Решение № 2-2772/2017 2-70/2018 2-70/2018 (2-2772/2017;) ~ М-1262/2017 М-1262/2017 от 13 февраля 2018 г. по делу № 2-2772/2017

Дело № 2-70/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Красноярск 14 февраля 2018 года

Железнодорожный районный суд г. Красноярска в составе:

председательствующего судьи Панченко Л.В.,

при секретаре Севостьяновой Н.А.,

с участием истца ФИО3,

представителя истца Гонт О.В., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ.

законного представителя несовершеннолетнего ответчика ФИО4,

ответчика ФИО5,

представителя ответчика ФИО5 – ФИО6, действующего на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя третьего лица – Администрации Железнодорожного района в г. Красноярске ФИО7, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО8 в лице законного представителя ФИО4, ФИО5 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 обратилась в Железнодорожный районный суд г. Красноярска с иском (с учетом дополнений, произведенных в порядке ст. 29 ГПК РФ от 06.02.2018 г.) к Глазенковой Е.А. о признании недействительным договора дарения, применении последствий недействительности сделки. Мотивирует свои требования тем, что на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 являлась собственником комнаты площадью <данные изъяты> по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 подписала договор дарения указанной комнаты в пользу внучки Глазенковой Е.А. под влиянием заблуждения, поскольку фактически совершать переход права и передавать квартиру намерения не имела. До настоящего времени ФИО3 проживает в указанной комнате. В августе 2016 г. ФИО9 стала требовать, чтобы ФИО3 освободила жилое помещение, которое является единственным для истца жильем. Подписывая договор дарения, ФИО3 полагала, что переход права собственности состоится после ее смерти. Документы были составлены ФИО9, которая была настойчива при совершении сделки. Истец юридически неграмотна, пожилого возраста, имеет плохое зрение. Кроме того, фактически договор дарения не был исполнен, истец фактически продолжает пользоваться спорной комнатой. На основании изложенного, ФИО3 просит суд признать недействительным договор дарения комнаты по адресу: <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ с Глазенковой Е.А., с аннулированием записи в Государственном реестре записи о переходе права на указанную комнату; признать за ФИО3 право собственности на комнату <адрес>

В связи со смертью ответчика Глазенковой Е.А. определением суда от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена ответчика Глазенковой Е.А. на ее правопреемников ФИО5, несовершеннолетнего ФИО8 в лице законного представителя ФИО4

В судебном заседании истец ФИО3 иск поддержала по изложенным в исковом заявлении и уточнении к нему основаниям, суду пояснила, что в спорном жилом помещении проживает более 10 лет. Квартира по <адрес> двухкомнатная, до заключения договора дарения была в общей долевой собственности у ФИО3 и Глазенковой Е.А. (по <данные изъяты>). Затем по соглашению собственников доли были выделены в натуре в виде отдельных комнат. Фактически ФИО3 занимала одну комнату, которую впоследствие по спорному договору подарила Глазенковой Е.А., при этом подписывая договор, считала, что Глазенкова Е.А. станет собственником комнаты, только после ее (Сугано) смерти. При жизни передавать комнату в собственность внучке не хотела, так как иного жилого помещения в собственности не имеет, иначе оказалась бы без жилья, будучи в престарелом возрасте. Какие последствия подразумевает под собой формулировка «договор дарение» ФИО3 понятно не было, и ей никто не объяснил. Глазенкова Е.А. была инициатором заключения сделки, так как опасалась, что в случае смерти ФИО3, на нее сможет претендовать ФИО5 – дочь ФИО3 и мать Глазенковой Е.А.. Где ФИО3 подписала договор, она не помнит, перед подписанием договор не читала (у нее плохое зрение). Организацией заключения договора занималась Глазенкова Е.А. После заключения спорного договора отношения между ФИО3 и Глазенковой Е.А. ухудшились. Глазенкова Е.А., проживающая в соседней комнате квартиры стала выгонять ФИО3 из комнаты, допускать в ее отношение рукоприкладство. После заключения договора ФИО3 по-прежнему оплачивала коммунальные услуги за свою комнату самостоятельно. За свою комнату Глазенкова Е.А. платила сама, передавая деньги ФИО3, для чего Глазенкова Е.А. выдала ФИО3 доверенность. Глазенкова Е.А. злоупотребляла алкоголем, с ней проживал ее сын – ФИО8, отец которого умер. В марте-апреле 2017 г. ФИО3 обратилась к адвокату на бесплатный прием, и там ей разъяснили, что она не собственник комнаты, после чего ФИО3 в апреле 2017 г. обратилась в суд с настоящим иском. После смерти Глазенковой Е.А. она (ФИО3) несет расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг. В комнате Глазенковой Е.А. никто не проживает, она открыта, там находится мебель, вещи покойной. Поскольку, у ФИО3 с дочерью ФИО5 сложные отношения, ФИО3 опасается, что ФИО5, как наследник Глазенковой Е.А. может выгнать ее на улицу, либо поместить в психиатрическую клинику. На учете у психиатра ФИО3 не состоит.

Представитель истца Гонт О.В., действующая на основании ордера, уточненные исковые требования ФИО3 подержала по доводам, изложенным в исковом заявлении и уточнении к нему. Суду пояснила, что оснований сомневаться в пояснениях истца, нет. Поскольку ФИО3 в силу возраста, юридической неграмотности не могла оценивать ситуацию, при заключении спорного договора. Сделка была совершена под влиянием заблуждения. Доводы ответчика о том, что ФИО3 заключила спорный договор после консультации с юристами, пояснившими, что завещание можно оспорить, несостоятелен, так как любой договор можно оспорить, в том числе и договор дарения. С учетом сложившихся отношений между ФИО5 и ФИО3, намерения стороны ответчика распорядиться квартирой Глазенковой Е.А. очевидны, в таком случае ФИО3 может остаться на улице, будучи в престарелом возрасте, при этом приобрести каким-либо образом иное жилое помещение в собственность возможности не имеет. Она (Гонт О.В.) на организованном мероприятии по бесплатной юридической консультации граждан в марте-апреле 2017 г., проконсультировала ФИО3 относительно правовых последствий, подписанного ею спорного договора. После чего ФИО3 обратилась к прокурору, к нотариусу, был подготовлен иск в суд. Таким образом, о нарушении своего права ФИО3 узнала в марте-апреле 2017 г., после чего сразу обратилась в суд за защитой своих прав. Следовательно, срок исковой давности истцом не пропущен. В случае, если суд придет к выводу о пропуске процессуального срока представитель истца ходатайствовала о его восстановлении в виду престарелого возраста истца и ее юридической неграмотности, доверявшей своей внучке Глазенковой Е.А.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании с иском не согласилась, просила в удовлетворении требований отказать по причине пропуска ФИО3 срока исковой давности, который составляет 1 год с момента заключения договора дарения. ФИО3 является матерью ФИО5. В первом браке у ФИО5 родилась дочь - Глазенкова Е.А., в ее отношении она была лишена родительских прав по решению Железнодорожного районного суда г. Красноярска. В родительских правах не восстанавливалась. Опекуном Глазенковой Е.А. была назначена ФИО3. Отношений между ФИО3 и ФИО5 никаких нет, они не общаются, поскольку ФИО3 всячески портила жизнь ФИО5 (выписывала из квартир, была инициатором лишения родительских прав). С дочерью у ФИО5 были всегда хорошие отношения, они часто общались, навещали друг друга, ФИО10 покупала внуку одежду, угощения. После смерти Глазенковой Е.А.. она обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства по закону. Сын Глазенковой Е.А. – ФИО8 проживает с ней (Тимошевич), отец ребенка умер в ДД.ММ.ГГГГ При жизни Глазенкова Е.А. употребляла алкоголь, но не злоупотребляла им. Глазенкова Е.А. рассказывала ей (ФИО5) о том, что ФИО3 обращалась к юристам, по вопросу оформления квартиры на ФИО11, чтобы ФИО5 после ее смерти не могла на нее претендовать. Юристы разъяснили ФИО3, что завещание можно оспорить в отличие от договора дарения и поэтому она решила подарить комнату внучке Глазенковой Е.А., то есть осознавала суть данного договора. Отец Глазенковой Е.А. умер в ДД.ММ.ГГГГ Будучи опекуном Глазенковой Е.А., ФИО3 неоднократно совершала сделки в отношении квартир, в том числе двухкомнатной квартиры, оставшейся Глазенковой Е.А. в наследство после смерти отца. Фактически подарив спорную комнату, ФИО3 вернула Глазенковой Е.А. ее унаследованную от отца двухкомнатную квартиру. В спорном договоре указано, что ФИО3 имеет право проживать в комнате, она и продолжает проживать после заключения договора. О том, что Глазенкова Е.А. выгоняла ФИО3 из квартиры, ей (ФИО5) ничего неизвестно. Отношения межу Глазенковой Е.А. и ФИО3 всегда были одинаковы, они то сорились, то нормально общались. Глазенкова Е.А. не била ФИО3, наоборот ФИО3 ударила Глазенкову Е.А.. С правнуком (ФИО8) у ФИО3 непростые отношения, она может его оскорбить и ударить. Спорная квартира должна принадлежать внуку - ФИО8. У ФИО5 корыстных целей на спорную квартиру нет, у нее есть свое жилье. ФИО3 в случае удовлетворения требований продаст свою комнату, и ребенок лишится квартиры. В настоящее время опекуном ФИО8 является подруга и соседка ФИО10 – ФИО4, оформить опекунство на свое имя ФИО5 не может в виду того, что ранее была лишена родительских прав в отношении дочери Глазенковой Е.А.

Представитель ответчика ФИО5 – ФИО12, действующий на основании ордера, просил ФИО3 в иске отказать, так как истцом не доказано, что она была введена в заблуждение относительно природы сделки. ФИО3 дееспособное лицо, на учете у психиатра не состоит. Кроме того, обращаясь в суд ФИО3 пропущен годичный срок исковой давности, который исчисляется со дня регистрации договора. Оснований для восстановления срока не имеется.

Законный представитель несовершеннолетнего ответчика ФИО8 – ФИО4 в судебном заседании с иском не согласилась, пояснила, что после смерти Глазенковой Е.А. является опекуном ФИО8 ФИО5 знает более 20 лет. Ей известно, что между ФИО3 и ФИО5 с рождения последней сложились сложные отношения. ФИО3, выписывала ее из квартир, лишила родительских прав, забрала себе на воспитание внучку. Если комната вернется в собственность ФИО3, та она ее продаст, и ребенок ФИО8 останется без квартиры, потому что пока он проживает с бабушкой, так как несовершеннолетний. Угрозы выселения у ФИО3 нет.

Представитель третьего лица – Администрации Железнодорожного района в г. Крансоярске ФИО7, действующий на основании доверенности, полагал исковые требования ФИО3 не правомерными и не подлежащими удовлетворению, поскольку доказательств введения истца в заблуждения в 2013 г., при заключении спорного договора, истцом не представлено. ФИО3 пропущен срок исковой давности при обращении в суд. Кроме того, в случае удовлетворения требований, будут нарушены жилищные и имущественные права ребенка ФИО8

Третьего лицо нотариус ФИО13, представитель третьего лица Управления Росреестра по Красноярскому краю в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещались надлежащим образом, ходатайств не представили.

При указанных обстоятельствах, суд полагает возможным рассмотреть дело при имеющейся явке, в силу ст. 167 ГПК РФ.

Выслушав стороны и их представителей, представителя третьего лица, исследовав материалы дела, суд полагает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

Осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц (ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации).

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу абзаца первого п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с ч. 2 ст. 209 ГК РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно положениям ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ч. 1 ст. 219 ГК РФ объекты гражданских прав могут свободно отчуждаться и переходить от одного лица к другому в порядке универсального правопреемства либо иным способом, если они не ограничены в обороте.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Статьей 154 ГК РФ предусмотрено, что необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку, его действительной воле.

В силу ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Исходя из положений п. 3 ст. 574 ГК РФ договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В соответствии с ч. ч. 1, 2 ст. 166 ГК РФ ( в редакции, действующей на момент заключения спорного договора дарения), сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем кодексе.

В соответствии с ч. 1,2 ст. 167 ГК РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст. 168 ГК РФ, сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Согласно положениям ст. 178 ГК РФ ( в редакции, действующей на момент заключения спорного договора), сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. ( ч. 1)

Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Если сделка признана недействительной, как совершенная под влиянием заблуждения, соответственно применяются правила, предусмотренные пунктом 2 статьи 167 настоящего Кодекса. ( ч. 2)

Кроме того, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненного ей реального ущерба, если докажет, что заблуждение возникло по вине другой стороны. Если это не доказано, сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне по ее требованию причиненный ей реальный ущерб, даже если заблуждение возникло по обстоятельствам, не зависящим от заблуждавшейся стороны.

Из материалов дела следует, что ФИО3 родилась ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирована по адресу: <адрес>, в подтверждение чего суду представлен паспорт истца №.

ФИО3 является получателем страховой пенсии по старости, размер которой в 2017 г. составил <данные изъяты>, а с 31.01.2018г. – <данные изъяты>.

В соответствии с выпиской из домовой книги и финансово-лицевого счета № от ДД.ММ.ГГГГ в двухкомнатной квартире по адресу: <адрес>, общей площадью <данные изъяты> в том числе жилой <данные изъяты>., на регистрационном учете состоят: Глазенкова Е.А. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ФИО8 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) с ДД.ММ.ГГГГ; ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (дарителем) и Глазенковой Е.А. (одаряемой) заключен договор дарения комнаты, в соответствии с которым, ФИО3 безвозмездно передала Глазенковой Е.А. в собственность последней комнату № в квартире, распложенной по адресу: <адрес>, площадью <данные изъяты> принадлежащей дарителю на праве собственности на основании договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, согласно свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ №.

В силу п. 1.4. договора, одаряемый в дар от дарителя комнату принимает.

Даритель вправе отказаться от исполнения договора, если после заключения договора имущественного или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению его уровня жизни. Даритель вправе отменить дарение, если одаряемый совершил покушение на его жизнь, жизнь кого-либо из членов его семьи или близких родственников, либо умышленно причинил дарителю телесные повреждения (п.п.2.2, 2.3 договора).

В силу п. 5.1., 5.3 договор вступает в законную силу и считается заключенным с момента государственной регистрации права собственности одаряемого. Одаряемый приобретает право собственности на указанную комнату после государственной регистрации перехода прав.

В соответствии с п. 6.2. договора ФИО3 на момент заключения договора и после перехода права сохраняет право пользования указанной комнатой.

ДД.ММ.ГГГГ право собственности на <адрес> зарегистрировано за Глазенковой Е.А., что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права №№, выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Из материалов правоустанавливающего дела на указанную выше квартиру, следует, что с заявлениями о переходе права собственности на основании договора дарения комнаты от ДД.ММ.ГГГГ обратились ФИО3, Глазенкова Е.А. ДД.ММ.ГГГГ

Также из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 и Глазенковой Е.А. подписано соглашение о прекращении права общей долевой собственности (по <данные изъяты> за каждой) на квартиру по адресу: <адрес> и выделении в натуре Глазенковой Е.А. комнаты № площадью <данные изъяты>, ФИО3 - комнаты № площадью <данные изъяты>. Соглашение зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается отметками государственного регистратора.

Согласно свидетельства о смерти № Глазенкова Е.А. умерла ДД.ММ.ГГГГ

Кроме того, из материалов дела и свидетельств №, №, №, №, №, № № следует, что матерью Глазенковой (до брака ФИО14) Е.А. является ФИО14 (до вступления в брак - Сугано, после заключения другого брака - Тимошевич) С.К.

ФИО3 и ФИО5, соответственно, являются матерью и дочерью.

ДД.ММ.ГГГГ у Глазенковой Е.А. в браке с ФИО1 родился сын – ФИО8. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умер. Отец Глазенковой Е.А. - ФИО2 умер ДД.ММ.ГГГГ

Распоряжением администрации Железнодорожного района в г. Красноярске №-р от ДД.ММ.ГГГГ опекуном несовершеннолетнего ФИО8 назначена ФИО5, а на основании распоряжения №-р от ДД.ММ.ГГГГ - ФИО4 Среди описи имущества несовершеннолетнего, произведенной администрацией <адрес> в <адрес>, указана двухкомнатная квартира по адресу: <адрес>.

Из материалов наследственного дела на имущество Глазенковой Е.А., умершей ДД.ММ.ГГГГ, следует, что с заявлениями о праве на наследство по закону обратилась мать покойной – ФИО5, и несовершеннолетний сын - ФИО8, в лице законного представителя ФИО5

Как указывает в ходе рассмотрения дела ФИО3, спорный договор был подписан ею с намерением передать в собственность Глазенковой Е.А. комнату № только после ее смерти. Отчуждать жилое помещение при жизни ФИО3 не желала, поскольку иного жилья в собственности не имеет, является пенсионеркой, иного дохода кроме пенсии, не имеет. После того, как в 2016 - 2017 г. Глазенкова Е.А. стала требовать от ФИО3 освободить спорную комнату, и консультации с юристом (в марте-апреле 2017 г.), ФИО3 поняла, что существенно заблуждалась при заключении спорного договора и не понимала, что передает внучке комнату в собственность с момента регистрации договора дарения. Теперь ФИО3 понимает, что, подарив квартиру, она лишила себя единственного жилья.

По смыслу ст. 178 ГПК РФ, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Оценивая представленные по делу доказательства в их совокупности и взаимной связи, в том числе и показания сторон, суд приходит к выводу, что в силу преклонного возраста (74 года) на момент заключения спорного договора, состояния здоровья, обстоятельств дела, при подписании договора дарения единственного жилья, воля ФИО3 неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые она, как сторона действительно имела в виду.

Спорная комната в квартире является единственным жильем истца, иного жилого помещения для проживания она не имеет. Фактическая передача жилого помещения от дарителя к одаряемому, несмотря на указание в договоре дарения того, что одаряемый жилое помещение принимает, не производилась. Глазенкова Е.А. и ее правопреемники в спорную комнату не заселялись, оплату жилищно-коммунальных услуг за нее не производили. Ответчиками доказательства, свидетельствующее обратное, в силу ст. 56 ГПК, представлены не были.

Под влиянием заблуждения ФИО3, как участник сделки, помимо своей воли составила неправильное мнение о заключенном договоре, и после сделки, вплоть до марта-апреля 2017 г. оставалась в неведении относительно всех обстоятельств, имеющих для нее существенное значение.

Так возраст истца на момент составления договора дарения, составление договора в простой письменной форме, в данной ситуации не позволяли истцу в полной мере выразить свое волеизъявление при заключении договора, правильно оценить и осознать последствия заключения договора дарения. Указанные обстоятельства способствовали заблуждению истца и объективно свидетельствуют о том, что ФИО3 не имела намерения передать в дар свою комнату при жизни, поскольку условием заключения договора явилось желание истца передать Глазенковой Е.А. право собственности на указанное единственное жилое помещение только после своей смерти, в силу преклонного возраста.

Рассматривая мнение ответчиков, представителя третьего лица о пропуске истцом срока исковой давности суд исходит из следующего:

Основания, установленные частью 1 статей 178 ГК РФ, предусматривают возможность признания сделок недействительными по решению суда, следовательно, оспариваемый договор является оспоримой сделкой.

Согласно положениям статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки. Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Из материалов дела следует, что ФИО3 проживала в спорной комнате с 2007 г., и продолжала проживать в ней после заключения договора дарения в 2013 г.. Начиная с августа 2016 г. Глазенкова Е.А. стала требовать от ФИО3 освободить жилое помещение. Вследствие чего ФИО3 в марте-апреле 2017 г. обратилась за юридической помощью по разъяснению последствий заключения договора дарения комнаты.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истица узнала о нарушении своего права, а именно, что была введена в заблуждение относительно существа заключенного договора, только в марте-апреле 2017 года, когда адвокат Гонт О.В. разъяснила ей о том, что согласно спорного договора, она (ФИО3) не является собственником комнаты.

Поскольку, годичный срок исковой давности подлежит исчислению со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, то есть с марта 2017 года, а с иском в суд ФИО3 обратилась ДД.ММ.ГГГГ, то истцом годичный срок исковой давности не пропущен.

Ответчиком в нарушение требований статьи 56 ГПК РФ не представлено допустимых и относимых доказательств, подтверждающих, что истец узнала или должна была узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной до марта 2017 года.

Оценивая представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что оспариваемый договор дарения квартиры является недействительным, поскольку истец при его заключении заблуждалась относительно природы сделки, полагая, что совершает действия, связанные распоряжением своих имущественных прав после своей смерти.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 52 и 53 Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ N 10/22 от дата "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", решение суда о признании сделки недействительной, которым применены последствия ее недействительности, является основанием для внесения записи в ЕГРП.

Таким образом, в соответствии с п.2 ст. 167 ГК РФ, стороны подлежат возврату в первоначальное положение, путем возврата комнаты площадью <данные изъяты>. в квартире по адресу: <адрес> в собственность ФИО3, и погашения соответствующей записи в ЕГРПН.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения комнаты № в квартире, расположенной по адресу : <адрес>, заключенный между ФИО3 и Глазенковой Еленой Александровной ДД.ММ.ГГГГ, что является основанием для внесения в ЕГРП соответствующей записи о прекращении права.

Применить последствия недействительности договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ:

- прекратить право собственности Глазенковой Елены Александровны на комнату №, расположенную в <адрес>.

- признать за ФИО3 право собственности на комнату №, общей площадью <данные изъяты> расположенную по адресу : <адрес>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд г. Красноярска путем подачи апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г. Красноярска, в срок месяц со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Л.В. Панченко

Мотивированное решение изготовлено 19 февраля 2018 г.