Решение № 12-31/2021 5-1/2021 от 23 марта 2021 г. по делу № 12-31/2021

Судья Будай Р.А.

Дело № 5-1/2021


РЕШЕНИЕ

№ 12-31/2021
24 марта 2021 г.
г. Ростов-на-Дону
Судья Южного окружного военного суда Санников Алексей Борисович (<...>), при помощнике судьи Никитенко Н.С., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе защитника Кузьмина Н.В., поданной в интересах военнослужащего войсковой части № <данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, не женатого, ранее подвергавшегося административной ответственности 18 ноября 2020 года по ч. 2 ст. 12.37 КоАП РФ, 10 и 25 декабря 2020 года по ч. 1 ст. 12.5 КоАП РФ, 12 и 23 декабря 2020 года по ст. 12.6 КоАП РФ, зарегистрированного по адресу: <адрес>

на постановление судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 21 января 2021 года о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

установил:

согласно судебному постановлению водитель ФИО1 признан виновным в том, что в ДД.ММ.ГГГГ на просп. Ленина г. Волжского Волгоградской области, управляя автомобилем <данные изъяты> без государственного регистрационного знака, в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения, при отсутствии в его действиях признаков уголовно наказуемого деяния, отказался выполнить законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, то есть совершил правонарушение, предусмотренное частью 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 7 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, защитник просит судебное постановление как незаконное и необоснованное отменить, а производство по делу прекратить в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

В обоснование делается ссылка на то, что протоколы об административном правонарушении, об отстранении от управления транспортным средством, о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и о задержании транспортного средства в отношении ФИО1 составлены сотрудниками полиции, в связи с чем указанный административный материал не является доказательством по данному административному делу.

Автор жалобы утверждает, что ФИО1 транспортным средством не управлял. Объяснения сотрудников полиции не соответствуют действительности, поскольку они противоречат друг другу, и увидеть кто управлял транспортным средством при встречном движении в темное время суток невозможно. При этом на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 находился на заднем пассажирском сидении, поскольку из содержания видеозаписи следует, что он по приезду сотрудников полиции закрывает заднюю пассажирскую дверь со стороны водителя. Данные обстоятельства также подтвердил допрошенный в суде первой инстанции в качестве свидетеля Д.В., который пояснил, что именно он управлял транспортным средством.

Защитник считает, что видеозапись процессуальных действий является ненадлежащим доказательством, поскольку картинка изображения не совпадает с ее звуком.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, нахожу, что выводы судьи соответствуют фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основаны на исследованных доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает.

В соответствии с пунктом 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной частью 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу части 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно пункту 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475 (далее – Правила), достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», отказ от выполнения законных требований уполномоченного должностного лица либо медицинского работника о прохождении такого освидетельствования образует объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.26 КоАП РФ, и может выражаться как в форме действий, так и в форме бездействия, свидетельствующих о том, что водитель не намерен проходить указанное освидетельствование. Факт такого отказа должен быть зафиксирован в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также в протоколе об административном правонарушении.

Из протокола об отстранении от управления транспортным средством от 3 октября 2020 года серии 34 ХБ № 174280 следует, что сотрудниками полиции ФИО1 после установления наличия у него запаха алкоголя изо рта был отстранен от управления транспортным средством.

Согласно акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 3 октября 2020 года серии 34 РИ № 056830 ФИО1 отказался от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 3 октября 2020 года серии 34 РХ № 005587, ФИО1, в связи с отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого он также отказался.

Из показаний допрошенного в суде первой инстанции в качестве свидетеля инспектора дорожно-патрульной службы <данные изъяты> В.С. следует, что ночью 3 октября 2020 года он вместе со своим напарником Д.Г во время патрулирования заметили транспортное средство <данные изъяты> без государственного регистрационного знака, водитель которого имел азиатскую внешность. Они организовали преследование данного автомобиля, в ходе которого данное транспортное средство совершило наезд на дорожное ограждение и остановилось. После установление личности водителя выяснилось, что им является ФИО1, от которого исходил запах алкоголя изо рта, в связи с чем он был отстранен от управления транспортным средством. При этом ФИО1 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения отказался, после чего отказался от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Данные обстоятельства подтверждаются также письменными объяснениями инспектора дорожно-патрульной службы <данные изъяты> Д.Г и видеозаписью составления административного материала.

Оснований сомневаться в достоверности показания данного свидетеля не имеется, поскольку они последовательны и согласуются с другими материалами дела. Каких-либо неприязненных отношений между указанным свидетелем и ФИО1 или иной заинтересованности в таких показаниях в суде не установлено и из материалов дела не усматривается. Доказательств об обратном в окружной военный суд не представлено.

Из видеофиксации процессуальных действий видно, что сотрудники полиции разъяснили ФИО1 его права, предусмотренные статьей 25.1 КоАП РФ и статьей 51 Конституции Российской Федерации.

Каких-либо сведений, указывающих на недопустимость видеозаписи, материалы дела не содержат.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, с применением средств видеофиксации, подтверждающей правомерность действий сотрудников полиции.

Вопреки доводам жалобы, видеозапись является надлежащим доказательством, поскольку отражает обстоятельства, зафиксированные в протоколах об административном правонарушении и о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование, качество записи которой достаточно для ее оценки.

В силу пункта 3 Правил наличие резкого запаха алкоголя изо рта у ФИО1 само по себе являлось достаточным основанием полагать, что он находился в состоянии опьянения. В связи с этим у сотрудников полиции имелись законные основания для предъявления ему требования о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, а после отказа – для направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

При этом материалами дела подтверждается, что сотрудники полиции предлагали ФИО1 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения. При этом ФИО1 реальных действий по выполнению требования сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования не предпринял, в связи с чем его действия обоснованно были расценены как отказ от прохождения вышеназванного освидетельствования.

Довод защитника в жалобе о том, что ФИО1 не управлял транспортным средством, опровергается совокупностью перечисленных выше доказательств, а также показаниями допрошенного свидетеля и письменными объяснениями второго сотрудника полиции.

Показания свидетеля Д.В., о том, что в указанное время именно он управлял автомобилем <данные изъяты>, были надлежащим образом оценены и мотивированно отвергнуты судьей как противоречащие иным исследованным по делу доказательствам.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Назначенное ФИО1 административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного, с учетом наличия отягчающих обстоятельств, и определено в пределах санкции части 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Учитывая изложенное, оснований для отмены постановления судьи не имеется, а утверждение в жалобе об обратном является несостоятельным.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Волгоградского гарнизонного военного суда от 21 января 2021 года о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного частью 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а жалобу защитника – без удовлетворения.

Судья А.Б. Санников