Апелляционное определение № 33-1878/2026 от 24 марта 2026 г.

УИД: 59RS0004-01-2025-000675-23

Судья – Шпигарь Ю.Н.

(гр.д.№ 2-1361/2025)

Дело № 33–1878/2026

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 25.03.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 12.03.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе: председательствующего Варзиной Т.В.,

судей Ветлужских Е.А., Симоновой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Нечаевой Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению С. к обществу с ограниченной ответственностью «Центр стоматологии «32 Практика» о возмещении ущерба, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе С. на решение Ленинского районного суда г. Перми от 20.11.2025.

Заслушав доклад судьи Варзиной Т.В., пояснения представителя ответчика ФИО1, заключение прокурора Рычковой А.Б., судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

С. обратилась в суд с иском к ООО «Центр стоматологии «32 Практика» с требованиями с учетом уточнений о взыскании суммы ущерба в размере 1581954 руб., неустойки в сумме 14996923,90 руб., компенсации морального вреда в сумме 3570 000 руб., штрафа в размере пятидесяти процентов присужденных сумм, расходов по оплате услуг представителя в размере 110000 руб.

Требования мотивированы тем, что 05.08.2024 истец обратилась в ООО «Центр стоматологии «32 Практика» для установки на зубы виниров с целью улучшения эстетического вида и цвета зубов. 05.08.2024 между сторонами заключен договор № ** возмездного оказания медицинских услуг. Лечащим доктором в клинике был назначен Ц. Оплата стоматологических услуг была произведена частями в разные сроки в виде авансовых платежей в общей сумме 1 581 954 руб. После обработки зубов под виниры (начиная с 28.10.2024) и установки виниров у истца возникли многочисленные жалобы и претензии. Лечащий врач пояснил истцу, что им была установлена «упрощенная окклюзионная схема», которая с истцом не была согласована. Полагает, что доктором при обработке зубов было допущено нарушение технологии: снято слишком много здоровых тканей с зубов. Несколько дней истец не могла принимать пищу. Цвет всех установленных винир-коронок не соответствует тому, который желала истец при обращении в клинику ответчика.

После подачи иска в суд у истца начались сильные боли в области ** зуба, в связи с чем 07.02.2025 она обратилась с письменным заявлением в клинику ответчика за оказанием медицинской помощи. От клиники был получен отказ в оказании медицинских услуг и исправлении некачественно выполненной работы. Истец была вынуждена 25.03.2025 обратиться в стороннюю стоматологическую клинику «Центр стоматологии «***», по результатам приема была получена рекомендация по депульпированию ** зуба.

Решением Ленинского районного суда г. Перми от 20.11.2025 исковые требования оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец С. с решением суда не согласна, просит его отменить, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. Указывает, что в материалах дела отсутствуют документы, позволяющие достоверно установить, из какого именно материала были изготовлены ортопедические конструкции (виниры и коронки), установленные истцу, и с использованием какой техники. Полагает, что судом не дана надлежащая оценка тому обстоятельству, что истцом было дано согласие исключительно на протезирование по технологии CEREC (CAD/CAM), что подтверждается подписанным 08.08.2024 информированным добровольным согласием. Приводит довод о том, что суд необоснованно пришел к выводу, что план лечения является надлежащим подтверждением информированного добровольного согласия пациента и заменяет его. Указывает, что в материалах дела отсутствуют документы подтверждающие согласование с истцом цвета виниров и коронок. Указывает, что судом необоснованно было отказано в истребовании у ответчика полного объема видеопротоколов лечения, на которых зафиксированы реакции истца на результаты выполненных работ, ее недовольство установленными ортопедическими конструкциями. Полагает, что истец обратилась за услугой по 8 зубам, а были препарированы 28, таким образом ответчиком были навязаны дополнительные услуги. Судом было отказано в вызове и допросе экспертов проводимых экспертизу.

В письменных возражениях на доводы апелляционной жалобы ответчик ООО «Центр стоматологии «32 Практика» просит решение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика с доводами апелляционной жалобы не согласилась, поддержала доводы своих возражений.

В заключении прокурор полагала, что решение суда отмене не подлежит, судом полно и объективно исследованы представленные доказательства, выводы суда являются правильными.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены надлежащим образом, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Пермского краевого суда www.oblsud.perm.sudrf.ru, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, сведений об уважительности причин неявки не представили.

С учетом изложенного, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с положениями части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела и исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон № 323-ФЗ) определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона № 323-ФЗ).

В соответствии с положениями части 1 статьи 37 Федерального закона N 323-ФЗ медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона № 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно пункту 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В силу статьи 151 названного кодекса, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 15 Закона РФ "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.

В судебном заседании установлено, что 05.08.2024 между ООО «Центр стоматологии «32 Практика» и С. заключен договор №** возмездного оказания медицинских услуг, по условиям которого ответчиком приняты обязательства по оказанию истцу медицинских услуг по анестезиологии и реаниматологии, рентгенологии, стоматологии общей практики, стоматологии ортопедической, стоматологии терапевтической, стоматологии хирургической, а истцом обязательства оплатить оказанные услуги исходя из поставленного диагноза и необходимого объема услуг, а также плана (сметы) лечения, утвержденного врачом и согласованного с заказчиком (т.1, л.д.12-21).

05.08.2024 врачом Ц. утвержден и согласован с истцом план лечения, включающий наименование работ и их стоимость, на общую сумму 1904015 руб.

В период с 05.08.2024 по 20.12.2024 в счет оплаты услуг истцом внесены денежные средства в общем размере 1581954,50 руб.

09.01.2025 истцу направлен ответчиком акт сдачи-приемки оказанных услуг по договору возмездного оказания медицинских услуг №** от 05.08.2024, от подписания которого истец в письме от 13.01.2025 отказалась, потребовав представить медицинскую карту за весь период оказания услуг, иные документы, связанные с оказанием услуг, указав на некачественное оказание услуг ответчиком по установке истцу керамических винир-коронок. Повторные требования продублированы истцом в письме от 17.01.2025.

По заявлению истца от 13.01.2025 ответчиком 14.01.2025 осуществлен контроль качества оказанной истцу медицинской помощи, по результатам которой врачебной комиссией ответчика дефектов оказания медицинской помощи не выявлено.

О результатах проверки истцу сообщено ответчиком в письме от 16.01.2025.

26.01.2025 истец обратилась к ответчику с претензией о возмещении убытков, взыскании неустойки, компенсации морального вреда, указав на некачественное оказание ответчиком услуг по договору №** от 05.08.2024.

В удовлетворении требований истца письмом от 28.01.2025 ответчиком отказано.

Согласно выписке из протокола планового заседания врачебной комиссии ответчика от 20.03.2025 медицинская помощь С. в виде протезирования зубов керамическими реставрациями, лечения пульпита зуба **, лечения гиперестезии зубов **, **, **, ** оказана надлежащего качества.

Определением суда от 30.04.2025 по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы» ( ****).

Согласно заключению экспертов №** от 29.09.2025 (т.2, л.д.219-250, т.3, л.д.1-74) С. в период с августа 2024 года по февраль 2025 года ООО «Центр стоматологии «32 Практика» оказаны следующие медицинские услуги, указанные в ее медицинских документах.

Указано, что диагноз С., а именно: «**, **, **, **, **, ** - повышенное стирание зубов (К03.0), ** - наличие имплантатов зубов и челюсти (Z96.5)» был установлен верно, на основании субъективных жалоб пациента, анамнеза заболевания, осмотра, результатов медико-диагностических исследований. План лечения был составлен верно, с учетом особенностей пациента: возраста, состояния полости рта, сопутствующих заболеваний и эстетических предпочтений, информированное добровольное согласие С. получено: 08.08.2024, 28.10.2024, 31.10.2024, 16.11.2024, 21.11.2024, 23.11.2024, 26.11.2024, 13.12.2024, 11.12.2024, 19.12.2024.

В соответствии с общепринятыми методиками и сложившейся практикой, подготовка и защита зубов перед протезированием была осуществлена должным образом, а именно произведено препарирование под увеличением бинокуляров для контроля равномерности снятия тканей, медикаментозная обработка зубов раствором хлоргексидина биглюконата 0,2% для исключения микробного обсеменения, герметизация дентина десенситайзером для исключения появления повышенной чувствительности и развития вторичного кариеса, немедленное изготовление временных конструкций для защиты отпрепарированных зубов от воздействия внешних термических и механических раздражителей.

При анализе экспертной комиссией гипсовых моделей С. с отпрепарированными зубами чрезмерное снятие эмали не выявлено.

Дефектов при оказании медицинской помощи С. в ООО «Центр стоматологии «32 Практика» не было выявлено. Каких-либо негативных последствий для стоматологического здоровья пациентки в результате оказания медицинской помощи не наступило. С. в настоящее время не нуждается в дополнительном обследовании.

У С. на настоящий момент имеется ортогнатический тип окклюзии. Данный вид окклюзии является физиологичным. Окклюзионная схема является индивидуальной для каждого пациента, ее согласование не регламентировано какими-либо нормативными документами.

Дефектов при установке виниров, в том числе на зубы **, **, экспертной комиссией не обнаружено. При осмотре С. винир на зубе 41 по толщине такой же, как на соседних зубах. Цвет виниров и коронок С. согласно шкале соответствует BL 4 (Bleach 4), что подтверждается фотофиксацией. Цвет коронок и виниров был согласован с С., что подтверждается записями в медицинской карте стоматологического пациента № ** от 28.10.2024 и 21.11.2024, а также информированным добровольным согласием, подписанным 28.10.2024 и 21.11.2024.

На винире зуба ** отсутствует темное пятно, что подтверждается фотофиксацией.

В области зубов ** и ** отсутствует щель в пришеечной области, что подтверждается данными осмотра, состоянием слизистой оболочки в области данных зубов (слизистая оболочка бледно-розовая, увлажнена, отсутствует кровоточивость при зондировании).

В представленных медицинских документах данные о повреждении губы С. в ходе оказания медицинских услуг в ООО «Центр стоматологии «32 Практика» отсутствуют. При очном судебно-медицинском обследовании следов каких-либо повреждений в области губ не выявлено.

Согласно письменным пояснениям, эксперты подтвердили выводы своего экспертного заключения, поскольку данные выводы основаны на представленных материалах.

Разрешая требования истца, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что при рассмотрении дела не нашли подтверждение доводы истца о ненадлежащем оказании ответчиком медицинских услуг, а также о вине ответчика в причинении вреда здоровью истца. Наличие дефектов при оказании медицинской помощи С. специалистами клиники ООО «Центр стоматологии «32 Практика» не установлено. Каких-либо негативных последствий для стоматологического здоровья С. в результате оказания медицинской помощи ответчиком не наступило. Ответчиком верно установлен диагноз и составлен план лечения, получено информированное добровольное согласие истца на медицинское вмешательство.

Таким образом, доказательств причинения истцу морального вреда в результате некачественного оказания ответчиком медицинской помощи при рассмотрении дела не установлено. Основания для взыскания с ответчика стоимости оказанных услуг и услуг на лечение при установленных обстоятельствах судом также не установлено.

Судебная коллегия не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального и процессуального права и правильном определении обстоятельств, имеющих значение по делу, установленных на основании исследованных в судебном разбирательстве доказательств, которым дана оценка по правилам, предусмотренным статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчиком не представлено доказательств, позволяющих установить из какого материала, а также с использованием какой техники были изготовлены ортопедические конструкции подлежат отклонению, поскольку, данные вопросы были предметом исследования экспертов, на них даны ответы о том, что как материалы, так и техники изготовления были верно подобраны лечащим врачом согласно запроса, предъявленного пациентом. Нарушений технологии протезирования также не было выявлено судебными экспертами.

Доводы о том, что в материалах дела отсутствуют документы подтверждающие согласование с истцом цвета виниров и коронок также подлежат отклонению, поскольку, цвет коронок и виниров был согласован с С., что подтверждается записями в медицинской карте стоматологического пациента № ** от 28.10.2024 и 21.11.2024, а также информированным добровольным согласием, подписанным 28.10.2024 и 21.11.2024.

Также подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы о том, что судом необоснованно было отказано в запросе видеозаписи, на которой зафиксирована реакция истца на результат выполненных работ, поскольку, суд пришел к выводу о достаточности имеющихся в материалах дела доказательств, подлежащих оценке в соответствии со статьей 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, отказал в запросе указанного видеопротокола.

Довод апелляционной жалобы о том, что истец обратилась за услугой по 8 зубам, а были препарированы 28, таким образом ответчиком были навязаны дополнительные услуги был предметом исследования, судом первой инстанции обоснованно отклонен, поскольку материалами дела достоверно установлено, что планом лечения, согласованным с истцом, предусмотрено протезирование 27 зубов истца винир-коронками на рефракторе, а также, коронка из оксида циркония облицованная на импланте. Таким образом, ответчик оказал услуги, которые были согласованы с пациентом в полном объеме.

Судебная коллегия отмечает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, являлись предметом проверки и исследования при рассмотрении дела в суде первой инстанции и правильно признаны несостоятельными по мотивам, подробно приведенным в оспариваемом решении суда, не согласиться с которыми судебная коллегия оснований не находит, поскольку они фактически направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, и сводятся к оспариванию обоснованности выводов суда первой инстанции об установленных им обстоятельствах дела, основаны на субъективном восприятии обстоятельств дела, что не является основанием, предусмотренным статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда первой инстанции в апелляционном порядке.

Ссылок на какие-либо процессуальные нарушения, являющиеся безусловным основанием для отмены правильного по существу решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального Кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

решение Ленинского районного суда г. Перми от 20.11.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу С. - без удовлетворения.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи