Приговор № 22-2532/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья Романов В.В. Дело № 22-2532/2025

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

17 декабря 2025 года г. Саратов

Саратовский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ледневой Е.Е.,

при секретаре судебного заседания Зеленцовой В.Ю.,

с участием:

прокурора Щербаковой А.А.,

представителя потерпевшей ФИО1 – адвоката Артеменко Б.А.,

осужденного ФИО2,

его защитника – адвоката Седова Р.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам потерпевшей ФИО1 и её представителя – адвоката Артеменко Б.А., апелляционной жалобе осужденного ФИО2 и апелляционной жалобе с дополнением действующего в его интересах защитника - адвоката Седова Р.П. на приговор Кировского районного суда г. Саратова от 06 октября 2025 года, которым

ФИО2, <данные изъяты>, несудимый,

осужден по п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ к 1 году лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении, куда определено следовать самостоятельно за счёт государства.

Мера пресечения, в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу, оставлена без изменения.

Срок отбывания наказания исчислен со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. В срок наказания зачтено время следования к месту отбывания наказания из расчёта один день за один день.

Гражданский иск потерпевшей К удовлетворён частично: с ФИО2 в пользу К в счёт компенсации морального вреда взыскана денежная сумма в размере 300 000 рублей.

Также из средств федерального бюджета в пользу К взысканы процессуальные издержки за участие представителя потерпевшего в ходе судебного следствия в размере 8781 рубль, которые постановлено взыскать с ФИО2 в пользу федерльного бюджета.

Разрешена судьба вещественного доказательства - трости, хранящейся в камере хранения ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову, которую постановлено уничтожить.

Заслушав выступления представителя потерпевшей К – адвоката Артеменко Б.А. об изменении приговора, усилении осужденному наказания и увеличении размера взыскания процессуальных издержек на оплату услуг представителя; выступления осужденного ФИО2 и его защитника Седова Р.П., поддержавших доводы апелляционных жалоб и дополнений к ним об отмене приговора и постановлении оправдательного приговора; мнение прокурора Щербаковой А.А., просившей оставить доводы всех жалоб – без удовлетворения, а приговор – без изменения, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 приговором суда признан виновным в умышленном, с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинении средней тяжести вреда здоровью К, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья.

Преступление совершено 20 ноября 2024 года в г. Саратове при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В апелляционных жалобах потерпевшая К и её представитель – адвокат Артеменко Б.С. выражают несогласие с приговором, полагают его подлежащим изменению. В доводах жалоб указывают на несправедливость приговора, отмечая, что осужденным совершено преступление средней тяжести, направленное против здоровья, с применением насилия и предмета, используемого в качестве оружия, при этом какой-либо повод для совершения ФИО2 указанного преступления потерпевшая не давала. Обращают внимание, что ФИО2 вину в совершении преступления не признал, извинений потерпевшей не принёс, мер к заглаживанию причинённого ей вреда не предпринял. Указывают, что судом не принято во внимание, что осужденный нанёс К не менее 10 ударов тростью и прекратил их наносить лишь после того, как с него упали очки, за которыми он потянулся к полу; в результате произошедшего потерпевшая по настоящее время испытывает сильные боли. Полагают, что назначенное ФИО2 наказание не соответствует характеру и степени общественной опасности совершённого преступления, а также личности виновного, не обеспечит достижение таких целей наказания как восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений. Кроме того, потерпевшая и её представитель полагают, что приговор подлежит изменению в части возмещения процессуальных издержек. Обращают внимание, что суд, в нарушение требований процессуального закона, уменьшая размер судебных издержек, связанных с оплатой расходов на представителя до 8 781 рубля, не привёл мотивы, по которым пришёл к выводу о разумности взысканной суммы. Указывая на характер и объём оказанной юридической помощи, отмечают, что достоверных доказательств чрезмерности суммы заявленных процессуальных издержек, связанных с расходами на оплату услуг представителя, защитой представлено не было. Полагают, что уголовно-процессуальное законодательство не предоставляет суду право уменьшать размеры процессуальных издержек произвольно; закон предоставляет адвокату и доверителю право самостоятельно определить условия и размер выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь. Сумма вознаграждения, которую потерпевшая выплатила адвокату в день заключения соглашения, её устроила и она считает её разумной. Кроме того, обращают внимание, что суд взыскал процессуальные издержки за участие представителя потерпевшей лишь на стадии судебного следствия, в то время как представитель потерпевшей участвовал также на подготовительной части судебного заседания, на стадиях судебного следствия, судебных прений, последнего слова подсудимого и провозглашения приговора. Просят приговор изменить: усилить осужденному наказание до 3 лет лишения свободы, увеличить размер взысканных процессуальных издержек до 70 000 рублей.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 указывает о несогласии с приговором, полагая его незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, в связи с несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В доводах, приводя доказательства, на основании которых суд установил его виновность в совершении преступления, отмечает, что данные доказательства им не оспариваются, однако, о совершении им действий, вменяемых ему в вину, они не свидетельствуют. Считает, что судом не была дана надлежащая оценка его показаниям, показаниям свидетелей защиты. Указывает, что в момент, когда во время выгула им своей собаки 20 ноября 2024 года около 18 часов во дворе своего дома, на его собаку налетела большая рыжая собака бойцовской породы «Боксер», намордника на собаке не было, и он, испугавшись её агрессивного настроя, опасаясь за свою жизнь и здоровье начал отбиваться от неё, после чего у него слетели очки и он почувствовал удар с левой стороны. Каких-либо телесных повреждений потерпевшей он не наносил, так как отбивался исключительно от агрессивной собаки, трость на уровень высоты роста взрослого человека он не поднимал. Его доводы об агрессивности собаки, принадлежащей потерпевшей, подтвердили свидетели: М и С. Полагает, что судом не дана оценка всем доказательствам, в том числе, оправдывающим его, а также не дано должной оценки заключению судебно-медицинской экспертизы № 496 от 07.02.2025 года. Считает, что постановленный в отношении него приговор основан на предположениях, поскольку выводы суда о его виновности не подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств; в приговоре не указано, по каким основаниям, при наличии существенных противоречий, суд принял одни из этих доказательств и отверг другие, что в соответствии со ст. 389.16 УПК РФ является основанием к отмене приговора. Просит приговор отменить, оправдать его по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней защитник Седов Р.П., в интересах осужденного ФИО2, выражает несогласие с принятым судом решением, полагая его чрезмерно суровым, постановленным без учёта установленных по делу смягчающих наказание обстоятельств. В доводах основной жалобы обращает внимание, что причинами преступления послужили установленные судом данные о том, что потерпевшая К выгуливала свою собаку породы «Боксер» без намордника и последняя совершила резкое движение, напав на собаку ФИО2 породы «Чихуахуа»; потерпевшая не смогла удержать свою собаку на поводке. Приводя положения ст. 1.9 Закона Саратовской области от 29.07.2009 № 104 ЗСО «Об административных правонарушениях на территории Саратовской области», устанавливающей ответственность за выгул собак без поводка или намордника вне специально отведённых для этого мест, отмечает, что судом необоснованно не учтено в качестве смягчающего наказание обстоятельства – противоправное поведение потерпевшей, явившееся поводом для совершения преступления, предусмотренное п. «з» ч.1 ст. 61 УК РФ. Кроме того, в описательно-мотивировочной части приговора не указано, по какой причине суд пришёл к выводу о невозможности применения к ФИО3 положений ст. 73 УК РФ.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник Седов Р.П. указывает на необоснованность приговора, поскольку изложенные в нём выводы, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, и не подтверждаются доказательствами, исследованными в судебном заседании. Кроме того, отмечает, что судом допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, а потому приговор подлежит отмене. Приводя в жалобе содержащиеся в описательно-мотивировочной части приговора оценки суда о направленности умысла ФИО2 на целенаправленное и контролируемое насилие против человека, а именно, что «собака не могла быть источником таких изолированных и точных повреждений», защитник считает такой вывод ошибочным, не свидетельствующем об умысле ФИО2 на причинение потерпевшей средней тяжести вреда здоровью. Отмечает, что вывод об умышленном характере действий осужденного не основан на доказательствах, исследованных в судебном заседании. Анализируя исследованные судом показания ФИО2 и сопоставляя их с показаниями потерпевшей, защитник утверждает, что последняя фактически подтвердила показания ФИО3 о том, что удары он наносил по собаке породы «Боксер», а не по ней; по К ФИО2 попадал неумышленно, в процессе нанесения ударов тростью для ходьбы по собаке, когда К пыталась забрать свою собаку. При этом ФИО3 даже не видел К, поскольку, по её же пояснениям, «он голову не поднимал, лупил и лупил», «он был полусогнутый, руки втянутые и двумя руками бил». Считает, при таких обстоятельствах, вывод суда о том, что ФИО3 умышленно причинил средней тяжести вред здоровью К не основанным на исследованных в судебном заседании доказательствах и полностью опровергнутым как показаниями подсудимого, так и показаниями самой потерпевшей. Защитник также утверждает, что установленные судом первой инстанции обстоятельства, при которых К получила телесные повреждения, опровергают вывод суда об умышленном причинении ФИО2 средней тяжести вреда здоровью потерпевшей.

Отмечает, что в описательно-мотивировочной части приговора отсутствуют сведения о механизме нанесения телесных повреждений ФИО3 К, а из показаний последней следует, что ФИО3 в момент нанесения ударов голову не поднимал, был полусогнутый, руки втянутые и двумя руками бил, что свидетельствует, что удары наносились именно по собаке и в описанном потерпевшей положении ФИО3 не мог видеть К и умышленно наносить ей удары. Обращая внимание на выводы суда об умышленном характере действий ФИО3, защитник полагает их необоснованными и недоказанными. Указывает, что показания потерпевшей не позволяют выяснить механизм нанесения ей ударов по правой руке и это обстоятельство судом не установлено, в описательно-мотивировочной части приговора не приведено, что свидетельствует, что вывод суда о целенаправленном и контролируемом насилии со стороны ФИО3 в отношении К основан на предположении, что незаконно, в силу требований частей 3 и 4 ст. 14 УПК РФ.

Автор жалобы, ссылаясь на исследованные в судебном заседании доказательства, также обращает внимание на не устранённые судом противоречия в показаниях К относительно количества ударов, нанесённых ей ФИО3, отмечая, что «множественностью нанесённых ударов» суд обосновал свой вывод об умышленном причинении потерпевшей средней тяжести вреда здоровью.

Также защитником указано, что в качестве мотива совершения ФИО2 преступления суд признал наличие неприязненных отношений, возникших вследствие произошедшего между потерпевшей и подсудимым конфликта, что необоснованно, поскольку не соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным судом. Потерпевшая К и ФИО3 ранее были не знакомы, соответственно, неприязненных отношений между ними быть не могло, конфликта между ними также фактически не было, так как из показаний ФИО3 следует, что К он увидел, только когда та убегала с собакой; из показаний потерпевшей также не следует о наличии конфликта между ней и ФИО3, таким образом, неприязнь у последнего могла возникнуть только к собаке породы «Боксер», а не к самой потерпевшей.

Приводя сведения, содержащиеся в приобщенном представителем потерпевшей постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО2 о привлечении К к ответственности по факту причинения ему телесных повреждений, где имеется ссылка на заключение специалиста № 4552 от 22.11.2024, установившего наличие телесных повреждений у ФИО2 в области головы, автор жалобы отмечает, что данное обстоятельство подтверждает показания последнего, однако, своего отражения в приговоре не нашло и юридическая оценка этому не дана. Защитник обращает внимание, что из фактических обстоятельств, установленных судом первой инстанции, фактически следует, что ФИО2 возможно причинил средней тяжести вред здоровью К по неосторожности. Однако, ответственности за подобное уголовный закон не предусматривает.

Кроме того автор жалобы отмечает, что приведённые в приговоре в качестве доказательств вины ФИО2 заключения экспертов: № 278 от 27.01.2025 и № 496 от 07.02.2025, являются недопустимыми доказательствами, поскольку были проведены до возбуждения уголовного дела, а их выводы о тяжести вреда здоровью К сделаны на основании Правил определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека, утверждённых постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 г. № 522 и Приказа МЗ и СР РФ от 24.04.2008 г. № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», которые на момент рассмотрения уголовного дела утратили силу с 01.09.2025, на основании постановления Правительства РФ от 26.07.2025 № 1110. Ссылаясь на положения ст. 196 УПК РФ, автор жалобы отмечает, что характер и степень вреда, причинённого здоровью потерпевшей, должны быть установлены заключением эксперта на основании правил определения тяжести вреда здоровью, действующих на момент рассмотрения уголовного дела судом, для чего необходимо провести соответствующее исследование в рамках судебной медицинской экспертизы, однако, суд данное обстоятельство проигнорировал, сделав вывод о причинении К средней тяжести вреда здоровью на основании заключений экспертов, которые не могут быть признаны допустимыми доказательствами. Указывает также, что исходя из вводной части заключения эксперта № 278 от 27.01.2025 (т.1 л.д. 43-45) оно дано на основании постановления УПП ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову Ш2 от 26 июля 2025 года, однако 26 июля 2025 года данное уголовное дело находилось в производстве дознавателя ОД ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову Т, таким образом, дата составления указанного заключения эксперта вызывает сомнение в достоверности, а данное заключение является недопустимым доказательством.

Также автором жалобы ставится под сомнение вынесенное 25 января 2025 года заместителем прокурора Кировского района г. Саратова К3 постановление об отмене постановления органа дознания об отказе в возбуждении уголовного дела от 09.12.2024, ввиду наличия явных рукописных исправлений печатного текста в дате вынесения постановления (исправлена дата 09.11.2024 на 09.12.2024), что даёт основание усомниться в принятии заместителем прокурора решения, вынесенного органом дознания по результатам рассмотрения заявления К от 20.11.2024.

Полагает, что суд необоснованно пришёл к выводу о виновности ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст. 112 УК РФ, а также о частичном удовлетворении исковых требований потерпевшей К о взыскании в её пользу 300 000 рублей в счёт возмещения морального вреда. Просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО2 оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и защитника Седова Р.П. представитель потерпевшей – адвокат Артеменко Б.А. опровергает изложенные в них доводы и просит оставить их без удовлетворения.

В возражениях на апелляционные жалобы потерпевшей К, её представителя – адвоката Артеменко Б.А., а также на апелляционные жалобы осужденного ФИО2 и его защитника Седова Р.П. – государственный обвинитель Ильменская М.П. указывает о несогласии с ними, просит оставить их без удовлетворения, а приговор – без изменения.

Выслушав участников процесса, проверив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений, выслушав показания эксперта К4, исследовав приобщённые в суде первой и апелляционной инстанций документы, суд апелляционной инстанции находит обвинительный приговор суда в отношении ФИО2 подлежащим отмене, с постановлением по делу нового обвинительного приговора, в соответствии со ст. 389.23 УК РФ по следующим основаниям.

По результатам рассмотрения уголовного дела суд первой инстанции счел доказанным, что 20.11.2024 года, примерно, в 18 часов 00 минут ФИО2 находился у дома 192/208 по ул. Большая Садовая г. Саратова, где у него на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, возник преступный умысел, направленный на причинение средней тяжести вреда здоровью К с применением трости, используемой в качестве оружия. Реализуя указанный преступный умысел, ФИО2 в указанные время и месте, действуя умышленно, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, осознавая общественную опасность своих действий, желая наступления вредных последствий для здоровья К, используя трость в качестве оружия, умышленно нанес этой тростью не менее трех ударов по левой верхней конечности и не менее десяти ударов по правой верхней конечности К, чем причинил ей физическую боль и телесное повреждение в виде закрытого перелома диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков, причинившее вред здоровью человека средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 21 дня; также К причинено телесное повреждение в виде кровоподтёка (1) задней поверхности левого плеча в нижней трети, которое не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью человека.

В соответствии со ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Таким он признается, если постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации установлено, что основанием отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции (п.1 ст. 389.15); приговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если, в том числе: выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда (п.п.1,2 ст. 389.16).

В силу положений ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Как разъяснил на основании ст. 126 Конституции РФ Пленум Верховного Суда РФ в пункте 18 постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», судам следует иметь в виду, что описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора, постановленного в общем порядке судебного разбирательства, должна содержать описание преступного деяния, как оно установлено судом, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Если суд установил обстоятельства преступления, которые не были отражены в предъявленном подсудимому обвинении, но признаны судом смягчающими наказание (к примеру, совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания, в результате физического или психического принуждения; противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для преступления), эти обстоятельства также должны быть приведены при описании деяния подсудимого.

Приведенные в приговоре показания подсудимого ФИО2, а также показания потерпевшей К, иные исследованные судом доказательства, свидетельствуют, что телесное повреждения на правой руке, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью, было причинено ФИО4 К тростью для ходьбы, в тот момент, когда последняя, не приняв должных мер для исключения возможности свободного, неконтролируемого передвижения собственного животного, пыталась забрать за ошейник свою собаку породы «Немецкий боксер» (далее по тексту - «Боксер»), напавшую на собаку ФИО2 породы «Чихуахуа».

Указанные обстоятельства не нашли своего отражения в приговоре и обстоятельством, смягчающим наказание осужденного, противоправность поведения потерпевшей, явившаяся поводом для преступления, признана не была.

Поскольку судебной коллегией установлены иные, нежели установил суд первой инстанции фактические обстоятельства, подлежащие оценке с позиции уголовного закона, обжалуемый приговор подлежит отмене.

Согласно ст. 389.23 УПК РФ в случае, если допущенное судом первой инстанции нарушение может быть устранено при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке, то суд апелляционной инстанции устраняет данное нарушение, отменяет приговор, определение, постановление суда первой инстанции и выносит новое судебное решение.

Поскольку нарушения закона, допущенные районным судом при рассмотрении данного уголовного дела, могут быть устранены судом апелляционной инстанции, судебная коллегия в соответствии с требованиями ст. 389.23 УПК РФ, считает возможным постановить новый приговор.

Проанализировав доказательства, исследованные в судебных заседаниях первой и апелляционной инстанций, судом апелляционной инстанции, установлено, что 20 ноября 2024 года, примерно, в 18 часов 00 минут, ФИО2 находился у <адрес>, где выгуливал на поводке собственную собаку породы «Чихуахуа». В указанное время и месте К, в нарушение требований частей 4 и 5 статьи 13 Федерального закона от 27.12.2018 N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", при выгуле принадлежащей ей собаки породы «Боксер» не исключила свободного, неконтролируемого передвижения данной собаки, чем не обеспечила безопасность для других граждан и животных при её выгуле, в результате чего собака породы «Боксёр» напала на собаку породы «Чихуахуа», принадлежащую ФИО2, а последний, в целях защиты питомца, стал носить удары используемой им тростью для ходьбы по собаке пароды «Боксер».

Приблизившись к ФИО2, К, желая предотвратить нанесение ударов по своей собаке породы «Боксёр», стала оттаскивать её, и в этот момент у ФИО2, находящегося в то же время в том же месте, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к К, возник преступный умысел, направленный на нанесение ей телесных повреждений, реализуя который он, используя трость для ходьбы в качестве оружия, умышленно, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя наступление общественно опасных последствий для здоровья К, не желая, но сознательно допуская наступление таких последствий, либо безразлично относясь к их наступлению, стал наносить данной тростью удары по левой и правой конечностям К, в результате чего последней была причинена физическая боль и телесное повреждение в виде закрытого перелома диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков, причинившее вред здоровью человека средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 21 дня, а также К было причинено телесное повреждение в виде кровоподтёка (1) задней поверхности левого плеча в нижней трети, которое не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стройкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью человека.

Данные обстоятельства установлены судом апелляционной инстанции на основании совокупности следующих исследованных доказательств:

- показаний потерпевшей К, сообщившей в судебном заседании, что у нее имелась собака породы "Боксер", которая характеризовалась добродушным нравом, не проявляла агрессии. 20 ноября 2024 года, приблизительно в 18 часов 00 минут она, будучи одетой в красную куртку, осуществляла выгул данной собаки на поводке без намордника вблизи магазина "Пятерочка", расположенного по адресу: <адрес>. На указанной территории находился ФИО2, выгуливавший собаку меньшей породы. Приблизившись к собаке ФИО2, ее собака совершила резкое движение, в результате которого она не смогла удержать поводок. Ее собака легла на собаку ФИО2, не причиняя ей физической боли, имитируя игровое поведение без признаков агрессии. В данный момент ФИО2 располагался спиной к ней. В этот момент ФИО2 без видимых причин начал наносить ее собаке удары палкой-бадиком, предназначенной для облегчения ходьбы. Она требовала от ФИО2 прекратить бить ее собаку, так как уже от первого удара она остановилась и легла на землю. Затем ФИО2 нанес уже ей (К) приблизительно три удара палкой-бадиком по левой руке по прямой траектории с применением физической силы, в результате чего у неё образовалась обширная гематома. После чего ФИО2 нанес ей дополнительно приблизительно десять ударов палкой-бадиком по правой руке, причинив острую физическую боль. Затем у ФИО3 слетели очки, и он начал их искать. Воспользовавшись тем, что он был занят поиском очков, она взяла свою собаку и направилась к месту жительства. Впоследствии она обратилась в травмпункт, где ей была оказана медицинская помощь. Согласно первичному медицинскому заключению, в результате нанесенных ударов ей был причинен вред здоровью в виде перелома правой руки со смещением, в связи с чем, она проходила лечение. Действиями ФИО2 ей причинен вред здоровью средней тяжести;

- показаний ФИО2, который вину в совершении преступления не признал, и сообщил, что вечером 20 ноября 2024 года около 18 часов 00 минут он находился во дворе и выгуливал свою собаку породы «Чихуахуа», которая была на поводке. В это время на его собаку налетела большая рыжая собака в ошейнике и сразу же схватила её. Он, имея негативный опыт укусов большой собакой, начал защищать своего питомца. Он опасался, что собака может покусать не только его пса, но и его самого. Он начал отбиваться от напавшей собаки, перехватив поводок и используя при этом трость, которая имелась при нём для облегчения ходьбы. В какой-то момент у него слетели очки, и он почувствовал удар с левой стороны. Он начал кричать. К нему подошел молодой человек, который подал ему очки и предложил помощь. После этого он увидел, как женщина в красной куртке держала напавшую собаку за ошейник правой рукой и уводила её в сторону дома №210. Сообщил также, что наносил удары тростью не прицельно, а скорее не глядя, исключительно для защиты от собаки, ударов потерпевшей К не наносил. Он видел, что собака схватила его питомца, и не мог уйти, бросив его. Удары прекратил наносить после того как у него слетели очки. Впоследствии он видел у потерпевшей повязку на руке. Также сообщил, что имеет проблемы со зрением, без очков он не различает лиц, а видит лишь пятна. Считает, что удар, сбивший с лица очки, предположительно нанесла потерпевшая, так как кроме неё рядом никого не было;

- показаний свидетеля Ш2, который сообщил в судебном заседании, что работает в должности участкового уполномоченного полиции отдела №3 в составе Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Саратову. 21 ноября 2024 года он получил от сотрудников дежурной части ОП № 3 в составе УМВД России по городу Саратову сообщение о том, что 20 ноября 2024 года ФИО2, находясь на прогулке со своей собакой у магазина "Пятерочка", расположенного по адресу: <...>, в ходе возникшего конфликта, связанного с собаками, с использованием трости для оказания помощи при ходьбе причинил телесные повреждения К. Прибыв на место происшествия по указанному адресу, он произвел осмотр участка местности, где произошел конфликт, в ходе которого предмет в виде трости, которым были причинены повреждения К, обнаружен не был. Им было отобрано объяснение от ФИО2 и К;

- оглашенных в судебном заседании в порядке статьи 281 УПК РФ с согласия сторон показаний свидетеля Ш, из которых следует, что он является врачом травматологом–ортопедом в ГУЗ "Саратовская городская поликлиника № 2". 20 ноября 2024 года в вечернее время, после 20 часов, к нему на прием обратилась К с жалобами на болевые ощущения в области правого лучезапястного сустава. На момент осмотра состояние пациентки оценивалось как удовлетворительное, сознание - ясное. При объективном осмотре была выявлена отечность и гиперемия области правого лучезапястного сустава, движения активные были незначительно ограничены, пассивные вызывали умеренную боль, при пальпации – умеренная боль, осевая нагрузка - резко болезненна. В ходе приема пациентка пояснила, что была избита неизвестным 20 ноября 2024 года в 18.00 часов, по адресу: ФИО5, д. 208. По окончании приема был поставлен диагноз: "закрытый перелом нижней трети локтевой кости правого предплечья со смещением отломков" (т.1 л.д.117-120);

- оглашенных в судебном заседании в порядке статьи 281 УПК РФ, с согласия сторон, показаний свидетеля К2, из которых следует, что 20 ноября 2024 года в позднее время, либо утром 21 ноября 2024 года его мать - К, сообщила ему по телефону о том, что во время прогулки с собакой по улице Большая Садовая вблизи магазина "Пятерочка" по адресу: <...>, неизвестный мужчина начал избивать ее собаку. Когда мать попыталась заступиться за животное и успокоить мужчину, он начал наносить удары ей самой. Со слов матери, неизвестный мужчина нанес удары в область ее правой руки, после чего она почувствовала сильную боль. В определенный момент, когда нападавший потерял очки и отвлекся на их поиски, его мать забрала собаку и покинула место происшествия. В дальнейшем болевые ощущения в правой руке сохранялись и характеризовались ею как невыносимые. После возвращения домой она приняла решение обратиться в травматологический пункт. В медицинском учреждении ей выполнили рентгенографическое исследование, по результатам которого был диагностирован перелом правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков, а также зафиксирован кровоподтек задней поверхности левого плеча в нижней трети. После наложения гипсовой повязки она была отпущена домой (т.1 л.д.133-135);

- показаний свидетеля защиты С, которая пояснила, что проживает рядом с К. За годы совместного проживания она регулярно видела К в подъезде и во время прогулок с собаками у дома 192/208 по улице Большая Садовая. К содержала собаку породы «Боксер». Животное К постоянно находилось без намордника, несмотря на просьбы его надеть. Собака проявляла агрессию к ее питомцу, несколько раз накидываясь после обнюхивания. В другой раз собака не пускала её в лифт и проявляла агрессию во время совместной поездки. Она боялась собаку К. О произошедшем 20 ноября 2024 года с ФИО2 она узнала со слов своей матери. Ей стало известно, что ФИО2 гулял со своей собакой, на которую накинулся «Боксер» К, после чего ФИО2 забрали в полицию. Свидетель охарактеризовала ФИО2 исключительно с положительной стороны, указав, что он является добрым, работящим и всегда готовым помочь;

- показаний свидетеля защиты М, которая пояснила, что знакома с К, так как проживет в соседнем доме, и часто встречала ее во дворе во время прогулок. К иногда гуляла с собакой породы «Бульдог» рыжего с белым цвета, которую всегда выпускала без поводка. Сообщила, что не видела, чтобы собака К кусала людей, однако видела, что собака агрессивно вела себя с другими собаками. Она (ФИО6) испытывала страх, так как боялась собак, и их бесконтрольный выгул без поводка её пугал. Собака часто лаяла, и она опасалась её потенциальной агрессии. О событиях, ставших предметом разбирательства, она узнала из разговоров во дворе. Сама она очевидцем происшествия не была. ФИО2 знает давно, как соседа, отношения соседские;

- заявления К от 20.11.2024 года на имя начальника ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову, в котором она просит привлечь к ответственности неизвестного ей гражданина за то, что он 20.11.2024 года примерно в 18 ч. 00 минут, когда она гуляла со своей собакой и собака сорвалась и побежала к собаке неизвестного ей гражданина, тот увидев это начал бить сначала по собаке предметом похожим на палку, а после он ударил и её тоже несколько раз по руке (т. 1 л.д. 9);

- рапортов о принятии сообщения о происшествии, поступивших из медицинских организаций, куда К обращалась за помощью в связи с полученным телесным повреждением (т.1 л.д. 7,14);

- протокола принятия устного заявления от К, которая просит привлечь к уголовной ответственности неизвестного, который избил её тростью (т. 1 л.д. 16);

- заключения специалиста № 4664 от 28.11.2024, в котором отражено, что К находилась на стационарном лечении с 21.11.2024 по 27.11.2024 с диагнозом: закрытый перелом нижней трети правой локтевой кости со смещением отломков, выписана на амбулаторное лечение. Предъявляла жалобы на боль в правой верхней конечности. Объективно: от средней трети правого плеча и до пальцев правой кисти – гипсовая повязка. На задней поверхности левого плеча в нижней трети – кровоподтёк сине-зелёноватого цвета округлой формы размером 10х9,5 см. Согласно выводам эксперта, дать заключение о наличии телесных повреждений и степени тяжести вреда, причинённого здоровья К, возможно только после полного окончания лечения с предоставлением всех подлинных медицинских документов (т.1 л.д. 18-19);

- протокола осмотра места происшествия от 21.11.2024 года, согласно которому осмотрен участок местности, расположенный у д. 192/208 по ул. Большая Садовая г. Саратова (т.1 л.д. 23-24);

- протокола осмотра места происшествия от 21.11.2024 года с фототаблицей, в ходе которого осмотрен участковый пункт полиции №31 ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову, где у присутствующего ФИО2 изъята трость для ходьбы чёрного цвета, алюминиевая (т.1 л.д. 26-28);

-протокола выемки от 26.02.2025, согласно которому свидетелем Ш2 добровольна выдана дознавателю трость для ходьбы ( т.1 л.д. 85-87);

- протокола осмотра предметов от 05.06.2025 года с фототаблицей, согласно которого была осмотрена трость черного цвета, изъятая у ФИО2 в ходе осмотра места происшествия от 21.11.2024 года (т. 1 л.д.99-103);

- справки об инвалидности К, согласно которой последней с 14.12.2016 установлена вторая группа инвалидности бессрочно (т.1 л.д. 78-79);

- заключения судебно–медицинской экспертизы № 278 от 29.01.2025 года, согласно выводов которой, у К имелись повреждения, которые по степени тяжести вреда, причиненного здоровью можно условно разделить на группы: А) закрытый перелом диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков; Б) кровоподтек (1) задней поверхности левого плеча в нижней трети. Указанные повреждения групп «А» и «Б» образовались в результате травматических воздействий тупого (-ых) твердого(-ых) предмета (-ов). 2. Указанное повреждение группы «А» квалифицируется как повреждение, причинившее вред здоровью человека средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 21 дня (Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Постановление Правительства РФ от 17.08.2017 г. № 522 и Приказ МЗ СР РФ от 24.04.2008г. №194Н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», пункт 7.1). Указанное повреждение группы «Б» не повлекло за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью человека (Правила определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека. Постановление Правительства РФ от 17.08.2017 г. № 522 и Приказ МЗ СР РФ от 24.04.2008г. №194Н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причинённого здоровью человека», пункт 9).

Диагноз: «Перелом нижнего конца лучевой кости» во внимание при оценке степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, не принимался, так как не подтвержден данными дополнительных исследований (рентгенография).

Учитывая морфологическую картину кровоподтека задней поверхности левого плеча в нижней трети (кровоподтек сине-зеленоватого цвета), а также учитывая размерные характеристики вышеописанного кровоподтека, описанные в представленном заключении специалиста №4664 от 28.11.2024 г., можно сделать вывод о том, что с момента получения кровоподтека задней поверхности левого плеча в нижней трети К до момента проведения судебно-медицинского обследования №4664 от 28.11.2024 г. прошел примерный промежуток времени 3-8 суток.

Учитывая средние сроки образования костной мозоли на 3-4 неделю после образования перелома, а так же учитывая отсутствие на рентгенограмме от <дата> признаков консолидации перелома диафиза правой локтевой кости в нижней трети, можно сделать вывод о том, что с момента получения закрытого перелома диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков К до момента проведения рентгенограммы 20.11.2024 г. в ГУЗ «СГП №2» прошел примерный промежуток времени не более 3-4 недель. 3. Учитывая анатомическую локализацию, морфологию, а также взаиморасположение повреждений, указанные повреждения групп «А» и «Б» могли образоваться в результате не менее одного травматического (-их) воздействия (-ий) в область правого предплечья, не менее одного травматического (-их) воздействия (-ий) в область левого плеча. 4. Учитывая разную анатомическую локализацию повреждений, а также их характер, образование повреждений групп «А» и «Б» при падении из положения стоя, маловероятно (т. 1 л.д.43-45);

- заключения эксперта №496 от 08.02.2025 года, согласно выводам которого у К имелись повреждения, которые по степени тяжести вреда, причиненного здоровью можно условно разделить на группы: А) закрытый перелом диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков; Б) кровоподтек (1) задней поверхности левого плеча в нижней трети. Учитывая анатомическую локализацию, а также механизм образования повреждения группы «А», не исключается возможность образования указанного повреждения (в отдельности от повреждения группы «Б») при падении из положения стоя, с последующим ударом о тупой твердый предмет (т. 1 л.д.47-49).

Допрошенная в судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт К4, подготовившая вышеуказанные заключения, сообщила, что в целях дачи заключения ею проводилось исследование медицинской документации: медицинских карт К, заключения специалиста, а также непосредственный осмотр К - при даче первого заключения. Выводы о времени получения телесного повреждения группы «А» она формулировала на основании полученных объективных данных, а именно рентгенограммы, где не определялось образование костной мозоли в месте перелома. Место повреждения в момент осмотра ею, а также при осмотре специалистом 21 ноября 2024 года было скрыто под гипсом, который они (эксперты) снимать для осмотра не могут, так как не являются травматологами. Из описания повреждения врачом-травматологом усматривалось наличие отёчности в области нижней трети правого предплечья; данных о наличии кровоподтёка в указанном месте и его морфологии, в медицинских документах не имелось, соответственно, высказаться более точно о моменте получения повреждения, исходя из других объективных данных, она не имела возможности. При этом эксперт указала, что повреждение, диагностированное у К, могло быть получено 20 ноября 2024 года при указанных последней обстоятельствах. Также эксперт сообщила, что изменения, внесённые в нормативные акты, на основании которых в настоящее время (после сентября 2025 года) определяется степень тяжести вреда, причинённого здоровью человека, не повлияют на вывод о степени тяжести вреда здоровью, причинённого в данном случае, поскольку диагностированный у К перелом по-прежнему относится к повреждениям, причинившим вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья сроком свыше 21 дня.

Кроме вышеуказанных доказательств, в судебном заседании исследованы следующие приобщённые документы:

- сведения о характеристиках собаки пароды «Боксер» (Немецкий боксер), согласно которым предназначением собаки указано: компаньон, охранная и рабочая собака. Поведение и темперамент: Боксер обладает крепкой нервной системой, бесстрашен, уверен в себе, спокоен и уравновешен. С давних пор боксер славится преданностью и верностью своему хозяину и его семье, а также бдительностью и бесстрашием защитника. Он ласков со своими, но недоверчив к чужим, весел и дружелюбен в игре, но бесстрашен в атаке. Легко обучается благодаря природной послушности, храбрости бойцовским качествам, резвости и отличному обонянию. В указанных сведениях содержатся подробное описание внешнего вида собаки, её окрас, рост, вес (у сук около 25 кг. при росте около 56 см.) (т.1 л.д. 185-189);

- копии удостоверений К, подтверждающих, что она является пенсионеркой с 2003 года и ветераном труда Саратовской области (т.1 л.д. 196-197);

- копии медицинских документов, характеризующих состояние здоровья К и прохождение ею лечения, в том числе в августе 2024 года по поводу закрытого перелома головки средней фаланги 5-го пальца левой кисти (т.1 л.д. 199-207);

- копии медицинских документов о прохождении лечения собакой К породы «Боксер», женского рода, по кличке «Наргиз», в возрасте на 24.03.2025 года - 8 лет; вес собаки – 29 кг., выставленном диагнозе и назначениях, а также выполнении эвтаназии данной собаки по согласованию с владельцем 4 июля 2025 года (т.1 л.д. 208-219);

- копии медицинских документов (т. 1 л.д. 227-234), в том числе приобщённые в суде апелляционной инстанции, о прохождении ФИО7 стационарного лечения и выставленных диагнозах в период с декабря 2023 года по октябрь 2025 года, а также выписка из медицинской карты на его сестру – Б2;

- сведения из участковой ветеринарной лечебницы №2 о выставленном диагнозе собаке пароды «Чихуахуа» 23.11.2024 года: «кусаные раны поясничного отдела, гематомы»;

- копия свидетельства о рождении на имя ФИО2, матерью которого указана ФИО8, которой согласно справки, с 4 апреля 2023 года бессрочно установлена 1 группа инвалидности (т.1 л.д. 238-239);

- копия решения Кировского районного суда г. Саратова от 22.06.2021, согласно которому ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ года рождения признана недееспособной (т.1 л.д. 240-241).

- копия заявления ФИО9 в УПФР, согласно которого последний является лицом, осуществляющим уход за Б (т.1 л.д. 242-243);

- копия постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 06 декабря 2024 года, вынесенного по обращению ФИО2 по факту нанесения ему 20 ноября 2024 года неизвестной женщиной ударов по голове и лицу во время того как он наносил удары собаке «Боксер», напавшей на его собаку породы «Чихуахуа» и копии материала проверки КУСП № 44173 от 21.11.2024 по заявлению ФИО2.

Приведенные показания потерпевшей К, а также подсудимого ФИО2, допрошенных свидетелей, в том числе и свидетелей защиты, а также вышеприведённые письменные доказательства, суд апелляционной инстанции находит допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований закона. Данные доказательства в целом друг другу не противоречат, их совокупность является достаточной для установления обстоятельств совершения преступления.

Оснований для оговора со стороны свидетелей, в том числе свидетелей защиты, ФИО2, а также потерпевшей К судом не установлено, данных об этом в материалах уголовного дела не содержится.

Все вышеприведенные доказательства, указывающие на причины возникшего конфликта, суд апелляционной инстанции находит последовательными, логичными, согласующимися между собой, потому признает их достоверными и кладет в основу приговора.

Анализ вышеприведённых доказательств прямо свидетельствуют, что нанесению ударов ФИО2 К предшествовало то обстоятельство, что принадлежащая последней крупная собака пароды «Боксер», свободное передвижение которой в установленном законном порядке не было ограничено потерпевшей, напала на небольшую собаку породы «Чихуахуа». В указанной обстановке ФИО2, защищая своего питомца, стал с силой наносить удары алюминиевой тростью, которою использовал для ходьбы, по собаке пароды «Боксер». В этот момент находящаяся рядом хозяйка собаки породы «Боксер» - К стала требовать от ФИО2 прекратить нанесение ударов по собаке, а также попыталась оттащить свою собаку за ошейник, однако, последний, испытывая неприязненное отношение к К и её собаке, не прекратил свои действия, а продолжил наносить удары, в том числе, по верхним конечностям К, в результате чего у последней образовалось повреждение в виде закрытого перелома диафиза правой локтевой кости в нижней трети со смещением отломков, причинившее вред её здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья сроком свыше 21 дня, а на задней поверхности левого плеча в нижней трети образовался кровоподтёк, не причинивший вреда здоровью. Нанесение ударов ФИО2 было прекращено, в связи с тем, что с него слетели очки, которые он стал искать.

Данные выводы суд апелляционной инстанции основывает на последовательных показаниях К и ФИО2, а также показаниях свидетелей, которым стало известно о произошедшем со слов потерпевшей через непродолжительное время после случившегося, в том числе показаниях врача-травматолога, который осмотрел потерпевшую и диагностировал у неё перелом.

При этом у суда апелляционной инстанции отсутствует необходимая совокупность доказательств, объективно подтверждающих количество ударов, нанесенных ФИО2 по конечностям потерпевшей, поскольку из заключений эксперта следует, что повреждения у неё образовались не менее чем одного воздействия на каждую конечность, в связи с чем, указание в обвинении о точном количестве ударов, нанесенных ФИО2 по каждой верхней конечности К подлежит исключению из обвинения.

Вместе с тем, вопреки доводам защиты, об умышленном нанесении ФИО2 ударов по конечностям потерпевшей, ввиду внезапно возникшего неприязненного отношения к последней, свидетельствуют установленные обстоятельства, связанные с расположением К в непосредственной близости от ФИО2, её активных действиях, направленных на пресечение нанесения последним ударов по её собаке породы «Боксер», о чём свидетельствует намерение потерпевшей оттащить свою собаку за ошейник.

Указанное подтверждается вышеприведёнными показаниями потерпевшей и подсудимого, заявлением К, постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению ФИО2, а также локализацией телесных повреждений, обнаруженных у К.

При таких обстоятельствах, пояснения ФИО2 о том, что К он увидел только удаляющейся от него вместе собакой, после того как надел упавшие очки, суд апелляционной инстанции находит избранным им способом защиты от предъявленного обвинения.

Вышеприведённые доказательства прямо свидетельствуют, что ФИО2 осознавал, что нанесение ударов металлической тростью для ходьбы по рукам потерпевшей причинит ей физическую боль, а также допускал, что такие удары могут повлечь причинение вреда здоровью человека, относясь безразлично к данным последствиям.

Оснований полагать, что телесное повреждение как на правой, так и на левой конечности могло быть получено К при иных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит, поскольку исследованные доказательства указывают, что потерпевшая обратилась за медицинской помощью через непродолжительное время после произошедших событий, пояснив врачу обстоятельства получения ею повреждений, что следует из показаний свидетеля Ш. Кроме того, о произошедшем потерпевшая сразу сообщила сыну, описав подробно случившееся, а также дала объяснения участковому, проводившему проверку по поступившему от К и из медицинских организаций сообщению.

Исследованные данные об общих характеристиках собак породы «Боксер» как и конкретные сведения о собаке, принадлежащей К, в частности о её весе, зафиксированном в медицинской документации, повреждения на собаке подсудимого породы «Чихуахуа», отражённые в представленной им справке, подтверждают показания свидетелей С, М и подсудимого ФИО2 о том, что собака К имела угрожающий вид, её поведение по отношению к посторонним не всегда было дружелюбным, а по отношению к другим собакам – зачастую агрессивным, ввиду чего, К надлежало принимать исчерпывающие меры для полного контроля за передвижением своего питомца, недопущения с его стороны возможности укусить или иным образом причинить вред людям и животным. Однако, последняя указанные обязанности игнорировала, что и послужило поводом к совершению ФИО2 преступления.

У суда апелляционной инстанции отсутствуют основания поставить под сомнение выводы экспертных заключений и показаний эксперта К4, установившей степень тяжести вреда здоровью потерпевшей и указавшей о возможных сроках и обстоятельствах получения ею повреждений, поскольку, вопреки доводам защитника, заключения получены в установленном законом порядке, а изложенные в них выводы не противоречат другим доказательствам по делу.

В соответствии с положениями ч.1 ст. 144 УПК РФ при проверке сообщения о преступления дознаватель, орган дознания, следователь, руководитель следственного органа вправе получать объяснения, образцы для сравнительного исследования, истребовать документы и предметы, изымать их в порядке, установленном настоящим Кодексом, назначать судебную экспертизу, принимать участие в ее производстве и получать заключение эксперта в разумный срок, производить осмотр места происшествия, документов, предметов, трупов, освидетельствование, требовать производства документальных проверок, ревизий, исследований документов, предметов, трупов, привлекать к участию в этих действиях специалистов, давать органу дознания обязательное для исполнения письменное поручение о проведении оперативно-розыскных мероприятий.

Согласно ч.2.1 указанной статьи полученные в ходе проверки сообщения о преступлении сведения могут быть использованы в качестве доказательств при условии соблюдения положений статей 75 и 89 настоящего Кодекса. Если после возбуждения уголовного дела стороной защиты или потерпевшим будет заявлено ходатайство о производстве дополнительной либо повторной судебной экспертизы, то такое ходатайство подлежит удовлетворению.

Учитывая отсутствие в материалах уголовного дела ходатайств стороны защиты или потерпевшей о проведении по уголовному делу экспертизы после возбуждения уголовного дела, а также каких-либо сомнений в обоснованности выводов эксперта, оснований для назначения дополнительной или повторной экспертизы у дознавателя не имелось.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований согласиться с защитой и признать недопустимым доказательством – заключение эксперта № 278 от 29.01.2025 года, ввиду ссылки в нём на постановление УУП ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову Ш2 от 26.07.2025 года, поскольку указанная дата является опечаткой, так как содержащееся в материалах уголовного дела постановление, вынесенное УУП ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову Ш2 о назначении судебной медицинской экспертизы датировано 26 января 2025 года (т.1 л.д. 42). Таким образом, допущенная в тексе заключения экспертом опечатка в дате вынесения постановления, на законность получения заключения не влияет, и выводов, изложенных в нём, под сомнение не ставит.

Содержащиеся в заключениях выводы эксперт К4 полностью подтвердила, будучи допрошенной в судебном заседании, дав подробные и обстоятельные пояснения по всем вопросам. Оснований для назначения и проведения по уголовному делу дополнительных и повторных исследований суд апелляционной инстанции не усматривает.

Суд апелляционной инстанции также не может согласиться с доводами защитника о том, что принятое ранее по уголовному делу решение об отказе в возбуждении уголовного дела не было отменено заместителем прокурора Кировского района г. Саратова в установленном законом порядке, поскольку принятое прокурором решение содержит не только указания на дату, но и на обстоятельства, по которым проводилась проверка и принималось процессуальное решение. С учётом изложенного, каких-либо препятствий для принятия по уголовному делу решения, не имелось.

Принятое по заявлению ФИО2 решение об отказе в возбуждении уголовного дела по факту причинения ему телесных повреждений на правильность юридической оценки его действий не влияет. Вопрос о виновности лиц, причастных к совершению в отношении него противоправных действий, подлежит рассмотрению в отдельном производстве.

Приведенная выше совокупность доказательств, на основании которых суд апелляционной инстанции пришёл к выше обозначенным выводам прямо свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО2 состояния необходимой обороны либо неосторожного причинения вреда здоровью К.

Осознанные и целенаправленные действия ФИО2 в момент нанесения ударов, а также его последующее поведение, позволяют прийти к однозначному выводу об отсутствии у него состояния сильного душевного волнения (аффекта) в момент совершения преступления.

Принимая во внимание данные о личности ФИО2, а также его поведение во время и после совершения преступления, в ходе судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции признаёт его вменяемым по отношению к совершенному деянию и подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Действия ФИО2 суд апелляционной инстанции квалифицирует по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ – как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершённое с использованием предмета, используемого в качестве оружия.

При назначении ФИО2 наказания за совершенное преступление, суд апелляционной инстанции, руководствуясь ст.ст. 6,60,61 УК РФ, учитывает влияние наказания на его исправление, на достижение таких целей правосудия, как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения им новых преступлений; принимает во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности ФИО2, который ранее к уголовной и административной ответственности не привлекался, исключительно положительно характеризуется, имеет постоянное место жительства, осуществляет уход за матерью-инвали<адрес> группы.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а равно других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, по делу не установлено, в связи с чем, оснований для применения ст. 64 УК РФ суд апелляционной инстанции не видит, не находит и оснований для применения положений ч.6 ст. 15 УК РФ и изменения категории тяжести преступления.

При определении вида и размера наказания ФИО2 суд апелляционной инстанции учитывает влияние наказания на условия жизни семьи осужденного, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств и наличие смягчающих, в качестве которых, в соответствии с п. «з» ч.1, ч.2 ст.61 УК РФ суд признаёт противоправность поведения потерпевшей, явившуюся поводом совершения преступления; наличие тяжёлых хронических заболеваний у ФИО2 и его близких родственников.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что цели наказания в отношении ФИО2 могут быть достигнуты при назначении ему наказания в виде лишения свободы, с применением ст. 73 УК РФ – условно, с установлением испытательного срока, в течение которого осужденному надлежит своим поведением доказать исправление.

Оснований для назначения дополнительного наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Потерпевшей К в судебном заседании заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного преступлением, 500 000 рублей.

Оценивая доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции при определении размера морального вреда учитывает положения ст. 151 ГК РФ и принимает во внимание характер и степень тяжести причинённых потерпевшей нравственных страданий, связанных с получением телесного повреждения, а именно причинением ей физической боли, а также испытываемым дискомфортом при устранении последствий полученного повреждения с учётом возрастных особенностей и общего состояния её здоровья. Вместе с тем, принимает во внимание установленные судом обстоятельства, а именно то, что поводом к совершению преступления послужили противоправные действия самой К. При таких обстоятельствах, исходя из требований справедливости и соразмерности, суд апелляционной инстанции полагает возможным удовлетворить требования о компенсации морального вреда частично, а именно в размере 100 000 рублей.

Из представленных в материалы дела документов, а также протокола судебного заседания следует, что потерпевшей К для представления её интересов в ходе рассмотрения уголовного дела в суде, составление искового заявления, заключено соглашение с адвокатом Артеменко Б.А., который принимал участие в рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО2 судом первой инстанции. За оказанные услуги потерпевшей оплачено 70 000 рублей, что подтверждается квитанцией.

На основании части 3 статьи 42 УПК РФ потерпевшему обеспечивается возмещение расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям пункта 1.1 части 2 статьи 131 УПК РФ. Потерпевшему подлежат возмещению необходимые и оправданные расходы, связанные с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые должны быть подтверждены соответствующими документами.

В соответствии с положениями п. 1.1 ч. 2 ст. 131 УПК РФ во взаимосвязи с ч. 1 ст. 132 УПК РФ процессуальными издержками являются связанные с производством по уголовному делу расходы, включая суммы, выплачиваемые потерпевшему на покрытие расходов, связанных с выплатой вознаграждения представителю потерпевшего, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

Принимая во внимание объём и характер оказанной представителем потерпевшей – адвокатом Артеменко Б.А. правовой помощи, количество судебных заседаний, в которых он принимал участие, а также действующие в городе Саратове расценки на оказание аналогичных услуг, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что отвечающим требований разумности и справедливости является размер процессуальных издержек, составляющий 40 000 рублей, который и подлежат возмещению потерпевшей из средств федерального бюджета.

Исходя из смысла положений ч. 1 ст. 131 и ч.ч. 1, 2, 6 ст. 132 УПК РФ в их взаимосвязи, следует, что возмещение процессуальных издержек за счет средств федерального бюджета производится, если в судебном заседании будут установлены имущественная несостоятельность лица, с которого они должны быть взысканы, либо, если имеются основания для освобождения осужденного от их уплаты.

Учитывая, отсутствие в материалах дела сведений об имущественной несостоятельности ФИО2 или его нетрудоспособности, а равно данных о том, что имеющиеся у него хронические заболевания существенно ограничивают его трудовую функцию, взысканные из средств федерального бюджета суммы в счет возмещения процессуальных издержек по уголовному делу, подлежат взысканию с ФИО2 в полном объёме.

Вещественным доказательством по делу необходимо распорядиться с учётом мнения сторон и положений ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.23 и 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПРИГОВОРИЛ:

приговор Кировского районного суда г. Саратова от 6 октября 2025 года в отношении ФИО2 - отменить, вынести обвинительный приговор, которым

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 1 год.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание считать условным, с испытательным сроком 1 год, обязав его, не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденного.

Гражданский иск потерпевшей К – удовлетворить частично. Взыскать с ФИО2 в пользу К в счёт компенсации морального вреда денежные средства в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Выплатить К, <данные изъяты>, зарегистрированной по адресу: <адрес> из средств федерального бюджета на расчётный счёт: №, процессуальные издержки за участие представителя потерпевшего на стадии судебного рассмотрения уголовного дела № в размере 40 000 (сорок тысяч рублей), перечислив их с расчётного счёта Управления Судебного департамента по Саратовской области, ИНН <***>.

Взыскать с ФИО2, <данные изъяты>, на счёт федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг представителя потерпевшей по уголовному делу № 1-296/2025 в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Вещественное доказательство по уголовному делу:

- хранящуюся в камере хранения ОП №3 в составе УМВД России по г. Саратову трость для ходьбы из металла чёрного цвета – уничтожить.

В остальной части апелляционную жалобу осужденного ФИО2, дополнительную апелляционную жалобу защитника Седова Р.П., а также апелляционные жалобы потерпевшей К и её представителя – адвоката Артеменко Б.А. – оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор вступает в силу немедленно и может быть обжалован в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Кировский районный суд г. Саратова, в течение шести месяцев со дня его вынесения. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в Первый кассационный суд общей юрисдикции. В случае обжалования данного приговора, осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий