Приговор № 1-42/2017 от 28 февраля 2017 г. по делу № 1-42/2017

Дело № 1-42/2017


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Кемерово «01» марта 2017 года

Рудничный районный суд города Кемерово Кемеровской области

в составе председательствующего судьи Синецкой Т.К.,

при секретаре Волобуевой Е.О.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Рудничного района г.Кемерово Федусовой С.А., ФИО1,

защитника – адвоката Чернова М.А., представившего удостоверение № 1314 от 05.10.2012 и ордер № 45 от 07.11.2016,

подсудимого ФИО3,

потерпевших ФИО4, ФИО5, ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО3, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, холостого, имеющего сына ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работающего ОАО «Кузбассразрезуголь» помощником машиниста локомотива, зарегистрированного по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, проживавшего по адресу: <адрес>, судимого:

06.12.2016 Рудничным районным судом г.Кемерово по п. «а,б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года,

в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО3 совершил умышленное преступление в г.Кемерово при следующих обстоятельствах.

В период времени с 21 часа 30 минут до 23 часов 00 минут 06.11.2016 ФИО3, находясь в квартире, расположенной по адресу: г.Кемерово, ж.<адрес>20, в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, на почве возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к потерпевшей ФИО7, действуя умышленно, с целью убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, нанес потерпевшей ФИО7 не менее двенадцати ударов руками по лицу и телу, два удара ножом в область локализации жизненно важных органов – грудной клетки, а также один удар по левому плечу, после чего схватил пальцами рук за шею потерпевшую ФИО7 и с усилием стал сдавливать органы шеи потерпевшей, препятствуя тем самым поступлению воздуха в легкие, удерживая ее в таком положении до тех пор, пока она не перестала подавать признаки жизни, причинив потерпевшей ФИО7:

- закрытый поперечный перелом костей носа, влекущий за собой кратковременное расстройство здоровья сроком до трех недель и квалифицирующийся по этому признаку как легкий вред здоровью;

- ссадины лица (3), подключичной области слева (2), передней брюшной стенки (1), кровоподтеки скуловой области справа (1), спинки носа (1), бедер (3), ссадину на фоне кровоподтека в скуловой области слева, не расценивающиеся как вред здоровью;

- колото-резаные раны: на груди справа в проекции 5-го ребра по срединно-ключичной линии, с повреждением мягких тканей и средней доли правого легкого; на груди справа, в проекции 5-го ребра по около-грудинной линии, с повреждением мягких тканей, хрящевой части 5-го ребра, перикарда и предсердия правого желудочка, проникавшие в грудную полость, являющиеся опасными для жизни и квалифицирующиеся по этому признаку как тяжкий вред здоровью; на наружной поверхности верхней трети левого плеча, с повреждением мягких тканей, влекущую за собой кратковременное расстройство здоровья сроком до трех недель и квалифицирующуюся по этому признаку как легкий вред здоровью;

- механическую странгуляционную асфиксию, – множественные ссадины передней и задней поверхности шеи (9), кровоподтеки левой боковой поверхности шеи (3), кровоизлияние в мышцу кончика языка, переломы перстневидного и щитовидного хрящей, анизокория, острая буллезная эмфизема легких, кровоизлияния в кожу лица, под слизистую век, легочную плевру, слизистую лоханок, неравномерное кровенаполнение органов и тканей, жидкое состояние темной крови, являющуюся опасной для жизни (угрожающее жизни состояние) и квалифицирующуюся как тяжкий вред здоровью.

При этом, ФИО3 осознавал, что совершает умышленные действия, направленные на причинение смерти другому человеку, и желал наступления смерти потерпевшей.

Тем самым, ФИО3 убил потерпевшую ФИО7, смерть которой наступила 06.11.2016 на месте преступления от механической странгуляционной асфиксии.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти ФИО7, признал в полном объеме и от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст.51 Конституции РФ.

В связи с отказом подсудимого ФИО3 от дачи показаний в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.3 ст.276 УПК РФ были оглашены показания ФИО3, данные им в ходе предварительного расследования при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого в присутствии защитника.

Из оглашенных показаний ФИО3 (т.1 л.д.149-152, 165-166, 181-184, т.2 л.д.15-18) следует, что 06.11.2016 около 21 часа 30 минут он, ФИО7 и их сын пришли к нему домой, где он набрал в ванну воду и сын стал мыться, а он несколько раз предлагал ФИО7 вступить с ним в половое сношение, но она отказалась, как он понял из-за того, что до этого вступала в половое сношение с ФИО9, о чем ему сказала потерпевшая. Ему стало больно на душе, он почувствовал обиду, у него была вспышка ярости, он очень сильно разозлился и решил убить ФИО7 Он взял на кухне кухонный нож, которым резко с силой нанес по ее телу 3 удара, 2 из которых в грудь, 1 в левое плечо. Увидев, что у ножа нет лезвия, он отбросил от себя ручку ножа, схватил руками ФИО7 за шею, стащил ее с кресла на пол, лег на нее сверху, ногами обхватил ее туловище, чтобы она не сопротивлялась, и стал руками с силой душить ее за шею, удушал ее около 5 минут, пока не убедился, что она не дышит. Убедившись, что ФИО7 мертва, он, выключив свет, прикрыл дверь комнаты, достал из ванной сына, вытер и одел его. Сыну он сказал, что ФИО7 спит, что она устала. После этого они вышли из квартиры и на такси доехали до дома матери ФИО3, где он передал сына отчиму, а сам поехал в полицию, где сообщил о совершенном им преступлении. В настоящее время он раскаивается в содеянном, вину свою признает полностью, а именно признает, что убил ФИО7, наносил ей удары ножом по телу, а также душил ее, чтобы причинить ей смерть, желал, чтобы она умерла, понимал, что от его действий может наступить ее смерть и желал этого, при этом считает, что своим аморальным поведением она спровоцировала его на данный поступок. Состояние алкогольного опьянения на совершение им убийства никак не повлияло, если бы он был трезв, то все равно совершил бы убийство ФИО7 Во время убийства ФИО7 он не видел в зале и коридоре своего сына ФИО10 и не догадывался, что сын может его видеть. Не исключает, что он наносил телесные повреждения ФИО7 перед тем, как задушил ее, не помнит, сколько он нанес ей ударов, но не исключает, что нанес ФИО7 не менее двенадцати ударов по лицу и телу руками.

После оглашения указанных показаний подсудимый ФИО3 их полностью подтвердил, пояснив, что в содеянном он раскаивается, сожалеет о случившемся, просит прощения у потерпевших. Явку с повинной писал добровольно, без физического и психического воздействия со стороны сотрудников полиции. В момент совершения преступления он находился в состоянии алкогольного опьянения, однако это состояние не повлияло на совершение им преступления. Просил учесть при назначении наказания его состояние здоровья, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, аморальность поведения потерпевшей, а также наличие у него малолетнего ребенка, в воспитании и содержании которого он принимал участие. С решением о лишении его родительских прав он не согласен, обжаловал его.

Кроме полного признания вины самим подсудимым, вина ФИО3 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти ФИО7, подтверждается совокупностью следующих доказательств: показаниями потерпевших ФИО4, ФИО5, ФИО6, свидетелей ФИО16 №1, ФИО16 №2, ФИО16 №9, ФИО16 №3, ФИО16 №4, ФИО16 №5, ФИО16 №6, ФИО16 №7, ФИО17, а также письменными и вещественными доказательствами.

Потерпевшая ФИО4 в судебном заседании показала, что ФИО7 приходилась ей сестрой. 06.11.2016 около 22-23 часов вечера, когда она находилась возле магазина «Ерофей» по ул.Торговая, то увидела, как ФИО3 с ребенком сел в такси и уехал. Она сразу начала звонить сестре Людмиле, но она не брала трубку. Придя к квартире, где проживала Людмила, на стук дверь никто не открыл. Позже она увидела, что на <адрес>, где проживал ФИО3, стоит УАЗ и сотрудники полиции. Поднявшись на 4 этаж, она узнала, что ее сестра Людмила мертва. ФИО3 и ФИО7 ранее состояли в гражданском браке, у них имеется совместный ребенок. Характеризует ФИО3 с отрицательной стороны, он регулярно выгонял Людмилу из дома, забирал ее вещи, употреблял наркотики, в том числе в присутствии ребенка, ребенку не помогал и в его воспитании не участвовал, заработанные деньги тратил на наркотики. На заявленных исковых требованиях настаивает в полном объеме. Считает, что преступлением ей причинен моральный вред, т.к. она потеряла родного для себя человека. С Людмилой они общались каждый день, помогали друг другу. Сейчас она страдает от бессонницы, тяжело переживает случившееся. Настаивает на строгом наказании подсудимого.

Потерпевшая ФИО5 в судебном заседании показала, что ФИО7 приходилась ей дочерью. 06.11.2016 вечером ей стало известно, что ФИО3 убил ее дочь Людмилу. Со слов дочери ей известно, что ФИО3 бил ее, употреблял наркотики, сдавал в ломбард телевизор и планшет ребенка. На исковых требованиях настаивает в полном объеме. После смерти дочери ей плохо до сих пор, она не может спать, везде видит Люду. У них были доверительные отношения с дочерью. В настоящее время у нее ухудшилось состояние здоровья, вследствие чего она проходила лечение в больнице. Между сестрами всегда были дружеские отношения, они всегда всем делились друг с другом, помогали друг другу. Люда всегда о ней заботилась и помогала. Раньше ФИО3 принимал участие в воспитании сына, водил его в садик, когда Люда не могла, а теперь ребенок боится папу. У ребенка нет привязанности к отцу, он скучает по маме, плачет. Содержала семью в основном Люда. Настаивает на строгой мере наказания ФИО3

Потерпевшая ФИО6 в судебном заседании показала, что ФИО7 приходилась ей сестрой. 06.11.2016 вечером со слов ФИО11 – матери ФИО3 ей стало известно о произошедшем, а именно то, что ФИО3 приехал к ней домой в пос.Привольный с раздетым Славой и сказал, что убил Люду. Характеризует ФИО3 с отрицательной стороны. ФИО3 избивал Людмилу, не приносил домой зарплату, не обеспечивал сына, сдавал в ломбард телевизор, а также планшет сына, чтобы приобрести наркотики. На исковых требованиях настаивает в полном объеме. Причиненный моральный вред выразился в том, что ФИО3 лишил её близкого человека. После произошедшего у неё пропало грудное молоко, она перестала спать ночами, очень тоскует по сестре. У них с Людмилой были доверительные отношения, они общались очень близко каждый день, помогали друг другу. Сейчас, когда ребенок остается у них, он плачет, что ему не хватает мамы, боится. За оказание юридических услуг она оплатила 10 000 рублей. Настаивает на строгой мере наказания подсудимому.

Согласно показаниям свидетеля ФИО16 №1 в ходе предварительного следствия, оглашенных в суде по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.106-108), ФИО3 приходится ему другом, охарактеризовать его может только с положительной стороны, он невспыльчивый, неагрессивный, неконфликтный, спиртное употребляет, как часто, не знает. Также ФИО3 употребляет героин, но в наркотическом опьянении неадекватных поступков при нем никогда не совершал. ФИО7 характеризует только с положительной стороны, она неконфликтная, спокойная. ФИО7 и ФИО3 сожительствовали на протяжении 7 лет, у них имеется совместный сын ФИО10 ФИО3 и ФИО7 расстались в сентябре 2016 года из-за того, что ФИО3 систематически употреблял героин, но общение они периодически поддерживали. 06.11.2016 в вечернее время ФИО3, его брат ФИО12 и ФИО7 с сыном находились у него в гостях, распивали пиво, никаких конфликтов не было. Около 22 часов 00 минут ФИО3, ФИО12, ФИО7 и ФИО10 ушли, между ФИО7 и ФИО3 никаких конфликтов не было, они собирались идти к ФИО3 вместе с сыном. Около 23 часов 00 минут его девушке ФИО13 позвонила сестра ФИО7 Арина и сообщила, что ФИО3 зарезал ФИО7 Когда ФИО3 и ФИО7 находились у него в гостях, телесных повреждений у нее он не видел. Что могло послужить причиной такого поступка ФИО2, он не знает.

ФИО16 ФИО16 №2 в судебном заседании показал, что ФИО3 – приходится ему братом. 06.11.2016 они, созвонившись с ФИО3, купили вино и пошли к ФИО16 №1 на <адрес>, где уже находились ФИО16 №1 с женой, ФИО7 и дети. В гостях они выпивали, пробыли там примерно часа 3-4. Примерно в 22 часа он с братом, Людой и их сыном пошли в квартиру на <адрес> чтобы помыть сына. Проводив их до подъезда, он поехал к себе домой, но минут через 20-30 ему позвонила мать и сообщила, что брат привез ребенка, рассказал, что убил свою жену, и поехал в полицию сдаваться. Когда они были в гостях у ФИО16 №1, у ФИО8 с Людмилой не было конфликтов. Ему известно, что ФИО3 употреблял наркотические средства. С Людой они разошлись в сентябре, но продолжали общаться. В его присутствии ФИО3 причинял ФИО14 телесные повреждения. Также ему известно, что ФИО3 для приобретения наркотических средств сдал в ломбард планшет, который покупал для ребенка.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО16 №9 показал, что он приходится ФИО2 отчимом. ДД.ММ.ГГГГ примерно в 22 часа к ним домой приехал ФИО2, привез сына Славу, сказал, что убил Люду, заплакал и уехал сдаваться в полицию. Об этом он сразу рассказал жене. Ему известно, что ранее Людмила и Иван жили вместе. Синяков у Людмилы он никогда не видел. Употреблял ли ФИО3 наркотические средства, ему не известно. ФИО3 привозил своего сына к ним домой, гулял с ним. Алкоголь ФИО3 употреблял редко. С ФИО3 они никогда не ругались, он – положительный человек.

ФИО16 ФИО16 №3 в судебном заседании показал, что ФИО3 – его сын. О том, что сын убил Людмилу ему стало известно от младшего сына на следующее утро после произошедшего. Со слов Ивана ему известно, что они с Людмилой уже месяца 2 не живут совместно, что по слухам у Люды появился новый парень. Какие отношения у сына были с погибшей, он не знает. О случаях рукоприкладства со стороны Ивана ему ничего не известно. Охарактеризовать Ивана может удовлетворительно. По поводу наркотических средств не может ничего сказать, так как ни разу не видел его в таком состоянии, но допускает такое. В состоянии алкогольного опьянения ФИО3 вел себя адекватно.

Из показаний несовершеннолетнего свидетеля ФИО30. в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.120-122), следует, что раньше он проживал с мамой и папой, но потом они с мамой стали жить отдельно от папы. Осенью этого года, когда уже на улице лежал снег, он с мамой пошел к папе, чтобы помыться. Папа отвел его в ванную комнату, набрал воду в ванну, и он стал мыться. Когда он мылся, то слышал, как папа ругался на маму. Потом он сам вылез из ванны, обмотался полотенцем, вышел в коридор и, заглянув в зал, увидел, что мама лежит на полу на спине, а папа, сидя на ней сверху, руками бьет ее по лицу, при этом мама кричала: «Ваня, отпусти». Потом папа взял маму руками за шею, стал душить, говоря: «Сдохни, тварь, ты не хотела делать то, что я хотел». Ни мама, ни папа его не видели. Потом папа вышел из зала, стал его одевать. Он видел, что мама лежит на ковре в зале, она не шевелилась, не плакала уже. Папа закрыл дверь зала, сказал ему, что мама спит, и они ушли из квартиры. На такси они поехали к бабушке (папиной маме).

Допрошенный в ходе предварительного следствия свидетель ФИО16 №5, показания которого были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ с согласия сторон (т.1 л.д.123-124), показал, что с ФИО7 он знаком с 2015 года, они были коллегами, работали в одну смену. Он характеризует ее с положительной стороны, она была очень прямолинейным человеком, честной, общительной, между ними были дружеские отношения. Близких отношений между ним и ФИО7 никогда не было, они общались исключительно на работе. ФИО7 рассказывала ему о том, что у нее натянутые отношения с ее сожителем ФИО3 У ФИО7 и ФИО3 есть совместный ребенок. Также ему известно, что ФИО3 употреблял наркотики, постоянно продавал их имущество, деньги тратил на наркотики, после расставания преследовал ФИО7, ревновал ее к другим мужчинам, в частности, к нему. 07.11.2016 около 08 часов 30 минут от коллег ему стало известно, что ФИО3 убил ФИО7 Причины поступка ФИО3 ему не известны.

Согласно показаниям свидетеля ФИО16 №6 в ходе предварительного следствия, которые были оглашены в суде по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.125-128), с ФИО7 у нее были дружеские отношения. Характеризует ФИО7 с положительной стороны, та была спокойной, веселой, компанейской, хозяйственной девушкой. С ФИО3 ФИО7 сожительствовала около шести лет. ФИО3 она характеризует как тихого, спокойного парня. Каковы были отношения между ФИО7 и ФИО3, ей достоверно не известно, но ФИО7 жаловалась ей на то, что Иван употребляет наркотики, избивает ее. У ФИО7 и ФИО3 есть малолетний сын ФИО10 Ей известно, что ФИО3 ревновал ФИО7 В сентябре 2016 года ФИО7 и ФИО3 перестали жить вместе. Ей известно, что за ФИО7 ухаживал ее коллега ФИО9, который предлагал ей жить вместе, но она отказывалась. 06.11.2016, когда она находилась в гостях у своего знакомого ФИО15, туда же пришли ФИО7 с ФИО10 и ФИО3, а позже и его брат ФИО12 Она и ФИО7 пили пиво, мужчины пили вино. Каких-либо конфликтов ни у кого не было. Около 21 часа 00 минут ФИО7, ФИО3, ФИО10 и ФИО12 ушли от них. Спустя час-полтора ей позвонила мама ФИО7, а затем ее сестра – ФИО6, которая сообщила, что ФИО3 убил ФИО7 По какой причине ФИО3 убил ФИО7, ей не известно, возможно из-за ревности.

Из показаний свидетеля ФИО16 №7 в ходе предварительного следствия, оглашенных в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя с согласия сторон в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ (т.1 л.д.129-132), следует, что она характеризует ФИО2 как агрессивного, неадекватного, жестокого парня. Ей известно, что он употреблял наркотики. Он проживал со своей сожительницей ФИО7, у них есть совместный сын ФИО10 ФИО7 она характеризует как хорошую хозяйку. Отношения между ФИО3 и ФИО7 были странные, он избивал последнюю, но та продолжала с ним жить, при этом ФИО7 то съезжала от него, то снова возвращалась к нему. 06.11.2016 около 22 часов 00 минут она услышала, что в квартире ФИО3, которая располагается над ее квартирой, ФИО7 говорила: «Ну, пожалуйста, не надо, ну, пожалуйста, не надо», при этом голос у ФИО7 был слабый. Также она слышала плач ФИО10 После этого она поднялась на 4 этаж к квартире ФИО3, несколько раз стучалась в дверь, но дверь никто не открыл. Она слышала, как ФИО10 из-за двери спрашивал: «Кто?», на что она попросила его позвать папу, после чего услышала голос ФИО3, который грубо приказал ФИО10 уйти от двери. Она вернулась в свою квартиру, а спустя некоторое время услышала, что по квартире ФИО3 кто-то ходит, слышала голоса ФИО3 и ФИО10, затем она услышала, как открылась дверь квартиры ФИО3, по подъезду шли ФИО10 и ФИО3 и спокойно о чем-то говорили. Больше шума в квартире ФИО3 не было. Спустя некоторое время она услышала шум топота в подъезде, выглянула в подъезд и увидела сестер ФИО7, которые находились в состоянии истерики. Впоследствии ей стало известно, что ФИО3 убил ФИО7

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО16 №8 показала, что ФИО3 – ее сын. 06.11.2016, когда она была на сутках на работе, ей позвонил супруг и сказал, что Иван привез к ним домой Славика, рассказал, что убил Люду и пошел сдаваться в полицию. Люда и Иван ранее проживали совместно, но осенью 2016 года Люда ушла от него, т.к. Иван употреблял наркотики.

Кроме того, вина ФИО3 в совершении убийства, то есть умышленного причинения смерти ФИО7, подтверждается письменными и вещественными доказательствами:

- постановлением о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству от 07.11.2016 (т.1 л.д.1);

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 07.11.2016, согласно которому 07.11.2016 в следственный отдел по Рудничному району города Кемерово следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Кемеровской области из отдела полиции «Кедровка» УМВД России по г.Кемерово поступило сообщение об обнаружении трупа ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, с признаками насильственной смерти (т.1 л.д.7);

- протоколом осмотра места происшествия от 07.11.2016 и фототаблицей к нему, из которых следует, что в ходе осмотра квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ж.<адрес>, являющейся местом преступления, в комнате № 1 на полу между креслами и диваном в центре комнаты на ковре обнаружен труп ФИО7 На правой молочной железе в области соска имеется рана с признаками колото-резаной 2,2 х 0,2 см, подобная рана имеется на нижнем внутреннем квадранте правой молочной железы 2,5 х 1 см, на левом плече в верхней трети по наружной поверхности возле области плечевого сустава 2,7 х 0,3 см. У наружного угла правого глаза, захватывая область брови и верхнее веко, кровоподтек 5 х 5 см. В области нижней челюсти справа и слева и на правой передне-боковой поверхности шеи имеются ссадины с западающим бурым влажным дном. На правой чашечке бюстгальтера, надетого на трупе, имеется сквозное щелевидное повреждение с признаками колото-резаного 2,8 х 0,1 см, ткань бюстгальтера в средней части и на правой чашечке пропитана кровью. На журнальном столике обнаружена пластиковая бело-синяя ручка от ножа. На ковре слева от головы трупа пятно крови, также слева от левой руки трупа на ковре хаотичные бледные пятна крови, аналогичного характера пятна у кресла, расположенного ближе ко входу, и у выхода из комнаты. Левый подлокотник кресла, расположенного ближе ко входу, имеет следы крови, аналогичные следы имеются на сидении того же кресла ближе к левому подлокотнику. В ванной комнате на полу обнаружено розовое полотенце со следами красно-бурого цвета. На подоконнике в кухне обнаружен мобильный телефон марки «Microsoft» в корпусе белого цвета, на задней панели которого имеются следы крови. С места происшествия изъяты: пластиковая бело-синяя ручка от ножа, серьга в виде кольца из желтого металла (сломанная), полотенце розовое со следами красно-бурого цвета, мобильный телефон марки «Microsoft» в корпусе белого цвета (т.1 л.д.8-22);

- картой осмотра трупа от 07.11.2016 (т.1 л.д.23);

- рапортом от 06.11.2016, согласно которому в 23 часа 30 минут в дежурную часть отдела полиции «Кедровка» УМВД России по г.Кемерово от ФИО3 поступило сообщение о том, что по <адрес> районе 22 часов 00 минут 06.11.2016 на почве ревностных отношений с гражданской женой ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., произошел конфликт, в ходе которого он взял нож и 2 раза ударил в грудь, после чего начал душить руками. После этого увез ребенка к матери, а после пришел в ОП «Кедровка» г.Кемерово сознаться в содеянном (т.1 л.д.26);

- протоколом явки с повинной от 07.11.2016, согласно которому ФИО3 сообщил о совершенном им преступлении, а именно сообщил о том, что 06.11.2016 после 22 часов 00 минут, находясь по адресу: <адрес>, ж.<адрес> ходе словесного конфликта со своей сожительницей ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р., нанес ей три удара ножом в область груди, после чего схватил обеими руками за шею и начал душить, при этом нанес не менее двух ударов по лицу. Поняв, что ФИО7 перестала дышать, он прекратил свои деяния. После этого он решил сдаться сотрудникам полиции, где в отделе полиции рассказал о том, что совершил убийство своей гражданской жены ФИО7 Вину признает полностью, в содеянном раскаивается (т.1 л.д.139);

- протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО3 на месте, из которого следует, что перед проверкой показаний ФИО3 предложено указать место, где его показания будут проверяться. ФИО3 указал на квартиру, расположенную по <адрес>20 ж.<адрес>. Проверкой показаний на месте установлено: по указанию ФИО3 участвующие лица проследовали по указанному им адресу, вошли в квартиру, прошли в комнату, расположенную справа от входа в квартиру, где ФИО3 пояснил, что 06.11.2016 около 22 часов 00 минут он убил свою жену. ФИО3 расположил манекен на кресле, расположенном ближе к выходу из комнаты, пояснил, что на данном кресле сидела потерпевшая. Подозреваемый пояснил, что кресла на момент проведения следственного действия стоят не на своих местах, ввиду чего обстановка участниками следственного действия была восстановлена, а именно кресла были придвинуты к журнальному столику. Подозреваемый пояснил, что, когда они пришли в квартиру, он пошел мыть ребенка, посадил его в ванную. На предложение ФИО3 «заняться интимом», потерпевшая отказала ему. После этого подозреваемый пошел на кухню, взял нож и, держа его в правой руке, вернулся в комнату, после чего начал наносить ей удары, два из которых пришлись в грудь, один пришелся в левое плечо. Свои действия при помощи муляжа подозреваемый продемонстрировал на манекене. После этого он пояснил, что обратил внимание на то, что у ножа нет лезвия, он отбросил рукоятку ножа в сторону, потерпевшая закричала, он схватил ее руками за шею, продемонстрировав на манекене как он, держа потерпевшую за шею, повалил ее на пол, не разжимая пальцев рук с шеи потерпевшей, своими ногами обхватил ее ноги, лег на нее сверху и начал душить руками. Подозреваемый показал, что таким образом он душил ее около 5 минут до тех пор, пока она не перестала дышать. Убедившись, что потерпевшая не дышит, он выключил в комнате свет, прикрыл дверь в комнату, пошел в ванную, вытер ребенка, собрал его, пояснил, что мама устала. Он пояснил, что когда он вошел в ванную комнату, то ребенок был в ванной. На вопрос следователя, может ли ребенок самостоятельно выбраться из ванной, ФИО3 ответил, что может. Нож он описал как керамический с пластиковой ручкой. Он считает, что его ребенок происходившего не видел (т.1 л.д.153-155);

- протоколом осмотра места происшествия от 07.11.2016 и фототаблицей к нему, из которых следует, что в ходе дополнительного осмотра квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, ж.<адрес>20, в кресле, расположенном ближе к выходу из комнаты № 1, между подлокотником и подушкой сидения кресла обнаружено лезвие керамического кухонного ножа голубого цвета со следами бурого цвета. ФИО3 пояснил, что данное лезвие является составной частью ножа, которым он наносил удары ФИО7 (лезвие изъято) (т.1 л.д.156-161);

- заключением эксперта № 2690 от 05.12.2016 (с актом судебно-медицинского (медико-криминалистического) исследования № 1019 от 30.11.2016), согласно которым смерть ФИО7 наступила от механической странгуляционной асфиксии, развившейся в результате сдавления шеи тупыми твердыми предметами – множественные ссадины передней и задней поверхностей шеи (9), кровоподтеки левой боковой поверхности шеи (3), кровоизлияние в мышцу кончика языка, переломы перстневидного и щитовидного хрящей, анизокория, острая, буллезная эмфизема легких, кровоизлияния в кожу лица, под слизистую век, легочную плевру, слизистую лоханок, неравномерное кровенаполнение органов и тканей, жидкое состояние темной крови. Учитывая степень выраженности трупных изменений, зафиксированных на момент исследования трупа, смерть могла наступить примерно за 8-16 часов до исследования. Механическая странгуляционная асфиксия является опасной для жизни (угрожающее жизни состояние), квалифицируется как тяжкий вред здоровью и состоит в причинной связи с наступившей смертью. Механическая асфиксия развилась в срок, исчисляемый минутами до наступления смерти, в результате не менее одного сдавления шеи тупыми твердыми предметами спереди назад. Характер части повреждений на коже шеи позволяют полагать, что такими предметами были пальцы рук, при этом, наиболее вероятно, сдавление производилось кистью правой руки. Также на трупе были обнаружены: 1) три раны, обладавшие признаками колото-резаных: рана № 1 – на груди справа в проекции 5-го ребра по срединно-ключичной линии. Раневой канал длиной около 15 см, в направлении спереди назад, справа налево и снизу вверх, с повреждением мягких тканей и средней доли правого легкого; рана № 2 – на груди справа в проекции 5-го ребра по около-грудинной линии. Раневой канал раны длиной около 14 см, проникающий в грудную полость, в направлении спереди назад, справа налево и снизу вверх, с повреждением мягких тканей, хрящевой части 5-го ребра, перикарда и предсердия правого желудочка; рана № 3 – на наружной поверхности верхней трети левого плеча. Раневой канал раны длиной около 6 см, в направлении спереди назад, снизу вверх и справа налево с повреждением мягких тканей. Колото-резаные раны груди (№ 1, 2), проникавшие в грудную полость с повреждением правого легкого и сердца, являются опасными для жизни и квалифицируются по этому признаку как тяжкий вред здоровью. В причинной связи с наступившей смертью они не состоят, так как смерть наступила от механической асфиксии. Колото-резаная рана левого плеча (№ 3) влечет за собой кратковременное расстройство здоровья сроком до трех недель, квалифицируется по этому признаку как легкий вред здоровью и в причинной связи с наступившей смертью не состоит. Колото-резаные раны были причинены тремя ударами плоского клинка колюще-режущего орудия, имевшего П-образный обух и лезвие, в срок примерно до 30-60 минут до наступления смерти. Ширина клинка на уровне погружения не превышала 3 см, а его длина на уровне была не менее 15 см. В момент причинения раны взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть самым разнообразным, за исключением такого, при котором область воздействия не была бы доступна контакту. По расположению ран на коже и направлению раневых каналов колюще-режущее орудие действовало на грудь и левое плечо спереди, справа и снизу. Свойство раневых каналов ран № 1 и № 2 позволяет полагать, что наиболее вероятно, первой была нанесена рана в проекции 5-го ребра по около-грудинной линии (рана № 2); 2) закрытый поперечный перелом костей носа, ссадины лица (3), подключичной области слева (2), передней брюшной стенки (1), кровоподтеки скуловой области справа (1), спинки носа (1), бедер (3), ссадина на фоне кровоподтека в скуловой области слева. Эти повреждения образовались не менее чем от 12 воздействий тупых твердых предметов, какими могли быть рука, нога и им подобные в срок до 1-3 часов до наступления смерти. Перелом костей носа влечет за собой кратковременное расстройство здоровья сроком до трех недель и квалифицируется по этому признаку как легкий вред здоровью. Ссадины и кровоподтеки как вред здоровью не расцениваются. Эти повреждения в причинной связи с наступившей смертью не состоят. После развития механической асфиксии совершение каких-либо активных действий невозможно. Рана груди с повреждением сердца влечет за собой резкое падение артериального давления, что приводит к ухудшению кровоснабжения жизненно важных внутренних органов и малой вероятности возможности совершения активных действий (передвижения). Другие из найденных повреждений не препятствуют возможности совершения активных действий до наступления смерти. В крови обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,4‰. По данному результату, без клинических данных, невозможно установить наличие (отсутствие) алкогольного опьянения, можно лишь полагать, что незадолго до наступления смерти погибшая употребляла алкоголь. В желудке и в печени найден кофеин, что может быть связано с приемом незадолго до смерти крепкого чая или кофе, а также напитков, в состав которых входит кофеин. Наркотические вещества в органах и тканях не обнаружены. Медико-криминалистическое исследование показало, что перелом щитовидного хряща и перелом дуги перстневидного хряща от трупа ФИО7 являются полными разгибательными и образовались в результате воздействия травмирующей силы в область этих переломов, в переднюю поверхность шеи. Каких-либо повреждений подъязычной кости и черпаловидных хрящей не обнаружено (т.1 л.д.205-212);

- протоколом выемки от 07.11.2016 и фототаблицей к нему, согласно которым ФИО3 выдал одежду, в которой он находился во время совершения преступления: футболку черного цвета с логотипом «PUMA», спортивные штаны темного цвета, пару носков белого цвета (т.1 л.д.225-228);

- протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 07.11.2016, в ходе которого были получены образцы крови ФИО3 на марлевый тампон (т.1 л.д.230);

- заключением эксперта № 1149 от 15.12.2016, согласно которому кровь трупа ФИО7 группы А?, Нр 1-1. Кровь обвиняемого ФИО3 группы А?, Нр 2-1. На представленных на экспертизу: полотенце розовом, пластиковой бело-синей ручке от ножа, футболке черного цвета с логотипом «PUMA», спортивных штанах темного цвета, паре носков белого цвета, лезвии ножа голубого цвета обнаружена кровь человека, при определении групповой принадлежности которой по системам AB0 и Hp получены следующие результаты исследования: в пятнах на лезвии ножа голубого цвета, полотенце, в части пятен на футболке, штанах, в пятнах на паре белых носков установлена кровь группы А?, Нр 1-1, которая могла произойти от потерпевшей ФИО7 и не могла произойти от обвиняемого ФИО3; в остальных пятнах на полотенце, футболке, штанах, паре белых носков и на пластиковой бело-синей ручке от ножа установлена кровь группы А?. Дифференцирование по системе Hp указанных пятен крови не проводили в виду дефицита диагностических реагентов в отделении, исследование на установление половой принадлежности не проводили в виду непригодности пятен для данного вида исследования. Таким образом, кровь в вышеуказанных пятнах могла произойти от потерпевшей ФИО7 в пределах системы АВ0, исключить происхождение крови в этих пятнах от обвиняемого ФИО3 не представляется возможным (т.1 л.д.232-234);

- протоколом осмотра мобильного телефона марки «Microsoft» со следами пятен бурого цвета на задней панели, бюстгальтера, пропитанного веществом бурого цвета, имеющего сквозное повреждение на правой чашечке, лезвия и рукоятки от ножа с красноватыми пятнами, полотенца с пятнами коричневого цвета, пары носков, подошвенная часть которых практически сплошь пропитана темно-красными пятнами, футболки с логотипом «PUMA», на передней поверхности и на правом рукаве которой имеются множественные темно-красные пятна неопределенной формы, штанов с множественными красновато-коричневыми пятнами неопределенной формы на передней лицевой поверхности (т.1 л.д.240-246);

- постановлением о признании и приобщении к уголовному делу осмотренных предметов в качестве вещественных доказательств (т.1 л.д.247-248);

- заключением комиссии экспертов № Б-1531/2016 от 09.12.2016, согласно которому у ФИО3 имеется психическое расстройство в форме синдрома зависимости, вызванного употреблением наркотических средств из группы опиоидов второй (средней) стадии. Проявления наркотической зависимости не лишают ФИО3 возможности осознавать фактический характер, общественную опасность своих действий и руководить ими, так как он понимает противоправность и наказуемость инкриминируемого деяния, способен предвидеть последствия своих поступков и не обнаруживает интеллектуальной недостаточности. Как следует из материалов уголовного дела и данных настоящего исследования, в период времени, относящийся к инкриминируемому ему деянию, ФИО3 не находился в состоянии временного психического расстройства, в том числе патологического аффекта, а пребывал в состоянии простого (непатологического) опьянения, и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время ФИО3 также может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Он способен ко времени производства по уголовному делу понимать характер и значение уголовного судопроизводства и своего процессуального положения либо к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию процессуальных прав и обязанностей. Психическое состояние ФИО3 позволяет осуществлять принадлежащие ему и предусмотренные ст.47 УПК РФ права. Психическое расстройство испытуемого не связано с опасностью для себя или других лиц, либо с возможностью причинения иного существенного вреда. По своему психическому состоянию ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается. ФИО3 нуждается в лечении по поводу наркомании, лечение не противопоказано. Психологический анализ материалов уголовного дела, данных экспериментального исследования и направленной беседы с испытуемым, позволяет установить, что эмоционально обусловленный выбор агрессивного поведения ФИО3 не определялся разрядкой выраженных эмоций в динамике аффективной реакции, с проявлениями аффективной суженности сознания и ограничением восприятия. После содеянного также не отмечалось и признаков постаффективной астении. Психоэмоциональное напряжение испытуемого характеризовалось реализацией агрессии в рамках гневливой реакции, в соответствии с особенностями его личностного функционирования, усугубленных алкогольным опьянением. На основании изложенного следует, что в момент совершения инкриминируемого ему деяния ФИО3 в состоянии физиологического аффекта не находился. В противоправном поведении ФИО3 нашли своё отражение такие его индивидуально-психологические особенности, как эмоционально-волевая нестабильность с самовзвинчиванием и самопопустительством, сниженные контрольно-регуляторные механизмы и критические способности, недостаточность руководства социальными нормами, но существенного влияния на осознанность его поведения не оказывали (т.1 л.д.257-260).

Оценивая заключения экспертов, суд находит их полными, мотивированными и обоснованными. У суда нет оснований сомневаться в достоверности выводов экспертов, поскольку экспертизы проведены с соблюдением требований закона, заключения даны компетентными и квалифицированными экспертами, их выводы мотивированы и ясны, в связи с чем, суд признает заключения экспертов относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

На основании исследованных доказательств суд считает установленным, что подсудимый совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, при обстоятельствах, указанных в описательной части настоящего приговора.

Суд считает установленным, что данное преступление совершено именно подсудимым ФИО3, который своей причастности к совершенному преступлению не отрицал.

При этом, признание ФИО3 своей вины в совершении данного преступления, изложенное им в протоколе явки с повинной от 07.11.2016, в ходе проведения проверки показаний на месте, а также при его допросах в ходе предварительного следствия, может быть положено в основу приговора, поскольку оно подтверждается совокупностью представленных стороной обвинения доказательств:

- показаниями потерпевшей ФИО4, которая непосредственно после совершения преступления видела ФИО3 с ребенком, когда они садились в такси недалеко от дома подсудимого;

- показаниями потерпевших ФИО5 и ФИО6, пояснивших, что об убийстве ФИО7 подсудимым им стало известно от родственников ФИО3, а также пояснивших, как и свидетели ФИО16 №2, ФИО16 №6 и ФИО19, что ранее ФИО3 применял насилие к потерпевшей;

- показаниями свидетелей ФИО16 №1 и ФИО16 №6, из которых следует, что 06.11.2016 в вечернее время ФИО3 и ФИО7 с сыном находились у них в гостях, откуда ушли около 21-22 часов домой к ФИО3, а также показаниями свидетеля ФИО12, сообщившего аналогичную информацию и пояснившего, кроме того, о том, что он проводил ФИО7, ФИО3 и их сына до подъезда подсудимого и поехал домой, а через 20-30 минут со слов своей матери узнал, что ФИО3 убил потерпевшую, о чем он рассказал, когда привез ребенка в дом матери;

- показаниями свидетеля ФИО16 №9, пояснившего, что 06.11.2016 около 22 часов ФИО3 привез сына Славу, сказал, что убил ФИО7 и уехал сдаваться в полицию, а также свидетеля ФИО17, пояснившей аналогичные обстоятельства, которые ей стали известны со слов ее супруга ФИО16 №9;

- показаниями непосредственного очевидца преступления – несовершеннолетнего свидетеля ФИО10, согласно которым он слышал, как папа ругался на маму, после чего увидел, что папа, сидя на ней сверху, бил ее руками по лицу, а затем взял ее за шею и стал душить, после чего мама перестала плакать и шевелиться;

- показаниями свидетеля ФИО16 №5, пояснившего о том, что ФИО3 ревновал ФИО7 к другим мужчинам, в частности, к нему, а также показаниями свидетеля ФИО18, согласно которым ей было известно, что ФИО3 ревновал ФИО7, и что за ней ухаживал ФИО16 №5 (что подтверждает показания ФИО3 о наличии у него чувства ревности к потерпевшей, которое явилось мотивом совершения преступления);

- показаниями свидетеля ФИО16 №7 – соседки подсудимого, которая слышала 06.11.2016 около 22 часов крики ФИО7 и плач ребенка из квартиры ФИО3;

- протоколами осмотра места происшествия, в ходе которого в квартире ФИО3 на ковре в комнате был обнаружен труп ФИО7 с признаками насильственной смерти, а также обнаружены следы крови, рукоятка и лезвие ножа со следами вещества бурого цвета (что подтверждает, что именно квартира подсудимого являлась местом совершения преступления);

- заключением эксперта № 2690 от 05.12.2016, установившего причину смерти потерпевшей от механической странгуляционной асфиксии, развившейся в результате сдавления шеи пальцами рук, а также установившего комплекс иных повреждений, в частности, колото-резаных ран и повреждений в области лица и тела (что соотносится с показаниями ФИО3, подробно пояснившего о совершении им конкретных действий, в результате которых могли быть причинены обнаруженные при исследовании трупа повреждения);

- заключением эксперта № 1149 от 15.12.2016 с выводами о том, что в пятнах на лезвии ножа, изъятом с места происшествия, а также на одежде, в которой ФИО3, по его показаниям, находился в момент совершения преступления, а именно: на футболке, штанах, паре носков обнаружена кровь человека, которая могла произойти от потерпевшей ФИО7 и не могла произойти от подсудимого ФИО3 (что подтверждает показания ФИО3 о совершении именно им данного преступления, а также о нанесении обнаруженных у потерпевшей колото-резаных ран лезвием указанного ножа).

Указанные доказательства, по мнению суда, наряду с признанием вины самим подсудимым, достаточным образом подтверждают событие преступления, виновность ФИО3 в его совершении и наличие у него мотива для совершения убийства ФИО7 – неприязненные отношения, возникшие на почве ревности.

Таким образом, судом установлено, что признание ФИО3 своей вины в совершении преступления получено в соответствии с требованиями закона и самооговором подсудимого не является.

Оценивая показания ФИО3 в ходе предварительного следствия, суд считает, что они в целом последовательны и непротиворечивы, а потому суд расценивает их в качестве достоверных.

На основании исследованных доказательств судом достоверно установлено, что ФИО3, на почве возникших в ходе ссоры личных неприязненных отношений к потерпевшей ФИО7, действуя умышленно, с целью убийства, нанес потерпевшей ФИО7 не менее двенадцати ударов руками по лицу и телу, два удара ножом в область локализации жизненно важных органов – грудной клетки, а также один удар по левому плечу, после чего схватил пальцами рук за шею потерпевшую ФИО7 и с усилием стал сдавливать органы шеи потерпевшей, препятствуя тем самым поступлению воздуха в легкие, удерживая ее в таком положении до тех пор, пока она не перестала подавать признаки жизни, тем самым убил ее.

Факт нанесения потерпевшей не менее двенадцати ударов руками по лицу и телу, нанесения ей двух ударов ножом в грудь и одного удара в левое плечо, а также совершения действий по удушению потерпевшей подтверждается показаниями ФИО3, пояснившего о том, что он действительно нанес потерпевшей 3 удара ножом в указанные области, душил ее, и не исключающего, что перед тем, как задушить потерпевшую, он нанес ей не менее двенадцати ударов по лицу и телу руками; заключением эксперта № 2690 от 05.12.2016, установившего количество воздействий в область лица и тела тупыми твердыми предметами, какими могла быть рука, а также срок образования указанных повреждений – за 1-3 часа до наступления смерти, а также показаниями свидетелей ФИО16 №1, ФИО16 №2, ФИО16 №6, пояснивших об отсутствии у потерпевшей телесных повреждений непосредственно перед совершением преступления.

Суд считает, что, нанося потерпевшей ФИО7 множественные удары руками по лицу и телу, удары ножом в область локализации жизненно важных органов – грудной клетки, а также сдавливая пальцами рук шею потерпевшей, препятствуя тем самым поступлению воздуха в легкие, ФИО3 осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде смерти потерпевшей и желал ее наступления.

При этом, доводы ФИО3, приведенные им в последнем слове, о том, что у него не было умысла совершать убийство потерпевшей, суд признает полностью несостоятельными, вызванными чувством страха перед предстоящим наказанием и попыткой смягчить его. Наличие у подсудимого прямого умысла на совершение преступления достаточным образом подтверждается совокупностью исследованных доказательств и показаниями самого ФИО3 в ходе предварительного следствия, из которых следует, что он совершал указанные выше действия в отношении потерпевшей с целью причинения ей смерти, понимал возможность наступления смерти потерпевшей от своих действий и желал, чтобы она умерла. Кроме того, длина раневых каналов колото-резаных ран в области грудной клетки (около 15 см), установленная заключением эксперта № 2690 от 05.12.2016, превышает длину лезвия ножа, обнаруженного на месте происшествия (12,5 см), что, по мнению суда, свидетельствует о том, что данные удары наносились в область жизненно важных органов целенаправленно, с приложением значительной силы, достаточной для полного погружения лезвия в тело потерпевшей на глубину, большую, чем его длина, и были направлены именно на причинение смерти потерпевшей, однако поскольку от данных действий смерть потерпевшей не наступила, подсудимый с целью доведения до конца умысла на убийство потерпевшей совершил ее удушение.

На основании представленных стороной обвинения и непосредственно исследованных в судебном заседании доказательств суд приходит к выводу о том, что вина ФИО2 полностью установлена и доказана в судебном заседании. Суд квалифицирует действия ФИО3 по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

При назначении наказания подсудимому ФИО3 суд, в соответствии со ст.6 УК РФ, ч.3 ст.60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, обстоятельства, смягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В качестве данных о личности подсудимого суд учитывает, что ФИО3 не судим, на учетах у психиатра и нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется в целом положительно, на момент совершения преступления работал, то есть занимался общественно полезным трудом, согласно заключению комиссии экспертов № Б-1531/2016 от 09.12.2016 страдает психическим расстройством, не исключающим вменяемости, в форме синдрома зависимости, вызванного употреблением наркотических средств из группы опиодов второй (средней) стадии, и нуждается в лечении по поводу наркомании, которое ему не противопоказано.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает полное признание вины подсудимым, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, в совершении которого ФИО3 сразу признался и правдиво рассказал об обстоятельствах совершенного преступления, явку ФИО3 с повинной, принесение потерпевшим извинений, отсутствие судимости на момент совершения преступления, положительную характеристику с места жительства, крайне неудовлетворительное состояние здоровья ФИО3, страдающего рядом тяжелых заболеваний, а также психическое расстройство, не исключающее вменяемости, в соответствии со ст.22 УК РФ.

Кроме того, в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, суд учитывает наличие у ФИО3 малолетнего ребенка, поскольку данное обстоятельство прямо предусмотрено ч.1 ст.61 УК РФ, при этом ФИО3, хотя и лишен родительских прав по решению суда, однако данное решение им обжаловано и на дату постановления приговора не вступило в законную силу. Установление же факта нахождения ребенка на иждивении виновного не является обязательным для признания данного обстоятельства смягчающим наказание.

Вопреки доводам подсудимого, оснований для признания смягчающим наказание обстоятельством – противоправность или аморальность поведения потерпевшей, явившегося поводом к совершению преступления, суд не находит, поскольку в ходе судебного разбирательства достоверно установлено, что на момент совершения преступления подсудимый и потерпевшая совместно не проживали, общее хозяйство не вели, расстались за два месяца до происшедшего, в связи с чем, наличие либо отсутствие у потерпевшей интимных отношений с другими мужчинами не может свидетельствовать об аморальности либо противоправности ее поведения.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО3, суд не усматривает.

Оснований для признания таковым совершения преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, суд не находит, исходя из показаний ФИО3 в судебном заседании, пояснившего, что состояние опьянения не послужило поводом для совершения им преступления и этому не способствовало.

Не усматривает суд и оснований для признания в качестве отягчающих наказание ФИО3 таких обстоятельств, как наступление тяжких последствий в результате совершения преступления и совершение преступления с особой жестокостью, как об этом просила потерпевшая ФИО4, поскольку наступление тяжких последствий в виде смерти потерпевшей охватывается диспозицией ч.1 ст.105 УК РФ и не может быть повторно учтено при назначении наказания, а совершение преступления с особой жестокостью является квалифицированным составом убийства, обвинение в совершении которого ФИО3 не предъявлялось, и суд не вправе выйти за пределы предъявленного подсудимому обвинения.

Оснований для применения при назначении наказания ФИО3 правил ст.64 УК РФ судом не усматривается, поскольку по делу не установлено наличие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд не усматривает оснований для применения ч.6 ст.15 УК РФ, то есть изменения категории преступления на менее тяжкую.

Учитывая наличие по делу обстоятельств, предусмотренных п. «и» ч.1 ст.61 УК РФ, и отсутствие отягчающих обстоятельств, при назначении наказания ФИО3 суд применяет положения ч.1 ст.62 УК РФ.

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные, характеризующие личность подсудимого, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, суд считает, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления подсудимого и предупреждения совершения им новых преступлений наказание ФИО3 следует назначить в виде реального лишения свободы, поскольку только такой вид наказания, по мнению суда, будет способствовать достижению целей уголовного наказания, перечисленных в ч.1 ст.43 УК РФ.

Исходя из характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, суд считает, что оснований для назначения ФИО3 наказания с применением ст.73 УК РФ не имеется.

Суд считает нецелесообразным назначение ФИО3 дополнительного наказания в виде ограничения свободы, исходя из данных о личности подсудимого и совокупности смягчающих обстоятельств.

В соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ суд назначает отбывание наказания подсудимому в исправительной колонии строгого режима, поскольку ФИО3, ранее не отбывавший лишение свободы, осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления.

Судом установлено, что после совершения преступления по настоящему делу ФИО3 осужден 06.12.2016 Рудничным районным судом г.Кемерово по п. «а,б» ч.2 ст.158 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, с применением ст.73 УК РФ условно с испытательным сроком 2 года. Принимая во внимание, что реальное и условное наказания не могут быть сложены на основании ч.5 ст.69 УК РФ, суд считает, что приговор Рудничного районного суда г.Кемерово от 06.12.2016 в отношении ФИО3 следует исполнять самостоятельно.

В соответствии с заключением комиссии экспертов № Б-1531/2016 от 09.12.2016, у ФИО3 имеется психическое расстройство в форме синдрома зависимости, вызванного употреблением наркотических средств из группы опиоидов второй (средней) стадии. Психическое расстройство испытуемого не связано с опасностью для себя или других лиц, либо с возможностью причинения иного существенного вреда. По своему психическому состоянию ФИО3 в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается, однако нуждается в лечении по поводу наркомании, которое ему не противопоказано.

Согласно ч.2 ст.99 УК РФ, лицам, осужденным за преступления, совершенные в состоянии вменяемости, но нуждающимся в лечении психических расстройств, не исключающих вменяемости, суд наряду с наказанием может назначить принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях, которая в силу ч.1 ст.104 УПК РФ исполняется по месту отбывания лишения свободы.

Принимая во внимание изложенное, суд считает необходимым на основании п. «в» ч.1 ст.97 УК РФ, п. «а» ч.1 ст.99 УК РФ, ч.2 ст.99 УК РФ, ст.100 УК РФ назначить ФИО3 наряду с наказанием принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях в соответствии с заключением эксперта.

По делу потерпевшими заявлены исковые требования:

- ФИО4 – о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей, материального ущерба, связанного с расходами по погребению, в сумме 140 079 рублей, расходов по оказанию юридических услуг по составлению гражданского иска в размере 5 000 рублей (т.1 л.д.41-42);

- ФИО5 – о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей, расходов по оказанию юридических услуг в размере 40 000 рублей, расходов за составление нотариальной доверенности в размере 1 500 рублей (т.1 л.д.65-67);

- ФИО6 – о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в размере 2 000 000 рублей, расходов по оказанию юридических услуг в размере 10 000 рублей (т.1 л.д.88-90).

В судебном заседании потерпевшие ФИО4, ФИО5, ФИО6 как гражданские истцы на исковых требованиях настаивали в полном объеме. Потерпевшая ФИО4 пояснила, что преступлением ей причинен моральный вред, т.к. она потеряла родного для себя человека, с сестрой они общались каждый день, помогали друг другу, сейчас она страдает от бессонницы, тяжело переживает случившееся. Потерпевшая ФИО5 пояснила, что после смерти дочери ей плохо до сих пор, она не может спать, везде видит дочь, с которой у них были доверительные отношения, дочь всегда о ней заботилась и помогала, в настоящее время у нее ухудшилось состояние здоровья, вследствие чего она проходила лечение в больнице (что подтверждено медицинскими документами). Также потерпевшая ФИО4 пояснила, что между сестрами всегда были дружеские отношения, они всегда всем делились друг с другом, помогали друг другу. Потерпевшая ФИО6 пояснила, что причиненный моральный вред выразился в том, что ФИО3 лишил её близкого человека, после произошедшего у неё пропало грудное молоко, она перестала спать ночами, очень тоскует по сестре, с которой у них были доверительные отношения, они общались очень близко каждый день, помогали друг другу.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании исковые требования всех потерпевших о взыскании компенсации морального вреда не признал, расходы на погребение, понесенные потерпевшей ФИО4, признал не в полном объеме, считая их завышенными, требования о взыскании расходов по оказанию юридических услуг и на оплату нотариальной доверенности: потерпевших ФИО4 и ФИО5 – не признал, потерпевшей ФИО6 признал не в полном объеме, в размере 3 000 рублей.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п.2 ст.1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Принимая во внимание характер и степень нравственных страданий, причиненных каждой потерпевшей вследствие потери родного человека (дочери и сестры), степень близости, тесноты их общения с погибшей, взаимности по проявлению заботливости и внимательности, оказанию поддержки и помощи друг другу, невосполнимость, боль утраты и глубину переживаний, повлекших ухудшение состояния их здоровья, а также учитывая материальное положение подсудимого, являющегося трудоспособным, имеющего объективную возможность выплатить компенсацию морального вреда, в том числе посредством получения дохода от работы в условиях исправительного учреждения либо после освобождения из него, а также посредством обращения взыскания на принадлежащее ему имущество, исходя из требований разумности и справедливости, суд считает необходимым удовлетворить требования потерпевших о взыскании с подсудимого компенсации морального вреда частично: потерпевших ФИО4 и ФИО6 – в размере 250 000 рублей в пользу каждой; потерпевшей ФИО5 – в размере 1 000 000 рублей.

Суд считает, что требование потерпевшей ФИО4 о взыскании с ФИО3 материального ущерба, связанного с расходами по погребению, в сумме 140 079 рублей, также подлежит частичному удовлетворению.

В соответствии со ст.1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Суд признает необходимыми расходы потерпевшей ФИО4 на приобретение ритуальных принадлежностей, живых цветов на могилу, одежды и обуви для погребения умершей, расходы за услуги работников ритуальной службы, транспортные расходы по перевозке тела умершей из морга к дому ее матери и на кладбище, затраты на поминальный обед (продукты и обслуживание), поскольку указанные расходы непосредственно связаны с погребением ФИО7, что сомнений у суда не вызывает.

В то же время, суд не находит оснований для возмещения ФИО4 расходов на приобретение спиртного – водки на сумму 7 996 рублей, поскольку данные расходы не относятся к расходам на погребение, не предусмотрены ритуалом погребения по православной или иной вере.

Таким образом, сумма материального ущерба, связанного с расходами по погребению, подлежащая взысканию с подсудимого ФИО3 в пользу ФИО4, составляет <данные изъяты> копеек, согласно представленным квитанциям и товарно-кассовым чекам.

Что касается требований потерпевших о взыскании с ФИО3 расходов по оказанию юридических услуг, а также расходов за составление нотариальной доверенности, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что в рамках заключенных договоров на оказание юридических услуг потерпевшими по квитанциям оплачены следующие услуги: ФИО4 за составление искового заявления в сумме 5 000 рублей (т.1 л.д.48, 49), ФИО5 за составление ходатайства о признании потерпевшей, за составление искового заявления и за участие в суде первой инстанции в общей сумме 40 000 рублей (т.1 л.д.69, 70), ФИО6 за составление ходатайства о признании потерпевшей и за составление искового заявления в общей сумме 10 000 рублей (т.1 л.д.91, 92).

Суд считает, что стоимость оказания юридических услуг в отношении всех потерпевших является явно завышенной и не соответствует характеру, сложности и объему оказанных услуг.

Исходя из фактического объема оказанных юридических услуг, суд считает необходимым снизить размер указанных расходов и взыскать с подсудимого расходы по оказанию юридических услуг в разумных пределах: в пользу ФИО4 в размере 1 500 рублей, в пользу ФИО5 в размере 15 000 рублей, в пользу ФИО6 в размере 3 000 рублей.

Суд считает, что требование потерпевшей ФИО5 о взыскании с ФИО3 расходов за составление нотариальной доверенности в размере 1 500 рублей удовлетворению не подлежит, поскольку ФИО5 выдана общая доверенность на представителя ФИО20, имеющую полномочия по представлению интересов потерпевшей при рассмотрении любого дела, а не конкретного уголовного дела в отношении ФИО3 в суде первой инстанции.

Суд считает, что вещественные доказательства по уголовному делу: полотенце розовое со следами красно-бурого цвета, пластиковую бело-синюю ручку от ножа, футболку черного цвета с логотипом «PUMA», спортивные штаны темного цвета, пару носков белого цвета, лезвие ножа голубого цвета со следами бурого цвета, бюстгальтер черного цвета – следует уничтожить, как не представляющие материальной ценности.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст.296-300, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО3 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, исчисляя срок наказания с 01.03.2017.

Зачесть в срок наказания время содержания ФИО3 под стражей до судебного разбирательства с 07.11.2016 по 28.02.2017 включительно.

Меру пресечения в виде заключения под стражу ФИО3 оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. ФИО3 этапировать и содержать в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Кемеровской области.

Приговор Рудничного районного суда г.Кемерово от 06.12.2016 в отношении ФИО3 исполнять самостоятельно.

На основании п. «в» ч.1 ст.97 УК РФ, п. «а» ч.1 ст.99 УК РФ, ч.2 ст.99 УК РФ, ст.100 УК РФ назначить ФИО3 принудительную меру медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психиатра в амбулаторных условиях (по поводу психического расстройства в форме синдрома зависимости, вызванного употреблением наркотических средств из группы опиоидов второй (средней) стадии).

Исковые требования ФИО4, ФИО5, ФИО6 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО4:

- компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>

- материальный ущерб, связанный с расходами по погребению, в сумме <данные изъяты>

- расходы по оказанию юридических услуг в размере <данные изъяты>

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО5:

- компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>

- расходы по оказанию юридических услуг в размере <данные изъяты>

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО6:

- компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>

- расходы по оказанию юридических услуг в размере <данные изъяты>

В удовлетворении исковых требований ФИО4, ФИО5, ФИО6 в остальной части отказать.

Вещественные доказательства по уголовному делу: полотенце розовое со следами красно-бурого цвета, пластиковую бело-синюю ручку от ножа, футболку черного цвета с логотипом «PUMA», спортивные штаны темного цвета, пару носков белого цвета, лезвие ножа голубого цвета со следами бурого цвета, бюстгальтер черного цвета – уничтожить, как не представляющие материальной ценности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровском областном суде в течение 10 суток со дня провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Разъяснить осужденному, что в случае подачи на приговор апелляционного представления или жалобы он имеет право подать на них свои возражения в письменном виде, то есть довести до суда апелляционной инстанции свою позицию, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, вправе иметь защитника для участия в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья: <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>