Апелляционное определение № 33-1653/2026 от 15 апреля 2026 г.

Судья: Золотарева А.В. Дело № 33-1653/2026 (№ 2-1524/2025)

Докладчик: Орлова Н.В. УИД 42RS0007-01-2025-001554-77


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 апреля 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе председательствующего Пастухова С.А.,

судей Орловой Н.В., Галкиной Н.В.,

при секретаре Москаленко М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Орловой Н.В. гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО4 на решение Ленинского районного суда г. Кемерово от 14.11.2025 по иску ФИО4 к Акционерному обществу «Альфа-Банк» о признании кредитного договора недействительным, расторжении кредитного договора,

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к АО «Альфа-Банк», просила о признании кредитного договора № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между нею и АО «Альфа-Банк» недействительным, просила его расторгнуть. Требования мотивированы тем, что она отбывает наказание по приговору суда в <данные изъяты> России по Кемеровской области-Кузбассу. Со слов матери истицы в конце 2024 года ей стало известно, что по месту ее жительства обратились сотрудники АО «Альфа-Банк» с требованиями о погашении задолженности по кредитному договору, заключенному между данным банком и истцом. Но в связи с тем, что истец отбывает наказание в местах лишения свободы, она не имела возможности заключить какой-либо кредитный договор. Официальных требований от банка она не получала и в администрацию исправительной колонии требований от банка на имя ФИО4 не поступало. Истец выдала на имя матери доверенность для выяснения у АО «Альфа-Банк» обстоятельств заключения кредитного договора. В банке матери истца выдали копию кредитного договора, якобы заключенного с истцом 18.03.2024. Отмечает, что она не заключала никаких кредитных договоров с АО «Альфа-Банк», она не изъявляла желания на получение кредита, свои личные данные не передавала, не ясно, как они оказались в распоряжении сотрудников кредитной организации воспользовались, в результате чего был оформлен фиктивный кредитный договор. Она не могла 18.03.2024 заключить кредитный договор с АО «Альфа-Банк», т.к. в этот период находилась в <данные изъяты> в помещении для нарушителей в изоляции, а договор был заключен посредством электронной подписи. Кредитный договор предусматривает выдачу наличных денежных средств, но истец из предоставленных средств не вяза никакой суммы. Согласно справке, выданной банком по состоянию на 15.11.2024 на счете размещено 161473,76 руб., кто пользуется этими деньгами не ясно. Договор подписан электронной подписью, чего она лично сделать не могла, т.к. в период изоляции не имела доступа к технической и электронной связи. В связи с изложенным истец приходит к выводу, что в указанный кредитный договор является фикцией и мошенничеством.

Решением Ленинского районного суда г. Кемерово от 14.11.2025 постановлено: «В удовлетворении исковых требований ФИО4 к Акционерному обществу «Альфа-Банк» о признании кредитного договора недействительным, расторжении кредитного договора отказать».

В апелляционной жалобе ФИО4 просит решение суда отменить, ее требования удовлетворить.

Указывает, что судом первой инстанции не изучено ее дело в полном объеме, не были сделаны определенные запросы. Считает, что сделка может быть признана недействительной в случае порока воли, а также при нарушении запрета на недобросовестное осуществление гражданских прав. Судом первой инстанции установлен факт заключения кредитного договора между ней и банком, однако не ясно, как банк мог выдать ей кредит на приобретение автомобиля, если у нее отсутствует водительское удостоверение, банком не проверено данное обстоятельство. Истец считает, что иное лицо воспользовалось ее сим-картой с номером №, но не смогло довести свои мошеннические действия до конца. Апеллянт также указывает, что вход в приложение Альфа-Банк осуществлялся с <данные изъяты> по времени в 07.19, 08.24, 19.35, 19.54, но телефон ей лично выдавался в <данные изъяты> один раз в день на 15 мин., а по выписке из электронного журнала видно, что вхождение в приложение было более 1 раза, и выдавался ей телефон Хонор-10, т.е. другой марки, при осуществлении во время телефонного звонка видеонаблюдения за ней и в присутствии одного сотрудника <данные изъяты>, т.е. с особым контролем происходил телефонный звонок. За данный период времени невозможно оформить кредитный договор. Телефон выдавался на основании согласованных начальником учреждения ее просьб о телефонном звонке по ее заявлению, считает, что в архиве должны быть отметки о дате и периоде времени телефонных звонков. Суд первой инстанции не проверил данные обстоятельства, указывающие, что она действительно не оформляла кредитный договор с ответчиком, считает, что кто-то совершил мошеннические действия и от ее имени заключил кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ.

В суде апелляционной инстанции истец доводы и требования апелляционной жалобы поддержала.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени, дате и месте рассмотрения дела извещены надлежаще (юридические лица с учетом положенияч.2.1 ст.113 ГПК РФ), об уважительности причин неявки до начала судебного заседания не сообщили, а потому судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, заслушав истицу, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы в соответствии с ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующему.

В материалах дела имеется кредитный договор № №, сторонами которого значатся АО «Альфа-Банк» и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

По индивидуальным условиям договора потребительского кредита, предусматривающего выдачу кредита наличными, банк-ответчик предоставил ФИО4 кредит 357500 руб. на 60 месяцев, начиная с даты предоставления кредита, процентная ставка – 38,99 %, количество ежемесячных платежей 60, размер ежемесячного платежа – 13700 руб., дата осуществления первого платежа в соответствии с графиком платежей - 02.05.2024, дата осуществления ежемесячного платежа - 02 число каждого месяца. Данный кредитный договор подписан 18.03.2024 со стороны заемщика простой электронной подписью под кодом 2443, дата и время предоставления простой электронной подписи 07:43:56 (время МСК).

Из материалов дела также следует, что одной электронной подписью в одно время введением единого кода № (который был отправлен с пометкой «оформление кредита наличными») были подписаны согласие на обработку персональных данных и получение кредитного отчета, заявление на получение кредита наличным, индивидуальные условия договора потребительского кредита, предусматривающего выдачу кредита наличными, заявление заемщика, заявление на перевод остатка денежных средств в благотворительный фонд тяжелобольных детей «Линия жизни», два заявления на добровольное оформление услуги страхования и два поручения на перевод денежных средств в счет оплаты страховой премии.

Банк-ответчик при заключении кредитного договора, как указано в его письменных возражениях, производил идентификацию личности заемщика по номеру мобильного телефона.

Из материалов дела следует, что ФИО4, являлась клиентом АО «Альфа-Банк», 14.09.2023 присоединилась к договору о комплексном банковском обслуживании физических лиц (далее – ДКБО) в АО «Альфа-Банк», в анкете клиента указан номер телефона +№.

Согласно п.8.8 ДКБО посредством услуги «Альфа-Банк» клиент может осуществлять операции, поименованные в ДКБО, в т.ч. оформлять электронные документы и подписывать их простой электронной подписью в целях заключения договора кредиты наличными в соответствии с приложением № 2 к ДКБО.

Согласно письменным возражениям АО «Альфа-Банк» 14.09.2023 ФИО4 присоединилась в установленном порядке к ДКБО в АО «Альфа-Банк», обязалась их соблюдать; 14.09.2023 клиент указала номер сотового телефона №, подключила услугу «Альфа-Мобайл», указав номер телефона №; банк установил личность клиента путем верификации «Альфа-Мобайл» способом, установленным ДКБО; 18.03.2024 осуществлен корректный вход в мобильное приложение «Альфа-Банк»; при этом смены данных при входе не было, что подтверждается выпиской по счету; 18.03.2024 для подтверждения операции оформления кредита наличными на номер телефона № поступило смс с кодом 2443 в 07:43:46, который был успешно введен, чем подтверждено согласие условие договора потребительского кредита. В этот же день произведено перечисление 357500 руб. на счет № №.

Согласно выписке из электронного журнала «история подключений» 14.09.2023 клиентом выполнено подключение к каналу «Альфа-Мобайл в 16:50:09, из электронного журнала «смс-сообщений» следует, что клиенту направлены смс-сообщения на номер №, которые доставлены клиенту, из электронного журнала «входы в «Альфа-Банк» следует, что вход в приложении осуществлялся на № в 07:19:33, 07:41:29, 08:24:24, 19:35:19, 19:54:34 (время МСК).

Из выписки по счету следует, что 18.03.2024 на счет № №, открытый в АО «Альфа-Банк» на имя истца, произведено поступление денежных средств 357500 руб. При этом из кредитных средств в пользу ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» переведены денежные суммы 3876,02 руб. и 83612,10 руб., иные кредитные денежные средства находились на счете, принадлежащем истцу, с банковского счета истца осуществлено списание денежных средств в счет погашения задолженности по вышеуказанному кредитному договору.

Согласно ответу ООО «Скартел» на судебный запрос абонентский номер № по состоянию на 18.03.2024 выделен ФИО4 на основании договора № № от ДД.ММ.ГГГГ.

Из представленных сведений ИЦ ГУ МВД России по Кемеровской области – Кузбассу ФИО4 неоднократно привлекалась к уголовной ответственности.

Согласно сведениям <данные изъяты> России по Кемеровской области-Кузбассу, отзыву на исковое заявление, осужденная ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ г.р. отбывала наказание в виде принудительных работ в <данные изъяты> России по Кемеровской области-Кузбассу. Постановлением <данные изъяты> России по Кемеровской области-Кузбассу от 28.02.2024 признана злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания за употребление наркотических и психотропных веществ. Постановлением от 04.03.2024 она водворена в помещение для нарушителей до решения суда о замене наказания в виде принудительных работ лишением свободы. В помещении для нарушителей (ПДН) находилась с 04.03.2024 по 03.04.2024, 03.04.2024 переведена в <данные изъяты> России по Кемеровской области – Кузбассу на основании приговора Ленинского районного суда г. Кемерово от 03.04.2024.

Из ответа <данные изъяты> России по Кемеровской области – Кузбассу следует, что ФИО4 за период отбывания наказания в виде принудительных работ в учреждении признана злостным нарушителем порядка отбывания наказания. Она содержалась в помещении для нарушителей с 03.03.2024 по 03.04.2024 по решению суда. Осужденные к принудительным работам, содержащиеся в помещении для нарушителей, содержаться в полной изоляции от остальных осужденных. Им разрешается телефонный звонок не более 15 минут по разрешению начальника учреждения. Акты об изъятии вещей, акты принятия на хранение личных вещей ФИО4 сотрудниками администрации учреждения не составлялись.

В материалах дела имеется копия постановления от 28.02.2024 о признании осужденной ФИО4 злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания и копия постановления о водворении осужденной в помещении для нарушителей от 04.03.2024.

В суде первой инстанции была допрошена свидетель ФИО1 (мать истицы), которая пояснила, что от АО «Альфа-Банк» ей позвонили и сообщили, что дочь взяла кредит на крупную сумму, в свою очередь она рассказала об этом истцу и та сказала, что кредит не брала, она находилась в местах лишения свободы.

В суде первой инстанции был допрошен свидетель ФИО2 (оперативный дежурный <данные изъяты> ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу на период с 03.03.2024 по 03.04.2024), который пояснил, что ФИО4 ему известна в связи с тем, что она находилась в <данные изъяты> в помещении для нарушителей; ей было разрешено пользоваться мобильным телефоном 15 минут в день; чем она занималась в телефоне, он не знает.

В суде первой инстанции был допрошен свидетель ФИО3 (оперативный дежурный <данные изъяты> ГУФСИН России по Кемеровской области-Кузбассу на период с 03.03.2024 по 03.04.2024), который пояснил, что что ФИО4 ему известна в связи с тем, что она находилась в <данные изъяты> в помещении для нарушителей с марта 2024 года; ей было разрешено пользоваться мобильным телефоном 15 минут в сутки; из помещения для нарушителей он ее забирал, выводил и отдавал телефон, что она делала в телефоне, он не знает; точное время выдачи телефона не установлено в течение дня, условно с 09:00 часов до 18:00 часов; ФИО4 писала заявления на разрешение ей использования телефона, сколько раз он не помнит.

Пользование телефоном для осуществления телефонных звонков родственникам ФИО4 не отрицала.

Установив вышеуказанные обстоятельства, оценив представленные в дело доказательства, суд первой инстанции разрешил данное гражданское дело на основании ст.ст. 420, 432, 807, 808, 820, 153, 160, 847, 854, 178, 179 ГК РФ, положений Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)», Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утв. приказом Минюста России от 04.07.2022 № 110.

При этом суд пришёл к выводу, что водворение ФИО4 в помещение для нарушителей не влекло за собой ее полную изоляцию, она имела право на пользование сотовым телефоном течение 15 минут каждый день, в связи с чем суд счел отверг доводы истца о невозможности ею заключить кредитный договор 18.03.2024. Суд исходил из того, что кредитный договор оформлен в предусмотренном законом порядке с использованием системы «Альфа-Мобайл», доказательств неправомерности действий банка не представлено, все операции проводились банком после верификации и аутентификации клиента на основании поручений клиента. При таких обстоятельствах суд пришел к выводу, что основания для признания оспариваемой сделки недействительной отсутствуют. Кроме того, суд указал, что истцом не представлено достоверных доказательств тому, что при заключении договора и при переводе денежных средств ее воля была сформирована под влиянием обмана именно со стороны ответчика либо заблуждения, возникшего вследствие действий ответчика, и чем ответчик воспользовался, со своего мобильного устройства, используя мобильное приложение «Альфа-Мобайл», ФИО4 подала заявку на предоставление кредита в АО «Альфа-Банк» на сумму 357500 руб., далее последовательно с использованием мобильного приложения «Альфа-Мобайл», отвечая на смс банка, согласилась с предложенными условиями кредита, заполнила и подписала направленные банком документы простой электронной подписью. В дальнейшем, ФИО4 самостоятельно распорядилась полученными кредитными денежными средствами, оставив их на своем банковском счете. С учетом того, что судом отказано истцу в удовлетворении требований о признании сделки недействительной, суд не нашел оснований для расторжения кредитного договора.

С решением суда не согласилась истица, подавшая апелляционную жалобу, и судебная коллегия находит доводы апелляционной жалобы заслуживающими внимания по следующим основаниям.

Суд первой инстанции фактически исходил из того, что ФИО4 не лишена была возможности пользоваться мобильным телефоном, а потому суд пришел к выводу, что все действия, направленные на заключение кредитного договора, исходили от самой ФИО4

Однако, по мнению судебной коллегии, суд первой инстанции не в полном объеме установил юридически значимые обстоятельства по делу, что в конечном счете привело к неправильному решению.

Согласно п.2 ч.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (п.2).

В соответствии со ст.420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п.1).

К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные главой 9 ГК РФ, если иное не установлено этим же Кодексом (п.2).

Согласно ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п.50 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст.178, п.2 ст.179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п.1 ст.10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10 и пункта 1 или 2 ст.168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (пункты 7 и 8 постановления Пленума № 25).

В соответствии со ст.820 ГК РФ кредитный договор должен быть заключен в письменной форме.

Несоблюдение письменной формы влечет недействительность кредитного договора. Такой договор считается ничтожным.

Согласно п.1 ст.160 названного кодекса сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Письменная форма сделки считается соблюденной также в случае совершения лицом сделки с помощью электронных либо иных технических средств, позволяющих воспроизвести на материальном носителе в неизменном виде содержание сделки, при этом требование о наличии подписи считается выполненным, если использован любой способ, позволяющий достоверно определить лицо, выразившее волю. Законом, иными правовыми актами и соглашением сторон может быть предусмотрен специальный способ достоверного определения лица, выразившего волю.

Специальные требования к предоставлению потребителю полной, достоверной и понятной информации, а также к выявлению действительного волеизъявления потребителя при заключении договора установлены Федеральным законом от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее - Закон о потребительском кредите), в соответствии с которым договор потребительского кредита состоит из общих условий, устанавливаемых кредитором в одностороннем порядке в целях многократного применения и размещаемых в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (части 1, 3, 4 ст.5), а также из индивидуальных условий, которые согласовываются кредитором и заемщиком индивидуально, включают в себя сумму кредита; порядок, способы и срок его возврата; процентную ставку; обязанность заемщика заключить иные договоры; услуги, оказываемые кредитором за отдельную плату, и т.д. (части 1 и 9 ст.5).

Индивидуальные условия договора отражаются в виде таблицы, форма которой установлена нормативным актом Банка России, начиная с первой страницы договора потребительского кредита (займа) четким, хорошо читаемым шрифтом (ч.12 ст.5).

Условия об обязанности заемщика заключить другие договоры либо пользоваться услугами кредитора или третьих лиц за плату в целях заключения договора потребительского кредита (займа) или его исполнения включаются в индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) только при условии, что заемщик выразил в письменной форме свое согласие на заключение такого договора и (или) на оказание такой услуги в заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) (ч.18 ст.5).

С банковского счета заемщика может осуществляться списание денежных средств в счет погашения задолженности заемщика по договору потребительского кредита (займа) в случае предоставления заемщиком кредитной организации, в которой у него открыт банковский счет (банковские счета), распоряжения о периодическом переводе денежных средств либо заранее данного акцепта на списание денежных средств с банковского счета (банковских счетов) заемщика, за исключением списания денежных средств, относящихся к отдельным видам доходов (части 22.1 и 22.2 ст.5).

Согласно ст.7 Закона о потребительском кредите договор потребительского кредита (займа) заключается в порядке, установленном законодательством Российской Федерации для кредитного договора, договора займа, с учетом особенностей, предусмотренных этим Федеральным законом (ч.1).

Договор потребительского кредита считается заключенным, если между сторонами договора достигнуто согласие по всем индивидуальным условиям договора, указанным в ч.9 ст.5 данного Федерального закона. Договор потребительского займа считается заключенным с момента передачи заемщику денежных средств (ч.6).

Документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с данной статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети "Интернет". При каждом ознакомлении в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" с индивидуальными условиями договора потребительского кредита (займа) заемщик должен получать уведомление о сроке, в течение которого на таких условиях с заемщиком может быть заключен договор потребительского кредита (займа) и который определяется в соответствии с данным Федеральным законом (ч.14).

Из приведенных положений закона следует, что заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на оказание дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителя, подписание его сторонами, в т.ч. аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

Дистанционный порядок заключения кредитного договора не отменяет требований к порядку согласования его условий, направленному на формирование у потребителя правильного и более полного представления о приобретаемых (заказываемых) товарах, работах, услугах, позволяющему потребителю сделать их осознанный выбор, а также на выявление действительного волеизъявления потребителя при заключении такого договора.

В ч.2 ст.5 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

При заключении договора потребительского кредита, а также при предложении дополнительных услуг, оказываемых кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, в т.ч. с помощью электронных либо иных технических средств кредитором до сведения заемщика должна быть своевременно доведена необходимая и достоверная информация об услугах, обеспечивающая возможность их правильного выбора, при этом индивидуальные условия договора потребительского кредита должны быть в обязательном порядке согласованы кредитором и заемщиком индивидуально.

Соответственно, для обеспечения документа, подписанного простой электронной подписью, юридической силой необходимо идентифицировать лицо, которое использует простую электронную подпись, понятие которой в законе определено не только через наличие присущих ей технических признаков - использование кодов, паролей или иных средств, но и через ее функциональные характеристики - необходимость подтверждения факта формирования электронной подписи определенным лицом.

Легитимность электронного документа с простой электронной подписью, содержащего условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение, подтверждается наличием указания в нем лица, от имени которого составлен и отправлен электронный документ.

В рамках настоящего дела установлено, что при заключении кредитного договора банком-ответчиком сформировано несколько документов, требующих волеизъявление клиента, содержащих различные условия: согласие на обработку персональных данных и получение кредитного отчета, заявление на получение кредита наличным, индивидуальные условия договора потребительского кредита, предусматривающего выдачу кредита наличными, заявление заемщика, заявление на перевод остатка денежных средств в благотворительный фонд тяжелобольных детей «Линия жизни», два заявления на добровольное оформление услуги страхования и два поручения на перевод денежных средств в счет оплаты страховой премии. Однако эти документы подписаны простой электронной подписью с помощью одного кода-подтверждения.

В силу ч.1 ст.56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что индивидуальные условия договора кредита и иные сопутствующие документы и договоры были согласованы именно с заемщиком, что волеизъявление на заключение договоров исходило именно от заемщика, что способ предоставления кредита и т.п. были указаны заемщиком, должна быть возложена именно на банк.

Указанных же доказательств ответчиком представлено не было.

Выписки из электронного журнала «история подключений», электронного журнала смс-сообщений, электронного журнала «входы в Альфа-Мобайл», представленные ответчиком, не свидетельствуют о том, что в доступной форме, своевременно и именно ФИО4 были сообщены необходимые данные, прямо предусмотренные законом, непосредственно перед заключением кредитного договора.

Распоряжение предоставленными и зачисленными на счет заемщика денежными средствами осуществляется в соответствии со ст.847, ст.854 ГК РФ на основании распоряжения клиента, в т.ч. с использованием аналога собственноручной подписи.

Между тем, письменными материалами дела и пояснениями ФИО4 подтверждается, что её волеизъявления на заключение кредитного договора не было, денежными средствами, зачисленными на ее счет, она реально не воспользовалась, существенные условия кредитного договора, как и иных одновременно подписанных документов, сторонами согласованы не были, полная информация о потребительском кредите и о дополнительно предложенных продуктах (страхование и проч.) не была своевременно доведена до ФИО4 Фактически кредитный договор заключен посредством действий неустановленного лица, о чем указано ниже и что убедительно не опровергнуто.

Согласно п.149 раздела XVII 149 Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утв. Приказом Минюста России от 04.07.2022 N 110, средства мобильной связи осужденных к принудительным работам, водворенных в помещения для нарушителей, хранятся в помещении дежурной смены ИЦ в специально отведенном месте. По заявлению осужденного к принудительным работам принадлежащие ему средства мобильной связи могут выдаваться администрацией ИЦ не более одного раза в день для использования не более 15 минут. В заявлении о выдаче средств мобильной связи осужденный к принудительным работам указывает цель использования средств мобильной связи. Средства мобильной связи используются осужденным к принудительным работам в присутствии сотрудника ИЦ и под его контролем. По истечении установленного времени средства мобильной связи сдаются сотруднику ИЦ.

В соответствии с п.147, п.149 раздела XVII указанных Правил личный мобильный телефон ФИО4 как к осужденной к принудительным работам, водворенной в помещение для нарушителей, при ней постоянно находиться не мог.

Из вышеприведённых положений следует, что в распоряжении ФИО4 и только в строго определенных целях, заранее обозначенных в заявлении, мог находиться мобильный телефон не более одного раза в день и не более 15 минут.

Из материалов дела следует, что оформление кредитного договора, зачисление денежных средств на счет, открытый в банке на имя ФИО4, произведены банком 18.03.2024 в течение очень короткого временного промежутка (нескольких минут). Указанное свидетельствует о том, что в обычной обстановке совершение ряда действий, направленных на получение кредита, на ознакомление с условиями предоставления кредита и ряда других сопутствующих документов и договоров, с ним связанных, подразумевает использование значительно большего времени, чем это следует из дела. На предварительное изучение представленных в материалы дела документов, составляющих кредитное досье по спорному договору, у судебной коллегии при наличии практики рассмотрения дел, связанных с кредитованием, затрачено было очевидно не несколько минут, за короткий промежуток времени вообще освоить данную информацию рядовому потребителю объективно невозможно. При этом следует понимать, что ФИО4 в силу того, что в момент заключения договора имела особый статус, а именно статус злостного нарушителя порядка отбывания наказания, содержалась в помещении для нарушителей с 03.03.2024 по 03.04.2024 в условиях изоляции и при существенном ограничении возможности взаимодействия с иными лицами путем совершения телефонного звонка продолжительностью не более 15 минут в день и только по разрешению начальника <данные изъяты> России по Кемеровской области – Кузбассу. Иными словами, ФИО4, имея допуск к обладанию телефоном не более 15 минут в день, объективно осознанно совершить действия, направленные на подачу заявки на получение кредита, на должное ознакомление с его полными условиями, на подписание кредитного договора и прочих, с ним связанных, документов полноценной возможности не имела бы.

Кроме того, как следует из материалов дела, заявленные ФИО4 требования о недействительности кредитного договора основаны прежде всего на том, что ее волеизъявление на заключение договора отсутствовало.

Согласно выписке из электронного журнала «входы в Альфа-Мобайл» в отношении 5 входов 18.03.2024 они были совершены в 07:19:33, 07:41:29, 08:24:24, 19.35:19, 19:54:24 (время МСК). При этом подписание кредитного договора произошло в 07:43:56 (время МСК).

Согласно полученной по запросу судебной коллегии информации биллинговой системы <данные изъяты> которую суд апелляционной инстанции счел возможным согласно ч.1 ст.327.1 ГПК РФ принять новым доказательством по делу ввиду того, что судом первой инстанции не было совершено должного запроса об истребовании данной информации, безусловно имеющей юридическое значение в целях правильного рассмотрения дела, 18.03.2024 в 10:53 по местному времени было установлено соединение между абонентами с номером телефона 7-№ (телефон истца) и номером телефона № (истец указала этот номер телефона как номер телефона ее дочери), длительность соединения 1076 сек. Таким образом, 18.03.2024 до времени заключения оспариваемого ею кредитного договора (а подписан он был 18.03.2024 в 07:43:56 (время МСК), что соответствует 11:43 времени местному, и согласно информации биллинговой системы <данные изъяты> зафиксировано соединение с <данные изъяты> смс в это время) ФИО4 уже было реализовано ее законное право на телефонный звонок и длительность телефонного звонка позволяет судить о том, что предоставленное по закону ей время себя исчерпало до подписания оспариваемого кредитного договора.

При этом, исходя из существующего запрета на то, чтобы иметь при себе свой личный мобильный телефон, место нахождения мобильного телефона и находящейся в нем сим-карты по объективным причинам не могло полностью контролироваться ФИО4 на протяжении всего периода пребывания ее в помещении для нарушителей, и не исключается при такой ситуации завладение телефоном и сим-картой иным лицом, включая несанкционированное. Учитывая, что в отношении ФИО4 не представлены какие-либо сведения о том, что ею нарушались условия пользования мобильным телефоном в период ее нахождения в помещение для нарушителей, в т.ч. и в дату 18.03.2024, то оснований полагать, что все иные зафиксированные вхождения в сеть с использованием ее номера могли произойти исключительно ее личными действиями, не имеется. Меж тем, 18.03.2024 зафиксированы многократные смс-соединения и выходы в сеть Интернет, в т.ч. в ночное время (в 05:12, 6:54 по местному времени, т.е. до подписания спорного договора, в момент подписания, а также в 23:32, 23:46 по местному времени, т.е. после совершения ФИО4 законного звонка дочери и после подписания спорного договора), что с учетом распорядка дня (в т.ч. подъема и отбоя) исправительного центра для ФИО4 исключено.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает недоказанным тот факт, что обращение за получением кредита, подписание электронной подписью кредитного договора произошло действиями ФИО4 Убедительных доказательств того, что в ходе рассмотрения дела были выявлены действительный интерес и намерение именно у ФИО4 заключить кредитный договор, не предоставлено. Сам по себе факт, что был корректно введен код подтверждения, не может с достоверностью свидетельствовать о наличии воли именно ФИО4 на заключение кредитного договора. При этом подписание всей совокупности документов, как составляющих кредитный договор, так и сопутствующих документов, одной электронной подписью в одно время введением единого кода 2443 (который был отправлен с пометкой «оформление кредита наличными», т.е. без указания о том, что этим кодом подписываются и иные какие-либо документы одновременно) не может быть при вышеописанном положении признано действием, произведённым ФИО4, последующего одобрения на это с ее стороны не было произведено.

При таких обстоятельствах требования ФИО4 о признании кредитного договора недействительным являются обоснованными, а выводы суда первой инстанции, фактически построенные лишь на том, что поскольку ФИО4 имела доступ к телефону, то ею и был заключен кредитный договор, являются неверными ввиду отсутствия установления всех юридически значимых обстоятельств. Суд первой инстанции не оценил реальные возможности ФИО4 заключения данного кредитного договора и подписания иных, с ним связанных документов, при имевшихся в отношении нее объективных ограничений по пользованию мобильным телефоном и условиях ее пребывания в помещении для нарушителей 18.03.2024. Судебная коллегия с учетом изложенного считает, что обжалуемое решение суда подлежит отмене с принятием нового решения, которым, надлежит признать оспариваемый кредитный договор недействительным по вышеуказанным мотивам. Отсутствие действительности кредитного договора порождает невозможность его расторжения, такого правового последствия признания договора недействительным закон не содержит, судебная коллегия, исходя из сути иска ФИО4, считает ее заблуждением указание на необходимость расторжения недействительного кредитного договора.

Признание кредитного договора недействительным в соответствии со ст.167 ГК РФ корреспондирует суду обязанность применить последствия его недействительности и при факте поступления на счет истца денежных средств надлежало бы разрешить их юридическую судьбу. Однако в данном случае, ФИО4, несмотря на то, что денежные средства были перечислены на счет, открытый на имя истца, реально ими не воспользовалась, она не получила их в свое фактическое распоряжение (с учетом ее нахождения в условиях изоляции), при этом 19.03.2024 из 357500 руб. были совершены платежи в пользу ООО «АльфаСтрахование-Жизнь» в размере 3876,02 руб. и 83612,10 руб. (не по распоряжению истицы в силу признания несовершения ею электронной подписи), а также с учетом графика платежей за период с даты подписания кредитного договора и на дату рассмотрения дела судом апелляционной инстанции, денежные средства, зачисленные на счет ФИО4, были банком-ответчиком списаны в свою пользу, поскольку банк производил их списание, считая, что осуществляет тем самым погашение долга по данному кредитному договору, поэтому банк их себе вернул. Соответственно при таких обстоятельствах у ФИО4 к настоящему времени нет обязательства по возврату денежных средств в пользу ответчика.

На основании ст.103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию сумма государственной пошлины в размере 3000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 327.1, 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда г. Кемерово от 14.11.2025 отменить.

Принять по делу новое решение.

Признать кредитный договор № №, заключенный между ФИО4 и АО «Альфа-Банк», недействительным.

Взыскать с АО «Альфа-Банк» (ИНН №) в доход местного бюджета сумму государственной пошлины в размере 3000 руб.

Председательствующий С.А. Пастухов

Судьи Н.В. Орлова

Н.В. Галкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 29.04.2026.