Апелляционное определение № 33-3275/2025 от 10 декабря 2025 г.

Председательствующий по делусудья ФИО1

Дело №33-3275/2025(в суде первой инстанции №2-493/2025)УИД 75RS0003-01-2025-000266-30


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Радюк С.Ю.,

судей краевого суда Казакевич Ю.А., Епифанцевой С.Ю.

с участием прокурора Бадмаевой А.Ж.

при секретаре Цыржиевой А.З.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г.Чите 11 декабря 2025 г. гражданское дело по иску ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетних В., Р., к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда

по апелляционным жалобам истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4

на решение Железнодорожного районного суда г.Читы от 27 июня 2025 г.

Заслушав доклад судьи Радюк С.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась с вышеназванным иском, мотивируя его тем, что она и ФИО3 проживают в одном доме, являются соседями. На протяжении длительного времени ФИО3 обращается в различные органы власти с заявлениями о совершении ФИО2 проступков, по которым были приняты постановления об отказе в возбуждении дел об административных правонарушениях и уголовных дел.

Так, в апреле 2024 года ФИО3 обратилась в отдел полиции «Железнодорожный» Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по г.Чите (далее – ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите), в прокуратуру Железнодорожного района г.Читы, в Следственный отдел по Железнодорожному району г.Читы Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Забайкальскому краю (далее – СО по Железнодорожному району г.Читы СУ СК России по Забайкальскому краю) с заявлением о конфликте с семьей ФИО2, в связи с которым ФИО3 совершила попытку суицида. Аналогичное заявление было подано матерью ФИО3 – ФИО5

По результатам проверок вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием события преступления.

Далее, в апреле, мае и в сентябре 2024 года ФИО3 обращалась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с заявлениями о нарушении ФИО2 общественного порядка, покоя и тишины, по результатам проверки которых в связи с недоказанностью событий вынесены определения об отказе в возбуждении дел об административных правонарушениях.

В июне 2024 года ФИО3 обратилась в прокуратуру Железнодорожного района г.Читы с заявлением о привлечении ФИО2 к ответственности за оскорбление, по результатам проверки которого в связи с недоказанностью события вынесено определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении.

В апреле 2024 года дочь ФИО2 – В., <Дата> г.р., хотела пригласить сына ФИО3 на прогулку. Однако ФИО3 пригрозила девочке тем, что «надерет ей уши», после чего дочь стала бояться ФИО3, избегает любых контактов с ее семьей.

В апреле-мае 2024 года ФИО3 обратилась в аппарат Уполномоченного по правам ребенка при Президенте Российской Федерации с обвинениями ФИО2 и ее дочери в издевательствах над сыном ФИО3 В ходе проверки доводы ФИО3 подтверждения не нашли.

В сентябре 2024 года в присутствии детей ФИО2 ФИО3 напала на ФИО2, оскорбляла ее и нанесла ей телесные повреждения, чем также причинила моральный вред как ФИО2, так и ее детям, испытавшим испуг за мать.

Действиями ФИО3 истцам причинен моральный вред, поскольку тем самым ФИО3 распространяет об ФИО2 и ее детях недостоверные сведения, порочащие их честь, достоинство, репутацию и доброе имя. ФИО3 обращается в различные инстанции с беспочвенными обвинениями исключительно с целью досадить семье И-ных, то есть злоупотребляет своим правом на обращение в государственные органы, чем унижает ФИО2 и ее детей. Несовершеннолетняя В. в связи с проводимыми проверками, сопровождавшимися общением с представителями органов власти, испытывала стресс, не понимая причину, по которой ее обвиняют в том, чего она не совершала, это вызывало у девочки тревогу, расстройство чувств, головную боль, беспокойный сон, что ей категорически противопоказано ввиду имеющегося заболевания <данные изъяты>.

Уточняя исковые требования, просила взыскать с ФИО3 компенсацию морального вреда в свою пользу в размере 700.000 руб., в пользу несовершеннолетней В. в размере 300.000 руб., в пользу несовершеннолетнего Р. в размере 200.000 руб. (т.1 л.д.4-6, 56-59).

Определением суда от 2 апреля 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечена ФИО5 (т.1 л.д.188-191).

Решением Железнодорожного районного суда г.Читы от 27 июня 2025 г. исковые требования удовлетворены частично.

Постановлено взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30.000 руб., в пользу несовершеннолетних В., Р. компенсацию морального вреда в размере 15.000 руб. в пользу каждого.

В удовлетворении иска в оставшейся части отказано (т.2 л.д.106-115).

В апелляционной жалобе истец ФИО2 просит отменить решение суда, принять новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Полагает размер компенсации морального вреда заниженным. Не согласна с выводами суда первой инстанции о недоказанности причинения морального вреда при опросе ее и детей сотрудниками правоохранительных органов, так как если бы ответчик не пытался привлечь истца к ответственности любым способом, то и сотрудники правоохранительных органов не проводили бы опросов.

Судом не учтено, что для слов со стороны ФИО3 о том, что она «надерет уши» ребенку истца, не было причины. Эти негативные слов отрицательно сказались на здоровье дочери истца.

Кроме того, суд не учел, что ее дочь в связи с ухудшением состояния здоровья на фоне стресса, появлением <данные изъяты>, а также проходить контрольные процедуры – <данные изъяты>, стоимость которой составляет от 4.500 руб. до 5.500 руб. При данных болезнях возникает риск осложнений: <данные изъяты>. То есть, жизнь истца уже никогда не станет прежней.

Она и дети вынуждены обращаться <данные изъяты>, стоимость одного посещения <данные изъяты> составляет от 2.000 руб. по 5.000 руб.

В связи с нанесением побоев в общественном месте были унижены честь и достоинство истца, ей и ее детям причинены физические и нравственные страдания (т.2 л.д.129-132).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО4 просит отменить решение суда, в удовлетворении иска отказать. Полагает, что истцом не доказана причинно-следственная связь между причиненным здоровью истца вредом и действиями ответчика (т.2 л.д.139-140).

В возражениях на апелляционную жалобу представителя ответчика ФИО4 истец ФИО2 просит оставить ее без удовлетворения (т.2 л.д.186-187).

В судебное заседание не явилась ФИО5, извещенная о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, о чем суду апелляционной инстанции пояснила ответчик ФИО3, приходящаяся ФИО5 дочерью, о причинах неявки суду не сообщила, об отложении слушания дела не просила.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия посчитала возможным рассмотреть гражданское дело при данной явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав истца ФИО2, поддержавшую доводы своей апелляционной жалобы и возражавшую против удовлетворения апелляционной жалобы представителя ответчика, ответчика ФИО3 и ее представителя ФИО4, поддержавших доводы своей апелляционной жалобы и возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы истца, выслушав прокурора Бадмаеву А.Ж., полагавшей постановленное решение законным и обоснованным, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке.

Истец ФИО2 и ответчик ФИО3 являются соседями по адресу: <адрес>. ФИО2 проживает в <адрес>, ФИО3 – в <адрес>.

20 апреля 2024 г. ФИО3 обратилась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с жалобами на соседей из квартир №, которые шумят, ведут аморальный образ жизни (т.2 л.д.8).

В ходе проверки сообщения были отобраны объяснения у ФИО3, соседки, проживающей в <адрес> (т.2 л.д.8-9).

Определением УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите от 24 апреля 2024 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.2 л.д.8).

20 апреля 2025 г. ФИО3 обратилась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите, на телефон доверия УМВД России по Забайкальскому краю, а также 25 апреля 2024 г. на телефон доверия УМВД России по Забайкальскому краю с жалобами на шум из <адрес> (т.2 л.д.14, 18, 21, 22).

При проверке указанных сообщений, объединенных в один материал, были отобраны объяснения от ФИО3, Д., других лиц, осуществлен звонок ФИО2, от которой в дальнейшем также были отобраны объяснения (т.2 л.д.15, 16, 22, 23, 24).

Определением УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите от 20 мая 2024 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.2 л.д.13).

24 апреля 2024 г. ФИО3 обратилась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с жалобой на ФИО2, которая распространяет различные слухи (т.2 л.д.11).

В ходе проверки сообщения были отобраны объяснения у ФИО3, ФИО2 (т.2 л.д.11-12).

Определением УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите от 24 апреля 2024 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.2 л.д.10).

25 апреля 2024 г. ФИО5 обратилась в прокуратуру Железнодорожного района г.Читы указав, что 22-23 апреля 2024 г. ее дочь, ФИО3, попала в больницу в связи с попыткой суицида <данные изъяты>. Накануне ФИО2 выясняла отношения с ФИО3 в квартире последней в присутствии посторонних лиц, в ходе чего высказывалась негативно в ее адрес. Выяснение отношений между ФИО2 и ФИО3 происходит не впервые, длится порядка четырех месяцев, ФИО3 неоднократно обращалась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с заявлениями о принятии каких-либо мер, однако никакие меры не принимаются (т.1 л.д.113).

Данное заявление для проверки было направлено в СО по Железнодорожному району г.Читы СУ СК России по Забайкальскому краю (т.1 л.д.114).

Постановлением старшего следователя СО по Железнодорожному району г.Читы СУ СК России по Забайкальскому краю от 14 июня 2024 г. отказано в возбуждении уголовного дела по факту <данные изъяты> в связи с отсутствием событий преступлений, предусмотренных <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации (т.1 л.д.23-25).

29 сентября 2024 г. ФИО3 обратилась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с жалобой на ФИО2, которая в нарушение общественного порядка распивает алкоголь (т.2 л.д.25).

При проверке сообщения был осуществлен выезд по адресу: <адрес>, отобраны объяснения у соседей, осуществлен звонок ФИО2 (т.2 л.д.26-31).

Определением старшего УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите от 29 сентября 2024 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.2 л.д.25).

3 июня 2024 г. ФИО3 обратилась в прокуратуру Железнодорожного района г.Читы с жалобами на ФИО2, которая распространяет в отношении нее порочащие сведения, оскорбляет ее (т.1 л.д.96).

В рамках проверки обращения были отобраны объяснения от ФИО2, ФИО3 (т.1 л.д.97, 108).

Определением заместителя прокурора Железнодорожного района г.Читы от 2 июля 2024 г. отказано в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.1 л.д.109).

21 сентября 2024 г. ФИО2 обратилась в ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите с жалобами на ФИО3, которая нанесла ей побои, оскорбляла ее (т.1 л.д.117, 140).

В ходе проверки сообщений были отобраны объяснения от ФИО2, В., несовершеннолетней В., несовершеннолетнего Р., ФИО3, Д., проведена судебно-медицинская экспертиза ФИО2, установившая повреждения, не причинившие вред здоровью (т.1 л.д.118-125).

Постановлением старшего УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите от 1 октября 2024 г. отказано в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного <данные изъяты> Уголовного кодекса Российской Федерации в связи с отсутствием признаков состава преступления (т.1 л.д.126).

15 октября 2024 г. старшим УУП ОП «Железнодорожный» УМВД России по г.Чите в отношении ФИО3 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном <данные изъяты> КоАП РФ, направленный на рассмотрение мировому судье судебного участка №55 Железнодорожного судебного района г.Читы (т.1 л.д.116-117).

В рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей участвовали ФИО2, ФИО3, в качестве свидетеля были допрошен Д. (т.1 л.д.127-129).

Постановлением мирового судьи судебного участка №55 Железнодорожного судебного района г.Читы от 13 ноября 2024 г. ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> КоАП РФ, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа (т.1 л.д.129-130).

Далее, в рассмотрении судьей районного суда жалобы на постановление мирового судьи участвовали ФИО2, ФИО3, допрашивались свидетели (т.1 л.д.131-135).

Решением судьи Железнодорожного районного суда г.Читы от 16 января 2025 г. вышеуказанное постановление мирового судьи оставлено без изменения (т.1 л.д.135-138).

Материал по обращению ФИО2 от 21 сентября 2024 г. об оскорблении был направлен в прокуратуру Железнодорожного района для проведения проверки по подведомственности (т.1 л.д.139).

В ходе проверки прокурором дополнительно отобраны объяснения у ФИО3, ФИО2 (т.1 л.д.148).

Постановлением заместителя прокурора Железнодорожного района г.Читы от 29 ноября 2024 г. в отношении ФИО3 возбуждено дело об административном правонарушении, предусмотренном <данные изъяты> КоАП РФ, направленное на рассмотрение мировому судье судебного участка №55 Железнодорожного судебного района г.Читы (т.1 л.д.149-150).

В рассмотрении дела об административном правонарушении мировым судьей участвовали ФИО2, ФИО3 (т.1 л.д.150-151).

Постановлением мирового судьи судебного участка №55 Железнодорожного судебного района г.Читы от 12 декабря 2024 г. ФИО3 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного <данные изъяты> КоАП РФ, ей назначено административное наказание в виде административного штрафа (т.1 л.д.152-154, 155).

Далее, в рассмотрении судьей районного суда жалобы на постановление мирового судьи участвовали ФИО2, ФИО3 (т.1 л.д.154-155).

Решением судьи Железнодорожного районного суда г.Читы от 28 января 2025 г. вышеуказанное постановление мирового судьи от 12 декабря 2024 г. оставлено без изменения (т.1 л.д.155-156).

25 сентября 2024 г. ФИО3 обратилась к Уполномоченному при Президенте Российской Федерации по правам ребенка с жалобами на ФИО2, которая вместе со своей дочерью донимают мужа ФИО3, сына и друзей сына (т.1 л.д.157). Обращение ФИО3 27 сентября 2024 г. было направлено прокурору Забайкальского края по компетенции (т.1 л.д.158).

Первый заместитель прокурора Забайкальского края в письме Уполномоченному по правам ребенка в Забайкальском крае от 29 октября 2024 г. сообщил о результатах проверки, которыми установлено, что ФИО3 и ФИО5 направлено 6 заявлений в полицию в отношении семьи И-ных. В ходе проверок доводы заявителя, в том числе об оскорблениях сына ФИО3, не подтвердились (т.1 л.д.158-159, 162-170).

Ссылаясь на вышеназванные обстоятельства, из которых следует, что ФИО3 злоупотребляет своим правом на обращение в государственные органы, нанесла побои и оскорбила ФИО2 в присутствии детей, чем причинила моральный вред ФИО2 и ее детям, который должен быть возмещен, ФИО2 обратилась с вышеназванным иском в суд.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции пришел к выводу, что между ФИО2 и ФИО3 длительно развивается конфликт, к активному или пассивному участию в котором привлекаются родственники сторон, знакомые, а также посторонние лица. Учитывая эмоциональные особенности участниц конфликта, оснований полагать состоявшиеся обращения в государственные органы абсолютно беспочвенными суд не установил. ФИО2, в свою очередь, при опросах сотрудниками правоохранительных органов, имела возможность отказаться свидетельствовать против себя в соответствии со статьей 51 Конституции Российской Федерации. Каких-либо сведений об опросе сотрудниками правоохранительных органов при проведении соответствующих проверок несовершеннолетних В. и Р. не имеется, в связи с чем доводы истца о причинении морального вреда детям действиями ответчика по обращению в различные органы суд признал необоснованными.

При таких обстоятельствах суд постановил, что в действиях ФИО3 признаков злоупотребления правом не имеется, в связи с чем ее обращения не могут повлечь за собой возложение на ФИО3 гражданско-правовой ответственности в виде взыскания в пользу ФИО2 и ее детей компенсации морального вреда.

Вместе с тем, поскольку в ходе рассмотрения дела подтвердился факт нанесения ФИО3 побоев и оскорблений ФИО2, что не могло не причинять последней, а также ее детям – В., Р., присутствовавшим при конфликте, нравственных страданий, суд взыскал в пользу истцов компенсацию морального вреда в приведенном в решении размере.

Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции постановлены верные выводы, на основании полно и правильно установленных обстоятельств, имеющих значение для дела, надлежащей оценки собранных по делу доказательств в их совокупности, при применении норм материального права, подлежащих применению к сложившимся между сторонами спора правоотношениям, при отсутствии процессуальных нарушений.

В соответствии со статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (пункт 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (пункт 2).

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с положениями статьи 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом (пункт 1).

Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений (пункт 9).

Из разъяснений, данных в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. №3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети «Интернет», а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок.

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица.

В пункте 10 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 г. №3 разъяснено, что статьей 33 Конституции Российской Федерации закреплено право граждан направлять личные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления, которые в пределах своей компетенции обязаны рассматривать эти обращения, принимать по ним решения и давать мотивированный ответ в установленный законом срок.

Судам необходимо иметь в виду, что в случае, когда гражданин обращается в названные органы с заявлением, в котором приводит те или иные сведения (например, в правоохранительные органы с сообщением о предполагаемом, по его мнению, или совершенном либо готовящемся преступлении), но эти сведения в ходе их проверки не нашли подтверждения, данное обстоятельство само по себе не может служить основанием для привлечения этого лица к гражданско-правовой ответственности, предусмотренной статьей 152 ГК РФ, поскольку в указанном случае имела место реализация гражданином конституционного права на обращение в органы, которые в силу закона обязаны проверять поступившую информацию, а не распространение не соответствующих действительности порочащих сведений.

Такие требования могут быть удовлетворены лишь в случае, если при рассмотрении дела суд установит, что обращение в указанные органы не имело под собой никаких оснований и продиктовано не намерением исполнить свой гражданский долг или защитить права и охраняемые законом интересы, а исключительно намерением причинить вред другому лицу, то есть имело место злоупотребление правом (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

Исходя из приведенного правового регулирования и фактических обстоятельств дела, судом первой инстанции постановлены верные выводы об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда в связи с обращениями ФИО3 в отношении ФИО2 в различные органы государственной власти, что является правом ФИО3 и обращения имели под собой основания (т.1 л.д.127-129, 131-133, 134-135, 150-151,154-155).

Переписка в мессенджере между сторонами спора сама по себе не свидетельствует о распространении недействительной информации, порочащей честь и достоинство истца (т.1 л.д.64-63), поскольку данная переписка велась только между истцом и ответчиком и информация, изложенная в ней, не могла быть известна посторонним лицам.

Как указано выше, сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Вызванные обращениями сторон опросы сотрудниками правоохранительных органов ФИО2 и ее детей, притом, что опрос детей подтвержден только при рассмотрении дел об административных правонарушениях в отношении ФИО3 за нанесение побоев и оскорблений, не может служить основанием для взыскания компенсации морального вреда, поскольку сотрудники правоохранительных органов исполняли возложенные на них процессуальным законодательством обязанности по проверке поступающих сообщений о преступлениях, об административных правонарушениях, а сами сообщения поступили в правоохранительные органы в связи с конфликтом между истцом и ответчиком.

При этом, как верно указано судом первой инстанции, ФИО2 могла воспользоваться предоставленным статьей 51 Конституции Российской Федерации правом не свидетельствовать против самого себя, а также, будучи законным представителем своих несовершеннолетних детей В. и Р., отказать в их опросе.

Вместе с тем, поскольку ФИО3 нанесла побои и оскорбила ФИО2, что установлено вступившими в законную силу судебными актами, и при этом присутствовали дети ФИО2 В., Р., суд пришел к верному выводу о взыскании компенсации морального вреда, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя ответчика.

В соответствии со статьей 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ – абзац 1 пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции – абзац 1 пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Таким образом, из содержания приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред подлежит компенсации при доказанности физических или нравственных страданий потерпевшего, неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда и причинной связи между ними.

При этом доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (часть 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3). Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4).

При разрешении данного спора суд первой инстанции установил необходимую совокупность условий наступления гражданско-правовой ответственности ответчика ФИО3 за причинение физических и нравственных страданий истцу ФИО2 в виде побоев и оскорблений на основании собранных доказательств, отвечающих вышеназванным требованиям статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Вина ответчика в причинении вреда истцу подтверждается вышеназванными постановлениями мирового судьи от 13 ноября 2024 г., от 12 декабря 2024 г. (т.1 л.д.129-130, 152-155).

Таким образом, вопреки доводам апелляционной жалобы представителя ответчика, вина ФИО3 в причинении морального вреда ФИО2 установлена при рассмотрении дел об административных правонарушениях, тогда как постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом (часть 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет (пункт 28).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту (пункт 30).

Исходя из установленных по делу обстоятельств, согласно которым причинение ФИО2 морального вреда в результате действий ФИО3 произошло вследствие развивающегося между ними как соседями конфликта, вследствие побоев ФИО2 испытала физическую боль, чувство унижения, иные негативные переживания. Негативные эмоции также не могли не вызвать оскорбления, которые ФИО3 высказала в адрес ФИО2; присутствовавшие при данной конфликтной ситуации дети В., Р. не могли также не испытать негативных эмоций, связанных с переживаниями за свою мать, в связи с чем судом постановлены верные выводы о взыскании с ФИО3 компенсации морального вреда в пользу ФИО2 в размере 30.000 руб., в пользу В., Р. в размере 15.000 руб. каждому.

При этом, доводы апелляционной жалобы истца об ухудшении состояния здоровья дочери В. на фоне стресса от конфликтной ситуации, от опросов сотрудниками правоохранительных органов не подтверждаются материалами дела.

Из медицинских документов следует, что В. наблюдается у <данные изъяты> (т.1 л.д.204).

При осмотре <данные изъяты> (т.1 л.д.216).

<данные изъяты>

Таким образом, указанные документы свидетельствуют о наблюдении В. у <данные изъяты> в связи с проблемами с <данные изъяты> задолго до исследуемых по делу событий, связанных с обращениями ФИО3 в правоохранительные органы с жалобами на ФИО2 Поэтому утверждения истца об ухудшении здоровья В. вследствие действий ФИО3 представляются необоснованными.

Исходя из изложенного, решение суда является законным и обоснованным, доводы апелляционных жалоб не содержит ссылок на доказательства и обстоятельства, которые не были исследованы при рассмотрении настоящего дела, в связи с чем удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Железнодорожного районного суда г.Читы от 27 июня 2025 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы истца ФИО2, представителя ответчика ФИО4 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступило в законную силу и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения, в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции – Железнодорожный районный суд г.Читы.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение изготовлено 19 декабря 2025 г.