Апелляционное определение № 11-6411/2026 от 22 апреля 2026 г.

УИД 74RS0031-01-2025-005687-59

Дело № 2-99/2026

Судья Чухонцева Е.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело № 11-6411/2026
23 апреля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Дюсембаева А.А.,

судей Челюк Д.Ю., Палеевой И.П.,

при ведении протокола

помощником судьи Мордовиной Л.П.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в зале суда гражданское дело по иску исполняющего обязанности прокурора Орджоникидзевского района г.Магнитогорска, действующего в интересах МЕИ к ООО «Трест Магнитострой» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе общества с ограниченной ответственностью «Трест Магнитострой» на решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 05 февраля 2026 года,

Заслушав доклад судьи Челюк Д.Ю. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Трест Магнитострой» ФИО12, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Исполняющий обязанности прокурора Орджоникидзевского района г. Магнитогорска, действуя в интересах МЕИ обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Трест Магнитострой» о компенсации морального вреда в размере 700 000 рублей.

В обоснование заявленных требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между МЕИ и ООО «Трест Магнитострой» заключен трудовой договор № на выполнение трудовой функции <данные изъяты>.ДД.ММ.ГГГГ при выполнении работ с МЕИ произошел несчастный случай. <данные изъяты> МЕИ вышел в свою рабочую смену с 07-30 ч. до 19-00 ч. согласно графику в структурное подразделение ООО «Трест Магнитострой», управление <данные изъяты>, цех <данные изъяты>, участок <данные изъяты>, расположенное по адресу <адрес>. В 08-00 ч. <данные изъяты> ФИО10 дал задание МЕИ и слесарю <данные изъяты> ФИО17 собрать ферму В-14 по заказу для <данные изъяты>. В 08-00 ч. МЕИ и ФИО18 приступили к выполнению задания: разметили и нарезали по размерам из трубоквадрата и уголка, согласно чертежей конструкций металлических деталировочных, составные элементы фермы, выставили их на сборочном столе, согласно проектных отметок, и МЕИ приступил к сборке элементов конструкций на прихватки. Около 16-40 ч. ферма была собрана и МЕИ, находясь в середине фермы, подготовил ее для дальнейшего перемещения на окончательную сборку на сварочный участок. С помощью подъемного сооружения, управляемого с пульта, МЕИ приподнял ферму на 0,3 м от уровня сборочного стола, чтобы вытащить из пазов трубоквадрат. В 16-45 ч. прихватки не выдержали и ферма сложилась, уголки, обеспечивающие жесткость изделия, распались, и МЕИ ударило трубоквадратом с двух сторон.Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, МЕИ причинена «<данные изъяты>». Согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве указанные повреждения относятся к категории тяжелая.В соответствии с актом о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ основной причиной несчастного случая на производстве явилась неудовлетворительная организация производства работ, в том числе, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.Сопутствующей причиной несчастного случая установлено нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда.В ходе расследования несчастного случая на производстве в действиях должностных лиц ООО «Трест Магнитострой» выявлены нарушения требований охраны труда.Грубой неосторожности в действиях пострадавшего МЕИ не установлено. В результате несчастного случая истцу были причинены нравственные страдания, выразившиеся в ощущении физической боли, невозможности вести прежний образ жизни и прохождения длительного лечения.

Представитель истца, помощник прокурора Орджоникидзевского района г. Магнитогорска ФИО11 в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в иске.

Истец МЕИ в судебном заседании суда первой инстанции исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «Трест Магнитострой» - ФИО12 в судебном заседании суда первой инстанции возражал против заявленного размера исковых требований по доводам и основаниям, изложенных в возражениях на иск.

Решением Орджоникидзевского районного суда <адрес> исковые требовании удовлетворены.

Взыскана с ООО «Трест Магнитострой» в пользу МЕИ компенсация морального вреда в размере 700 000 рублей.

Взыскана с ООО «Трест Магнитострой» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 3 000 рублей.

Не согласившись с решением суда, ответчиком подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда первой инстанции изменить в части, уменьшить размер компенсации морального вреда.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает, что судом первой инстанции не доказаны обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела. Судом первой инстанции нарушены нормы материального и процессуального права.

Указывает, что в судебном заседании истец пояснил, что в результате травмы он испытал физические и нравственные страдания, однако, в материалах дела представлены документальные подтверждения лишь наличия физического страдания от болей в брюшной полости, что было проигнорировано судом первой инстанции. Ряд установленных в ходе судебного заседания данных являются противоречивыми и исключают наличие понесенных истцом страданий.

Судом первой инстанции не учтено, что в соответствии с разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» на потерпевшем лежит обязанность по доказыванию понесенных им моральных и нравственных страданий, и суд посчитал не опровергнутым доводы пострадавшего о понесенных им страданиях без наличия соответствующих доказательств. Кроме того, не учтено, что утрата прежнего образа жизни в данном случае является временной, а не постоянной.

Судом первой инстанции не дана оценка и не учтено поведение потерпевшего, которое непосредственно привело к травме, из объяснений которого следует, что он самостоятельно, осознавая риск для собственного здоровья, проник в середину конструкции, которая не являлась полностью проваренной сварочным аппаратом и могла рассыпаться, что также подтверждается протоколом опроса пострадавшего, протоколом опроса очевидца, видеозаписью происшествия. Согласно имеющемуся в материалах дела постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела, органы следствия, отказывая в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, указали на то, что именно поведение истца способствовало получению им травмы. Данным обстоятельствам не дана надлежащая оценка судом первой инстанции.

Указывает, что судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не учтены форма и степень вины причинителя вреда. Подчеркивает, что работодателем предприняты все меры к созданию безопасных условий труда, что подтверждается актом № о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причинителю вреда ФИО16 вменено необеспечение контроля за ходом выполнения работ, соблюдением работниками трудовой дисциплины.

Истец МЕИ, третье лицо ФИО16 не приняли участие в суде апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании ст. ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав объяснения сторон, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между МЕИ и ООО «Трест Магнитострой» заключен трудовой договор № на выполнение трудовой функции электрогазосварщика 5 разряда (л.д. 31-32).

Приказом №-бк от ДД.ММ.ГГГГ МЕИ принят на работу в качестве электрогазосварщика 5 разряда (л.д. 33).

Приказом №-бк от ДД.ММ.ГГГГ прекращено действие трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, МЕИ уволен ДД.ММ.ГГГГ по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 35).

ДД.ММ.ГГГГ с МЕИ произошел несчастный случай.

Как следует из Акта № о несчастном случае, утвержденном работодателем ООО «Трест Магнитострой» ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> МЕИ вышел в свою рабочую смену с 07-30 ч до 19-00 ч согласно графику в структурное подразделение ООО «Трест Магнитострой», <данные изъяты>, Цех <данные изъяты>, участок <данные изъяты>, расположенное по адресу <адрес>.

В 08-00 ч <данные изъяты> ФИО10 дал задание МЕИ и <данные изъяты> ФИО19 собрать ферму В-14 по заказу для школы в поселке Димитрова.

В 08-00 ч МЕИ и ФИО20 приступили к выполнению задания: разметили и нарезали по размерам из трубоквадрата и уголка, согласно чертежей конструкций металлических деталировочных, составные элементы фермы, выставили их на сборочном столе, согласно проектных отметок, и МЕИ приступил к сборке элементов конструкций на прихватки.

Около 16-40 ч ферма была собрана и МЕИ, находясь в середине фермы, подготовил ее для дальнейшего перемещения на окончательную сборку на сварочный участок. С помощью подъемного сооружения, управляемого с пульта, МЕИ приподнял ферму на 0,3 м от уровня сборочного стола, чтобы вытащить из пазов трубоквадрат.

В 16-45 ч прихватки не выдержали и ферма сложилась, уголки, обеспечивающие жесткость изделия, распались, и МЕИ ударило трубоквадратом с двух сторон. МЕИ повис на трубоквадрате, Кущ ФИО21 руками попытался удерживать трубоквадрат от раскачивания. После этого. МЕИ ползком выбрался в свободный проход, постоял немного, отдышался и направился в душевую. Помылся, осмотрелся на наличие открытых ран. Открытых ран у себя не обнаружил, переоделся, позвонил товарищу и с ним на машине доехал в травмпункт <данные изъяты>. Ему сделали снимки и направили в приемный покой, где он оформился и поступил в <данные изъяты>, где его прооперировали.

О несчастном случае МЕИ и ФИО22 никому не сообщили. О нем стало известно ДД.ММ.ГГГГ от бывшего сотрудника ООО «Трест Магнитострой».

Расследованием установлено:

В соответствии с Медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровью в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ выданном <данные изъяты>, установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10 — <данные изъяты>. Согласно схеме определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение здоровья относится к категории тяжелая.

Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровью в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ., получено ООО «Трест Магнитострой» ДД.ММ.ГГГГ.

Извещение о несчастном случае направлено ООО «Трест Магнитострой» в Государственную инспекцию труда в Челябинской области и иные органы и организации, указанные в Трудовом кодексе РФ ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом работодателя ООО «Трест Магнитострой» от ДД.ММ.ГГГГ. № создана комиссия по расследованию легкого несчастного случая с работником МЕИ Приказом по ООО «Трест Магнитострой» от ДД.ММ.ГГГГ. № расследование несчастного случая с работником МЕИ продлено согласно ст. 229.1 ТК РФ в связи с отсутствием медицинского заключения о тяжести полученного повреждения.

Между ООО «Трест Магнитотсрой» и МЕИ заключен бессрочный трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ по профессии «электрогазосварщик».

Продолжительность ежегодного основного оплачиваемого отпуска электрогазосварщику составляет 35 календарных дней. В соответствии с графиком отпусков в ООО «Трест Магнитострой» МЕИ находился в ежегодном оплачиваемом отпуске в ДД.ММ.ГГГГ., следующий отпуск запланирован на декабрь ДД.ММ.ГГГГ.

Заработная плата <данные изъяты> МЕИ выплачивалась в полном объеме 2 раза в месяц: 15 и 30 числа, согласно Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ., утвержденного директором ООО «Трест Магнитострой» ФИО1. Последняя выплата заработной платы произведена ДД.ММ.ГГГГ.

МЕИ был обеспечен и одет в сертифицированную специальную одежду и обувь, в соответствии с Едиными типовыми нормами (личная карточка учета выдачи СИЗ).

В своей работе МЕИ руководствуется Правилами внутреннего трудового распорядка, утвержденными <данные изъяты> ООО «Трест Магнитострой» ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ должностной инструкцией <данные изъяты>, утвержденной начальником УПМИ ООО Трест Магнитострой» ФИО3, инструкцией по охране труда для <данные изъяты> №, утвержденной <данные изъяты> ООО «Трест Магнитострой» ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ., инструкцией по охране труда для лиц, пользующихся грузоподъемными машинами, управляемыми с пола №, утвержденной <данные изъяты> ООО «Трест Магнитострой» ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ. С указанными документами МЕИ ознакомлен под подпись.

Основная причина несчастного случая: неудовлетворительная организация производства работ в том числе: необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины:

ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации «Обязанности работодателя в области охраны труда», в которой указано, что работодатель обязан обеспечить: организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты»;

-пункта 2.13. Должностной инструкции мастера, в которой указано: «Обеспечивает соблюдение правил ТБ, промсанитарии, противопожарной безопасности, порядок на рабочих местах. Осуществляет контроль за соблюдением рабочими трудовой дисциплины, правил внутреннего г\ трудового распорядка на участке»;

Сопутствующая причина: нарушение работником трудового распорядка и дисциплины труда:

- пункта 1.10. Инструкции по охране труда для <данные изъяты> (производственная) №, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ, в которой указано: «Погрузочно- разгрузочные работы должны выполняться в соответствии с требованиями ГОСТ 12.3.009-76, ГОСТ 12.3.020-80 и Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов»;

- пункта 40 раздела 5 Правил по охране труда при погрузочно-разгрузочных работах и размещении грузов, утвержденных Приказом №753н от 28.10.2020г. Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации, в которых указано: «Перемещать груз над рабочими местами при нахождении людей в зоне перемещения груза запрещается».

Факт грубой неосторожности в действиях пострадавшего МЕИ комиссией не установлен.

ДД.ММ.ГГГГ следователем <данные изъяты> ФИО13 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признакам перступления, предусмотренного статьей 143 Уголовного кодекса Российской Феерации на основании пункта 2 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (л.д. 25-27).

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ МЕИ находился на лечении в <данные изъяты> (л.д.38).

Согласно выписному эпикризу <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ заключительный клинический диагноз «<данные изъяты>». ДД.ММ.ГГГГ проведено <данные изъяты> (л.д.38). Далее по ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение у врача <данные изъяты>.

Решением врачебной подкомиссии по экспертизе временной нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> МЕИ рекомендовано: работа без подъема тяжестей, длительного пребывания на ногах, срок действия 1 месяц (л.д.28).

Согласно справке о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве МЕИ последствием несчастного случая на производстве является выздоровление (л.д. 29).

ДД.ММ.ГГГГ МЕИ обратился в прокуратуру Орджоникидзевского района г.Магнитогорска с заявлением об обращении в его интересах в суд о взыскании с ООО «Трест Магнитострой» компенсации морального вреда в связи с произошедшим несчастным случаем от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15).

В своих объяснениях, данных ДД.ММ.ГГГГ ст.помощнику прокурора Орджоникидзевского района г.Магнитогорска ФИО14, указал, что с ДД.ММ.ГГГГ года работает в ООО «Трест Магнитострой» <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве, в связи с чем, ему были причинены следующие повреждения: <данные изъяты>. Указанные повреждения относятся к категории тяжелых.

С ДД.ММ.ГГГГ находился в стационаре <данные изъяты>, где ему была проведена операция. В стационаре находился примерно до ДД.ММ.ГГГГ. Все это время он испытывал сильную физическую боль, болел живот и спина.

Примерно с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ продолжал лечение в поликлинике <данные изъяты>», где ему делали <данные изъяты>.

Из-за <данные изъяты> и ее брыжейки он не мог до настоящего времени есть обычную еду, а только жидкую либо мягкую пищу (супы, жидкие каши).

Кроме того, при длительной ходьбе у него возникают сильные боли и дискомфорт в районе живота.

В результате сильных болей он не спал по ночам в течение ДД.ММ.ГГГГ.

После окончания лечения, специалистами <данные изъяты> рекомендована работа без подъема тяжестей и длительного пребывания на ногах.

Таким образом, из-за травмы, если его состояние здоровья не восстановится, то работодатель вынужден будет расторгнуть с ним трудовой договор, и он потеряет работу.

В настоящее время он не может вести прежний полноценный образ жизни: <данные изъяты>. <данные изъяты>

<данные изъяты>. Все эти обстоятельства причиняют ему сильные нравственные страдания.

ДД.ММ.ГГГГ на основании заявления МЕИ от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении, согласно приказу ООО «Трест Магнитострой» №к от ДД.ММ.ГГГГ с МЕИ расторгнут трудовой договор в соответствии сп.3 ч.1 ст.77 ТК РФ (л.д.34-35).

По ходатайству стороны истца по делу назначена судебная медицинская экспертиза, на разрешение которой поставлен вопрос:

- какова степень тяжести причиненного вреда здоровью МЕИ, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в результате произошедшего несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ ?

Производство экспертизы поручено <данные изъяты> (л.д.185-188).

Согласно дополнительному заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ на основании заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, с учетом обстоятельств дела, отвечая на поставленные перед экспертом вопросы, эксперт пришел к выводам, что у гр.МЕИ, ДД.ММ.ГГГГ г.р., имеет место: <данные изъяты>.

Вышеописанные повреждения могли образоваться в результате воздействия тупых твердых предметов; возможно в срок, указанный в представленном медицинском документе и данном постановлении.

В область живота причинено не менее 1-го травматического воздействия.

Вышеописанное повреждение является опасным для жизни человека (непосредственно создает угрозу для жизни человека), что является квалифицирующим признаком тяжкого вреда здоровью (п.5.1.1.17. Приказа Министерства здравоохранения РФ от 08.04.2025г. №17211 об утверждении порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека).

Разрешая исковые требования и удовлетворяя их, суд приняв во внимание заключение судебно-медицинской экспертизы в совокупности с иными представленными в материалы дела доказательствами по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу, что в ходе судебного разбирательства нашли свое доказательственное подтверждение доводы истца в части обстоятельств получения нравственных и физических страданий в результате несчастного случая на производстве, который произошел по вине работников Общества, нарушивших требования охраны труда и не обеспечивших безопасные условия труда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, суд руководствуясь статьями 212, 184 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в результате полученных травм на производстве, истец претерпел нравственные и физические страдания. Согласно схеме определения степени тяжести и повреждения здоровья, при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжёлая. В результате полученной на производстве травмы истец испытал очень сильную физическую боль, а также болевые ощущения в восстановительный период, принимал обезболивающие препараты. Находился на листе нетрудоспособности длительное время, перенес оперативное вмешательство. Из-за <данные изъяты> он не мог длительное времени принимать обычную пищу, принимал только жидкую либо мягкую пищу. В результате сильных болей он не спал по ночам. Длительное время не мог обходиться без посторонней помощи, не мог вести социальную жизнь, трудиться. При длительной ходьбе у него возникают сильные боли и дискомфорт в районе живота. Считает, что последствия этой травмы будут ощущаться постоянно. Период после получения травмы является одним самых тяжелейших периодов его жизни. Кроме того, эта ситуация сказалась на его психологическом состоянии, он до сих пор находится в стрессовом состоянии, переживал по поводу состояния своего здоровья.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, так как они соответствуют фактическим обстоятельствам дела и требованиям закона, а доводы апелляционной жалобы ответчика об обратном, подлежат отклонению.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесены в том числе право на жизнь (статья 20), право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37). Под защитой государства находится также семья, материнство и детство (часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Частью первой статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что охрана труда - система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу части первой статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из приведенного нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерб.

Согласно абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Исходя из п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 N 1501-О-О, п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации о возмещении юридическим лицом либо гражданином вреда, причиненного его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, во взаимосвязи с положениями его ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации о том, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяется правилами, предусмотренными гл. 59 "Обязательства, вследствие причинения вреда" данного Кодекса, в частности ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации "Право регресса к лицу, причинившему вред", а также гл. 39 "Материальная ответственность работника" Трудового кодекса Российской Федерации направлен на обеспечение реальной защиты прав потерпевших с учетом необходимости соблюдения баланса прав всех заинтересованных лиц.

Как разъяснено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" - учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 ГК РФ). При этом суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика в той части, что судом первой инстанции не дана оценка и не учтено поведение потерпевшего, которое непосредственно привело к травме, из объяснений которого следует, что он самостоятельно, осознавая риск для собственного здоровья, проник в середину конструкции, которая не являлась полностью проваренной сварочным аппаратом и могла рассыпаться, что также подтверждается протоколом опроса пострадавшего, протоколом опроса очевидца, видеозаписью происшествия. Согласно имеющемуся в материалах дела постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела, органы следствия, отказывая в возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного статьей 143 Уголовного кодекса Российской Федерации, указали на то, что именно поведение истца способствовало получению им травмы. Данным обстоятельствам не дана надлежащая оценка судом первой инстанции, грубой неосторожности в действиях потерпевшего не установлено.

В соответствии с ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При этом вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.). Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.

В то же время, грубой неосторожностью, влияющей на размер возмещения вреда согласно ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствии с указанными нормами является такое виновное поведение потерпевшего, которое, во-первых, состоит в причинной связи с наступившим вредом, а, во-вторых, связано с нарушением (пренебрежением) общепринятыми нормами безопасности.

В соответствии с ч. 1 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, в также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абз. 2 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абз. 2, 13 ч. 1 ст. 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия учитывает вину работодателя в произошедшем несчастном случае, не обеспечившего работнику безопасные условия труда.

Суд пришел к обоснованному выводу, что приведенные обстоятельства не дают оснований для суждения о наличии в действиях истца грубой неосторожности, под которой в гражданском праве, по общему правилу, понимается отсутствие всякой внимательности и осторожности (осмотрительности) в поведении лица, которое должно осознавать возможность наступления отрицательных последствий своего поведения.

Доводы жалобы в той части, что работодателем предприняты все меры к созданию безопасных условий труда, что подтверждается актом № о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому причинителю вреда ФИО16 вменено необеспечение контроля за ходом выполнения работ, соблюдением работниками трудовой дисциплины, отклоняются как необоснованные, поскольку указание в акте о несчастном случае на производстве на невыполнение ФИО16 – <данные изъяты><данные изъяты> «Трет Магнитострой»Ю, положений ст. 214 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 2.13 должностной инструкции, а также приказа № от ДД.ММ.ГГГГ. не относятся к созданию безопасных условий труда для работника, а лишь констатируют факт ненадлежащей организации труда со стороны непосредственных руководителей истца.

Доводы апелляционной жалобы ответчика в части несогласия с определенным судом ко взысканию размером компенсации морального вреда, отклоняются судебной коллегией. Судом первой инстанции были приняты во внимание: обстоятельства травмирования истца, поведение работодателя после получения истцом травмы, выставленный истцу диагноз и степень тяжести вреда здоровью, период лечения и реабилитации, отсутствие в действиях потерпевшего грубой неосторожности, необеспечение со стороны работодателя безопасных условий труда и ненадлежащая организация труда, в связи с чем, оснований не согласиться с присужденным размером компенсации морального вреда в размере 700 000 руб., судебная коллегия не усматривает.

Доводы жалобы о том, что в судебном заседании истец пояснил, что в результате травмы он испытал физические и нравственные страдания, однако, в материалах дела представлены документальные подтверждения лишь наличия физического страдания от болей в брюшной полости, также подлежат отклонению, поскольку в решении суда подробно указано как о физических, так и понесенных истцом нравственных страданий, изменение его привычного образа жизни после произошедшего с ним несчастного случая, в том числе невозможности трудиться в прежних условиях.

В целом доводы апелляционной жалобы по существу выражают несогласие с выводами суда и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для принятия решения, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены или изменения решения суда. Указаний на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит, а судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области от 05 февраля 2026 года оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Трест Магнитострой» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 05.05.2026 года.