Решение № 2-2822/2024 2-2822/2024~М-2242/2024 М-2242/2024 от 12 июля 2024 г. по делу № 2-2822/2024

Дело № 2-2822/2024

УИД 74RS0031-01-2024-004201-39


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

12 июля 2024 года г. Магнитогорск

Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Кульпина Е.В.,

при секретаре судебного заседания Прошкиной О. А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «АНКОР» о защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «АНКОР» (далее по тексту – ООО «АНКОР») о защите прав потребителя.

В обоснование заявленных требований указано, что 14 марта 2024 года между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор купли-продажи автомобиля <номер обезличен>, предмет договора – автомобиль «LADA GRANTA», идентификационный номер (VIN) <номер обезличен>, стоимость - 1 277 000 рублей.

Автомобиль приобретен, в том числе за счет денежных средств, предоставленных истцу по кредитному договору <номер обезличен> от 14 марта 2024 года заключенному между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>».

При этом, истцу продавцом автомобиля ООО «<данные изъяты>» была навязана услуга по предоставлению независимой гарантии, услугу предоставляет ООО «АНКОР», стоимость услуги 157 500 рублей, тарифный план 2.5 (Сертификат <номер обезличен> от 14.03.2024 года).

Оплата по договору была произведена Банком за счет кредитных средств, что подтверждается платежным поручением <номер обезличен> от 15.03.2024 года.

Истец не нуждалась и не нуждается в настоящее время в представленных ООО «АНКОР» услугах.

При этом, истцу при заключении договора не была представлена полная и необходимая информация о приобретаемом товаре (услуге), в том числе о свойствах и качестве товара (услуги), о ее стоимости, а подписание заявления о присоединении к программе являлось одним из обязательных условий заключения кредитного договора.

14 апреля 2024 года Истцом в адрес ООО «АНКОР» было направлено заявление с требованием о расторжении договора и возврате уплаченных по договору денежных средств, требования истца ответчиком в добровольном порядке не удовлетворены.

На 17 мая 2024 года задолженность по кредитному договору <номер обезличен> от 14 марта 2024 года истцом полностью погашена, что подтверждается справкой ООО «<данные изъяты>» от 17 мая 2024 года.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, а также положения Закона РФ «О защите прав потребителей», истец просит суд:

расторгнуть договор о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от 14.03.2024 года, заключенный между ФИО1 и ООО «АНКОР»;

взыскать с ООО «АНКОР» в пользу истца денежные средства в размере 157 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф за отказ от добровольного удовлетворения требований потребителя в размер 50% от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период с 21 апреля 2024 года по день вынесения решения суда (л.д. 4-7).

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, просила суд о рассмотрения дела в свое отсутствие (л.д. 101).

Представитель истца ФИО1 – Д действующий на основании доверенности <номер обезличен>-ЮУ от 03 октября 2023 года (л.д.18) в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении, поддержал, исковые требования просил удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика ООО «АНКОР» в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, не просил об отложении рассмотрения дела. Представил в материалы дела письменные возражения на исковое заявление, в которых исковые требования ФИО1 не признал, просил в удовлетворении заявленных исковых требований к ООО «АНКОР» отказать в полном объеме.

Указал, что истец в своем исковом заявлении не отрицает того факт, что при оформлении кредита в ООО «Драйв Клик Банк» на приобретение транспортного средства 14.03.2024 года она обратилась к ответчику с заявлением <номер обезличен> в котором просила предоставить ей независимую гарантию. В заявлении истец подтвердила, что ознакомлена с офертой о предоставлении независимой гарантии, размещенной на сайте ответчика, подает заявление добровольно, ей понятны и ясны в полном объеме права и обязательства, а также условия сделки.

Таким образом, заявление истца о том, что ей была предоставлена не полная информация о заключаемом договоре независимой гарантии, не соответствует действительности, как и доводы истца о том, что договор был заключен под влиянием заблуждения, а также, что заключение договора истцу было навязано.

Условия независимой гарантии определены офертой о порядке и условиях предоставления независимых гарантий, размещенной на сайте ancor-service.ru.

Условиями оферты (п.п. 2.7-2.8) и действующего законодательства РФ (ст.ст. 370-371 ГК РФ) не предусмотрена возможность принципала (истца) односторонне отказаться от независимой гарантии.

Содержание выданной истцу независимой гарантии полностью соответствует требованиям п.п. 2, 4 ст. 368 ГК РФ, а также п.2 ст. 434 ГК РФ.

Подписав заявление, истец безоговорочно присоединилась к действующей редакции оферты, после оплаты вознаграждения ответчику за предоставление независимой гарантии ей была предоставлена независимая гарантия, о чем свидетельствует подписанный истцом Акт выдачи независимой гарантии <номер обезличен> от 14.03.2024 года.

Поскольку условиями заключенного между сторонами договора о предоставлении независимой гарантии от 14.03.2024 года установлен безотзывный характер независимой гарантии, договор исполнен ответчиком в момент выдачи независимой гарантии.

Таким образом, между истцом и ответчиком возникли правоотношения, связанные с безотзывной независимой гарантией

При этом в условиях предоставления независимой гарантии, подписанных истцом прямо указано, что обязательством, которое она обеспечивает, является кредитный договор, заключаемый истцом с Банком.

Полагает, что к правоотношениям возникшим между сторонами не подлежат применению положения главы 39 ГК РФ и Закона РФ «О защите прав потребителей», а применяются общие положения Гражданского кодекса РФ об обязательствах с учетом положений параграфа 6 гл. 23 ГК РФ.

После выдачи независимой гарантии какое-либо взаимодействие между истцом и ответчиком не осуществляется исходя из правовой природы независимой гарантии как способа обеспечения обязательств. Право требования в отношении ответчика может возникнуть у ООО «Драйв Клик Банк», но не у истца.

Таким образом, основания для удовлетворения требований истца о взыскания с ответчика денежных средств в размере 157 500 рублей, а соответственно компенсации морального вреда и штрафа отсутствуют (л.д. 23-25).

В соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» сведения о дате, времени, месте проведения и предмете судебного заседания, заблаговременно были размещены на официальном интернет-сайте Орджоникидзевского районного суда г. Магнитогорска Челябинской области magord.chel.sudrf.ru (л.д. 105).

Суд, в силу норм ст.167 Гражданского процессуального кодекса РФ, счел возможным рассмотреть дело по существу в отсутствие неявившихся лиц, использовавших свое право на участие в судебном заседании, предусмотренное ст.35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по своему усмотрению.

Суд, заслушав представителя истца, исследовав письменные материалы дела, принимая во внимание позиции сторон, считает, что исковые требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Согласно абз. 3 ст. 12 Гражданского кодекса РФ защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

Согласно п. 2 ст. 1 Гражданского кодекса РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Положениями ст. 8 Гражданского кодекса РФ определено, что гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно ст. 421 Гражданского кодекса РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422 ГК РФ).

В силу ст. 432 Гражданского кодекса РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 1 ст. 1 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей» установлено, что отношения в области защиты прав потребителей регулируются Гражданским кодексом Российской Федерации, настоящим Законом, другими федеральными законами (далее - законы) и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» указано, что при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

С учетом положений статьи 39 Закона о защите прав потребителей к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено в п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» под услугой следует понимать действие (комплекс действий), совершаемое исполнителем в интересах и по заказу потребителя в целях, для которых услуга такого рода обычно используется, либо отвечающее целям, о которых исполнитель был поставлен в известность потребителем при заключении возмездного договора.

В соответствии со ст. 309 Гражданского кодекса РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

В случае, если исполнение обязательства связано с осуществлением предпринимательской деятельности не всеми его сторонами, право на одностороннее изменение его условий или отказ от исполнения обязательства может быть предоставлено договором лишь стороне, не осуществляющей предпринимательской деятельности, за исключением случаев, когда законом или иным правовым актом предусмотрена возможность предоставления.

Согласно пунктам 1 и 2 ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ предоставленное данным Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) (статья 310) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором. В случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, 14 марта 2024 года между ФИО1 (покупатель) и ООО «<данные изъяты>» (продавец) был заключен договор купли-продажи автомобиля <номер обезличен>, в соответствии с которым истцом приобретено транспортное средство - автомобиль «LADA GRANTA», идентификационный номер (VIN) <номер обезличен>, 2023 года выпуска.

Пунктом 2.1. договора стоимость автомобиля установлена в размере 1 529 155 рублей.

С учетом предоставленной продавцом скидки итоговая стоимость автомобиля составляет 1 277 000 рублей.

На основании акта приема-передачи от <дата обезличена>, автомобиль «LADA GRANTA», идентификационный номер (VIN) <номер обезличен>, 2023 года выпуска был передан ООО «Сильвер-Авто ГРУПП» в собственность истца (л.д. 8-9).

14 марта 2024 года между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор о предоставлении целевого потребительского кредита на приобретение транспортного средства <номер обезличен> на следующих индивидуальных условиях: сумма кредита – 890 840 рублей, срок возврата кредита – 60 платежных периодов, дата возврата – 19 марта 2029 года, процентная ставка 18,90 % годовых.

В соответствии с п. 11 кредитного договора, цель использования заемщиком потребительского кредита - для оплаты автомобильного средства, а также (если применимо) дополнительного оборудования/страховых платежей/дополнительных услуг (работ) и иных потребительских нужд.

Исполнение обязательств заемщика по договору обеспечивается залогом ТС марки «LADA GRANTA», идентификационный номер (VIN) <номер обезличен>, стоимостью 1 277 000 рублей, в комплектации с дополнительным оборудованием стоимостью 47 000 рублей (п. 10 кредитного договора) (л.д. 10-12).

Из представленного в материалы дела заявления о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от 14 марта 2024 года следует, что в день заключения кредитного договора ФИО1 обратилась с заявлением в ООО «АНКОР».

Из текста указанного заявления следует, что ФИО1 полностью ознакомившись с офертой о предоставлении независимой гарантии ООО «АНКОР», размещенной на сайте https://ancor-service.ru, просила ответчика предоставить ей независимую гарантию путем заключения с ней договора о предоставлении независимой гарантии.

Условия обеспечения независимой гарантии:

принципал - ФИО1; гарант - ООО «АНКОР», бенефициар – ООО «Драйв Клик Банк»; (VIN) транспортного средства по кредитному договору (основному обязательству) <номер обезличен>; тарифный план 2.5; срок действия независимой гарантии 60 месяцев; стоимость вознаграждения гаранту по договору о предоставлении независимой гарантии составляет 157 500 рублей.

В данном заявлении своей подписью ФИО1 подтвердила, что заявление подается добровольно для предоставления ей дополнительных гарантий платежеспособности перед кредитором (бенефициаром) с целью повышения вероятности предоставления потребительского кредита (займа), а также в целях исключения гражданско-правовой ответственности перед бенефициаром в случае нарушения ей договора потребительского кредита (займа) в случае наступления исключительных жизненных ситуаций, связанных с потерей работы, либо смертью.

Права и обязанности, а также условия сделки ей понятны и ясны в полном объеме, с условиями договора о предоставлении независимой гарантии она согласна.

14 марта 2024 года ФИО1 выдан сертификат независимой гарантии <номер обезличен>, подтверждающий Условия независимой гарантии «Тарифный план 2.5», согласно которому размер вознаграждения Гаранта за выдачу независимой гарантии 1,5% от общей величины кредита (займа) по кредитному договору, сумма по независимой гарантии, которую гарант (ООО «АНКОР») обязуется выплатить бенефициару (банку) в рамках независимой гарантии - в размере неисполненных обязательств принципала по договору потребительского кредита (займа), но не свыше величины обязательств за 6 месяцев регулярных платежей по обеспечиваемому договору потребительского кредита (займа); обеспеченное независимой гарантией обязательство – кредит на покупку транспортного средства (VIN <номер обезличен>), наименование бенефициара - ООО «Драйв Клик Банк»; срок действия независимой гарантии 60 месяцев, стоимость программы определена в размере – 157 500 рублей.

Независимая гарантия обеспечивает исполнение принципалом кредитного договора перед бенефициаром в случае наступления одного из обстоятельств, указанных в Оферте о предоставлении независимой гарантии, размещенной на сайте гаранта по адресу: fin.ancor-service.ru, и при предоставлении указанных в Оферте документов, при этом перечень обстоятельств и сумма гарантии обусловлены выбранным Тарифным планом, список документов определяется конкретным обстоятельством. Все прочие условия независимой гарантии определены Офертой, размещенной на сайте гаранта – ООО «АНКОР» (л.д. 13-14).

Разделом 1 Оферты о порядке и условиях предоставления независимых гарантий ООО «АНКОР», утвержденной генеральным директором ООО «АНКОР» 01 сентября 2023 года определено, что договор о предоставлении независимой гарантии (Договор) - договор о предоставлении гарантом принципалу независимой гарантии, который состоит из настоящей оферты, заявления принципала о предоставлении независимой гарантии и выбранного им тарифного плана, которые в свою очередь являются неотъемлемыми частями договора.

Тарифный план – выбранная принципалом совокупность условий обеспечения гарантом исполнения принципалом обязательств по договору потребительского кредита (займа). Выбранный вид Тарифного плана отражается принципалом в заявлении.

По условиям Договора гарант обязуется в соответствии с настоящей офертой, выбранным принципалом Тарифным планом, заявлением принципала предоставить бенефициару по поручению принципала безотзывную независимую гарантию исполнения договорных обязательств принципала по кредитному договору, заключенному между принципалом и бенефициаром (2.1. Условий независимой гарантии).

Обстоятельства, при наступлении которых должна быть выплачена сумма гарантии определены в пунктах 3.2.1.-3.2.3 Условий независимой гарантии.

В силу статьи 371 Гражданского кодекса РФ предоставляемая гарантом независимая гарантия носит безотзывный характер (п. 2.5 Условий независимой гарантии).

В силу статей 370-371 Гражданского кодекса РФ Договор считается исполненным гарантом в полном объеме в момент выдачи независимой гарантии, который является моментом предоставления принципалу гарантом Сертификата, подтверждающего возникновение обязательств гаранта по независимой гарантии и позволяющего достоверно определить все существенные условия выданной независимой гарантии (п. 2.7 Условий независимой гарантии).

В силу того, что обязательства по независимой гарантии возникают у гаранта в момент выдачи сертификата и не могут быть отозваны гарантом в течении всего срока действия независимой гарантии, принципал не вправе отказаться от выданной независимой гарантии после момента выдачи указанного Сертификата (п. 2.8 Условий независимой гарантии).

Согласно п. 3.7 Условий независимой гарантии, гарант обязуется выплатить в пользу бенефициара обусловленную независимой гарантией сумму посредством оплаты за принципала соответствующего количества ежемесячных платежей по договору потребительского кредита в соответствии с графиком платежей по указанному договору (л.д. 48-57).

Таким образом, предметом рассматриваемого договора о предоставлении независимой гарантии является право потребовать от ООО «АНКОР» исполнения обязательств по кредитному договору в полном или ограниченном размере при наступлении предусмотренных договором обстоятельств.

За право заявить такие требования в течение срока действия договора ФИО1 за счет кредитных денежных средств оплачена денежная сумма в размере 157 500 рублей, что подтверждается платежным поручением <номер обезличен> от 15 марта 2024 года (л.д. 20).

11 апреля 2024 года ФИО1 направила в адрес ООО «АНКОР» заявление с требованием расторгнуть договор независимой гарантии и возвратить уплаченные по договору денежных средств (л.д.15), данное заявление оставлено ответчиком без удовлетворения, денежные средства истцу не возвращены.

Из справки предоставленной ООО «Драйв Клик Банк», следует, что по состоянию на 17 мая 2024 года ФИО1 не имеет перед Банком неисполненных обязательств по возврату кредита и уплате процентов по кредитному договору <номер обезличен> от 14 марта 2024 года заключенному между ФИО1 и ООО «<данные изъяты>» (л.д. 100).

Установленные судом обстоятельства сторонами не оспорены, доказательств обратного материалы дела не содержат.

В связи с тем, что требования истца в добровольном порядке не удовлетворены, денежные средства, уплаченные истцом по договору независимой гарантии <номер обезличен> от 14 марта 2024 года ответчиком в полном объеме не возвращены, истец обратился с настоящим иском в суд.

Возражая против заявленных истцом требований, представитель ответчика указал, что законодательством не предусмотрено применительно к договору о предоставлении независимой гарантии, ни расторжение договора по инициативе принципала, ни взыскание денежных средств полностью исполненному договору. Полагает, что договор был исполнен, в связи с чем, действующим законодательством не предусмотрен односторонний отказ принципала от договора независимой гарантии.

Указал, что к правоотношениям возникшим между сторонами не подлежат применению положения главы 39 ГК РФ и Закона РФ «О защите прав потребителей», а применяются общие положения Гражданского кодекса РФ об обязательствах с учетом положений параграфа 6 гл. 23 ГК РФ, так как истец не является потребителем, а получил обеспечение своих обязательств путем независимой гарантии, выданной в предусмотренном главой 23 Гражданского кодекса РФ порядке.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с ч.3 ст.67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Согласно ст. 819 Гражданского кодекса РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты на нее. К отношениям по кредитному договору применяются правила, предусмотренные для договора займа.

Исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором. Прекращение основного обязательства влечет прекращение обеспечивающего его обязательства, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 329 Гражданского кодекса РФ).

Как следует из пунктов 1 - 3 ст. 368 Гражданского кодекса РФ по независимой гарантии гарант принимает на себя по просьбе другого лица (принципала) обязательство уплатить указанному им третьему лицу (бенефициару) определенную денежную сумму в соответствии с условиями данного гарантом обязательства независимо от действительности обеспечиваемого такой гарантией обязательства. Требование об определенной денежной сумме считается соблюденным, если условия независимой гарантии позволяют установить подлежащую выплате денежную сумму на момент исполнения обязательства гарантом.

Независимая гарантия выдается в письменной форме (пункт 2 статьи 434), позволяющей достоверно определить условия гарантии и удостовериться в подлинности её выдачи определённым лицом в порядке, установленном законодательством, обычаями или соглашением гаранта с бенефициаром.

Независимые гарантии могут выдаваться банками или иными кредитными организациями (банковские гарантии), а также другими коммерческими организациями.

Согласно ч. 1 ст. 370 Гражданского кодекса РФ предусмотренное независимой гарантией обязательство гаранта перед бенефициаром не зависит в отношениях между ними от основного обязательства, в обеспечение исполнения которого она выдана, от отношений между принципалом и гарантом, а также от каких-либо других обязательств, даже если в независимой гарантии содержатся ссылки на них.

В силу ч. 1 ст. 371 Гражданского кодекса РФ независимая гарантия не может быть отозвана или изменена гарантом, если в ней не предусмотрено иное.

Из указанного следует, что гарантийное обязательство возникает между гарантом и бенефициаром на основании одностороннего письменного волеизъявления гаранта.

Обязательства из независимой гарантии, возникают между гарантом и бенефициаром, и отказ принципала от обеспечения в виде независимой гарантии не влечет прекращения обязательства ответчика перед банком, что также следует из содержания ст. 378 Гражданского кодекса Российской Федерации, не предусматривающей такого основания прекращения независимой гарантии.

В силу положений ст. 373 Гражданского кодекса РФ, независимая гарантия вступает в силу с момента ее отправки (передачи) гарантом.

Согласно п.п. 1 п. 1 ст. 378 Гражданского кодекса РФ обязательство гаранта перед бенефициаром по независимой гарантии прекращается уплатой бенефициару суммы, на которую выдана независимая гарантия.

Согласно п. 1 ст. 779 Гражданского кодекса РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В п. 1 ст. 782 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что заказчик вправе отказаться от исполнения договора возмездного оказания услуг при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов.

При этом обязанность доказать несение и размер этих расходов в соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ должна быть возложена на ответчика.

Аналогичные положения содержатся в ст. 32 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», в соответствии с которыми потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работ (оказании услуг) в любое время при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, связанных с исполнением обязательств по данному договору.

Указанные положения применяются в случаях, когда отказ (заказчика) от договора не связан с нарушением исполнителем обязательств по договору, возлагая на потребителя (заказчика) обязанность оплатить расходы, понесенные исполнителем в связи с исполнением обязательств по договору.

В соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Как разъяснено в пункте 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, подпункты 4 и 5 статьи 426 ГК РФ), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.

В силу пункта 1 статьи 16 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Анализируя указанные выше обстоятельства и нормы права, суд полагает установленным, что заключенный между ООО «АНКОР» и ФИО1 договор предполагает оказание ответчиком услуги по предоставлению независимой гарантии, правоотношения сторон выходят за рамки положений, изложенных в ст. 368 Гражданского кодекса Российской Федерации. В этой связи истец является потребителем оказываемой ответчиком услуги, отношения сторон соответствуют указанным в преамбуле Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» критериям.

Таким образом, суд приходит к выводу, что между сторонами сложились правоотношения, вытекающие из договора возмездного оказания услуг по предоставлению ответчиком ООО «АНКОР» независимой гарантии.

Законодателем предусмотрено, что независимая гарантия является способом обеспечения исполнения обязательств, право потребителя на дополнительное обеспечение его обязанности по исполнению кредитных обязательств возникает на основании договора, который истцом был оплачен, данная услуга предоставляется ответчиком ООО «АНКОР» за плату, является возмездной, следовательно, оплачивая данную услугу потребитель вправе воспользоваться предоставленным законом правом на отказ от ее исполнения на любой стадии по правилам, предусмотренным ст. 32 Закона о защите прав потребителей.

Разрешая спор, оценив представленные по делу доказательства по правилам ст.ст. 12, 56, 67 ГПК РФ, принимая во внимание положения Закона РФ «О защите прав потребителей», правила статьей ст. ст. 368, 431, 779, 782 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из природы возникших правоотношений сторон, принимая во внимание, что возникновение между гарантом и бенефициаром отношений по поводу выдачи ответчиком независимой гарантии исполнения обеспеченных ею обязательств в случае наступления гарантийного случая не ограничивает истца в праве отказаться от исполнения договора об оказании возмездной услуги, заключающейся в выдаче независимой гарантии, с компенсацией фактических затрат исполнителя, суд приходит к выводу о том, что в силу приведенных выше положений закона ФИО1, как потребитель услуг, имела право отказаться от исполнения указанного договора до окончания срока его действия с возмещением расходов, возникших у Общества.

Подписание ФИО1 заявления по установленной форме о предоставлении независимой гарантии и предоставление указанного заявления гаранту либо его уполномоченному, совершение принципалом оплаты вознаграждения гаранту за предоставление независимой гарантии, равно как и передача истцу Сертификата независимой гарантии, вопреки утверждениям представителя ответчика, не могут считаться моментом исполнения ООО «АНКОР» обязательств по данному договору, поскольку условиями сделки предусмотрено исполнение ответчиком возникающих из нее обязательств при наступлении определенных обстоятельств, предусмотренных в Оферте о предоставлении независимой гарантии.

Выдача гарантом независимых гарантий в форме, предусмотренной офертой, подтверждает возникновение обязательств по предоставление независимых гарантий и позволяет достоверно определить все существенные условия выданной независимой гарантии.

При этом условия договора, содержащиеся в пунктах 2.7-2.8 Оферты, предусматривающие то, что договор о предоставлении независимой (безотзывный) гарантии в силу ст.370-371 ГК РФ считается исполненным гарантом в полном объеме в момент выдачи независимой гарантии, которым является момент предоставления принципалу гарантом сертификата, подтверждающего возникновение обязательств гаранта по независимой гарантии и позволяющего достоверно определить все существенные условия выданной независимой гарантии, а также то, что принципал не вправе отказаться от выданной независимой гарантии после момента выдачи указанного Сертификата, суд считает ничтожными, поскольку такими условиями нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей, а именно потребитель ограничен ООО «АНКОР» в любое время отказаться от исполнения договора (п. 76 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Согласно правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 23 февраля 1999 года № 4-П, гражданин, как экономически слабая сторона в этих правоотношениях, нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость в соответствующем правовом ограничении свободы договора и для другой стороны.

Услуга по предоставлению независимой гарантии, оказываемая ООО «АНКОР» истцу, на момент получения ответчиком заявления действовала, таким образом, истец имел право отказаться от данной услуги.

Являясь профессиональным участником рынка, ООО «АНКОР», в соответствии со ст. 2 Гражданского кодекса РФ, осуществляя предпринимательскую деятельность на свой риск, должно было знать о праве потребителя на отказ от услуги, в связи с чем, несет риски неблагоприятных последствий такого отказа.

На момент направления ФИО1 заявления о возврате денежных средств обстоятельства, с которыми договор устанавливает выплату суммы гарантии, не наступили. В связи с чем, доводы ООО «АНКОР» о том, что договор возмездного оказания услуг исполнен выдачей гарантии, в связи с чем, недопустим отказ от его исполнения со стороны ФИО1, основан на неверном толковании правовых норм.

Как следует из договора срок действия гарантии – 60 месяце с момента выдачи независимой гарантии (14 марта 2024 года). Выдачей гарантии ответчиком исполнена обеспечительная односторонняя сделка, совершенная в пользу бенефициара, тогда как исполнения ООО «Анкор» Банку обязательств за ФИО1 по кредитному договору на момент его отказа от услуги не произошло. В силу ч. 2 ст. 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным. В настоящем случае право истца на отказ от исполнения договора законом не ограничен, в связи с отказом истца от исполнения договора является расторгнутым именно договор, заключенный между истцом и ООО «АНКОР» по возмездному оказанию платной услуги по предоставлению обеспечения.

При этом, условия оферты, не предусматривающие возврат платежа при отказе заказчика от договора, применению не подлежат в силу п.1 ст. 16 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Доводы ответчика о том, что с момента выдачи независимой гарантии возникают правоотношения между гарантом и бенефициаром, участником которых истец не является, не свидетельствуют о незаконности заявленных истцом требований, поскольку истцом заявлены требования о расторжении договора, заключенного между ним и ответчиком, каких-либо требований относительно правоотношений между Банком и ООО «АНКОР» не заявлено.

Доводы ответчика о том, что положения законодательства о защите прав потребителей не должны применяться к настоящему спору отклоняются судом, поскольку договор был заключен истцом исключительно для личных нужд, постольку в спорных отношения по возврату ответчиком истцу денежных сумм, уплаченных по этому договору, истец является потребителем, на спорные отношения распространяется Закон Российской Федерации от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей».

Как следует из договора заключенного между сторонами, указанный договор заключен от имени и за счет ООО «АНКОР», в связи с чем права и обязанности по договору возникли именно у ООО «АНКОР».

Договор о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от 14 марта 2024 года заключен сторонами 14 марта 2024 года сроком на 60 месяцев, с требованием об отказе от услуг истец обратился 14 апреля 2024 года, то есть в период действия договора о предоставлении независимой гарантии.

Применительно к сделке с истцом ООО «АНКОР» имело свой самостоятельный экономический интерес в получении от ФИО1 оплаты по договору о предоставлении независимой гарантии в размере 157 500 рублей, и при таких обстоятельствах ответчик должен доказать, что им была оказана услуга на указанную сумму.

Предметом любого договорного обязательства является право кредитора требовать от должника совершения действий, предусмотренных договором (ст. 307 Гражданского кодекса РФ). Если же законом или договором предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств по договору, то непредъявление кредитором своего требования в указанный срок будет означать прекращение договора (п. 3 ст. 425 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Из вышеприведенных положений закона следует, что потребитель в любое время вправе отказаться от исполнения договора об оказании услуг и потребовать возврата уплаченных по договору сумм за вычетом фактически понесенных исполнителем расходов.

Обязанность доказать наличие таких расходов и их размер в данном случае возлагается на исполнителя.

В соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд отмечает, что стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности.

Эквивалентность гражданских правоотношений выражается во взаимном равноценном встречном предоставлении субъектами правоотношений при реализации ими субъективных гражданских прав и исполнении соответствующих обязанностей.

Принимая во внимание, что ФИО1 не обращалась в ООО «АНКОР» с требованием об исполнении обязательств по договору о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от 14 марта 2024 года, в материалах дела отсутствуют, а ответчиком не представлено каких-либо доказательств несения расходов в связи с исполнением обязательств по указанному Сертификату, суд приходит к выводу об отсутствии у исполнителя каких-либо фактически понесенных расходов, связанных с исполнением договора независимой гарантии, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика уплаченных по договору денежных средств в размере 157 500 рублей подлежат удовлетворению.

В тоже время, суд не находит оснований для удовлетворения требования истца о расторжении договора о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от <дата обезличена>, заключенного между ФИО1 и ООО «АНКОР», поскольку, направив ответчику заявление с требованием о расторжении договора <номер обезличен> от <дата обезличена>, возврате уплаченных по договору денежных средств, истец фактически воспользовалась своим правом на односторонний отказ от исполнениям спорного договора, ответчиком получение данного заявления не оспаривалось, в связи с чем указанный договор в настоящее время считается расторгнутым (п. 1 и 2 ст. 450.1 Гражданского кодекса РФ) и оснований для его расторжения в судебном порядке не имеется.

Истец, ссылаясь на положения статей 22, 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» просит взыскать с ответчика неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период с 21 апреля 2024 года по день вынесения решения суда.

Законом РФ Закон РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрена ответственность за нарушение сроков удовлетворения требований потребителя в виде уплаты неустойки.

В статьях 20, 21, и 22 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» установлены сроки устранения недостатков товара, замены товара либо соразмерного уменьшение покупной цены, возврата уплаченной денежной суммы, возмещения убытков.

Согласно ст. 22 Закона о защите прав потребителей, требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Согласно ст.23 Закона о защите прав потребителей за нарушение предусмотренных статьями 20, 21 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Таким образом, положения статьи 23 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» подлежат применению к правоотношениям при установлении продажи потребителю товара ненадлежащего качества.

В рассматриваемом случае истец ФИО1 реализовала свое право на отказ от исполнения договора об оказании услуги по предоставлению независимой гарантии при условии оплаты исполнителю фактически понесенных им расходов, каких-либо товаров истцом у ответчика не приобреталось, соответственно, требований о возврате уплаченной за товар денежной суммы истцом к ответчику не заявлялось.

В данном же конкретном случае отказ от услуги, предоставленной по спорному договору, не связан с ее недостатком, а основан на положениях ст.32 Закона Российской Федерации от 07 февраля 1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей», то есть, обусловлен обстоятельствами, зависящими исключительно от самого потребителя.

Исходя из принципов состязательности и диспозитивности в гражданском процессе, заинтересованное лицо, обращающееся в суд, самостоятельно избирает способ защиты нарушенного права, определяет конкретное материально-правовое требование и основание иска. Суд не наделен правом изменять требования лица или основание иска в отсутствие соответствующего ходатайства.

Суд, разрешая спор, согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходит из заявленных истцом требований.

Из исковых требований ФИО1 усматривается, что она просит взыскать с ответчика неустойку в размере 1% за каждый день просрочки за период с 21 апреля 2024 года по день вынесения решения суда в соответствии с положениями ч.1. ст. 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей».

Поскольку указанной нормой урегулирована ответственность продавца за нарушения сроков удовлетворения требований потребителя, заявленных в отношении недостатков товара, доводы истца о применении к спорным правоотношениям положений статей 22, 23 Закона о защите прав потребителя основаны на ошибочном толковании норм права, в связи с чем требования истца о взыскании с ответчика неустойки в размере 1% за каждый день просрочки за период с 21 апреля 2024 года по день вынесения решения суда основанные на положениях статей 22, 23 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» удовлетворению не подлежат.

По смыслу Закона о защите прав потребителей, сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Из разъяснений, указанных в п. 45 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 года № 17 «О рассмотрении судами дел по спорам о защите прав потребителей», следует, что при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем, размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки.

Следовательно, компенсация потребителю морального вреда прямо предусмотрена законом при наличии факта нарушения его прав.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Исходя из установленного факта нарушения прав потребителя, учитывая конкретные обстоятельства данного дела, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 5 000 рублей.

По мнению суда, компенсация морального вреда в таком размере позволит с одной стороны достаточно компенсировать причиненные истцу душевные переживания, а с другой стороны не поставить ответчиков в чрезмерно тяжелое финансовое положение. Заявленную истцом сумму компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей суд находит не соответствующей принципам разумности и справедливости, чрезмерно завышенной.

В силу п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Данная норма предусматривает обязанность суда взыскивать штраф от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Принимая во внимание, что ООО «АНКОР» требования истца в добровольном порядке удовлетворены не были, в пользу истца подлежит взысканию штраф в сумме 81 250 рублей ((157 500 руб. + 5 000 руб) * 50 %).

Как видно из материалов дела, представитель ООО «АНКОР» доказательств, подтверждающих наличие оснований для уменьшения размера штрафа, свидетельствующих об исключительности данного случая и несоразмерности суммы штрафа последствиям нарушенного обязательства, не представил, ходатайство о применении ст. 333 Гражданского кодекса РФ не заявлял.

Суд, с учетом обстоятельств дела, не находит оснований для снижения штрафа, размер штрафа, определенный судом ко взысканию, отвечает его задачам, соответствует обстоятельствам дела, характеру спорных правоотношений и, исходя из степени недобросовестности ответчика, не нарушает баланс интересов сторон.

Частью 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Согласно п. 6 ст. 52 Налогового кодекса РФ сумма налога исчисляется в полных рублях. Сумма налога менее 50 копеек отбрасывается, а сумма налога 50 копеек и более округляется до полного рубля.

В связи с тем, что истец по настоящему делу в соответствие с подп. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ, п. 3 ст. 17 Закона «О защите прав потребителей» освобожден от уплаты государственной пошлины с ООО «АНКОР» в доход бюджета подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 650 рублей, в том числе: по требованиям имущественного характера 4 350 рублей (3 200 + ((157 500 руб. - 100 000)* 2) / 100), и 300 рублей за требования неимущественного характера о компенсации морального вреда.

Руководствуясь ст.ст. 103, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АНКОР» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт <номер обезличен>) денежные средства уплаченные по договору о предоставлении независимой гарантии <номер обезличен> от 14.03.2024 года в размере 157 500 рублей, компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, штраф в размере 81 250 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 (паспорт <номер обезличен>) отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «АНКОР» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 4 650 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Челябинский областной суд через Орджоникидзевский районный суд г. Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий: / подпись /

Мотивированное решение суда изготовлено 19 июля 2024 года.