Апелляционное постановление № 10-1/2024 от 2 июля 2024 г. по делу № 1-4/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Славск 03 июля 2024 года

Славский районный суд Калининградской области в составе председательствующего судьи Улька М.В.,

при секретаре Крайсвитной Л.В.,

с участием прокурора Драпеза Д.С.,

осужденного ФИО1,

его защитника - адвоката Бочаровой Н.В., действующей на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Бочаровой Н.В. на приговор мирового судьи судебного участка Славского судебного района Калининградской области от ДД.ММ.ГГГГ, по которому

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец п. <адрес>, несудимый,

осужден по ч.1 ст.158 УК РФ к обязательным работам на срок 200 часов,

заслушав выступления защитника -адвоката Бочаровой Н.В., поддержавшей и дополнившей доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Драпеза Д.С. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

ФИО1 признан виновным в совершении кражи, то есть <данные изъяты> хищения чужого имущества –сухостойных стволов деревьев породы дуб в количестве 6 штук общим объемом древесины – 2,436 м3, общей стоимостью 26 173 руб., принадлежащих ГКУ КО «<данные изъяты>».

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Бочарова Н.В. просила отменить приговор в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; неправильным применением уголовного закона и вынести оправдательный приговор. Указывает, что Вердян не отрицал и даже подробным образом описывал свои действия по изъятию ДД.ММ.ГГГГ с выдела 10 квартала 196 <адрес> распиленных ранее неустановленными лицами частей дерева породы дуб общим объемом 2,436 куб.м, которые переместил на принадлежащую ему ферму. Рубку и дальнейшую распилку ствола дерева породы дуб осуществил не осужденный, такие действия ему и не вменяются. Тем не менее, располагая указанными сведениями, суд ошибочно отнес эти части ствола к сухостойным деревьям, вследствие чего действия ФИО1 в целом были квалифицированы неверно. В связи с несогласием с размером ущерба, определенным органом дознания и впоследствии судом, вывод суда о полном непризнании Вердян своей вины не в полной мере отражают его действительную позицию относительно предъявленного обвинения. Действующее законодательство предполагает уголовную ответственность за незаконный сбор ветровальной, буреломной и сухостойной древесины – как за неотделенную от корней, тем самым оказывающей влияние на общий микроклимат в месте произрастания. Считает, что нельзя исключить возможность отнесения изъятых ФИО1, как указано судом, сухостойных стволов к порубочным остаткам, очистка лесов от которых относится к заключительному виду лесосечных работ – в соответствии со ст.23.2 Лесного кодекса РФ и Приказа Министерства природных ресурсов и экологии РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении видов лесосечных работ, порядка и последовательности их выполнения, формы технологической карты лесосечных работ, формы акта заключительного осмотра лесосеки и порядка заключительного осмотра лесосеки», проводимые как с противопожарной целью, так и лесопатологической, кроме того, содействует лесовозобновлению. Как определенный размер ущерба, так и применение для этого правовых норм, указанных в приговоре, являются необоснованными. Действия Вердяна по очистке леса не образуют состав инкриминируемого ему деяния, поскольку не предполагают причинение размера ущерба, необходимого для уголовно-наказуемого деяния.

В судебном заседании адвокат дополнила доводы апелляционной жалобы, пояснив, что при описании объективной стороны не указано, что ФИО1 распилил лежащее на земле дерево бензопилой. В приговоре, в том числе при оценке доказательств, нет никакой привязки бензопилы к инкриминируемому деянию. Не установив, использовалась ли бензопила в качестве орудия или иного средства совершения преступления, не установив кому принадлежит данная бензопила и не дав в приговоре этим обстоятельствам оценки, мировой судья указала в приговоре о конфискации бензопилы в доход государства. Кроме того, в приговоре мировой судья указала, что общий диаметр древесины – 2,436м3, вместо общего объема – 2,436м3. Считает, что поскольку ФИО1 не производил рубку, то и методика расчета ущерба применена не верно и иск должен был быть предъявлен не к ФИО1, а к лицу, совершившему рубку.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Вавилин В.С. просит суд оставить приговор без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Указывает, что действия ФИО1 квалифицированы правильно. Вину в совершении инкриминируемого преступления ФИО1 не признал, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ увидел в лесу много спиленных деревьев, после чего в сентябре 2023 бензопилой распилил лежащее на земле дерево на 6 бревен и перетащил их на свою ферму. Полагает, что вина подсудимого доказана в полном объеме.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель потерпевшего ФИО12 просила суд в удовлетворении апелляционной жалобы отказать. Указывает, что в ходе судебного следствия по делу установлен факт того, что ФИО1 похитил и обратил в свою пользу не порубочные остатки, а стволы сухостойных деревьев породы «дуб». Кроме того, ст.11 закона Калининградской области от 18.01.2008 № 221 «Об установлении порядка и нормативов заготовки древесины, порядка заготовки и сбора недревесных лесных ресурсов, пищевых лесных ресурсов и лекарственных растений на территории Калининградской области гражданами для собственных нужд» установлено, что при заготовке валежника осуществляется сбор лежащих на поверхности земли остатков стволов деревьев, сучьев, не являющихся порубочными остатками в местах проведения лесосечных работ, и (или) образовавшихся вследствие естественного отмирания деревьев, при их повреждении вредными организмами, буреломе, снеговале. Таким образом, сбор порубочных остатков запрещен. Понятия «валежник» и «порубочные остатки» не являются тождественными. Валежник ч.2 ст.32 Лесного кодекса РФ отнесен к недревесным лесным ресурсам. Заготовка и сбор недревесных лесных ресурсов представляет собой предпринимательскую деятельность, связанную с изъятием, хранением и вывозом соответствующих лесных ресурсов из леса. С учетом изложенного, считают апелляционную жалобу адвоката необоснованной.

Проверив материалы дела, выслушав мнения сторон, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы суда о виновности ФИО1 в совершении <данные изъяты> хищения чужого имущества –кражи основаны на установленных судом фактических обстоятельствах дела и подтверждаются исследованными судом и приведенными в приговоре доказательствами.

ФИО1 не отрицал, что в ДД.ММ.ГГГГ в лесу распилил бензопилой лежащее на земле уже спиленное дерево на 6 бревен необходимого ему размера, которые при помощи прицепа и трактора перетащил на ферму. При этом, виновным себя в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, не считает, вину не признает.

Из показаний свидетеля ФИО8 следует, что в ДД.ММ.ГГГГ при проведении контрольно-надзорных мероприятий в <данные изъяты> он обнаружил следы волочения, проследив по которым, увидел около хутора в прицепе спиленную древесину породы дуб. По следам спила было видно, что спиливание имело место некоторое время назад ввиду затемнения места спила.

Согласно показаниям свидетеля ФИО9 она принимала участие при осмотре бревен и производила замеры древесины по факту кражи. Объем древесины составил 2,436 куб.м. При проведении расчета вреда по факту кражи дерева породы дуб применяла методику определения размера возмещения ущерба в соответствии с Постановлением Правительства № от ДД.ММ.ГГГГ, ставку платы за единицу объема и постановление Правительства № 2405 от ДД.ММ.ГГГГ «О применении в ДД.ММ.ГГГГ годах коэффициентов», а также повышающий коэффициент 3,14. Указала, что ставка платы в размере 684,36 применена ею в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 22.05.2007 № 310. Сумма ущерба по произведенному ею расчету после замера каждого ствола составила 26 173 руб.

Также виновность ФИО1 подтверждается показаниями представителя потерпевшего ФИО12, свидетеля ФИО10, протоколом осмотра места происшествия и фототаблицей к нему от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого изъяты 6 стволов древесины породы дуб; актом о лесонарушении № от ДД.ММ.ГГГГ; расчетом вреда от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому сумма ущерба составила 26 173 руб.

Согласно ст.32 Лесного кодекса РФ, на которую адвокат ссылается в апелляционной жалобе, заготовка и сбор недревесных лесных ресурсов представляют собой предпринимательскую деятельность, связанную с изъятием, хранением и вывозом соответствующих лесных ресурсов из леса. К недревесным лесным ресурсам, заготовка и сбор которых осуществляются в соответствии с настоящим Кодексом, относятся валежник, пни, береста, кора деревьев и кустарников, хворост, веточный корм, еловая, пихтовая, сосновая лапы, ели или деревья других хвойных пород для новогодних праздников, мох, лесная подстилка, камыш, тростник и подобные лесные ресурсы. Граждане, юридические лица осуществляют заготовку и сбор недревесных лесных ресурсов на основании договоров аренды лесных участков. (ч.1,2,4 ст.32)

В соответствии с ч.6 ст.23.2 Лесного кодекса РФ заключительные лесосечные работы представляют собой очистку лесосек и снос объектов лесной инфраструктуры.

Доводы апелляционной жалобы о возможном отнесении похищенных ФИО1 сухостойных стволов к порубочным остаткам, соответственно, о необоснованном определении размера ущерба и как следствие отсутствии состава инкриминируемого ФИО1 деяния, являются несостоятельными.

Согласно п.3.13 Национального стандарта Российской Федерации, утвержденного Приказом Ростехрегулирования от 17 декабря 2008 г. N 433-ст, порубочные остатки это: отходы древесины, образующиеся на лесосеке при валке и трелевке деревьев, а также при очистке стволов от сучьев, включающие вершинные части срубленных деревьев, сучья, хворост и хмыз.

В соответствии с Приказом Министерства природных ресурсов и экологии РФ от 28 июля 2020 г. N 496 "Об утверждении Правил заготовки и сбора недревесных лесных ресурсов" при заготовке валежника осуществляется сбор лежащих на поверхности земли остатков стволов деревьев, сучьев, не являющихся порубочными остатками в местах проведения лесосечных работ и (или) образовавшихся вследствие естественного отмирания деревьев, при их повреждении вредными организмами, буреломе, снеговале и других природных явлениях.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 18 октября 2012 г. N 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» к предмету преступлений, предусмотренных статьями 260 и 261 УК РФ, не отнесены сухостойные деревья, если иное не предусмотрено специальными нормативными правовыми актами. Рубка сухостойных деревьев, а равно их уничтожение или повреждение при наличии к тому предусмотренных законом оснований могут быть квалифицированы как хищение либо уничтожение или повреждение имущества,

Незаконное завладение древесиной, заготовленной другими лицами, квалифицируется как хищение чужого имущества. Таким образом, Пленум Верховного Суда РФ разъяснил, что завладение теми деревьями, которые срублены и приготовлены к складированию, сбыту или вывозу другими лицами, следует квалифицировать как хищение чужого имущества (п. 21 Постановления от 18 октября 2012 г. N 21).

Согласно ст.12.2 Лесного кодекса РФ древесина - лесной ресурс, получаемый из срубленных, спиленных, срезанных стволов деревьев, который используется в том числе для получения лесоматериалов и иной продукции переработки древесины.

С учетом изложенного, сухостойные стволы деревьев породы «дуб», похищенные ФИО1, вопреки доводам адвоката, нельзя отнести к порубочным остаткам. Не являются они и дровами, поскольку дрова –куски дерева, лесоматериалы, предназначенные для сжигания с целью получения тепла и света.

Постановлением Правительства РФ от 29.12.2018 № 1730 утверждены Особенности возмещения вреда, причиненного лесам и находящимися в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, а также Методика определения размера возмещения такого вреда и таксы, на основании которых в том числе был произведен расчет ущерба и которые применяются не только для исчисления размера вреда за незаконную рубку, но и за присвоение (хищение) древесины.

Всем доказательствам мировым судьей дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст.ст.87,88 УПК РФ, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности.

Мировой судья пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств для признания ФИО1 виновным в совершении преступления и верно квалифицировал его действия по ч.1 ст.158 УК РФ.

Наказание ФИО1 назначено с соблюдением требований ст.60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, его имущественного положения, обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствия обстоятельств отягчающих наказание, трудоспособности ФИО1, отсутствия у него основного места работы, наличия места постоянного жительства.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1 мировой судья признал положительные характеристики, совершение преступления небольшой тяжести.

Наказание, назначенное ФИО1, по своему виду и размеру является справедливым.

Вместе с тем, в описательно-мотивировочной части приговора, с учетом предъявленного обвинения, мировым судьей допущена техническая описка: вместо общего объема древесины – 2,436 м3 указано –общий диаметр древесины -2,436 м3.

Кроме того, исходя из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года N 17 "О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве", в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, постановленного в общем порядке, следует приводить доказательства того, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия, оборудования или иного средства совершения преступления, а также обоснование решения о конфискации имущества.

Согласно положениям п.1 ч.3 ст.81 УПК РФ, п.1 «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ суд при постановлении приговора должен решить вопрос о вещественных доказательствах. При этом суд вправе изъять и обратить в собственность государства орудия, оборудование и иные средства совершения преступления, принадлежащие подсудимому.

Бензопила марки <данные изъяты>», приобщенная к делу в качестве вещественного доказательства, не подлежит безусловной конфискации. В каждом конкретном случае суд должен решать этот вопрос исходя из требований закона и конкретных обстоятельств уголовного дела.

Принимая решение о конфискации бензопилы, мировой судья свое решение в этой части не мотивировал, указав лишь на то, что судьба вещественных доказательств разрешается судом в соответствии с требованиями ч.3 ст. 81 УПК РФ.

При описании объективной стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, отсутствует указание на распиливание бензопилой дерева перед совершением хищения сухостойных стволов древесины породы дуб. Доказательства того, что подлежащая конфискации бензопила использовалась в качестве орудия или иного средства совершения преступления, в приговоре отсутствуют.

С учетом изложенного, вещественное доказательство –бензопила марки «<данные изъяты>», подлежит возврату ее законному владельцу.

В соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ при изменении приговора и иного судебного решения в апелляционном порядке суд вправе разрешить вопросы о вещественных доказательствах, процессуальных издержках и иные вопросы.

Учитывая, что допущенная в приговоре техническая ошибка может быть устранена в суде апелляционной инстанции, принимая во внимание положения п. 5 ч. 1 ст. 389.26 УПК РФ, предоставляющие суду апелляционной инстанции разрешить вопрос о вещественных доказательствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о необходимости внесения в обжалуемый приговор соответствующих изменений, которые на существо обжалуемого приговора не влияют, прав осужденного не нарушают.

Иных существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, способных повлиять на законность и обоснованность обжалуемого приговора, по делу не допущено.

Руководствуясь статьями 389.20, 389.28, 389.33 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор мирового судьи судебного участка Славского судебного района Калининградской области от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 изменить,

в описательно-мотивировочной части приговора указать, что ФИО1 <данные изъяты> похитил сухостойные стволы деревьев породы дуб в количестве 6 штук общим объемом древесины – 2,436 м3, вместо общего диаметра древесины -2,436 м3.

в резолютивной части приговора в части разрешения судьбы вещественных доказательств исключить указание, что вещественное доказательство - бензопилу марки «<данные изъяты>» в соответствии с п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфисковать в доход государства, указав что вещественное доказательство бензопила марки <данные изъяты>» подлежит возврату ФИО1

Апелляционную жалобу адвоката удовлетворить частично.

В остальной части приговор оставить без изменения.

Судья М.В.Улька