Решение № 2-1952/2019 2-1952/2019~М-514/2019 М-514/2019 от 23 июня 2019 г. по делу № 2-1952/2019

Дело № 2-1952/2019 24 июня 2019 года


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

с участием прокурора Антоновой Е.В.,

при секретаре Яковлевой М.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о выселении,

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд с иском к ответчику, в котором просит суд выселить ответчика из жилого помещения, расположенного по адресу: Санкт-Петербург<адрес>.

Требования иска основывает на том, что на основании договора безвозмездного пользования вселена в спорное жилое помещение, представляющее собой трёхкомнатную коммунальную квартиру. Собственником одной из комнат – ФИО3 в комнату 15,8 кв.м. вселён ответчик.

Ссылается истец на том, что согласие на вселение ответчика не давал; ответчик своим проживанием создаёт невыносимые условия существования истца, постоянно является источником конфликтов, ведёт асоциальный образ жизни.

Истец в судебное заседание явился, настаивал на требованиях.

Ответчик, явившийся в судебное заседание, возражал против требований иска.

Третье лицо ФИО3, её законный представитель ФИО4, явившиеся в судебное заседание, полагали иск необоснованным.

Представитель третьего лица – администрации Красносельского района Санкт-Петербурга – ФИО5, явившаяся в судебное заседание, ссылалась на необоснованность иска.

Прокурор в своём заключении полагал требования иска необоснованным, так как истец собственником помещения не является, согласие собственников на вселение у ответчика имеется.

Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы дела, исследовав материалы КУСП, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам:

Судом установлено, что жилое помещение, распложенное по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, представляет собой трёхкомнатную квартиры общей площадью 65,40 кв.м., состоит из трёх жилых комнат:10,20 кв.м., 15,40 кв.м., 15,8 кв.м. (л.д.4-5).

ФИО1 на основании договора безвозмездного пользования жилым помещением от 2 октября 2017 года занимает жилую комнату 10,20 кв.м.

Согласно сведениям из ЕГРН 15/41 долей в праве общей долевой собственности на квартиру принадлежит ФИО6, 16/41 – ФИО3, а 10/41 – Санкт-Петербургу (л.д.6-9).

ФИО3 в порядке наследования является собственником 16/41 долей в праве общей долевой собственности на спорную квартиру, наследовала после смерти ФИО7, умершего 5 июля 2017 года (л.д.30-35).

Из материалов КУСП 74/12139 следует, что ФИО2 проживает в названной квартире с августа 2017 года. Представил ответчик договор найма жилого помещения от 18 октября 2018 года, заключённый с ФИО3, согласие ФИО6 на проживание в квартире ответчика.

Разрешая требования иска, суд отклоняет доводы истца о том, что жилое помещение сдано лицом, которое не являлось собственником.

В силу статьи 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Согласно статье 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации наследство открывается со смертью гражданина.

В силу пункта 1 статьи 1114 Гражданского кодекса Российской Федерации временем открытия наследства является момент смерти гражданина.

Пунктами 1, 4 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что для приобретения наследства наследник должен его принять.

Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

Поскольку из материалов дела следует, что ФИО3 приняла наследство после смерти ФИО7, то она считается собственником спорных долей со дня открытия наследства, то есть с 5 июля 2017 года.

Вопрос доли в которой она является наследником действительно разрешён только договор от 14 июля 2018 года, однако данное обстоятельство не отменяет того факта, что ФИО3, как собственник, имела право распоряжаться имуществом.

Однако заслуживает внимание следующее обстоятельство.

Частью 1 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены Кодексом.

В силу части 2 и части 4 статьи 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством, данным Кодексом. Собственник жилого помещения обязан поддерживать данное помещение в надлежащем состоянии, не допуская бесхозяйственного обращения с ним, соблюдать права и законные интересы соседей, правила пользования жилыми помещениями, а также правила содержания общего имущества собственников помещений в многоквартирном доме.

По смыслу перечисленных выше норм, законодатель, предусмотрев право собственника жилого помещения по передаче его в наем гражданам по договору найма, обусловил возможность осуществления этого права как необходимостью соблюдения интересов соседей, так и необходимостью соблюдения требований гражданского законодательства и Жилищного кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 76 (часть 2) Жилищного кодекса Российской Федерации для передачи в поднаем жилого помещения, находящегося в коммунальной квартире, требуется согласие всех нанимателей и проживающих совместно с ними членов их семей, всех собственников и проживающих совместно с ними членов их семей.

Таким образом, из положений статей 30 (часть 2, 4) и 76 (часть 2) Жилищного кодекса Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что собственник жилого помещения в коммунальной квартире вправе передавать его по договору найма иным лицам только с согласия других лиц, проживающих в этой квартире, - как нанимателей, так и собственников жилого помещения, а также членов их семей.

Согласно части 1 статьи 41 Жилищного кодекса Российской Федерации собственникам комнат в коммунальной квартире принадлежат на праве общей долевой собственности помещения в данной квартире, используемые для обслуживания более одной комнаты (далее - общее имущество в коммунальной квартире).

В силу части 1 статьи 42 Жилищного кодекса Российской Федерации доля в праве общей собственности на общее имущество в коммунальной квартире собственника комнаты в данной квартире пропорциональна размеру общей площади указанной комнаты.

Как следует из приведенных выше норм, порядок использования общего имущества в коммунальной квартире Жилищным кодексом Российской Федерации не урегулирован. В связи с этим в соответствии со статьёй 7 Жилищного кодекса Российской Федерации к этим отношениям применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об общей долевой собственности, в частности нормы статей 246 и 247 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Распоряжение имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников (пункт 1 статьи 246 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляются по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия - в порядке, устанавливаемом судом.

Согласно статье 76 (часть 2) Жилищного кодекса Российской Федерации для передачи в поднаем жилого помещения, находящегося в коммунальной квартире, требуется также согласие всех нанимателей и проживающих совместно с ними членов их семей, всех собственников и проживающих совместно с ними членов их семей.

Из содержания данных норм в их взаимосвязи следует, что правомочия владения и пользования общим имуществом в коммунальной квартире собственники комнат в коммунальной квартире должны осуществлять по соглашению.

Предоставление собственником комнаты в коммунальной квартире по гражданско-правовым договорам во владение и пользование комнаты другим лицам (например, нанимателям) предполагает, что эти лица будут пользоваться и общим имуществом в коммунальной квартире, а поскольку данное имущество находится в общей долевой собственности, то для обеспечения баланса интересов участников долевой собственности вопрос о пользовании общим имуществом нанимателями комнаты необходимо согласовать с другими собственниками жилых помещений в коммунальной квартире. Если такое согласие не достигнуто, то порядок пользования общим имуществом устанавливается судом.

Соглашение между собственниками комнат в коммунальной квартире о порядке пользования общим имуществом квартиры (кухней, коридором, туалетом и ванной) не заключалось, в том числе не был определен собственниками комнат порядок пользования общими помещениями в квартире на случай передачи собственниками принадлежащих им комнат в пользование другим лицам по гражданско-правовым договорам.

Аналогичное понимание взаимосвязанных положений норм материального права приведено в практике Верховного Суда Российской Федерации (определение от 16 мая 2015 года №78-КГ15-8).

То обстоятельство, что ФИО1 предоставлено жилое помещение не по договору социального найма, а на основании иного договора решающего значения для дела не имеет, поскольку Раздел IV Жилищного кодекса Российской Федерации специальных норм, устанавливающих иной правовой статус ФИО1 как нанимателя, на данный счёт не содержит.

Суд находит возможным применить по аналогии положение статьи 76 (часть 2) Жилищного кодекса Российской Федерации к спорным правоотношениям в системном её истолковании, приведённом ранее.

В смысле такого правового понимания, поскольку ФИО1 не давала своего согласия на вселение ответчика, на момент вселение последнего проживала в спорной квартире, то ответчик подлежит выселению, как вселённый в отсутствии надлежащего согласования.

Иные доводы иска, в том числе, касающиеся поведения ответчика, суд полагает несостоятельными, поскольку в нарушение положений статьи 56 ГПК РФ истец не представил доказательств доводам о противозаконном использовании ответчиком жилого помещения.

Кроме этого данные доводы не влияют на правовую судьбу дела, поскольку имеются иные достаточные основания для выселения ответчика, который имеет законное право пользования иным жилым помещением.

Отклоняет суд доводы администрации района о правомерности вселения, поскольку порядок пользования общим имуществом коммунальной квартиры не установлен, что исключат возможность собственников распоряжаться таким образом своим правом.

Суд принимает во внимание при этом правовой подход, изложенный в определении Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2016 года №78-КГ15-44, который сводится к тому, что определяющее значение в свободе распоряжения жилым помещением отдаётся тому, какой объект прав зарегистрирован.

Поскольку в спорном деле собственники не обособили своё право, выступают собственниками доли в праве общей долевой собственности на единое жилое помещение как объект прав, то и свобода их распоряжения правом ограничивается в той мере, в которой носит неопределённый характер в вопросах фактического использования имущества.

Поскольку иск удовлетворён судом, с ответчика следует взыскать расходы по государственной пошлине в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 98, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Выселить ФИО2, <дата> года рождения, уроженку города <...>, из жилого помещения по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья:

Решение суда в окончательной форме принято 28 июня 2019 года.