Апелляционное постановление № 10-20/2018 10-5/2018 А10-5/2018 от 15 октября 2018 г. по делу № 10-20/2018

Судья Марганян Р.А. Дело № А 10-5/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Новочеркасск 16 октября 2018 года

Новочеркасский городской суд Ростовской области в составе судьи Косенко Ю.Л., при секретаре Бессоновой А.О., с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Стефанова М.А., представителя потерпевшей ФИО2, осужденной ФИО3, ее защитников Икряновой О.В., Писаренко Ю.В.,

рассмотрев в судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО3, поступившее с апелляционной жалобой защитников Икряновой О.В., Писаренко Ю.В., апелляционным представлением помощника прокурора г. Новочеркасска Стефанова М.А. на приговор мирового судьи судебного участка № 10 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 11.04.2018, которым:

ФИО3, <данные изъяты>.<данные изъяты>, ранее не судима,

осуждена по ч. 1 ст. 119 УК РФ к одному году ограничения свободы; по приговору определена судьба вещественных доказательств,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором мирового судьи судебного участка № 10 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 11.04.2018 ФИО3 признана виновной и осуждена за угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы, в отношении С.

Преступления совершены при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре. ФИО3 в суде первой инстанции вину не признала, дело рассмотрено в общем порядке.

В апелляционной жалобе защитники Икрянова О.В. и Писаренко Ю.В. выражают несогласие с приговором, просят его отменить, ФИО3 – оправдать. По мнению авторов жалобы, указанный приговор является незаконным и необоснованным, вынесенным с нарушением норм УК РФ и УПК РФ. В обоснование жалобы защитники указывают, что показания потерпевшей С. являются не правдивыми и противоречат детализации телефонных звонков с абонентского номера, находящегося в пользовании С. В момент событий в квартире находилось третье лицо – П., однако, в детализации абонентского номера П. судом было отказано, что лишило сторону защиты возможности опровергнуть показания С., С.В. и П. Время событий, указанное в заявлении о преступлении, не соответствует инкриминируемому. При вызове наряда полиции потерпевшая не ссылается на угрозу убийством, прибывшие на место происшествия сотрудники полиции В. и Л. показали, что телесных повреждений у С. ими зафиксировано не было. Данным противоречиям мировым судьей не дана должная оценка. Мировым судьей протокол принятия устного заявления о преступлении в отношении С. признан недопустимым доказательством, однако, возбуждение уголовного дела в отношении ФИО3 суд посчитал обоснованным. Свидетель ФИО4, прибывший по адресу жительства ФИО3 и С. в составе группы, не указывал в своих показаниях на картофель, разбросанный по территории кухни, где отбирались объяснения у С., из его показаний следует, что С. не нуждалась в вызове скорой помощи. Свидетель ФИО4 и ФИО5 не подтвердили наличие телесных повреждений в виде рассеченной раны головы. Заявление о совершении преступления написано С. с целью скрыть преступные деяния со стороны ее внука и сына, версия о том, что телесные повреждения были причинены С. пьяным мужчиной, находящимся в это время в квартире, дознанием не опровергнута. Показаниями эксперта К., данными в суде, полностью опровергнуто предъявленное обвинение, однако, мировой судья, не обладая медицинскими познаниями, отклонил показания, данные экспертом. Свидетель ФИО6 и Новгородская показали, что <дата> около 22 ч они успокаивали ФИО3, которой С.В. были причинены острым предметом повреждения шеи, также показали, что <дата> повреждений на лице С. не было. Мировым судьей отказано в истребовании материала проверки по заявлению ФИО3, чем нарушено право на защиту. При осмотре в судебном заседании вещественного доказательства – сковороды, отсутствовала бирка, которой производилось опечатывание предмета в ходе ОМП от <дата>, при этом бирка от <дата> снята без повреждений, что в совокупности свидетельствует о, том, что изъятие сковороды не проводилось. Показаниями свидетеля К.Ю. подтверждается, что отсутствовали основания для признания сковороды вещественным доказательством. С учетом изложенного, вещественное доказательство, постановление о признании вещественным доказательством, протокол ОМП являются недопустимыми доказательствами. Видеозаписью, предоставленной С., на которой ФИО3 дает пояснения по факту причинения ей телесных повреждений, подтверждается поставленный фельдшером скорой помощи диагноз у ФИО3 – «ситуационный невроз». Показания С.В. о том, что только он и члены его семьи были очевидцами событий, произошедших в ночь с 23 на <дата>, опровергнуты исследованной видеозаписью. В ходе проведения дознания нарушены нормы п. 1 ч. 1 ст. 39 УПК РФ, в результате чего дознаватель ФИО7 приступил к расследованию уголовного дела в отсутствие процессуальных оснований.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит об отмене приговора, указав на нарушение норм уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона при постановлении приговора мировым судьей. Отмечено, что при оценке протокола принятия устного заявления С. о преступлении мировым судьей не соблюдены нормы закона, по которым суд должен мотивировать решение о недопустимости использования доказательства. При назначении наказания мировым судьей необоснованно указано об учете судимости ФИО3, однако, последняя к уголовной ответственности ранее не привлекалась.

В судебном заседании осужденная поддержала доводы апелляционной жалобы, дополнив следующим. Она преступление, инкриминируемое ей, не совершала. По результатами осмотра фельдшером скорой помощи ФИО8 потерпевшей ФИО9 <дата> в 00.20 поставлен диагноз – гематома в лобной области справа с перепелиное яйцо, ЗЧМТ, сотрясение головного мозга – под вопросом», при этом отек верхнего и нижнего века глаза не зафиксирован, в то время как при орбитальном ударе появляется в течение 5-10 минут. Данное обстоятельство свидетельствует о том, что травма ФИО9 получена не <дата>. Мировым судьей не обоснованно сделана ссылка на наличие у нее судимости, полагала, что заблуждение судьи по указанному обстоятельству также повлияло на решение о ее виновности.

Защитники-адвокаты в полном объеме поддержали доводы, изложенные осужденной и указанные в апелляционной жалобе.

Представитель потерпевшей полагал, что виновность ФИО3 нашла подтверждение, приговор подлежит изменению в части указания на судимость ФИО3

Государственный обвинитель поддержал доводы апелляционного представления в части необоснованного указания в приговоре при назначении наказания ФИО3 о том, что она ранее судима, просил приговор изменить, снизить назначенное ФИО3 наказание на 2 месяца.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и апелляционного представления, выслушав участников процесса, суд приходит к следующему.

Вопреки доводам стороны защиты и осужденной, фактические обстоятельства дела мировым судьей установлены правильно, вывод суда о виновности осужденной ФИО1 им соответствует, подтвержден совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, анализ которых приведен в приговоре с подробным изложением содержания каждого из них и проверкой доводов участников процесса.

Все доказательства по делу, в том числе показания потерпевшей, свидетелей С.В., П., П., К.К., А., Я., К., К.Д., И., К.Ю., К., протоколы очных ставок между потерпевшей С. и ФИО1, между свидетелем С.В. и ФИО3, между свидетелем П. и ФИО1, протокол ОМП от <дата>, протокол осмотра предметов от <дата>, протокол осмотра видеозаписи от <дата>, заключение эксперта № от <дата>, вещественные доказательства, приведенные в приговоре, проверены и оценены судом в строгом соответствии со ст. 87, 88 УПК РФ.

Несогласие осужденной и защитников с показаниями потерпевшей С. и свидетеля П. и их оценкой, данной мировым судьей, не является основанием для признания их порочными как доказательства вины осужденной, поскольку показания указанного свидетеля и потерпевшей полностью согласуются с иными исследованными судом первой инстанции доказательствами.

Довод защиты о недостоверности показаний потерпевшей С. проверен и объективно оценен судом в приговоре наряду с другими доказательствами по делу. Потерпевшей на протяжении всего хода расследования, а также в судебном заседании, давались последовательные, тождественные показания, которые также были подтверждены ею в ходе очной ставки с осужденной.

Довод защиты о необоснованном отклонении ходатайства об истребовании детализации телефонных переговоров абонентского номера, находящегося в пользовании свидетеля П., является несостоятельным, поскольку не имеется оснований не доверять показаниям свидетеля П., данным в ходе расследования преступления и в ходе судебного следствия, подтвержденным П. при проведении очной ставки. Существенных противоречий, а также обстоятельств, подлежащих выяснению в рамках предъявленного обвинения на основании детализации телефонных переговоров, мировым судьей обоснованно не установлено.

Утверждение осужденной и защитников о нарушении права на защиту, которое выразилось в отклонении ряда ходатайств по делу, отклоняется судом апелляционной инстанции, поскольку судом установлено, что как в ходе дознания, так и в заседании суда первой инстанции ФИО3 была обеспечена помощью профессиональных защитников, в ходе судебного следствия мировым судьей была предоставлена возможность в полной мере пользоваться всеми правами, предоставленными законом подсудимой и защитникам, высказываться в обоснование доводов и возражений, мировым судьей с учетом мнения участвующих в судебном заседании лиц в соответствии с процессуальными нормами разрешены все ходатайства, заявленные сторонами, оснований не согласиться с решениями по которым суд апелляционной инстанции не находит.

Суд признает надуманными суждения защиты о том, что поскольку свидетели А. и Я. не упомянули в своих показаниях о картофеле на полу, не усмотрели оснований для вызова скорой помощи для С., то показания потерпевшей противоречивы. Так, свидетель А. показал, что у ФИО9 имелись телесные повреждения в виде ссадин над бровью, свидетель Я. показал, что в ходе опроса С. сообщила о том, что ФИО3 ударила ее сковородкой, у ФИО9 были гематомы на лице. С учетом изложенного, показания названных свидетелей мировым судьей обосновано признаны доказательствами, подтверждающими вину ФИО1

Мировым судьей обоснованно показания свидетеля К.К. признаны доказательством, подтверждающим вину ФИО3 Размышления осужденной о том, что из показаний свидетеля К.К. усматривается, что травма ФИО9 получена не <дата>, не основаны на фактических обстоятельствах, в связи с чем также отклоняются судом.

Не опровергают вывод суда о виновности ФИО3 в совершении инкриминируемого ей деяния, вопреки доводам осужденной и апелляционной жалобы, и показания свидетелей В., Л., Н., которым судом дана надлежащая оценка в приговоре. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом мирового судьи о том, что показания свидетелей И., Н., В., Л., П., К. не опровергают совокупность представленных стороной обвинения доказательств, и не подтверждают виновность ФИО3 в предъявленном обвинении. Мировым судьей обоснованно установлено, что никто из указанных свидетелей не смог подтвердить либо опровергнуть факт угроз убийством и причинения ФИО3 телесных повреждений С., нанесенных в обоснование реальности угрозы убийством, в связи с чем показания указанных свидетелей справедливо исключены из доказательств.

Мировым судьей протокол принятия устного заявления С. о преступлении от <дата> признан недопустимым доказательством. Данный вывод мотивирован мировым судьей, оснований не согласиться с решением в указанной части суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку факт осуществления дописки в заявление С. уже после его оформления нашел подтверждение в судебном заседании. Между тем, вопреки доводам апелляционной жалобы, данное обстоятельство не ставит под сомнение наличие оснований ни для проведенных проверочных мероприятий, ни для возбуждения уголовного дела в отношении ФИО3, поскольку согласно требованиям ст. 20 УПК РФ обязательным условием для возбуждения уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 119 УК РФ, заявление потерпевшего не является.

Показания эксперта К. в части того, что судебно-медицинскую экспертизу телесных повреждений С. проводил он, по результатам было составлено заключение № от <дата>, обоснованно положены мировым судьей в основу обвинительного приговора. Вопреки доводам защиты о необоснованном исключении иных показаний эксперта, суд апелляционной инстанции, изучив в полном объеме допрос эксперта в суде, пришел к выводу о том, что защитой и подсудимой были заданы эксперту вопросы, не относящиеся к предъявленному обвинению и совокупности телесных повреждений, установленных у С. экспертным заключением, в связи с чем в данной части показания эксперта обоснованно исключены из объема доказательств. Так, заключением эксперта № от <дата> на основании акта СМО № от <дата> у С. обнаружены: «в лобной области справа кровоподтек средней интенсивности размером 12х10 см., мягкие ткани в окружности отекшие на участке 4х3,5 см, отек высотой до 0,3 см., на фоне кровоподтека две ссадины размером 1,0х0,2 см и 1,3х0,3 см под сухими тусклыми коричневыми слабо возвышающимися корочками без признаков отслоения, воспаления. На обоих веках правового глаза средней интенсивности синюшно-зеленоватый с желтоватым оттенком кровоподтек 4,5х4 см». Однако, подсудимая и защитники, разрешая вопрос о траектории удара, указывают лишь часть телесных повреждений, полученных С., в результате чего ответы даны экспертом без учета всей совокупности телесных повреждений, в связи с чем показания в части места локализации удара являются недостоверным доказательством.

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд апелляционной инстанции соглашается с выводами мирового судьи о том, что факт того, что С. звонила своей невестке С. до вызова бригады скорой помощи и сотрудников полиции, не опровергает вывод о виновности ФИО3 и не свидетельствует о недостоверности показаний С. о совершенном в отношении нее преступлении.

Проверено мировым судьей и признано несостоятельным утверждение защиты о необоснованном признании сковороды вещественным доказательством, а также признании недопустимыми доказательствами протокола осмотра места происшествия от <дата> и постановления о признании вещественных доказательств от <дата>. Довод С. о том, что сковорода и пластиковая ручка при изъятии в ходе осмотра места происшествия <дата> не опечатывались в ее присутствии, обоснованно признан мировым судьей не соответствующим действительности, поскольку в протоколе осмотра места происшествия от указанной даты имеются сведения о надлежащей упаковке вещественных доказательств после их изъятия. Довод апелляционной жалобы о том, что при осмотре в ходе судебного следствия вещественных доказательств бирка была снята с пакета с вещественными доказательствами без повреждения упаковки, а также отсутствовала предыдущая бирка, были также предметом оценки мировым судьей, и обоснованно не установлено оснований для признания указанных доказательств недопустимыми, поскольку на момент осмотра в судебном заседании упаковка и бирка повреждений не имели, до поступления мировому судье хранились в камере хранения вещественных доказательств отдела полиции, что исключало доступ к ним посторонних лиц.

Каких-либо оснований полагать, что вопрос о виновности ФИО3 был предрешен мировым судьей, поскольку тот заблуждался о наличии у нее судимости, судом не установлено, поскольку вывод о виновности ФИО3 сделан на основании оценки данной всем представленным доказательств в совокупности. Судебное разбирательство проведено судом первой инстанции в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Судом были соблюдены права участников процесса, обеспечено равенство прав сторон, соблюден принцип состязательности и созданы все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд апелляционной инстанции признает фактические обстоятельства по делу установленными, а вину ФИО1 в содеянном полностью доказанной, в связи с чем довод апелляционной жалобы о том, что не установлено время совершения преступления, как и доводы о том, что С. написала заявление о совершенном в отношении нее преступлении ФИО1 с целью оградить С.В. от привлечения к уголовной ответственности за угрозы убийством, высказанные в адрес подсудимой, при этом противоправные действия в отношении С. совершены ее сыном, является голословными и отклоняется судом.

Каких-либо нарушений требований уголовно-процессуального закона, влекущих за собой отмену приговора либо признание положенных в его основу доказательств недопустимыми, ни в ходе предварительного расследования, ни судом первой инстанции допущено не было.

Утверждение защиты в апелляционной жалобе о необоснованности принятия дознавателем К. уголовного дела к своему производству не нашло своего объективного подтверждения, так как допрошенные в судебном заседании К. и П., состоявший на момент передачи дела в должности и.о. начальника дознания ОП № МУ МВД России «Новочеркасское», подтвердили факт передачи уголовного дела для производства дознания К. При этом указанным дознавателем уголовное дело принято к производству в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 156 УПК РФ.

Обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, мировым судьей обоснованно не установлено.

Вместе с тем, приговор в отношении ФИО3 подлежит изменению ввиду того, что при разрешении вопроса о наказании подсудимой мировой судья необоснованно посчитал ФИО1 ранее судимой, что учел при назначении ей наказания. В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что довод апелляционного представления в указанной части является обоснованным, в связи с чем из мотивировочной части приговора подлежит исключению указание о наличии судимости у ФИО3, а назначенное наказание ФИО3 - смягчению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор мирового судьи судебного участка № 10 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 11.04.2018 в отношении ФИО3 изменить.

Исключить указание о наличии судимости у ФИО3 в мотивировочной части приговора.

Смягчить назначенное по ч. 1 ст. 119 УК РФ наказание до 10 месяцев ограничения свободы.

В остальной части Приговор мирового судьи судебного участка № 10 Новочеркасского судебного района Ростовской области от 11.04.2018 в отношении ФИО3 оставить без изменения.

Судья Косенко Ю.Л.