Решение № 2-4171/2019 2-4171/2019~М-2453/2019 М-2453/2019 от 12 декабря 2019 г. по делу № 2-4171/2019

Дело №2-4171/2019


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

13 декабря 2019 года г. Челябинск

Центральный районный суд г.Челябинска в составе:

председательствующего судьи Губка Н.Б.

при секретаре А.С. Савине,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1– ФИО2, представителя ответчика САО «ЭРГО» - ФИО3, ответчика – ФИО4, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5, гражданское дело по иску ФИО1 к САО «ЭРГО», ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к САО «ЭРГО о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия (с учетом уточнений) в размере 400 000 рублей, ФИО6 о взыскании ущерба, причиненного в результате ДТП, превышающего страховой лимит в размере 522 045 рублей, возмещения расходов по оплате услуг оценки в размере 35 000 рублей, расходов по оплате судебной экспертизы в размере 7 500 рублей, расходов на транспортировку автомобиля в размере 12 100 рублей, расходов за снятие переднего бампера, спойлера, правой фары в размере 1500 рублей.

В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ возле <адрес> в <адрес> произошло ДТП с участием а/м «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО1, и а/м «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО4 В результате данного происшествия транспортному средству «<данные изъяты>», г/н №, принадлежащему истцу на праве собственности, причинены технические повреждения, ущерб от которых составил 922 045 рублей без учета износа. Полагает, что вина в произошедшем ДТП лежит на ответчике ФИО4 в связи с чем с ответчиков подлежит взысканию стоимость, причиненного ущерба.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали по доводам и основаниям изложенным в исковом заявлении, пояснив, что нарушения правил дорожного движения со стороны истца допущено не было, в то время как ФИО4 было допущено нарушение п. 9.10 Правил дорожного движения, в частности при движении по полосе встречного движения водитель ФИО4 совершил маневр для объезда зеленых насаждений, что и привело к ДТП. Выразила несогласие с вмененным ей нарушением п. 8.3 Правил дорожного движения.

Представитель ответчика САО «ЭРГО» - ФИО3 против удовлетворения исковых требований возражала, полагая, ТП произошло в результате нарушения истцом п. 8.3 Правил дорожного движения.

Ответчик ФИО4, представитель ответчика ФИО4 - ФИО5 против удовлетворения исковых требований возражали, пояснив, что истец, не убедившись в безопасности маневра, в нарушении п. 8.3 Правил дорожного движения выехала с прилегающей территорию на дорогу по которой двигался автомобиль ответчика совершив с ним столкновение, не остановилась на обочине, как того требуют правила дорожного движения, чтобы пропустить его автомобиль, обладающий преимуществом, вследствие чего и произошло ДТП. Просил взыскать с ФИО1 судебные расходы.

Суд, выслушав стороны, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии со статьями 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.

В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы (ч. 4 ст. 931 ГК РФ).

В силу положений ст. 1 Федерального закона от 25 апреля 2002 года N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить потерпевшим причиненный вследствие этого события вред их жизни, здоровью или имуществу (осуществить страховую выплату) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу статьи 7 Федерального закона Российской Федерации N 40-ФЗ от 25 апреля 2002 года "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", страховая сумма, в пределах которой страховщик при наступлении каждого страхового случая (независимо от их числа в течение срока действия договора обязательного страхования) обязуется возместить потерпевшим причиненный вред, составляет в части возмещения вреда, причиненного имуществу каждого потерпевшего, 400 тысяч рублей.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ в ДД.ММ.ГГГГ мин. на <адрес> в <адрес> произошло ДТП с участием автомобилей «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО1, и а/м «<данные изъяты>», г/н №, под управлением ФИО4

Исходя из справки о дорожно-транспортном происшествии в результате ДТП автомобиль «<данные изъяты>», г/н №, принадлежащий на праве собственности ФИО1, получил механические повреждения – бампера переднего, левой фары, капота, решетки радиатора, левого переднего крыла, противотуманной фары, колеса левого переднего, правой фары, двери левой передней, подушки безопасности. Также в справке о ДТП отражено, что ФИО7 был нарушен п. 8.3 Правил дорожного движения (л.д. 20). Нарушения правил дорожного движения водителем ФИО4 не усматривается.

Гражданская ответственность водителя ФИО1 на момент ДТП была застрахована в САО «ЭРГО» (полис серии № №), водителя ФИО4 в ООО «СК Сибирский Дом» (полис серии № №).

ДД.ММ.ГГГГ Инспектором ГИБДД Управления МВД РФ по г.Челябинску вынесено определение о прекращении производства по делу об административном правонарушении в связи с истечением срока давности привлечения ФИО1 к административной ответственности.

ДД.ММ.ГГГГ истец в установленном законом порядке обратился в страховую компанию, представив все необходимые документы и просьбу провести осмотр поврежденного автомобиля.

ДД.ММ.ГГГГ истцом САО «ЭРГО» подано заявление об участии представителя страховщика в дополнительном осмотре.

ДД.ММ.ГГГГ САО «ЭРГО» в адрес истца было направлено уведомление об отказе в выплате страхового возмещения в связи с тем, что именно действия истца послужили причиной дорожно-транспортного происшествия. Обосновывая отказ в выплате страхового возмещения Страховая компания ссылается нарушением водителем автомобиля «<данные изъяты>» п. 8.3 Правил дорожного движения.

Согласно экспертного заключения №, составленного ООО «Паритет-М» стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства «<данные изъяты> составила без учета износа 811 099 рублей, с учетом износа 639 414 рублей 30 копеек.

В заключение № специалист ФИО8 указывает на то, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель а/м «<данные изъяты>» обладал приоритетным правом на движение перед автомобилем «<данные изъяты>», выезжавшим на проезжую часть с прилегающей территории и должен был руководствоваться требованиями п. 9.10 Правил Дорожного движения, водитель автомобиля «<данные изъяты>» п. 8.3 Правил Дорожного движения. Автомобиль «<данные изъяты>» находился в статичном положении в момент столкновения с автомобилем «<данные изъяты>». В сложившейся дорожно-транспортной ситуации, с технической точки зрения в причинно-следственной связи с событием – столкновением транспортных средств находились действия водителя автомобиля «<данные изъяты>», не соответствовавшие требованиям п. 9.10. Правил дорожного движения.

Впоследствии истец обратилась в суд с указанным иском.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснила, что при выезде на проезжу часть с прилегающей территории увидела двигающийся по проезжей части автомобиль «<данные изъяты>», остановилась, чтобы пропустить его, но водитель автомобиля «<данные изъяты>» при движении по дороге в прямом направлении совершил маневр для объезда зеленых насаждений, в результате чего кузов его автомобиля сместился и совершил столкновение с автомобилем «<данные изъяты>». Полагает, что именно водителем автомобиля «<данные изъяты>» нарушены правила дорожного движения, поскольку ее автомобиль в момент столкновения транспортных средств находился в статичном состоянии на обочине, водитель автомобиля «<данные изъяты>» не мог не заметить её автомобиль.

Ответчик ФИО4 возражал в судебном заседании против удовлетворения исковых требований, полагая, что нарушения правил дорожного движения не допускал, маневров не совершал, автомобиль истца он не видел, в то время как автомобиль «<данные изъяты>» выехал на проезжую часть, нарушив тем самым п. 8.3 Правил дорожного движения, что привело к ДТП.

Определением Центрального районного суда города Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная трассологическая экспертиза, производство которой поручено ИП ФИО9

Согласно заключению судебной экспертизы, выполненного экспертом-техником ФИО9, в момент первоначального взаимодействия с автомобилем «<данные изъяты>», автомобиль «<данные изъяты>» находился в состоянии покоя (стоял), в последующем в фазе отброса автомобиль «<данные изъяты>» перемещался назад от места наезда с разворотом его передней части против направления вращения часовой стрелки (влево).

Из заключения эксперта экспертно-криминалистического центра ГУ МВД РФ по Челябинской области - ФИО10, а также его показаний, данных в судебном заседании, следует, что автомобиль «<данные изъяты>» в момент столкновения находился в движении. Указанный вывод сделан им на основании следов взаимодействия, оставшихся после столкновения автомобиля «<данные изъяты>» и «<данные изъяты>». Взаимосвязь – направление царапин, а именно то, что одни царапины наложены на другие, при условии, что капот был без повреждений на момент ДТП, говорит о том, что было взаимное внедрение взаимодействующих частей между собой, обоюдное движение автомобилей.

Из показаний эксперта ФИО9 следует, что в момент взаимодействия транспортных средств водитель автомобиля <данные изъяты> выполнял маневр на смещение влево. При условии нахождения автомобиля <данные изъяты> в момент первоначального взаимодействия с автомобилем «<данные изъяты>» в состоянии движения на противоподкатном брусе грузового автомобиля, состоящего из двух частей, следы первоначального взаимодействия имели бы большую степень внедрения. В момент сработки системы безопасности -(подушек), вращение коленчатого вала автомобиля «<данные изъяты>» составило 0 оборотов, скорость – 0 км/час, что является главным доказательством того, что в момент взаимодействия с автомобилем «<данные изъяты>» автомобиль «<данные изъяты> не двигался.

Исходя из протокола диагностики автомобиля «<данные изъяты>», ответа ООО «ТТМ-1» от ДД.ММ.ГГГГ, адресованного ФИО1, пояснений специалиста ФИО11 –руководителя клиентской службы ООО «ТТМ-1» следует, что в момент столкновения двигатель автомобиля «<данные изъяты>» не работал, исходя из показаний, зафиксированных в работе коленчатого вала и равных нулевому показателю.

Поскольку сторонами оспаривался механизм взаимодействия автомобилей в момент столкновения, учитывая наличие в материалах дела двух экспертиз, выводы которых противоречили друг другу, по ходатайству ответчика определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена дополнительная экспертиза с целью установления механизма взаимодействия транспортных средств в момент ДТП, а также установления причинно-следственной связи действий водителей и произошедшим ДТП, производство экспертизы поручено эксперту ФИО12

Согласно заключению судебной комплексной автотехнической экспертизы № ДД.ММ.ГГГГ от ДД.ММ.ГГГГ применительно к рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации решить поставленный вопрос о том находился ли автомобиль «<данные изъяты>», гос. ном. № в момент первоначального взаимодействия с автомобилем «<данные изъяты>», гос.ном. <данные изъяты> в состоянии покоя (имел место наезд) или в движении (имело место столкновение) методами трасологической экспертизы, исследующей следы повреждения на транспортных средствах, не представляется возможным. Экспертным путем с использованием трасологических методов исследования могут быть установлены только взаимные расположения автомобилей в момент их взаимодействия и с экспертной точки зрения в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, вероятнее всего, имело место взаимодействие находящегося в состоянии покоя (стоящего, остановившегося) автомобиля «<данные изъяты>» и автомобиля «<данные изъяты>», движущегося веред с некоторым смещением влево.

Взаимодействию с автомобилем «<данные изъяты>» предшествовал выезд автомобиля «<данные изъяты>» на проезжую часть дороги с прилегающей территории.

В представленных эксперту материалах имеются противоречия в показаниях водителя автомобиля «<данные изъяты>» перед взаимодействием с автомобилем «<данные изъяты>», в частности водитель автомобиля «<данные изъяты>» указала, что она до момента взаимодействия с автомобилем «<данные изъяты>» предварительно выехала с прилегающей территории на дорогу и, обнаружив грузовой автомобиль, движущийся по дороге справке налево на расстоянии 100 метров произвела остановку.

Из показаний очевидца ФИО13 следует, что время, прошедшее с момента остановки автомобиля «<данные изъяты> до момента наезда -1,2 секунды.

Согласно протоколу предварительного судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ автомобиль «<данные изъяты>» двигался со скоростью 30 км/ч.

Время, прошедшее с момента обнаружения автомобиля «<данные изъяты>» водителем автомобиля «<данные изъяты>» (согласно показаниям) составляет около 12 секунд.

Таким образом, определенное экспертным путем значение времени прошедшего с момента обнаружения автомобиля «<данные изъяты>» водителем автомобиля «<данные изъяты>» до момента их взаимодействия-12 секунд, существенно превышает значение указанное одним из очевидцев -1,2 секунды и, с технической точки зрения показания водителя «<данные изъяты>» о механизме развития рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия в фазе сближения транспортных средств перед происшествием не состоятельны. Показания водителя автомобиля «<данные изъяты>» о том, что он не обнаружил до момента взаимодействия автомобиль «<данные изъяты>» не находятся в противоречии с проведенным экспертным исследованием.

В заключении судебной экспертизы эксперт, оценивая дорожную ситуацию исходя из объяснений водителей, составленной схемы ДТП, фото с места ДТП, непосредственно места расположения, где произошло ДТП, пришел к выводам, что в сложившейся дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» должен был руководствоваться требованиями п.8.3 Правил дорожного –движения. Действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» не соответствовали требованиям указанного пункта правил и находись в причинно-следственной связи с событием дорожо -транспортного происшествия.

Если в рассматриваемой дорожно -транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» имел объективную возможность обнаружить, выезжающий с прилегающей территории автомобиль «<данные изъяты>» в момент возникновения опасности для движения и начал выполнять маневр смещения влево раньше, чем возникла опасность для движения, то он дожжен был руководствоваться требованиями п.10.1.ч.2 ПДД РФ, согласно которого при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Если в рассматриваемой дорожно -транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» имел объективную возможность обнаружить, выезжающий с прилегающей территории автомобиль «<данные изъяты>» в момент возникновения опасности для движения и начал выполнять маневр смещения влево позже, чем возникла опасность для движения, то он дожжен был руководствоваться требованиями п.9.10 ПДД РФ согласно которого водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения. В данном случае, с технической точки зрения, действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» не соответствовали требованиям п.9.10 ПДД РФ находились причинно-следственной связи с событием дорожно-транспортного происшествия.

Если в рассматриваемой дорожно -транспортной ситуации водитель автомобиля «<данные изъяты>» не имел объективной возможности обнаружить, выезжающий с прилегающей территории автомобиль «<данные изъяты>», то в его действиях нет несоответствия требованиям ПДД РФ даже при выполнении им маневра смещения влево, так как Правила не обязывают водителей транспортных средств предугадывать наличие и действие других участников дорожного движения не обладающих преимуществом (в данном случае, выезд и остановку левее первоначальной прямолинейной траектории движения автомобиля «<данные изъяты>» автомобиля «<данные изъяты>»).

У суда не имеется оснований не доверять заключению судебного эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности по ст.307 УК РФ, квалификация которого в области оценочной деятельности подтверждена имеющимися в заключении дипломами и свидетельствами. Заключение содержит в себе все необходимые расчёты, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, даны ответы на все поставленные судом вопросы, неясностей и разночтений не содержит. Оснований ставить под сомнение выводы судебного эксперта у суда не имеется.

Из показаний эксперта ФИО12, данных в судебном заседании следует, что установить экспертным путем механизм взаимодействия автомобилей - участников ДТП не возможно, поскольку повреждения могли образоваться при движении на низкой скорости. При производстве экспертизы эксперт взял за основу единственный временной промежуток, озвученный очевидцем ДТП о том, что с момента остановки автомобиля «<данные изъяты>» до момента столкновения с автомобилем «<данные изъяты>» прошло 1-2 секунды, данный показатель применён в совокупности со всеми условиями, в связи с чем показания истца о том, что в момент ее выезда с прилегающей территории на дорого транспортное средство «<данные изъяты>» находилось на расстояние 100 метров от её автомобиля не соответствуют действительности с технической точки зрения.

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993 г. N 1090, "преимущество (приоритет)" - право на первоочередное движение в намеченном направлении по отношению к другим участникам движения.

"Прилегающая территория" - территория, непосредственно прилегающая к дороге и не предназначенная для сквозного движения транспортных средств (дворы, жилые массивы, автостоянки, АЗС, предприятия и тому подобное). Движение по прилегающей территории осуществляется в соответствии с настоящими Правилами.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года N 1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Пунктом 8.3 Правил дорожного движения установлено, что при выезде на дорогу с прилегающей территории водитель должен уступить дорогу транспортным средствам и пешеходам, движущимся по ней, а при съезде с дороги - пешеходам и велосипедистам, путь движения которых он пересекает.

Термин "уступи дорогу" (не создавать помех) означает, что участник дорожного движения не должен начинать, возобновлять или продолжать движение, осуществлять какой-либо маневр, если это может вынудить других участников движения, имеющих по отношению к нему преимущество, изменить направление движения или скорость.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Из имеющихся в материалах дела письменных доказательств, показаний участников ДТП, очевидцев ДТП, с учетом показаний ФИО4 о том, что он не видел и не мог видеть автомобиль «<данные изъяты>» суд приходит к выводу об отсутствии объективной возможности со стороны водителя автомобиля «<данные изъяты>» обнаружить, выезжающий с прилегающей территории автомобиль «<данные изъяты>», в связи с чем, не усматривает в действиях ответчика ФИО14 нарушений Правил дорожного движения.

Таким образом, учитывая материалы административного производства, проведенную по делу судебную экспертизу, объяснения сторон, схему дорожно-транспортного происшествия, показания экспертов, суд полагает, что с технической точки зрения, действия водителя автомобиля «<данные изъяты>» не соответствовали требованиям пунктов 8.3 ПДД РФ и находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием, следовательно, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 не имеется.

В соответствии с частью первой статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела. Издержки, связанные с рассмотрением дела отнесены к судебным расходам.

Перечень приведенных в ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержек, связанных с рассмотрением дела не является исчерпывающим, издержками могут являться признанные судом и другие, признанные необходимыми, расходы.

Принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (в соответствии с Пленумом Верховного суда РФ от 21 января 2016 г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела".

В соответствии с частью первой статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Возмещение судебных расходов на основании части первой статьи 98 ГПК Российской Федерации осуществляется только той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и в соответствии с тем судебным постановлением, которым спор разрешен по существу. Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного требования.

В силу ст. 48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично, либо через своих представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Обязанность суда взыскать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требований ч. 3 ст. 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, вследствие чего, в силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года N 1 судам разъяснено, что расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, часть 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Разумными, следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги.

При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исходя из принципа разумности (ст.100 ГПК РФ), с учетом сложности дела, количества проведенных судебных заседаний, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей.

Ответчиком ФИО4 было оплачено проведение судебной экспертизы в размере 7 500 рублей, дополнительной судебной экспертизы в размере 60 000 рублей. На основании изложенного следует взыскать с ФИО1 расходы на проведение судебной экспертизы в размере 67 500 рублей.

Оснований для удовлетворения требований о взыскании расходов на оплату заключения специалиста ФИО15 не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к САО «ЭРГО», ФИО6 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия отказать

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО6 расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 рублей, расходы по оплате судебных экспертиз в размере 67 500 рублей

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Челябинский областной суд через Центральный районный суд г. Челябинска в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Н.Б. Губка

Мотивированное решение изготовлено 20 декабря 2019 года.