Решение № 2-168/2026 2-1693/2025 от 20 января 2026 г.

Дело № 2-168/2026

УИД 23RS0058-01-2023-000031-58


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 января 2026 г. г. Сочи

Хостинский районный суд г. Сочи Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Ткаченко С.С.,

при секретаре судебного заседания Беришвили Н.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению и.о. прокурора Хостинского района г. Сочи, межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, действующих в интересах Российской Федерации, к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок,

УСТАНОВИЛ:

И.о. прокурора Хостинского района г. Сочи в интересах Российской Федерации обратился в Хостинский районный суд города Сочи с иском к ФИО1, в котором, уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит признать отсутствующим право собственности ФИО1, зарегистрированное 10 октября 2006 г. в Едином государственном реестре недвижимости на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: <адрес>; в решение суда указать, что оно является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведений об аннулировании зарегистрированных прав на вышеназванный земельный участок и для регистрации права собственности на указанный земельный участок за Российской Федерацией.

Исковые требования мотивированы тем, что прокуратурой города проведена проверка соблюдения требований земельного законодательства на территории муниципального образования город-курорт Сочи, в ходе которой установлено, что земельный участок с кадастровым номером № незаконно оформлен в собственность ответчика, поскольку образован в границах ранее учтенных земель федеральной собственности Кудепстинского участкового лесничества. Первоначально право собственности на спорный участок 05 августа 2005 г. зарегистрировано за К.П. ., впоследствии данный участок неоднократно отчуждался и 10 июня 2006 г. на основании договора купли-продажи земельного участка перешло к ФИО1, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Основанием для постановки на государственный кадастровый учет и первичной регистрации права собственности за первоначальным собственником К.П. на спорный земельный участок послужило постановление главы администрации Хостинского района г. Сочи Краснодарского края от 27 декабря 2004 г.№ 1112 «О предоставлении постановление ФИО2 в собственность бесплатно земельного участка № 7 в жилом квартале «Кудепста» в районе пансионата «Автомобилист» в Хостинском районе города Сочи для индивидуального жилищного строительства», однако, оно не предусматривало изъятие земель СНП и не предоставляло право формирования земельного участка в пределах земель федеральной собственности. Из чего делает вывод, что для размещения спорных земельных участков земли Сочинского национального парка в установленном законом порядке не изымались и в пользование не предоставлялись. Отмечает, что в кадастровом деле по межеванию спорного земельного участка сведения о согласовании границ участка с уполномоченным органом отсутствуют. Считает, что при межевании спорного участка надлежало учитывать карту-план Кудепстинского участкового лесничества Сочинского национального парка по материалам лесоустройства 1997-1998 годов. В связи с указанными обстоятельствами, прокурор делает вывод, что вопреки требованиям законодательства и в отсутствие волеизъявления собственника федеральных земель, в их границах сформированы спорный земельный участок. Указывает, что из акта натурного обследования следует, что обозначенный участок не огорожен, свободен от строений, объекты капительного строительства отсутствуют, доступ не ограничен.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения прокурора в суд с исковыми требованиями в порядке ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ.

В письменных возражениях на исковое заявление ответчик ФИО1 в лице своего представителя ФИО3, действующего на основании ордера, выражает несогласие с заявленными исковыми требованиями. Полагает, что истцом выбран неверный способ защиты права. Ставит под сомнение достоверность сведений, содержащихся в актах натурального обследования земельных участков, приводя при этом выводы заключения кадастрового инженера от 04 января 2023 г. и прилагая документы о подключении электроэнергии и водоснабжения. Полагает, что мнение ФГБУ «СНП», изложенное в его заключении, не может быть учтен, поскольку последний представляет заинтересованную сторону. Ходатайствует о применении последствий пропуска срока исковой давности, полагая, что его необходимо исчислять с момента государственной регистрации договора аренды спорного земельного участка. Считает, что истцом недопустимо применены нормы права, направленные на изъятие земельного участка, а в настоящем деле имеется спор о местоположении границ спорных земельных участков. В связи с чем указывает на необходимость проведения землеустроительной экспертиз. Полагает, что факт владения землей ответчиком подтверждается представленными им доказательствами. В связи с чем, иск о признании права отсутствующим не может быть удовлетворен.

Ранее решением Хостинского районного суда г. Сочи от 04 июля 2023 г. исковое заявление и.о. прокурора Хостинского района г. Сочи в интересах Российской Федерации в порядке ст.45 ГПК РФ к ФИО1 удовлетворено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 28 сентября 2023 г. решение оставлено в силе.

Определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 27 февраля 2024 г. решение и апелляционное определение оставлены в силе.

Определением Верховного Суда РФ от 14 февраля 2025 г. решение Хостинского районного суда г. Сочи Краснодарского края от 04 июля 2023 г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Краснодарского краевого суда от 28 сентября 2023 г. и определение судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 27 февраля 2024 г. отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Во исполнение указаний Верховного Суда Российской Федерации судом к участию в деле в качестве соистца привлечен государственный орган, осуществляющий полномочия на предоставление интересов Российской Федерации на территории Краснодарского края, Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, который просит рассматривать дело в его отсутствие, настаивая на удовлетворении заявленного иска.

Представитель материального истца Межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике предоставил письменную позицию по делу, в которой просил исковые требования прокурора удовлетворить в полном объеме, привел доводы, подробно изложенные в иске.

В судебном заседании при новом рассмотрении дела представитель истца – заместителя прокурора Краснодарского края - прокурора города Сочи – старший помощник Успенского района Краснодарского края ФИО4, действующий на основании поручения, настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске.

В судебное заседание представитель истца Межрегионального территориального управления Росимущества в Краснодарском крае и Республике Адыгея не явился, извещен надлежаще и своевременно, об отложении рассмотрения дела не просил.

Ответчик ФИО1 и его представитель ФИО5, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явились, извещены надлежаще и своевременно, об отложении рассмотрения дела не просили, от представителя ответчика поступило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствии сторон ответчика, в котором также указано на несогласие с исковыми требованиями.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, администрации муниципального образования городской округ город-курорт Сочи Краснодарского края, Управления Росреестра по Краснодарскому краю, ФГУ «Сочинский национальный парк», министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации, администрации Хостинского внутригородского района муниципального образования город-курорт Сочи, управления муниципального земельного контроля администрации муниципального образования городской округ город-курорт Сочи в судебное заседание не явились, извещены надлежаще и своевременно, причины неявки не известны, ходатайств об отложении судебного заседания не поступало.

Руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, исходя из положений п. 1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, согласно которой каждый имеет право на судебное разбирательство в разумные сроки, п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 5 от 10 октября 2003 г. «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», суд считает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, исходя из положений ст. 56, 57, 59, 60, 67, 157 ГПК РФ, суд приходит к нижеследующему.

В соответствии с ч.1 ст.199 Гражданского кодекса РФ требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности.

Постановлением Совета Министров Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 05 мая 1983 г. №214 «О создании Сочинского национального парка» создан Сочинский национальный парк Министерства лесного хозяйства РСФСР. Этим же постановлением в пользование Сочинского национального парка предоставлены земли государственного лесного фонда.

В силу ст.ст. 3, 4, 29 Лесного Кодекса РСФСР (Закон РСФСР от 08 августа 1978 год, далее – ЛК РСФСР, утратил силу 06 марта 1993 г.) все леса, включая леса национальных парков, образуют единый государственный лесной фонд и состоят в исключительной собственности государства.

Статьями 7, 19, 56 Лесного Кодекса РФ (Федеральный закон от 29 января 1997 г. №22-ФЗ) предусмотрено, что леса национальных парков находятся в собственности Российской Федерации.

В соответствии с п.5 ст. 12 Федерального закона от 14 марта 1995 г. №33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» (в первоначальной редакции) национальные парки относятся исключительно к объектам федеральной собственности.

Согласно п. 2 ст.12 указанного Федерального закона (в редакции от 28 декабря 2013 г.) земельные участки и природные ресурсы, расположенные в границах национальных парков, находятся в федеральной собственности. Земельные участки не подлежат отчуждению из федеральной собственности.

Аналогичные положения предусмотрены п. 6 ст. 95 Земельного кодекса РФ (Федеральный закон от 25 января 2001 г. №136-ФЗ).

Как следует из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в постановлении от 28 января 2025 г. № 3-П, подпунктом 1 пункта 4 статьи 27 Земельного кодекса Российской Федерации, а также пунктом 2 статьи 12 Федерального закона «Об особо охраняемых природных территориях» установлено, что земельные участки и природные ресурсы, расположенные в границах государственных природных заповедников и национальных парков, изъяты из оборота, находятся в федеральной собственности и отчуждению в частную собственность не подлежат, за исключением земельных участков, расположенных в границах населенных пунктов, включенных в состав национальных парков.

Таким образом, земельные участки, входящие и входившие в Сочинский национальный парк, находятся в федеральной собственности.

На основании ст. 69 Федерального закона от 13 июля 2015 г. №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» эти земли считаются ранее учтенными объектами недвижимости, права Российской Федерации на которые признаются юридически действительными вне зависимости от государственной регистрации.

Границы лесничеств, входящих в Сочинский национальный парк, в соответствии с п. 2 ст. 23, ст.ст. 67, 68 Лесного кодекса РФ (Федеральный закон от 04 декабря 2006 г. № 200-ФЗ), п. 145 Лесоустроительной инструкции, утвержденной приказом Минприроды России от 29 марта 2018 г. №122, определяются лесоустройством, по итогам которого составляется лесоустроительная документация, включающая карты-схемы границ лесничеств.

Аналогичные положения были предусмотрены ст. 72 Лесного кодекса РФ 1997 г., п. 3.8.2 Инструкции по проведению лесоустройства в лесном фонде России, утвержденной приказом Рослесхоза от 15 декабря 1994 г. №265.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 г. № 1795-О, от 29 мая 2012 г. № 1147-О, от 09 января 1998 г. № 1-П, от 07 июня 2000 г. № 10-П, от 27 июня 2000 г. № 92-О в делах, где земля и другие природные ресурсы должны защищаться государством как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории, именно этот публичный интерес противопоставляется частным имущественным и неимущественным интересам конкретного добросовестного приобретателя.

Правовое регулирование отношений, связанных с использованием лесных ресурсов, основывается на принципе приоритета публичных интересов и предполагает обеспечение сохранности лесного фонда, его рациональное использование, ответственность субъектов хозяйственной деятельности за соблюдением установленного законодательством правопорядка.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» содержится разъяснение о том, что до разграничения государственной собственности на землю необходимо исходить из того, что соответствующий земельный участок находится в государственной собственности (п. 2 ст. 214 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим регистрация ранее возникшего в силу закона права государственной собственности на земельный участок не требуется.

Из материалов дела следует, что земельный участок №, категории «земли особо охраняемых природных территорий» поставлен на государственный кадастровый учет 13 октября 2006 г. на основании плана лесоустройства Кудепстинского участкового лесничества Сочинского национального парка, что подтверждается письмом Территориального отдела №14 филиала ФГБУ «ФКП Росреестр» по Краснодарскому краю от 17 сентября 2021 г. №6985/33-13, а также перечнем ранее учтенных земельных участков, утвержденным территориальным отделом по городу-курорту Сочи Управления Роснедвижимости по Краснодарскому краю от 23 августа 2005 г.

В силу ст. 209 Гражданского кодекса РФ отчуждение земель федеральной собственности возможно только при наличии волеизъявления Российской Федерации.

Согласно п. 2.3 Указаний для территориальных органов Росземкадастра по проведению работ по инвентаризации сведений о ранее учтенных земельных участках № ГЗК-1-Т.Р-11-02-01, утвержденных Росземкадастром 10 апреля 2001 г., при составлении перечня используются сведения о ранее учтенных земельных участках, содержащиеся в имеющих юридическую силу документах.

В указанном перечне ранее учтенных земельных участков в столбцах «Площадь» отмечена площадь Кудепстинского лесничества и «Наличие графических материалов» - план лесоустройства (лесонасаждений), следовательно, местоположение границ и площадь Кудепстинского лесничества установлены на основании материалов лесоустройства 1997-1998 годов Сочинского национального парка.

Такое определение границ ранее учтенных земель соответствовало положениям ч. 2 ст. 17 Федерального закона от 02 января 2000 г. № 28-ФЗ «О государственном земельном кадастре» (в ред. от 04 декабря 2006 г.), предусматривающим, что сведения о площади, местоположении земельных участков вносятся в документы государственного земельного кадастра на основании материалов лесоустройства.

Таким образом, до присвоения кадастрового номера участку Кудепстинского лесничества Сочинского национального парка вышеуказанный план лесонасаждений (лесоустройства) подтверждал границы и местоположение территории, на которую в силу закона возникло право собственности Российской Федерации.

Судом установлено, что в силу ст. 10 Основ земельного законодательства Союза ССР и союзных республик, утвержденных Законом СССР от 13 декабря 1968 г. № 3401-VII, ст.ст. 3, 12, 13, 34, 35, 85 Земельного кодекса РСФСР, утвержденного Законом РСФСР от 01 июля 1970 г. (далее – ЗК РСФСР 1970 года), ст.ст. 29, 37 ЛК РСФСР 1978 года, п.п. 14, 15, 16, 27 Положения о порядке возбуждения и рассмотрения ходатайств о предоставлении земельных участков, утвержденного постановлением Совета Министров РСФСР от 22 марта 1974 г. № 175, ст.ст. 24, 25 Земельного кодекса РСФСР, утвержденного постановлением ВС РСФСР от 25 апреля 1991 г. № 1103/1-1, п. 15 Указа Президента Российской Федерации от 27 декабря 1991 г. № 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» предоставление земель лесов первой группы, к которым относятся национальные парки, для использования в целях, не связанных с ведением лесного хозяйства, осуществляется после проведения процедуры изъятия земель Советом Министров РСФСР (Правительством Российской Федерации).

Как установлено судом и следует из материалов дела, земельный участок с кадастровым номером 23:49:0304023:52, площадью 700 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Хостинский район, в жилом квартале «Кудепста», в районе пансионата «Автомобилист», земельный участок №7, принадлежит на праве собственности ФИО1, право которой зарегистрировано в ЕГРН 10 октября 2006 г.

Первоначальным правообладателем спорного земельного участка являлся ФИО2

Основанием первичной государственной регистрации права собственности К.П. на спорный участок послужило постановление главы администрации Хостинского района г. Сочи Краснодарского края от 27 декабря 2004 № 1112 «О предоставлении постановление К.П. в собственность бесплатно земельного участка <адрес> для индивидуального жилищного строительства».

Однако Постановление № 1112 не предусматривало изъятия земель Сочинского национального парка для индивидуального жилищного строительства, а также не предоставляло право ФИО2 на формирование земельного участка в пределах ранее учтенных земель федеральной собственности.

Так, согласно постановлению № 1112 на основании заявления К.П. ., по результатам изучения представленных документов, органом местного самоуправления принято решение об утверждении проекта границ земельного участка <адрес> площадью 700 кв.м и предоставлении его заявителю в собственность бесплатно.

Согласно пп. 3.1. п. 3 постановления № 1112 К.П. необходимо обеспечить формирование земельного участка и его постановку на государственный кадастровый учет в Сочинском филиале Федерального государственного учреждения «Земельная кадастровая палата» по Краснодарскому краю.

Руководствуясь пп. 3.2. п. 3 постановления № 1112 К.П. обязан был в четырехмесячный срок с момента издания настоящего постановления обратиться в территориальное учреждение юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним для государственной регистрации права на земельный участок и представить в администрацию Хостинского района копию расписки о сдаче документов, необходимых для осуществления государственной регистрации права.

В случае неисполнения указанных требований по истечении установленного срока решение о предоставлении земельного участка подлежало отмене в соответствии с пп. 3.3. п.3 постановления № 1112.

Указанные положения корреспондируют нормам Закона Краснодарского края от 05 ноября 2002 г. № 532-КЗ «Об основах регулирования земельных отношений в Краснодарском крае», в первоначальной редакции, устанавливающим, что в случае неиспользования земельного участка, предоставленного для строительства, в течение трех лет права на него могут быть прекращены в порядке, установленном законодательством, согласно абз. 14 ст. 8.

В соответствии с абз. 1, 2 ст. 11 Закона № 532-КЗ права на земельные участки, предоставленные гражданам и юридическим лицам, удостоверяются документами, предусмотренными законодательством о государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним и земельным законодательством. В решении о предоставлении земельного участка указывается предельный срок, в течение которого лицо, получившее земельный участок, должно обратиться в учреждение юстиции, осуществляющее государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, для государственной регистрации права на земельный участок. В пределах установленного срока указанное лицо обязано уведомить орган, принявший решение о предоставлении земельного участка, о факте обращения в учреждение юстиции, осуществляющее государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, путем направления копии расписки в получении документов, необходимых для осуществления государственной регистрации права. В случае невыполнения вышеназванных требований по истечении установленного срока решение о предоставлении земельного участка подлежит отмене.

Из изложенного следует, что на К.П возлагалась обязанность обратиться в территориальное учреждение юстиции по государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним с соответствующим заявлением в срок до 27 апреля 2005 г.

Вместе с тем, как следует из материалов регистрационного дела, заявление К.П. о регистрации права собственности на спорный земельный участок подано лишь 08 июля 2005, то есть по истечении установленного пп. 3.2. п. 3 постановления № 1112 срока.

Таким образом, право собственности на спорный земельный участок зарегистрировано на основании недействительного на момент государственной регистрации акта органа местного самоуправления.

Кроме того, согласно ч.ч. 1, 2 ст. 30 ЗК РФ, предоставление земельных участков для строительства из земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется с проведением работ по их формированию без предварительного согласования мест размещения объектов или с предварительным согласованием мест размещения объектов. Предоставление земельных участков для строительства в собственность без предварительного согласования мест размещения объектов осуществляется исключительно на торгах (конкурсах, аукционах) в соответствии со ст. 38 настоящего кодекса.

Порядок предоставления земельного участка для строительства без предварительного согласования места размещения объекта устанавливался ч. 4 ст. 30 ЗК РФ. Обязательными условиями указанного порядка являлись в том числе проведение торгов (конкурсов, аукционов) по продаже земельного участка или продаже права на заключение договора аренды земельного участка или предоставление земельного участка в аренду без проведения торгов (конкурсов, аукционов) на основании заявления гражданина или юридического лица, заинтересованных в предоставлении земельного участка. Передача земельных участков в аренду без проведения торгов (конкурсов, аукционов) допускается при условии предварительной и заблаговременной публикации сообщения о наличии предлагаемых для такой передачи земельных участков в случае, если имеется только одна заявка, а также подписание протокола о результатах торгов (конкурсов, аукционов) или подписание договора аренды земельного участка в результате предоставления земельного участка без проведения торгов (конкурсов, аукционов).

Положениями ч. 5 ст. 30 ЗК РФ установлен порядок предоставления земельного участка для строительства с предварительным согласованием места размещения объекта, важными этапами которого являлись выбор земельного участка и принятие в порядке, установленном ст. 31 ЗК РФ, решения о предварительном согласовании места размещения объекта и принятие решения о предоставлении земельного участка для строительства в соответствии с правилами, установленными ст. 32 ЗК РФ.

В силу ч.ч. 5, 6, 8 ст. 31 ЗК РФ, результаты выбора земельного участка оформляются актом о выборе земельного участка для строительства, а в необходимых случаях и для установления его охранной или санитарно - защитной зоны. К данному акту прилагаются утвержденные органом местного самоуправления проекты границ каждого земельного участка в соответствии с возможными вариантами их выбора. Исполнительный орган государственной власти или орган местного самоуправления, предусмотренные ст. 29 настоящего кодекса, принимает решение о предварительном согласовании места размещения объекта, утверждающее акт о выборе земельного участка в соответствии с одним из вариантов выбора земельного участка, или об отказе в размещении объекта. Решение о предварительном согласовании места размещения объекта является основанием последующего принятия решения о предоставлении земельного участка для строительства и действует в течение трех лет.

Решение о предварительном согласовании места размещения объекта и проект границ земельного участка являются основанием установления в соответствии с заявками граждан или юридических лиц, заинтересованных в предоставлении земельного участка для строительства, и за их счет границ такого земельного участка на местности и его государственного кадастрового учета в порядке, установленном федеральными законами (ч. 1 ст. 32 ЗК РФ).

Вместе с тем, в материалах землеустроительного дела спорного земельного участка соответствующие документы, подтверждающие принятие органом местного самоуправления решения о предварительном согласовании места размещения объекта отсутствуют.

В то же время указанный земельный участок не подлежал выделению за счет земель Сочинского национального парка, находящегося в собственности Российской Федерации, поскольку правомерная площадь земель, изъятых в установленном порядке, для его образования отсутствовала, в том числе не осуществлялось дополнительное изъятие земель.

Пунктами 1.1, 2, 5 Инструкции по межеванию земель, утвержденной Роскомземом 08 апреля 1996 г. (далее - Инструкция по межеванию), предусмотрено, что межевание земель включает подготовительные работы по сбору и изучению правоустанавливающих, геодезических, картографических и других исходных документов; уведомление собственников, владельцев и пользователей размежовываемых земельных участков о производстве межевых работ; согласование и закрепление на местности межевыми знаками границ земельного участка с собственниками, владельцами и пользователями размежовываемых земельных участков.

Из пунктов 9.1, 9.2 Инструкции по межеванию следует, что установление границ земельного участка производят на местности в присутствии представителя районной, городской (поселковой) или сельской администрации, собственников, владельцев или пользователей размежевываемого и смежных с ним земельных участков или их представителей, полномочия которых удостоверяются доверенностями, выданными в установленном порядке.

После завершения процедуры установления и согласования границ земельного участка на местности производится закрепление его границ межевыми знаками установленного образца.

Результаты установления и согласования границ оформляются актом, который подписывается собственниками, владельцами, пользователями размежовываемого и смежных с ним земельных участков (или их представителями), городской (поселковой) или сельской администрацией и инженером-землеустроителем - производителем работ. Акт утверждается комитетом по земельным ресурсам и землеустройству района (города).

Указанные требования Инструкции по межеванию действуют в настоящее время.

Аналогичные положения предусмотрены действующими нормами п. 3 ст. 6 ЗК РФ, ч.ч. 2, 4 ст. 8, ч. 8 ст. 22 Федерального закона № 218-ФЗ, ч.ч. 3,11 ст. 39 Федерального закона от 24 июля 2007 г. № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», п. 24 Порядка ведения государственного кадастра недвижимости, утвержденного приказом Росреестра от 01 июня 2021 г. № П/0241.

Пунктом 2 ст. 9 ЗК РФ установлено, что управление и распоряжение земельными участками, находящимися в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), осуществляет Российская Федерация.

В силу п.п. 1, 4, 5.5 Положения о Федеральном агентстве по управлению федеральным имуществом, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 27 ноября 2004 г. № 691, Росимущество через свои территориальные органы осуществляет контроль за управлением и распоряжением объектами федеральной собственности, их использованием по назначению и сохранностью.

Аналогичные положения предусматривались п.п. 4, 5.8 Положения о Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 05 июня 2008 г. № 432, п.п. 4, 4.1.1, 4.1.2, 4.1.17 Типового положения о территориальном органе (межрегиональном территориальном органе) Федерального агентства по управлению государственным имуществом, утвержденного приказом Минэкономразвития России от 01 ноября 2008 г. № 374.

В настоящее время указанные полномочия, предусмотренные п.п. 4, 4.1.1, 4.1.2, 4.1.17 Положения о межрегиональном территориальном управлении Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, утвержденного приказом Росимущества от 19 декабря 2016 г. № 459, осуществляет Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом Российской Федерации в Краснодарском крае и Республике Адыгея (далее - МТУ Росимущества).

Следовательно, полномочия собственника в части согласования местоположения границ земельных участков, отнесенных к собственности Российской Федерации, относится к компетенции федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на управление федеральным имуществом.

Однако в кадастровом деле по межеванию земельного участка № акт согласования границ участка с территориальным органом Росимущества отсутствует.

При этом ранее действовали положения п. 2 ст. 17 Федерального закона от 02 января 2000 г. № 28-ФЗ «О государственном земельном кадастре» (в ред. от 04 декабря 2006 г.), устанавливающие, что сведения о площади, местоположении земельных участков, об их количественных, качественных, экономических и иных характеристиках вносятся в документы государственного земельного кадастра на основании материалов лесоустройства.

Аналогичные нормы содержались в п. 4 Требований к оформлению документов о межевании, представляемых для постановки земельных участков на государственный кадастровый учет, утвержденных приказом Росземкадастра от 02 октября 2002 № П/327, пп. 6 п. 22, п. 68 Требований к подготовке межевого плана, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 24 ноября 2008 № 412, действовавших со 02 октября 2002 г. по 31 декабря 2008 г. и с 01 января 2009 г. до 01 января 2017 г. соответственно.

В настоящее время в пп. 6 п. 22, п. 71 Требований к подготовке межевого плана, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 08 декабря 2015 г. № 921, установлено, что при составлении межевого плана для осуществления государственного кадастрового учета земельного участка используется лесоустроительная документация.

Таким образом, при межевании земель сбор и изучение картографических данных (в том числе, карт-планов лесничеств, лесоустроительных планшетов, планов лесонасаждений) в целях установления площади, местоположения, количественных, качественных и иных характеристик земельных участков, за счет которых осуществляется формирование обособленного земельного участка, является обязательным мероприятием.

Следовательно, при межевании спорного участка надлежало учитывать карту-план Кудепстинского участкового лесничества Сочинского национального парка по материалам лесоустройства 1997-1998 годов, определяющую границы федеральных земель (городских лесов) и их принадлежность к собственности Российской Федерации.

Согласно заключению специалиста ФГБУ «Сочинский национальный парк» Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 20 сентября 2021 г. спорный земельный участок с кадастровым номером № расположен полностью в пределах выдела 5 квартала 84 Кудепстинского участкового лесничества, территория которого определена планом лесонасаждений 1997 года. При этом из приложенной к нему схемы усматривается, что площадь пересечения спорного земельного участка с землями федеральной собственности составляет 700 кв.м из его кадастровой площади 700 кв.м, что подтверждает доводы иска о том, что спорный земельный участок сформирован полностью за счет земель федеральной собственности.

Данное заключение специалиста соответствует требованиям, ст. 71 Гражданского процессуального кодекса РФ, выполнено уполномоченным на его проведение лицом, квалификация которого подтверждена, каких-либо противоречий и не изученных вопросов в исследованном заключении специалиста.

Заключение специалиста ФГБУ «Сочинский национальный парк» Министерства природных ресурсов и экологии РФ ФИО6, оценивается в качестве допустимого доказательства, так как квалификации специалиста достаточно для произведения совмещения плана лесоустройства с границами населенных пунктов, наличие необходимости какого-либо дополнительного образования в области кадастровой инженерии и геодезии, специалисту, дающему такого рода заключение, законом не установлено.

Специалист имеет высшее образование в сфере физической географии, что позволяет ему работать с картами.

Специалист в установленном законом порядке предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Также в заключении специалиста ФГБУ «Сочинский национальный парк» от 20 сентября 2021 г. при проведении исследования принята за основу та же площадь, что указан в перечне ранее учтенных земель, план лесонасаждений Кудепстинского участкового лесничества (лесоустройство – 1997 года) – масштаб 1:25000, что свидетельствует о тождественности границ плана лесонасаждений и сведений кадастрового учета земельного участка единого землепользования №.

Кроме того, в материалы дела представлено заключение эксперта № 366/25-27.1 АНО «Северокавказский центр судебных экспертиз и исследований», проведенное при расследовании уголовного дела № №, согласно которому границы земельного участка с кадастровым номером № находятся в границах Сочинского национального парка по материалам лесоустройства 1997-1998 гг., а также вне действующих границ Сочинского национального парка.

При этом указанное заключение эксперта, составленное в рамках уголовного дела, может быть учтено при рассмотрении настоящего гражданского дела. Так, к примеру, Постановлением Конституционного Суда РФ от 02 марта 2017 г. № 4-П разъяснено, что при рассмотрении в порядке гражданского судопроизводства иска о возмещении ущерба, причиненного подвергнутым уголовному преследованию лицом, данные предварительного расследования, включая сведения об установленных органом предварительного расследования фактических обстоятельствах совершенного деяния, содержащиеся в решении о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в силу части первой статьи 67 и части первой статьи 71 ГПК Российской Федерации должны быть приняты судом в качестве письменных доказательств, которые он обязан оценивать наряду с другими имеющимися в деле доказательствами по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании. При этом оценка судом в гражданском деле материально-правовых оснований возмещения причиненного преступлением вреда не может ограничиваться выводами осуществлявших уголовное судопроизводство органов, изложенными в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, в случае несогласия с ними лица, являвшегося в уголовном процессе потерпевшим.

Стороной ответчика указанное заключение эксперта и специалиста не опровергнуты допустимыми законом доказательствами.

Исходя из правовой позиции, сформулированной в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21 сентября 2017 г. № 1795-О, от 29 мая 2012 № 1147-О, от 09 января 1998 № 1-П, от 07 июня 2000 № 10-П, от 27 июня 2000 № 92-О в делах, где земля и другие природные ресурсы должны защищаться государством как основа жизни и деятельности народов, проживающих на соответствующей территории, именно этот публичный интерес противопоставляется частным имущественным и неимущественным интересам конкретного добросовестного приобретателя.

Правовое регулирование отношений, связанных с использованием лесных ресурсов, основывается на принципе приоритета публичных интересов и предполагает обеспечение сохранности лесного фонда, его рациональное использование, ответственность субъектов хозяйственной деятельности за соблюдением установленного законодательством правопорядка.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 № 11 «О некоторых вопросах, связанных с применением земельного законодательства» содержится разъяснение о том, что до разграничения государственной собственности на землю необходимо исходить из того, что соответствующий земельный участок находится в государственной собственности (п. 2 ст. 214 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим регистрация ранее возникшего в силу закона права государственной собственности на земельный участок не требуется, а, следовательно, невыявление пресечения границ спорного земельного участка с границами земельного участка, находящегося в ведении ФГБУ «СНП» не свидетельствует о законности формирования и первоначального предоставления в собственность земельного участка ответчика.

При этом суд относится критически к доводам стороны ответчика о том, что заключение специалиста не может быть принято во внимание, поскольку специалист ФИО6, составивший заключение, не обладает нужной квалификацией кадастрового инженера и не является экспертом, поскольку им было составлено заключение специалиста, расцениваемое судом в качестве письменного доказательства по делу. При этом исследование, проводимое специалистом, не связано с кадастровой деятельностью.

Пунктом 3.1 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П установлено, что, если спорный земельный участок может находиться только в федеральной собственности, между публично-правовым субъектом и частным лицом, за которым зарегистрировано право на земельный участок, не возникает спорного материального правоотношения.

В ситуации, когда, вопреки положениям об изъятии земельных участков в границах особо охраняемой природной территории федерального значения из оборота (в частности, о невозможности их предоставления гражданам на праве собственности или ином вещном праве), за гражданином было зарегистрировано или учтено как ранее возникшее вещное право, статьи 2, 18, 35 и 36 Конституции Российской Федерации не могут рассматриваться в качестве обязывающих к тому, чтобы выход из этой ситуации состоял в сохранении за гражданином права на земельный участок с предоставлением всех или существенной части возможностей по его использованию, так как реализация частного интереса лица может вступить в непреодолимое противоречие с интересами общего блага, нарушая тем самым положения статей 17 (часть 3) и 75.1 Конституции Российской Федерации о недопустимости осуществления прав с нарушением прав других лиц и об экономической и социальной солидарности.

Более того, по существу, в этой ситуации в любом случае отсутствует возможность использования земельного участка в соответствии с тем формальным видом разрешенного использования, который был определен ему без учета принадлежности к определенной категории земель. Право собственности на земельный участок, расположенный в границах особо охраняемой природной территории федерального значения, таким образом, фактически может оказаться ограниченным настолько, что нахождение участка в частной собственности теряет всякий практический и экономический смысл.

Соответственно, по общему правилу, не имеет правовых, в том числе конституционных, оснований государственная регистрация за гражданином или отражение в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права собственности или иного вещного права на земельный участок, который находится в границах особо охраняемой природной территории федерального значения и в силу этого может находиться только в федеральной государственной собственности. Из этого следует, что для удовлетворения заявленного в защиту интересов Российской Федерации требования о признании зарегистрированного за гражданином или учтенного в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права на участок отсутствующим достаточно установления нахождения участка в границах такой территории (п. 3.2 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П).

Нахождение земельного участка, право на который зарегистрировано за гражданином или отражено в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина, в границах особо охраняемой природной территории федерального значения, по общему правилу, недопустимо, что предполагает необходимость удовлетворения заявленного в защиту интересов Российской Федерации требования о признании права на такой земельный участок отсутствующим. Однако, если при определении последствий удовлетворения этого требования не учитываются поведение ответчика по поводу права на земельный участок, длительность бездействия уполномоченных в сфере защиты федеральной собственности органов и должностных лиц, иные обстоятельства, связанные с предоставлением и реализацией соответствующего права, это не отвечает принципу справедливости.

Государственная регистрация права (а тем более отражение в ЕГРН сведений о соответствующем праве как ранее возникшем) не исключает того, что правовые основания для внесения соответствующих сведений о праве будут впоследствии признаны судом ненадлежащими, а право отсутствующим. Как следует из позиции, выраженной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 ноября 2016 г. № 23-П, государственная регистрация прав на недвижимость является одним из элементов юридического состава, влекущего возникновение этих прав.

Таким образом, судом установлено, что спорный земельный участок с кадастровым номером № исторически относятся к землям Сочинского национального парка, что подтверждается исследованными судом доказательствами.

В силу названного обстоятельства первичный правообладатель участка должен был знать о том, что спорный участок не может являться объектом гражданских прав, поскольку в силу пп. 1 п. 4 ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации не могут находиться в частной собственности.

Следовательно, земельный участок с кадастровым номером № уже имеет собственника, которым в силу Федерального закона от 14 марта 1995 г. № 33-ФЗ «Об особо охраняемых природных территориях» может являться исключительно Российская Федерация.

Таким образом, материалы дела не содержат информации, подтверждающей законность предоставления земельного участка с кадастровым номером № первоначальному правообладателю – К.П. Каких-либо иных доказательств, с достоверностью подтверждающих законность образования и предоставления в частную собственность спорного земельного участка, суду не представлено.

Представленными суду доказательствами, подтверждается, что земельный участок с кадастровым номером № полностью образован в границах ранее учтенных земель федеральной собственности и входили в состав земель Сочинского национального парка, однако, помимо воли собственника выбыли из его владения.

Согласно акту натурного обследования спорного земельного участка, проведенного специалистом управления муниципального земельного контроля администрации г. Сочи от 03 июля 2023 г. и составленной фототаблицей, участок огорожен частично, лесопокрыт, свободен от строений.

Каких-либо объектов, позволяющих определить период начала освоения земельных участков, не имеется. Доказательств начала освоения земельных участков до обращения прокурора в суд с настоящим иском не представлено.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что достоверных доказательств, объективно подтверждающих, что спорный земельный участок состоит во владении ответчика до обращения прокурора в суд с иском, а также иных частных лиц, не имеется. То есть фактически земельный участок из владения Российской Федерации не выбывал.

При этом доводы ответчика о том, что спорный земельный участок находится в его владении, не свидетельствуют о законности его образования и предоставления первоначальному правообладателю.

Объективных данных о нарушении порядка проведения лесоустройства в 1997-1998 годах, свидетельствующих о недостоверности его содержания и заявленных карт-схем границ лесничеств Сочинского национального парка, стороной ответчика не представлено.

На основании изложенного суд полагает, что имеющимися доказательствами достоверно подтверждается первоначальность возникновения права собственности РФ на спорный земельный участок, отсутствие волеизъявления собственника на отчуждение земельного участка и, как следствие, отсутствие оснований для его передачи в частную собственность, а также фактическое владение истцом спорным участком.

При этом требования искового заявления направлены на восстановление нарушенных прав Российской Федерации, не свидетельствуют о законности образования и отчуждения спорного объекта недвижимости и не противоречат законодательству при разрешении споров об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» к требованиям собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, которые не соединены с лишением владения, относятся также требования о признании права (обременения) отсутствующим.

Верховным Судом Российской Федерации указано, что признание права собственности ответчика отсутствующим возможно только при наличии у истца права собственности, владении им имуществом и неосновательной регистрации права собственности за ответчиком, который этим имуществом не владеет (определения от 10 апреля 2018 г. № 117-КГ18-15, № 117-КГ18-17 и др.)

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что абзац 5 статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации, исключающий распространение на негаторные иски срока исковой давности, имеет целью защиту прав собственника или иного владельца с учетом особенностей нарушений права, на устранение которых направлены их требования (определения от 29 марта 2016 года № 518-О, от 20 апреля 2017 года № 870-О, от 30 января 2020 года № 109-О и др.).

Подход, состоящий в том, что заявленное в защиту интересов Российской Федерации требование о признании отсутствующим зарегистрированного за гражданином или отраженного в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права на земельный участок, предоставленный для личных нужд, частично или полностью находящийся в границах особо охраняемой природной территории федерального значения, рассматривается по правилам статьи 304 ГК Российской Федерации, признан Конституционным Судом Российской Федерации обоснованным (п. 5.3 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П).

Учитывая изложенное, восстановление нарушенных прав Российской Федерации по настоящему спору возможно путем предъявления иска о признании права отсутствующим.

Ссылка ответчика на п. 9.1 ст. 3 Федерального закона от 25 октября 2001 г. № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» несостоятельна, так как право собственности на участок не может быть зарегистрировано, если в соответствии с федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

В силу пп. 1 п. 4 ст. 27 Земельного кодекса Российской Федерации, из оборота изъяты земельные участки, занятые находящимися в федеральной собственности государственными природными заповедниками и национальными парками.

В данном случае законодательством установлено исключение в порядке возможности регистрации права собственности на земельные участки, предоставленные до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации.

Кроме того, к предмету спора по данному гражданскому делу не применяются положения Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 280-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в целях устранения противоречий в сведениях государственных реестров и установления принадлежности земельного участка к определенной категории земель» в силу нахождения спорного участка ответчика на землях особо охраняемой природной территории (п. 1 ч. 6 ст. 14 Федерального закона от 21 декабря 2004 г. № 172-ФЗ «О переводе земель или земельных участков из одной категории в другую»).

Пунктом 23 информационного письма Министерства экономического развития Российской Федерации от 15 сентября 2017 г. № 26268-ВА/Д23и «О применении положений федеральных законов в связи с вступлением в силу Федерального закона от 29 июля 2017 г. № 280-ФЗ» предусмотрено, что само по себе нахождение недвижимости в границах лесничества не является достаточным свидетельством незаконности возникновения права на нее: законность возникновения прав должна быть проверена исходя из соблюдения требований закона при возникновении прав на недвижимость.

То есть оценивать обстоятельства формирования спорного земельного участка за счет земель Сочинского национального парка, и государственного учета права пожизненного наследуемого владения ответчика на него, надлежит в совокупности с обстоятельствами возникновения права и соблюдения требований законодательства, действовавших на момент предоставления земельного участка.

При этом акт натурного обследования и заключение специалиста ФГБУ «Сочинский национальный парк» оцениваются судом в части, не противоречащей закону, в совокупности с иными доказательствами по делу, при анализе которых прослеживается их взаимосвязь.

В соответствии со ст.ст. 55, 57, 59, 60 и 67 ГПК РФ доказательствами по делу являются отвечающие требованиям допустимости, относимости и достоверности, а в совокупности – достаточности полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

При этом получение доказательств, как это следует из ст. 56 ГПК РФ, осуществляется допустимыми законом способами. В свою очередь, положения об императивном присутствии сторон спора при собирании доказательств действующее законодательство не содержит.

Учитывая указанное, суд приходит к выводу, что акты натурного обследования спорного земельного участка и заключение специалиста ФИО6 получены в установленном законом порядке и подтверждают позицию истца, в связи с чем оснований для признания их недопустимыми и подлежащими исключению не имеется.

Диспозитивное волеизъявление, заключающееся в реализации права на приобщение доказательств по гражданскому делу, не может быть ограничено немотивированными доводами иной стороны по делу, не согласной с обстоятельствами, устанавливаемыми такими доказательствами.

Признавая необоснованным заявленное ответчика ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности, судом приняты во внимание положения ст.ст. 208 и 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым на требования собственника имущества об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, сроки исковой давности не распространяются.

Более того, ссылка ответчика по первоначальному иску на истечение исковой давности по предъявленному требованию не может быть принята во внимание. По этому поводу Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, в том числе в Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П, что сам по себе момент нарушения права публично-правового образования не может считаться моментом начала исчисления срока исковой давности. Течение давностного срока связано с моментом выявления такого нарушения уполномоченными органами или должностными лицами, а равно с моментом, когда уполномоченным органам или должностным лицам стало известно об этом нарушении.

Также Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 14 апреля 2025 г. № 913-0 указал, что момент, когда публично-правовому образованию стало или должно было стать известно о нарушении своих прав, равно как и момент, когда состоялось нарушение прав публичного образования, определяется судом с учетом всей совокупности фактических обстоятельств. Именно эти критерии начала течения срока исковой давности применимы и в случаях, когда иск в защиту интересов публично-правового образования был заявлен прокурором.

Исходя из фактических обстоятельств по настоящему делу, суд полагает, что течение срока исковой давности следует исчислять с момента, когда нарушение публичных интересов было выявлено прокурором по результатам проверки.

Данный вывод не противоречит разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», поскольку сведений о том, что Российской Федерации как собственнику было или должно было быть известно о нарушении права ранее этого, не имеется.

Более того, Конституционный Суд Российской Федерации указал, что институт исковой давности не предназначен для использования в недобросовестных целях. Принципы справедливости, равенства и соразмерности (пропорциональности) предполагают отказ в применении срока давности по требованию тех, кто использует положение о сроках давности вопреки его предназначению, в ущерб правам других лиц и правомерным публичным интересам (постановления от 14 июля 2005 г. № 9-П и от 31 октября 2024 г. № 49-П).

Более того, по смыслу п. 7.1 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П при рассмотрении дел о признании отсутствующим зарегистрированного за гражданином или отраженного в Едином государственном реестре недвижимости в качестве ранее возникшего у гражданина права на земельный участок, предоставленный для личных нужд, в связи с его нахождением частично или полностью в границах особо охраняемой природной территории федерального значения значение истечения срока исковой давности отличается от обычного, т.е. оно не является при заявлении стороной в споре о его применении основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, а выступает критерием, от которого зависят последствия удовлетворения требования для гражданина.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, то есть обязанности по доказыванию распределяются между сторонами на основании общего правила.

Конституционный Суд РФ в Определении от 22 января 2014 г. № 70-О указал, что в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности процесса (статья 123, часть 3 Конституции Российской Федерации), стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (часть первая статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ), и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

При указанных обстоятельствах, учитывая, что в материалах дела представлены относимые, допустимые и достоверные доказательства, которые подтверждают, что спорный земельный участок ответчика находится в границах особо охраняемой природной территории федерального значения, суд, основываясь на положениях п. 3.1, 3.2 и 5 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П, полагает, что исковые требования прокурора подлежат удовлетворению.

Принимая решение об удовлетворении требований, суд также отмечает следующее.

В Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П закреплено, что если при определении последствий удовлетворения требования о признании права на земельный участок отсутствующим не учитываются поведение ответчика по поводу права на земельный участок, иные обстоятельства, связанные с предоставлением и реализацией соответствующего права, это не отвечает принципу справедливости, в связи с чем подлежат выяснению обстоятельства добросовестности ответчика, а также не истекли ли сроки давности в том конституционно-правовом смысле и тех критериях, которые определены Конституционным Судом Российской Федерации.

В случае если гражданин при приобретении (предоставлении) такого земельного участка (права на него) действовал добросовестно или что истек срок исковой давности, то признание права на участок отсутствующим в связи с его нахождением в границах особо охраняемой природной территории федерального значения должно быть компенсировано (п. 7).

В свою очередь, в п. 6 Постановлением Конституционного Суда РФ от 28 января 2025 г. №3-П указано, что при нахождении земельного участка в местности, о расположении на которой особо охраняемой природной территории федерального значения было известно или должно было быть известно гражданину или которая имеет явные признаки наличия на ней леса, содержание требований разумности и осмотрительности (добросовестности) предполагает, что гражданин должен уделить повышенное внимание подтверждению законности предоставления и использования соответствующего участка.

Следовательно, одно лишь то обстоятельство, что гражданин, например, полагался на сведения ЕГРН, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами при наличии таких особенностей участка может и не свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, земельный участок неправомерно сформирован из земель особо охраняемой природной территории. Из доказательств, представленных истцом, усматривается, что ответчик с момента предполагаемого возникновения права и до обращения прокурора в суд к освоению участков не приступил, строения и сооружения не возвел, в связи с чем суд в совокупности с иными материалами гражданского дела приходит к выводу об отсутствии намерения у ответчика использовать спорный участок по назначению, и, соответственно, об отсутствии фактического владения.

Добросовестность участников гражданских правоотношений оценивается судом с учетом обстоятельств конкретного дела. Особенности конкретного объекта гражданских прав также могут налагать дополнительные требования к разумности и осмотрительности поведения лица. Так, при нахождении земельного участка в местности, о расположении на которой особо охраняемой природной территории федерального значения было известно или должно было быть известно гражданину или которая имеет явные признаки наличия на ней леса, содержание требований разумности и осмотрительности (добросовестности) предполагает, что гражданин должен уделить повышенное внимание подтверждению законности предоставления и использования соответствующего участка. Следовательно, одно лишь то обстоятельство, что гражданин, например, полагался на сведения ЕГРН, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами при наличии таких особенностей участка может и не свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности. При этом то обстоятельство, что ответчик по иску о признании зарегистрированного права на земельный участок отсутствующим не приступил к фактическому использованию участка, может служить одним из критериев для оценки разумности и осмотрительности его поведения.

Сказанное не может относиться к ситуации, когда волю на предоставление соответствующего участка выражало неуполномоченное публично-правовое образование в лице своих органов или должностных лиц.

Как указывалось ранее, спорный участок уже имел собственника, которым в силу закона может являться исключительно Российская Федерация. Возникновение права частной собственности на эти участки невозможно независимо от способа приобретения (путем предоставления органом публичной власти, по сделке, в силу приобретательной давности и т. п.). Однако ответчик эти обстоятельства игнорировал, что не характеризует его как добросовестного участника гражданского оборота.

Таким образом, оснований для признания ФИО1 добросовестным собственником не имеется.

Также не имеется у суда оснований возложения на органы публичной власти обязанности предоставить ответчику земельный участок аналогичной площади, имеющий вид разрешенного использования, предполагающий удовлетворение личных нужд, либо иным образом компенсировать прекращение права на земельный участок, поскольку волю на предоставление ответчику соответствующего участка ни одно публично-правовое образование в лице своих органов или должностных лиц не выражало. Поскольку земельный участок каким-либо органом власти ФИО1 и его правопредшетсвенникам не предоставлялся и не отводился, не допустимо возложение обязанности компенсации прекращения права на земельный участок на орган публичной власти, не предоставлявший земельный участок.

Иное означало бы необоснованное возложение бремени ответственности на лицо, которое волю на распоряжение своим имуществом не изъявляло и соответствующих решений не принимало. В противном случае последовало бы нарушение принципа справедливости, действие которого предполагает соразмерность нарушенного права и негативных последствий такого нарушения для виновного лица.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования и.о. прокурора Хостинского района г. Сочи, межрегионального территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Краснодарском крае и Республике Адыгея, действующих в интересах Российской Федерации, к ФИО1 о признании отсутствующим права собственности на земельный участок – удовлетворить.

Признать отсутствующим право собственности ФИО1 , зарегистрированное 10 октября 2006 г. в Едином государственном реестре недвижимости на земельный участок с кадастровым номером №, площадью 700 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для индивидуального жилищного строительства, расположенный по адресу: <адрес>.

Решение суда является основанием для внесения в Единый государственный реестр недвижимости сведений о прекращении зарегистрированных прав на выше названный земельный участок за ФИО1 и для регистрации права собственности на указанный земельный участок за Российской Федерацией.

Решение может быть обжаловано в Краснодарский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Хостинский районный суд города Сочи в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме изготовлено 04 февраля 2026 г.

Председательствующий: С.С. Ткаченко

На момент публикации решение в законную силу не вступило.