Решение № 2-5525/2017 2-5525/2017~М-2592/2017 М-2592/2017 от 28 июня 2017 г. по делу № 2-5525/2017

Дело № 2-5525\2017

Мотивированное
решение изготовлено 29 июня 2017 года

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Екатеринбург 28 июня 2017 г.

Ленинский районный суд г. Екатеринбурга Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Васильковой О.М.,

при секретаре Комбаровой Т.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Администрации г.Екатеринбурга, ООО «Праведа» об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к Администрации г.Екатеринбурга и ООО «Праведа» об истребовании из чужого незаконного владения в отношении подвальных помещений по <адрес> общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номера на поэтажном плане: <данные изъяты> кадастровый номер <данные изъяты> общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты> общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты> кадастровый номер <данные изъяты>), с передачей данных объектов во владение собственников помещений многоквартирного жилого дома <адрес>

В обоснование заявленного иска указано, что истцы являются правообладателями жилых помещений многоквартирного жилого дома <адрес> являющегося также объектом культурного наследия областного значения. Спорные помещения являются вспомогательным имуществом, предназначенным для успешного функционирования других жилых и нежилых помещений данного многоквартирного дома. Принятие данных помещений в муниципальную собственность является незаконным, так как в силу прямого назначения, использования с момента ввода дома в эксплуатацию они использовались и должны быть использованы исключительно в качестве общего имущества собственников помещений многоквартирного дома. При этом о нарушении своих прав истцы узнали в <данные изъяты> в связи с передачей Администрацией г.Екатеринбурга в пользование на основании договора аренды спорных помещений ООО «Праведа». С указанного времени вход в помещения ограничен, что является непосредственной угрозой для нормального функционирования инженерных и иных систем, предназначенных для обслуживания многоквартирного дома.

В судебном заседании представитель истца ФИО1, ФИО3 на иске настаивали по предмету и основаниям, изложенным в исковом заявлении, указав, что спорные помещения с момента первичной приватизации и до настоящего времени используются как вспомогательные, предназначенные для обслуживания всего дома, в них находились инженерные системы и узлы управления ими, запорная арматура, краны и ввод общедомовыми приборами учета системы ГВС и ХВС. Также истцы обратили внимание на то, что собственники несут затраты на содержание подвальных помещений, оплату коммунальных услуг, например по электроэнергии, индивидуальные приборы учета коммунальных услуг в данных помещениях отсутствуют. После заключения договора аренды арендатор ООО «Праведа» без разрешительной документации, силами организации, не имеющей лицензию на осуществление деятельности по сохранению объекта культурного наследия начал проведение строительных работ разрушительными методами. Остановить опасные работы удалось только после вмешательства прокуратуры и вынесения предписания о немедленном приостановлении строительных работ в помещениях. Администрация г.Екатеринбурга не учла, что ответ БТИ, на который она ссылается в обоснование имеющихся возражений, касается совершенно иных объектов. Проектная документация, акт государственной приемки в эксплуатацию в отношении спорных помещений не представлены. Истцы настаивали на том, что жилой дом в результате действий ответчика лишен надлежащего технического обслуживания, а его жители - комфортной среды обитания и гарантий безопасного проживания.

В судебном заседании представитель ответчика администрации г.Екатеринбурга просила в удовлетворении иска отказать, так как истцами, во-первых, пропущен срок исковой давности, а во-вторых, согласно представленной технической документации на момент первой приватизации спорные помещения использовались исключительно в качестве конторских, мастерских.

В судебном заседании представитель третьего лица МКУ «Екатеринбургский центр по охране и использованию исторического и культурного наследия» позицию Администрации г.Екатеринбурга поддержал.

В судебное заседание не явились иные лица, участвующие в деле – ФИО2, представитель ООО «Праведа», о рассмотрении дела извещались в соответствии с требованиями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации путем направления судебных извещений заказной почтой с уведомлением.

Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, исследовав материалы дела, суд отказывает в удовлетворении иска по следующим основаниям.

Судом установлено, что истцы являются собственниками помещений в многоквартирном доме <адрес>

Спорными помещениями являются нежилые помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номера на поэтажном плане: <данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты>), общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты> кадастровый номер <данные изъяты>), общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты> кадастровый номер <данные изъяты>) <адрес>

В соответствии со ст. 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Удовлетворение иска об истребовании имущества из чужого незаконного владения может быть произведено при наличии доказательств незаконности владения ответчиком спорным имуществом, отсутствия обязательственных отношений между сторонами по поводу спорного имущества и фактического нахождения истребуемого имущества у ответчика.

Статьей 289 Гражданского кодекса РФ определено, что собственнику квартиры в многоквартирном доме наряду с принадлежащим ему помещением, занимаемым под квартиру, принадлежит также доля в праве собственности на общее имущество дома.

В соответствии с п. 1 ст. 290 Гражданского кодекса РФ собственникам квартир в многоквартирном доме принадлежат на праве общей долевой собственности общие помещения дома, несущие конструкции дома, механическое, электрическое, санитарно-техническое и иное оборудование за пределами или внутри квартиры, обслуживающее более одной квартиры.

В силу ч. 1 ст. 36 Жилищного кодекса РФ собственникам помещений в многоквартирном доме принадлежит на праве общей долевой собственности общее имущество в многоквартирном доме, а именно: - помещения в данном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного помещения в данном доме, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, технические этажи, чердаки, подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного помещения в данном доме оборудование (технические подвалы); иные помещения в данном доме, не принадлежащие отдельным собственникам и предназначенные для удовлетворения социально-бытовых потребностей собственников помещений в данном доме, включая помещения, предназначенные для организации их досуга, культурного развития, детского творчества, занятий физической культурой и спортом и подобных мероприятий.

Состав общего имущества в многоквартирном доме также определен Правилами содержания общего имущества в многоквартирном доме, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 13 августа 2006 года N 491, согласно которым в состав общего имущества включаются помещения в многоквартирном доме, не являющиеся частями квартир и предназначенные для обслуживания более одного жилого (или) нежилого помещения в этом доме, то есть помещения общего пользования, в том числе межквартирные лестничные площадки, лестницы, лифты, лифтовые и иные шахты, коридоры, колясочные, чердаки, технические этажи (включая построенные за счет средств собственников помещений встроенные гаражи и площадки для автомобильного транспорта, мастерские, технические чердаки) и технические подвалы, в которых имеются инженерные коммуникации, иное обслуживающее более одного жилого и (или) нежилого помещения в многоквартирном доме оборудование (включая котельные, бойлерные, элеваторные узлы и другое инженерное оборудование).

Как указал Конституционный Суд РФ в Определении от 19 мая 2009 года 489-О-О, к общему имуществу домовладельцев относятся помещения, не имеющие самостоятельного назначения, одновременно в многоквартирном доме могут быть и иные помещения, которые предназначены для самостоятельного использования, они являются недвижимыми вещами как самостоятельные объекты гражданских прав, в силу чего их правовой режим отличается от правового режима помещений, установленного в пункте 1 статьи 290 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 36 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Из содержания статей 37 и 38 Жилищного кодекса РФ следует, что доля в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме собственника помещения в этом доме следует судьбе права собственности на указанное помещение, при приобретении в собственность помещения в многоквартирном доме приобретателю переходит доля в праве общей собственности на общее имущество в многоквартирном доме, запрещена передача этой доли отдельно от права собственности на указанное помещение.

Согласно пункту 2 Постановления Верховного Совета РФ от 27 декабря 1991 года N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", объекты государственной собственности, указанные в Приложении 3 (жилой и нежилой фонды) к настоящему Постановлению, независимо от того, на чьем балансе они находятся, передаются в муниципальную собственность городов (кроме городов районного подчинения) и районов (кроме районов в городах).

Согласно свидетельствам о государственной регистрации права от <данные изъяты> право муниципальной собственности на нежилые помещения общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номера на поэтажном плане: <данные изъяты> кадастровый номер <данные изъяты>), общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты>), общей площадью <данные изъяты> кв.м. (номер на поэтажном плане: <данные изъяты>, кадастровый номер <данные изъяты><адрес> зарегистрировано на основании Постановления Главы города Екатеринбурга № 696 от 19 июля 1999 г., Постановления Главы города Екатеринбурга № 586 от 25 мая 2004 года.

В соответствии со свидетельством о государственной регистрации права от <данные изъяты> нежилые помещения, расположенные в жилом строении литер <данные изъяты> назначение: нежилое, общей площадью <данные изъяты> кв.м., номера на плане: подвал – помещения <данные изъяты> дома <адрес> являются муниципальной собственностью.

Согласно вышеназванным Постановлениям в соответствии с Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации», Указами Президента Российской Федерации от 22.12.1993 № 3265 «О гарантиях местного самоуправления в Российской Федерации», распоряжением Госкомимущества РФ от 05.02.1993 № 217-р «Об упорядочении процесса учета и разграничения прав собственности на нежилые помещения» был утвержден перечень нежилых помещений, закрепляемых в муниципальную собственность. В данный перечень также вошли и спорные объекты.

Согласно сведениям МУ «Екатеринбургский Центр по охране и использованию исторического и культурного наследия» дом <адрес> является объектом культурного наследия на основании Постановления от 28 августа 2014 № 740-ПП «О включении выявленных объектов культурного наследия, расположенных в городе Екатеринбурге, в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, как «<данные изъяты>й Дом горсовета, <данные изъяты><данные изъяты> архитектор ФИО4».

<данные изъяты> в отношении помещений <данные изъяты> с ООО «Праведа» заключен договор аренды. При этом согласно п. 3.2.18 арендатор обязался обеспечивать представителям арендодателя и обслуживающей организации беспрепятственный доступ на объект для его осмотра и проверки соблюдения условий договора с участием представителя арендатора.

<данные изъяты> ООО «Праведа» выдано Департаменту по управлению муниципальным имуществом охранное обязательство пользователя объекта культурного наследия местного (муниципального) значения.

Согласно ответу БТИ первая приватизация в жилом доме произведена <данные изъяты>

Согласно справке Администрации г.Екатеринбурга первый договор передачи квартиры <адрес> в собственность граждан заключен <данные изъяты><данные изъяты>

Согласно технической информации ЕМУП БТИ по состоянию на <данные изъяты> назначение подвала, помещений <данные изъяты> было определено по состоянию на <данные изъяты><данные изъяты> как – мастерские, конторское. При этом без каких-либо ограничений и исключений. Назначение указано в отношении всех помещений.

Суду представлен ответ БТИ г.Екатеринбурга, согласно которому по данным обследования на <данные изъяты> общая площадь описываемых помещений составляет <данные изъяты> кв.м., помещения используются в качестве конторских, творческих мастерских, производственных и торговых.

Представителем истца была дана критическая оценка технической экспликации в связи с отсутствием достоверных данных о том, что эта техническая документация составлена именно в отношении спорных объектов, однако в свою очередь, доказательства, опровергающие представленные ответчиком сведения, истцами не представлены. Техническая экспликация также соответствует иным данным, представленным, в том числе из БТИ г.Екатеринбурга.

Согласно экспликации помещения <данные изъяты> определены как мастерские, <данные изъяты> – кладовая<данные изъяты> – лестничная клетка.

Доказательства того, что помещение <данные изъяты> относится к общему имуществу собственников помещений многоквартирного дома суду не представлены. Сам по себе статус в качестве лестничной площади не может быть свидетельством того, что данного помещение не могло быть приобретено в собственность муниципального образования и то, что она или объекты, находящиеся на ней подлежат использованию исключительно в качестве общего имущества, для технического обслуживания помещений указанного многоквартирного дома.

В судебном заседании представитель ответчика поясняла, что ранее спорные помещения использовались ПЖРТ, с <данные изъяты> ЗАО «УК «РЭМП <данные изъяты> района» на основании договора безвозмездного пользования под размещение бытовки ЖУ 2, далее и на сегодняшний день используются на основании договора аренды.

В силу общих принципов гражданского судопроизводства суд принимает решение на основании достоверных, допустимых и относимых доказательств.

Таким образом, исходя из исследованных и указанных выше доказательств следует, что спорные помещения представляли собой самостоятельные объект и использовались на момент первой приватизации в качестве конторских и мастерских. При этом согласно представленной технической документации, сведения о назначении помещений касаются именно помещений, являющихся предметом спора. Доводы истцов о том, что ответы БТИ даны в отношении иных помещений, никакими доказательствами не подтверждены.

Истцы указали, что действиями администрации г.Екатеринбурга и ООО «Праведа» исключается доступ в помещения для надлежащего использования общего имущества и технического обслуживания дома, однако, во-первых, как пояснила представитель администрации г.Екатеринбурга, при заключении договоров аренды одним из условий заключения является обязанность арендатора предоставлять такой доступ. А во-вторых, собственники, при нарушении их прав на использование общего имущества наделены правом на предъявление требований об устранении препятствий в пользовании данным имуществом.

При этом при нарушении прав истцов на комфортное проживание, состояние дома, отвечающее санитарным и техническим требованиям, последние вправе обратиться, в том числе, в суд за защитой своих интересов. Избранный же способ судебной защиты при данных обстоятельствах является неверным, не влекующим восстановление нарушенных прав и законных интересов.

Представленные суду сведения о производимых начислениях и оплатах, в том числе в отношении подвальных помещений, достоверно не подтверждают факт исполнения указанных обязательств за собственника МО «город Екатеринбург». При уклонении собственника от несения обязанности по оплате коммунальных услуг и оплате данных услуг иными лицами, последние вправе обратиться с требованием о возмещении причиненных убытков. Однако относительно предмета разрешаемых требований, указанные истцами доводы не влекут за собой признание недействительным право собственности, приобретенное и зарегистрированное в установленном законом порядке.

Согласно нормам Закона РСФСР от 04.07.1991 N 1542-1 "О приватизации жилищного фонда в РСФСР", жилой дом, в котором была приватизирована хотя бы одна квартира (комната), утрачивал статус объекта, находящегося исключительно в муниципальной собственности. При этом правовой режим подвальных помещений, как относящихся или не относящихся к общей долевой собственности нескольких собственников помещений в таких жилых домах, должен определяться на дату приватизации первой квартиры в доме. Если по состоянию на указанный момент подвальные помещения жилого дома были предназначены (учтены, сформированы) для самостоятельного использования в целях, не связанных с обслуживанием жилого дома, и не использовались фактически в качестве общего имущества домовладельцами, то право общей долевой собственности домовладельцев на эти помещения не возникло.

Судом отклоняется довод истцов о том, что в принадлежащих ответчику помещениях расположены общедомовые коммуникации, иные объекты, предназначенные для обслуживания более одного помещения и направлены на нормальное содержание всего многоквартирного дома, соответственно помещения являются общим имуществом собственников помещений дома <адрес>, так как для определения правового режима подвальных помещений, как относящихся или не относящихся к общей долевой собственности нескольких собственников помещений, не имело и не имеет значения наличие в них инженерных коммуникацией, так как они расположены в каждом подвале и сами по себе не порождают право общей долевой собственности домовладельцев на помещения, уже выделенные для самостоятельного использования.

Суд также соглашается с возражением ответчика о пропуске истцами срока исковой давности.

Поскольку истцом был заявлен иск об истребовании имущества из чужого незаконного владения (виндикационный иск), к этим требованиям применяется общий срок исковой давности, который, в силу статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации составляет три года.

По общему правилу, предусмотренному п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в своих решениях, установление в законе общего срока исковой давности, т.е. срока для защиты интересов лица, право которого нарушено (статья 196 ГК Российской Федерации), а также последствий его пропуска (статья 199 того же Кодекса) обусловлено необходимостью обеспечить стабильность отношений участников гражданского оборота и не может рассматриваться как нарушающее какие-либо конституционные права (определения от 25 февраля 2010 года N 266-О-О, от 25 января 2012 года N 241-О-О, от 24 января 2013 года N 66-О, от 21 марта 2013 года N 450-О, от 29 марта 2016 года N 548-О и др.).

Как следует из материалов дела, в том числе договора безвозмездного пользования <данные изъяты>, заключенного ЗАО «УК «РЭМП <данные изъяты> района» муниципального имущества, спорные помещения с 2005 года передавались в пользование иным лицам, а в настоящее время используется на основании договора аренды ООО «Праведа».

Ранее в судебном заседании по рассмотрению иска об оспаривании регистрации права собственности в качестве свидетеля был допрошен ФИО5, который показал, что с помещения использовались в качестве служебных помещений ЗАО «УК «РЭМП <данные изъяты> района».

Таким образом, исходя из вышеуказанных обстоятельств, суд полагает, что о нарушении своего права истцы должны были узнать с <данные изъяты>

Поскольку ходатайств о восстановлении пропущенного срока исковой давности заявлено не было, уважительных причин пропуска не представлено, а пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием к отказу в иске, суд оставляет настоящий иск без удовлетворения.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 98, 196 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Иск оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме, с подачей апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Екатеринбурга

Судья О.М.Василькова