Решение № 2-981/2020 2-981/2020~М-727/2020 М-727/2020 от 25 мая 2020 г. по делу № 2-981/2020

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 мая 2020 года Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего Зевайкиной Н.А.,

при секретаре судебного заседания Васильевой А.Р.,

с участием: истца ФИО1, его представителя ФИО2, действующего на основании ордера от 20.05.2020,

представителя ответчиков ООО «КДВ Нижний Тагил» ФИО3, действующей а основании доверенности № 6 от 17.03.2020, ФИО4, действующей на основании доверенности № 7 юр от 20.05.2020,

помощника прокурора Пешехонова О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-981/2020 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «КДВ Нижний Тагил» о восстановлении на работе, взыскании не полученного заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «КДВ Нижний Тагил», в котором с учетом ст.39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации просит признать приказ ООО «КДВ Нижний Тагил» от 28.02.2020 № 118 «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» незаконным, восстановить на работе в должности наладчика пищевого оборудования с 01.03.2020; признать в трудовой книжке недействительной запись под № 14 от 28.02.2020; взыскать не полученный заработок за время вынужденного прогула с 01.03.2020 по 20.05.2020 в размере 135 824,80 руб.; компенсации морального вреда в размере 30000,00 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 25.02.2019 с истцом наладчиком пищевого оборудования технологической службы производственного комплекса 1 категории ООО «КДВ Нижний Тагил», осуществлявшим трудовые функции на указанном предприятии на основании трудового договора от 24.06.2014 № 47, произошёл несчастный случай на производстве, в результате которого мне причинено <...>

Согласно программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, Карта № 40.1.66/2019 к акту освидетельствования № 2439.1.66/2019 от 12.12.2019, в результате последствий производственной травмы глаза окологлазничной области от 25.02.2019, теперь мне противопоказана работа на высоте, с повышенной опасностью травмы глаз, среди движущихся механизмов (станков). Доступен физический труд.

Согласно справки от ДД.ММ.ГГГГ Серии МСЭ-2017 № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России в связи с несчастным случаем на производстве установлена степень утраты профессиональной трудоспособности <...>

15.03.2019 был оформлен и утвержден Акт № 2 о несчастном случае на производстве по Форме Н-1, согласно выводам, которого причинами несчастного случая, произошедшего со мной явились: непреднамеренные действия пострадавшего, выразившиеся в выборе способа выполнения работ по замене подшипников с применением инструмента ударного действия, приведшего к возможности попадания металлической частицы под защитные очки открытого типа и приведшей к травме глаза; нарушение ст.ст. 212, 214 ТК РФ; п. 10 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», утверждённых Приказом Минздравсоцразвития России от 01.06.2009 № 290н; п. 6 «Инструкции № 302 по содержанию и применению средств индивидуальной защиты» от 27.12.2017; п.п. 2.5, 3.14, 3.17, 8.2 «Инструкции по охране труда при работе с инструментами и приспособлениями № 155» от 27.12.2017.

Лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, является ФИО5 - главный механик ООО «КДВ Нижний Тагил». Грубой неосторожности в моих действиях комиссия не усмотрела.

Кроме того, после жалоб в Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации 29.12.2019 был оформлен и утвержден новый Акт № 3 о несчастном случае на производстве по Форме Н-1, согласно выводам которого причинами несчастного случая, явились: Основная: непреднамеренные действия пострадавшего, выразившиеся в выборе способа выполнения работ по замене подшипников с применением инструмента ударного действия, приведшего к возможности попадания металлической частицы под защитные очки открытые и приведшей к травме глаза; нарушение ст.ст. 212, 214 ТК РФ; п. 10 «Межотраслевых правил обеспечения работников специальной одеждой, специальной обувью и другими средствами индивидуальной защиты», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития России от 01.06.2009 № 290н; п. 12 «Инструкции № 302 по содержанию и применению средств индивидуальной защиты» от 27.12.2017; п.п. 2.5, 3.14, 3.17, 8.2 «Инструкции по охране труда при работе с инструментами и приспособлениями № 155» от 27.12.2017. Сопутствующая: Недостатки процедуры управления профессиональными рисками в Положении «Система управления охраной труда в ООО «КДВ Нижний Тагил» выразившееся в отсутствии мероприятий по снижению уровней профессиональных рисков, указанных в п. 15.4. Опасность, связанная с неправильным использованием средств индивидуальной защиты и п 15.5. Опасность, связанная с неприменением средств индивидуальной защиты. (Код 015). Нарушение абзаца в) п. 33 «Типового положения о системе управления охраной труда», утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19.08.2016 г. № 438н, раздела 4.3. Процедура управления профессиональными рисками Положения «Система управления охраной труда в ООО «КДВ Нижний Тагил», утвержденного 23.08.2019.

Лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, является ФИО5 - главный механик ООО «КДВ Нижний Тагил». Грубой неосторожности в моих действиях комиссия не усмотрела.

Организация (работодатель), работниками которой являются данные лица: ООО «КДВ Нижний Тагил».

Согласно заключению эксперта N 656 от 08.05.2019 установлено, что при обращении за медицинской помощью 25.02.2019 и 26.02.2019, обследовании и динамическом наблюдении у ФИО1 обнаружено проникающее ранение склеры левого глаза с выпадением радужки, со скоплением крови в стекловидном геле (частичный гемофтальм) с кровоизлиянием в сетчатку левого глаза и внутриглазным инородным телом, вколоченным в оболочки заднего полюса глаза (в области диска зрительного нерва).

Давность причинения вышеуказанного повреждения менее 1-х суток на момент осмотра 25.02.2019. Указанное повреждение могло образоваться при однократном травмирующем воздействии тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью соприкосновения, который на КТ-граммах описан как «на серии КТ-сканов по заднему полюсу левого глазного яблока в месте входа зрительного нерва определяется рентген контрастное инородное тело вытянутой формы». Проникающее ранение склеры левого глаза с выпадением радужки, со скоплением крови в стекловидном теле (частичный гемофтальм), с кровоизлиянием в сетчатку левого глаза и внутриглазным инородным зелом, вколоченным в оболочки заднего полюса глаза (в области диска зрительного нерва) повлекло за собой снижение остроты зрения левого глаза с 1.0 до 0.01-0.005 (инородное тело находится в области диска зрительного нерва и удалить его не представляется возможным), поэтому оценивается по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть и квалифицируется как тяжкий вред здоровью.

В настоящее время истец находится на постоянном наблюдении у офтальмолога с диагнозом: Проникающее ранение склеры левого глаза с выпадением радужки. 28.02.2020 работодателем я был ознакомлен с приказом от 28.02.2020 № 118 «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» на основании Выписного эпикриза от 11.03.2019, выданного МАУ «ЦГКБ № 23» г. Екатеринбург, который считаю незаконным и подлежащим отмене.

В ООО «КДВ Нижний Тагил» пояснили, что в связи с причинением вреда здоровью Прегер не могу продолжать работать наладчиком пищевого оборудования, так как не соответствую требованиям по состоянию здоровья. По заключению Бюро медико-социальной экспертизы - Справки от <...>

В то же время, согласно карты специальной оценки условий труда от 18.09.2017 № 31.3 рабочее место наладчика пищевого оборудования ООО «КДВ Нижний Тагил» предусматривает использование: Болгарки, дрели электрической, шуруповерта, из многочисленных факторов производственной среды и трудового процесса отмечены, в том числе: шум и тяжесть трудового процесса, которые так же указаны в Заключение эксперта по выявлению ВОПФ на рабочем месте наладчика пищевого оборудования от 06.05.2019 № 529/4-ЗЭ/19. В то же время, работы на высоте, с повышенной опасностью травмы глаз, среди движущихся механизмов (станков) профессия истца не предусматривает.

Таким образом, учитывая, что рабочее место, на котором истец находился до увольнения по инициативе работодателя, не предусматривает работы на высоте, с повышенной опасностью травмы глаз, среди движущихся механизмов (станков, к которым явно нельзя отнести болгарки, дрели электрические, шуруповёрты), считаю свое увольнение незаконным и не обоснованным.

Вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и порядок их проведения определяются нормативными правовыми актами, утверждаемыми в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти (часть 4 статьи 213 ТК РФ).

В соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы.

Считает, оснований для перевода на другую работу в соответствии с медицинским заключением у ответчика не имелось по вышеуказанным основаниям, в связи с чем считает запись в трудовой книжке под № 14 от 28.02.2020 о прекращении со мною трудового договора в связи с отсутствием у работодателя работ, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением не законной и подлежащей признанию недействительной.

Учитывая, что средний заработок до увольнения в период с 01.03.2019 по 28.02.2020 составлял 3 312,80 рубля за одну рабочую смену согласно справок работодателя (50020,05 + 48406,50 + 50020,05 + 48406,50 + 50020,05 + 50020,05 + 48406,50 + 50020,05 + 48406,50 + 55276,44 + 55276,44+55276,44 = 606 555,57 руб. за 12 календарных месяцев до увольнения), 606 555,57 / 184 рабочих смены с марта 2019 по февраль 2020 = 3 312,80 руб.), а с 01.03.2020 по 20.05.2020 прошла 41 рабочая смена, то есть, за вынужденный прогул в период с 01.03.2020 по 20.05.2020 ООО «КДВ Нижний Тагил» должно выплатить денежную сумму в размере 135 824,80 руб. (3 312,80 * 41 = 135 824,80 руб.).

Незаконными действиями работодателя истцу причинен моральный вред, который выразился в переживаниях, <...>, который он оценивает в 30 000,00 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО6

Истец ФИО1, его представитель ФИО2, действующий на основании ордера от 20.05.2020, в судебном заседании поддержали основание и предмет исковых требований по доводам, изложенным в иске, просили удовлетворить.

Дополнительно представитель истца указал, что не согласны с тем, что работа наладчика пищевого оборудования связана с работой на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) части, а также с различными видами станков, так как при любых манипуляциях на пищевом оборудовании, которое обслуживает наладчик пищевого оборудования, он обесточивается (разбирается схема) в целях безопасности и недопущения травмирования, что свидетельствует о том, что его работа не связана с вращающимися станками и другими элементами.

Представитель ответчика ООО «КДВ Нижний Тагил» ФИО4, действующая на основании доверенности № 7 юр от 20.05.2020, в судебном заседании в удовлетворении требований истца просила отказать, по доводам изложенных в письменном отзыве, приобщенного к материалам гражданского дела. Дополнительно указала, что прекращение трудового договора в данном случае направлено на охрануздоровья работника и не нарушает его прав, а также не может рассматриваться какнарушающее права граждан. В связи с чем, ООО «КДВ Нижний Тагил» полагает, что в его действиях отсутствовали нарушения трудового законодательства, нарушение прав ФИО1 и соответственно было законное основание для прекращения трудового договора с Истцом. Считает что правовых оснований для удовлетворения требования истца о признании незаконным увольнения незаконным и восстановлении на работе, а также производных требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, у суда не имеется.

Представитель ответчика ООО «КДВ Нижний Тагил» ФИО3, действующая на основании доверенности № 6 от 17.03.2020, поддержала позицию ФИО4 Пояснила, что ответчик (работодатель) не имел правовой возможности не производить увольнение истца по п. 8. ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в ситуации, когда у работодателя (ответчика) не имелось другой работы, не противопоказанную работнику (истцу) по состоянию здоровья с учетом справки МСЭ-2017 № 0032372 от 16.12.2019 и программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 12.12.2019.

Третье лицо ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен своевременно и надлежащим образом, направил в суд письменный отзыв, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие, в удовлетворении исковых требований истца отказать.

Заслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего не подлежащими удовлетворению исковые требования, оценив письменные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с ч. 3 ст. 133 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 с 24.06.2014 состоял с ответчиком в трудовых отношениях, работал в качестве наладчика пищевого оборудования, 2 категории, Техническая служба производственного комплекса (ремонтная служба), что подтверждается копий трудового договора № 47 от 24.06.2014, дополнительными соглашениями к трудовому договору, копий приказа о приему на работу № 279 от 24.06.2014.

В соответствии с изменениями от 01.08.2015 к трудовому договору № 47 от 24.06.2014 ФИО1 переведен на должность наладчика пищевого оборудования, 1 категории, Техническая служба производственного комплекса (ремонтная служба).

Приказом от 28.02.2020 № 118 ФИО1 уволен по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

25.09.2019 с работников ООО «КДВ Нижний Тагил» ФИО1 произошел несчастный случай.

В силу ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

По смыслу ч. 3 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с п. 8 ч. 1 ст. 77 названного Кодекса.

В силу ч. 3 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации увольнение по основанию, предусмотренному п. 2 или п. 3 ч. 1 названной статьи допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

Согласно ч. 2 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующей прекращение трудового договора по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон, прекращение трудового договора по основаниям, предусмотренным п. п. 2, 8, 9, 10, 13 ч. 1 ст. 83 Трудового кодекса Российской Федерации допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

В силу ч. 2 ст. 84 Трудового кодекса Российской Федерации, регулирующей прекращение трудового договора вследствие нарушения установленных названным Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, трудовой договор прекращается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

Суд отмечает, что под имеющейся у работодателя работой, не противопоказанной работнику по состоянию здоровья, понимается именно вакантная должность или работа, соответствующая квалификации работника, а также вакантная нижестоящая должность или нижеоплачиваемая работа, которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья, поскольку именно такое толкование, с учетом содержания ч. 3 ст. 81, ч. 2 ст. 83, ч. 2 ст. 84 Трудового кодекса Российской Федерации, обеспечивает единство применения норм Трудового кодекса Российской Федерации при выполнении работодателями обязанности по предложению работникам работы в предусмотренных законом случаях.

В материалы гражданского дела представлено заключение предварительного медицинского осмотра (обследования) от 25.02.2020 и медицинское заключение № 194 от 25.02.2020 в соответствии с которым ФИО1 признан временно непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ: на высоте; выполняемых непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции (токарные, фрезерные и другие станки. Штамповочные прессы и др.) и программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ из которой следует, что Прегер «Противопоказана работа на высоте, с повышенной опасностью травмы глаз, среди движущихся механизмов. Доступен физический труд» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Из справки серии МСЭ-2017 № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 установлена <...> в связи с нечастным случаем на производстве ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Для исключения неверного толкования рекомендаций о противопоказанных работнику ФИО1 видах труда, ООО «КДВ Нижний Тагил» направило в ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области» Минтруда России Бюро № 1-филиал ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Свердловской области» запрос (исх. № 14 от 17.01.2020) с целью уточнить: что понимается под работой с повышенной опасностью травмы глаз; если по профессии, в качестве риска, установлено повреждение глаз в случае неиспользования работником средств индивидуальной защиты, будет ли данный момент относиться к работе с повышенной опасностью травмы глаз; что понимается под работой среди движущихся механизмов; будет и работа на функционирующем производственном оборудовании (имеющим электрический двигатель) или работа на территории производственного оборудования, где периодически передвигаются электропогрузчики и электротележки считаться работой среди движущихся механизмов.

В ООО «КДВ Нижний Тагил» поступило письменное разъяснение (исх. № 66Б-1 1215.ГБ.66/2020 от 24.01.2020) Главного бюро МСЭ по Свердловской области, в котором МСЭ предоставило разъяснение, что формулировки рекомендаций, данных в разделе ПРП «мероприятия профессиональной реабилитации» имеют следующие понятия:

«работа с повышенной опасностью травмы глаз» - как и работы повышенной опасности в целом - это такой вид трудовой деятельности, который может быть опасным для здоровья и жизни человека или окружающих.

«работа на высоте» - работа, выполняемая на высоте 1,3 м. и выше от поверхности грунта, перекрытия, настила;

«работа вблизи движущихся механизмов» - это работы, выполняемые непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы-конструкции (токарные, фрезерные и другие станки, штамповочные прессы и

ДР. Под движущимися частями также подразумевается цепи, конвейерные ленты и

подобные им механизмы (п.5.3.5 ГОСТ 12.4.280-2014).

Также, Главным бюро МСЭ по Свердловской области, обращено внимание работодателя, что вопрос допуска к работе на конкретные рабочие места регламентирован приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.04.2011г. № 302н), и находится вне рамок деятельности учреждений МСЭ.

Из заявления ФИО1 на имя генерального директора ООО «КДВ Нижний Тагил» следует, что он согласен с применением в отношении него в период с 12.12.2019 по 01.01.2021 рекомендаций ФКУ «ГБ МСЭ по свердловской области», о противопоказаниях и допустимых видах работ, указанных в программе реабилитации, карта № 40.1.66/2019. А также просит направить его на медицинский осмотр по приказу № 302н от 12.04.2011 для решения вопроса о допуске его к работе, в должности наладчика пищевого оборудования 1 категории с учетом рекомендаций в программе реабилитации.

Данный факт сторонами в судебном заседании не оспаривался.

Учитывая данное право ФИО1, а также для исключенияпринудительного труда работника (ст. 37 Конституции РФ) по работе противопоказаннойему в соответствии с Программой программы реабилитации пострадавшего в результатенесчастного случая на производстве, а также в связи с тем, что Истец являетсясотрудником пищевой организации, ООО «КДВ Нижний Тагил» направило работникаФИО1 по выходу его из отпуска на профессиональную гигиеническую подготовку и аттестацию, а также внеочередной обязательный медицинский осмотр (Приказ ответчика № 51 от 14.02.2020).

Ссылка Истца на то, что картой специальной оценки условий труда от 18.09.2017 № 31.3. рабочее место наладчика пищевого оборудования ООО «КДВ Нижний Тагил» предусматривает использование: болгарки, дрели электрической, шуроповерта, из многочисленных факторов производственной среды не является обоснованной.

Истец был ознакомлен специалистом по охране труда с картами спец.оценки № 157/27 от 26.02.2019 и № 529/4 от 15.07.2019. Копии данных карт спец.оценок были выданы ФИО1 по его письменному заявлению.

Более того, пункт 1 ст. 13 Федерального закона от 28.12.2013 № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» устанавливает, что при проведении специальной оценки условий труда исследованию (испытанию) и измерению подлежат:

1) физические факторы - аэрозоли преимущественно фиброгенного действия, шум, инфразвук, ультразвук воздушный, вибрация общая и локальная, неионизирующие излучения (электростатическое поле, постоянное магнитное поле, в том числе гипогеомагнитное, электрические и магнитные поля промышленной частоты (50 Герц), переменные электромагнитные поля, в том числе радиочастотного диапазона и оптического диапазона (лазерное и ультрафиолетовое), ионизирующие излучения, параметры микроклимата (температура воздуха, относительная влажность воздуха, скорость движения воздуха, тепловое облучение), параметры световой среды (искусственное освещение (освещенность) рабочей поверхности);

химические факторы - химические вещества и смеси, измеряемые в воздухе рабочей зоны и на кожных покровах работников, в том числе некоторые вещества биологической природы (антибиотики, витамины, гормоны, ферменты, белковые препараты), которые получают химическим синтезом и (или) для контроля содержания которых используют методы химического анализа;

биологические факторы - микроорганизмы-продуценты, живые клетки и споры, содержащиеся в бактериальных препаратах, патогенные микроорганизмы - возбудители инфекционных заболеваний.

И также, в соответствии с п.1. ст. 13 Федерального закона от 28.12.2013г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» целях проведения специальной оценки условий труда исследованию (испытанию) и измерению подлежат следующие вредные и (или) опасные факторы трудового процесса:

тяжесть трудового процесса - показатели физической нагрузки на опорно-двигательный аппарат и на функциональные системы организма работника;

напряженность трудового процесса - показатели сенсорной нагрузки на центральную нервную систему и органы чувств работника.

Таким образом, такой фактор, как работа вблизи движущихся механизмов» не

предусмотрена при проведении специальной оценки.

В качестве источника информации о наличии на рабочих местах вредных производственных факторов, помимо результатов аттестации рабочих мест по условиям труда, могут использоваться результаты лабораторных исследований и испытаний, полученные в рамках контрольно-надзорной деятельности, производственного лабораторного контроля, а также использоваться эксплуатационная, технологическая и иная документация на машины, механизмы, оборудование, сырье и материалы, применяемые работодателем при осуществлении производственной деятельности (Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 12.04.2011г. № 302н).

В должностные обязанности наладчика пищевого оборудования 1 категории, в соответствии с должностной инструкцией входит: наладка, регулирование и ремонт сложного технологического оборудования (участвующего в производстве кондитерских изделий); оперативный запуск технологического оборудования в работу; устранение неисправностей; наладка и регулирование узлов и механизмов в процессе работы; обслуживание технологического оборудования в процессе работы; поддержание технологического оборудования в работоспособном состоянии; наладка, регулирование и ремонт вспомогательного оборудования, погрузочной техники, отгрузочных ворот и т.д.; расчет и установка оптимально допустимых режимов работы оборудования; устранение выявленных в ходе диагностики дефектов и неисправностей оборудования; выявление и устранение причины, вызывающие ухудшение качества продукции, снижение неполадок в работе механизмов производственных линий, осуществление оперативного запуска технологического оборудования; осуществление ведения технического процесса: отливки, продольной резки корпусов (дисковые ножи) и поперечной резки (гильотина), формования и штампования, глазирования корпусов на глазировочной машине, темперирования глазури, охлаждения глазированных изделий; осуществление технической подготовки технологического оборудования к работе; осуществление сборки и дезинфекции узлов, установку рабочих параметров пищевого оборудования; контролирование бесперебойную работу дисковых ножей или экструдера, которые формируют непрерывные ряды продукта; осуществление сборки транспортерных лент, установка рабочих параметров заверточного автомата и подготовка с проверкой упаковочных материалов на их соответствие заданным параметрам; технический контроль качества завертки и другие обязанности.

С данной должностной инструкцией от 01.06.2017 ФИО1 ознакомлен 19.07.2017 года, о чем имеется соответствующая подпись.

Также, работник ФИО1 был ознакомлен с перечнем производственного оборудование, которое он обслуживает. Данное оборудования, согласно технической документации, имеет движущие части.

Таким образом, основная трудовая функция наладчика пищевого оборудования 1 категории непосредственно ежесменно связана с работой на механическом оборудовании, имеющем открытые движущие (вращающиеся) элементы обслуживаемого технологического оборудования, а также с различными видами станков.

Кроме этого, перечень опасностей, представляющих угрозу жизни и здоровью работников ООО «КДВ Нижний Тагил», исходя их специфики деятельности предприятия, указан в п.4.3. Положения «Система управления охраной труда в ООО «КДВ Нижний Тагил». В них перечислены механические, электрические, термические опасности, а также опасности, связанные с применением средств индивидуальной защиты и другие.

ФИО1 был ознакомлен с данным Положением 28.11.2018.

В обосновании своей позиции стороной ответчика предоставлены опросные листы работников предприятия (и в том числе наладчиков пищевого оборудования).

Истец ФИО1, до момента оформления работодателем уведомления (исх. № 55 от 28.02.2020) также заполнил опросный лист, в качестве наличия движущихся механизмов, указал - «линия автоматы т.е.».

Среди других наладчиков пищевого оборудования были даны следующие ответы, в части наличия на их рабочих местах движущих механизмов: «все», «транспортерная лента», конвейеры», «производственные линии», «заверточные автоматы, конвейеры», «эл.рохли, транспортеры», «производственные линии, некоторые инструменты», «заверточные автоматы, транспортерные ленты», «рохли», «насосы, миксеры, шнеки, валы», «транспортерные ленты», «заверточные автоматы», «ротора в автоматах», «приводы лент», «валы, транспортерные ленты», «валы, шнеки, инструменты, болгарка и т.п.», «ленты, валы, электроинструмент», «пятивалки, выпрессовки», транспортеры, автоматы, рохли, сверлильные станки, болгарка, дрель», «дрель, конвейеры», «все механизмы», «заверточные автоматы, лента, шнеки», «ленточные транспортеры, Z-образные транспортеры», «дрель, ушм, вентиляторы», «эл. тележки, погрузчики», «дрель, вентиляторы, болгарка» и т.п.

Исключить из обязанностей работника ФИО1 такие факторы, как работа вблизи движущихся механизмов и «работа с опасностью травмы глаз» по мнению стороны ответчика невозможна.

Содержание заключения (предварительного) медицинского осмотра (обследования) от 25.02.2020, в полной мере соответствует п. 13 приложения N 3 к Порядку проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, утвержденному приказа Минздравсоцразвития России от 12.04.2011 N 302н, подлежащего применению к спорным правоотношениям.

В соответствии с ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний.

Поскольку из медицинского заключения следовало, что истцу при осуществлении функциональных обязанностей противопоказана работа (на один год) по состоянию здоровья к отдельным видам работ: на высоте; выполняемых непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции, то работодатель обязан был принять меры по устранению воздействия негативных факторов на работника, что невозможно без изменения его трудовой функции.

Конституционный Суд РФ в Определении от 14.07.2011г. № 887-0-0 указал, что необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора.

По смыслу ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации, у работодателя (ответчика) имелась обязанность перевести работника (истца) на другую имеющуюся у работодателя (ответчика) работу, не противопоказанную работнику (истцу) по состоянию здоровья, при этом предлагаемая истцу работа должна была отвечать одному критерию - не должна была быть противопоказана истцу по состоянию здоровья.

Судом установлено, что в штатном расписании ООО «КДВ Нижний Тагил» по состоянию на 26-28 февраля 2020 имелась одна вакантная должность «транспортировщик сырья и материалов производственного участка № 4».

В обязанности транспортировщика сырья и материалов производственного участка № 4 входит в течение смены: перемещение, погрузка и выгрузка сырья, полуфабрикатов и вспомогательных материалов; подготовка полуфабриката, сырья и материалов к производству (растаривание, просеивание, взвешивание), а также загрузка сырья, полуфабрикатов, согласно рецептурным данным, в производственное оборудование.

Производственное оборудование (и в т.ч. меланжер, пятивалковая мельница, установка по измельчению сахара, жиротопитель, мешкоподъемник, смеситель универсальный и т.п.) также является механическим оборудованием, имеющем открытые движущие (вращающие) элементы.

28.02.2020 специалистом по охране труда ООО «КДВ Нижний Тагил» ФИО7, ФИО1 ознакомлен, под роспись, с перечнем механического оборудования, с которым работает транспортировщик сырья и материалов производственного участка № 4.

Обстоятельства отсутствия у работодателя вакансий, по которым ФИО1 мог исполнять трудовые обязанности с учетом имеющихся у него медицинских противопоказаний, нашли свое подтверждение совокупностью имеющихся в деле доказательств, в том числе штатным расписанием ООО «КДВ Нижний Тагил», в котором на 26-28 февраля 2020 имелась одна вакантная должность «транспортировщик сырья и материалов производственного участка № 4», что истцом по существу не оспаривалось.

Доказательств наличия у ответчика вакансий, которые бы соответствовали состоянию здоровья истца материалы дела не содержат.

В судебном заседании установлено, что увольнение ФИО1 на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, произведено в соответствии с требованиями действующего законодательства, в том числе с учетом имеющегося в материалах дела письменного уведомления от 28.02.2020 № 55, содержащего отметку о его получении работником 28.02.2020.

Таким образом, суд пришел к выводу о том, что работодатель в силу объективных причин (отсутствие вакансий с соответствующими условиями труда) не имел возможности для перевода истца на другую работу, не противопоказанную ему по состоянию здоровья, вследствие чего у ответчика имелись предусмотренные законом основание для увольнения ФИО1 на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, которое не относится к расторжению трудового договора по инициативе работодателя.

Представленными ответчиком в материалы дела картами аттестации рабочих мест по условиям труда и должностными инструкциями, которые исследованы судом, подтверждается, что имевшиеся у ответчика вакантная должность, с которой истец был ознакомлен ответчиком была противопоказана истцу по состоянию здоровья, с учетом выданной истцу программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 12.12.2019, при этом указанные в карте реабилитации противопоказания (работа на высоте, с повышенной опасностью травмы глаз, среди движущихся механизмов) были установлены истцу на период с 12.12.2019 по 01.01.2021, в связи, с чем у ответчика, по смыслу ч. 1 ст. 73 Трудового кодекса Российской Федерации отсутствовала обязанность перевода истца на соответствующую работу. Иной работы (не противопоказанной истцу по состоянию здоровья) у ответчика не имелось, что нашло свое подтверждение в ходе рассмотрения гражданского дела.

Оценивая законность приказа ответчика (работодателя) об увольнении истца по указанному основанию, суд исходил из того, что согласно ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний. Статья 76 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателя возложена обязанность отстранить от работы (не допускать к работе) работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором. Статьи 73, 76, 77 Трудового кодекса Российской Федерации не содержат иного варианта правомерного поведения работодателя, кроме обязанности отстранить работника от работы и уволить его по указанному основанию в рассматриваемом случае. Руководствуясь положениями ст. ст. 73, 76, 77 Трудового кодекса Российской Федерации, получив заключение предварительного медицинского осмотра (обследования) от 25.02.2020 и медицинское заключение № 194 от 25.02.2020 в соответствии с которым ФИО1 признан временно (на один год) непригодным по состоянию здоровья к отдельным видам работ: на высоте; выполняемых непосредственно на механическом оборудовании, имеющем открытые движущиеся (вращающиеся) элементы конструкции (токарные, фрезерные и другие станки. Штамповочные прессы и др.) ответчик (работодатель) не имел правовой возможности не производить его увольнение по п. 8. ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации в ситуации, когда у работодателя (ответчика) не имелось другой работы, не противопоказанную работнику (истцу) по состоянию здоровья с учетом заключения врачебной комиссии о25.02.2020 и программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве от 12.12.2019.

Общий порядок прекращения трудового договора, предусмотренный ст. 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не нарушен.

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу, что правовых оснований для удовлетворения требования истца о признании приказа от 28.02.2020 № 118 «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)» незаконным и восстановлении на работе, а также производных требований о признании недействительной в трудовой книжке записи под № 14 от 28.02.2020, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, у суда не имеется.

На основании изложенного, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат в полном объеме.

Руководствуясь ст.ст. 12, 194 - 199, 320, 321 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «КДВ Нижний Тагил» о признании незаконным приказа от 28.02.2020 № 118 «О прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении)», восстановлении на работе в должности наладчика пищевого оборудования с 01.03.2020; признании недействительной запись в трудовой книжке под № 14 от 28.02.2020; взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, вызванного незаконным увольнением 01.03.2020 по 20.05.2020 в размере 135 824,80 руб.; компенсации морального вреда в размере 30000,00 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей жалобы, представления в Ленинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области.

В окончательной форме решение изготовлено 02.06.2020.

Председательствующий /

Н.А.Зевайкина