Решение № 2-4950/2025 2-4950/2025~М-2807/2025 М-2807/2025 от 4 ноября 2025 г. по делу № 2-4950/2025

УИД 63RS0№-90


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

22 октября 2025 года Кировский районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Градусовой С.Ю.,

с участием помощника прокурора <адрес> Сидоровой В.В.,

при секретаре Батраковой В.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-4950/2025 по иску прокурора Кировского района г. Самары в интересах ФИО2 ФИО11 к АО «Самарский металлургический завод» о компенсации морального вреда,

Установил:

Прокурор Кировского района г. Самары в интересах ФИО2 обратился в суд с иском к АО «СМЗ» о взыскании компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб., мотивируя свои требования следующим.

<адрес> во исполнение указания прокуратуры <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ «Об организации прокурорского надзора за исполнением трудового законодательства», на основании решения о проведении проверки соблюдения трудового законодательства от ДД.ММ.ГГГГ № в АО «Самарский металлургический завод» № (АО «СМЗ») с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проведена проверка.

В соответствии с поступившим материалом о расследовании тяжелого несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 21:45 часов на территории АО «СМЗ», расположенного по адресу: Россия, 443051, <адрес>, несчастный случай произошел на прессе № (инвентарный №) при переналадке инструмента на прессе, расположенном в корпусе № пролет № по осям Д-Ж.

Бригада прессовщиков участка горизонтальных прессов цеха № в составе: ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО1 производили переналадку инструмента на прессе 120 в соответствии с технологической инструкцией ТИ 59097-2018 «Переналадка инструмента на прессах № и 120 в цехе №. Во время переналадки ФИО4 находился за пультом управления №, ФИО5 находился на трапе со стороны пульта управления №, а ФИО1 и ФИО6 находились на трапе со стороны печи ИН 1100. Для снятия пресс-штемпеля прессовщики ФИО1 и ФИО6 находились на трапе со стороны печи ИН 1100. Для снятия пресс-штемпеля прессовщики ФИО1 и ФИО6 застропили при помощи крана рег. № распорную раму и установили ее между контейнером и прижимным кольцом. После установки распорной рамы ее нужно было прижать к прессштемпелю ходом главной системы пресса, чтобы освободить гайки крепления прессштемпеля и открутить их. Прессовщик ФИО4 с пульта управления по команде прессовщика ФИО5 начал движение главной системы пресса. В 21:45, когда распорная рама была прижата к кольцу прессовщик ФИО5 увидел, что гайка крепления прессштемпеля не освобождена и доступа ключа для откручивания гайки закрыт распорной рамой. Тогда он дал команду ФИО4 отвести главную систему и поворотным ходом повторить зажим. При повторном ходе главной системы, из под верхнего прижима вылетел неустановленный предмет и ударил в лицо прессовщику ФИО1. ФИО5 сообщил о случившемся сменному мастеру ФИО7, который и вызвал скорую помощь.

Врачами «первой частной скорой помощи» пострадавшему ФИО1 на территории АО «СМЗ» оказана первая помощь. Затем на машине скорой помощи пострадавший транспортирован в травмпункт городской клинической больницы № им. ФИО8.

В соответствии с «Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» ГБУЗ <адрес> «Самарская городская клиническая больница № им. Семашко» от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 был установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10:S02.0-ЧМТ. Перелом свода черепа; перелом лицевого отдела черепа; ушиб головного мозга; рвано-ушибленная рана мягких тканей лица.

Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» указанное повреждение относится к категории тяжелой степени тяжести».

Причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии контроля за ходом выполнения работ при осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, чем нарушены требования ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 5 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н.

В соответствии с актом о расследовании несчастного случая на производстве от ДД.ММ.ГГГГ причинами несчастного случая явились вышеуказанные недостатки. Комиссией не отмечено, что в действиях пострадавшего ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. грубая неосторожность отсутствует.

Исходя из условий трудового договора №л от ДД.ММ.ГГГГ рабочее место работника определено по адресу: АО «Самарский металлургический завод» Россия, 443051, <адрес> должности ученика-прессовщика. С ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность прессовщика на гидропрессах.

В соответствии с условиями трудового договора и дополнительного соглашения к нему от ДД.ММ.ГГГГ на рабочем месте установлен итоговый класс (подкласс) условий труда 3.2., повышенная оплата труда в размере 4% и дополнительный отпуск за работу во вредных условиях труда в количеств 12 календарных дней.

Графиком на 2024, для работников цеха №, 59,84, утвержденного генеральным директором АО «СМЗ» установлен 12-ти часовой 4-х бригадный трудовой период. ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ установлен рабочий день с 19:15 до 07:15.

В соответствии с заключением о прохождении периодического медицинского осмотра в центре профпатологии от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ СО «СГБ №», работник ФИО1 не имеет медицинских показаний для работы по профессии прессовщик на гидропрессах, медицинских противопоказаний к работам во вредных условиях труда не выявлено.

Работодателем АО «СМЗ» предоставлен протокол №-ОТ от ДД.ММ.ГГГГ о прохождении работником ФИО1 проверки знаний требований охраны труда по программам обучения: безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков, включая обучение по оказанию первой медицинской помощи пострадавшим и по использованию (применению) средств индивидуальной защиты- в объеме 16 час.

В силу требований п. 65 Порядка обучения по охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № обучение работников требованиям охраны труда и проверки знаний требований охраны труда осуществляется с отрывом от работы.

В соответствии с предоставленными табелями учета рабочего времени за ноябрь, декабрь 2024, в нарушение требований ст.ст. 214, 219 ТК РФ, п. 65 Порядка обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № прессовщик на гидропрессах ФИО1 прошел обучение и проверку знаний требований охраны труда по программе обучения требования охраны труда работников по вопросам использования (применения) средств индивидуальной защиты по программе обучения безопасным методам и приемам выполнения работ при воздействии вредных и (или) опасных производственных факторов, источников опасности, идентифицированных в рамках специальной оценки условий труда и оценки профессиональных рисков, по программе обучения требования охраны труда работников по вопросам оказания первой медицинской помощи пострадавшим в общем объеме 16 часов, без отрыва от работы.

В силу ч. 3 ст. 214 ТК РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах.

В соответствии с п. 5 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н работодатель обязан обеспечить: безопасность осуществляемых производственных процессов при выполнении работ в литейном производстве, при обработке металлов и выполнении кузнечно-прессовых работ, содержание технологического оборудования и оснастки в исправном состоянии и их эксплуатацию в соответствии с требованиями Правил и технической (эксплуатационной) документации организации-изготовителя; контроль за соблюдением работниками требований инструкций по охране труда.

В нарушение требований ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 5 Правил №н работодатель не обеспечил контроль за безопасностью осуществляемых производственных процессов, при выполнении работ по переналадке инструмента.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, просил иск удовлетворить, суду пояснил, что после перенесенной травмы он испытывает постоянный дискомфорт в месте установления пластины, боли во время перемены погоды слезоточивость глаза. Сумма расходов на лечение составила 61 130 рублей, работодатель ему выплатил в качестве материальной помощи 35 000 рублей.

Представитель ответчика: АО «СМЗ» по доверенности ФИО9 в судебном заседании исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве, при вынесении решения просила руководствоваться требованиями разумности и справедливости; сообщила, что работники предприятия застрахованы по программе ДМС в СПАО «Ресо-Гарантия»; понесенные ФИО1 расходы на лечение в данную программу не входят, компенсированы не были.

Выслушав стороны, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 45 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина, в том числе о защите нарушенных трудовых прав.

В силу положений ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы 4, 15 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).

Частью 1 ст. 214 ТК РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников (ч. 2 ст. 214 ТК РФ).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 9 ч. 1 ст. 216 ТК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", абзац второй пункта 3 статьи 8 которого предусматривает, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Из разъяснений данных в абзаце 2 п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены ст. 237 ТК РФ, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В силу требований со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред, при этом лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине, а в соответствии со ст. 1082 ГК РФ удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (пункт 2 ст. 15 ГК РФ).

Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Статьей 151 ГК РФ предусмотрено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда (ст. 1099 ГК РФ).

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом, а в соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (п. 1 ст. 1068 ГК РФ).

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ). Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

По смыслу закона грубой неосторожностью потерпевшего – истца по делам рассматриваемой категории, в смысле определенном ст. 1083 ГК РФ, могут быть признаны только такие его неосторожные действия, либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Согласно п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе, в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Таким образом, из содержания указанных норм права в их системной взаимосвязи следует, что причинение вреда здоровью работника в результате несчастного случая на производстве, по вине работодателя, указывает на причинение соответствующим событием данному работнику морального вреда (физических и нравственных страданий), то есть является правовым основанием к удовлетворению соответствующих требований о компенсации морального вреда к работодателю, не обеспечившему безопасные условия труда, размер которой должен быть определен судом с учетом всех заслуживающих внимание интересов сторон.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (абзац первый пункта 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

По смыслу приведенных нормативных положений законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Как следует из материалов дела, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.рождения, является сотрудником АО «СМЗ», трудоустроен на основании трудового договора №л от ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ переведен на должность прессовщика на гидропрессах. Рабочее место работника определено по адресу: АО «Самарский металлургический завод» Россия, 443051, <адрес>. Данные обстоятельства подтверждаются трудовым договором, дополнительным соглашением к трудовому договору, а также табелем учета рабочего времени, согласно которого ФИО1 выполнял свои трудовые обязанности ДД.ММ.ГГГГ в 21:45 часов на территории АО «СМЗ», расположенного по адресу: Россия, 443051, <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ в 21-45 часов на территории АО «СМЗ», на прессе № (инвентарный №) при переналадке инструмента на прессе, расположенном в корпусе № пролет № по осям Д-Ж. произошел несчастный случай, в результате которого ФИО1 были причинены телесные повреждения.

Травмированный ФИО1 в последующем был доставлен в медицинское учреждение.

В соответствии с «Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» ГБУЗ <адрес> «Самарская городская клиническая больница № им. Семашко» от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 был установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10:S02.0-ЧМТ. Перелом свода черепа; перелом лицевого отдела черепа; ушиб головного мозга; рвано-ушибленная рана мягких тканей лица.

Согласно «Схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» указанное повреждение относится к категории тяжелой степени тяжести».

Указанный случай признан несчастным случаем на производстве, произведено соответствующее расследование данного несчастного случая, по результатам которого был составлен акт.

Согласно акту о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, причинами несчастного случая явились неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в отсутствии контроля за ходом выполнения работ при осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, чем нарушены требования ч. 3 ст. 214 ТК РФ, п. 5 Правил по охране труда при обработке металлов, утвержденных приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н.

В действиях ФИО1 не было установлено грубой неосторожности при производстве работ, то есть, - неосторожных действия либо бездействия, которые в значительной мере обусловили бы наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий.

Факт получения ФИО1 повреждения, относящегося к категории тяжелой степени тяжести, в результате производственной травмы, полученной в результате несчастного случая на производстве, подтверждается материалами дела; АО «СМЗ», который является работодателем ФИО1, и на которого возложена обязанность по обеспечению безопасности условий труда последнего, не представлено доказательств, подтверждающих исполнение им указанной обязанности в части организации безопасных условий и охраны труда, что привело к травмированию ФИО1 при выполнении им работ на производстве, повлекло причинение тяжкого вреда его здоровью.

Таким образом, вина ответчика, как работодателя ввиду не обеспечения должным образом контроля за безопасным производством работы и выполнением правил охраны труда, установлена.

Оценив совокупность представленных суду доказательств, их взаимосвязь, принимая во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу приоритетных человеческих ценностей, учитывая, что при исполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай, в результате которого он получил повреждения, относящиеся к категории тяжелой степени тяжести, и ему причинены нравственные страдания, суд приходит к выводу, что они подлежат компенсации АО «СМЗ» как работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия труда.

При определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь принципами разумности и справедливости, принимая во внимание все обстоятельства дела, а именно: обстоятельства несчастного случая, наличие вины работодателя в произошедшем несчастном случае на производстве, связанной с неудовлетворительным контролем за организацией производства работ, обстоятельства и причины травмирования, характер телесных повреждений, тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий в связи с полученной травмой в результате несчастного случая на производстве, в том числе, боль при получении травмы и в последующем, длительность лечения и длительный период реабилитации (нахождение на больничном 109 дней ( с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по 24.04.2025г.), в течение которого ФИО1 был лишен возможности вести нормальный образ жизни, тяжкую степень тяжести вреда, причиненного здоровью истца, и наступивших последствий, возраст потерпевшего, полагает, что требования о компенсации морального вреда являются законными, обоснованными, и считает, с учетом изложенного, определить размер компенсации морального вреда в сумме 400 000 рублей.

Рассматривая заявленные требования о взыскании расходов на лечение в размере 26 130 руб., суд учитывает следующее.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Из данной правовой нормы следует, что ответственность наступает при совокупности условий, которая включает наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, а также причинно-следственную связь между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.

Ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В силу п. 1 ст. 1085 ГК РФ, при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В подпункте "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что в объем возмещаемого вреда, причиненного здоровью, включаются расходы на лечение и иные дополнительные расходы (расходы на дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии и т.п.). Судам следует иметь в виду, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

Согласно ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу ч.2 ст. 56 ГПК РФ, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с ч.1 ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются лицами, участвующими в деле.

Согласно представленным суду документам, затраты ФИО1 на лечение составили 61 130, 00 рублей, что подтверждается: договором возмездного оказания сервисных услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 450, 00 (чек от ДД.ММ.ГГГГ №) (л.д.21-22); договором на оказание платных амбулаторно-поликлинических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 9 025, 00 рублей (чек от ДД.ММ.ГГГГ №) (л.д.23-24); договором на оказание платных амбулаторно-поликлинических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 42 655, 00 рублей (чек от ДД.ММ.ГГГГ №) (л.д. 25-26).

Работодателем АО «СМЗ» в добровольном порядке компенсирована часть расходов на оказание медицинской помощи в размере 35000 рублей; оставшаяся сумма понесенных расходов 26 130, 00 рублей до настоящего времени ФИО1 не возмещена.

Из пояснений ФИО1 следует, что каких-либо иных выплат он не получал, лечение и реабилитация оплачены им из личных средств.

Ответчиком АО «СМЗ», в нарушение положений ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ, доказательств тому, что последующее лечение ФИО1 в виде операций по реконструкции дна орбиты справа, последующему иссечению послеоперационного рубца и его пластики, в том числе, могло быть получено ФИО1 бесплатно, в рамках полиса ОМС, ДМС, суду не представлено. В судебном заседании представитель ответчика суду сообщила, что сумму, потраченную ФИО1 не лечение, ответчик не оспаривает.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что с ответчика АО «СМЗ» в пользу ФИО1 подлежат взысканию понесенные им медицинские расходы в сумме 26130 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, с АО «СМЗ» в доход местного бюджета г.о. Самара подлежит взыскании государственная пошлина в размере 3000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

Исковые требования прокурора <адрес> в интересах ФИО2 ФИО12 к АО «Самарский металлургический завод» о компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с АО «СМЗ» (№) в пользу ФИО2 ФИО13 (№) компенсацию морального вреда в размере 400 000 (Четыреста тысяч) рублей, расходы на лечение в размере 26 130 (Двадцать шесть тысяч сто тридцать) рублей, а всего взыскать 426 130 (четыреста двадцать шесть тысяч сто тридцать) рублей

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований - отказать.

Взыскать с АО «СМЗ» (<данные изъяты>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Самарский областной суд через Кировский районный суд г. Самары в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 05.11.2025 г.

Судья: С.Ю. Градусова