Решение № 12-37/2025 от 22 октября 2025 г. по делу № 12-37/2025

Дело №

(в суде первой инстанции дело №)


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

<дата> г.Горно-Алтайск

Судья Верховного Суда Республики Алтай Панин А.А., рассмотрев жалобу инспектора ИАЗ НпИАЗ ОМВД России по Усть-Коксинскому району ФИО1 на постановление судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от <дата>, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ), в отношении ФИО2,

установил:

постановлением судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от <дата> в отношении ФИО2 прекращено дело об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

Инспектор ИАЗ НпИАЗ ОМВД России по Усть-Коксинскому району ФИО1, составившая протокол по данному делу об административном правонарушении, через суд первой инстанции обратилась в Верховный Суд Республики Алтай с жалобой, в которой просит отменить постановление судьи в связи с его незаконностью и необоснованностью, поскольку судья неправомерно усмотрел в письменных показаниях свидетелей надуманные противоречия, на основе которых пришёл к выводу об отсутствии состава административного правонарушения в действиях ФИО2.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы своей жалобы и просила отменить судебное постановление. ФИО2, напротив, полагала постановление судьи районного суда законным и основанным на доказательствах, исследованных в судебном заседании.

Выслушав участников, проверив материалы дела и изучив доводы жалобы, прихожу к следующему.

В соответствии со ст.24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях является всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления, а также выявление причин и условий, способствующих совершению административных правонарушений.

Согласно ст.26.1 КоАП РФ при разбирательстве по делу об административном правонарушении выяснению подлежат наличие события административного правонарушения, виновность лица в его совершении и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Согласно ч.2 ст.20.2 КоАП РФ организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о проведении публичного мероприятия, за исключением случаев, предусмотренных ч.7 настоящей статьи (когда публичное мероприятие проведено в непосредственной близости от территории ядерной установки, радиационного источника или пункта хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ с установленными законом последствиями), – влечет для граждан наложение административного штрафа в размере от двадцати тысяч до тридцати тысяч рублей, или обязательные работы на срок до пятидесяти часов, или административный арест на срок до десяти суток.

В силу п.1 ст.2 Федерального закона от 19 июня 2004 года №54-ФЗ «О собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях» (далее – Закон №54-ФЗ, Закон о публичных мероприятиях) публичным мероприятием признается открытая, мирная, доступная каждому, проводимая в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования либо в различных сочетаниях этих форм акция, осуществляемая по инициативе граждан Российской Федерации, политических партий, других общественных и религиозных объединений, целью которой является свободное выражение и формирование мнений, выдвижение требований по различным вопросам политической, экономической, социальной и культурной жизни страны и вопросам внешней политики или информирование о своей деятельности при встрече депутата с избирателями.

Согласно указанной статье митинг – массовое присутствие граждан в определенном месте для публичного выражения общественного мнения по поводу актуальных проблем преимущественно общественно-политического характера (п.3).

Статьей 3 Закона о публичных мероприятиях установлено, что проведение публичного мероприятия основывается на принципах законности – соблюдении положений Конституции Российской Федерации, названного закона, иных законодательных актов Российской Федерации; а также добровольности участия в публичном мероприятии.

В рамках организации публичного мероприятия Федеральным законом №54-ФЗ предусмотрен ряд процедур, направленных на обеспечение мирного и безопасного характера публичного мероприятия, согласующегося с правами и интересами лиц, не принимающих в нем участия, и позволяющих избежать возможных нарушений общественного порядка и безопасности.

К таким процедурам относится уведомление о проведении публичного мероприятия – документ, посредством которого органу исполнительной власти субъекта Российской Федерации или органу местного самоуправления в порядке, установленном Законом №54-ФЗ, сообщается информация о проведении публичного мероприятия в целях обеспечения при его проведении безопасности и правопорядка (п.7 ст.2). Порядок, содержание и сроки уведомления о проведении публичного мероприятия установлены ст.7 Закона №54-ФЗ.

Участниками публичного мероприятия признаются граждане, члены политических партий, члены и участники других общественных объединений и религиозных объединений, добровольно участвующие в нем (ч.1 ст.6 Закона №54-ФЗ).

К организации публичного мероприятия закон, в числе прочего, относит оповещение возможных участников публичного мероприятия, подачу уведомления о его проведении и иные действия, не противоречащие законодательству Российской Федерации, совершаемые в целях подготовки и проведения публичного мероприятия (п.п.1 и 4 ст.4 Закона №54-ФЗ).

Закон №54-ФЗ в целях обеспечения мирного, доступного и безопасного характера публичных мероприятий, проводимых в форме собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, закрепляет права и обязанности организатора публичного мероприятия (ст.ст.5, 7, 9, 11), участников публичного мероприятия (ст.6), а также органов публичной власти и их должностных лиц (ст.ст.12-17). Данным положениям корреспондируют положения КоАП РФ, которыми предусмотрена административная ответственность за нарушение законодательства о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, в том числе ответственность за организацию либо проведение несанкционированного публичного мероприятия. При этом в силу общих положений КоАП РФ (ч.1 ст.2.1) ответственность может наступать только в случае совершения лицом противоправных, виновных действий (бездействия).

Согласно п.30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №28 от 26 июня 2018 года «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел и дел об административных правонарушениях, связанных с применением законодательства о публичных мероприятиях», объективную сторону состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, образует организация либо проведение публичного мероприятия без подачи в установленном порядке уведомления о его проведении (за исключением случаев проведения публичного мероприятия, уведомление о проведении которого не требуется). При этом исходя из содержания п.3 ч.4 и ч.5 ст.5 Закона о публичных мероприятиях под подачей уведомления в установленном порядке следует понимать в том числе определение места, времени, условий проведения публичного мероприятия в результате согласительных процедур.

ФИО2 вменялось, что <дата> в период с 11 до 13 часов она в нарушение п.1 ст.7 Закона о публичных мероприятиях у стелы «<данные изъяты>» на 56-м километре автодороги «<данные изъяты>» в Усть-Коксинском районе Республики Алтай приняла участие в организации несанкционированного публичного мероприятия в виде митинга, что выразилось в приглашении к участию в нём проходящих мимо ФИО8 и ФИО10 и явилось основанием для привлечения ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной ч.2 ст.20.2 КоАП РФ.

Рассматриваемое присутствие граждан в общественном месте сопровождалось публичным выражением мнений по актуальному вопросу общественно-политического характера, то есть содержит признаки митинга. Материалы дела не содержат уведомления о проведении этого публичного мероприятия, предусмотренного ст.7 Закона №54-ФЗ, его отсутствие никем не оспаривается, а обстоятельства дела с очевидностью указывают на то, что митинг не являлся спонтанным, проведён в определенном месте с приготовленными заранее плакатами, сопровождался видеозаписью для её последующего размещения в сети Интернет, выступавшие обращались к значительному числу жителей республики от имени значительного числа жителей республики.

Фактические обстоятельства дела следуют из обращения главы МО «Усть-Коксинский район» от <дата> (л.д.1) и ответа данного должностного лица на запрос ОМВД (л.д.3), письменных объяснений свидетелей ФИО11 от <дата> (л.д.14), ФИО3 от <дата> (л.д.15), ФИО4 от <дата> (л.д.22), ФИО8 от <дата> (л.д.20), ФИО10 от <дата> (л.д.21), ФИО9 от <дата> (л.д.19), ФИО10 от <дата> (л.д.17), ФИО5 от <дата> (л.д.23), ФИО6 от <дата> (л.д.24), ФИО7 от <дата> (л.д.25), уведомления ФИО2 о составлении протокола по делу об административном правонарушении от <дата> (л.д.26), акта осмотра видеозаписи митинга от <дата> (л.д.7-8), акта осмотра интернет-ресурса https://<данные изъяты> от <дата> (л.д.9-12), самой видеозаписи на диске CD-RW (л.д.13), протокола об административном правонарушении от <дата> (л.д.27).

Также из обжалуемого постановления следует, что в судебном заседании <дата> судьёй районного суда были дополнительно опрошены вышеуказанные свидетели ФИО8, ФИО9 и ФИО10, а также ФИО10, ФИО11 и должностное лицо, составившее протокол, – ФИО1

ФИО2 своей вины не признала, на досудебной стадии производства по делу отказалась от дачи объяснений и не явилась на составление протокола об административном правонарушении. При рассмотрении дела судьёй районного суда подтвердила своё участие в рассматриваемом публичном мероприятии, но полностью отрицала свою причастность к его организации.

После оценки перечисленных доказательств судьёй районного суда без достаточных к тому оснований сделан вывод об отсутствии в деянии ФИО2 состава административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст.20.2 КоАП РФ.

В основу такого вывода судья районного суда положил показания свидетелей ФИО8, ФИО9 и ФИО10 в судебном заседании, которыми они подтвердили свои письменные объяснения, в целом изобличающие ФИО2, но изменили их таким образом, чтобы оправдать последнюю либо создать видимость неустранимых сомнений в её виновности.

В силу положений ст.26.11 КоАП РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Указанные требования при вынесении постановления судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от <дата> существенно нарушены.

Так, на досудебной стадии производства первыми (<дата>) были опрошены ФИО8 (л.д.20) и ФИО10 (л.д.21). ФИО8 поясняла, что около 11 часов <дата> проходила мимо стелы «<данные изъяты>» в компании ФИО10 и ФИО9, с которыми пошла посмотреть ягоды, когда заметила там скопление людей, после чего к ним подошла ФИО2, спросила их взгляды на реформу системы местного самоуправления в республике и пригласила принять участие в митинге. Когда они подошли к стеле, находившийся там мужчина вручил им плакат и начал видеосъемку выступлений собравшихся.

ФИО10 в письменных объяснениях в целом подтвердила вышеуказанные пояснения ФИО12, однако указала, что женщина, пригласившая их поучаствовать в митинге, ей не знакома. При демонстрации видеозаписи митинга указала, что это была женщина, которая стоит крайней правой среди собравшихся (ФИО2).

ФИО9 была опрошена <дата> (л.д.19), в целом подтвердила вышеуказанные пояснения ФИО8 и ФИО10, также указала, что женщина, пригласившая их поучаствовать в митинге, ей не знакома. Кроме того, данная женщина, по пояснениям ФИО9, прямо просила подержать плакаты, пока будут снимать видео, а затем дала им с ФИО10 один из плакатов.

В судебном заседании <дата>, как следует из обжалуемого постановления, ФИО8 подтвердила свои письменные объяснения, но назвала их ошибочными из-за сильного волнения. Пояснила, что фамилию незнакомой ей ФИО2 назвала после демонстрации должностным лицом кадра видеозаписи митинга, где над людьми были написаны их фамилии, так как та показалась ей наиболее похожей на женщину, которая пригласила их поучаствовать в митинге, и стояла с краю справа. На момент рассмотрения дела она не уверена, что указала правильно, но уверена, что это была не ФИО2.

Будучи опрошенной судьёй районного суда, свидетель ФИО10 подтвердила свои письменные объяснения от <дата>, но в то же время указала, что не знает, что за женщина позвала их на митинг, так как в это время разговаривала по телефону, пошла к стеле и взяла плакат вслед за ФИО9

Сама ФИО9 при рассмотрении дела судьёй районного суда также подтвердила свои письменные объяснения, дополнив их тем, что их приглашала женщина алтайской внешности, которой нет на вышеуказанном кадре видеозаписи, потому что она осталась за кадром и снимала видео. А ФИО2 она хорошо знает, и это была не она.

ФИО1, будучи опрошенной судьёй районного суда, подтвердила, что демонстрировала свидетелям при получении объяснений кадр видеозаписи рассматриваемого публичного мероприятия, имеющийся в материалах дела на л.д.8 (где ФИО2 находится в крайнем правом положении относительно собравшихся, и нет ни одной женщины с корзинкой или лукошком под ягоду).

Иные свидетели, чьи показания были исследованы судьёй районного суда, дали объяснения о самом публичном мероприятии, времени его проведения, выступавших и высказанных ими мнениях общественно-политического характера.

На обсуждаемом кадре видеозаписи, черно-белая копия которого имеется в материалах дела, у стелы находятся 13 человек с плакатами, из которых 5 мужчин, а оставшиеся 8 женщин имеют весьма отличающуюся друг от друга внешность.

Таким образом, судья районного суда без достаточных к тому оснований, в отсутствие всестороннего, полного и объективного исследования всех обстоятельств дела в их совокупности, принял судебные показания свидетелей ФИО8, ФИО9 и ФИО10, отдав им предпочтение перед другими доказательствами по делу.

При этом досудебные показания данных свидетелей даны спустя 12-14 дней после рассматриваемых событий, непротиворечиво согласуются между собой и с другими доказательствами, в отличие от сказанного ими в суде через более чем 3 месяца. Все свидетели указывают, что видеозапись вёл мужчина, парень, и только по судебным показаниям ФИО9 этим занималась женщина алтайской внешности, которая точно не ФИО2. В 8-ми разных женщинах запутались ФИО8 и ФИО10, последняя при этом ничего не видела и не слышала за телефонным разговором, хотя ранее дала развернутые показания. ФИО8 из-за сильных переживаний указала не на ту женщину, а причастную теперь не помнит, но зато точно помнит, что это была не ФИО2.

Кроме временного промежутка, миновавшего с митинга, при оценке показаний свидетелей следовало учитывать, что все допрошенные лица добровольно приняли участие в данном несанкционированном публичном мероприятии, где выступавшими выражалось единое мнение по вопросам общественно-политического характера, за чем последовала реакция главы района и правоохранительных органов. В такой ситуации логичным мотивом изменения показаний является стремление помочь единомышленнику уйти от ответственности, а не испуг, ошибка или плохая память.

Кроме того, при рассмотрении жалобы ФИО2 неоднократно указала: «Нашей единственной ошибкой было, что мы провели мероприятие (записали обращение) в месте общего пользования, если бы не это, вообще не было бы никаких вопросов к нам», – что также может расцениваться, как признание причастности к организации и проведению несанкционированного публичного мероприятия.

При таких обстоятельствах произведённую судьёй районного суда оценку доказательств нельзя признать соответствующей требованиям ст.26.11 КоАП РФ, а обжалуемое постановление нельзя признать вынесенным с соблюдением ст.24.1 и ст.26.1 КоАП РФ. Указанные нарушения процессуальных требований КоАП РФ являются существенными, не позволившими всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело, что, с учетом не истекшего срока давности привлечения к административной ответственности, в соответствии с п.4 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ требует отмены обжалуемого постановления и возвращения дела на новое рассмотрение судье, правомочному его рассмотреть.

На основании изложенного, руководствуясь ст.30.7 КоАП РФ, судья

решил:

постановление судьи Усть-Коксинского районного суда Республики Алтай от <дата>, вынесенное по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.2 ст.20.2 КоАП РФ, в отношении ФИО2, отменить, дело возвратить на новое рассмотрение в Усть-Коксинский районный суд Республики Алтай.

Решение вступает в силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном гл.30 КоАП РФ.

Судья А.А. Панин