Апелляционное постановление № 22-247/2025 от 26 февраля 2025 г. по делу № 1-1607/2024

Председательствующий Черкасов Д.Н. Дело № 22-247/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Курган 27 февраля 2025 г.

Курганский областной суд в составе

председательствующего Кузнецовой Е.В.,

при секретаре Евграфовой Ю.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Федорова А.В. на постановление Курганского городского суда Курганской области от 28 ноября 2024 г., по которому уголовное дело в отношении

ФИО1, родившегося <...>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

Заслушав прокурора Маслову Л.В., поддержавшую доводы апелляционного представления, мнение ФИО1, защитника Вандровского Е.В., потерпевшего И А.С. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

органом предварительного следствия Горбовец обвиняется в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека, совершенном 28 августа 2024 г в г. Кургане, при обстоятельствах, изложенных в постановлении.

Обжалуемым постановлением суда уголовное дело в отношении Горбовец прекращено на основании ст. 25 УПК РФ в связи с примирением с потерпевшим.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Федоров выражает несогласие с постановлением суда, находит его незаконным и необоснованным. Указывает, что суд не оценил, в какой степени предпринятые Горбовец действия по заглаживанию вреда в виде извинений, принесенных сыну погибшего, а также выплата ему денежных средств, позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия в виде гибели человека. Эти действия Горбовец не снижают общественную опасность содеянного. Суд не учел, что объектом преступления, в совершении которого обвиняется Горбовец, являются и общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности. Судом не указано, какие действия Горбовец расценены как загладившие вред общественным интересам, а материалы дела таких сведений не содержат. Решение о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении Горбовец не только основного наказания, но и дополнительного в виде лишения права управления транспортными средствами, тем самым подвергаются опасности участники дорожного движения.

В возражениях защитник Вандровский находит доводы апелляционного представления необоснованными, просит постановление оставить без изменения.

Проверив доводы апелляционного представления, суд приходит к следующим выводам.

Органом предварительного следствия Горбовец обвиняется в том, что, управляя автомобилем по пр. Машиностроителей в нарушение пп. 10.1, 102 Правил дорожного движения РФ, избрав скорость 90 км/ч, которая значительно превышала максимально разрешенную на данном участке скорость 60 км/ч и не обеспечивала ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства при возникновении опасности для движения, допустил наезд на пешехода В С.Г., переходившего проезжую часть. В результате дорожно-транспортного происшествия пострадавший от полученной сочетанной тупой травмы головы, грудной клетки и нижних конечностей с переломом костей скелета, ушибом головного мозга и легких скончался на месте происшествия.

Потерпевшим И А.С. (сыном В С.Г.) заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в отношении Горбовец, которым полностью возмещен причиненный преступлением вред путем выплаты денежной компенсации и принесения извинения.

Суд первой инстанции, придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в связи с примирением с потерпевшим на основании ст. 25 УПК РФ и тем самым освобождения Горбовец от уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, сослался на то, что тот впервые привлечен к уголовной ответственности за совершение по неосторожности преступления категории средней тяжести, загладил причиненный вред путем принесения И А.С. извинений и выплаты денежных средств в сумме 600 000 руб., положительно характеризуется.

Кроме того, суд сделал вывод о том, что для освобождения от уголовной ответственности не является необходимым условие о заглаживании вреда, причиненного общественным отношениям в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Между тем в соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 4 июня 2007 г. № 519-О-О, полномочие суда отказать в прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, несмотря на наличие о том заявления потерпевшего и предусмотренных ст. 76 УК РФ оснований, направлено на достижение конституционно значимых целей дифференциации уголовной ответственности и наказания, усиления их исправительного воздействия, предупреждения новых преступлений и тем самым - защиты личности, общества и государства от преступных посягательств. Указание в ст. 25 УПК РФ на то, что суд вправе, а не обязан прекратить уголовное дело, не предполагает возможность произвольного решения судом этого вопроса исключительно на основе своего усмотрения. Рассматривая заявление потерпевшего о прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон, орган или должностное лицо принимает решение с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, включая степень общественной опасности совершенного деяния, личность обвиняемого, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность.

Аналогичная позиция изложена в разъяснениях, приведенных в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», согласно которым при разрешении вопроса об освобождении лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, судам следует учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим, личность совершившего преступление, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Также согласно разъяснениям, сформулированным в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также их неправомерным завладением без цели хищения», и в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Таким образом, суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для прекращения уголовного дела, а в соответствии с целями и задачами защиты прав и законных интересов личности, общества и государства принять справедливое и мотивированное решение с учетом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, конкретные действия, предпринятые лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий.

Вред, причиненный преступлением, может быть возмещен в любой форме, позволяющей компенсировать негативные изменения, причиненные преступлением охраняемым уголовным законом общественным отношениям.

Принимая решение о прекращении уголовного дела за примирением сторон, суд должен оценить, в какой степени предпринятые Горбовец действия по заглаживанию вреда в виде принесения извинения сыну погибшего и выплата ему денежных средств позволяли компенсировать наступившие от этого преступления негативные последствия – гибели человека.

Кроме того, суд не учел, что прекращение уголовного дела по данным основаниям никак не ограничило Горбовец в праве управления транспортными средствами, несмотря на то, что преступление, в совершении которого он обвинялся, посягало и на общественные отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспортных средств.

Общественная опасность содеянного в рассматриваемом случае заключается в причинении вреда интересам личности, общества и государства в сфере эксплуатации транспортных средств, являющихся источником повышенной опасности.

По этой причине отсутствие лично у потерпевшего претензий к Горбовец, а также его субъективное мнение о полном заглаживании вреда, не могли быть единственным подтверждением снижения степени общественной опасности совершенного деяния, которое позволило бы суду освободить его от уголовной ответственности.

Между тем судом не указано, какие действия Горбовец расценены как загладившие вред общественным интересам, соответствует ли прекращение дела целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Также постановление суда не содержит мотивов о том, каким образом предпринятые подсудимым действия устранили наступившие последствия в результате совершенного преступления, привели к изменению степени общественной опасности самого Горбовец после заглаживания вреда и примирения с потерпевшим.

При таких обстоятельствах вывод суда о соблюдении всех условий для прекращения уголовного дела на основании ст. 25 УПК РФ является необоснованным, в связи с чем постановление суда не может считаться законным, обоснованным и мотивированным, соответствующим требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ и подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Характер допущенного нарушения исключает возможность самостоятельного вынесения решения по делу судом апелляционной инстанции, который не может подменять суд первой инстанции в решении вопросов относительно существа дела, которые ранее не были предметом его рассмотрения.

Учитывая основания отмены постановления, иные доводы апелляционного представления подлежат проверке и оценке при новом рассмотрении ходатайства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

постановление Курганского городского суда Курганской области от 28 ноября 2024 г. в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд, в ином составе.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления непосредственно в суд кассационной инстанции.

Обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий