Приговор № 1-18/2017 1-347/2016 от 13 апреля 2017 г. по делу № 1-18/2017

Дело № 1-18/2017 года


П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Нижний Тагил 14 апреля 2017 года

Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Ильютик Н.В.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил Свердловской области ФИО1,

защитника адвоката Антроповой К.С.,

подсудимого ФИО2, потерпевшего Р.А.С.,

при секретарях Васильевой Т.В., Галямовой Л.А., Елисеевой Л.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении ФИО2, родившегося *** года в городе Нижний Тагил Свердловской области, гражданина Российской Федерации, военнообязанного, со средним профессиональным образованием, холостого, официально не трудоустроенного, проживающего без регистрации в городе Нижний Тагил по ул. ***, судимости не имеющего, содержащегося под стражей по рассматриваемому делу с 02 сентября 2016 года.

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью потерпевшему Р.С.Г., *** года рождения, опасный для жизни человека. Преступление совершено в Дзержинском районе города Нижний Тагил при следующих обстоятельствах:

В период с *** часов *** года до *** часов *** года в квартире № *** дома № *** по ул. *** ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений, обусловленных аморальным поведением Р.С.Г., который оскорблял находящуюся в квартире П.О.С., умышленно, с силой нанес Р.С.Г. множество, но не менее двенадцати ударов руками и ногами по голове, шее, груди и конечностям, причинив ему телесное повреждение в виде механической травмы грудной клетки в виде непрямых (конструкционных) двусторонних переломов 5 и 6-10 ребер справа, 2-4 и 7 ребер слева с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, тремя обширными кровоподтеками передней поверхности грудной клетки, причинившей тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, действиями ФИО2 потерпевшему Р.С.В. были причинены следующие телесные повреждения: - механическая травма головы в виде кровоизлияний под мягкую оболочку лобных, теменных, височных долей головного мозга, кровоизлияния в мягкие покровы правой височной области головы и в правую височную мышцу, степень тяжести вреда здоровью потерпевшего от которых не установлена, и в виде кровоподтеков на веках обоих глаз, в правой щечной области, в области левой носогубной складки и в проекции тела нижней челюсти слева, в слизистую верхней губы слева, которые вреда здоровью потерпевшего не причинили; - механическая травма шеи в виде непрямого (конструкционного) перелома левого большого рога подъязычной кости с кровоизлиянием в его окружении, степень тяжести вреда здоровью потерпевшего от которого не установлена; - механическая травма верхних и нижних конечностей в виде кровоподтеков задней поверхности верхней трети левого предплечья, тыльной поверхности правой кисти, на правом коленном суставе, которые вреда здоровью потерпевшего не причинили.

Подсудимый ФИО2 в судебном заседании вину признал частично, указав, что не верит, что от его ударов потерпевшему могли быть причинены такие телесные повреждения, поскольку его правая рука в силу травмы не действует в полном объеме. Возможно, ФИО3 выходил из квартиры и получил травмы вне дома, возможно, кто-то из собутыльников приходил к нему домой. По обстоятельствам дела ФИО2 пояснил суду, что после распития спиртного Р. стал посылать его «сдать посуду», чтобы на вырученные деньги купить еще спиртного. Он отказался. Тогда Р. стал посылать «сдать посуду» П.. Из-за этого между ним и Р. произошла ссора, сопровождавшаяся нецензурной бранью, в том числе, в адрес П.. Затем Р. схватил костыль и бросил его в П.. Тогда он подошел к сидящему на кровати Р. и не сильно ударил его локтем в область левой скулы, отчего Р. упал на пол на правый бок к его ногам. Он также несильно пнул потерпевшего ногой, не обутой в обувь, в грудь два или три раза. По голове и шее не пинал. Затем он и П. ушли, при этом дверь в квартиру не закрывали.

В материалах дела имеется протокол явки ФИО2 с повинной от *** года, в котором ФИО2 указал, что несколько дней назад в середине *** года во время распития спиртного Р. начал оскорблять О., кинул в нее костыль. Его это разозлило. Он встал из кресла и ударил С. с правого локтя по лицу. От удара С. упал на пол. После чего он ударил его ногой по груди (том 1 л.д. 125).

Подсудимый ФИО4 явку с повинной в судебном заседании подтвердил.

При проверке показаний на месте ФИО2 показывал, что в ходе распития спиртного между ним и Р. произошел конфликт, в ходе которого он подошел к сидящему на кровати Р.. Ему показалось, что Р. начал вставать. Он согнул правую руку в локтевом суставе и локтем нанес Р. удар в левую часть головы. Удар был средней силы. От удара Р. упал на пол на правый бок. После этого, он нанес Р. 2-3 удара правой ногой в переднюю часть туловища со средней силою. В момент нанесения ударов не был обут в обувь. Затем они с П. ушли из квартиры (том 1 л.д. 150-154).

Суд критически относится к показаниям подсудимого в части количества нанесенных ударов, а также в части наступивших последствий, расценивает их, как способ уменьшить степень своей вины в содеянном.

Вина подсудимого в совершении деяния, указанного в описательной части приговора подтверждается собранными по делу доказательствами.

Свидетель П.О.С. суду пояснила, что после распития спиртного Р. стал в нецензурной форме выгонять их из квартиры, замахнулся в их сторону костылем. ФИО5 подошел к сидящему в кресле Р. и ударил его «слегонца» локтем правой руки, куда она не видела. После удара Р. немного успокоился, она увела ФИО5 из квартиры. Когда уходили, прикрыли дверь квартиры, так как она закрывалась изнутри на ключ. Ранее Р. при ней, несколько раз терял сознания и падал на пол, когда напивался, либо утром с «похмелья». Р. в состоянии опьянения мог начинать драться, у него все время кто-то был в гостях. Полагает, что Р. не мог умереть от ударов ФИО5.

Суд критически относится к показаниям свидетеля П.О.С. в судебном заседании, расценивает их как данные с целью помочь своему сожителю ФИО2 смягчить ответственность за содеянное. Эти показания опровергаются показаниями подсудимого ФИО2, а также самой П.О.С., которая при допросе в ходе предварительного следствия показывала, что ФИО5 нанес один удар локтем правой руки по лицу Р., отчего тот упал на пол, и находился в положении полусидя на полу, то есть спиной он опирался на кресло, а лицом был к ФИО5, при этом тело Р. было повернуто правым боком к ФИО5. ФИО5 нанес Р. не менее трех ударов ногами в область тела, куда именно, она не видела. В момент ударов у ФИО5 на ногах была обувь, кроссовки. После этого, она отвела ФИО5 от Р.. (том 1 л.д. 100-106).

Свидетель П.О.С. в суде данные показания подтвердила частично, пояснив, что видела, как ФИО5 2-3 раза замахнулся ногой в сторону Р., в область его тела или ног, в этот момент на ногах Р. не было обуви. Возможно, в ходе допроса следователь ее неправильно понял.

Однако суд полагает более достоверными показания свидетеля П.О.С., данные ею в ходе предварительного следствия. Они подробны, согласуются с заключением повторной судебно-медицинской экспертизы трупа. Протокол допроса свидетеля П.О.С. следует признать допустимым и объективным доказательством. Перед допросом свидетель была предупреждена об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний, о чем в процессуальных документах имеется ее подпись. Достоверность и полноту записей в протоколе допроса П.О.С. подтвердила своей подписью, не сделав никаких замечаний и дополнений.

Свидетель З.Н.А. суду пояснил, что в *** года около *** часов, возвращаясь домой, увидел, что дверь в квартиру соседа Р. открыта. Зайдя в квартиру, увидел, что Р. лежит на полу рядом с диваном. Он был живой, сказал, что все нормально, помощь ему не нужна. Телесных повреждений и крови на потерпевшем он не заметил. На следующий день около *** часов он снова зашел к Р., тот лежал также на полу на животе, голова была повернута в другом направлении. Р. ему не откликнулся, рядом с ним на полу была какая-то жидкость красноватого цвета, поэтому он вызвал скорую помощь. Врачи скорой помощи зафиксировали смерть Р.. В последнее время на протяжении года к Р. в гости приходил только ФИО5, иногда жил у него.

Потерпевший Р.А.С. суду пояснил, что неоднократно выгонял ФИО5 из квартиры ***, поскольку они совместно распивали спиртные напитки. В конце *** года или в начале *** года у *** была травма, перелом шейки бедра, в связи с чем отец ходил на костылях. Он привозил *** продукты питания. Дверь в квартиру *** закрывалась изнутри на ключ. У него был ключ от квартиры ***. На момент смерти *** он находился в отпуске с выездом за пределы Нижнего Тагил, о случившемся узнал от соседей *** *** года.

Факт наличия у потерпевшего Р.С.Г. травмы в виде перелома шейки бедра подтвердил суду свидетель З.Н.А., не оспаривал данное обстоятельство подсудимый ФИО2.

В материалах дела имеется протокол осмотра места происшествия от *** года, согласно которого в квартире по ул. *** в центре комнаты обнаружен труп неустановленного мужчины, в положении лежа на животе, голова повернута вправо. На трупе одежда – трусы. Трупные пятна по передней поверхности туловища и конечностей. Трупное окоченение хорошо выражено во всех группах мышц. Трупные явления зафиксированы на *** часов *** минут. При осмотре трупа обнаружены кровоподтеки век левого глаза сине-фиолетового цвета, на задней поверхности мягких тканей, кровоподтек верхней губы слева сине-фиолетового цвета, передней «****окружности» (неразборчивый почерк) слева, множественные кровоподтеки живота, определяется патологическая подвижность и «****» (неразборчивый почерк) по передней на нижней челюсти слева, ребер с обеих сторон. В квартире на полу обнаружены следы жидкости с примесью крови с признаками подсыхания. (л.д. 9-17).

Из карты вызова «скорой медицинской помощи» следует, что *** года в *** часов поступил вызов по адресу: ул. *** к неизвестному мужчине, который находится без сознания. По приезду в *** часов, констатирована биологическая смерть мужчины по неизвестной причине. При этом установлено, что тело пожилого мужчины лежит на полу в комнате на животе. На коже лица, верхних и нижних конечностей, грудной клетки имеются следы запекшей крови. На полу вокруг тела также запекшаяся кровь темно-красного цвета. Под кроватью в тазу кровяные рвотные массы, на слизистой ротоглотки также следы кровяных выделений. Данный мужчина был обнаружен соседом из квартиры № ***, который вызвал скорую медицинскую помощь. Со слов соседа данный мужчина жил один, его имя не знает, год назад похоронил жену, злоупотреблял спиртными напитками. *** года в *** часов находился в алкогольном опьянении, лежал на полу, контактировал. Сегодня сосед решил проверить деда, зашел, так как двери квартиры были открыты, и обнаружил «тело» на полу без признаков жизни (л.д. 81-83).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № *** от *** года при исследовании трупа Р.С.Г. экспертом Б.И.В. обнаружена сочтенная травма головы, шеи, груди. Закрытая черепно-мозговая травма: кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правую височную область, в правую височную мышцу, под мягкую мозговую оболочку на выпуклых поверхностях лобно-височно-теменных областях, в слизистую верхней губы слева, кровоподтеки век обоих глаз, щечной области справа, проекции тела нижней челюсти слева. Закрытая травма шеи: перелом левого рожка подъязычной кости, кровоизлияние в мягкие таки вокруг перелома, отек слизистой глотки. Закрытая тупая травма груди: двустронние переломы ребер, кровоизлияния в мягкие ткани вокруг переломов, кровоподтеки на передней поверхности груди слева, в верхнем отделе передней поверхности грудной клетки справа, по краю реберной дуги по среднеключичной линии справа. Данная травма осложнилась развитием травматического шока, отеком-набуханием головного мозга, что и послужило непосредственной причиной смерти. Все вышеуказанные повреждения, составляющие в совокупности данную травму, у живых лиц являются опасными для жизни, на трупе имеют признаки причинения тяжкого вреда здоровью. Данная травма состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти Р.С.Г. и образовалась не менее чем от девяти травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) либо при соударении о таковой (таковые). Давность причинения сочетанной травмы составляет не мене 1-2 суток до наступления смерти, на что указывает наличие реактивных явлений при гистологическом исследовании кусочков поврежденных тканей, то есть, таким образом, смерть потерпевшего наступила не мене чем через 1-2 суток после причинения повреждений. Давность наступления смерти на период фиксации трупных явлений, описанных в протоколе осмотра места происшествия в *** часов *** года, составляет период времени от 1 до 2 суток (то есть смерть наступила в период с *** часов *** до *** часов *** года). Кроме того у Р.С.Г. обнаружены кровоподтеки конечностей, являющиеся прижизненными, давностью не более 1-2 суток до наступления смерти потерпевшего, могли быть причинены при не менее 3-х кратном воздействии (ударе, давлении) тупым твердым предметом или при ударах о таковые, которые сами по себе не имеют признаков опасности для жизни, не состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти потерпевшего и у живых лиц должны расцениваться по наступившим последствиям и определившемуся исходу, следовательно в связи с со смертью потерпевшего установить степень причиненного вреда здоровью невозможно. Безотносительно данного случая подобные повреждения у живых лиц расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью. При исследовании трупа Р.С.Г. не обнаружено каких-либо анатомических повреждений, абсолютно исключающих возможность совершения им самостоятельных целенаправленных действий (как-то передвигаться, кричать) в течение определенного промежутка времени, необходимого для развития травматического болевого шока и потери сознания, (исчисляемого минутами - десятками минут), определить точный временной промежуток не представляется возможным вследствие отсутствия официальных экспертных методик. Расположение всех обнаруженных повреждений может свидетельствовать, что в момент нанесения вышеозначенных повреждений потерпевший мог быть расположен любой поверхностью по отношению к лицу, наносившему повреждения, положение его тела могло быть самым разнообразным, он мог лежать, сидеть, стоять, во время причинения повреждений, положение его тела и конечностей могло меняться. Достоверно решить вопрос о последовательности нанесения повреждений не представляется возможным, можно предположить, что все повреждения были нанесены в течение промежутка времени, исчисляемого до нескольких часов. При судебно-химическом исследовании трупа Р.С.Г. какие-либо спирты не обнаружены. (л.д. 55-62).

Из описательной части акта судебно-медицинского исследования трупа следует, что очаговые кровоизлияния в «м.т. правой височной области» с начальными реактивными изменениями, предположительной давностью по гистоморфологической картине не менее 30-60 минут. Очаговые кровоизлияния в препарата «м.т. переломов ребер слева» с выраженными реактивными изменениями, предположительной давностью по гистоморфологической картине не менее 24-48 часов. (л.д. 42-49).

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста судебно-медицинский эксперт ГБУЗ СО «***» К.А.Ю. суду пояснил, что исходя из описания особенностей переломов (краев) ребер по механизму образования - это не прямые переломы, то есть они образовались вдали от места травмирующего воздействия. Они могли образоваться от деформации грудной клетки в передне-заднем направлении (либо от сдавления, либо при ударе грудной клетки). Исходя из локализации и количества кровоподтеков на грудной клетке, а именно, трех обширных кровоподтеков на передней поверхности грудной клетки трупа, переломы могли образоваться от трех травмирующих воздействий. Данные переломы прижизненные, что подтверждается наличием кровоизлияния в области переломов. Полагает, что экспертом Б.И.В. неверно сделан вывод о наличии на трупе Р. признаков сочетанной травмы головы, шеи, груди, поскольку из описательной части заключения следует, что переломы ребер и кровоизлияние в мягких тканях правой височной области головы, имеют разную давность образования, что само по себе и в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения № 194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» исключает наличие признаков сочетанной травмы. Безотносительно к данному случаю - множественные двусторонние переломы ребер, квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, так как влекут нарушение каркасности грудной клетки, что затрудняет человеку сделать вдох и может привести к асфиксии. Для определения степени тяжести вреда здоровью всех повреждений требуется производство повторной судебно-медицинской экспертизы трупа.

С учетом требований «Медицинских критериев…» и показаний специалиста К.А.Ю. выводы судебно-медицинского эксперта Б.И.В. в части характера телесных повреждений, времени их причинения и степени тяжести вреда здоровью являются недостаточно мотивированнми и противоречат показаниям специалиста К.А.Ю. и исследовательской части заключения, в которой изложен Акт судебно-гистологического исследования.

Согласно заключению повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы трупа Р.С.Г., проведенной врачами-экспертами ГБУЗ СО «***», на трупе Р.С.Г. имелись следующие повреждения:

- механическая травма грудной клетки в виде непрямых (конструкционных) двусторонних переломов 5, 6-10 ребер справа и 2-4, 7 ребер слева с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, тремя обширными кровоподтеками передней поверхности грудной клетки. Повреждения в области грудной клетки причинены не менее чем тремя ударными воздействиями тупого твердого предмета (предметов) с ограниченной (соразмерной) травмирующей поверхностью, особенности которой не отобразились (нет описания) в морфологической картине повреждений. Учитывая особенности переломов, нельзя исключить в данном случае образование повреждений в результате ударов тупым твердым предметом, переходящих в последующее сдавление грудной клетки, что довольно часто наблюдается при причинении повреждений ногами человека. Макроскопическое описание кровоподтеков, скудно описанная гистологическая картина изменений в мягких тканях грудной клетки (из мест переломов ребер) могут соответствовать повреждениям, причиненным по времени в пределах одних суток. Повреждения, составляющие механическую травму грудной клетки, согласно п. 6.1.11 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и Соцразвития РФ № 194 н от 24 апреля 2008 года (множественные двусторонние переломы ребер с нарушением анатомической целости каркаса грудной клетки), в соответствии с п. 4а «Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Постановлением Правительства РФ № 522 от 17 августа 2008 года, на трупе имеют признаки причинения тяжкого вреда здоровью;

- механическая травма головы в виде кровоизлияний под мягкую оболочку лобных, теменных, височных долей головного мозга, кровоизлияния в мягкие покровы правой височной области головы и в правую височную мышцу, и в виде кровоподтеков на веках обоих глаз, в правой щечной области, в области левой носогубной складки и в проекции тела нижней челюсти слева, в слизистую верхней губы слева. Повреждения в области головы причинены 5-6 травмирующими ударными воздействиями тупого твердого предмета (предметов), скорее всего исходя из размеров, а в большей степени из локализации повреждений, имеющего соразмерную травмирующую поверхность, особенности которой не отражены в морфологическом характере повреждений (чтобы судить о возможном причинении повреждений «ладонью руки, кулаками, ногами обутыми или не обутыми в обувь», необходимо указанные объекты представить эксперту для исследования или представить подробную объективную характеристику их). Локализация и особенности внутричерепного повреждения, множественная локализация повреждений в области головы не характерны для повреждений, наблюдающихся при падении пострадавшего из позы вертикально стоящего человека на плоскости. Давность образования кровоподтеков может соответствовать повреждениям, причиненным в пределах одних суток. Скудно описанная гистологическая картина кровоизлияний позволяет их отнести к повреждениям давностью причинения: не менее 6-12 часов (мягкие ткани височной области) и не менее 6-24 часов (мягкая оболочка головного мозга). Таким образом, нельзя исключить, что повреждения мягких тканей правой височной области (точка приложения травмирующей силы) и субарахноидальное кровоизлияние произошли в результате одного ударного воздействия и имеют давность образования не менее 6-24 часов. Кровоподтеки лица имеют давность образования в пределах одних суток. Вред здоровью закрытой черепно-мозговой травмы в виде кровоизлияния в мягкие ткани правой височной области и кровоизлияния только под мягкую оболочку головного мозга на трупе без данных о прижизненном течении травмы установить не представляется возможным, поскольку подобные повреждения в плане причиненного вреда здоровью обычно оцениваются по длительности расстройства здоровья или определившемуся исходу, что в данном случае установить не представляется возможным. Другие кровоподтеки обычно не расцениваются как вред, причиненный здоровью человека;

- механическая травма шеи в виде непрямого (конструкционного) перелома левого большого рога подъязычной кости с кровоизлиянием в его окружении. Повреждения в области шеи причинены одним травмирующим воздействием тупого твердого предмета с ограниченной (соразмерной) травмирующей поверхностью: скорее всего, имел место удар; могло быть и сдавление тупым предметом, но против этого односторонняя локализация повреждения. Макроскопическая картина повреждений и гистологическая картина «мягких тканей шеи» очень скудная, не позволяет установить давность образования повреждений. Сам по себе перелом подъязычной кости не подпадает под п. 6.1.5 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и Соцразвития РФ № 2 194н от 24 апреля 2008 года, в связи с чем установить вред здоровью, причиненный данным повреждением на трупе не представляется возможным;

- механическая травма верхних и нижних конечностей в виде кровоподтеков задней поверхности верхней трети левого предплечья, тыльной поверхности правой кисти, на правом коленном суставе. Повреждения верхних и правой нижней конечности причинены не менее чем тремя ударными воздействиями тупого твердого предмета, что может быть как при непосредственном ударе (ударах) тупым твердым предметом (предметами) в места локализации повреждений, так и при ударах этими анатомическими областями о травмирующую поверхность тупых твердых предметов. Давность образования кровоподтеков - в пределах одних суток. Согласно п. 9 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом МЗ и Соцразвития РФ № 194н от 24 апреля 2008 года, отдельные кровоподтеки не расцениваются как вред, причиненный здоровью.

Повреждения, обнаруженные на трупе Р.С.Г., причинены в одно время, но не одномоментно; последовательность причинения повреждений по представленным материалам установить не представляется возможным. Повреждений абсолютно препятствующих совершению каких-либо самостоятельных действий после их причинения на трупе Р.С.Г. не обнаружено (не описано). Повреждения в области головы, шеи могли быть причинены Р.C.Г. в любом его положении: вертикальное, горизонтальное; повреждения в области грудной клетки, с учетом механизма их образования, скорее всего, причинены при горизонтальном положении пострадавшего.

Достоверно установить причину смерти Р.С.Г. по имеющимся материалам нельзя (ни по объему, характеру и локализации самих повреждений, ни по тем возможным осложнениям этих повреждений, ни по морфологическому состоянию внутренних органов). Диагноз травматического шока (и макроскопически, и микроскопически) не доказан. Что касается макро- и микропризнаков отека-набухания головного мозга, то они минимальны. Описание в исследовательской части Акта судебно-медицинского исследования трупа Р. морфологической структуры внутренних органов (сердца, печени, почек и т.д.) не позволяет диагностировать какое-либо заболевание, имевшееся при жизни пострадавшего, тем более, судить о возможной причине смерти от какого-либо заболевания (гистологического исследования указанных органов не проводилось). Наличие очагов острой эмфиземы, гипоэктазов, очагового внутриальвеолярного отека при наличии множественных переломов ребер с двух сторон с нарушением целости каркаса грудной клетки, следовательно, и нарушения экскурсии грудной клетки, затрудняющей акт дыхания (вдох-выдох), могут быть проявлением дыхательной недостаточности, что в свою очередь могло привести и к наступлению смерти, однако, морфологический признаков смерти по асфиктическому типу в исследовательской части Акта также не описано, поэтому данный вывод не достоверный, а предположительный) (том 2 л.д. 53-73).

Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт В.Г.А., проводивший повторную судебно-медицинскую экспертизу трупа Р.С.Г., пояснил суду, что давность наступления смерти Р.С.Г. составляет не более 1 суток до момента осмотра трупа на месте происшествия. Данный вывод можно сделать лишь предположительно, поскольку осмотр трупа на месте происшествия произведен плохо, описание трупа и трупных явлений скудное. На основании исследования трупа в морге также нельзя сделать точный вывод о давности наступления смерти. Поскольку в морге трупы хранятся в холодильнике, что замедляет процесс протекания посмертных реакций в организме. Кроме того, эксперт пояснил, что вследствие плохо проведенных осмотров трупа на месте происшествия и в морге, неполного исследования трупа, тканей и кусочков органов трупа, неполного описания полученных результатов, сделать вывод о достоверной причине смерти Р.С.Г. невозможно. Каким-либо образом восполнить эти недостатки в настоящее время, в том числе, путем эксгумации трупа и его повторного исследования, сомнительно, поскольку прошел длительный период времени, в ходе которого труп и телесные повреждения подверглись некоторому разложению. Указанное им в экспертном заключении время образования телесных повреждений, рассчитано в пределах до наступления смерти.

Таким образом, из анализа протокола осмотра места происшествия и трупа, заключения повторной судебно-медицинской экспертизы трупа Р.С.Г. и показаний эксперта В.Г.А., суд приходит к выводу, что смерть Р.С.Г. наступила в период с *** часов *** до *** часов *** года, давность причинения ему телесных повреждений составляет период времени с *** часов *** до *** часов *** года.

Оценивая заключения проведенных в ходе предварительного и судебного следствия судебно-медицинских экспертиз трупа Р.С.Г., суд приходит к выводу, что заключение повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от *** года, проведенной в Отделе особо сложных (комиссионных) экспертиз ГБУЗ СО «***», является наиболее объективным, полным и основанным исключительно на материалах уголовного дела, согласуется с Актом судебно-гистологического исследования кусочков внутренних органов и тканей от трупа, показаниями допрошенных по делу лиц и специалиста К.А.Ю.. Повторная комиссионная судебно-медицинская экспертиза проведена в полном соответствии с требованиями закона, все члены комиссии, предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в состав комиссии вошли 3 врача, сомневаться в компетентности которых оснований не имеется. В заключении повторной экспертизы даны исчерпывающие ответы на поставленные вопросы. Каких-либо неясностей и противоречий экспертное заключение не содержит. Подсудимый ФИО2, его защитник Антропова К.С., потерпевший Р.А.С. в судебном заседании по настоящему делу никаких доводов, оспаривающих указанное заключение, не высказали.

Таким образом, суд принимает за основу приговора, в том числе, в части времени причинения потерпевшему телесных повреждений, их наименования, локализации и степени тяжести вреда здоровью, заключение повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы от *** года, проведенной в Отделе особо сложных (комиссионных) экспертиз ГБУЗ СО «***», оценивая его выводы как наиболее полные, объективные и основанные исключительно на материалах уголовного дела. А к заключению судебно-медицинской экспертизы № *** от *** года суд относится критически, поскольку данное заключение является не полным, выводы эксперта Б.И.В. противоречат показаниям специалиста К.А.Ю., заключению повторной экспертизы и Медицинским критериям определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н.

Органом предварительного расследования ФИО2 обвинялся в том, что в период с *** часов *** до *** часов *** года в квартире № *** дома № *** по ул. *** в Дзержинском районе города Нижний Тагил, находясь в состоянии алкогольного опьянения, в ходе ссоры на почве личных неприязненных отношений, обусловленных противоправным поведением Р.С.Г., который оскорбил находящуюся в квартире П.О.С., умышленно, с силой нанес Р.С.Г. множество, но не менее двенадцати ударов руками и ногами по голове, шее, груди и конечностям, причинив ему телесные повреждения в виде: кровоподтеков конечностей, не причинивших вред здоровью; а также в виде закрытой черепно-мозговой травмы: кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правую височную область, кровоизлияния в правую височную мышцу, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку на выпуклых поверхностях лобно-височно-теменных областях, кровоподтеков век обоих глаз, щечной области справа, проекции тела нижней челюсти слева, кровоизлияния в слизистую верхней губы слева; закрытой травмы шеи: перелома левого рожка подъязычной кости, кровоизлияния в мягкие ткани вокруг перелома, отека слизистой глотки; закрытой тупой травмы груди: двусторонних переломов ребер, кровоизлияний в мягкие ткани вокруг переломов, кровоподтеков на передней поверхности груди слева, в верхнем отделе передней поверхности грудной клетки справа, по краю реберной дуги по среднеключичной линии справа, составивших в совокупности сочетанную травму головы, шеи, груди, причинившую тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, осложнившуюся развитием травматического шока, отеком-набуханием головного мозга и повлекшую смерть Р.С.Г. на месте происшествия, спустя некоторое время. Действия ФИО2 следователем были квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Однако сам подсудимый возражал против предъявленного ему обвинения в той части, что в результате его преступных действий наступила смерть потерпевшего по неосторожности, настаивал, что потерпевший был жив, когда он уходил из квартиры. Свидетели П.О.С. и З.Н.А. также поясняли суду, что потерпевший был жив некоторое время. Согласно заключению повторной судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего причину смерти Р.С.Г. установить не представляется возможным.

Согласно ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленным настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого. Поскольку достоверно причина смерти Р.С.Г. не установлена, суд, не установив причинной связи между деянием ФИО2 и наступившими последствиями в виде смерти Р.С.Г., приходит к выводу об отсутствии в деянии ФИО2 состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ. Оценивая собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что можно с достоверностью говорить о доказанности вины ФИО2 лишь в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни Р.С.Г..

В связи с изложенным суд полагает необходимым квалифицировать действия ФИО2 по ч. 1 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

С учетом заключения повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы, п. 6, 6.1. и 6.1.11. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 года № 194н (в редакции от 18 января 2012 года), суд полагает установленным, что обнаруженное у потерпевшего телесное повреждение в виде механической травмы грудной клетки в виде непрямых (конструкционных) двусторонних переломов 5 и 6-10 ребер справа, 2-4 и 7 ребер слева с кровоизлияниями в окружающие мягкие ткани, тремя обширными кровоподтеками передней поверхности грудной клетки, квалифицируются, как причинившее тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственно угрозу для жизни.

Сам подсудимый в ходе судопроизводства по делу не отрицал факт нанесения нескольких ударов руками и ногами потерпевшему, оспаривая лишь их количество, силу нанесения и наступившие последствия. Однако его показания в данной части опровергаются заключением повторной судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего, согласно которому обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения причинены, пусть и не одномоментно, но в одно время, в пределах одних суток до момента наступления смерти. Локализация и особенности внутричерепного повреждения, множественная локализация повреждений в области головы не характерны для повреждений, наблюдающихся при падении пострадавшего из позы вертикально стоящего человека на плоскости.. Кроме того, версия подсудимого о причинении повреждений иными лицами опровергается также показаниями потерпевшего Р.А.С. о том, что его *** был затруднен в передвижениях в связи с переломом «шейки бедра», что других посетителей, кроме ФИО2, он у *** не видел. Показания Р.А.С. в данной части согласуются с показаниями свидетеля З.Н.А.. При таких обстоятельства суд считает доказанным тот факт, что именно ФИО2 нанес Р.С.Г. множество, но не менее двенадцати ударов руками и ногами по голове, шее, груди и конечностям, причинив ему вышеуказанные телесные повреждения.

При этом суд отмечает, что материалами уголовного дела полностью доказан умысел ФИО2 на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего, прежде всего характером и локализацией телесных повреждений (в жизненно-важные органы), обнаруженных на теле потерпевшего Р.С.Г.. Более того, суд принимает во внимание то, что потерпевший являлся пожилым человеком, передвигался на костылях в силу наличия травмы (перелом шейки бедра), не мог оказать должного сопротивления подсудимому.

Суд считает, что мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения подсудимого с потерпевшим, возникшие внезапно в ходе ссоры после совместного распития спиртных напитков. Кроме того, суд полагает, что действия подсудимого в отношении потерпевшего были обусловлены состоянием алкогольного опьянения ФИО2.

При назначении наказания суд, в соответствии с требованиями ст. 6, 43, 60 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого.

Совершенное ФИО2 умышленное преступление направлено против здоровья человека и, в силу ч. 4 ст. 15 УК РФ, относится к категории тяжких преступлений.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учитывает в соответствии с п. «и, з» ч. 1 ст. 61 УК РФ явку подсудимого с повинной, аморальное поведение потерпевшего Р.С.Г., выразившееся в оскорблении сожительницы подсудимого, что явилось поводом для совершения преступления. К иным обстоятельствам, смягчающим наказание ФИО2. суд относит состояние его здоровья – наличие у него тяжелого хронического заболевания.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ судом не установлено. Вместе с тем с учетом общественной опасности содеянного, личности подсудимого, который состоит на учете у ***, неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, с учетом криминального опыта подсудимого, сведения о котором имеются в материалах уголовного дела, суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве отягчающего наказание обстоятельства учитывает совершение ФИО2 преступления в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, поскольку именно это обстоятельство явилось одной из причин совершения им преступления. Данный факт не оспаривался ФИО2 ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия, подтверждается показаниями свидетеля П.О.С..

При наличии отягчающего наказание обстоятельства у суда нет оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 УК РФ при назначении наказания.

Оценивая личность ФИО2, суд принимает во внимание, что на момент совершения преступления подсудимый являлся лицом, юридически не судимым, постоянного места жительства и регистрации в городе Нижний Тагил не имел, неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение общественного порядка, с *** года состоит на учете у *** с диагнозом: ***, участковым уполномоченным полиции по последнему месту жительства характеризуется отрицательно, как лицо, злоупотребляющее спиртными напитками.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО2 преступления, фактических обстоятельств его совершения, суд не находит оснований для применения при назначении наказания подсудимому правил, предусмотренных ст. 64, 73 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ; полагает, что исправление ФИО2 возможно только в условиях его изоляции от общества, поскольку назначение ему иного наказания не будет способствовать достижению целей, указанных в ч. 2 ст. 43 УК РФ.

Исходя из тяжести совершенного ФИО2 преступления, того обстоятельства, что ранее он лишение свободы на отбывал, наказание в виде лишения свободы, назначенное подсудимому, в силу п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ подлежит отбытию в исправительных колониях общего режима. С учетом вида и размера назначаемого ФИО2 наказания и данных о личности подсудимого суд считает необходимым в соответствии с п. 10 ч. 1 ст. 308 УПК РФ оставить его под стражей до вступления приговора в законную силу. Срок наказания ФИО2 надлежит исчислять с момента провозглашения приговора. При этом в срок отбытия наказания надлежит зачесть время нахождения под стражей по данному уголовному делу в качестве меры пресечения. Суд считает необходимым зачесть ФИО2 в отбытое наказание время содержания под стражей 02 сентября 2016 года, поскольку, несмотря на то, что ФИО2 был задержан 02 сентября 2016 года и доставлен в Отдел полиции в связи с совершением административного правонарушения, имеющимися по делу доказательствами установлено, что именно 02 сентября 2016 года в *** часов он обратился к сотрудникам полиции с явкой с повинной по обстоятельствам причинения телесных повреждений Р.С.Г. (том 1 л.д. 125), а в период с *** часов этого же дня с него были взяты объяснения в качестве подозреваемого (том 1 л.д. 24-27).

В ходе предварительного следствия старшим следователем СО по Дзержинскому району города Нижний Тагил СУ СК РФ по Свердловской области К.Е.Н. приняты решения о вознаграждении адвокатов за участие в предварительном следствии: Нохрина В.В. в сумме ***, Антроповой К.С. в сумме ***. Расходы по вознаграждению адвокатов в соответствии со ст. 131 УПК РФ относятся к процессуальным издержкам и подлежат взысканию с осужденного. Судом не установлено оснований для освобождения ФИО2 полностью или частично от уплаты процессуальных издержек.

Руководствуясь ст. 307 - 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Срок наказания исчислять с 14 апреля 2017 года. Зачесть в отбытый срок наказания время содержания ФИО2 под стражей до и в ходе судебного разбирательства с 02 сентября 2016 года по 13 апреля 2017 года. Меру пресечения ФИО2 оставить прежней - в виде содержания под стражей до вступления приговора в законную силу.

Взыскать с ФИО2 в пользу федерального бюджета процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокатов Нохрина В.В., Антроповой К.С. в общей сумме ***. Перечислить указанную сумму на расчетный счет ***.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения приговора, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, а также в случае принесения апелляционного представления прокурором либо подачи апелляционной жалобы кем-либо из участников процесса, осужденный вправе ходатайствовать в указанный срок о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем должно быть указано в его апелляционной жалобе или подано соответствующее заявление.

Судья: Н.В. Ильютик