Апелляционное определение № 33-11745/2025 33-635/2026 от 28 января 2026 г.

Судья Лейнова С.В. гр. дело № 33-635/2026

(номер дела в суде первой инстанции 2-1181/2024)

УИД 63RS0012-01-2024-001080-14


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

Председательствующего Желтышевой А.И.,

судей Кремневой Т.Н., Евдокименко А.А.

при ведении протокола помощником судьи Луканиным Н.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО8, ФИО9 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, по апелляционной жалобе ФИО5 на решение Кинельского районного суда Самарской области от 29.11.2024,

заслушав доклад судьи Самарского областного суда Кремневой Т.Н., пояснения явившихся лиц,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО5 о признании договора дарения недействительным, указав, что в октябре 2022 года между его отцом ФИО10 и ответчиком ФИО5 заключен договор дарения, на основании которого принадлежащие ФИО10 на праве собственности жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, перешли в собственность к ответчику.

Истец указал, что при жизни его отец ФИО1, умерший ДД.ММ.ГГГГ, страдал раком сигмовидной кишки, в связи с хроническим болевым синдромом был вынужден постоянно принимать сильнодействующие препараты. Также у него имелись другие заболевания: атеросклероз головного мозга 3 стадии, гипертоническая болезнь, железодефицитная анемия, открыто угольная глаукома II стадии, хроническая ишемия головного мозга 3 стадии декомпенсации. Решением врачебной комиссии № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан нуждающимся в паллиативной помощи.

По мнению истца, указанные обстоятельства свидетельствует о психическом расстройстве, вследствие которого ФИО10 не мог понимать значение своих действий и руководить ими при составлении договора дарения, в связи с чем истец просил суд признать договор дарения жилого дома и земельного участка, заключенный между ФИО10 и ФИО5, недействительным.

В ходе рассмотрения дела в качестве соответчиков привлечены ФИО7, ФИО8, несовершеннолетние ФИО8 и ФИО9 в лице законного представителя ФИО7.

Решением Кинельского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ постановлено:

«Иск ФИО2 к ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО8, ФИО9 о признании договора дарения недействительным удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером № расположенных по адресу: <...>, заключенный 14.10.2022 между ФИО10 и ФИО5.

Применить последствия недействительности сделки в виде возврата земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, в собственность ФИО1».

ФИО5, не согласившись с решением суда, обратилась в суд с апелляционной жалобой, в которой указывает, что экспертиза, положенная в основу решения суда, является ненадлежащим доказательствам, поскольку выполнена с нарушением требований закона об судебно-экспертной деятельности. ФИО10 в юридически значимый период не страдал психическими расстройствами, осознавал свои действия. Об этом также свидетельствуют его действия по вступлению в брак с ФИО4, выдачи на ее имя нотариальной доверенности, общений с сотрудниками полиции.

В соответствии с определением от ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда перешла к рассмотрению данного гражданского дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, предусмотренных главой 39 гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. К участию в деле в качестве третьего лица привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес>.

Истец и представитель истца в судебном заседании исковые требования поддержали, просили суд удовлетворить их в полном объеме в формулировке, вынесенной Кинельским районным судом <адрес>. Указали, что ФИО6, Н.Н. и их несовершеннолетние дети не являются добросовестными приобретателями, поскольку приобрели спорное имущество сразу после совершения сделки дарения, по заниженной стоимости. Представитель полагал, что ФИО10 в момент заключения сделки являлся недееспособным, что подтверждено экспертным заключением по делу №2-725/2023 о признании ФИО10 недееспособным, производство по которому было прекращено в связи с его смертью. Представитель ФИО2 указал, что настоящий иск ФИО2 заявлен в своих интересах, срок исковой давности не пропущен, поскольку при жизни ФИО10 истец не мог оспаривать сделку. ФИО2 указал, что с ФИО5 у них были конфликтные отношения, последняя не сообщила ему о смерти отца.

Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании возражал против исковых требований, выражал несогласие с результатами судебной экспертизы, а также просил применить годичный срок исковой давности, который истек в декабре 2023 года. Исследование на предмет оценки спорного имущества, представленное истцом, полагал, является ненадлежащим доказательством, поскольку выполнено с нарушениями. Апелляционную жалобу, поданную ФИО17, в восстановлении срока на подачу которой отказано, просил считать дополнением к апелляционной жалобе ФИО5

ФИО8, ФИО7 также возражали против исковых требований ФИО2, указывая, что ФИО10 считали дедушкой, поскольку с ФИО5 они прожили в фактических брачных отношениях более 20 лет. ФИО10 при жизни выразил желание подарить имущество ФИО11, поскольку с сыном ФИО2 у него были конфликтные отношения. ФИО10 приглашал ФИО7 с семьей жить в спорном доме. После получения ФИО5 в дар спорного имущество, ей понадобились денежные средства, в связи с чем она предложила внучке купить спорный дом. Объекты недвижимости приобретали за счет кредитных средств и с использованием материнского капитала. ФИО17 указали, что встречное исковое заявлением о признании их добросовестными приобретателями не поддерживают, но просят дать оценку их действиям на добросовестность. Спора в отношении жилого дома и земельного участка на момент их приобретения не было.

В соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Неправильным применением норм материального права являются: неприменение закона, подлежащего применению; применение закона, не подлежащего применению; неправильное истолкование закона (часть 2 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения (часть 3 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Принятие судом решения о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, по правилам пункта 4 части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является безусловным основанием для отмены судебного решения.

Разрешая исковые требования по правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции, изучив материалы дела, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (пункты 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3).

Абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 Гражданского кодекса Российской Федерации каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость.

Как следует из материалов дела, ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на праве собственности принадлежали жилой дом с кадастровым номером 63:03:0101032:767 и земельный участок с кадастровым номером 63:03:0101032:759, расположенные по адресу: <адрес>.

14.10.2022 между ФИО10 (даритель) и ФИО5 (одаряемый) заключен договор дарения указанных объектов недвижимости.

21.11.2022 между ФИО11 и ФИО17 заключен договор купли-продажи земельного участка и жилого дома, стоимость которых сторонами определена в размере 900 000,00 рублей, 700 000,00 рублей из которых оплачены за счет кредитных средств, предоставленных ПАО Сбербанк.

В связи с использованием на приобретение жилого дома средств материнского капитала детям ФИО17 – ФИО8 и ФИО9 были выделены доли в праве собственности.

Согласно сведениям ЕГРН в собственности у несовершеннолетних ФИО20 находится по 1/5 доли в праве общей долевой собственности, 3/5 долей в праве общей долевой собственности находятся в совместной собственности ФИО17

Установлено, что 05.09.2023 ФИО10 умер.

Согласно ответу нотариуса Кинельского района ФИО12 после смерти ФИО10 открыто наследственное дело №, наследниками, принявшими наследство, являются его супруга ФИО4 и сын ФИО3.

ФИО3, обращаясь в суд с иском о признании договора дарения недействительным, ссылался на статью 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся на момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, указанному в статье 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий или руководить ими. Причины указанного состояния могут быть различными, в том числе и болезнь.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие в момент составления договора дарения психического расстройства у дарителя, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

При этом сделка считается действительной до тех пор, пока с достоверностью не доказано обратное. Обязанность доказать наличие оснований для признания сделки недействительной в силу положений части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на истца.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции по ходатайству истца была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница».

Согласно заключению экспертов № 682 от 01.10.2024 установлено, что у ФИО10 ко времени заключения им договора дарения жилого дома и земельного участка 14.10.2022 отмечались клинические признаки органического заболевания головного мозга сосудистого генеза с выраженным психоорганическим синдромом (интеллектуально-мнестическими нарушениями), преходящими психотическими нарушениями (галлюцинаторными, делириозными) (шифр F06.81 по международной классификации болезней 10 пересмотра).

Диагноз обоснован данными медицинской документации (амбулаторная карта № 0000013579 из ГБУЗ СО «Кинельская центральная больница города и района», копии записи осмотра врача-психиатра и результатов патопсихологического обследования подэкспертного 14.05.2019 в диспансерном отделении ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница») о возникновении у подэкспертного с весны 2019 г. (на фоне хронической ишемии головного мозга с распространенными атрофическими изменениями) снижения качества интеллектуально-мнестических функций психической деятельности (выраженных когнитивных нарушений) и подтвержден результатами клинического патопсихологического обследования подэкспертного 14.05.2019 (указывающими на наличие нарушений познавательной, эмоционально-волевой и мотивационно-потребностной сфер специфичных для органического патопсихологического синдрома с замедлением темпа психической деятельности, ухудшения памяти, внимания, слабостью мотивационного обеспечения умственной работоспособности, инертности и торпидности ассоциативного-мыслительного процесса и ослаблением его критического и прогностического компонентов, снижением волевой регуляции деятельности), а также результатами клинического психиатрического освидетельствования ФИО10 09.06.2020 (диагноз прежний, отмечалось наличие дефекта памяти, внимания, психические эпизоды в виде «видений»), свидетельскими показаниями (соседа - свидетеля ФИО13) о периоде неправильного поведения ФИО10 12.10.2022, обусловленного психотическими (делириозными) нарушениями в период, максимально приближенный к дате оспариваемой сделки.

Психическое расстройство ФИО10 (органическое заболевание головного мозга сосудистого генеза) на момент заключения сделки - договора дарения жилого дома и земельного участка 14.10.2022 было выражено в значительной степени, клинически проявлялось выраженным снижением когнитивных функций в форме психоорганического синдрома (с 2019 г. врачами констатировано и зафиксировано документально-доказательно наличие выраженных интеллектуально-мнестических (когнитивных) нарушений, по результатам патопсихологического обследования у него выявлены выраженные нарушения мышления в виде замедления его темпа, торпидности и дефицита его критическихи прогностических функций, снижение памяти, низкое мотивационное обеспечение интеллектуальной деятельности).

Указанное психическое расстройство на исследуемый период времени (14.10.2022) лишало ФИО10 способности понимать значение своих действий и руководить ими (за счетвыраженных интеллектуально-мнестических нарушений: снижение памяти на текущие события в сочетании с обстоятельностью мышления с замедлением его темпа, с нарушением функций анализа, обобщения, с невозможностью целостного охвата ситуации, при правильном понимании ее деталей, обуславливали несостоятельность при решении сложных задач, характеризующихся многоэтапностью, необходимостью одновременного учета нескольких факторов, которые необходимо удержать в памяти, условий решаемой задачи). О существенном нарушении критических и прогностических возможностей процесса мышления ФИО10 на 14.10.2022 свидетельствует и его выбор сделки (прижизненное отчуждение имущества без учета рисков - лишил себя единственного места проживания).

При проведении экспертизы экспертами исследовалась медицинская карта ФИО10

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в абзаце 3 пункта 13 постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Нарушений при производстве экспертизы требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», статей 79, 83 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые бы свидетельствовали о недостоверности и недопустимости заключения экспертизы и неправильности сделанных выводов суда по доводам ответчиков не установлено.

Экспертиза проведена комиссией экспертов в составе ФИО14, ФИО15, имеющих длительный стаж работы по специальности, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия принимает в качестве доказательства по делу указанное экспертное заключение, поскольку судебная экспертиза проведена в порядке, установленном статье 84 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заключение в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате исследований выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в распоряжение экспертов материалов, указывают на применение методов исследований, основываются на исходных объективных данных, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы, выводы экспертов основаны на исследовании медицинской документации.

Доказательств, опровергающих выводы экспертов, вопреки требованиям статей 56, 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.

Заключение является полным, неясностей в нем нет. Оснований не доверять заключению повторной судебной экспертизы у судебной коллегии не имеется.

В связи с этим судом апелляционной инстанции отказано в удовлетворении ходатайства истца представителя ФИО5 о назначении по делу повторной судебно-психиатрической экспертизы ввиду отсутствия для этого оснований, предусмотренных частью 1 статьи 87 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав обстоятельства по делу, проанализировав представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статьи 167, пункта 1 статьи 177 ГК РФ, учитывая выводы экспертного заключения, судебная коллегия приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований в части признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес>, недействительной сделкой, поскольку на дату заключения договора даритель не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, все совершенные им юридически значимые действия являются недействительными, а потому не порождающими правовых последствий.

ФИО6, Н.Н. ссылаются на добросовестность приобретения спорного имущества.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация).

В связи с этим права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника или лица, которому собственник передал имущество, помимо их воли и др.).

Исходя из этого, правовая природа таких способов защиты прав, как признание сделки недействительной или применение последствий недействительности сделки и истребование имущества из чужого незаконного владения, исключает одновременное их избрание лицом при выборе способа защиты своих прав.

Из существа спорных правоотношений следует, что возврат жилого дома и земельного участка в наследственную массу ФИО10 невозможен без истребования его у ФИО18

В заседании судебной коллегии ФИО7 указала, что они с супругом имели намерение приобрети спорные жилой дом и земельный участок, поскольку при жизни ФИО10, которого она считала дедушкой, не возражал, что ФИО19 с детьми будут проживать в доме. Спорный дом для семьи ФИО17 был как собственный, поскольку ФИО5 прожила с умершим ФИО10 одной семьей более 20 лет, и ФИО7 часто бывала в доме у бабушки с дедушкой. ФИО5 нуждалась в денежных средствах, имущество выбыло из ее владения по воле, направленной на продажу жилого дома и земельного участка. При жизни ФИО10 споров относительно спорных объектов недвижимости не имелось, истец ФИО2 в жилой дом приходил редко, с умершим ФИО10 у него были конфликтные отношения. Вопрос раздела наследства в будущем при жизни ФИО10 не обсуждался. После заключения договора купли-продажи спорного имущества, ФИО17 используя средства материального капитала, погасили задолженность перед банком, распределив доли в праве собственности детям.

В связи с изложенным, судебная коллегия приходит к выводу о том, что жилой дом и земельный участок не могут быть истребованы у ФИО19 и их несовершеннолетних детей, как у добросовестных приобретателей, в силу статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку указанное имущество приобретено ими по возмездной сделке, на момент совершения которой спора в отношении объектов недвижимости не существовало. ФИО17 проживают в спорном жилом доме, обрабатывают земельный участок, то есть фактически вступили в права владения имуществом.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В соответствии со статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации для приобретения наследства наследник должен его принять.

В соответствии со статьями 1113 - 1115 Гражданского кодекса Российской Федерации признается, что наследник принял наследство, если он фактически вступил во владение наследственным имуществом или в установленный срок подал заявление о принятии наследства в орган, совершающий нотариальные действия.

В соответствии со статьей 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследникам на праве собственности со дня открытия наследства независимо от момента государственной регистрации. Если наследство переходит к двум или нескольким наследникам, то оно поступает в их общую долевую собственность также со дня открытия наследства (ст. 1164 ГК РФ).

Из представленного ответа нотариуса следует, что после смерти ФИО10, умершего 05.09.2023, открыто наследственное дело 36114568-244/2023.

С заявлением о принятии наследства обратились сын ФИО2 и супруга ФИО5, являющиеся наследниками первой очереди в соответствии с пунктом 1 статьи 1142 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Соответственно ФИО2 и ФИО5 наследуют в равных долях по ? каждый, в том числе спорные объекты недвижимости.

Требование ФИО2 о возврате спорных объектов недвижимости в собственность ФИО10 удовлетворению не подлежит, поскольку в соответствии со статьей 17 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданская правоспособность последнего прекращена в связи с его смертью.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Имущество, составляющее неосновательное обогащение приобретателя, должно быть возвращено потерпевшему в натуре (п. 1 ст. 1104 ГК РФ).

В случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащении (п. 1 ст. 1105 ГК РФ).

Учитывая, что судебная коллегия пришла к выводу о добросовестности действий ФИО17 при приобретении жилого дома и земельного участка и отсутствии оснований для их истребования в наследственную массу умершего ФИО10, истцу ФИО2 полагается ? часть от стоимости спорного наследственного имущества.

Согласно отчету об оценке №100-03р/25 от 06.08.2025 рыночная стоимость спорных жилого дома и земельного участка на дату 14.10.2022 составляла 2 620 000,00 рублей.

Судебной коллегией разъяснено ответчикам право заявить ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости объектов недвижимости в суде апелляционной инстанции и предоставлено время для формирования правовой позиции по данному вопросу, однако в ходе рассмотрения дела в суде второй инстанции ответчики ФИО17 и представители ФИО5 устно пояснил, что необходимости назначать экспертизу не имеется, поскольку требования ФИО2 они не признают по существу.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу, что с ФИО11 в пользу ФИО2 подлежит взысканию ? часть стоимости наследственного имущества в размере 1 310 000,00 рублей.

Разрешая ходатайство представителя ФИО5 о применении срока исковой давности, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Как следует из материалов дела, заключенный договор дарения наследодателем с ДД.ММ.ГГГГ по день его смерти не оспаривался.

Если исходить из того, что наследодатель ФИО10, с учетом своего психического состояния, после совершения им указанного договора дарения вплоть до дня своей смерти не мог осознавать наличие возможности оспорить данный договор в судебном порядке по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, для разрешения вопроса о начале течения срока исковой давности по требованию о признании договора дарения от 14.10.2022 недействительным следует установить, когда истец ФИО2 как наследник имущества ФИО10 узнал о совершении самой оспариваемой сделки и об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

До даты обращения к нотариусу с заявлением о принятии наследства ФИО2, предполагая, что у отца в собственности имеются объекты недвижимости, не мог знать об отчуждении ФИО10 спорных объектов недвижимости, и, соответственно, о составе наследственного имущества.

ФИО10 умер 05.09.2023, в суд с настоящим иском ФИО2 обратился 05.04.2024, то есть в течение года со дня открытия наследства и установления факта отчуждения отцом при жизни спорного имущества. К исковому заявлению ФИО2 приложено заключение судебно-психиатрической экспертизы от 28.06.2023, выполненное при жизни ФИО10 в рамках гражданского дела №2-725/2023, менее чем за год до обращения в суд с настоящим иском.

Недееспособным ФИО10 не был признан при жизни, поскольку гражданское дело №2-725/2023 о признании его недееспособным прекращено 08.09.2023 в связи с его смертью.

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что срок исковой давности для обращения ФИО2 в суд с требованием об оспаривании договора дарения по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, не пропущен.

Доводы ответчиков об исключении судебной экспертизы в связи с нарушениями при ее производстве, не могут быть приняты во внимание.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, ответчиками не представлено.

Оценивая представленную истцом рецензию, не сомневаясь в профессиональных качествах составившего ее специалиста, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данная рецензия не порочит заключение судебной экспертизы, поскольку составлена на основе изучения судебной экспертизы, без исследования медицинской карты ФИО10.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что в материалы дела не представлено доказательств того, что специалист ФИО16, составивший рецензию, осуществляет свою деятельность в соответствии с лицензией, позволяющей проводить посмертные судебно-психиатрические экспертизы.

Судебная коллегия полагает, что доводы о неполноте исследования в заключении судебной экспертизы, допущенных нарушениях, основаны на субъективном мнении специалиста, составившего вышеуказанную рецензию, и, безусловно, не опровергают выводов комиссии судебно-психиатрических экспертов.

С учетом изложенного, решение суда подлежит отмене, с принятием по делу нового решения о частичном удовлетворении заявленных ФИО2 исковых требований.

Руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Кинельского районного суда Самарской области от 29.11.2024 отменить, постановить по делу новое решение.

Иск ФИО2 к ФИО5, ФИО7, ФИО8, ФИО8, ФИО9 о признании сделки недействительной удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <...>, заключенный 14.10.2022 между ФИО10 и ФИО5,

Применить последствия недействительности сделки.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию стоимости ? доли земельного участка с кадастровым номером № и ? доли жилого дома с кадастровым номером 63:03:0101032:767, расположенных по адресу: <...>, входящих в состав наследственного имущества после смерти ФИО10, умершего 05.09.2023, в размере 1 310 000,00 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу немедленно со дня его принятия, и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (<адрес>) в течение 3 месяцев.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ.

«Копия верна»Подпись судьи_________________Помощник судьи ______________ (Инициалы, фамилия)«____» __________ 2026 год