Решение № 2-1319/2017 2-1319/2017~М-1186/2017 М-1186/2017 от 19 октября 2017 г. по делу № 2-1319/2017

Дело № 2-1319/17


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

20.10.2017 г. Сальск

Сальский городской суд Ростовской области

В составе председательствующего Н.Г. Масловой,

С участием Сальского городского прокурора,

При секретаре Димитровой Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО3 к ОАО «Российские железные дороги», Филиалу ОАО «РЖД»-Северо-Кавказская железная дорога, СПАО «Ингосстрах» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО3 обратились в суд с иском к ОАО «Российские железные дороги», Филиалу ОАО «РЖД»-Северо-Кавказская железная дорога о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника в результате смертельного травмирования 18.05.2017 их сына, ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, электропоездом на 1219 км ПК 6-7 перегона «ФИО5-Товарный – Зоосад», в котором просят взыскать с ответчика ОАО «Российские железные дороги» в их пользу компенсацию морального вреда в сумме 3 000 000 рублей.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству ОАО «Российские железные дороги» к участию в настоящем деле привлечено СПАО «Ингосстрах», по тем основаниям, что между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности № от ДД.ММ.ГГГГ. По данному договору застрахован риск гражданской ответственности Страхователя (ОАО «РЖД») по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни и/или здоровью Выгодоприобретателей. Случай травмирования ФИО4 является страховым, а истцы по настоящему делу - Выгодоприобретателями.

Ссылаясь на ст.ст. 150, 151, 1099, 1101 ГК РФ и указанные выше обстоятельства дела, истцы указывают, что в результате гибели их сына им причинен моральный вред, выражающийся в нравственных страданиях от потери сына. Просят взыскать с ОАО «Российские железные дороги» денежную сумму в размере 3 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Истцы в судебном заседании 12.10.2017 исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске, на удовлетворении требований настаивали.

Представитель истцов по доверенности ФИО3 в судебном заседании поддержал требования своих доверителей, просил иск удовлетворить в полном объеме, взыскав с ответчика в пользу каждого истца по 1 500 000 руб. Кроме того, обратил внимание на то, что исковые требования ими предъявлены не к страховой компании, а именно к ОАО «Российские железные дороги», именно с этого ответчика они и просят взыскать компенсацию морального вреда. Против привлечения страховой компании они возражали, это не было их инициативой, ОАО «РЖД» вправе впоследствии урегулировать вопросы возмещения вреда согласно договору со страховой компанией.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» в судебном заседании просил отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на письменные возражения, согласно которым считает, что в рамках настоящего дела ОАО «РЖД» является ненадлежащим ответчиком, в силу заключения между ОАО «РЖД» (страхователь) и СПАО «Ингосстрах» (страховщик) договора страхования гражданской ответственности владельца инфраструктуры железнодорожного транспорта и перевозчика № от ДД.ММ.ГГГГ. Возражая против заявленного иска, ответчик указывает, что требования родителей погибшего ФИО4 о компенсации морального вреда в размере 3 000 000 рублей (по 1 500 000 рублей в пользу каждого) являются необоснованными в связи с тем, что ими не представлено никаких доказательств, свидетельствующих о причинении им физических и нравственных страданий. Ссылаясь на определение Верховного суда РФ № 24-КГ17-15 от 10.07.2017, считает, что истцы не предоставили каких-либо доказательств поддержания тесных семейных и близких взаимоотношений с погибшим, совместного проживания, претерпевания ими каких-либо физических и нравственных страданий.

Возражая предъявленным требованиям, ответчик также указывает на наличие в действиях погибшего ФИО4 грубой неосторожности, в том числе нарушения Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути. Указывает, что согласно п. 10 Правил гражданам запрещено проходить по железнодорожному переезду при запрещающем сигнале светофора, согласно <...> и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, обозначенными соответствующими знаками (при этом внимательно следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).

С учетом позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 21.02.2008 N 120-О-О, того обстоятельства, что в возбуждении уголовного дела в отношении бригады машинистов по п.2 ч.1 ст. 24 УК РФ было отказано, постановление не обжаловалось, полагает, что при наличии в действиях погибшего грубой неосторожности (нахождение на санкционированном пешеходном переходе, оборудованном исправной световой и звуковой сигнализацией в наушниках и капюшоне, переход на запрещающий сигнал светофора) размер возмещения должен быть уменьшен или в его возмещении может быть отказано.

Считает, что предъявленная к взысканию с ОАО «РЖД» сумма в счет компенсации морального вреда в размере по 1 500 000 рублей в пользу каждого является для ОАО РЖД существенной, явно завышенной.

Учитывая все указанные конкретные обстоятельства дела, ответчик считает, что заявленная сумма исковых требований в счет компенсации морального вреда не может быть сопоставима с требованиями разумности и справедливости. В случае удовлетворения требований в части компенсации морального вреда просит снизить размер компенсации с учетом требований разумности и справедливости, конкретных обстоятельств происшествия, отсутствия вины работников РЖД (л.д. 117-132).

Представитель СПАО «Ингосстрах» в судебное заседание не явился, о месте и времени слушания дела извещен надлежащим образом, имеется почтовое уведомление о вручении судебной повестки, согласно письменному отзыву исковые требования не признают, по тем основаниям, что между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор страхования гражданской ответственности № 2072681-1, предусматривающий возмещение морального вреда лицам, которым в случае смерти потерпевшего причинен таковой вред, на основании решения суда. С учетом того, что размер компенсации морального вреда судом не установлен, просят в иске к ним отказать в полном объеме (л.д. 181).

Руководствуясь ч. 5 ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанного ответчика, извещенного своевременно надлежащим образом, представившего позицию по делу, с последующим направлением ему копи решения суда.

Выслушав объяснения истцов, их представителя, представителя ответчика, исследовав материалы проверки по факту смертельного травмирования электропоездом ДД.ММ.ГГГГ ФИО4, материалы настоящего гражданского дела, заключение Сальского городского прокурора, полагавшего иск к ОАО «РЖД» подлежащим удовлетворению частично, к СПАО «Ингосстрах» - не подлежащими удовлетворению, с учетом принципов разумности и справедливости, суд находит исковые требования к ОАО «РЖД» подлежащими частичному удовлетворению, к СПАО «Ингосстрах» - не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что 18.05.2017 г. в 08 час. 32 мин, на 119 км пк 6 перегона ФИО5-Товарный - Зоологический Сад на пешеходном переходе, оборудованном автоматической сигнализацией пригородным электропоездом № 6516, эл-з ЭД9М № 043 приписки моторвагонное депо ФИО5 под управлением локомотивной бригады моторвагонного депо ФИО5 в составе машиниста электропоезда ФИО7 и помощника машиниста электропоезда ФИО6 смертельно травмирован гражданин ФИО4 (л.д. 15-17,73-79).

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) относит компенсацию морального вреда к способам защиты нарушенных прав.

Согласно ст. 1064 1. Вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

2. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда

В соответствии со ст. 1079 ГК Российской Федерации юридические лица граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В соответствии со ст. 1100 ГК Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства

Как установлено судом и не оспаривается сторонами по делу, ФИО4 умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серия №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС Администрации Сальского района Ростовской области (л.д.9).

Факт родства между истцами и погибшим установлен свидетельством о рождении ФИО4, серия № №, выданным 14 февраля 1995 года Сальским горЗАГС Ростовской области, согласно которому последний приходился родным сыном ФИО1 и ФИО2 (л.д. 8).

Согласно акту СМИ № 2534 от 19.05.2017 г., при исследовании трупа ФИО4 обнаружены телесные повреждения в виде тупой сочетанной травмы тела с переломами костей скелета, с повреждением внутренних органов. Данные повреждения состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти. Предположительной причиной смерти стала сочетанная травма тела с переломами костей скелета, с повреждением внутренних органов (л.д.79).

Согласно Заключению эксперта № 2534 между телесными повреждениями, полученными в результате столкновения с подвижным составом, и наступившей смертью имеется прямая причинная связь.

При судебно-химическом исследовании крови этиловый спирт, наркотических, ядовитых, сильнодействующих, лекарственных веществ не обнаружено (л.д. 165-179, 179).

Постановлением следователя Ростовского следственного отдела на транспорте Южного следственного управления на транспорте Следственного комитета Российской Федерации об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.06.2017 установлено, что согласно актам № 1 от 01.06.2017 служебного расследования транспортного происшествия, причинами транспортного происшествия явилось грубое нарушение пострадавшего разделов 3, 4 «Правил нахождения граждан и размещение объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Минтранса России от 08.02.2007 № 18. Нахождение пострадавшего в зоне повышенной опасности в наушниках.

Согласно справке по расшифровке кассеты регистрации № 97521 поезда № 6516, электропоезда ЭД9м-043 от 18.06.2017 следует, что на перегоне ФИО5-Товарный - Зоологический на 1219 км пк. 5 при скорости 79 км/ч, при «Зеленом» сигнал ЛС, было применено экстренное торможение с разрядкой тормозной магистрали до 0. Тормозной путь составил 337 м, расчетный 462 м. Остановился в 08 часов 33 минут 07 секунд, отправился в 08 часов 51 минут 01 секунду. Стоянка составила 17 минут 54 секунды. Допустимая скорость движения на данном участке 100 км/ч.

Согласно выводам следователя, причиной смерти травмированного ФИО4 явилось нарушение им «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ проезда и перехода через железнодорожные пути» утвержденных приказом Минтранса России № 18 от 08.02.2007., совершенное в результате собственной грубой неосторожности при нахождении вблизи источника повышенной опасности, каким является железнодорожный путь. Машинистом, помощником машиниста были применены все предусмотренные меры для предупреждения наезда на ФИО4 - сигналы большой громкости, экстренное торможение, вместе с тем, по независящим от них обстоятельствам предотвратить наезд не представилось возможным. Проведенной проверкой установлено, что члены локомотивной бригады действовали в соответствии с правилами технической эксплуатации железных дорог РФ, утвержденными приказом Минтранса России № 286 от 21.12.2010.

На основании этого постановлено отказать в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 263 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления в действиях ФИО7 и ФИО6

Также отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105, ст. 110 УК РФ, по основанию, предусмотренному п. 1 части 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием события преступления.

В силу ст. 1079 ГК РФ объекты железнодорожного транспорта являются источником повышенной опасности.

Истцы, реализуя свое процессуальное право, закрепленное ст. 3 ГПК РФ, определяющее право заинтересованного лица на обращение в суд, обратились с требованием о взыскании морального вреда, причиненного источником повышенной опасности, ввиду утраты близкого и родного им человека – сына.

В соответствии со ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяется правилами, предусмотренными гл. 59 и ст. 151 настоящего кодекса.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1100 ГК РФ во взаимосвязи со ст. 1079 ГК РФ компенсации морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, в частности, в том случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Так, деятельность, связанная с источником повышенной опасности, создающая риск повышенной опасности для окружающих обусловливает и повышенную ответственность владельцев источников повышенной опасности (независимо от наличия их вины) в наступлении неблагоприятных последствий для потерпевших.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 N 10 (ред. от 06.02.2007) "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий.

Согласно п. 1 ст. 21 Федерального закона от 10.01.2003 N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации" железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).

Таким образом, суд приходит к выводу, что ОАО "РЖД", исходя из обстоятельств дела, будет являться надлежащим ответчиком по данным требованиям, поскольку вред причинен жизни гражданина источником повышенной опасности, на ответчике по делу ОАО "РЖД", как на владельце электропоезда (источника повышенной опасности), лежит обязанность по возмещению вреда независимо от наличия вины.

При этом суд считает, что в иске к страховой компании СПАО «Ингосстрах», привлеченной судом по ходатайству ответной стороны, в отсутствие заявленных требований истцов к ней, должно быть отказано по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что согласно пункту 1.1 договора добровольного страхования № 2072681 от 14.09.2016 страховая компания обязалась при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить третьим лицам (выгодоприобретателям) ущерб, возникший вследствие причинения вреда их жизни, здоровью, имуществу (л.д. 38-52).

Согласно данному договору, страховым случаем является событие, в результате которого возникает гражданская ответственность Страхователя (ОАО «РЖД») вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу Выгодоприобретателей в результате транспортного происшествия на территории страхования при использовании инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования, а также в связи с использованием собственных средств железнодорожного транспорта, выступающим в качестве перевозчика и владельца подвижного состава (п. 2.2).

Под моральным вредом согласно Договору понимается причинение Выгодоприобретателю морального вреда – физические или нравственные страдания) действиями Страхователя, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, в случаях, если решением суда на Страхователя возложена обязанность денежной компенсации указанного вреда. Размер выплаты в счет компенсации морального вреда определяется в соответствии с ограничениями, установленными условиями настоящего Договора наступлении страхового случая, связанного с причинением вреда жизни и здоровью (л.д. 39).

Согласно п. 2.4 Договора обязанность страховщика по выплате страхового возмещения возникает на основании: предъявленной Страхователю претензии, признанной добровольно, на основании решения суда, установившего обязанность Страхователя возместить ущерб, причиненный им Выгодоприобретателям, на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба Выгодоприобретателям в результате наступления страхового предусмотренного настоящим Договором (л.д. 40-оборот).

Таких оснований в деле не установлено. Так, материалами дела подтверждается, что истцы с претензией к страховщику о выплате компенсации морального вреда не обращались. К страхователю, ОАО "РЖД", с такой претензией они обратились, однако никакой ответной реакции не последовало, как пояснил представитель ОАО "РЖД", на данную претензию они не отреагировали (л.д. 11,12).

Таким образом, исходя из буквального толкования условий договора, установленных фактических обстоятельств, следует, что возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по возмещению морального вреда источником повышенной опасности, принадлежащим ОАО "РЖД", наступает не в результате как такового события причинения морального вреда, а в связи с наступлением гражданской ответственности страхователя на основании решения суда, поскольку определить размер такой компенсации морального вреда может только суд.

Так как истцы не обращались с претензией к СПАО «Ингосстрах», и ОАО "РЖД" не известило страховщика о причинении вреда истцам, не был составлен страховой акт и страховщику не были представлены необходимые документы для определения страхового случая и размера вреда, то нельзя говорить о том, что права истцов страховщиком были нарушены его виновными действиями. В связи с чем ответственность по выплате компенсации морального вреда следует возложить на непосредственного владельца источника повышенной опасности как причинителя вреда - ОАО "РЖД".

Кроме того, как указано в Полисе страхования гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 2072681-1, и на это ссылается СПАО, предусмотрена выплата страховой суммы 100000 (сто тысяч) рублей по страховому случаю лицам, которым в случае смерти потерпевшего страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред (л.д. 181,182).

Согласно ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, п. 4 данной статьи, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Каким-либо законом не предусмотрена обязанность по страхованию ответственности за риск причинения морального вреда. Следовательно, при определении возможности обратиться непосредственно к страховщику следует учитывать условия договора страхования. Поскольку по условиям договора страховая выплата по компенсации морального вреда производится только при наличии решения суда, установившего размер такой компенсации, и ранее такого решения суда об определении размера этой компенсации не выносилось, то в отсутствие согласованности между страхователем, страховщиком и выгодоприобретателем внесудебного урегулирования предъявленных требований, обращение непосредственно к страховщику правилами страхования не предусмотрено.

Истцы воспользовались своим правом на компенсацию им морального вреда, предъявив требования непосредственно к владельцу источника повышенной опасности и причинителю вреда.

При этом ОАО "РЖД" не лишено права по обращению к страховщику с требованиями о возмещении выплаченного вреда в пределах страховых сумм в соответствии с договором.

Относительно обоснованности требований, размера компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.10 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Согласно разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации, данным в Постановлении от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», правом требовать компенсацию морального вреда в случае смерти потерпевшего наделены только члены семьи погибшего и (или) иждивенцы.

В судебном заседании достоверно установлено, что истцы являются близкими родственниками погибшего, его родителями. Суд не может согласиться с доводом ответчика об отсутствии доказательств причинения морального вреда истцам гибелью их сына, отсутствие данных об обращении истцов в медицинское учреждение за помощью само по себе не свидетельствует об отсутствии переносимых ими страданий от утраты сына.

Действительно, согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 10.07.2017 N 24-КГ17-15 при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Установлено, что погибший ФИО4 очно обучался в РГУ Путей сообщения на специальность «Системы обеспечения движения поездов», до обучения проживал совместно с родителями, регулярно приезжал домой на выходных, летом работал проводником. Как поясняет представитель истцов, между ним и его родителями существовала тесная связь, близкие отношения.

Обстоятельство тесной родственной связи родителей с сыном, утрата которого привела к их нравственным страданиям, подтверждается и тем, что истцы бережно хранят его многочисленные благодарственные письма, грамоты (л.д. 103-109, 110-111).

Кроме того, в ходе разбирательства по делу истцы не смогли присутствовать в зале судебного заседания, покинули его в связи с тяжестью процесса для них, вынужденностью вновь переживать тяжелые воспоминания. Все это убеждает суд в том, что потеря сына для истцов – это невосполнимая утрата. Жизнь является высшей ценностью, и не требуется доказательств, что прекращение жизни ФИО4 принесло его близким родственникам невосполнимые нравственные страдания, связанные с безвозвратной потерей близкого человека. Смерть близкого, родного человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущим глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные утратой сына, бесспорно затрагивающие личность, психику и здоровье, в связи с чем причинение морального вреда истцам является установленным.

При определении размера компенсации морального вреда в данном конкретном случае суд принимает во внимание степень вины ответчика и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Согласно п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указано, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

В п. 23 указано, что при отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 ГК РФ, подлежит уменьшению.

Таким образом, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). Степень вины потерпевшего при наличии в его действиях грубой неосторожности, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, является обязательным критерием оценки судом при определении размера компенсации морального вреда.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил (определения от 19.05.2009 г. N 816-О-О, от 25.01.2012 г. N 128-О-О, от 24.11.2016 г. N 2454-О), что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Конституционный Суд Российской Федерации указал, что положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 ГК РФ в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

В этой связи суд учитывает также поведение самого погибшего. В судебном заседании из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 13.06.2017 установлено, что причинами транспортного происшествия явилось грубое нарушение пострадавшим разделов 3, 4 «Правил нахождения граждан и размещение объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути», утвержденных приказом Минтранса России от 08.02.2007 № 18, а именно нахождение пострадавшего в зоне повышенной опасности в наушниках. Постановление не обжаловано, вступило в законную силу.

С учетом установленных фактических обстоятельств, положений ст. 21 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации», суд соглашается с доводами ответчика о том, что конкретные обстоятельства дела свидетельствуют об отсутствии вины ОАО «РЖД» в произошедшем несчастном случае и об имевшей место неосторожности самого ФИО4, выразившейся в нахождении в зоне повышенной опасности в наушниках.

На основании статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии со ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Истцами в материалы дела представлены сведения, характеризовавшие их погибшего сына только с положительной стороны, как человека творческого, целеустремленного, имевшего большие планы на будущее.

Суд учитывает глубину, степень, продолжительность и характер перенесенных и испытываемых истицами постоянно страданий, связанных с преждевременной гибелью сына, горя, безысходности, одиночества. Потеря сына для истцов является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи.

Проверив и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая обстоятельства, при которых произошло смертельное травмирование ФИО4, что впоследствии привело к неумолимой утрате близкого истцам человека, отсутствие вины в действиях бригады поезда в наезде на человека, обстоятельства гибели, учитываются и требования разумности и справедливости, суд полагает, что сумма компенсации морального вреда должна быть реальной, соответствующей указанным выше критериям разумности, справедливости.

Компенсация морального вреда не является средством достижения каких-либо материальных благ, она призвана сгладить негативные последствия перенесенного страдания, поэтому суд полагает, что требования о взыскании с ответчика по 1 500 000,00 рублей явно завышены, сумма в 250 000 рублей в пользу каждого истца, исходя из требований вышеприведенных норм материального права, будет являться разумной и справедливой в том смысле, который придает этим понятиям законодатель, в связи с чем, требования в части взыскания с ответчика ОАО «РЖД» морального вреда подлежат частичному удовлетворению в указанном размере, в остальной части необходимо отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 в лице представителя по доверенности ФИО3 к ОАО «Российские железные дороги», Филиалу ОАО «РЖД»-Северо-Кавказская железная дорога» о компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в пользу ФИО1, ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного смертью близкого родственника, 500 000 (пятьсот тысяч) рублей, по 250 000 (по двести пятьдесят тысяч) руб. в пользу каждого из истцов.

В остальной части исковых требований о компенсации морального вреда ФИО1, ФИО2 отказать.

В иске к СПАО «Ингосстрах отказать в полном объеме.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» госпошлину в доход Муниципального образования Сальский р-н в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Ростовский областной суд через Сальский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий: Н.Г. Маслова

В окончательной форме решение изготовлено 20.10.2017.