Постановление № 44У-63/2019 4У-334/2019 от 16 апреля 2019 г. по делу № 1-12/2017

Дело № 44У-63/2019 Судья в 1-й инстанции Романенко В.В.

4У-424/2018 Судья-докладчик в апелл. инстанции Редько Г.В.


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Верховного Суда Республики Крым

г. Симферополь 17 апреля 2019 года

Президиум Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего – Склярова В.Н.,

членов президиума – Евдокимовой В.В., Шкляр Т.А., Сиротюка В.Г.,

при секретаре – Винниковой А.Ю.,

с участием:

заместителя прокурора Республики Крым - Булгакова С.В.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Суворова Н.Е.,

защитника осужденного ФИО4 – адвоката Яковенко В.В.,

защитника осужденного ФИО5 – адвоката Ничипорука В.В.,

потерпевших ФИО12, ФИО13,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы адвоката Яковенко В.В. в защиту осужденного ФИО4, адвоката Ничипорука В.В. в защиту осужденного ФИО5, адвоката Суворова Н.Е. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года в отношении ФИО1, ФИО5, ФИО4.

Заслушав доклад судьи Рыжовой И.В., изложившей доводы кассационных жалоб и обстоятельства дела, мнение адвоката Ничипорука В.В., адвоката Яковенко В.В., поддержавших кассационные жалобы в полном объеме, заместителя прокурора Республики Крым Булгакова С.В., полагавшего необходимым обжалуемые судебные решения отменить, потерпевших ФИО12, ФИО13, возражавших против удовлетворения кассационных жалоб, президиум

УСТАНОВИЛ:

Приговором Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден:

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО15) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО16) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества <данные изъяты>) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО17) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО18) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО19, ФИО20 и ФИО21) к 3 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО12) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО22, ФИО25 и ФИО23) к 3 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по эпизоду уничтожения имущества ФИО24) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательное наказание ФИО1 назначено в виде 4 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден:

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО15) к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО16) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества <данные изъяты>) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО17) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО18) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО19, ФИО20 и ФИО21) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО22, ФИО25 и ФИО23) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по эпизоду уничтожения имущества ФИО24) к 2 годам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательное наказание ФИО5 назначено в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>, ранее не судимый,

осужден:

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО15) к 1 году 6 месяцам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО16) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества <данные изъяты>) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО17) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО18) к 2 годам лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО22, ФИО25 и ФИО23) к 2 годам 6 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательное наказание ФИО4 назначено в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Мера пресечения в отношении ФИО1, ФИО5, ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена по вступлении приговора в законную силу.

Определено ФИО1, ФИО5, ФИО4 самостоятельный порядок следования к месту отбытия наказания в соответствии с требованиями ст. 75.1 УИК Российской Федерации, за счет государства.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня прибытия осужденных в колонию – поселение, при этом время следования осужденных к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. ст. 75.1 УИК Российской Федерации постановлено засчитать в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в отношении ФИО1 с 23 января 2016 года по 22 июля 2016 года, ФИО5 с 24 января 2016 года по 22 июля 2016 года, ФИО4 с 23 января 2016 года по 22 июля 2016 года.

Гражданские иски потерпевших ФИО15, ФИО16, Министерства имущественных и земельных отношений Республики Крым, ФИО18, ФИО20, ФИО21, ФИО19, ФИО12, ФИО22 удовлетворены.

Взыскано в равных частях с ФИО1, ФИО5, ФИО4 в счет возмещения причиненного материального ущерба в пользу потерпевших: ФИО15 - 1 287 840, 07 рублей; ФИО16 - 168 212, 41 рублей; <данные изъяты> - 418 000 рублей; ФИО18 – 438 900 рублей; ФИО22 – 449 350 рублей.

Взыскано в равных частях с ФИО1, ФИО5 в счет возмещения причиненного материального ущерба в пользу потерпевших ФИО21 – 738 389, 77 рублей; ФИО20 – 419 900 рублей; ФИО19 – 707 940 рублей.

Взыскано с подсудимого ФИО1 в счет возмещения причиненного материального ущерба в пользу потерпевшего ФИО12 647 330 рублей.

Гражданские иски ФИО21 и ФИО12 в части возмещения морального вреда оставлены без удовлетворения.

Гражданские иски потерпевших ФИО17, ФИО23, ФИО25 и ФИО24 о возмещении материального ущерба, причиненного преступлениям, на основании ч. 2 ст. 309 УПК Российской Федерации переданы на рассмотрение в порядке гражданского судопроизводства, постановлено признать за гражданскими истцами право на удовлетворение гражданского иска.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года приговор в отношении ФИО5 и ФИО4 изменен.

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО5, по фактам уничтожения имущества ФИО15, ФИО21, ФИО25 и ФИО24 признана явка с повинной ФИО5, в связи с чем смягчено назначенное ему наказание:

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО15) до 1 года 5 месяцев лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО19, ФИО20 и ФИО21) до 2 лет 5 месяцев лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО22, ФИО25 и ФИО23) до 2 лет 5 месяцев лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО24) до 1 года 11 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательное наказание ФИО2 назначено в виде 3 лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении.

В соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК Российской Федерации качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО3, по фактам уничтожения имущества ФИО18 и ФИО25 признана явка с повинной ФИО3, в связи с чем смягчено назначенное ему наказание:

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО18) до 1 года 11 месяцев лишения свободы;

- по ч. 2 ст. 167 УК Российской Федерации (по факту уничтожения имущества ФИО22, ФИО25 и ФИО23) до 2 лет 5 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК Российской Федерации по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательное наказание ФИО3 назначено в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении.

В остальной части приговор оставлен без изменения и вступил в законную силу.

Постановлением судьи Верховного Суда Республики Крым от 17 августа 2018 года в передаче кассационных жалоб адвоката Ничипорука В.В. в защиту осужденного ФИО5, адвоката Яковенко В.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2018 года в передаче кассационных жалоб адвоката Ничипорука В.В. в защиту осужденного ФИО5, адвоката Яковенко В.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции отказано.

Постановлением судьи Верховного Суда Российской Федерации от 12 марта 2019 года кассационная жалоба адвоката Яковенко В.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года в отношении ФИО4 передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – президиум Верховного Суда Республики Крым.

Постановлением Заместителя Председателя Верховного Суда Российской Федерации Давыдова В.А. от 12 марта 2019 года в порядке ч. 3 ст. 40.18 УПК Российской Федерации отменено постановление судьи Верховного Суда Российской Федерации от 5 декабря 2018 года об отказе в передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции кассационной жалобы адвоката Ничипорука В.В. в защиту осужденного ФИО5 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года в отношении ФИО5 Кассационная жалоба адвоката Ничипорука В.В. в защиту осужденного ФИО5 передана с уголовным делом на рассмотрение президиума Верховного Суда Республики Крым.

Постановлением судьи Верховного Суда Республики Крым от 2 апреля 2019 года кассационная жалоба адвоката Суворова Н.Е. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года в отношении ФИО1 передана для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции – президиум Верховного Суда Республики Крым.

В кассационной жалобе адвокат Яковенко В.В. в защиту интересов осужденного ФИО4 выражает несогласие с состоявшимися в отношении ФИО4 судебными решениями, считая их вынесенными с существенными нарушениями норм уголовно-процессуального закона. Так, указывает, что в нарушение ч.ч. 1, 3 ст. 240 УПК Российской Федерации в обоснование виновности его подзащитного суд сослался в приговоре на: показания ФИО4 в качестве свидетеля (т. 21, л.д. 139-145), его же показания при допросе в качестве подозреваемого (т. 22, л.д. 11-15), показания ФИО5 при допросе в качестве свидетеля (т. 23, л.д. 1-5), протоколы очных ставок между подозреваемыми ФИО4 и ФИО1 (т. 22, л.д. 141-145), между ФИО5 и ФИО1 (т. 23, л.д. 158-168), между ФИО4 и ФИО5 (т. 22, л.д. 146-148), между свидетелем ФИО27 и обвиняемым ФИО4 (т. 22, л.д.188-197), между свидетелем ФИО28 и ФИО4 (т. 22, л.д. 137-140), которые не были исследованы в судебном заседании. Кроме того, судом первой инстанции не выносилось какого-либо решения об оглашении показаний, содержащихся: в протоколах явок с повинной ФИО5 (т. 2, л.д. 68, т. 6, л.д. 65, т. 9, л.д. 61) и ФИО4 (т. 5, л.д. 44, т.9, л.д. 63), в протоколах допросов ФИО5 в качестве свидетеля (т. 23, л.д. 1-5) и подозреваемого (т. 23, л.д. 39-46), в протоколах проверки на месте показаний подозреваемых ФИО5 (т. 23, л.д. 101-106) и ФИО4 (т. 22, л.д.92-94), в протоколе очной ставки между свидетелем ФИО31 и обвиняемым ФИО2 (т. 23, л.д. 195-202). Далее указывает, что явки с повинной ФИО4 и ФИО5 являются недопустимыми доказательствами, так как получены с нарушением требований ч. 1.1 ст.144 УПК Российской Федерации. Обращает внимание, что протокол допроса его подзащитного в качестве подозреваемого (т. 22, л.д. 11- 15), диск с видеозаписью дополнительного допроса ФИО4 в качестве подозреваемого от 24 января 2016 года, а также все последующие следственные действия, производные от дополнительного допроса его подзащитного 24 января 2016 года являются недопустимыми доказательствами, поскольку задержание и допрос ФИО4 в качестве подозреваемого, а именно по уголовному делу № 2016067013 по факту уничтожения имущества 13 января 2016 года по <адрес>, проведены неуполномоченными на то лицами - следователями ФИО29 и ФИО30, которые по данному уголовному делу не входили в состав следственной группы, а также с нарушением права ФИО4 на защиту. Ссылается на незаконность оглашения судом показаний свидетеля ФИО28, хотя в соответствии с ч.2 ст.281 УПК Российской Федерации суд не имел права оглашать показания данного свидетеля, так как его подзащитному не было предоставлено право в предыдущих стадиях производства по делу оспорить эти показания. Более того, показания указанного свидетеля являются, по мнению защитника, ложными. Протокол очной ставки между данным свидетелем и свидетелем ФИО3 также является недопустимым доказательством, поскольку его подзащитный фактически был допрошен в качестве подозреваемого, без участия защитника. Показания сотрудников полиции ФИО27 и ФИО31 также не могли быть положены в основу приговора, так как последние являлись лицами, которые не подлежали допросу в качестве свидетелей. Недопустимыми доказательствами считает и положенные в основу приговора показания ФИО5 при допросе в качестве подозреваемого, диск с видеозаписью данного допроса, протокол осмотра, просмотра и прослушивания видеозаписи допроса ФИО5, а также все последующие следственные действия, производные от допроса ФИО5 в качестве подозреваемого, поскольку задержание последнего и его допрос в качестве подозреваемого проведены с нарушением права на защиту и с нарушением порядка проведения данного следственного действия. Указывает, что проведение автотехнической экспертизы следователем ФИО32 назначено с нарушением норм уголовно-процессуального закона, а экспертное исследование экспертом ФИО33 проведено с нарушением действующего законодательства, что привело к необъективному и незаконному заключению. Обращает внимание, что все доказательства, собранные по факту повреждения имущества 13 января 2016 года в <адрес> являются недопустимыми, так как уголовное дело по данному факту не возбуждалось. Показания же допрошенных по делу потерпевших, как и протоколы осмотров мест происшествий, констатируют лишь факты имевших место событий, но не являются доказательствами причастности его подзащитного к совершению данных преступлений. При этом обращает внимание, что явки с повинной ФИО5 и ФИО4, как и их показания при допросах в качестве подозреваемых, противоречат фактическим обстоятельствам дела и предъявленному обвинению. Не согласен с данной судом оценкой показаниям свидетелей ФИО34, ФИО35 и других, подтвердивших факт нахождения ФИО4 и ФИО5 во время совершения преступлений или дома, или с ними, а также показаниям свидетелей ФИО36, ФИО37 и других о фактах применения сотрудниками полиции насилия к ФИО4, ФИО5, ФИО1 и ФИО38 Считает, что предъявленное его подзащитному обвинение не конкретизировано, приговор не соответствует требованиям ст. 307 УПК Российской Федерации. В нарушение положений ст. 271 УПК Российской Федерации судом не разрешены заявленные стороной защиты ходатайства. По указанным основаниям просит об отмене состоявшихся в отношении ФИО4 судебных решений и направлении дела на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе адвокат Ничипорук В.В. в защиту осужденного ФИО5 указывает на то, что показания ФИО5, данные им в ходе предварительного расследования при допросе в качестве подозреваемого и положенные судом в основу приговора, не оглашались в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, что свидетельствует о нарушении судом первой инстанции положений ст. 240 УПК Российской Федерации. Также полагает, что в соответствии с ч. 2.1 ст. 281 УПК Российской Федерации суд не имел права оглашать показания свидетеля ФИО28, данные в ходе предварительного следствия, так как его подзащитному не было предоставлено права в предыдущих стадиях производства по делу оспорить эти показания.

В кассационной жалобе адвокат Суворов Н.Е. в защиту осужденного ФИО1, ссылаясь на существенные нарушения уголовного и уголовно - процессуального закона, повлиявшие на исход дела, просит отменить обжалуемые судебные решения и передать уголовное дело на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции.

Свои доводы мотивируем тем, что суд первой инстанции необоснованно сослался в приговоре на показания потерпевших, их заявления о преступлениях, рапорта сотрудников полиции и МЧС о совершенных преступлениях, протоколы осмотров мест происшествия и дополнительных осмотров мест происшествия, акты о пожаре и технические заключения о пожаре, заключения судебных экспертиз материалов, веществ и изделий, заключения пожарно – технических экспертиз, заключения автотехнических экспертиз, показания свидетелей ФИО41, ФИО42, ФИО43, ФИО44, ФИО45, ФИО46, ФИО47, ФИО48, ФИО49, ФИО50, ФИО51, ФИО52, ФИО53, ФИО54, ФИО55, ФИО56, показания эксперта ФИО57, поскольку данные доказательства констатируют лишь факты имевших событий, но не являются доказательствами причастности осужденных к совершению данных преступлений. Полагает, что явки с повинной ФИО5 от 23 января 2016 гда (т. 2 л.д. 68; т. 6 л.д. 65; т. 9 л.д. 61; т. 11 л.д. 10) и ФИО4 от 23 января 2016 года (т. 5 л.д. 44; т. 9 л.д. 63) являются недопустимыми доказательствами по делу, так как получены с нарушением требований ч. 1.1 ст. 144 УПК Российской Федерации. Находит недопустимой ссылку суда в приговоре на показания ФИО5 и ФИО4, данные ими при допросах в качестве свидетелей 23 января 2016 года, поскольку допрос ФИО5 и ФИО4 в качестве свидетелей состоялся после их обращения с явками с повинной. Кроме того, указанные доказательства не предоставлялись стороной обвинения в соответствии со ст.ст. 276, 281 УПК Российской Федерации, что следует из протокола судебного заседания. Обращает внимание на то, что суд первой инстанции не имел права ссылаться на показания ФИО4 и ФИО5, данные в ходе предварительного следствия в качестве свидетелей и подозреваемых, на видеозапись их допросов в качестве подозреваемых, а также на протоколы очных ставок и проверки показаний на месте, поскольку показания ФИО4 и ФИО5, данные в ходе предварительного следствия, в порядке ст.ст. 276, 281 УПК Российской Федерации судом не оглашались. Ссылается на то, что показания свидетеля ФИО28 оглашены судом в нарушение ч. 2.1 ст. 281 УПК Российской Федерации, так как в предыдущих стадиях производства по делу ФИО1 не было представлено право оспорить данные показания. Кроме того, вопреки п. 2 ч. 1 ст. 307 УПК Российской Федерации, в приговоре не приведены мотивы, по которым суд отверг доказательства, представленные стороной защиты. Указывает на то, что при вынесении приговора суд не принял во внимание показания свидетелей <данные изъяты> о применении к ним физического и психологического насилия сотрудниками правоохранительных органов, а также показания свидетеля <данные изъяты>, являющегося очевидцем противоправных действий сотрудников полиции и адвоката Болховитина. Полагает, что судом первой инстанции не дана оценка алиби ФИО1, ФИО4, ФИО5, которое подтверждается совокупностью доказательств. Кроме того, судом оставлены без внимания доказательства, представленные стороной обвинения, - данные о соединениях между абонентами, подтверждающие то, что в инкриминируемый осужденным период времени совершения преступлений они не находились в местах совершения преступления. В нарушение положений ст. 271 УПК Российской Федерации судом не разрешены заявленные стороной защиты ходатайства об исключении доказательств в связи с их недопустимостью, а обвинительный приговор основан на предположениях, что защитник находит существенным нарушением закона.

Проверив материалы уголовного дела № 1-12/2017, обсудив доводы кассационных жалоб, президиум приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 401.1 УПК Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет по кассационным жалобам, представлению законность приговора, определения или постановления суда, вступивших в законную силу.

В силу ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Указанные нарушения уголовно – процессуального закона имеются по настоящему уголовному делу.

Согласно ст. 297 УПК Российской Федерации приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, а признается он таковым, если постановлен в соответствии с требованиями УПК Российской Федерации и основан на правильном применении уголовного закона.

В силу положений ст. 240 УПК Российской Федерации выводы суда, изложенные в описательно – мотивировочной части приговора, должны быть основаны лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. Ссылка в приговоре на показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, данные ими в ходе предварительного расследования или в ином судебном заседании, допустима только при условии оглашения этих показаний с соблюдением требований, установленных ст.ст. 276, 281 УПК Российской Федерации.

С учетом указанного требования закона, суд не вправе ссылаться в подтверждение своих выводов на собранные по делу доказательства, если они не были исследованы судом и не нашли отражения в протоколе судебного заседания.

Постановленный по данному уголовному делу приговор данным требованиям закона в полной мере не отвечает.

Как следует из приговора, в качестве доказательств виновности ФИО1, ФИО4, ФИО5 в совершении вышеуказанных преступлений судом, в том числе, приведены данные в ходе предварительного расследования: показания ФИО4 при допросе в качестве свидетеля 23 января 2016 года (т. 21 л.д. 139-145), показания ФИО4 при допросе в качестве подозреваемого 24 января 2016 года (т. 22 л.д. 11-15), показания ФИО5 при допросе в качестве свидетеля 23 января 2016 года (т. 23 л.д. 1-5), показания ФИО5 при допросе в качестве подозреваемого 24 января 2016 года (т. 23 л.д. 39-47).

Вместе с тем, из протокола судебного заседания (т. 31 л.д. 1-129) усматривается, что вышеуказанные показания ФИО4, данные при допросе в качестве подозреваемого 24 января 2016 года (т. 22 л.д. 11-15), показания ФИО5, данные при допросе в качестве подозреваемого 24 января 2016 года (т. 23 л.д. 39-47), в судебном заседании не оглашались и не исследовались.

При этом, указание суда в описательно – мотивировочной части приговора об оглашении согласно п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК Российской Федерации на основании заявленного государственным обвинителем ходатайства показаний, данных в качестве подозреваемых, опровергается содержанием протокола судебного заседания (т. 31 л.д. 140).

Таким образом, суд первой инстанции нарушил требования ст. 240 УПК Российской Федерации и сослался в приговоре на доказательства, не исследованные в судебном заседании в условиях состязательного процесса по правилам, установленным ст. 87, 88 УПК Российской Федерации.

Ссылка же в приговоре на показания ФИО5 и ФИО4, данные ими при допросах в качестве свидетелей (т. 21 л.д. 139-145, т. 23 л.д. 1-5), является недопустимой, поскольку по смыслу ст. 276 УПК Российской Федерации в судебном заседании не могут оглашаться показания подсудимого, ранее данные им при производстве предварительного расследования, когда его допрашивали в качестве свидетеля или потерпевшего, поскольку процессуальный статус этого лица изменился. В судебном заседании оглашаются лишь показания подсудимого на предварительном следствии, которые он давал по обвинению, то есть в качестве подозреваемого или обвиняемого.

Между тем, приведенные обстоятельства не были приняты во внимание судом апелляционной инстанции при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке.

Нарушения же судом при постановлении приговора положений ч. 3 ст. 240 УПК Российской Федерации являются существенными нарушениями уголовно – процессуального закона, повлиявшими на исход дела, которые неустранимы в суде кассационной инстанции, поскольку для их устранения требуется рассмотрение дела по существу, исследование всех обстоятельств уголовного дела в суде первой инстанции, в связи с чем приговор и апелляционное постановление подлежат отмене с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение в ином составе суда.

При новом судебном рассмотрении суду необходимо принять во внимание вышеуказанные нарушения и с соблюдением всех требований уголовного и уголовно-процессуального закона принять законное, обоснованное и справедливое решение.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, данные о личности ФИО1, находящегося в розыске, ФИО5, ФИО4, в целях охраны прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и надлежащего проведения судебного разбирательства в разумные сроки, президиум полагает необходимым избрать ФИО1, ФИО5, ФИО4 меру пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 17 июня 2019 года.

На основании изложенного, руководствуясь п. 3 ч. 1 ст. 401.14, ч. 1 ст. 401.15 УПК Российской Федерации, президиум Верховного Суда Республики Крым

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ялтинского городского суда Республики Крым от 23 октября 2017 года и апелляционное постановление Верховного Суда Республики Крым от 18 января 2018 года в отношении ФИО1, ФИО5, ФИО4 отменить.

Уголовное дело в отношении ФИО1, ФИО5, ФИО4 передать на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции в ином составе.

Избрать ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, меру пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 17 июня 2019 года, срок содержания под стражей исчислять с момента его задержания.

Избрать ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, меру пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 17 июня 2019 года.

Избрать ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, меру пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 17 июня 2019 года.

Председательствующий В.Н. Скляров