Апелляционное определение № 11-14119/2025 11-889/2026 от 12 января 2026 г.

УИД 74RS0002-01-2024-007715-55

Дело № 2-271/2025

Судья Главатских Л.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Дело №11-889/2026

(№11-14119/2025)

13 января 2026 года г. Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Фортыгиной И.И.,

судей Регир А.В., Булавинцева С.И.,

с участием прокурора Гиззатуллина Д.З.,

при секретаре Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 26 февраля 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к акционерному обществу «Ойкумена», обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Сервис-Групп», Министерству внутренних дел России в лице Главного управления Министерства внутренних дел России по Челябинской области о взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

Заслушав доклад судьи Регир А.В. об обстоятельствах дела, доводах апелляционной жалобы и возражений, объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО2, подержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Урал-Сервис-Групп» - ФИО3, представителя ответчика акционерного общества «Ойкумена» - ФИО4, представителя ответчиков Министерства внутренних дел Российской Федерации, Главного управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Челябинской области – ФИО5, представителя третьего лица Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по Пластовскому району – ФИО6, возражавших в удовлетворении апелляционной жалобы, заключение прокурора Гиззатуллина Д.З., полагавшего решение суда подлежащим отмене, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к акционерному обществу «Ойкумена» (далее по тексту - АО «Ойкумена»), обществу с ограниченной ответственностью «Урал-Сервис-Групп» (далее по тексту - ООО «Урал-Сервис-Групп»), Министерству внутренних дел России (далее по тексту - МВД России), Главному управлению Министерства внутренних дел России по Челябинской области (далее по тексту - ГУ МВД России по Челябинской области) о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000 руб., расходов по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб.

В обоснование исковых требований указал, что 24 июля 2021 года на трассе Степное-Троицк в результате дорожно-транспортного происшествия при столкновении автомобиля «Хонда Цивик» с металлическим ограждением погиб водитель автомобиля <данные изъяты>, являющийся его сыном. Считает, что металлическое ограждение на трассе находилось в поврежденном состоянии - имело разрыв, представляло собой торчащий металлический профиль, поскольку было повреждено в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 30 июня 2021 года, и не восстановлено на день гибели его сына. По факту повреждения металлического ограждения 30 июня 2021 года сотрудниками ГИБДД не было составлено предписание обслуживающей организации о ремонте поврежденного ограждения. Региональная автомобильная дорога Троицк-Степное Пластовского района находится на оперативном управлении Министерства дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области. Между Министерством дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области и АО «Ойкумена» заключен государственный контракт на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог, в том числе указанного участка дороги. Между АО «Ойкумена» и ООО «Урал-Сервис-Групп» заключен договор субподряда на обслуживание данного участка дороги. Гибелью сына, ставшей следствием преступной халатности ГИБДД и дорожных служб, ему причинен моральный вред.

Решением суда от 26 февраля 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 26 марта 2025 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 оказано.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. Указывает, что дорожное ограждение не было безопасным, так как в результате наезда ограждение проникло в салон автомобиля, причинив смерть <данные изъяты>. Также указывает, что суд установил факт надлежащего исполнения обязательств ответчиками и отсутствие их вины перед истцом лишь по доказательствам, которые являются недостоверными, недопустимыми, не достаточными для объективного и правильного принятия решения, проигнорировав показания свидетелей, факт возбуждения уголовного дела по факту ненадлежащего оказания услуг ООО «Урал-Сервис-Групп», повлекших смерть <данные изъяты> а также не назначив судебную экспертизу. Считает, что суд не установил связи с поврежденным ограждением и смертью участника дорожного движения. Полагает, что суд неправомерно отказал в назначении судебной экспертизы, поскольку факт, который необходимо было установить в процессе разбирательства, ранее не устанавливался. Считает, что в случае нахождения металлического ограждения в надлежащем состоянии, наезд на него мог не повлечь за собой тяжких последствий, поскольку дорожное ограждение из металла воздействует на корпус автомобиля, гасит его скорость, тем самым не дает машине выехать за обочину, перевернуться, а следовательно функцией такого ограждения в исправном состоянии является защита и безопасность участников дорожного движения. Также ссылается на составленное экспертом ФБУ Челябинская ЛСЭ Минюста России заключение, в котором указано, что барьерное ограждение в момент столкновения имело разрыв, что подтверждает выводы истца о том, что столкновение произошло с уже поврежденным ограждением, представляющим собой торчащий металлический острый профиль.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 01 июля 2025 года решение Центрального районного суда г. Челябинска от 26 февраля 2025 года оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО1 – без удовлетворения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции от 13 ноября 2025 года апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от 01 июля 2025 года отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представители ответчиков ГУ МВД России по Челябинской области, АО «Ойкумена», ООО «Урал-Сервис-Групп», представитель третьего лица ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области просят решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец ФИО1, представители третьих лиц Министерства дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области, Областного государственного казенного учреждения «Челябинскавтодор» о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи, с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса РФ признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверена судебной коллегией в порядке, установленном гл.39 Гражданского процессуального кодекса РФ, с учетом положений ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ, по смыслу которой повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционной жалобы, и в рамках тех требований, которые были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на жалобу, выслушав явившихся представителей сторон, заключение прокурора проверив материалы дела, исследовав новые доказательства, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что 24 июля 2021 года <данные изъяты>, управляя принадлежащим ему на праве собственности автомобилем «Хонда Цивик», двигался из <данные изъяты> Челябинской области в сторону г. Троицка Челябинской области и на 75 км автодороги г. Троицк - <данные изъяты> в нарушение пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации неправильно выбрал скорость движения, отвлекся от управления транспортным средством, допустил выезд на правую обочину по ходу движения, где совершил наезд на металлическое ограждение.

В результате дорожно-транспортного происшествия водитель <данные изъяты>. погиб на месте. Пассажиры <данные изъяты> получили телесные повреждения, квалифицированные как тяжкий вред здоровью.

Истец ФИО1 является отцом <данные изъяты>

Постановлением Пластовского городского суда Челябинской области от 02 мая 2023 года, вступившим в законную силу 19 июня 2024 года, по уголовному делу по обвинению <данные изъяты> в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека), уголовное дело прекращено в связи со смертью обвиняемого.

Указанным постановлением установлено, что дорожно-транспортное происшествие стало возможным в результате преступной небрежности, допущенной водителем <данные изъяты> выразившейся в том, что он, управляя автомобилем, нарушил пункт 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, а именно, игнорируя его требования, заведомо поставил себя в условия, при которых не в состоянии был гарантировать безопасность движения и избежать причинения вреда, выбрал скорость, не обеспечивающую возможность постоянного контроля за движением своего транспортного средства, не оценил дорожную обстановку, отвлекся от управления автомобилем, выехал на правую обочину по ходу движения, где совершил наезд на металлическое ограждение.

Материалами дела также подтверждается, что 10 января 2019 года между Министерством дорожного хозяйства и транспорта Челябинской области и АО «Ойкумена» заключен государственный контракт на выполнение работ по содержанию автомобильных дорог общего пользования регионального или межмуниципального значения Челябинской области, со сроком действия до 31 декабря 2021 года.

Автомобильная дорога Троицк-Степное Пластовского муниципального района входит в состав работ по указанному государственному контракту.

25 декабря 2020 года между АО «Ойкумена» (подрядчик) и ООО «Урал-Сервис-Групп» (субподрядчик) заключен договор субподряда по содержанию автомобильных дорог. Договор заключен во исполнение государственного контракта от 10 января 2019 года, согласно пункту 5.3 договора ООО «Урал-Сервис-Групп» (субподрядчик) обязан в установленные сроки обеспечить устранение дефектов содержания автомобильной дороги, которые могут возникнуть в процессе эксплуатации объекта в течение срока содержания.

В приложении № 7 к договору субподряда автодорога Троицк-Степное Пластского муниципального района входит в перечень дорог для выполнения работ по обслуживанию и ремонту.

Согласно приложению № 1 к договору субподряда поврежденные элементы обустройства дороги (за исключением дорожных знаков) подлежат восстановлению или замене после обнаружения дефектов в течение 5 суток, не более.

27 июля 2021 года ОМВД России по Пластовскому району Челябинской области выдано предписание ООО «Урал-Сервис-Групп» о восстановлении отсутствующего металлического ограждения на автодороге Троицк-Степное Пластского муниципального района в срок не позднее 01 августа 2021 года.

Из журнала ежедневных осмотров состояния автомобильных дорог ООО «Урал-Сервис-Групп» следует, что 30 июня 2021 года, а также 24 июля 2021 года выявлено повреждение элементов ограждений на автодороге Троицк-Степное Пластовского муниципального района.

В журнале производства работ на автомобильных дорогах ООО «Урал-Сервис-Групп» указано, что 01 июля 2021 года и 31 июля 2021 года восстановлено (заменено) барьерное ограждение на автодороге Троицк-Степное Пластовского муниципального района.

Акт о приемке выполненных работ за период с 26 июня по 25 июля 2021 года, в том числе по приемке работ по демонтажу металлического барьерного ограждения и по устройству барьерного ограждения, подписан сторонами ООО «Урал-Сервис-Групп» и АО «Ойкумена» без претензий.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что обязанность по восстановлению поврежденных элементов ограждения на автодороге возложена на ООО «Урал-Сервис-Групп».

Разрешая спор и отказывая в иске, суд первой инстанции, исходил из того, что рассматриваемая дорожно-транспортная ситуация произошла в результате действий водителя <данные изъяты>

Суд первой инстанции указал, что сами по себе недостатки дорожного ограждения с технической точки зрения не связаны с потерей водителем контроля над транспортным средством, при этом водителем <данные изъяты> должны были и могли быть учтены дорожные условия, разрешенная скорость движения, как участник дорожного движения он должен был проявлять внимательность и осмотрительность.

Судебная коллегия полагает, что выводы суда первой инстанции сделаны с нарушением норм материального и процессуального права, в связи с чем решение суда подлежит отмене.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1). При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2).

Согласно пункту 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Согласно пункту 2 статьи 12 Федерального закона от 10.12.1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог.

Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. № 1090 утверждены Основные положения по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанности должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения.

Согласно пункту 13 упомянутых Положений, должностные и иные лица, ответственные за состояние дорог, обязаны содержать дороги, железнодорожные переезды и другие дорожные сооружения в безопасном для движения состоянии в соответствии с требованиями стандартов, норм и правил; информировать участников дорожного движения о вводимых ограничениях и об изменениях в организации дорожного движения с помощью соответствующих технических средств, информационных щитов и средств массовой информации; принимать меры к своевременному устранению помех для движения, запрещению или ограничению движения на отдельных участках дорог, когда пользование ими угрожает безопасности движения.

В соответствии с пунктом 12 статьи 3 Федерального закона от 08.11.2007 г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты» под содержанием автомобильной дороги понимается комплекс работ по поддержанию надлежащего технического состояния автомобильной дороги, оценке ее технического состояния, а также по организации и обеспечению безопасности дорожного движения.

Содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях обеспечения сохранности автомобильных дорог, а также организации дорожного движения, в том числе посредством поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения (пункт 1 статьи 17 Федерального закона от 08.11.2007 г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты»).

Под безопасностью дорожного движения в соответствии со статьей 2 Федерального закона от 10.12.1995 г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» понимается состояние данного процесса, отражающего степень защищенности его участников от дорожно-транспортных происшествий и их последствий. Содержание и ремонт автомобильных дорог должны соответствовать установленным правилам, нормативам и стандартам, обеспечивающим безопасность дорожного движения.

Согласно пункту 2 статьи 28 Федерального закона от 08.11.2007 г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и дорожной деятельности в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты» пользователи автомобильными дорогами имеют право получать компенсацию вреда, причиненного их жизни, здоровью или имуществу в случае строительства, реконструкции капитального ремонта, ремонта и содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований настоящего Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими строительство, реконструкцию, капитальный ремонт, ремонт и содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

В соответствии с разделом 6.4 межгосударственного стандарта ГОСТ 33220-2015 Дороги автомобильные общего пользования. Требования к эксплуатационному состоянию, дорожные ограждения для автомобилей должны соответствовать требованиям ГОСТ 33128 и быть установлены по национальным стандартам государства-участников соглашения (пункт 6.4.1), дорожные ограждения не должны иметь дефектов, указанных в таблице 5, снижающих их удерживающую способность (пункт 6.4.2).

Согласно таблице 5 ГОСТ 33220-2015 Дороги автомобильные общего пользования. Требования к эксплуатационному состоянию, срок устранения такого дефекта, как отсутствие секции балок, стоек, независимо от категории дороги составляет 2 суток.

Согласно разделу 6 ГОСТ 33128-2014 Дороги автомобильные общего пользования. Ограждения дорожные. Технические требования:

- ограждения должны быть безопасными для транспортного средства, его водителя и пассажиров, а также пешеходов на тротуарах. В случае наезда транспортного средства на ограждение должна быть обеспечена безопасность других участников движения на автомобильной дороге, а также сохранность элементов оборудования, перед которым установлены ограждения (пункт 6.1);

- требования безопасности считают обеспеченными, если при испытании ограждения в салон не проникали детали ограждения, транспортное средство, вступившее во взаимодействие с ограждением, не опрокинулось как через ограждение, так и в сторону проезжей части, не проникло через ограждение и не вышло после наезда за пределы допустимого коридора в соответствии с ГОСТ 33129 (пункт 6.2).

В соответствии с требованием пункта 8.1.1 национального стандарта Р 52289-2019 Технические средства организации дорожного движения. Правила применения дорожных знаков, разметки, светофоров, дорожных ограждений и направляющих устройств, на автомобильных дорогах, улицах и мостовых сооружениях применяют боковые дорожные ограждения, в том числе временные, прошедшие испытания в соответствии с ГОСТ 33219 или ГОСТ Р.52721. В процессе эксплуатации дорожные ограждения должны отвечать требованиям ГОСТ 33220 и ГОСТ Р 50597. В соответствии с требованием пункта 8.1.2 этого же стандарта дорожные удерживающие боковые ограждения для автомобилей устанавливают на обочинах автомобильных дорог.

В соответствии с разделом 6.5 национального стандарта ГОСТ Р 50597-2017 Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, дорожные ограждения должны соответствовать требованиям ГОСТ 33128 и ГОСТ Р 52607, длины начального и концевого участков ограждений - требованиям ГОСТ Р 52607 и быть установлены по ГОСТ Р 52289 (пункт 6.5.1).

Согласно пункту 6.5.2 этого же национального стандарта Дорожные ограждения и бортовой камень не должны иметь дефектов, указанных в таблице Б4 приложения Б, а именно: отсутствие секции балок, стоек дорожного ограждения; деформация балки, стойки, компенсатора (консоли), в результате которой произошло горизонтальное или вертикальное отклонение металлического ограждения от его проектного положения в любой точке конструкции более чем на 5% от расстояния между стойками; отсутствие 50% и более крепежных элементов в соединении балок между собой; отсутствие хотя бы одного крепежного элемента в одном из узлов крепления или имеется разрыв сварного шва; отсутствие более 25% крепежных элементов на участке ограждения длиной не более 20 м.

Дефекты устраняют в сроки, приведенные в таблице 6.4.

Согласно таблице 6.4 национального стандарта ГОСТ Р 50597-2017 Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения, срок устранения таких дефектов, как отсутствие или повреждение элементов конструкции металлического дорожного ограждения в зависимости от категории дороги составляет от 3 до 5 суток.

В суде апелляционной инстанции представитель истца от проведения по делу судебной экспертизы отказалась, представив заключение эксперта Федерального бюджетного учреждения «Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от 21 апреля 2025 года, составленное по уголовному делу № <данные изъяты> возбужденному 08 августа 2024 года по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации, которое судебной коллегией приобщено к материалам дела в порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из исследовательской части заключения эксперта Федерального бюджетного учреждения «Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от 21 апреля 2025 года следует, что локализация и характер повреждений автомобиля «Хонда Цивик» свидетельствуют о том, что в момент наезда на секцию балки дорожного ограждения автомобиль был обращен к торцу балки своей левой передней частью, располагаясь параллельно балке либо под малым острым углом к ней. Однозначно определить траекторию движения автомобиля «Хонда Цивик» до начала контакта его левой передней части с торцом балки ограждения, в том числе расположение автомобиля относительно элементов дороги, не представляется возможным из-за недостаточной информативности имеющихся материалов. Можно указать, что после начала контактного взаимодействия автомобиля «Хонда Цивик» с торцом секции балки дорожного ограждения, которая внедрилась в кузов автомобиля, этот автомобиль в результате левоэксцентричного для него удара был развернут против часовой стрелки и с боковым скольжением сместился к месту остановки под острым углом к проезжей части. Контакт левой передней части автомобиля произошел с торцом балки дорожного ограждения, имеющего разрыв (отсутствие секции балки ограждения). Полученные автомобилем «Хонда Цивик» повреждения могли быть образованы только при отсутствии элементов конструкции металлического дорожного ограждения (секции балки ограждения).

Эксперт сделал вывод о наличии на участке рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия в день его совершения такого дефекта, как отсутствие элементов конструкции металлического дорожного ограждения, включенного в таблицу Б. 4 приложения Б ГОСТ Р 50597-2017. Наличие указанного дефекта с экспертной точки зрения означает, что эксплуатационное состояние дорожного ограждения на участке рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия не соответствовало требованию пункта 6.4.2 ГОСТ 33220-2015, а также требованию пункта 6.5.2 ГОСТ Р 505974-2017 не только по самому факту наличия этого дефекта (отсутствие элементов конструкции металлического дорожного ограждения), но и по сроку его устранения, если указанный дефект не был устранен с момента его фиксации в материалах дела об административном правонарушении.

Из показаний свидетеля <данные изъяты>., допрошенного в ходе рассмотрения уголовного дела по обвинению <данные изъяты> в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации следует, что <данные изъяты> ему знаком, потерпевших он впервые увидел на месте дорожно-транспортного происшествия. 24 июня 2021 года у него была последняя смена перед отпуском, он работал в пожарной охране командиром. Проживает он в соседнем <данные изъяты>. Он ездил по дороге, ведущей из села в г. Троицк, поэтому знал, что часть ограждения опасного участка, а именно его середина, отсутствовала из-за более раннего дорожно-транспортного происшествия. Это ограждение долго не ремонтировали.

Ссылка представителя ответчика ООО «Урал-Сервис-Групп» на подтвержденность факта надлежащего состояния дорожного ограждения на момент дорожно-транспортного происшествия, судебная коллегия отклоняет, поскольку допустимых доказательств тому не представлено (статьи 56, 60, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Представленные ООО «Урал-Сервис-Групп» электронные журналы производства работ по содержанию автомобильных дорог не обладают необходимыми признаками допустимости, достоверности и достаточности, поскольку не содержат информации о дате, месте и времени создания электронного файла.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, заключение эксперта Федерального бюджетного учреждения «Челябинская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации» от 21 апреля 2025 года, локализацию повреждений автомобиля (сквозное проникновении балки дорожного ограждения в автомобиль), а также учитывая, что требования безопасности считаются обеспеченными, если при испытании ограждения в салон не проникали детали ограждения, транспортное средство, вступившее во взаимодействие с ограждением, не опрокинулось как через ограждение, так и сторону проезжей части, не проникло через ограждение и не вышло после наезда за пределы допустимого коридора в соответствии с ГОСТ 33129 (пункт 6.2), принимая во внимание также то обстоятельство, что в соответствии с требованиями ГОСТ 33128-2014 ограждения должны быть безопасными для транспортного средства, его водителя и пассажиров, в случае наезда транспортного средства на ограждение должна быть обеспечена безопасность других участников движения на автомобильной дороге, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ответчиком ООО «Урал-Сервис-Групп» в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ, доказательств отсутствия своей вины в соответствии с ч. 2 ст. 1064 ГК РФ не представлено, причинение вреда жизни находится в прямой причинно-следственной связи с виновными действиями ответчика ООО «Урал-Сервис-Групп», который ненадлежащим образом осуществил содержание дорожного ограждения.

Допущенные ООО «Урал-Сервис-Групп» нарушения обязательных требований к эксплуатационному состоянию дорожного ограждения, выразившиеся в отсутствии элементов конструкции металлического дорожного ограждения на участке автодороги г. Троицк-с. Степное Челябинской области создали угрозу причинения вреда жизни и здоровью участников дорожного движения, привели к смерти <данные изъяты>

Поскольку состояние дорожного ограждения на участке дороги, где произошло ДТП не соответствовало требованиям обеспечения безопасности дорожного движения, что находится в прямой причинно-следственной связи с фактом ДТП, в результате которого погиб сын истца ФИО1, обязанность по содержанию дорожного покрытия в надлежащем виде возложена на ООО «Урал-Сервис-Групп», судебная коллегия приходит к выводу о том, что компенсировать причиненный истцу моральный вред должно ООО «Урал-Сервис-Групп», в иске к АО «Ойкумена», МВД России, ГУ МВД России по Челябинской области необходимо отказать.

Определяя размер компенсации морального вреда, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой (главой 59 Кодекса) и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Соответствующие разъяснения по применению правовых норм, относительно взыскания компенсации морального вреда содержатся в действующем в настоящий момент постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда».

Так, в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статьи 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» также разъяснено, что при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации морального вреда.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с утратой близкого родственника.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда у членов семьи в связи со смертью родственника возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

Учитывая приведенные выше нормы Гражданского кодекса РФ и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении от 15.11.2022 № 33, судебная коллегия, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, принимает во внимание, что смерть единственного сына для ФИО1 является невосполнимой утратой, и соответственно причинила истцу нравственные страдания. На момент смерти <данные изъяты> года, погибший сын был опорой и надеждой для своего отца ФИО1 После его смерти жизнь ФИО1 изменилась. Страдания ФИО1 вызваны утратой близкого человека, поскольку это невосполнимая утрата единственного сына, сама гибель <данные изъяты>. является для истца необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, степень пережитых и переживаемых до настоящего времени им страданий, вызванных утратой близкого человека, эмоциональные потрясения истца, обстоятельства ДТП, наличие в этом вины ответчика ООО «Урал-Сервис-Групп».

С учетом указанных обстоятельств и исходя из принципов разумности и справедливости, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, судебная коллегия считает, что в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 2 000 000 руб., такая компенсация отвечает требованиям разумности и справедливости, в достаточной мере компенсирует нравственные и физические страдания, перенесенные ФИО1 в связи с утратой близкого человека - сына.

Отмена решения суда является основанием для разрешения судом апелляционной инстанции вопроса о распределении судебных расходов (ч. 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Согласно частям 1 и 2 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику - пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Положениями ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

При определении суммы расходов на оплату услуг представителя, подлежащей возмещению ФИО1, судебная коллегия с учетом того, что исковые требования истца удовлетворены, принимая так же во внимание категорию дела, объем проделанной по делу работы представителем истца, исход дела, оказание юридической помощи в рамках рассмотрения дела приходит к выводу, что вся заявленная истцом сумма расходов 30 000 руб. является разумной. Поэтому с ответчика ООО «Урал-Сервис-Групп» в пользу истца ФИО1 подлежит возмещению сумма расходов на оплату услуг представителя в размере 30 000 руб..

В соответствии с ч. 1 ст. 98, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, подп. 3, п. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с учетом удовлетворения неимущественного требования истца о взыскании компенсации морального вреда, с ООО «Ура-Сервис-Групп» в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб., от уплаты которой истец был освобожден в силу закона.

Руководствуясь ст.ст. 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Челябинска от 26 февраля 2025 года отменить, принять новое.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал-Сервис-Групп» <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда – 2 000 000 руб., расходы по оплате юридических услуг в размере 30 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Урал-Сервис-Групп» (<данные изъяты>) в доход бюджета государственную пошлину в размере 300 руб.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 23 января 2026 года.