 27 марта 2016 года в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, в продолжение своего преступного умысла, направленного на открытое хищение имущества О.Л., вернулись в балок, расположенный на территории автостоянки «Фрегат» по <адрес>, где действуя противоправно, взаимосогласованно, группой лиц по предварительному сговору, в присутствии О.Л., осознавая открытый характер их противоправных действий, с целью незаконного личного обогащения, осознавая неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая их наступления, путем свободного доступа, из корыстных побуждений, открыто, в присутствии О.Л., сознавая, что последний понимает противоправный характер их действий, который препятствия их действиям не оказывал, в связи с недавним конфликтом, похитили со стола в указанном балке, принадлежащее О.Л. имущество, а именно: - сумку от ноутбука из полимерного материала черного цвета, стоимостью 1519 рублей 00 копеек; - ноутбук «HP MU06», стоимостью 8246 рублей 40 копеек; - флеш-карту объемом 4 Гб, стоимостью 203 рубля 70 копеек; - флеш-карту объемом 2 Гб, стоимостью 203 рубля 70 копеек; - флеш-карту микро CD, стоимостью 322 рубля 00 копеек; коврик для компьютерной мыши, стоимостью 196 рублей 00 копеек; - проводную игровую компьютерную мышь «Х7», стоимостью 329 рублей 00 копеек; - электролобзик «Бош», стоимостью 2788 рублей 32 копейки; - автомобильный компрессор 12 Вт, стоимостью 1883 рубля 00 копеек, на общую сумму 15691 рубль 12 копеек. Всего ФИО1 и ФИО3 открыто похитили имущества О.Л. на общую сумму 34980 рублей 48 копеек.

С похищенным имуществом ФИО1 и ФИО3 с места преступления скрылись, распорядившись им по своему усмотрению, причинив тем самым О.Л. материальный ущерб на общую сумму 34980 рублей 48 копеек.

Таким образом, при вышеизложенных обстоятельствах, в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года ФИО1 и ФИО3, действуя группой лиц по предварительному сговору, находясь в балке, расположенном на территории автостоянки «Фрегат» по <адрес><адрес>, действуя умышленно, противоправно, осознавая неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая их наступления, путем свободного доступа, открыто, из корыстных побуждений похитили имущество, принадлежащее О.Л., на общую сумму 34980 рублей 48 копеек, которым распорядились по своему усмотрению, чем причинили последнему материальный ущерб на указанную сумму.

Кроме того, ФИО1, арендовав по устной договоренности у П.А. совмещенный гаражный бокс №1-2, расположенный по <адрес>, осуществлял в нем трудовую деятельность по ремонту автомобилей. Для осуществления указанной деятельности ФИО7, согласно устной договоренности с ФИО1, в конце мая 2016 года приобрел для последнего инструменты и светильники, после чего вверил их ФИО1 с возможностью последующего выкупа. Согласно устной договоренности между П.А. и ФИО1 последний обязался оплатить указанный инструмент и светильники на общую сумму 137 577 рублей 60 копеек в рассрочку до 01 сентября 2016 года.

Далее, исполняя обязательства, заключенные в устной форме между П.А. и ФИО1, последний выкупил у П.А. часть инструментов на сумму 27 000 рублей 00 копеек. Однако, в дальнейшем ФИО1 решил не выполнять взятые на себя обязательства по выкупу приобретенных для него инструментов и светильников, а похитить их оставшуюся часть путем растраты.

Реализуя свой возникший преступный корыстный умысел, направленный на хищение путем растраты вверенного ему П.А. имущества, осознавая противоправный характер своих действий, неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая их наступления, ФИО1 26 августа 2016 года в период с 14 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, находясь в совмещенном гаражном боксе № 1-2, расположенном по <адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, против воли собственника – П.А., распорядился по своему усмотрению вверенным ему имуществом путем его продажи в ООО «Е-кредит», расположенном в городе Магадане по <адрес>, тем самым умышленно, из корыстных побуждений похитил путем растраты вверенное ему П.А. имущество, а именно: - кувалду «Кратон» (2 килограмма), стоимостью 739 рублей 20 копеек; - набор напильников «Kingtony» из 5 предметов, стоимостью 2279 рублей 20 копеек; - набор удлинителей 4 штуки, общей стоимостью 748 рублей 00 копеек; - сварочный аппарат «ELITECH», стоимостью 24631 рубль 20 копеек; мастак трещотку (1/2 72 зубца), стоимостью 695 рублей 20 копеек; - набор пассатижей тонкий нос из 4 предметов, стоимостью 3159 рублей 20 копеек; - головку глубокую 27 мм, стоимостью 290 рублей 40 копеек; - набор ключей «трещотка» из 12 предметов, стоимостью 11343 рубля 20 копеек; - набор ключей накидных из 12 предметов, стоимостью 6063 рубля 20 копеек; - набор выколоток из 6 предметов, стоимостью 1425 рублей 60 копеек; - набор головок торцевых из 33 предметов, стоимостью 10551 рубль 20 копеек; - мастак набор инструментов из 85 предметов, стоимостью11079 рублей 20 копеек; - съемник двухзахватный 100 мм, стоимостью 1487 рублей 20 копеек; - съемник двухзахватный 75 мм, стоимостью 1135 рублей 20 копеек; - мастак набор инструментов из 10 предметов, стоимостью 3951 рубль 20 копеек; - набор для демонтажа из 24 предметов, стоимостью 3071 рубль 20 копеек; - светодиодные светильники в количестве 12 штук, стоимостью 981 рубль 00 копеек за каждый, на общую сумму 11772 рубля 00 копеек, а всего похитил имущество П.А. на общую сумму 94421 рубль 60 копеек, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

Тем самым, при вышеизложенных обстоятельствах, 26 августа 2016 года в период с 14 часов 00 минут до 19 часов 00 минут ФИО1, находясь в совмещенном гаражном боксе №1-2, расположенном по <адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, против воли П.А., похитил путем растраты, принадлежащее последнему вышеперечисленное имущество на общую сумму 94421 рубль 60 копеек, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

Кроме того, ФИО1, находясь в гараже, расположенном по <адрес>, в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 03 октября 2016 года, узнал от малознакомого П.А. о том, что К.И. желает приобрести в свою собственность какой-либо автомобиль. В это время у ФИО1 возник преступный корыстный умысел, направленный на хищение денежных средств К.И. путем обмана последнего.

Во исполнение своего преступного умысла, 03 октября 2016 года в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут ФИО1, находясь в гараже, расположенном по <адрес>-<адрес> предложил К.И. купить, находящийся у него в собственности автомобиль марки <данные изъяты> государственный регистрационный знак № за 100000 рублей. Не подозревая о преступных намерениях ФИО8 согласился приобрести указанный автомобиль за обозначенную ФИО1 сумму.

Реализуя свой возникший преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества путем обмана, ФИО1 03 октября 2016 года, в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут, находясь в гараже, расположенном по <адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, осознавая общественно опасный характер своих действий и желая причинения материального ущерба собственнику имущества, под предлогом продажи находящегося у него в собственности автомобиля марки <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №, введя в заблуждение К.И. об истинных своих намерениях, передал последнему документы на указанный автомобиль, а К.И., находясь в неведении относительно преступного умысла ФИО2, в свою очередь, передал последнему денежные средства в сумме 100000 рублей в счет оплаты за указанный автомобиль. При этом, ФИО2, достоверно зная, что передавать К.И. вышеуказанный автомобиль марки «Ниссан Лаурель» он не намерен, под вымышленным предлогом выгрузки личных вещей из данного автомобиля по месту своего жительства, уехал на указанном автомобиле от гаража, расположенного по <адрес>-а, то есть с места совершения преступления скрылся, похитив денежные средства К.И. в сумме 100000 рублей.

Похищенными денежными средствами ФИО1 распорядился по своему усмотрению, чем причинил К.И. значительный материальный ущерб на указанную сумму.

Тем самым, при вышеизложенных обстоятельствах, в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 03 октября 2016 года ФИО1, находясь в гараже по <адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, путем обмана похитил у К.И. денежные средства в сумме 100000 рублей, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в совершении каждого из инкриминируемых ему преступлений не признал и показал, что в марте 2016 года у ФИО6 он арендовал гараж, расположенный на территории автостоянки <данные изъяты><адрес><адрес>. Поздним вечером 26 марта 2016 года прибыл в указанный гараж и обнаружил отсутствие ключей от его замка. Решил спросить у сотрудника стоянки, проживающего в балке на ее территории, какой-либо инструмент для вскрытия замка. Поднявшись в указанный балок, обратился с данной просьбой к находившемуся в нем мужчине, которым оказался О.Л. Однако О.Л. ему не поверил, решил, что он хочет похитить что-либо из гаража, никакие сведения о хозяине гаража, его аренде и телефонные разговоры с последним, О.Л. в законности действий его (ФИО1) не убедили. О.Л. затеял конфликт в ходе которого разбил мобильный телефон, находившийся в его пользовании, повредил глаз, а также забрал его водительское удостоверение. После данный конфликт продолжился на улице обоюдной дракой, и они оба были доставлены в здание полиции, проезжавшими сотрудниками правоохранительных органов. Урегулировав в полиции свои с О.Л. отношения, заручился обязательством последнего вернуть на следующий день, то есть 27 марта 2016 года, его (ФИО1) водительское удостоверение и компенсировать ущерб, причиненный повреждением телефона в сумме 12000 рублей, расходы на лечение поврежденного глаза в сумме 8000 рублей, а также стоимость восстановления водительского удостоверения – 5000 рублей, а всего – 25 000 рублей.

В первой половине дня 27 марта 2016 года, находясь у ФИО3 в доме по адресу: <адрес> предложил последнему съездить вместе с ним на автостоянку <данные изъяты> к О.Л. с целью получения от последнего обещанной суммы. На данную просьбу ФИО3 согласился. Примерно в 12 часов 27 марта 2016 года прибыл вместе с ФИО3 на указанную стоянку. Пройдя в балок, обнаружили в нем О.Л., который находился в нетрезвом состоянии. На вопрос о долге, О.Л. отрицал взятые на себя обязательства по возмещению причиненного накануне ущерба и обязательства по возвращению водительских прав. На требования возместить ущерб, О.Л. пояснял, что денег у него нет, предлагал продать контейнер, находившийся на территории стоянки. Поскольку данный контейнер был без документов, продать его кому-либо возможности не имелось. После этого О.Л. написал расписку о том, что обязуется в течение трех дней передать ФИО9 150 000 рублей, а в случае невыполнения данных обязательств – передать ему автостоянку <данные изъяты> При этом никто О.Л. не угрожал, в адрес его семьи угроз не высказывал, телесных повреждений ему никто не причинял. Также О.Л. написал расписку о том, что никакого принуждения и физического насилия в его адрес не применялось.

В целях исполнения О.Л. обязательств по данной расписке, он (Пелещак) Е.Я. и ФИО3, в присутствии О.Л., забрали из балка, принадлежащие О.Л., инструменты, которые перенесли в гараж, расположенный на автостоянке <данные изъяты> а также забрали ноутбук в сумке, флеш-карты и другое имущество, который он (Пелещак) привез к себе домой. Какого-либо сопротивления со стороны О.Л. их действиям по изъятию его имущества, не предпринималось. Настаивает на том, что данное имущество ни он, ни ФИО3 не похищали, лишь перенесли его из места хранения потерпевшим по месту своего хранения.

С 15 мая 2016 года до 01 сентября 2016 года он (Пелещак) Е.Я. арендовал гараж по <адрес> у ФИО10 аренды было предоставление рабочего помещения и инструментов ему для выполнения работ по ремонту автомобилей. Первые три месяца, согласно устному договору, с него арендную плату не взимали. Также П.А. приобрел по его просьбе инструмент, необходимый для работы и осветительные лампы. За данное имущество он должен был расплачиваться с рассрочкой. Считает, что по состоянию на конец августа 2016 года, частями выплатил П.А. практически всю стоимость приобретенных последним инструментов – 112000 рублей, и остался должным последнему 8000 рублей. При этом пояснить когда, в какой сумме и при каких обстоятельствах передавал потерпевшему денежные средства не может, так как какие-либо документы об этом отсутствуют. 26 августа 2016 года забрал из гаража свою часть инструментов и 12 светильников. В этот же день инструменты сдал в магазин «Ё-кредит», поскольку нуждался в денежных средствах, а светильники и часть инструмента перевез на хранение к Б.И. Свою вину в растрате вверенных ему П.А. инструментов не признает.

В сентябре 2016 года в фирме <данные изъяты> расположенной по <адрес> он (ФИО1) заложил П.А. для получения денежных средств автомобиль <данные изъяты> принадлежащий К.А., за 310 000 рублей, так как в тот период ему (ФИО1) были необходимы денежные средства. На вырученные денежные средства у Б.В. в <адрес> приобрел автомобиль <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак № за 175 000 рублей. Примерно через неделю – в конце сентября 2016 года данный автомобиль также заложил П.А. в указанную фирму за 90000 рублей. При этом оставил П.А. документы на данный автомобиль вместе с чистым бланком договора его купли-продажи, подписанным К.Ю. – бывшим владельцем данного автомобиля, на имя которого он значится в регистрационных документах. 03 октября 2016 года вновь приехал в фирму <данные изъяты> где передал П.А. денежные средства для выкупа автомобиля <данные изъяты> при этом попросил отсрочку по выплате процентов за сумму, взятую под залог автомобиля <данные изъяты> П.А., пояснив, что ему необходимо посоветоваться с К.И. П.А. и К.И. вдвоем прошли в офис, расположенный в гараже по <адрес> куда, пообщавшись, пригласили и его, где сообщили о предоставлении отсрочки платежа и передали ключи от автомобиля <данные изъяты> при этом оставили в залог исполнения обязательств по автомобилю <данные изъяты> договор купли-продажи автомобиля «Нисан Лаурель» и документы на него, так как на автомобиль <данные изъяты> документов не имелось. После чего он (Плещак) Е.Я. уехал со стоянки. Через несколько дней продал Д.Ю. автомобиль <данные изъяты> за 250 000 рублей. Настаивает на том, что никакие денежные средства в сумме 100000 рублей, под видом продажи автомобиля <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №, у К.И. не похищал.

Из исследованных в судебном заседании в соответствии со ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия (т.2 л.д.227-233, т.2 л.д.234-235, т.3 л.д.1-4, л.д.78-83, 87-90т.4 л.д.128-133, т. 5 л.д.120-124, л. д. 136-140, л.д.164-166, 196-201, т. 8 л.д.184-188) следует, что 27 марта 2016 года в период с 12 часов 00 минут до 17 часов 00 минут он, вместе со своим знакомым - ФИО11 находился на автостоянке <данные изъяты> расположенной по адресу: <адрес>. На указанную автостоянку он приехал, чтобы забрать у ее хозяина – О.Л. своё водительское удостоверение, которое тот забрал у него накануне, а также, чтобы О.Л. выплатил ему компенсацию за разбитый телефон и за причинённые телесные повреждения. В ходе разговора с О.Л., он потребовал у него, возмещения ущерба, при этом физическую силу к нему не применял. Тут же находился ФИО11, который никаких действий по отношению к О.Л. не предпринимал и наблюдал за происходящими событиями, при этом ничего у О.Л. он не требовал. О.Л. пояснил, что водительское удостоверение он не брал. После этого он (ФИО1), угрожая О.Л. причинением телесных повреждений ногой по голове, потребовал от последнего выплатить ему денежные средства в общей сумме 25 000 рублей. На что О.Л. пояснил об отсутствии таких средств. Тогда потребовал от него написания расписки в обеспечение возврата денежных средств в сумме 25 000 рублей, о том, что в трёхдневные срок он обязуется выплатить ФИО3 денежные средства в сумме 150 000 рублей.

После написания данной расписки, решил перенести в арендованный им гараж имущество О.Л. - электроинструмент и другое имущество. Вместе с ФИО3 в присутствии О.Л. и при отсутствии возражений их действиям последнего, перенесли в указанный гараж: электропилу «Бош», пчёлку «Бош», большую болгарку «Бош» синего цвета, пласт чемодан с инструментами, пару съемников для пружин и другое имущество. Так же из вагончика Л. он забрал ноутбук марки «hp» в переносной сумке, который оставлять в гараже он не стал, поскольку он не закрывался и для сохранности забрал его с собой. С обвинением в совершении грабежа согласен, в последующем добровольно выдал сотрудникам полиции ноутбук в сумке, автомобильный компрессор и электролобзик, похищенные у О.Л.

С конца мая 2016 года он работал в гаражных боксах, арендованных по устной договоренности у П.А.Перед началом работы договорился с последним о приобретении необходимого инструмента, чтобы он мог осуществлять ремонт автомобилей. Согласно достигнутой между ними договоренности, за данные инструменты он должен был расплатиться постепенно, вовремя своей работы, как и за аренду указанных боксов. Также в ходе работы по его просьбе П.А. приобрел в гаражи светильники. В процессе работы у П.А. он заплатил ему за купленные им инструменты и лампы в общей сложности около 30000 рублей. В полной мере инструмент не оплатил. В конце августа 2016 года решил более не работать в указанных боксах и забрать все инструменты, которые приобретались П.А., а также светильники, то есть похитить данное имущество, чтобы в дальнейшем заложить их в «Ё- Кредит», расположенный по <адрес> в <адрес>. В связи с этим 26 августа 2016 года на автомобиле знакомого вместе с Б.И. вывез из указанных гаражных боксов: два набора головок, два набора ключей, сварочный аппарат и другое имущество, а также лампы. В этот же день часть похищенного имущества сдал в комиссионный магазин «Е- Кредит», а часть оставил на хранение Б.И. у него дома.

Вину в совершении 03 октября 2016 года по <адрес> преступления в отношении К.И. в ходе предварительного следствия ФИО1 также не признавал.

Анализируя показания ФИО1 на различных этапах предварительного следствия и в судебном заседании в совокупности с исследованными доказательствами по делу, суд пришел к выводу, что его показания в ходе предварительного следствия в части происходивших событий и мест их происшествий, а также обстоятельств предъявления совместно с ФИО3 требований к О.Л. о передаче последним его денежных средств и написания в счет их выполнения расписки, согласованности их действий, а также передачи документов на автомобиль <данные изъяты> и получения за него денежных средств, в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам, согласуются с последними, что суд признает как частичное признание ФИО1 вины по каждому факту обвинения.

Показания ФИО1 в ходе предварительного следствия в части совершения открытого хищения имущества О.Л., перечня похищенного и месте его хранения, а также в части похищения им путем растраты инструмента и светильников, принадлежащих П.А., а также и наличии умысла на их хищение, суд расценивает как признание последним своей вины по данным преступлениям в ходе предварительного следствия.

Показания ФИО1 об отсутствии у него умысла на совершение преступных деяний в отношении О.Л., П.А. и К.И. не согласуются с установленными судом обстоятельствами, в связи с чем, суд расценивает их как избранный ФИО1 способ защиты.

Подсудимый ФИО3 свою вину не признал, пояснив, что совместно с ФИО1 вымогательство имущества О.Л. и открытое хищение имущества последнего, он не совершал. Лишь оказывал содействие ФИО1 днем 27 марта 2016 года в получении от О.Л. денежных средств в возмещение причиненного ФИО1 ущерба в связи с произошедшим между ними накануне конфликтом. С целью исполнения О.Л. обязательств по возмещению ущерба потребовали от О.Л. написания расписки о наличии у последнего перед ним (ФИО3) долговых обязательств, а также перенесли инструменты и другое имущество О.Л. из его балка, расположенного на автостоянке <данные изъяты> в гараж, арендованный ФИО1 и находящийся на этой же стоянке. ФИО1, с этой же целью взял на хранение ноутбук ФИО12, что никаких телесных повреждений потерпевшему он не причинял.

От дачи показаний в судебном заседании подсудимый ФИО3 отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, в связи с чем, в судебном заседании в соответствии со ст. 276 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации исследованы показания ФИО3, данные им в ходе предварительного следствия.

Так, из исследованных показаний ФИО3 (том 5 л.д. 177-180, том 6 л.д. 242-245. том 7 л.д. 104-106, том 8 л.д. 197-199) следует, что утром 27 марта 2016 года вместе с ФИО1 находился в <адрес> в <адрес>, по месту своего проживания. ФИО1 сообщил, что несмотря на окончание конфликта, имевшего место накануне между ним и О.Л., водительское удостоверение ему не вернули и причиненный повреждением телефона ущерб не компенсировали. В связи с данными обстоятельствами ФИО1 предложил поехать на автостоянку <данные изъяты> по <адрес> и выяснить у О.Л. о нахождении водительского удостоверения и возмещении причиненного ущерба. В обеденное время 27 марта 2016 года вместе с ФИО13 приехали на автостоянку <данные изъяты> по адресу: <адрес>, чтобы забрать водительское удостоверение на имя ФИО1 и решить вопрос о компенсации ему за разбитый мобильный телефон. В сторожевом балке, расположенном на территории данной автостоянки, ФИО1 стал разговаривать с ранее незнакомым О.Л., требуя от него возмещения ущерба за разбитый телефон, а также возвращения водительских прав. Спустя некоторое время в указанное место приехал Т.И. В ходе разговора с О.Л. последний пояснил, что не помнит, где права ФИО1 и произошедшие накануне обстоятельства. На предложение ФИО1 поискать его права, потерпевший О.Л. возражений не высказывал.Не найдя водительское удостоверение, ФИО1 предложил О.Л. написать расписку на имя его (ФИО11) о том, что О.Л. занял у него 150 000 рублей сроком на 3 дня под залог стоянки, а в случае невыплаты суммы долга обязуется передать стоянку и все находящееся на ней имущество ему (ФИО11). На тот момент у него (Ф.А.АБ.) при себе имелся паспорт гражданина РФ, а у Пелещак паспорта при себе не было. Настаивает, что ни денег, ни какого-либо иного имущества он у О.Л. не вымогал, и такого намерения не имел. Вымогательство он не совершал и умысла на его совершения не имел. Также ФИО1 предложил забрать у О.Л. в залог ценные вещи, находящиеся в вагончике и сложить их в арендуёмый им на территории указанной автостоянки гараж, на что согласился и оказал содействие последнему, вынося в присутствии О.Л. его имущество в гараж, расположенный на территории данной стоянки. Всего они вынесли в указанный гараж: - два покрасочных валика фирмы «Вестан», - кисть плоскую изготовителя ООО «Промис-ручной», - болгарку марки «Лепсе», - электрическую дисковую пилу; - две стяжки для автомобильных пружин, - шуруповерт марки «Кратон» HOBBY CD-3-01 s/n: 0903 00224, - зарядное устройство для аккумуляторных батарей «Орион» PW 320, - электрическую цепную пилу марки «BOSCH» АКБ 40S, - набор инструментов в пластиковом чехле фирмы «JONNESWEY» 57 предметов. Находящийся в вагончике ноутбук ФИО1 решил забрать домой, поскольку, как сам объяснил Пелещак ноутбук могут похитить или повредить, так как гараж не закрывался на замок. Как он узнал позже компрессор, и лобзик также забрал Пелещак. Грабеж имущества О.Л. он не совершал.

В судебном заседании ФИО3 подтвердил свои показания, данные в ходе предварительного следствия.

Анализируя показания ФИО3 на различных этапах предварительного следствия и в судебном заседании в совокупности с исследованными доказательствами по делу, суд пришел к выводу, что его показания в части времени и места происходивших событий, согласованности его действий с ФИО1 в отношении предъявления требований О.Л. и изъятия имущества последнего, а также обстоятельств составления О.Л. расписки на имя (ФИО6) А.А. с обязательством выплаты последнему денежных средств с соответствии с предъявляемыми ему требованиями, показания о перечне похищенного у О.Л. имущества, месте его хранения, в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам, согласуются с исследованными судом доказательствами, что суд признает как частичное признание ФИО3 вины по каждому преступлению.

Показания ФИО3 об отсутствии у него умысла на совершение преступных деяний в отношении О.Л. не согласуются с установленными судом обстоятельствами, в связи с чем, суд расценивает их как избранный ФИО3 способ защиты.

Виновность подсудимых в совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

по факту вымогательства в отношении О.Л.

Из показаний потерпевшего О.Л. следует, что он арендует территорию автостоянки <данные изъяты> по <адрес><адрес>. На территории данной стоянки имеется сторожевой балок, который является его собственностью. 26 марта 2016 года поздним вечером у него и произошел конфликт с ранее незнакомым ФИО1, который просил инструмент, чтобы вскрыть гараж, расположенный возле территории автостоянки, однако в данной просьбе ему отказал. В ходе произошедшего конфликта он (О.Л.) выбежал на проезжую часть дороги в целях отыскания помощи, в результате чего был доставлен в отделение полиции вместе с ФИО1 В 07 часов 27 марта 2016 года его и ФИО1 отпустили из отделения полиции, куда оба попали в связи с имевшим место конфликтом, переросшим в обоюдную драку на улице. ФИО1 довез его до стоянки <данные изъяты> и сообщил, что конфликт между ними исчерпан, претензий он никаких не имеет, после чего расстались. В этот же день, около 12 часов, ФИО1 вновь пришел в его сторожевой балок, расположенный на территории автостоянки <данные изъяты> вместе с ФИО3 и еще двумя молодыми людьми. ФИО1 стал требовать у него передать ему его (О.Л.) имущество за причиненный ущерб в ходе ранее произошедшего конфликта, требуя отдать ему (Пелещак) за моральный ущерб 150000 рублей. Пелещак также угрожал ему физической расправой, поясняя, что будет с ним, если он пойдёт жаловаться в полицию. Также ФИО1 сказал, что разобьет ногой его лицо и данную угрозу он также воспринял реально. Однако, на требования ФИО1 пояснил, что у него нет денежных средств, после чего ФИО1 стал требовать право на его автостоянку со всем имуществом, которое находится на стоянке. В это же время ФИО3 сказал, что 150000 рублей не такая значительная сумма и он будет должен им большее, в том числе отдать свою квартиру, но вскоре от данной мысли он отказался. После чего ФИО1 стал требовать, чтобы он написал расписку о наличии долговых обязательств перед ФИО3 на сумму 150 000 рублей, а в случае их невозврата, им достанется автостоянка. Поскольку он (О.Л.) сильно испугался осуществления в отношении него угроз ФИО1 и ФИО3, решил не сопротивляться и написать указанную расписку. Под диктовку ФИО1 написал расписку на имя ФИО3 о наличии задолженности перед последним на 150 000 рублей под залог стоянки и имущества, находящегося на стоянке. При этом, когда писал данную расписку под их давлением, ФИО1 и ФИО3 продолжали ему угрожать физической расправой, а ФИО3 два раза ударил его рукой в висок и один раз по лицу, от чего он испытал физическую боль. После того, как он написал данную расписку, ФИО1 заставил его написать вторую расписку, в которой он, якобы сообщал, что не имеет претензий к ним по поводу произошедшего. Забрав обе расписки ФИО1 и ФИО3 ушли из балка, а он обратился в полицию в связи с совершенным в отношении него вымогательством.

Показания потерпевшего О.Л. согласуются с протоколом осмотра места происшествия (т.1 л.д.95-105) с участием потерпевшего О.Л. 27 марта 2016 года в период с 22 часов 20 минут 27 марта 2016 года до 00 часов 05 минут 28 марта 2016 года, зафиксировавшим обстановку в помещении сторожевого балка, расположенного на территории автостоянки <данные изъяты> по <адрес>, в котором согласно показаниям потерпевшего совершено вымогательство его имущества и была составлена расписка о наличии у него перед ФИО3 долговых обязательств в сумме 150000 рублей.

При осмотре 28 марта 2016 года места происшествия (т.1 л.д.135-138) ФИО1 добровольно выдал две расписки от имени потерпевшего О.Л., составленные 27 марта 2016 года по требованию ФИО1

Как следует из протокола осмотра (т.2 л.д.202-203) и расписки от 27 марта 2016 года от имени О.Л. (т.2 л.д.204) О.Л. занял у ФИО11 150 000 рублей сроком на три дня под залог автостоянки, из второй расписки (т.2 л.д.205) следует, что О.Л. не имеет претензий к ФИО11 Данные расписки приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (т.2 л.д.208-209).

Потерпевший О.Л. в судебном заседании подтвердил, что именно указанную расписку о наличии у него долговых обязательств перед ФИО3 он написал по требованию ФИО1 и ФИО3 под угрозой применения к нему насилия, которую воспринимал реально и с применением насилия от которого испытал физическую боль.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 и ФИО3 факты написания потерпевшим О.Л. указанных расписок на имя ФИО3 не оспаривали, однако, утверждали, что указанную в расписке сумму задолженности О.Л. перед ФИО3 в 150 000 рублей потерпевший указал самостоятельно.

Вместе с тем, указанное утверждение подсудимых опровергается показаниями потерпевшего О.Л. и свидетеля Я.А. о том, что расписку потерпевший писал исключительно под диктовку ФИО1, в связи с чем, ее содержание не только не было для последнего неизвестным, но и изложено с его слов. Также факт написания расписки О.Л. со слов Пелещака следует из показаний свидетелей Т.И. и К.К.

Согласно сообщению УМВД России по Магаданской области (т.3 л.д.206), с заявлением о восстановлении водительского удостоверения в период с марта по октябрь 2016 года ФИО1 не обращался.

Из показаний свидетеля Я.И. следует, что 27 марта 2016 года около 16 часов 00 минут он пришёл к своему знакомому О.Л. на автостоянку <данные изъяты> по <адрес>. В помещении сторожевого балка автостоянки увидел О.Л., который что-то писал за столом и двух ранее незнакомых парней, как позже узнал, это были ФИО1 и ФИО3 под диктовку одного из них О.Л. писал за столом расписку, согласно которой он должен был одному ФИО3 150 000 рублей. При этом увидел у О.Л. над левым глазом и виском покраснения кожи как от нанесенных ударов. В его (Я.И. присутствии О.Л. никто телесных повреждений не причинял. После написания им данной расписки ФИО1 и ФИО3 ушли, забрав расписку с собой. О.Л. пояснил, что они навели беспорядок в балке и похитили из него имущество. А накануне он подрался на улице с одним из них. При наведении порядка в балке он (Я.И.) увидел в печке небольшой обгоревший фрагмент какого-то документа.

Из исследованных в судебном заседании показаний свидетелей Т.И. (том.2 д.168-169, 170-171, том 8 л.д.163-165) и К.К. (т.2 л.д.175,180-181, том 8 л.д.166-168), исследованных в судебном заседании в соответствии со ст.281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что 27 марта 2016 года после 14 часов 00 минут они, по просьбе ФИО1 приехали на автостоянку <данные изъяты> расположенную по <адрес>. Зайдя в вагончик на территории автостоянки, он услышали разговор между ФИО1 и хозяином указанной автостоянки - О.Л., согласно которому ФИО1 требовал у О.Л. написать на имя ФИО11 расписку о наличии у него долговых обязательств перед ФИО11 в сумме 150 000 рублей. Данное требование О.Л. выполнил и написал требуемую ФИО1 и ФИО3 расписку.

по факту открытого хищения имущества О.Л., кроме вышеприведенных протоколов осмотра места происшествия и заявления потерпевшего О.Л., виновность подсудимых в совершении данного преступления подтверждается следующими доказательствами

Так, из показаний потерпевшего О.Л. следует, что 27 марта 2016 года в 12 часов 00 минут, в балок, находящийся на территории автостоянки <данные изъяты> по <адрес>, в котором он жил и охранял, пришёл ФИО1 вместе с тремя молодыми людьми: ФИО3, ФИО14 с ФИО1 у него произошел конфликт, который был разрешен. В балке ФИО1 стал требовать у него свои документы, обыскивать помещение баклка. Поскольку никакие документы не видел и не уничтожал, пояснил ФИО1, что его документов нет. После этого ФИО1 и ФИО3 осмотрели помещение балка, при этом все имущество перемещали, что-то бросали на пол, а ценное имущество, которое они находили, они складывали на диван, а именно: электропилу дисковую, электропилу цепную, зарядное устройство для аккумуляторов, переносной автомобильный компрессор, набор автомобильных инструментов в чемодане, электролобзик, угло-шлифовальную машинку (болгарка), под матрасом они нашли принадлежащий ему ноутбук, который со всеми комплектующими находился в сумке для ноутбука, ноутбук они так же положили на диван. Данные действия они производили в его (О.Л.) присутствии, но он их незаконным действиям сопротивления не оказывал, так как до данных обстоятельств ФИО3 нанес ему удары в голову и по лицу, от чего он испытал физическую боль, при этом они ему постоянно угрожали расправой над ним. Затем ФИО1 и ФИО3 перенесли вышеуказанное имущество в гараж, расположенный рядом с территорией автостоянки, также они забрали из помещения балка сумку с ноутбуком и ее содержимым. Таким образом ФИО1 и ФИО3 похитили вышеперечисленное имущество, чем причинили ему материальный ущерб. Данный ущерб является для него значительным, так как его заработная плата в месяц составляет около 15 000 рублей, иных доходов он не имеет, заработная плата супруги составляет 12 000 рублей, за коммунальные услуги он платит ежемесячно около 12 000 рублей, на иждивении находится несовершеннолетний сын, которому он помогает материально.

Показания потерпевшего согласуются с его сообщением, поступившим по линии «02» от 27 марта 2016 года, зарегистрированным в КУСП 7502 по факту хищения имущества со стоянки <данные изъяты> расположенной по <адрес> (том 1 л.д. 84), а также с заявлением О.Л. от 28 марта 2016 года по факту хищения принадлежащего ему имущества из сторожевого вагончика, расположенного по <адрес>, зарегистрированное в КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ. (том 1 л.д.85).

Согласно протоколу осмотра места происшествия (т.1 л.д.95-105) с участием потерпевшего О.Л. 27 марта 2016 года в период с 22 часов 20 минут27 марта 2016 года до 00 часов 05 минут 28 марта 2016 года осмотрено помещение сторожевого вагончика, расположенного на территории автостоянки <данные изъяты> по <адрес>. В ходе осмотра потерпевший указал на места хранения, откуда у него было похищено имущество.

Согласно результатам осмотра места происшествия 28 марта 2016 года (том 1 л.д. 135-138), в помещении кабинета № ОМВД России по <адрес><адрес> в <адрес> у ФИО15 изъято следующее имущество: переносная сумка для ноутбука; ноутбук ХР MU06; флешкарты 3 шт.; проводная игровая мышка «Х7»; паспорт гражданина РФ на имя О.Л., 2 схемы, фонарик-электрошокер; ключ из металла белого цвета; коврик для мышки из полимерного материала комбинированного цвета; лист бумаги формата А4 с печатными и рукописными надписями, с текстом следующего содержания «Административно-техническая инспекция <адрес>. Уведомление. О.Л.». Изъятое у ФИО1 осмотрено и приобщено к материалам дела в качестве вещественного доказательства и передано потерпевшему О.Л. (т.2 л.д.206-207, 208, 209, 210-211, 213).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 27 марта 2016 года ( том 1 л.д. 95-100), при осмотре бетонного гаража, расположенного на территории у автостоянки <данные изъяты> по адресу: <адрес>, обнаружено похищенное у О.Л., имущество, которое ФИО1 и ФИО3, похитив у О.Л., переместили на хранение. Из сведений департамента САТЭК Мэрии г.Магадана (т.3 л.д.203) следует аналогичный адрес расположения указанного гаража согласно адресному плану и адресному реестру МО «Город Магадан».

Как следует из протокола осмотра места происшествия от 28 марта 2016 года (т.1 л.д.87-90) при осмотре бетонного гаража, расположенного на территории автостоянки <данные изъяты> по адресу: <адрес> изъято: зарядное устройство для аккумуляторных батарей «Орион» PW 320; электрическая цепная пила марки «BOSCH» АКБ 40 S; шуруповерт марки «КРАТОН» HOBBY CD-3-01 s/n: 0903 00224; два покрасочных валика, один валик фирмы «ВЕСТАН»; -кисть плоская фирмы изготовителя ООО «Промис-ручкой инструмент»; электрическая дисковая пила без маркировки; две стяжки для автомобильных пружин; болгарка марки «Лепсе»; два покрасочных валика, один валик фирмы «ВЕСТАН»; кисть плоская фирмы изготовителя ООО «Промис-ручной инструмент»; электрическая дисковая пила без маркировки;- две стяжки для автомобильных пружин; болгарка марки «Лепсе»; -набор инструментов в пластиковом чехле фирмы «JONNESWEY»: 57 предметов. (том 1 л.д. 87-94). Все изъятые предметы осмотрены и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств и возвращены потерпевшему О.Л. на ответственное хранение (т.2 л.д.206-207, 208, 209, 210-211, 213).

Согласно заключению судебной товароведческой экспертизы от 26 июля 2016 года (т.3 л.д.129-139), установлена стоимость похищенного у О.Л. имущества с учетом его износа по состоянию на 27 марта 2016 года, а именно: двух покрасочных валика фирмы «Вестан», стоимостью 190 рублей 05 копеек каждый, на общую сумму 380 рублей 10 копеек; - кисти плоской изготовителя ООО «Промис-ручной», стоимостью 229 рублей 20 копеек; - болгарки марки «Лепсе», стоимостью 2151 рубль 00 копеек; - электрической дисковой пилы, стоимостью 1938 рублей 72 копейки; - двух стяжек для автомобильных пружин, стоимостью 1178 рублей 47 копеек каждая, на общую сумму 2356 рублей 94 копейки; - шуруповерта марки «Кратон» HOBBY CD-3-01 s/n: 0903 00224, стоимостью 1915 рублей 20 копеек; - зарядного устройства для аккумуляторных батарей «Орион» PW 320, стоимостью1260 рублей 00 копеек; - электрической цепной пилы марки «BOSCH» АКБ 40S, стоимостью 5213 рублей 40 копеек; - набора инструментов в пластиковом чехле фирмы «JONNESWEY» 57 предметов, стоимостью 3844 рубля 80 копеек.

Из показаний в судебном заседании свидетеля Я.А. следует, что потерпевший О.Л. 27 марта 2017 года сообщил ему об открытом хищении его вышеперечисленного имущества подсудимыми.

Согласно показаниям свидетеля Ф.Е. следует, что у него в собственности имеется гараж капитального строения, расположенный по адресу: <адрес> на сопредельной территории автостоянки <данные изъяты> 25 марта 2016 года ФИО1 арендовал у него данный гараж, а в ночь на 27 марта 2016 года ФИО1 звонил ему с просьбой подтвердить для О.Л. факт аренды гаража. Поскольку было позднее время суток, беседовать с ними не стал. Во время разговора по телефону с Пелещаком слышал словесную перепалку между ним и О.Л. Впоследствии сотрудники полиции изымали из гаража инструмент, похищенный из сторожевого балка О.Л.

Из показаний свидетелей Т.И. (том. 2.д.161-164,168-169, 170-171 том. 8 л.д. 163-165) и К.К. (том. 2.Д.173-175,180-181, том. 8 л.дЛ 66-170), исследованных в судебном заседании в соответствии со ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следует, что 27 марта 2016 года днем они вместе с ФИО1 и ФИО3 находились на территории автостоянки <данные изъяты> При этом ФИО1 и ФИО3 что-то искали в указанном балке в присутствии его хозяина – О.Л., который их действиям сопротивления не оказывал. Как позже узнал, в сторожевом балке искали водительские права ФИО1 После уехали по своим делам, а когда вернулись, увидели, что ФИО1 и ФИО3 вынесли из указанного сторожевого балка различные инструменты, которые перенесли на хранение в арендованный ФИО1 гараж, расположенный неподалеку. Для чего последние так поступили, они не поясняли.

по факту растраты имущества П.А. виновность

ФИО16 подтверждается

Из показаний потерпевшего П.А. следует, что в мае 2016 года посредством социальной сети «WhatsApp» он разместил объявление о сдаче в аренду трех автомобильных боксов, по адресу: <адрес>, по данному объявлению обратился ранее не известный ФИО1, который убедил его в наличии собственного бизнеса по ремонту автомашин и поиске для него гаража. Согласно достигнутой устной договоренности он (П.А.) сдал в аренду ФИО1 два гаражных бокса на период с 15 мая 2016 года по 01 сентября 2016 года, предложив последнему льготные условия по отсрочке арендных платежей на указанный период. Также в мае ФИО1 обратился с просьбой о приобретении для него инструментов для работы, ввиду отсутствия у самого наличных денежных средств. 30 мая 2016 года в магазине <данные изъяты> расположенном по адресу: <адрес>, приобрел для ФИО1, выбранный им необходимый ему инструмент, на общую сумму 109 577 рублей 60 копеек согласно счёт фактуре № от ДД.ММ.ГГГГ. Кроме того, спустя неделю ФИО1 попросил его купить в боксы светильники. На данную просьбу ответил согласием и в магазине <данные изъяты> в <данные изъяты> в <адрес> приобрел 28 светодиодных светильников по 1 000 рублей за штуку, итого на общую сумму 28 000 рублей. При этом у них было достигнуто соглашение, что за приобретенный им (П.А.) инструмент ФИО1 будет расплачиваться ежемесячно частями. За период с мая по август 2016 года ФИО1 небольшими платежами выплатил ему 27 000 рублей за светильники и инструмент. Утром 29 августа 2016 года, прибыв в вышеуказанные гаражные боксы, обнаружил, что их входные двери закрыты и ФИО1 отсутствует. Пройдя в помещения гаражей, обнаружил, что в них отсутствует ранее приобретенный 30 мая 2016 года инструмент. На телефонные звонки, ФИО1 не отвечал, его абонентский номер был недоступен. Понял, что последний похитил его имущество., в связи с чем, обратился с заявлением в полицию. Пелещаком было похищено: - кувалда «Кратон» (2 килограмма),; - набор напильников «Kingtony» из 5 предметов,- набор удлинителей 4 штуки, - сварочный аппарат «ELITECH», мастак трещотка (1/2 72 зубца), - набор пассатижей тонкий нос из 4 предметов, - головка глубокая 27 мм, - набор ключей «трещотка» из 12 предметов, - набор ключей накидных из 12 предметов, - набор выколоток из 6 предметов, - набор головок торцевых из 33 предметов, - мастак набор инструментов из 85 предметов, - съемник двухзахватный 100 мм, - съемник двухзахватный 75 мм, - мастак набор инструментов из 10 предметов, - набор для демонтажа из 24 предметов, - светодиодные светильники в количестве 12 штук. Указанными действиями ФИО1 ему причинен значительный материальный ущерб в общей сумме 94421 рубль 60 копеек, поскольку его доход в месяц составляет 20 000 рублей, из которых он оплачивает коммунальные услуги в размере 7 000 рублей. Каких - либо долговых обязательств перед ФИО1 он не имел, не давал последнему согласия на распоряжения указанным инструментом, поскольку денежные средства за него ФИО1 не оплатил, разрешал последнему лишь использовать данный инструмент в арендованных у него (П.А.) гаражных боксах.

Показания потерпевшего П.А. согласуются с его заявлением в ОМВД России по <адрес> от 30 августа 2016 года, в котором он просит привлечь к уголовной ответственности ФИО1 по факту хищения принадлежащего ему имущества из гаража, расположенного по адресу <адрес> в <адрес>. (том 1 л.д. 162), а также с результатами осмотра места происшествия от 30.08.2016 года, в ходе которого осмотрены гаражные боксы, расположенные по адресу: <адрес>, принадлежащие М.Г. (том 1 л.д. 163-169), в ходе которого инструментов П.А., не обнаружено.

Сведениями о доходах и коммунальных расходах потерпевшего П.А. подтверждается значительность причинённого ему совершенным хищением ущерба (том 4 л.д.53-62).

Обстоятельства приобретения П.А. инструмента, похищенного у него ФИО1 следует из счет-фактуры № №, от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой П.А. приобрёл инструмент, соответствующий перечню похищенного имущества, на общую сумму 109 577 рублей 60 копеек. (том 4 л.д.187-188).

Заключением товароведческой судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (том 4л.д. 102-110), установлена стоимость имущества, похищенного у П.А., с учётом износа и повреждений по состоянию на момент их хищения и она составляет: - кувалды «Краток» (2 килограмма) - 756 рублей 00 копеек; - трещотки (375 мм) - 2061 рубль 00 копеек; - набора напильников из 5 предметов «Kingtony» - 2331 рубль 00 копеек; - набора удлинителей 4 пи, - 765 рублей 00 копеек; - сварочного аппарата «ELITECH» - 25191 рубль 00 копеек; - мастака трещотки (1/2 72 зубца) - 711 рублей 00 копеек; - набора пассатижей тонкий нос из 4 предметов - 3231 рубль 00 копеек; - головки глубокой 27мм. - 297 рублей 00 копеек; - головки глубокой 30мм. - 531 рубль 00 копеек; головки глубокой 32мм. - 558 рублей 00 копеек; - набора ключей трещоток 12 предметов - 11601 рубль 00 копеек; - набора ключей накидных 12 предметов - 6201 рубль 00 копеек; - набора выколоток 6 предметов - 1458 рублей 00 копеек; - набора головок торцевых 33 пр. - 10791 рубль 00 копеек; - «Мастак» набора инструментов 85 предметов - 11421 рубль 00 копеек; - съёмника двух захватного 100 мм. - 1521 рубль 00 копеек; - съёмника двух захватного 75 мм. - 1161 рубль 00 копеек; - «Мастак» набора инструментов 10 предметов - 4041 рубль 00 копеек; - набора Для демонтажа из 24 предметов - 3141 рубль 00 копеек; - светодиодных светильников в количестве 12 штук - 981 рубль 00 копеек за каждый светильник, а всего на сумму 11772 рубля 00 копеек.

Из показаний свидетеля Т.И. (том. 4. л.д.63-64), исследованных в судебном заседании в соответствии со ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации следует, что с июня 2016 года он вместе с ФИО1 работал на станции технического обслуживания, которую ФИО1 арендовал у П.А. Со слов ФИО1 ему известно, что П.А. предоставил ему в пользование свои инструменты, часть из которых ФИО1 впоследствии выкупил. 29 августа 2016 года от П.А. ему стало известно, что том, что ФИО17 вывез из боксов О прекращении своей деятельности на станции ФИО1 его инструмент и на телефонные звонки последнего не отвечает, однако о прекращении своей деятельности ФИО1 ему ничего не сообщал.

Из показаний свидетеля Б.И. следует, что с середины мая 2016 года ФИО1 арендовал у П.А. гаражные боксы для организации своей автомастерской. С начала августа 2016 года он (Б.И.) по предложению ФИО1 также стал работать в указанной автомастерской, с ними работал еще один мастер. В работе все использовали инструменты, предоставленные в пользование П.А., как и в какой сумме за инструменты расплачивался с П.А. ФИО1 ему не известно, однако какую-то его часть он выплатил. 26 августа 2016 года около 17 часов 00 минут ФИО1 сообщил, что будет работать в другом СТО и намерен забрать свои вещи и инструменты, для чего ему необходим автомобиль. Он (Б.И.) договорился со своим знакомым – Я.Д. о перевозке на его автомобиле вещей ФИО1 В этот же день ФИО1 загрузил в автомобиль под управлением Я.Д. инструменты и 12 светильников из автомастерской, которую он арендовал у П.А., а именно: набор инструментов, пуско-разрядное устройство «Патриот», сабвуфер в сером корпусе, после чего сдал данные инструменты в магазин «Ё-кредит», где получил за них денежные средства. На следующий день 27 августа 2016 года около 14 часов 00 минут вновь встретились с ФИО1 и ездили в <адрес> он встретился с Е. и они вместе поехали в <адрес> и более ФИО1 он не видел, часть инструментов, вывезенных их гадала оставалась у него и он ее выдал сотрудникам полиции.

Из показаний свидетеля Я.Д. следует в 17 часов 30 минут 26 августа 2016 года он на своем автомобиле «SsangYong Action Sport» по просьбе знакомого Б.И. перевозил инструмент из автомастерской в магазин «Е-кредит» в который знакомый Б.И., как позже узнал его фамилия ФИО1, сдал инструменты, расплатившись с ним за бензин.

Из показаний свидетеля Б.Е. следует, что с середины июня 2016 года он знаком с ФИО1, работал вместе с последним на станции технического обслуживания в арендуемом ФИО1 гаражном боксе. Для работы ФИО1 хозяином гаражного бокса - П.А. был приобретен различный инструмент, а также светильники для освещения помещения, на общую сумму более ста тысяч рублей. Данные денежные средства ФИО1 должен был по мере возможности (частями) выплачивать П.А., после чего указанный инструмент переходил в собственность ФИО1 В ходе работы ФИО1 выплатил за указанный инструмент часть денежных средств. Никаких конфликтов между ФИО7 не было, разногласий между ними не возникало. Впоследствии ФИО1, сообщил, что больше работать не будет, вывез из гаража инструмент и светильники, приобретенные П.А. и заложил инструмент в магазине «Ё-кредит»,а светильники отдал кому-то на хранение. инструмент, в том числе: -три набора ключей, -зарядное устройство, - сварочный аппарат, светильники, и другое имущество, приобретенный П.А., при этом расплатился ли он с последним, ему (Б.Е.) не известно. На вырученные денежные средства он (Б.Е.) и ФИО1 в течение нескольких дней употребляли спиртное по месту его (Б.Е.) жительства. Не видел, чтобы в этот период ФИО1 звонил П.А. и сообщал о продаже его инструмента.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 30 августа 2016 года, в ходе осмотра помещения комиссионного магазина «Ё-кредит», расположенного по адресу: <адрес>. обнаружено имущество, похищенное у П.А., а также документы на его оформление в магазин.

Из документов магазина «Ё-кредит» на вышеуказанный товар следует, что он сдан 26 августа 2016 года ФИО1, в комиссионный магазин «Ё-кредит», расположенный по адресу: <адрес>.

Согласно договору займа № от ДД.ММ.ГГГГ, расходному кассовому ордеру к договору займа от ДД.ММ.ГГГГ №, договору о залоге № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 (т.1 л.д.190-195) под залог в сумму 11600 рублей сданы инструменты, впоследствии изъятые 10 октября 2016 года (том 4 л.д.87): -набор выколоток из 6 предметов марки «Kingtony»; набор напильников из 5 предметов марки «Kingtony»; пластиковый кейс с инструментами в корпусе красного цвета марки «Мас так»; набор накидных ключей из 12 предметов марки «Kingtony»; набор рожковых ключей из 12 предметов марки «Kingiony», которые осмотрены, приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств и переданы на хранение потерпевшему П.А. (т.4 л.д.88-92).

В судебном заседании подсудимый ФИО16 факт сдачи им указанного имущества в данный магазин и получения за него денежных средств, потраченных на личные нужды, не отрицал.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 06 сентября 2016 года (том 1 л.д. 238-241), при осмотре пристройки, расположенной перед входом в <адрес> в <адрес>, изъято 12 светодиодных светильников; съемник 3-х захватный; съемник 2-х захватный; один гаечный ключ фирмы «Kingtony»; силовой ключ фирмы «jonnes way», коробка со сварочной проволокой. Похищенные у П.А. Присутствующий при осмотре Б.И. пояснил, что данное имущество ему на хранение передал ФИО1 Изъятые предметы, осмотрены (т.4 л.д.73-77), признаны вещественными доказательствами (т.4 л.д.78) и переданы на хранение в камеру хранения ОМВД России по г.Магадану по квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ (т.4 л.д.79).

Как следует из протокола выемки, 06 октября 2016 года, что помещении кабинета № 421 СО ОМВД России по <...> «а» в г. Магадане подозреваемого ФИО1 изъяты: набор пассатижей тонкий нос в ложементе из 4 предметов;головки глубокие 27мм, 30мм, 32мм;ключ трещотка в корпусе синего цвета марки «Мастак;ключ трещотка удлиненный марки «Kingtony»;-5 переходников хромированных под ключ трещотка (том 4 л.д. 136-137). Указанные предметы осмотрены и приобщены к материалам дела в качестве вещественных доказательств (том 4 л.д. 138-139, 146).

По факту хищения имущества К.И. виновность ФИО1 подтверждается нижеследующими доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего К.И. следует, что 03 октября 2016 года от своего знакомого П.А. он узнал о том, что ранее незнакомый ему ФИО1 желает продать свой автомобиль <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный номер № Данное предложение его заинтересовало, в связи с чем, приехал на стоянку к гаражу, расположенному по улице пролетарской <адрес> где встретился с ФИО1 и осмотрел указанный автомобиль. ФИО1 предложил приобрести данный автомобиль за 100 000 рублей, с данной ценой он также согласился. При изучении документов на данный автомобиль обратил внимание, что его собственником был указан К.Ю., данных о ФИО1 в документах не имелось. В связи с данным обстоятельством, ФИО1 договор купли продажи от имени продавца подписал у К.Ю. и передал его ему (К.И.) О том, что указанный автомобиль К.Ю. уже был продан, ФИО1 не сообщал. В ходе телефонного разговора с К.Ю. последний подтвердил подлинность его подписи в договоре и то, что автомобиль ранее уже был продан им ФИО1 После чего, находясь в помещении гаража по <адрес> в присутствии П.А. передал ФИО1 денежные средства за приобретаемый автомобиль в сумме 100 000 рублей, а тот, в свою очередь, передал ему документы. Затем ФИО1 сообщил о наличии необходимости выгрузки им личных вещей из автомобиля по месту своего жительства. На что он дал свое согласие и передал ФИО1 свидетельство о государственной регистрации автомобиля <данные изъяты> и ключи от данного автомобиля. После чего ФИО1 уехал на автомобиле <данные изъяты> и более не возвращался, на телефонные звонки не отвечал, в связи с чем, он (К.И.) был вынужден обратиться в полицию с заявлением. Указанными действиями ФИО1 ему причинен значительный материальный ущерб, поскольку его ежемесячный доход составляет около 30 000 рублей, за коммунальные услуги он ежемесячно оплачивает около 6000 рублей, иных доходов он не имеет, на иждивении находится несовершеннолетняя дочь.

Обстоятельства значительности причиненного К.И. материального ущерба следуют из данных о размере его ежемесячных коммунальных платежей и наличии несовершеннолетнего ребенка ( т.5 л.д.34-46), а также размера доходов К.И. (т.2 л.д.18-24)

Как следует из представленного потерпевшим бланка договора купли-продажи от 03 октября 2016 года, в качестве продавца автомобиля <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №, за 100 000 рублей указан К.Ю., а в качестве покупателя – К.И.

В судебном заседании об обстоятельствах заключения данного договора потерпевший К.И. показал, что именно данный договор был составлен им с ФИО1 на приобретение у последнего, обозначенного в договоре автомобиля за указанную в нем сумму, которую он в присутствии П.А. передал ФИО1 в этот же день.

Факт достижения между ФИО8 договоренности о приобретении последним у ФИО1 автомобиля <данные изъяты> за сто тысяч рублей а также передачи указанной суммы потерпевшим ФИО1 также подтвержден в судебном заседании показаниями свидетеля П.А., согласно которым, последний является индивидуальным предпринимателем, его деятельность связана с куплей - продажей автомобилей, в том числе требующих восстановления. 03 октября 2016 года к нему обратился ранее не знакомый ФИО1 и предложил купить у него автомобиль марки <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №, в кузове белого цвета за 100 000 рублей. О данном факте он сообщил К.И., и это предложение его заинтересовало. Осмотрев в гараже по <адрес> указанный автомобиль, К.И. согласился его приобрести. Для этого ФИО1 передал ему договор купли-продажи, подписанный владельцем автомобиля и документы на автомобиль, а К.И. передал ему денежные средства в сумме 100 000 рублей. Данные обстоятельства происходили в его (П.А.) присутствии. В это же время ФИО1 сообщил о необходимости выгрузки им личных вещей из автомобиля, для чего К.И. передал ему свидетельство о регистрации данного транспортного средства и ключи от него, разрешив съездить и выгрузить личные вещи. После чего ФИО1 уехал и более не вернулся, на телефонные звонки К.И. не отвечал.

Согласно договору купли-продажи (т.2 л.д.87) и данным свидетельства регистрации транспортного средства (т.2 л.д.16-17) М.А. продал К.Ю. 18 апреля 2014 года автомобиль <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №

Из показаний свидетеля К.Ю. следует, что в сентябре 2014 года он продал свой автомобиль марки <данные изъяты> 2001 года, государственный регистрационный знак №, своему знакомому Мыслик, а тот через полтора года продал его Бурковскому, при этом ни М.А., ни Б.В. документы в ГИБДД на данный автомобиль на свое имя не переоформляли. Впоследствии со слов Б.В. ему стало известно, что он продал данный автомобиль ФИО1 В сентябре 2016 года он (ФИО18) по просьбе Б.В. расписался в документах на автомобиль для его последующего оформления. В начале октября 2016 года ему на мобильный телефон позвонил К.И. и сообщил, что ФИО1 продаёт ему автомобиль марки <данные изъяты> 2001 года выпуска государственный регистрационный знак №, при этом К.И. убедился в верности его (К.Ю.) подписи в представленном ФИО1 договоре купли-продажи. Спустя некоторое время после указанных событий к нему вновь обратился ФИО1 с просьбой помочь восстановить документы на автомобиль <данные изъяты> однако отказал последнему в этом, поскольку к данному автомобилю никакого отношения не имеет.

Из показаний свидетеля Б.В. (том 5 л.д. 111-113) следует, что в декабре 2015 года он приобрел у М.А. автомобиль <данные изъяты> 2001 года, государственный регистрационный знак №, однако документы на него на свое имя не оформлял. В августе 2016 года данный автомобиль он продал ФИО1, при этом договор купли-продажи они также не составляли и документально сделку не оформляли. Через какое-то время Пелещак ему перезвонил, поинтересовался нахождением ФИО18 в целях оформления документов на вышеуказанный автомобиль.

Из показаний свидетеля Т.И. (том.5 л.д.118-119), исследованных в судебном заседании, следует, что со слов ФИО1 ему известно об услугах фирмы «Автовариант» по залогу автомобилей за денежные средства, и он воспользовался данными услугами в начале 2016 года.

Из показаний свидетеля Б.Е. следует, что в августе 2016 года ФИО1 приобрел автомобиль <данные изъяты> 2001 года выпуска. В сентябре - октябре 2016 года вместе с ФИО19 он ездил в район гаражных боксов по <адрес>, где ФИО1 забирал указанный автомобиль со стоянки, при этом по пути следования к ней Г.А. по просьбе Пелещака меня в банке валюту на рубли, которые передал ФИО1 Прибыв к месту стоянки автомобиля, ФИО1 зашел в гараж, а после забрал указанный автомобиль. Затем ФИО1 и он (Б.Е.) катались на данном автомобиле по городу, потом несколько дней по месту его (Б.Е.) жительства употребляли спиртное, а когда деньги кончились, ФИО1 продал автомобиль <данные изъяты> а на вырученные с его продажи деньги они также употребляли спиртное.

Свидетель Г.А. в судебном заседании показал, что вместе с ФИО20 в сентябре-октябре 2016 года ездил на стоянку по улПролетарской <адрес>, где Пелещак передавал кому-то денежные средства, а также забрал со стоянки свой автомобиль <данные изъяты> Кому и в связи с чем ФИО1 передавал денежные средства ему не известно.

Анализируя показания свидетелей Б.Е., Г.А. и Т.И. в совокупности с другими доказательствами по делу, суд пришел к выводу, что тони не опровергают установленные судом обстоятельства хищения ФИО1 денежных средств К.И., поскольку очевидцем обстоятельств получения ФИО1 автомобиля <данные изъяты> на автостоянке по <адрес> они не являлись, денежные средства в их присутствии не передавались.

Из показаний свидетеля К.А. следует, что в сентябре 2016 года он поставил свой автомобиль <данные изъяты> на ремонт в автомастерскую к ФИО1 В начале октября 2016 года узнал, что указанный автомобиль заложен ФИО1 хозяину гаражных боксов по <адрес> за 310 000 рублей. Он (К.А.), прибыв с указанной суммой, передал ее П.А. и получил от последнего свой автомобиль.

Из показаний свидетеля Д.Ю. следует, что в начале октября 2016 года он приобрел у ФИО1 автомобиль <данные изъяты>» за 250 тысяч рублей. При проведении сделки Пелещак пояснил, что данный автомобиль он по договору-купли продажи на себя не переоформил. Также ФИО1 рассказал, что этот автомобиль в залоге, в связи с чем сможет его оформить после получения документов и уплаты залога. Данные обстоятельства сомнения не вызвали, передал Пелещаку денежные средства, последний уехал, а вскоре вернулся, передав ему автомобиль и ключи от него. По паспорту данного транспортного средства ФИО1 ему пояснил, что договорился с бывшим его владельцем – М.А. об оформлении его дубликата, при этом ФИО1 пояснил, что паспорт данного транспортного средства он утерял. В подтверждение получения денежных средств за автомобиль <данные изъяты> он (Д.Ю.) получил от ФИО1 расписку о передаче им 250 000 рублей ФИО1 в счет оплаты стоимости данного автомобиля. В последствии указанный автомобиль был изъят сотрудниками полиции.

Свидетель Д.Ю. – мама свидетеля Д.Ю. подтвердила факт приобретения ее сыном в начале октября 2016 гда автомобиля иностранного производства, который впоследствии у него изъяли сотрудники полиции.

Согласно расписки от 05 октября 2016 года (т.2 л.д.57) ФИО1 продал автомобиль <данные изъяты> Д.Ю. за 250 000 рублей.

В ходе осмотра места происшествия 01 ноября 2016 года (т.2 л.д.60-75) Д.Ю. выдал автомобиль <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №. При осмотре данного автомобиля повреждений на нем не зафиксировано.

Как следует из протокола выемки (т.5 л.д.97), 02 декабря 2016 года у свидетеля Д.Ю. изъят автомобиль <данные изъяты>, 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак №. Указанный автомобиль осмотрен (т.5 л.д.98-100), приобщен к материалам дела в качестве вещественного доказательства и передан на ответственное хранение на территорию гаражных боксов ОВМД России по г.Магадану (т. 6 л.д. 235-236).

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля защиты ФИО6 показала, что весной 2016 года ее сын – ФИО3 закладывал принадлежащий ему автомобиль в фирме «Автовариант», однако, поскольку его выкупить не смог, данный автомобиль остался указанной фирме, поскольку при получении займа никакие документы не составлялись, были переданы только документы на автомобиль и чистый бланк договора купли-продажи данного автомобиля. Характеризует сына исключительно с положительной стороны, как заботливого, любящего ее и своего ребенка.

Оценивая всю совокупность добытых и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, суд признает каждое из них имеющим юридическую силу, поскольку они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, и достоверными, а совокупность их – достаточной для вывода о том, что преступные действия подсудимых имели место так, как это изложено в описательной части настоящего приговора.

Кроме того, приведенные выше доказательства не находятся в противоречии между собой, дополняют друг друга и конкретизируют обстоятельства произошедшего, оснований не доверять этим доказательствам у суда не имеется.

Квалифицируя действия подсудимых ФИО1 и ФИО3 как вымогательство суд исходит из следующего.

Вымогательство, в силу действующего законодательства, является оконченным с момента, когда предъявленное требование, соединенное с угрозой применения насилия, воспринятой потерпевшим как реальная, когда у него имеются основания опасаться ее осуществления, доведено до сведения потерпевшего. Невыполнение потерпевшим данного требования не влияет на юридическую оценку содеянного как оконченного преступления.

В судебном заседании установлено, что в период с 10 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года ФИО1 и ФИО3, действуя взаимосогласованно, группой лиц по предварительному сговору, находясь в балке, расположенном на территории автостоянки <данные изъяты><адрес><адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью извлечения материальной выгоды, под угрозой применения насилия, высказали требование в адрес О.Л. о незаконной передаче им денежных средств последнего, применив к нему также физическое насилие, в результате которого незаконно получили от О.Л. расписку с обязательствами последнего передать ФИО3 150 000 рублей, впоследствии с места преступления скрылись.

Указанные обстоятельства следуют как из показаний потерпевшего О.Л. о том, что высказанные в его адрес угрозы ФИО1 и ФИО3 о применении к нему насилия он воспринял реально и опасался их осуществления ввиду нанесения ему ФИО3, в ходе предъявления ФИО1 требований передачи денежных средств, двух ударов рукой в височную область головы и одного удара рукой по лицу, от которых он испытал физическую боль, в связи с чем, согласился написать не соответствующую действительности расписку о наличии у него долговых обязательств перед ФИО3 в сумме 150 000 рублей, в качестве подтверждения согласия передачи последнему указанных средств, так и из содержания самой расписки потерпевшего О.Л. с указанием паспортных данных ФИО11, и показаний свидетелей Т.И., К.К. об обстоятельствах ее написания потерпевшим О.Л. под диктовку ФИО1 при участии ФИО3 и показаний свидетеля и Я.И. о наличии при этом у потерпевшего телесных повреждений на лице и голове.

Факт обнаружения свидетелем Я.И. в печи балка автостоянки «Фрегат» части сгоревшего документа, не свидетельствует о его принадлежности ФИО1, поскольку потерпевший указал, что никаких документов у последнего не забирал и в печи не сжигал. Оснований не доверять данным показаниям О.Л. у суда не имеется.

Оснований полагать, что в действиях ФИО1 и ФИО3 при изложенных обстоятельствах имело место самоуправство при предъявлении О.Л. требований возмещения якобы причиненного ФИО1 ущерба, у суда не имеется, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что ни ФИО1, ни ФИО3 не имели ни действительного, ни предполагаемого права на имущество О.Л. – денежные средства в сумме 150000 рублей, а утверждения ФИО1 о наличии у О.Л. перед ним долговых обязательств являются надуманными. Вопреки доводам подсудимых, не следует о наличии такого права и из исследованных в судебном заседании материалов проверки КУСП -№ от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.176-194).

Данное обстоятельство следует, в том числе и из показаний потерпевшего О.Л. о том, что никаких долговых обязательств перед ФИО1 и ФИО3 на сумму 150 000 рублей он не имел, в этой связи оснований для квалификации действий подсудимых как самоуправство, то есть по ст. 330 Уголовного кодекса Российской Федерации, как на том настаивают подсудимые и защитники, не имеется.

Вместе с тем, суд считает необходимым исключить из описания преступного деяния подсудимых по факту вымогательства, высказывание ими, наряду с требованием передачи потерпевшим О.Л. денежных средств под угрозами применения к нему насилия, также угроз применения насилия в отношении членов его семьи, поскольку объективных данных об угрозах в адрес семьи О.Л. в судебном заседании не установлено. Также суд исключает из обвинения ФИО1 и ФИО3 совершение требования передачи «права на чужое имущество», поскольку наличие умысла у подсудимых на предъявление О.Л. при совершении вымогательства требований передачи им права на автостоянку <данные изъяты> исследованными доказательствами не подтверждено, а из показаний самого потерпевшего следует о вымогательстве у него именно денежных средств, о чем ФИО1 и ФИО3 также показали на первоначальном этапе предварительного расследования и в судебном заседании последние сообщили о предъявлении потерпевшему требований передачи им именно денежных средств.

Доводы защитника подсудимого ФИО3 об отсутствии предмета вымогательства и негодности объекта – автостоянки <данные изъяты> поскольку потерпевшему О.Л. она не принадлежит, являются надуманными, так как непосредственным предметом преступного посягательства как ФИО3, так и ФИО1 при совершении вымогательства в отношении О.Л. явились денежные средства последнего в сумме 150000 рублей.

Применение в отношении О.Л. насилия в ходе совершения вымогательства, следует как из показаний самого потерпевшего о нанесении ему ФИО3 в ходе предъявления ФИО1 требований передачи денежных средств, двух ударов рукой в височную область головы и одного удара рукой по лицу, от которых потерпевший испытал физическую боль, так и из показаний свидетеля Я.И., подтвердившего наличие у О.Л. на лице следов данных насильственных действий. При указанных обстоятельства, факт написания потерпевшим О.Л. расписки о том, что телесные повреждения ему Решта (ФИО6) А.А причинены не были, не отражает действительности событий, происходивших 27 марта 2016 года в период с 10-00 до 12-00 в помещении сторожевого балка автостоянки «Фрегат», в связи с чем указанные сведения судом во внимание не принимаются.

В судебном заседании установлено, что вымогательство совершено ФИО1 и ФИО3 группой лиц по предварительному сговору, о чем свидетельствует предварительная договоренность последних о совершении данного преступления, характер и взаимосогласованность их действий, направленных на исполнение единого умысла - предъявление требования потерпевшему О.Л. о передаче им имущества последнего под угрозой применения насилия к потерпевшему О.Л. и с применением к нему насилия.

Оснований к оговору подсудимых потерпевшим О.Л., свидетелями Я.И., Т.И. и К.К. в судебном заседании не установлено. Доводы подсудимого ФИО1 о наличии у О.Л. таких оснований ввиду причинения ему (ФИО1) телесных повреждений, порчи его документа и имущества в судебном заседании своего подтверждения не нашли.

В соответствии с действующим законодательством под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества. В случаях, когда вымогательство сопряжено с непосредственным изъятием имущества потерпевшего, то эти действия квалифицируются как грабеж.

Квалифицируя действия подсудимых ФИО1 и ФИО3 по факту хищения имущества О.Л. 27 марта 2016 года в период с 12-00 до 19-00 часов как грабеж, суд исходит из того, что грабеж определен законодательством как открытое хищение чужого имущества, которое совершается в присутствии собственника, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

В судебном заседании установлено, что в период с 12 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 27 марта 2016 года ФИО1 и ФИО3, действуя группой лиц по предварительному сговору, находясь в балке, расположенном на территории автостоянки <данные изъяты> по <адрес><адрес>, действуя умышленно, противоправно, осознавая неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного ущерба собственнику и желая их наступления, путем свободного доступа, полагая, что присутствующий потерпевший О.Л., в связи с недавним конфликтом препятствовать их преступным действиям не будет, сознавая, что О.Л. понимает противоправный характер их действий, открыто, из корыстных побуждений похитили имущество, принадлежащее О.Л., на общую сумму 34980 рублей 48 копеек, которым распорядились по своему усмотрению, чем причинили последнему материальный ущерб на указанную сумму.

О корыстном умысле действий подсудимых по изъятию имущества потерпевшего О.Л. свидетельствует наименование похищенного, его стоимость, а также перемещение в различные места хранения - гараж, где подлежал использованию похищенный инструмент и в дом по месту жительства ФИО3

Открытый характер совершенного хищения имущества О.Л. следует из показаний потерпевшего о том, что хищение его имущества происходило в его присутствии и против его воли, поскольку какого-либо согласия на изъятие имущества ФИО1 и ФИО3 он последним не давал, просьб о его перемещении в другое место хранения им не высказывал, однако указанным противоправным действиях последних не препятствовал ввиду причиненных ему ранее телесных повреждений, и численного преимущества похитителей.

Вместе с тем, суд считает необходимым исключить из описания обстоятельств совершения ФИО1 и ФИО3 грабежа факт причинения указанными действиями значительного ущерба потерпевшему О.Л., поскольку объективной стороной инкриминируемого подсудимым преступления он не охватывается и в качестве квалифицирующего признака при грабеже не предусмотрен.

В судебном заседании установлено, что грабеж совершен ФИО1 и ФИО3 группой лиц по предварительному сговору, о чем свидетельствует предварительная договоренность последних о совершении данного преступления, выраженная в совместном отыскании имущества потерпевшего и его открытом изъятии, характер и согласованность их действий, направленных на исполнение единого умысла - открытого хищения имущества потерпевшего О.Л.

По смыслу действующего законодательства растратой являются противоправные действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему имущество против воли собственника путем передачи этого имущества другим лицам.

В судебном заседании установлено, что 26 августа 2016 года в период с 14 часов 00 минут до 19 часов 00 минут ФИО1, находясь в совмещенном гаражном боксе №1-2, расположенном по <адрес>, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, против воли П.А., похитил путем растраты, принадлежащее последнему вышеперечисленное в приговоре имущество на общую сумму 94421 рубль 60 копеек, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

Утверждения стороны защиты о том, что со стороны ФИО1 имело место нарушение гражданско-правовых обязательств по договору с П.А., в связи с чем отсутствуют его виновные действия уголовного характера, не нашли своего подтверждения в судебном заседании, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что отчуждение имущества П.А. совершено ФИО1 без ведома и согласия собственника, каких-либо мер по исполнению своих обязательств относительно данного имущества ФИО1 не предпринял, хотя имел такую возможность, а, наоборот, реализуя свой корыстный преступный умысел, похитил имущество П.А. путем его растраты незадолго до наступления срока окончания договора аренды гаража, из которого оно и было похищено. Утверждения ФИО1 о выплате им потерпевшему П.А. 112000 рублей за вышеуказанное имущество опровергнуты исследованными судом доказательствами, в том числе и показаниями потерпевшего о том, что данную сумму от ФИО1 он не получал, последним выплачено за приобретенный для него инструмент лишь 27000 рублей.

О наличии корыстного умысла у ФИО1 на хищение вверенного ему П.А. имущества свидетельствует тот факт, что получив его, он (ФИО1) продал данное имущество в «Ё-кредит», а вырученные денежные средства потратил на собственные нужды, при этом никаких мер по исполнению своих обязательств перед П.А. не предпринял, наоборот, исключил общение с последним и сменил место жительства.

Анализ вышеприведенных доказательств свидетельствует о наличии в действиях подсудимого ФИО1 квалифицирующего признака растраты «с причинением значительного ущерба гражданину», поскольку размер похищенного у потерпевшего П.А. имущества, превышает сумму установленную Примечанием 2 к статье 158 УК РФ для определения значительности ущерба, а также суд учитывает имущественное положение потерпевшего П.А., которое было исследовано в судебном заседании, и оснований сомневаться в объективности его показаний относительно значительности причиненного ему преступлением ущерба у суда не имеется.

Каких-либо мотивов для оговора подсудимого ФИО1 потерпевшим П.А. и свидетелями стороны обвинения подсудимым ФИО1 не приведено и судом не установлено.

В силу действующего законодательства обман, как способ совершения хищения чужого имущества, ответственность за который предусмотрена положениями ст.159 УК РФ, состоит в сознательном сообщении заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, направленных на введение владельца имущества в заблуждение.

В судебном заседании установлено, что в период с 18 часов 00 минут до 19 часов 00 минут 03 октября 2016 года ФИО1, находясь в гараже по <адрес>-а в городе магадане, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, с целью личного незаконного обогащения, путем обмана похитил у К.И. денежные средства в сумме 100000 рублей, чем причинил последнему значительный материальный ущерб на указанную сумму.

О наличии у ФИО1 корыстного умысла на хищение денежных средств потерпевшего К.И. путем мошенничества посредством его обмана свидетельствует тот факт, что под видом сделки купли-продажи автомобиля «Ниссан Лаурель», находящегося в собственности ФИО1, последний сообщил К.И. заведомо ложные сведения о своем намерении продать ему указанный автомобиль, чем ввел потерпевшего в заблуждение относительно истинности своих намерений, создав, в том числе, видимость официальности сделки путем передачи потерпевшему К.И. документов на данный автомобиль и договора его купли-продажи, ФИО1 получил от введенного им в заблуждение К.И. денежные средства в сумме 100000 рублей как оплату за автомобиль <данные изъяты> При этом ФИО1 сообщил потерпевшему К.И. заведомо ложные сведения о необходимости выгрузки его личных вещей из автомобиля, в результате чего с места совершения преступления скрылся, обратив похищенное в свою собственность, распорядился им по своему усмотрению.

Утверждения ФИО1 об отсутствии у него умысла на хищение денежных средств К.А., нахождении автомобиля <данные изъяты> 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак № в залоге у свидетеля П.А., который он выплатил, своего объективного подтверждения в судебном заседании не нашли и расцениваются судом как избранный ФИО1 способ защиты.

Так, утверждения подсудимого ФИО1 о том, что денежные средства за автомобиль «Ниссан Лаурель» в сумме 100000 рублей он от К.И. не получал под видом оплаты за продаваемый автомобиль, опровергаются как показаниями самого потерпевшего К.И. о его договоренности о сделке с ФИО1 03 октября 2016 года по купле-продаже указанного автомобиля, получении документов на него от ФИО1 и договора купли-продажи, подписанного ФИО18, который, по утверждениям ФИО1, являлся собственником данного автомобиля по документам, согласовании с ФИО1 стоимости автомобиля в 100000 рублей, и передаче указанной суммы последнему, так и показаниями свидетеля П.А., присутствовавшего при данной сделке и подтвердившего факт передачи К.И. подсудимому ФИО1 денежных средств в сумме 100000 рублей, с которыми последний скрылся на автомобиле «<данные изъяты> Обстоятельств передачи денежных средств за указанный автомобиль иному лицу в судебном заседании не установлено.

Тот факт, что до прибытия 03 октября 2016 года в гараж по <адрес> ФИО1 производил обмен валюты на рубли РФ, и в последующем передал из полученной суммы свидетелю П.А. денежные средства, также объективно не подтверждает наличие у ФИО1 права на имущество К.И. – денежные средства в сумме 100000 рублей. Как показал в судебном заседании свидетель П.А., 03 октября 2016 года он получил от ФИО1 денежные средства в счет возврата последним имевших ранее долговых обязательств, связанных с выкупом автомобиля <данные изъяты> принадлежащего К.А. П.А. настаивал, что автомобиль «Ниссан Лаурель», 2001 года выпуска государственный регистрационный знак №, ФИО1 ему за денежные средства не закладывал.

Оснований не доверять указанным показаниям потерпевшего К.И. и свидетеля П.А. у суда не имеется, поскольку они последовательны, не противоречивы и согласуются с исследованными судом доказательствами, неприязненных отношений с подсудимым ФИО1 у них не имелось, оснований к их оговору последнего судом не установлено. Утверждение подсудимого ФИО1 о его оговоре потерпевшим К.И. и свидетелем П.А. ввиду осуществления ими предпринимательской деятельности по выдаче займов под залог автомобилей, своего подтверждения в судебном заседании не нашло и опровергнуто вышеприведенными доказательствами, а также показаниями К.И. и П.А. об отсутствии у них неприязненных отношений к подсудимого ФИО1 и оснований для его оговора. Таким образом данных, свидетельствующих о даче потерпевшим К.И. и свидетелем П.А. заведомо ложных показаний в отношении ФИО1 в судебном заседании не установлено, в связи с чем, доводы последнего об их преступности являются надуманными.

Наличие незначительных расхождений в показаниях К.И. и П.А., в том числе в части описания номинала денежных купюр, переданных К.И. ФИО1, по мнению суда, существенным не является и не свидетельствует о невиновности ФИО1 в совершении преступления в отношении имущества К.И.

Анализ вышеприведенных доказательств свидетельствует о наличии в действиях подсудимого ФИО1 квалифицирующего признака мошенничества «с причинением значительного ущерба гражданину», поскольку размер похищенного у потерпевшего К.И. имущества, превышает сумму установленную Примечанием 2 к статье 158 УК РФ для определения значительности ущерба, а также суд учитывает имущественное положение потерпевшего К.И., которое было исследовано в судебном заседании, и оснований сомневаться в объективности его показаний относительно значительности причиненного ему преступлением ущерба у суда не имеется.

Показания подсудимого ФИО3 и свидетеля ФИО6 о сдаче ФИО3 автомобиля под залог денежных средств П.А., не свидетельствует о невиновности ФИО1 в совершении мошенничества при установленных судом обстоятельствах.

О наличии препятствия в виде шлагбаума для свободного выезда автомобиля <данные изъяты> с территории автостоянки по <адрес>-а, что, по мнению ФИО1, препятствовало совершению им преступления, исследованными судом доказательствами не подтверждено.

С учетом изложенного, доводы подсудимых ФИО1 и ФИО3 об их невиновности в совершении преступлений при установленных судом обстоятельствах и их оправдании не нашли своего подтверждения в судебном заседании и опровергнуты исследованными судом вышеприведенными доказательствами.

Ссылки потерпевшего К.И. о необходимости возвращения ему, в связи с причиненным преступлением ущербом, вещественного доказательства - автомобиля «Ниссан Лаурель», 2001 года выпуска, государственный регистрационный знак <***>, с учетом установленных судом обстоятельств хищения у К.И. ФИО1 денежных средств в сумме 100000 рублей, убедительными не являются. Исковые требования о возмещении причиненного преступлением ущерба потерпевшим К.И. не заявлены, арест на указанный автомобиль в целях обеспечения исковых требований, наложен не был.

Суд квалифицирует действия ФИО1:

- по факту вымогательства имущества О.Л. – по п.п. «а, в» ч.2 ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия;

- по факту хищения имущества О.Л. – по п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору;

- по факту хищения имущества П.А. – по ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации, как растрата, то есть хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

- по факту хищения имущества К.И. – по ч.2 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации, как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное с причинением значительного ущерба гражданину.

Суд квалифицирует действия ФИО3:

- по факту вымогательства имущества О.Л. – по п.п. «а, в» ч.2 ст. 163 Уголовного кодекса Российской Федерации, как вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества, под угрозой применения насилия, совершенное группой лиц по предварительному сговору, с применением насилия;

- по факту хищения имущества О.Л. – по п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный группой лиц по предварительному сговору.

В судебном заседании изучались личности подсудимых.

ФИО1 не судим, <данные изъяты>

<данные изъяты>

Сопоставив выводы экспертов, изложенные в заключениях судебно-психиатрических экспертиз, показания врача-психиатра ОГКУЗ «<адрес> психоневрологический диспансер» А.П. о состоянии психического здоровья ФИО1, с поведением ФИО1 в ходе предварительного следствия и в судебном заседании, суд признает их обоснованными и признает ФИО1 вменяемым по отношению к совершенным деяниям.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, в соответствии со ст.61 УК РФ суд признал: признание вины в ходе предварительного следствия в совершении грабежа и растраты, а также признания вины в части совершения вымогательства, способствование раскрытию и расследованию на его первоначальном этапе преступлений в отношении О.Л. и П.А., изобличение соучастника преступлений в отношении О.Л., добровольную выдачу похищенного у О.Л. и П.А. имущества, состояние здоровья подсудимого и его молодой возраст.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, предусмотренных ст. 63 Уголовного Кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

ФИО3 судим в несовершеннолетнем возрасте за совершение преступлений против личности, отбывал наказание в местах лишения свободы, решением Магаданского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ5 года в отношении него был установлен административный надзор с 22 сентября 2015 года по 22 сентября 2017 года, 23 сентября 2017 года, который снят в связи с окончанием срока, в период нахождения под административным надзором ФИО3 характеризовался посредственно, возложенные на него ограничения старался соблюдать, своевременно проходил перерегистрацию, жалоб на его поведение в быту не поступало, по характеру вспыльчив и легко поддается негативному влиянию, привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка и по линии ГИБДД, а также совершил умышленное преступление против порядка управления, за которое осужден приговором Среднеканского районного суда Магаданской области 29 сентября 2017 года. Кроме того, в период административного надзора ФИО3 совершил преступления по настоящему приговору, а также привлекается за совершение преступления против личности. <данные изъяты>

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО3, в соответствии со ст.61 УК РФ суд признал: частичное признание вины в ходе предварительного расследования, способствование раскрытию и расследованию преступлений и изобличению соучастника преступлений на первоначальном этапе расследования, молодой возраст подсудимого, наличие на у него на иждивении супруги и несовершеннолетнего ребенка.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, предусмотренных ст. 63 Уголовного Кодекса Российской Федерации, судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, суд не усматривает оснований для применения в отношении него положений ч.6 ст.15 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

При назначении вида и размера наказания подсудимому ФИО1 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, относящихся к категории тяжких и средней тяжести, конкретные обстоятельства дела, характер и степень его фактического участия в совершении каждого группового преступления, значение этого участия для достижения целей данных преступлений, его влияние на характер и размер причиненного вреда, личность подсудимого, его материальное положение, возраст и состояние здоровья, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и условия его жизни, а также длительность его содержания под стражей в ходе предварительного расследования и длительность производства предварительного расследования по делу.

Следуя целям и принципам уголовного наказания, руководствуясь санкцией уголовно-правовой нормы и положениями Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд пришел к убеждению, что достижение целей наказания в отношении ФИО1 возможно только с применением в отношении него наказания в виде лишения свободы, поскольку такое наказание будет не только справедливым, но и окажет необходимое воздействие на виновного.

Оснований для назначения ФИО1, предусмотренных санкциями ч.2 ст.159, ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации, дополнительных наказаний в виде штрафа, а также в виде ограничения свободы, а также санкциями ч.2 ст.161, ч.2 ст.163 Уголовного кодекса Российской Федерации, в виде ограничения свободы, суд не усматривает.

Суд считает, что менее строгие виды наказания в виде штрафа, обязательных, исправительных и принудительных работ, предусмотренные санкциями ч. 2 ст. 159 и ч.2 ст.160 Уголовного кодека Российской Федерации, а также такой менее строгий вид наказания как принудительные работы, предусмотренный санкцией ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, не будут соразмерны как обстоятельствам совершенных преступлений, так и личности подсудимого ФИО1

Поскольку в ходе судебного разбирательства установлено наличие в действиях ФИО1 по фактам хищения имущества О.Л. и П.А. смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ и отсутствие отягчающих обстоятельств, при определении срока наказания в виде лишения свободы ФИО1 суд руководствуется положениями ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, совершенных К.Р., являющихся основанием для назначения ему наказания с применением положений ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации, в судебном заседании не установлено.

Кроме того, суд пришел к выводу, что назначение в отношении ФИО1 условного осуждения, не будет отвечать целям исправления виновного, в связи с чем суд не находит оснований для применения в отношении подсудимого положений ст.73 УК РФ.

Также суд не усматривает оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Размер окончательного наказания подлежит назначению ФИО1 в соответствии с правилами, предусмотренными ч.3 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений.

Согласно положениям п. «в» ч.1 ст.58 Уголовного кодекса Российской Федерации отбывание лишения свободы подлежит назначению ФИО1 в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.2 ст.97, ст.108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для обеспечения исполнения приговора мера пресечения в отношении ФИО1 подлежит изменению с подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу, поскольку назначенное ему наказание связано с реальным лишением свободы и его отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В срок лишения свободы ФИО1 подлежит зачету время его содержания под стражей с 13 октября 2016 года по 22 марта 2017 года.

С учетом фактических обстоятельств и степени общественной опасности совершенных ФИО3 преступлений, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих его наказание обстоятельств, суд не усматривает оснований для применения в отношении него положений ч.6 ст.15 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

При назначении вида и размера наказания подсудимому ФИО3 суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступлений, относящихся к категории тяжких, конкретные обстоятельства дела, характер и степень его фактического участия в совершении групповых преступлений, значение этого участия для достижения целей преступлений, его влияние на характер и размер причиненного вреда, личность подсудимого, его материальное положение, возраст и состояние здоровья, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на его исправление и условия жизни его семьи, а также длительность производства предварительного расследования по делу.

Следуя целям и принципам уголовного наказания, руководствуясь санкцией уголовно-правовой нормы и положениями Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений, суд пришел к убеждению, что достижение целей наказания в отношении ФИО3 возможно только с применением в отношении него наказания в виде лишения свободы, поскольку такое наказание будет не только справедливым, но и окажет необходимое воздействие на виновного.

Также суд пришел к выводу о назначении ФИО3 за преступление, предусмотренное п.п.»а», «в» ч.2 ст.163 Уголовного кодекса Российской Федерации, в целях его исправления и предупреждения совершения новых преступлений, дополнительного наказания в виде ограничения свободы, поскольку оно также окажет необходимое воздействие на виновного.

В соответствии с ч.1 ст.53 Уголовного кодекса Российской Федерации в период отбывания дополнительного наказания в виде ограничения свободы ФИО3 подлежат установлению ограничения: - не изменять места постоянного проживания (пребывания) и не выезжать за пределы муниципального образования, в котором будет проживать осужденный после освобождения из мест лишения свободы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, а также суд возлагает на осужденного ФИО3 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Оснований для назначения ФИО3 дополнительного наказания в виде штрафа, предусмотренного санкциями ч.2 ст.161 и ч.2 ст.163 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также дополнительного наказания в виде ограничения свободы за преступление, предусмотренное п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, суд не усматривает.

Суд считает, что менее строгий вид наказания в принудительных работ, предусмотренный санкцией ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации, не будет соразмерен как обстоятельствам совершенного ФИО3 преступления, так и личности указанного подсудимого.

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, совершенных ФИО3, являющихся основанием для назначения ему наказания с применением положений ст.64 Уголовного кодекса Российской Федерации, в судебном заседании не установлено.

При определении размера наказания суд учитывает положения ч.1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации, поскольку в действиях ФИО3 имеется смягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное п. «и» ч.1 ст.61 Уголовного кодекса Российской Федерации и отсутствуют отягчающие наказание обстоятельства.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, суд также пришел к выводу, что назначение в отношении ФИО3 условного осуждения, не будет отвечать целям исправления виновного, в связи с чем суд не находит оснований для применения в отношении него положений ст.73 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Также суд не усматривает оснований для применения в отношении ФИО3 положений ст. 53.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Размер наказания подлежит назначению ФИО3 в соответствии с правилами, предусмотренными ч.3 и ч.4 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений по настоящему приговору.

Принимая во внимание, что преступление по настоящему приговору совершено ФИО3 до постановки в отношении него приговора Среднеканского районного суда Магаданской области от 29 сентября 2017 года, то окончательный размер наказания ФИО3 по настоящему приговору подлежит назначению по совокупности преступлений по правилам, предусмотренным ч.4, ч.5 ст.69, п. «в» ч.1 ст.71 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Отбывание лишения свободы подлежит назначению ФИО3 в исправительной колонии общего режима.

В соответствии с ч.2 ст.97, ст.108 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для обеспечения исполнения приговора мера пресечения в отношении ФИО3 подлежит оставлению без изменения в виде заключения под стражу, поскольку назначенное ему наказание связано с реальным лишением свободы и его отбыванием в исправительной колонии общего режима.

В соответствии со ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы подлежит зачету время содержания ФИО3 под стражей с 03 ноября 2017 года по 19 ноября 2017 года.

Вещественные доказательства по уголовному делу: - <данные изъяты> подлежит уничтожению; - <данные изъяты> хранящиеся в материалах уголовного дела (т.2 л.д. 204-205, 208), подлежат хранению при деле в течение всего его срока хранения; - <данные изъяты> переданные на хранение потерпевшему П.А., подлежат оставлению последнему по принадлежности; - <данные изъяты> переданные на хранение в камеру хранении ОМВД России по г. Магадану по квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д. 146), вернуть потерпевшему П.А. по принадлежности; - <данные изъяты> - помещён на хранение на территорию гаражных боксов ОМВД России не» Магадану, расположенную на 4 км. основной трассы г.Магадана (том 6 л. д. 235-236), - подлежит оставлению Д.Ю. по принадлежности; - <данные изъяты>, переданный на хранение ФИО1 (том 5 л. д. 246), подлежит оставлению последнему по принадлежности.

В ходе предварительного следствия выплачены вознаграждения защитникам за осуществление защиты ФИО1: - адвокату Храмцову А.В. 107800 рублей (т.7 л.д.199, т.7 л.д.201); - адвокату Синяевой О.Е. – 31850 рублей (т.7 л.д.202, т.8 л.д.46-47, т.9 л.д.23-24); - адвокату Герасимчуку Л.П. 4125 рублей (т.7 л.д.204-204); - адвокату Бурмистрову И.П. 14700 рублей (т.9 л.д.27-28); а также адвокату Божич Ж.В. выплачено вознаграждение за осуществление защиты ФИО3 в сумме 17150 рублей (т.9 л.д.25-26).

В соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации суммы, выплаченные адвокату за оказание им юридической помощи в случае его участия в уголовном судопроизводстве по назначению, относятся к процессуальным издержкам. Согласно ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации процессуальные издержки взыскиваются с осужденных или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

На основании положений ч. 6 ст. 132 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание длительность производства по уголовному делу, обусловленную неоднократным возвращением его материалов следователю после составления обвинительного заключения, прекращение уголовного дела в отношении ФИО1 в части, в том числе по реабилитирующим основаниям (т.7 л.д.92-97) суд пришел к выводу о взыскании с него в доход федерального бюджета процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения адвокату Храмцову А.В., в сумме 50 000 рублей, освободив от взыскания процессуальных издержек, связанных с выплатой донному защитнику вознаграждения, в остальной части. От взыскания процессуальных издержек, связанных с выплатами вознаграждений адвокатам Синяевой О.Е., Герасимчуку Л.П., Бурмистрову И.П. ФИО1 подлежит освобождению, поскольку от услуг данных защитников он отказался. ФИО3 также подлежит освобождению от взыскания с него процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитнику, поскольку от ее услуг он отказался. Таким образом, за счет федерального бюджета подлежат возмещению процессуальные издержки, связанные с выплатой вознаграждения защитникам, в общей сумме 162625 рублей.

Процессуальные издержки в размере 38800 рублей 00 копеек (т.7 л.д.205) за проведение по делу товароведческой судебной экспертизы ООО «Центр ОМЭК» подлежат возмещению за счет средств федерального бюджета

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 296, 297, 298, 299, 300, 302, 303, 304, 307, 308, 309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

п р и г о в о р и л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в» ч.2 ст.163; п. «а» ч.2 ст.161; ч.2 ст.160; ч.2 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

- по п.п. «а», «в» ч.2 ст.163 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 03 (три) года;

- по п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 02 (два) года;

- по ч.2 ст.160 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 01 (один) год;

- по ч.2 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 01 (один) год 06 (шесть) месяцев.

На основании ч.3 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы на срок 04 (четыре) года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания с 20 ноября 2017 года.

Меру пресечения, избранную в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, изменить на заключение под стражу до вступления приговора суда в законную силу.

В соответствии со ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы ФИО1 зачесть время его содержания под стражей с 13 октября 2016 года по 22 марта 2017 года.

Признать ФИО3 виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в» ч.2 ст.163; п. «а» ч.2 ст.161Уголовного кодекса Российской Федерации и назначить ему наказание:

- по п.п. «а», «в» ч.2 ст.163 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 02 (два) года 06 (шесть) месяцев, с ограничением свободы на срок 01 (один) год;

- по п. «а» ч.2 ст.161 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде лишения свободы на срок 01 (один) год 06 (шесть) месяцев;

На основании ч.3, ч.4 ст.69 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 03 (три) года, с ограничением свободы на срок 01 (один) год.

На основании ч.4, ч.5 ст.69, п. «в» ч.1 ст.71 Уголовного кодекса Российской Федерации, по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний по настоящему приговору и приговору Среднеканского районного суда Магаданской области от 29 сентября 2017 года окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 03 (три) года 01 (один) месяц, с ограничением свободы на срок 01 (один) год, с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока лишения свободы с 20 ноября 2017 года.

Срок дополнительного наказания в виде ограничения свободы исчислять со дня постановки осужденного ФИО3 на учет в уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства осужденного, где он будет проживать после освобождения из мест лишения свободы, после отбытия основного наказания.

В период отбывания дополнительного наказания виде ограничения свободы установить ФИО3 ограничения: - не изменять места постоянного проживания (пребывания) и не выезжать за пределы муниципального образования, в котором будет проживать осужденный после освобождения из мест лишения свободы без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на осужденного ФИО3 обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, два раза в месяц для регистрации.

Исполнение наказания в виде ограничения свободы и надзор за отбыванием осужденным ФИО3 данного наказания возложить на уголовно-исполнительную инспекцию по месту жительства осужденного, где он будет проживать после освобождения из мест лишения свободы.

Меру пресечения в отношении ФИО3 оставить без изменения – заключение под стражу, до вступления приговора в законную силу.

В соответствии со ст. 72 Уголовного кодекса Российской Федерации в срок лишения свободы ФИО3 зачесть время его содержания под стражей с 03 ноября 2017 года по 19 ноября 2017 года.

Процессуальные издержки в сумме 38 800 (тридцать восемь тысяч восемьсот) рублей, связанные с оплатой производства экспертизы по делу, возместить за счет средств федерального бюджета.

Процессуальные издержки в сумме 162625 (сто шестьдесят две тысячи шестьсот двадцать пять) рублей, связанные с выплатой вознаграждения защитникам, возместить за счет средств федерального бюджета.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей 00 копеек.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- <данные изъяты>

- <данные изъяты> - уничтожить;

- <данные изъяты>, хранящиеся в материалах уголовного дела (т.2 л.д. 204-205, 208), - хранить при деле в течение всего его срока хранения;

- <данные изъяты> переданные на хранение в камеру хранении ОМВД России по г. Магадану по квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ (том 4 л.д. 146), вернуть потерпевшему П.А. по принадлежности;

- <данные изъяты> - подлежит оставлению Д.Ю. по принадлежности;

- <данные изъяты>, переданный на хранение ФИО1 (том 5 л. д. 246), подлежит оставлению последнему по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Магаданского областного суда, через Магаданский городской суд в течение 10 (десяти) суток со дня его постановления, а осужденными ФИО1 и ФИО3, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора.

В случае подачи апелляционных жалоб, осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо изложить в своей апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий Е.В.Москович