Апелляционное определение № 33-23461/2025 от 16 декабря 2025 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-23461/2025 78RS0008-01-2023-012155-75

Судья: Малышева О.С.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Санкт-Петербург

17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Ягубкиной О.В.

судей

ФИО1

ФИО2

при помощнике

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-9085/2024, поступившее из Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга с апелляционной жалобой ФИО4 на решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 23 декабря 2024 года по иску Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу к ФИО4 о взыскании материального ущерба в порядке регресса.

Заслушав доклад судьи Ягубкиной О.В., выслушав представителя истца, ответчика, представителя ответчика, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

Главное Управление Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу обратилось в суд с иском к ФИО4 о возмещении ущерба в размере 141 544 рублей, причиненного работником при исполнении служебных обязанностей.

Требования мотивированы тем, что ФИО4 является судебным приставом-исполнителем Ладожского отделения судебных приставов Красногвардейского района г. Санкт-Петербурга ГУФССП России по г. Санкт-Петербургу. Вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2021 года по гражданскому делу № 2-1074/2021, вследствие незаконных действий судебного пристава-исполнителя ФИО4 по ограничению на выезд из Российской Федерации должника ФИО5, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО6 взысканы убытки в размере 127200 рублей, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4344 рубля; в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей. Платежным поручением № 61406 от 24 ноября 2022 года взысканные денежные средства в общем размере 141544 рубля во исполнение решения суда перечислены на счет взыскателя.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истцовая сторона просила взыскать с ответчика в доход казны Российской Федерации денежные средства в размере 141544 рубля.

Решением Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 23 декабря 2024 г. исковые требования удовлетворены частично. Постановлено взыскать с ФИО4 в доход казны Российской Федерации в лице Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу в счет возмещения ущерба денежные средства в размере 50 000 рублей; взыскать с ФИО4 в доход государства государственную пошлину в размере 4 000 рублей. В остальной части иска отказано.

Не согласившись с постановленным решением суда, ответчиком ФИО4 подана апелляционная жалоба, в соответствии с которой полагает, что решение суда постановлено с нарушением материальных и процессуальных норм права, просит решение суда отменить, в удовлетворении исковых требований отказать.

ФИО7 стороной решение суда не обжалуется.

В заседание суда апелляционной инстанции представитель истца по доверенности - ФИО8 явилась, возражала против доводов апелляционной жалобы. Ответчик ФИО4 и ее представитель ФИО9 явились, поддержали доводы апелляционной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ФИО4 является сотрудником Главного Управления Федеральной службы судебных приставов по Санкт-Петербургу занимает должность судебного пристава-исполнителя Ладожского отделения судебных приставов Красногвардейского района г. Санкт-Петербурга.

Решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2021 года по гражданскому делу № 2-1074/2021, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда от 20 июля 2021 года, с Российской Федерации в лице ФССП России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО6 взысканы убытки в размере 127200 рублей, компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 4344 рубля; в пользу ФИО5 взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей.

Из указанных выше судебных актов следует, что отказ должнику ФИО5 в пересечении границы РФ, повлекший для ФИО6 (супруги должника ФИО5) убытки в заявленном размере, явился следствием незаконных действий (бездействия) судебного пристава-исполнителя ФИО4

Платежным поручением № 61406 от 24 ноября 2022 года взысканные денежные средства в общем размере 141544 рубля во исполнение вышеуказанного решения суда перечислены из федерального бюджета на счет ФИО6

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь ст. 238, 241, 242, 247, 250 Трудового кодекса Российской Федерации, 1071, 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации пришел к выводу, что факт причинения ущерба работником нашел свое подтверждение, в связи с чем, применив положения ст. 250 Трудового кодекса Российской Федерации с учетом материального положения ФИО4, пришел к выводу о наличии оснований для снижения размера ущерба, подлежащего взысканию с работника до 50 000 руб.

Проверяя законность принятого по делу решения с учетом доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия усматривает основания для изменения постановленного решения суда, по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу п. 1 ст. 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Из смысла статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что право регресса - это требование кредитора, возместившего вред потерпевшему, к непосредственному причинителю этого вреда о возврате выплаченного в результате его виновных противоправных действий.

Из пункта 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что Трудовой кодекс Российской Федерации, другие федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, а также законы и иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации, содержащие нормы трудового права, могут применяться к отношениям, связанным с гражданской службой, в части, не урегулированной Федеральным законом «О государственной гражданской службе Российской Федерации».

При этом, положениями Федерального закона от 21 июня 1997 № 118-ФЗ «Об органах принудительного исполнения Российской Федерации», Федерального закона от 27 июля 2004 г. № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации», Федерального закона от 27 мая 2003 г. № 58-ФЗ «О системе государственной службы Российской Федерации» не определены основания, порядок и виды материальной ответственности государственных гражданских служащих за ущерб, причиненный нанимателю, в том числе при предъявлении регрессных требований в связи с возмещением вреда.

Таким образом, к спорным правоотношениям по возмещению в порядке регресса причиненного вреда вследствие ненадлежащего исполнения государственными служащими своих служебных обязанностей, подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации о материальной ответственности работника.

Согласно ст. 238 Трудового кодекса Российской Федерации, работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Неполученные доходы (упущенная выгода) взысканию с работника не подлежат.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» разъяснено, что под ущербом, причиненным работником третьим лицам, следует понимать все суммы, которые выплачены работодателем третьим лицам в счет возмещения ущерба. При этом необходимо иметь в виду, что работник может нести ответственность лишь в пределах этих сумм и при условии наличия причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причинением ущерба третьим лицам.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю», при рассмотрении данной категории дел следует выявлять обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником. К такого рода обстоятельствам, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

В силу ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов.

Из анализа указанных правовых ном и разъяснений относительно их применения следует, что основанием для привлечения работника к материальной ответственности является совокупность определенных условий: виновные действия (бездействие) работника, причинение работодателю прямого действительного ущерба, наличие причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) работника и причиненным ущербом. При этом бремя доказывания указанных обстоятельств, а равно бремя доказывания размера причиненного ущерба и соблюдения процедуры привлечения работника к материальной ответственности, возложено законом на работодателя.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что материалами дела подтверждается противоправность поведения работника ФИО4, а также причинно-следственная связь между ее действиями (бездействием) и причиненным работодателю ущербом, в том числе судебным актом по гражданскому делу № 2-1074/2024.

Платежным поручением от 24 ноября 2022 денежные средства в размере 141 544 рублей перечислены из федерального бюджета на счет ФИО6

Таким образом, возмещенный ущерб в размере 141 544 рублей представляет собой затраты истца на возмещение ущерба, причиненного работником ФИО4 третьим лицам, следовательно, подпадает под понятие прямого действительного ущерба.

При этом истцом соблюден порядок привлечения работника к материальной ответственности, предусмотренный ст. 247 Трудового кодекса Российской Федерации, что подтверждается материалами настоящего гражданского дела, в том числе письменными объяснениями ФИО4 о причинах, повлекших возникновение ущерба.

Между тем, полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (часть 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 2 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим Кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев возложения на работника материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба приведен в статье 243 Трудового кодекса Российской Федерации, в соответствии с положениями которой, материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях: когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; умышленного причинения ущерба; причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей. Материальная ответственность в полном размере причиненного работодателю ущерба может быть установлена трудовым договором, заключаемым с заместителями руководителя организации, главным бухгалтером.

Вместе с тем, таких обстоятельств по делу не установлено.

Таким образом, судебная коллегия полагает неверным вывод суда, так как в рассматриваемом случае основания для взыскания с ответчика полной суммы ущерба, предусмотренные статьей 243 Трудового кодекса РФ отсутствуют, в связи с чем, в соответствии со ст. 241 Трудового кодекса РФ ответчик несет материальную ответственность за причиненный работодателю ущерб только в размере, не превышающим его средний месячный заработок.

Оснований для снижения размера ущерба в порядке статьи 250 Трудового кодекса Российской Федерации в данном случае не имеется, поскольку размер ущерба как установлено выше, подлежит взысканию в пределах среднемесячного заработка ответчика.

При этом порядок исчисления средней заработной платы установлен статьей 139 Трудового кодекса Российской Федерации и Положением об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года № 922.

Согласно части 3 статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 4 Положения № 922 расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

Исходя из представленной в материалы дела справки о доходах ответчика по форме 2-НДФЛ доход ответчика за 12 месяцев на дату причинения ущерба (09 сентября 2019 года), составил 444 682 рубля 93 копейки. Средняя месячная заработная плата составляет 37056 рублей 91 копейку (444682, 93/12), в связи с чем, решение в указанной части подлежит изменению.

Доводы апелляционной жалобы о пропуске истцовой стороной срока, установленного положениями статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации несостоятельны исходя из следующего.

Согласно части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

В абзаце третьем пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. № 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что работодатель вправе предъявить иск к работнику о взыскании сумм, выплаченных в счет возмещения ущерба третьим лицам, в течение одного года с момента выплаты работодателем данных сумм.

Из приведенных положений части 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что срок на обращение в суд работодателя за разрешением спора о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, составляет один год. Начало течения этого срока начинается с момента, когда работодателем осуществлены выплаты третьим лицам сумм в счет возмещения причиненного работником ущерба.

Таким образом, срок на предъявление исковых требований к ФИО4 следует исчислять с 24 ноября 2022 года - даты перечисления денежных средств взыскателю по решению Октябрьского районного суда в размере 141 544 рубля (л.д. 25 т.1). В суд исковое заявление направлено посредством почтовой корреспонденции 23 ноября 2023 года (л.д.33 т.1), то есть в пределах установленного законом годичного срока.

Также несостоятельны доводы апелляционной жалобы о недопустимости заключения служебной проверки и нарушения порядка ее проведения, поскольку заключение по результатам проведенной в отношении ответчика служебной проверки незаконным в установленном законом порядке не признано.

Доводы апелляционной жалобы о невозможности отмены постановления об ограничении на выезд должника 19 июля 2019 года ввиду нахождения судебного пристава-исполнителя ФИО4 в очередном ежегодном отпуске не влекут отмену решения суда, поскольку из материалов дела следует, что отпуск ответчику был предоставлен в период с 08 июля 2019 года по 21 июля 2019 года (л.д.120 т.1), в то время как решением Октябрьского районного суда Санкт-Петербурга от 25 марта 2021 года по гражданскому делу № 2-1074/2021 установлено, что туристическая путевка супругой должника ФИО6 приобретена 06 сентября 2019 года с датой вылета из Российской Федерации супругов ФИО10 (должника по исполнительному производству) 09 сентября 2019 года. В связи с чем, в период после выхода из очередного отпуска (22 июля 2019 года) у ответчика имелась реальная возможность для снятия ранее наложенного ограничения на выезд должника ФИО5 из Российской Федерации.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 23 декабря 2024 г. изменить в части размера возмещения ущерба.

Взыскать с ФИО4 в доход казны Российской Федерации денежные средства в размере 37056 рублей 91 копейки.

В остальной части решение Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 23 декабря 2024 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 января 2026 года.