Решение № 2-2618/2023 2-270/2024 2-270/2024(2-2618/2023;)~М-2169/2023 М-2169/2023 от 20 февраля 2024 г. по делу № 2-2618/2023

Гражданское дело № 2-270/2024

40RS0026-01-2023-002776-78


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 февраля 2024 года город Обнинск Калужской области

Обнинский городской суд Калужской области в составе

председательствующего судьи Копыловвой О.С.,

при секретаре судебного заседания Хохловой А.В.,

с участием прокурора Клейн А.Ю., истца ФИО1, представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Здоровье семьи» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Здоровье семьи» (далее ООО «Здоровье семьи»), в котором с учетом уточнения исковых требований просил взыскать денежную компенсацию морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинской помощи жене ФИО4, повлекшей её смерть, в размере 500 000 руб., а также расходы на юридические услуги в размере 40 000 руб.

В обоснование своих требований ФИО1 указывал, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дефекта оказания медицинской помощи работниками ООО «Здоровье семьи» умерла его жена, ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Смерть супруги ФИО4 явилась для истца невосполнимой утратой, причинившей ему значительные нравственные страдания. Считая, что жизнь жены можно было спасти оказанием своевременной и квалифицированной медицинской помощи, истец просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда и расходы на юридические услуги.

ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований привлечены врачи ООО «Здоровье Семьи», ФИО5 и ФИО6, осуществлявшие приём ФИО4 01.02.2023г. и 04.02.2023г. соответственно, а также врач-кардиолог ФИО7, подписавшая заключение по результатам электрокардиограммы.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал, в обоснование сослался на основания и доводы, изложенные в иске. Пояснил, что прожил с супругой совместно 23 года, однако брак зарегистрировали лишь в 2020 году. Указал, что состояние ФИО4 ухудшалось с каждым днём, лечение не давало улучшений. Полагал, что при правильном и своевременном диагностировании состояния ФИО4 была возможность избежать неблагоприятных последствий. Поскольку у ФИО1 и ФИО4 не было совместных детей, он особо остро перенёс утрату близкого человека, остался один.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, в обоснование сослался на основания и доводы, изложенные в иске.

Представитель ответчика ООО «Здоровье семьи» - ФИО3 в судебном заседании считал, что заявленный размер компенсации морального вреда является завышенным, возражал против удовлетворения иска, ссылаясь на отсутствие прямой причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью и смертью ФИО4

Представитель третьего лица ФГБУЗ КБ № ФМБА России, третьи лица ФИО6, ФИО5, ФИО7, извещавшиеся надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, в суд не явились, своего представителя в суд не направили.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства по делу, заслушав заключение прокурора, считавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, суд приходит к следующему.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ, приходилась истцу супругой, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака.

Ст. 41 Конституции Российской Федерации закреплено, что каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Согласно положениям ст. 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3).

В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

П. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и ч. 3 ст. 98).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Как установлено в судебном заседании и сторонами не оспаривалось, ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 обратилась в ООО «Здоровье семьи» с жалобами на выраженную изжогу, жжение – давление за грудиной в положении лёжа после еды, по характеру и локализации болей, она была направлена из регистратуры к врачу гастроэнтерологу-терапевту ФИО5 На приёме ФИО5 поставлен диагноз: «К21.0 Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь Эрозивный ? рефлюкс-эзофагит», назначен план обследования (ЭКГ, ФГДС, ан крови на АТ Джи к хеликобактер пилори, общ ан крови, мочи, биохимия (общ белок, АСТ, АЛТ, билирубин, креатинин, хс, сахар, Ггтп), ТТГ, УЗИ ОБП, также рекомендовано соблюдение диеты при ГРЭБ и назначено медикаментозное лечение: рабепразол (разо, рабелок), итоприда гидрохлорид (ганатон, итомед, итопра).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 выполнила весь назначенный план обследования, а именно: сдана моча, кровь (биохимический анализ, общий анализ), проведено ультрозвуковое исследование брюшной полости, эндоскопия, ЭКГ.

В связи отсутствием улучшений, 04.02.2023г. ФИО8 обратилась в ООО «Здоровье семьи» к врачу ФИО6 с жалобами на боль загрудинную после еды. Проведен осмотр, поставлен диагноз: К80.2 дискинезия желче-выводящих путей, К21 гастроэзофагеальная рефлюк, К29 гастрит, дуоденит. Лечение дополнено препаратами дюспаталин, мотилиум.

05.02.2023г. ввиду ухудшения состояния ФИО4, ФИО1 был осуществлен вызов бригады скорой медицинской помощи.

Как следует из карты вызова СМП №, ФИО4 жаловалась на боль за грудиной жгучего характера, иррадирующую в плечи и нижнюю челюсть.

ФИО4 была доставлена в приемное отделение ФГБУЗ КБ № ФМБА России с жалобами на выраженную слабость, отдышку, постоянные интенсивные «жгучие» боли в н\3грудины с иррадиацией в обе руки вне связи с физической нагрузкой, повышение артериального давления. На основании анамнеза, клиники изменений на ЭКГ выставлен диагноз: основное заболевание: ИБС. ОКС пST передне-распространенной локализации от 05.03.2023г., фоновое заболевание: гипертонипческая болезнь III стадии, 2 ст.ВОЗ, риск ССО4 (очень высокий); осложнения основного заболевания: ХСН I (ФК II); сопутствующие заболевания: ГРЭБ в стадии эрозивного эрозивного рефлюкс-эзофагита; Хиатальная грыжа, Хр. гастрит, обострение; Дуоденогастральный рефлюкс; Хр. Дуоденит, обострение; Хр.панкреатит, обострение; Тиреоидэктомия от 2015г.; Гипотериоз.

05.02.2023г. ФИО4 проведена коронарография; МР, БАП, Стентирование ОВ, ПМЖВ и ДВ (3 стента).

06.02.2023г. ФИО4 скончалась.

В соответствии с протоколом патолого-анатомического вскрытия № от 07.02.2023г. основная причина смерти ФИО4 – острый инфаркт миокарда.

Основное заболевание: ИБС. Острый с подъемом ST инфаркт миокарда ЛЖ передне-распространенной локализации от 05.02.2023г. Многососудистое поражение коронарных артерий. КАГ от 05.02.2023г. ПМЖВ – стеноз проксимального сегментадо 80%, 1-я ДВ – стеноз проксимальной трети до 99%, ОВ – окклюзия. ТЛБАП и стентирование ОВ, ПМЖВ и ДВ (3 стента) от 05.02.2023г. Фоновое заболевание: гипертонипческая болезнь III стадии, 2 ст.ВОЗ, риск ССО4 (очень высокий). Осложнения основного заболевания: ХСН I (ФК II). Фибрилляция желудочков от 05.02.2023г. Кардиогенный шок. Отек легких. ИВЛ. Асистолия от 06.20.2023г. Сердечно-легочная реанимация от 06.02.2023г. Сопутствующие заболевания: ГРЭБ в стадии эрозивного эрозивного рефлюкс-эзофагита; Хиатальная грыжа, Хр. гастрит, обострение; Дуоденогастральный рефлюкс; Хр. Дуоденит, обострение; Хр.панкреатит, обострение; Тиреоидэктомия от 2015г.; Гипотериоз.

ДД.ММ.ГГГГ в Следственный отдел по <адрес> СУ по <адрес> СК РФ поступило заявление ФИО1 о проведении проверки по факту смерти ФИО4, установлению виновных лиц, в случае их наличия привлечения их к уголовной ответственности, которое было направлено для принятия решения в порядке стст.144- 145 УПК РФ.

В рамках проведения проверки №пр-23 по факту обращения ФИО1 в следственные органы 09.03.2023г. установлено, что врачи ФИО5, ФИО6, являются сотрудниками ООО «Здоровье семьи», проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения «Государственный научный центр Российской Федерации - Федеральный медицинский биофизический центр имени А.И.Бурназяна» Федерального медико-биологического агентства».

Согласно заключения комиссионной судебно-медицинской экспертизы №/сл. от ДД.ММ.ГГГГ, комиссия экспертов пришла к выводам:

1.Причиной смерти ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р. явился острый трансмуральный инфаркт миокарда переднебоковой стенки левого желудочка (от ДД.ММ.ГГГГ), осложнившийся острой сердечно-сосудистой недостаточностью (кардиогенный шок). Инфаркт миокарда y ФИО4 развился в результате течения имевшегося y нее хронического заболевания - атеросклеротической болезни сердца co стенозирyющим коронаросклерозом (сужение просвета артерий сердца до 80-99%), диффузным кардиосклерозом (миокард c немногочисленными белесоватыми точками и полосками).

Таким образом, наступление смерти ФИО9 состоит в прямой пpичинной связи c имевшимся y нее тяжелым кардиологическим заболеванием.

2. ФИО9 обратилась за мeдицинской помощью к гастроэнтерологу (ФИО10) в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ c жaлобами на «выраженную изжогу, жжение-давление за грудиной в положении лежа, после еды». На основании анализа жалоб, анамнеза и объективного осмотра пациентки, y нее были обоснованно заподозрены «Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь (далее ГЭРБ). Эрозивный? рефлюкс-эзофагит» и назначено дополнительное обследование (эзофагогастродуоденоскопия (далее ЭГДС), ультразвуковое исследование органов брюшной полости (далее УЗИ ОБП), электрокардиографическое (далее ЭКГ) исследование, анализы крови), которое было выполнено в этот же день. По результатам ЭГДС диагноз подтвердился - были выявлены эрозии нижней трети пищевода, неполное смыкание кардиального сфинктера (кардия смыкается неполностью, пролапс складки желудка при натуживании). Было назначено лечение: диета (кратность приемам пищи в сутки), прокинетики (pабепрaзол) и ингибиторы протонной помпы (итопpида гидроxлорид). Назначенные обследование и лечение советовали клиническим рекомендациям «Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь».

При исследовании ЭКГ врачом не были описаны имеющиеся на пленке признаки субэндокардиальной ишемии миокарда переднебоковой стенки и верхушки левого желудочка в виде снижения сегмента ST в отведениях V3-V5. Указанные изменения были не очевидны и их выявление требовало повышенного внимания врача-кардиолога. Указанные ЭКГ изменения являлись основанием для углубленного обследования и показанием для экстренной госпитaлизации пациентки в кардиологический стационар.

Таким образом, на этапе обследования в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ был допущен дефект диагностики (не были диaгностиpованы признаки сопутствующей патологии сердца (острый коронарный синдром без подъема сегмента ST)), повлекший за собой дефект тактики (не была госпитализирована в кардиологический стационар).

Данные клинического обследования и исследования трупа ФИО4 позволяют утверждать, что она длительно (годы) страдала ишемической болезнью сердца (стенозиpyющий атеросклероз коронарных артерий, диффузный мелкоочаговый кардиосклероз), протекавшей в сочетании c гипертонической болезнью (толщина стенки левого желудочка 1,7 см, межжелудочковой перегородки 2,0 см). Причиной ухудшения состояния здоровья ФИО9 являлось развитие острого очага ишемии миокарда, обусловленного атеросклеротическими изменениями сосудов, c последующим некpозoм тканей - инфарктом миокарда. Дефекты, допущенные при оказании ФИО9 медицинской помощи, не привели к ухудшению состояния здоровья, a только не позволили вовремя диагностировать и предотвратить развитие острой ишемии миокарда. То есть, даже при своевременном и в полном объеме проведенном лечении можно было только снизить, но не исключить риск развития осложнений и неблагоприятного исхода.

Таким образом, между допущенными дефектами при оказании медицинской помощи ФИО9 в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ и наступлением её смерти прямая причинная связь отсутствует, a имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи не расцениваются как причинение вреда здоровью.

3.На момент обращения в ООО «Здоровье семьи» y ФИО9 на ЭКГ отсутствовали признаки трансмурального (c вовлечением всех слоев сердечной стенки) инфаркта миокарда. Имела место ЭКГ картина субэндокардиальной (расположенной под наружной оболочкой сердца) ишемии передне-боковой стенки и верхушки левого желудочка (признаки острого коронарного синдрома без подъема сегмента ST), которая не была диагностирована при расшифровке ЭКГ. Каких-либо клинических проявлений, прямо указывающих на наличие кардиальной патологии, не имелось, a жалобы соответствовали клиническим проявлениям имевшегося y ФИО9 ГЭРБ.

Таким образом, y ФИО9 имелись два заболевания, имеющие схожие клинические проявления, при этом заболевания пищевода и желудка были подтверждены объективными данными обследования, что позволяло гастроэнтерологу установить диагноз «Гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь. Эрозивиый? рефлюкс-эзофагит» в день первичного обращения за медицинской помощью и значительно затрудняло диагностику кардиальной патологии.

4. Объективных данных, позволяющих утверждать, что на момент обращения в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ y ФИО9 уже развился инфаркт миокарда не имеется. Оценка причинной связи дана в п. 2 настоящих выводов.

5. При правильной интерпретации данных ЭКГ (от ДД.ММ.ГГГГ) и своевременной госпитализации пациентки в кардиoлогический стационар 01.02.2023г. c последующим выполнением диагностической коронаpографии и реваскуляризации миокарда, можно было снизить, но не исключить наступление неблагоприятного исхода. Высокий риск наступления неблагоприятного исхода, даже при условии своевременного и правильного лечения, обусловлен многососудистым и стенозирующим характером поражения коронарных артерий (практически все артерии сердца имели признаки коронаросклероза, при этом перекрытие просвета сосудов достигало 80-99%), что приводило к значительному нарушению кровообращения в сердце.

6.ФИО9 повторно обратилась за медицинской помощью в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ к врачу-инфекционисту (ФИО11) c жалобами (на боль за грудиной после еды, стоя боли проходят) не типичными для коронарной недостаточности. На основании анализа жалоб, анaмнeза, объективного осмотра пациентки, данных предшествующего осмотра гастpоэнтеролога (от 01.02.23г.) и предоставленных результатов исследований (в т.ч. некорректно сформированного ЭКГ заключения) обосновало был установлен диагноз «Дискинезия желче-выводящиx путей. Гастроэзофагиальный рефлюкс. Гастрит, дуоденит». C учетом установленного диагноза лечение было дополнено: диета — стол №, спазмолитики (дюспатолин).

На этом этапе сохранялись клинические и инструментальные признаки заболевания средних отделов желудочно-кишечного тракта. Каких-либо новых жалоб или симптомов, a также диагнозов, являющихся основанием для назначения дополнительного обследования, не имелось.

Таким образом, c учетом ранее полученных данных, y врача-инфекциониста не имелось оснований для диагностики кардиaльной патологии, поэтому дефектов оказания медицинской помощи на этом этапе не установлено.

7. Объективных данных; позволяющих утверждать, что на момент обращения в ООО «Здоровье семьи» ДД.ММ.ГГГГ y ФИО9 уже развился инфаркт миокарда не имеется. Дополнительное обследование при обращении 04.02.2023г на предмет кардиальной патологии не производилось, поскольку характер жалоб и стабильное общее состояние пaциeнтки не были типичны для данной патологи.

Объективные данные, позволяющие диагностировать инфаркт миокарда, были впервые получены на догоспитальном этапе при обследовании бригадой скорой медицинской помощи.

Оценка причинной связи дана в п. 2 настоящих выводов.

8. На пленке ЭKГ зарегистрированной ДД.ММ.ГГГГ в ООО «.Здоровье семьи» признаков трансмурального инфаркта миокарда не зафиксировано, однако имели место проявления субэндокардиального ишемического повреждения передне-боковой стенки и верхушки левого желудочка — острый коронарный синдром без подъема сегмента ST.

Старшим следователем СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО12 вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту ненадлежащего оказания медицинской помощи ФИО4 в отношении врачей ООО «Здоровье семьи» ФИО6 и ФИО5 по п. 2 ч.1 ст.24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в их действиях состава преступлений, предусмотренных ст.ст.109, 124, 238, 293 УК РФ.

Указанные обстоятельства подтверждаются медицинской картой стационарного больного ФИО4, картой вызова № СМП, медицинской картой пациента ФИО4, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ЭК из ООО «Здоровье семьи», копией протокола патолого - анатомического вскрытия № от 07.02.2023г., копией материала проверки №пр-23, сторонами не оспорены.

Согласно выводам экспертов между допущенным в ООО «Здоровье семьи» дефектом диагностики, повлекший за собой дефект тактики и наступлением смерти ФИО4 прямая причинная связь отсутствует, a имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи не расцениваются как причинение вреда здоровью. Вместе с тем, обстоятельство отсутствия прямой причинно-следственной связи между выявленным дефектом оказания медицинской помощи (не были диaгностиpованы признаки сопутствующей патологии сердца (острый коронарный синдром без подъема сегмента ST)), повлекший за собой дефект тактики (не была госпитализирована в кардиологический стационар) не является основанием для освобождения от ответственности за допущенные дефекты при оказании медицинской помощи.

Из содержания искового заявления усматривается, что основанием обращения в суд с требованием о компенсации причиненного ФИО1 морального вреда явилось некачественное оказание ФИО4 - супруге истца медицинской помощи в ООО «Здоровье семьи», приведшее, по мнению истца, к смерти его супруги и, как следствие, в причинении истцу морального вреда в связи с утратой близкого и родного человека.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12)вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др. (абзац второй пункта 2 названного постановления Пленума).

В статье 151 Гражданского кодекса РФ закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В ходе рассмотрения дела установлено, что заключение по электрокардиограмме давала врач ФИО7, являющаяся сотрудником ООО «Здоровье семьи».

Разрешая спор, основываясь на выводах, проведенной следователем СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> в ходе проверки заявления ФИО1, судебно-медицинской экспертизы, суд исходит из того, что медицинская помощь в ООО «Здоровье семьи» ФИО4 была оказана некачественно с дефектами диагностики, повлекшими за собой дефект тактики.

Вместе с тем, эксперты пришли к выводу, что при правильной интерпретации данных ЭКГ (от ДД.ММ.ГГГГ) и своевременной госпитализации пациентки в кардиологический стационар ДД.ММ.ГГГГ c последyющим выполнением диагностической коронарогpафии и реваскуляризации миокарда, можно было снизить, но не исключить наступление неблагоприятного исхода.

На основании представленных доказательств и установленных по делу обстоятельств суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 о компенсации морального вреда вследствие некачественного оказания его супруге ФИО4 медицинской помощи в ООО «Здоровье семьи» являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу ФИО1 вследствие некачественного оказания медицинской помощи его супруге ФИО4, способствующего в совокупности с иными факторами наступлению смерти, суд в соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, изложенными в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" и в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. № "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", исходит из обстоятельств, при которых наступила смерть, наличия и характера недостатков при оказании медицинской помощи, отсутствия прямой причинно-следственной связи между имеющимися недостатками и неблагоприятными последствиями в виде смерти ФИО4, характера нравственных переживаний истца, являющегося мужем ФИО4, с которой прожил совместно 23 года, учитывая специфику эмоционального состояния истца, и глубину перенесенных им страданий, связанных с невосполнимой потерей жены, а также требований разумности и справедливости.

Принимая во внимание, что гибель близкого родственника (члена семьи) сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

При таком положении факт причинения морального вреда истцу ввиду смерти его жены ФИО4, 04.09.1977г.р., является очевидным и не нуждающимся в доказывании.

С учетом изложенных обстоятельств суд взыскивает с ответчика ООО «Здоровье семьи» в пользу истца ФИО1 сумму компенсации морального вреда в размере 300 000 рублей.

В соответствии с положениями ст.ст.94, 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию понесенные им судебные расходы по оплате услуг представителя, которые суд взыскивает в соответствии с ч.1 ст.100 ГПК РФ, принимая во внимание объем действий, проведенных представителем по делу, учитывая характер спора и количество судебных заседаний с участием представителя, в сумме 40 000 руб., что находит соответствующим требованиям разумности. Несение данных расходов подтверждается договором на оказание юридических услуг от 29.09.2023г., договором поручительства № от 29.09.2023г., актом об исправлении опечаток, квитанциями к приходному кассовому ордеру от 29.09.2023г. и от 09.10.2023г.

Оснований для пропорционального распределения расходов по оплате судебной экспертизы и оплате услуг представителя не имеется, поскольку в соответствии с абз. 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе о компенсации морального вреда.

Согласно подп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, абз. 2 п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» взысканию с ответчика в доход местного бюджета подлежит государственная пошлина в сумме 300 рублей, рассчитанной в соответствии с положениями ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Здоровье семьи» (ИНН <данные изъяты> в пользу ФИО1 паспорт <данные изъяты> денежную компенсацию морального вреда в сумме 300 000 рублей, судебные расходы в размере 40 000 руб.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Здоровье семьи» государственную пошлину в сумме 300 рублей в доход местного бюджета.

Решение может быть обжаловано в Калужский областной суд через Обнинский городской суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Мотивированная часть решения изготовлена ДД.ММ.ГГГГ

Судья О.С.Копылова