Решение № 2-515/2020 2-515/2020~М-299/2020 М-299/2020 от 26 июля 2020 г. по делу № 2-515/2020

Дело № 2-515/2020

24RS0040-02-2020-000320-22


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 июля 2020 года г. Норильск

Норильский городской суд (в районе Талнах) Красноярского края в составе председательствующего судьи Ежелевой Е.А. при секретаре Казначеевой А.А., с участием истца ФИО3., представителя истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, помощника прокурора г. Норильска Кузнецовой Е.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о взыскании утраченного заработка, неустойки, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о взыскании утраченного заработка в размере 899256 рублей 60 копеек, компенсации морального вреда в размере 300000 рублей, неустойки в размере 371512 рубль 63 копейки, ссылаясь на то, что в связи с имеющимся профессиональным заболеванием, которое выявлено у него 23 октября 2017 года, он является временно нетрудоспособным и не работает на протяжении 27 месяцев, однако какие-либо выплаты он не получает, поэтому просит обязать работодателя компенсировать ему утраченный заработок.

В судебном заседании истец иск и изложенные в нем доводы поддержал; дополнительно пояснил, что в 45 лет он вышел на пенсию, но продолжил работать у ответчика машинистом; в 2017 году признан профнепригодным, в связи с чем не допущен к работе; периодически он проходил медицинские осмотры, подтверждал свою профнепригодность, больничные листы направлял работодателю; до февраля 2020 года он не работал, находился в «вынужденном отпуске», каких-либо выплат не получал; в феврале 2020 года прошел очередной медицинский осмотр, в ходе которого выяснилось, что он профпригоден и может приступить к работе, что он и сделал.

По мнению истца, ответчик обязан оплатить ему весь период нетрудоспособности на основании трудового договора.

Представитель ответчика ФИО2 иск не признала, поддержала письменные возражения, в которых просит в удовлетворении заявленных требований отказать по тем основаниям, что истцом не доказаны правовые основания и размер материального вреда, не представлен соответствующий расчет; указывает, что истец работает в ПАО «ГМК «Норильский никель» по профессии машинист погрузочно-доставочной машины на руднике «Комсомольский»; на основании приказов от 07 августа 2017 года №, от 16 октября 2018 года №, от 31 июля 2019 года № и на основании ст. 76 ТК РФ он был отстранен от работы без оплаты труда, поскольку не прошел периодический медицинский осмотр и не предоставил медицинские заключения о профессиональной пригодности к выполняемой работе; период отстранения составил с 08 августа 2017 года по 04 марта 2020 года; в соответствии с приказом от 05 марта 2020 года № истец был допущен к работе с 04 марта 2020 года, так как подтвердил свою профпригодность и с этого момента ему стала начисляться заработная плата; за прошедший же период в силу ст. 76 ТК РФ у работодателя, то есть ответчика, отсутствует обязанность по его оплате, так как истец не работал по своей вине; что касается доводов истца о том, что ответчик обязан оплатить ему листки временной нетрудоспособности за периоды с 22 августа 2017 года по 05 сентября 2017 года, с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года, с 29 декабря 2017 года по 12 января 2018 года, с 15 февраля 2018 года по 15 марта 2018 года, с 26 июля 2018 года по 08 августа 2018 года, с 09 августа 2018 года по 17 августа 2018 года, то они, по мнению ответчика, являются необоснованными ввиду того, что данные периоды вошли в период отстранения работника от работы, в котором заработная плата ему не начислялась; в силу п. 2 ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» пособие по временной нетрудоспособности не назначается застрахованному лицу за период отстранения от работы в соответствии с законодательством Российской Федерации, если за этот период не начисляется заработная плата; что касается довода истца об обязанности ответчика оплатить ему временную нетрудоспособность на основании акта о случае профессионального заболевания от 24 апреля 2018 года, то есть в связи с профессиональным заболеванием, то он также, по мнению ответчика, является необоснованным, поскольку вред, причиненный жизни и здоровью застрахованного работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору в результате несчастного случая или профессионального заболевания, на основании Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» осуществляет страховщик, то есть Фонд социального страхования РФ, на основании заявления на получение обеспечения по страхованию с указанием в нем выбранного периода для расчета ежемесячных страховых выплат; статьи же 1084-1086 ГК РФ, на которые ссылается истец, применяются в случаях, когда страхового возмещения недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред; поскольку у ответчика отсутствовала обязанность по выплате истцу заработной платы и пособия по временной нетрудоспособности, то отсутствует и нарушение сроков таких выплат, соответственно работодатель не может нести перед истцом ответственность, предусмотренную ст. 236 ТК РФ, в виде выплаты неустойки и компенсации морального вреда (<данные изъяты>).

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшей необходимым иск оставить без удовлетворения, суд пришел к следующему.

Как установлено в судебном заседании, истец работает у ответчика на участке технологического комплекса шахтной поверхности рудника «Комсомольский» в должности «машинист погрузочно-доставочной машины (ПДМ)» на основании трудового договора от 16 февраля 2009 года № (<данные изъяты>); стаж в данной профессии 9 лет 11 месяцев; в период с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года был госпитализирован в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в отделение профессиональной патологии для экспертизы связи заболевания с профессией (<данные изъяты>); согласно медицинскому заключению (решению врачебной профпатологической подкомиссии № от 08 ноября 2017 года по экспертизе связи заболевания с профессией) истцу установлен диагноз: <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 24 апреля 2018 года, утвержденному Главным государственным санитарным врачом по Красноярскому краю, по результатам проведенного расследования по имеющемуся у истца заболеванию: <данные изъяты> Лицом, допустившим нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов, является администрация ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» (<данные изъяты>).

Согласно выписке из истории болезни от 01 июля 2019 года, в период с 18 июня 2019 года по 01 июля 2019 года истец находился в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» в отделении профессиональной патологии, куда был госпитализирован для динамического наблюдения, уточнения диагноза и степени функциональных нарушений, лечения; проведена была профпатологическая подкомиссия – отрицательной динамики по основному заболеванию от 2017 года не выявлено; установлено, что трудоспособен в контакте с вибрацией (<данные изъяты>).

Согласно информации ответчика истец отсутствовал на рабочем месте в следующие периоды: с 08 августа 2017 года по 22 октября 2017 года – причина: отстранение от работы (недопущение к работе) без оплаты; с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года – причина: временная нетрудоспособность (профессиональное заболевание); с 09 ноября 2017 года по 30 ноября 2017 года – причина: продолжение отстранения от работы (недопущение к работе) без оплаты; с 01 декабря 2017 года по 28 декабря 2017 года – причина: ежегодный основной оплачиваемый отпуск; с 29 декабря 2017 года по 12 января 2018 года – причина: временная нетрудоспособность с сохранением заработка; с 13 января 2018 года по 13 февраля 2018 года – причина: продолжение ежегодного основного оплачиваемого отпуска; 14 февраля 2018 года – дополнительный неоплачиваемый день проезда к месту отдыха и обратно; с 15 февраля 2018 года по 15 марта 2018 года – причина: временная нетрудоспособность с сохранением заработка; с 16 марта 2018 года по 31 декабря 2018 года – причина: продолжение отстранения от работы (недопущение к работе) без оплаты; с 01 января 2019 года по 28 января 2019 года – причина: ежегодный основной оплачиваемый отпуск; с 29 января 2019 года по 31 декабря 2019 года – причина: продолжение отстранения от работы (недопущение к работе) без оплаты; с 01 января 2020 года по 27 января 2020 года – причина: ежегодный основной оплачиваемый отпуск; с 28 января 2020 года по 03 марта 2020 года – причина: продолжение отстранения от работы (недопущение к работе) без оплаты; 04 марта 2020 года – приступил к выполнению трудовых обязанностей (<данные изъяты>).

Согласно направлениям на медицинский осмотр, выдавались они истцу для прохождения врачей: нарколога, психиатра, для медицинских осмотров в КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2», в КГБУЗ «Красноярский краевой психоневрологический диспансер № 5» в связи с работой во вредных производственных условиях (общая вибрация. Управление трактором и другими самоходными машинами) 03 апреля 2018 года (<данные изъяты>), 22 мая 2019 года (<данные изъяты>), 10 февраля 2020 года (<данные изъяты>).

Согласно листкам нетрудоспособности истец был нетрудоспособен в периоды:

- с 22 августа 2017 года по 05 сентября 2017 года (<данные изъяты>),

- с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года (<данные изъяты>),

- с 10 января 2018 года по 12 января 2018 года (<данные изъяты>),

- с 15 февраля 2018 года по 15 марта 2018 года (<данные изъяты>),

- с 26 июля 2018 года по 08 августа 2018 года (<данные изъяты>),

- с 09 августа 2018 года по 17 августа 2018 года (<данные изъяты>),

- с 18 июня 2019 года по 01 июля 2019 года (<данные изъяты>).

Согласно приказу директора рудника «Комсомольский» от 07 августа 2017 года №а в связи с непрохождением в установленном порядке обязательного периодического медицинского осмотра, на основании ст. 76 ТК РФ, п. 9.14 Порядка организации и проведения обязательных предварительных, периодических, внеочередных медицинских осмотров (обследований), обязательного психиатрического освидетельствования работников ЗФ ПАО «ГМК «Норильский Никель», занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, утвержденного приказом директора ЗФ ПАО «ГМК «Норильский никель» от 31 июля 2013 года № и приказа директора рудника «Комсомольский» от 27 марта 2017 года № истец был отстранен от работы с 08 августа 2017 года до предоставления в ОРП медицинского заключения о профессиональной пригодности к выполняемой работе, в случае отсутствия заключения – до решения вопроса о трудоустройстве либо увольнении в установленном законодательством порядке; заработную плату постановлено ему не начислять в соответствии со ст. 76 ТК РФ (<данные изъяты>).

Этим же приказом постановлено: на прохождение медицинского осмотра по личному заявлению предоставлять работнику один день (на основании п. 10.31 раздела 10 Коллективного договора ПАО «ГМК» Норильский никель», вид оплаты №, вид неявки №); остальное время – считать как отстранение от работы (недопущение к работе) без оплаты (вид неявки 2201) (<данные изъяты>).

Аналогичные приказы изданы директором рудника «Комсомольский» 16 октября 2017 года № отстранение от работы установлено с 17 октября 2018 года (<данные изъяты>), 31 июля 2019 года № отстранение установлено с 01 августа 2019 года (<данные изъяты>).

Из заключений КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» по результатам предварительного (периодического) медицинского осмотра (обследования) и ООО «Клиника медицины труда» по результатам добровольного психиатрического освидетельствования, следует, что выданы они были истцу соответственно 20 февраля 2020 года и 28 февраля 2020 года с результатом «Противопоказаний не выявлено» (<данные изъяты>).

Согласно приказу и.о. директора рудника «Комсомольский» от 05 марта 2020 года № истец допущен к выполнению трудовых функций с 04 марта 2020 года; возобновлено начисление заработной платы (<данные изъяты>).

Согласно справкам о доходах физического лица по форме 2-НДФЛ истцу в 2017 году за период с октября по декабрь выплачена заработная в размере 235197 рублей 08 копеек (<данные изъяты>), в 2018 году - в размере 90410 рублей 30 копеек (<данные изъяты>); в 2019 году – в размере 21110 рублей 50 копеек (<данные изъяты>); в 2020 году за февраль – в размере 138 рублей (<данные изъяты>).

Согласно ответу ГУ – Красноярского регионального отделения Фонда социального страхования РФ от 17 апреля 2020 года истец за назначением обеспечения по страхованию в связи с профессиональным заболеванием не обращался, получателем мер социальной поддержки не является (<данные изъяты>).

Из объяснений представителя ответчика, справок с места работы истца следует, что ответчик в период с 08 августа 2017 года по 04 марта 2020 года оплачивал истцу листки нетрудоспособности и выплачивал компенсацию за неиспользованный отпуск.

Оценив вышеперечисленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что истец, работая у ответчика на основании заключенного с ним в письменной форме трудового договора на руднике «Комсомольский» в должности машиниста погрузочно-доставочной машины в условиях труда, относящихся к вредным и опасным, отсутствовал на рабочем месте с 08 августа 2017 года по 04 марта 2020 года; в указанный период он был отстранен работодателем от работы на основании соответствующих приказов в связи с непрохождением в установленном порядке обязательного периодического медицинского осмотра.

В соответствии с абзацем 4 части 1 статьи 76 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обязательный медицинский осмотр, а также обязательное психиатрическое освидетельствование в случаях, предусмотренных Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ.

Работодатель отстраняет от работы (не допускает к работе) работника на весь период времени до устранения обстоятельств, явившихся основанием для отстранения от работы или недопущения к работе, если иное не предусмотрено Кодексом, другими федеральными законами (ч. 2). В период отстранения от работы (недопущения к работе) заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом или иными федеральными законами. В случаях отстранения от работы работника, который не прошел обязательный медицинский осмотр (обследование) не по своей вине, ему производится оплата за все время отстранения от работы как за простой (ч. 3).

Согласно абзацу 12 части статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей без прохождения обязательных медицинских осмотров, обязательных психиатрических освидетельствований, а также в случае медицинских противопоказаний.

Из части 4 статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что вредные и (или) опасные производственные факторы и работы, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и порядок их проведения определяются нормативными правовыми актами, утверждаемыми в порядке, установленном уполномоченным Правительством РФ федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Минздравсоцразвития России от 12 апреля 2011 г. N 302н "Об утверждении перечней вредных и (или) опасных производственных факторов и работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры (обследования), и порядка проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров (обследований) работников, занятых на тяжелых работах и на работах с вредными и (или) опасными условиями труда", предусмотрено, что работа, связанная с вибрацией, шумом, физической динамической нагрузкой, при пониженной температуре включена в Перечень работ, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические (один раз в год) медицинские осмотры (обследования) работников (Приложение N 1 и Приложение N 2).

Статьей 214 Трудового кодекса Российской Федерации установлены обязанности работника в области охраны труда, в том числе обязанность соблюдать требования охраны труда; проходить обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности) медицинские осмотры, другие обязательные медицинские осмотры, а также проходить внеочередные медицинские осмотры по направлению работодателя в случаях, предусмотренных Кодексом и иными федеральными законами.

Согласно трудовому договору от 16 февраля 2009 года № ЗФ49/505-к, заключенному между истцом и ответчиком, работник, то есть истец, обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, установленные действующим законодательством, а также правилами и инструкциями по охране труда.

В судебном заседании достоверно установлено, что истец, как работник, занятый на работе с вредными производственными факторами, обязан проходить периодический медицинский осмотр не реже 1 раза в год.

Ежегодно в 2017, 2018, 2019 годах он направлялся ПАО «ГМК «Норильский никель» для прохождения периодических медицинских осмотров, однако таковые не проходил; приказами ПАО «ГМК «Норильский никель» от 07 августа 2017 года №, 16 октября 2018 года №, 31 июля 2019 года № в числе других работников предприятия он был отстранен от исполнения трудовых обязанностей работника (не допущен к работе), как не представивший медицинское заключение о состоянии здоровья и отсутствии противопоказаний для выполнения работы, обусловленной трудовым договором, по завершению срока прохождения первого периодического медицинского осмотра с 08 августа 2017 года не работал; допущен к работе с 04 марта 2020 года на основании медицинского заключения о состоянии здоровья и отсутствия противопоказаний.

Из сведений КГБУЗ «Норильская городская поликлиника № 2» и ООО «Клиника медицины труда» следует, что истец обратился в указанные медицинские учреждения за прохождением медицинского осмотра только в феврале 2020 года.

В период отстранения от работы заработная плата истцу не начислялась.

При таком положении суд приходит к выводу, что ответчик правомерно направил истца в 2017 году для прохождения очередного периодического медицинского осмотра, так как его работа связана с воздействием на него вредных производственных факторов; прохождение периодического медицинского осмотра является подтверждением его права на работу машинистом погрузочно-доставочной машины во вредных условиях труда, в связи с чем он обязан был пройти данный медицинский осмотр в установленные сроки и представить работодателю результаты медосмотра; в связи с тем, что истец не прошел без уважительных причин в установленном порядке обязательный медицинский осмотр и не представил работодателю заключение по результатам предварительного медицинского осмотра об отсутствии противопоказаний для работы в должности машиниста погрузочно-доставочной машины во вредных условиях труда, ответчик правомерно отстранил его от работы и не произвел оплату за период отстранения с 08 августа 2017 года до 04 марта 2020 года.

Довод истца о том, что актом о случае профессионального заболевания от 24 апреля 2018 года он признан профнепригодным, в связи с чем работодатель, то есть ответчик, должен выплатить ему за весь период пока он не работал пособие по временной нетрудоспособности, суд находит несостоятельным на основании следующего.

Как указывалось выше, 24 апреля 2018 года по факту установления истцу заключительного диагноза «Вибрационная болезнь I (первой) степени …» работодателем был составлен акт о случае профессионального заболевания; в связи с проведением экспертизы связи заболевания с профессией истец был госпитализирован в КГБУЗ «Краевая клиническая больница», где находился с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года, при выписке получил листок нетрудоспособности с указанием причины нетрудоспособности под кодом «07» (<данные изъяты>).

Медико-социальную экспертизу истец, как следует из его объяснений, не проходил; степень утраты профессиональной трудоспособности ему не устанавливалась; в Фонд социального страхования Российской Федерации за выплатой пособия по временной нетрудоспособности он не обращался.

В соответствии с частью 1 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами (часть 2 статьи 184 Трудового кодекса Российской Федерации).

Одной из таких гарантий является обязательное социальное страхование, отношения в системе которого регулируются Федеральным законом от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ "Об основах обязательного социального страхования" (далее - Федеральный закон от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

Субъектами обязательного социального страхования являются страхователи (работодатели), страховщики, застрахованные лица, а также иные органы, организации и граждане, определяемые в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (абзац второй пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

К застрахованным лицам, исходя из содержания абзаца четвертого пункта 2 статьи 6 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ, относятся граждане Российской Федерации, а также иностранные граждане и лица без гражданства, работающие по трудовым договорам, лица, самостоятельно обеспечивающие себя работой, или иные категории граждан, у которых отношения по обязательному социальному страхованию возникают в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования.

Страхователи (работодатели) обязаны уплачивать в установленные сроки в надлежащем размере страховые взносы (подпункт 2 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ); выплачивать определенные виды страхового обеспечения застрахованным лицам при наступлении страховых случаев в соответствии с федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования, в том числе за счет собственных средств (подпункт 6 пункта 2 статьи 12 Федерального закона от 16 июля 1999 г. N 165-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 7 указанного закона одним из видов социальных страховых рисков является утрата застрахованным лицом заработка (выплат, вознаграждений в пользу застрахованного лица) или другого дохода в связи с наступлением страхового случая.

Страховыми случаями признаются достижение пенсионного возраста, наступление инвалидности, потеря кормильца, заболевание, травма, несчастный случай на производстве или профессиональное заболевание, беременность и роды, рождение ребенка (детей), уход за ребенком в возрасте до полутора лет и другие случаи, установленные федеральными законами о конкретных видах обязательного социального страхования (пункт 1.1 статьи 7 названного закона).

Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ), как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

В статье 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ определено, что обеспечение по страхованию - страховое возмещение вреда, причиненного в результате наступления страхового случая жизни и здоровью застрахованного, в виде денежных сумм, выплачиваемых либо компенсируемых страховщиком застрахованному или лицам, имеющим на это право в соответствии с названным федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ установлено, что обеспечение по страхованию осуществляется:

1) в виде пособия по временной нетрудоспособности, назначаемого в связи со страховым случаем и выплачиваемого за счет средств на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

2) в виде страховых выплат:

единовременной страховой выплаты застрахованному либо лицам, имеющим право на получение такой выплаты в случае его смерти;

ежемесячных страховых выплат застрахованному либо лицам, имеющим право на получение таких выплат в случае его смерти;

3) в виде оплаты дополнительных расходов, связанных с медицинской, социальной и профессиональной реабилитацией застрахованного при наличии прямых последствий страхового случая.

Пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ установлено, что пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Согласно разъяснениям, данным в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", за весь период временной нетрудоспособности застрахованного начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 пункта 1 статьи 8, статья 9 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производятся в соответствии со статьями 12 - 15 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (с учетом изменений, внесенных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 213-ФЗ) в части, не противоречащей Федеральному закону от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ.

В соответствии с частью 1 статьи 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" (далее также - Федеральный закон от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ) назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи).

Пособие по временной нетрудоспособности, как следует из положений части 1 статьи 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ, исчисляется исходя из среднего заработка застрахованного лица, рассчитанного за два календарных года, предшествующих году наступления временной нетрудоспособности, в том числе за время работы (службы, иной деятельности) у другого страхователя (других страхователей).

По общему правилу, содержащемуся в части 1 статьи 4.6 данного закона, страхователи выплачивают страховое обеспечение застрахованным лицам в счет уплаты страховых взносов в Фонд социального страхования Российской Федерации.

Сумма страховых взносов, подлежащих перечислению страхователями в Фонд социального страхования Российской Федерации, уменьшается на сумму произведенных ими расходов на выплату страхового обеспечения застрахованным лицам. Если начисленных страхователем страховых взносов недостаточно для выплаты страхового обеспечения застрахованным лицам в полном объеме, страхователь обращается за необходимыми средствами в территориальный орган страховщика по месту своей регистрации (часть 2 статьи 4.6 Федерального закона от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ).

Аналогичные положения о порядке финансового обеспечения расходов страхователей на выплату страхового обеспечения за счет средств бюджета Фонда социального страхования Российской Федерации предусмотрены в части 2 статьи 15 Федерального закона от 24 июля 2009 г. N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования".

Вместе с тем Федеральным законом от 24 июня 1998 г. N 125-ФЗ и Федеральным законом от 29 декабря 2006 г. N 255-ФЗ не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанными законами. Работодатель (страхователь) в такой ситуации несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, в порядке, закрепленном главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 г. N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" следует, что возмещение вреда, причиненного здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору, осуществляется страхователем (работодателем) по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (работника), в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов среднего заработка застрахованного. При этом пособие по временной нетрудоспособности входит в объем возмещения вреда, причиненного здоровью, и является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счет страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Из расчетного листка за ноябрь 2017 года (<данные изъяты>), справки о доходе за 2017 год (<данные изъяты>) видно, что ответчик выплатил истцу за период его нетрудоспособности с 23 октября 2017 года по 08 ноября 2017 года пособие по временной нетрудоспособности и тем самым возместил ему утраченный в этот период заработок.

Размер данного пособия, механизм расчета утраченного заработка для выплаты пособия по временной нетрудоспособности истцом не оспаривается.

Что касается доводов истца об обязанности работодателя оплатить ему иные периоды нетрудоспособности (с 22 августа 2017 года по 05 сентября 2017 года (<данные изъяты>), с 10 января 2018 года по 12 января 2018 года (<данные изъяты>), с 15 февраля 2018 года по 15 марта 2018 года (<данные изъяты>), с 26 июля 2018 года по 08 августа 2018 года (<данные изъяты>), с 09 августа 2018 года по 17 августа 2018 года (<данные изъяты>)) в порядке возмещения утраченного заработка вследствие наличия профессионального заболевания, то суд также признает их несостоятельными, поскольку в вышеперечисленных листках нетрудоспособности заболевание отмечено кодом "01" (общее заболевание), а не кодом "07" (профессиональное заболевание или его обострение) (Приказ Минздравсоцразвития РФ от 26.04.2011 N 347н "Об утверждении формы бланка листка нетрудоспособности").

При таких обстоятельствах суд не находит оснований для взыскания с ответчика каких-либо выплат, будь то утраченный заработок или невыплаченное пособие по нетрудоспособности за 27 месяцев неработы истца.

Разрешая требования о взыскании с ответчика неустойки, предусмотренной ст. 236 ТК РФ, и компенсации морального вреда, предусмотренной ст. 237 ТК РФ, суд исходит из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм.

Из приведенных положений статьи 236 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что материальная ответственность работодателя в виде выплаты работнику денежной компенсации в определенном законом размере наступает только при нарушении работодателем срока выплаты начисленной работнику заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику по трудовому договору.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Поскольку в судебном заседании нарушений прав истца не установлено, оснований для привлечения ответчика к материальной ответственности по ст.ст. 236 и 237 Трудового кодекса Российской Федерации не имеется, в удовлетворении данных требований суд считает необходимым отказать.

На основании вышеизложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ПАО «Горно-металлургическая компания «Норильский никель» о взыскании утраченного заработка в размере 899256 рублей 60 копеек, неустойки в размере 371512 рублей 63 копейки, компенсации морального вреда в размере 300000 рублей отказать полностью.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Норильский городской суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме.

Решение вынесено в окончательной форме 07 августа 2020 года.

Председательствующий: подпись

Копия верна:

Судья Норильского городского суда Е.А.Ежелева