Постановление № 4А-125/2018 от 15 августа 2018 г. по делу № 4А-125/2018

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ МОРДОВИЯ


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№4-а-125

16 августа 2018г. г.Саранск,

Республики Мордовия

Председатель Верховного Суда Республики Мордовия Штанов С.В., рассмотрев жалобу И. и его защитника Михеевой Е.Л., на вступившие в законную силу постановление мирового судьи судебного участка Большеберезниковского района Республики Мордовия от 01 марта 2018г. и решение судьи Большеберезниковского районного суда Республики Мордовия от 19 апреля 2018г., вынесенные в отношении И. по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

установил:

постановлением мирового судьи судебного участка Большеберезниковского района Республики Мордовия от 01 марта 2018г. И.. признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП Российской Федерации), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Решением судьи Большеберезниковского районного суда Республики Мордовия от 19 апреля 2018г. постановление мирового судьи от 01 марта 2018г.оставлено без изменения.

В жалобе ФИО6 и его защитник Михеева Е.Л., оспаривая допустимость представленных в деле доказательств, в том числе показания свидетелей ФИО1, ФИО2, законность и обоснованность вынесенных по делу судебных постановлений, просят их отменить, производство по делу прекратить в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено постановление о привлечении ФИО6 к административной ответственности по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации. В обоснование доводов указывают, что ФИО6 не является субъектом административного правонарушения, поскольку он не управлял транспортным средством и факт управления транспортным средством не доказан судом; процедура привлечения к административной ответственности нарушена, что выразилось в неразъяснении порядка освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, оформлении протоколов с нарушением требований КоАП Российской федерации; отстранение от управления транспортном средством, с применением видеозаписи, осуществлено с нарушением требований закона, о том, что применяется видеозапись, ФИО6 должностным лицом не предупреждался, при оформлении процессуальных документов инспектором ГИБДД не разъяснены права, предусмотренные статьями 51 Конституции РФ и 25.1 КоАП Российской Федерации; протокол об административном правонарушении и протокол о направлении на медицинское освидетельствование содержат не оговоренные исправления, процедура внесения исправлений нарушена, что подтверждается копией протокола, врученной ФИО6, где не указана часть и статья вменяемого административного правонарушения; не установлено место совершения административного правонарушения; протокол о направлении на медицинское освидетельствование не составлялся, его копия ему не вручалась.

Кроме того, заявители считают, что дело принято к производству мировым судьей с нарушением требований статьи 29.1 КоАП Российской Федерации и рассмотрено с существенными нарушениями процессуальных норм; заявленные ходатайства рассматривались мировым судьей не своевременно, с видеозаписью с видеорегистратора патрульного автомобиля ФИО6 не был ознакомлен; не исследовалась копия постановления по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.3 КоАП Российской Федерации <дата> Указывают, что в нарушение требований закона, судьей районного суда дело рассмотрено и решение принято в отсутствии ФИО6, который не был извещен о рассмотрении дела; дело судьей районного суда рассмотрено не объективно; решение 19 апреля 2018г. не принималось и не оглашалось, а фактически было изготовлено лишь 26 апреля 2018г., копия указанного решения ему не направлялась.

Изучив доводы жалобы ФИО6 и его защитника - Михеевой Е.Л., проверив материалы дела, оснований для отмены обжалуемых судебных актов не нахожу по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 2.7 Правил дорожного движения Российской Федерации (далее ПДД), утвержденных Постановлением Совета Министров Правительства Российской Федерации № 1090 от 23 октября 1993 г. водителю запрещается управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного), под воздействием лекарственных препаратов, ухудшающих реакцию и внимание, в болезненном или утомленном состоянии, ставящем под угрозу безопасность движения.

Согласно пункту 2.3.2. ПДД, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Согласно части 1.1 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, либо лицо, в отношении которого вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 настоящего Кодекса, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

В силу части 2 статьи 27.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, направление на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

В соответствии с частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния влечет наложение административного штрафа в размере тридцати тысяч рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок от полутора до двух лет.

Согласно ч. ч. 1, 2 ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными настоящим Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Как следует из материалов дела, и обоснованно установлено мировым судьей, ФИО6, управляя транспортным средством марки <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, при наличии выявленных внешних признаков алкогольного опьянения, <дата>г. <данные изъяты>, в патрульной машине государственной автомобильной инспекции (марки <данные изъяты>), <адрес> в нарушение требований пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное частью первой статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Основанием полагать, что ФИО6 находился в состоянии опьянения, явилось наличие у него признаков опьянения (запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи), предусмотренных пунктом 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. № 475.

От прохождения освидетельствования на месте, а затем и от медицинского освидетельствования на состояние опьянения ФИО6 отказался. Данное обстоятельство усматривается из протокола о направлении на медицинское освидетельствование <№> от <дата>г., согласно которому <данные изъяты> вышеуказанный водитель отказался от прохождения медицинского освидетельствования, а также зафиксировано видеорегистратором, установленным в патрульном автомобиле.

О том, что ФИО6 ответил отказом на предложение инспектора ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования не отрицается и в настоящей жалобе, вместе с тем делается ссылка на то, что указание должностного лица о необходимости следования в «наркологию» для прохождения медицинского освидетельствования было расценено им не верно, а поскольку он наркотики не употребляет, заявлен отказ.

Правильно установив юридически значимые обстоятельства и оценив имеющиеся в деле доказательства в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП Российской Федерации, мировой судья пришел к обоснованному выводу о наличии события административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и вины ФИО6 в его совершении.

Факт управления ФИО6 транспортным средством при указанных обстоятельствах и законность требования сотрудника полиции о прохождении им медицинского освидетельствования на состояние опьянения, сомнений не вызывает, поскольку у управлявшего транспортным средством ФИО6 имелись признаки опьянения.

Вопреки доводам жалобы, при рассмотрении дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП Российской Федерации на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные статьей 26.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Утверждения лица привлеченного к административной ответственности и его защитника в жалобе об отсутствии оснований для направления ФИО6 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, поскольку он не являлся водителем, и об управлении автомобилем иным лицом, что, по мнению заявителей, подтверждается показаниями свидетелей ФИО3, ФИО4, не принятыми судом во внимание, а также записью видеорегистратора, на которой не зафиксирован факт управления транспортным средством ФИО6, отклоняется. Указанный довод был предметом рассмотрения и проверки судебных инстанций и не нашел своего подтверждения, обоснованно отвергнут по мотивам, изложенным в оспариваемых судебных решениях. Показаниям указанных свидетелей дана надлежащая правовая оценка в их совокупности и взаимосвязи с другими материалами дела.

Довод жалобы о том, что транспортное средство в момент приезда сотрудников ГИБДД было припарковано на обочине, соответственно данное обстоятельство свидетельствует о неправомерности требования инспектора ГИБДД к ФИО6 о прохождении медицинского освидетельствования, отклоняется, поскольку опровергается материалами дела, и сводится к несогласию с выводами мирового судьи и судьи районного суда, правильность которых не вызывает сомнений.

Виновность ФИО6 в установленном правонарушении подтверждается совокупностью имеющихся в деле доказательств, соответствующих требованиям Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оцененных судьями нижестоящих судебных инстанций на предмет допустимости и достаточности для правильного рассмотрения дела: протоколом <№> от <дата>г. об отстранения от управления транспортным средством, из которого следует, что отстранение от управления транспортным средством осуществлено с применением видеозаписи (л.д.2); протоколом <№> от <дата>г. о направлении на медицинское освидетельствование (л.д.3); протоколом <№> от <дата>г. об административном правонарушении, оформленным <данные изъяты>, из которого следует, что в нарушение пункта 2.3.2 Правил дорожного движения, водитель ФИО6, у которого были выявлены признаки алкогольного опьянения, не выполнил законное требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования, права и обязанности, предусмотренные статьей 25.1 КоАП Российской Федерации, статьей 51 Конституции Российской Федерации разъяснены текстуально, копия указанного протокола получена ФИО6, о чем свидетельствует его подпись в соответствующей графе протокола (л.д.1); исследованными в судебном заседании мировым судьей видеозаписями с видео-регистраторов двух патрульных автомобилей марки <данные изъяты> и <данные изъяты>; показаниями допрошенных в качестве свидетелей инспекторов ГИРБДД ФИО5, ФИО2, ФИО1, из которых следует, что ФИО6, у которого наблюдались признаки алкогольного опьянения, управлял транспортным средством, и что указанный факт был выявлен инспектора ФИО2 и ФИО1, следовавшими в первом экипаже ДПС, материал оформлен инспектором ФИО5, следовавшим во втором экипаже ДПС.

Из вышеперечисленных доказательств в том числе следует, что обеспечительные меры по делу были правомерно применены к ФИО6 как к водителю транспортного средства, у которого были установлены признаки алкогольного опьянения, в соответствии с требованиями статьи 27.12 КоАП Российской Федерации.

С данными выводами мирового судьи согласился и судья районного суда.

Анализ материалов дела показывает, что по данному делу собрана достаточная совокупность доказательств, подтверждающих виновность ФИО6 во вмененном административном правонарушении.

Вопреки доводам жалобы, видеосъемка при применении мер обеспечивающих производство по административному делу велась в соответствии с требованиями части 2 статьи 27.12 КоАП Российской Федерации и согласно Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения.

В соответствии с частью 6 статьи 25.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в случае применения видеозаписи для фиксации совершения процессуальных действий, за исключением личного досмотра, эти процессуальные действия совершаются в отсутствие понятых, о чем делается запись в соответствующем протоколе либо акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Материалы, полученные при совершении процессуальных действий с применением видеозаписи, прилагаются к соответствующему протоколу либо акту освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно положениям пунктов 235, 236Приказа МВД России от 23 августа 2017 г. № 664 «Об утверждении Административного регламента исполнения Министерством внутренних дел Российской Федерации государственной функции по осуществлению федерального государственного надзора за соблюдением участниками дорожного движения требований законодательства Российской Федерации в области безопасности дорожного движения» направление лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения по основаниям, предусмотренным Кодексом, осуществляется сотрудником непосредственно после выявления соответствующих оснований, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи.

Исследование приобщенной к делу видеозаписи показало, что инспектором ДПС озвучивался факт осуществления видеосъемки при применении мер обеспечивающих производство по делу, в том числе и иному лицу, подходившему к автомобилям сотрудников ДПС.

Следует отметить, как порядок видеосъемки, так и порядок приобщения видеозаписи к материалам об административном правонарушении нормами КоАП Российской Федерации не регламентируется, и соответственно не нарушен.

Утверждение в жалобе ФИО6 и защитника Михеевой Е.Л. о существенных нарушениях, допущенных инспектором ДПС при оформлении протокола об административном правонарушении и протоколов о направлении на медицинское освидетельствование, об отстранении от управления транспортным средством, влекущих недопустимость указанных доказательств, отклоняется. Указанные процессуальные документы получили соответствующую оценку судей и признаны допустимыми доказательствами. Имеющиеся разногласия в подлиннике протокола об административном правонарушении и врученной ФИО6 копии протокола? где не указана часть и статья КоАП Российской Федерация, предусматривающая ответственность за нарушение водителем транспортного средства пункта 2.3.2 Правил дорожного движения, указанного в соответствующей графе протокола, выяснены, действиям привлекаемого лица дана правильная юридическая квалификация. Обстоятельства, описанные в протоколе об административном правонарушении, соответствуют объективной стороне инкриминируемого ФИО6 правонарушения.

Оснований не согласиться с оценкой положенных в основу судебных решений доказательств не имеется.

Согласно пункту 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования вышеуказанных Правил.

С объективной стороны правонарушение, предусмотренное частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации, заключается в нарушении пункта 2.3.2 Правил дорожного движения, которым на водителя транспортного средства возложена обязанность проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения по требованию сотрудников полиции. Требование о прохождении медицинского освидетельствования носит обязательный характер. Причина отказа водителя от выполнения обязанности о прохождении медицинского освидетельствования не имеет правового значения для квалификации его действий по части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации. Невыполнение законного требования сотрудника полиции о прохождение медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения представляет собой оконченное административное правонарушение.

Место и время совершения административного правонарушения установлены верно. Процессуальные документы должностным лицом составлены последовательно, необходимые сведения, значимые для дела, в них отражены, подписи инспектора ФИО5 имеются, отказ ФИО6 от подписания протоколов зафиксирован.

Совокупность доказательств по делу с достоверностью подтверждает не выполнение водителем транспортного средства ФИО6 законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, причем, сущность вменяемого ему правонарушения была понятна, равно как и ответственность за данное нарушение.

Довод жалобы о том, что представленные видеозаписи не подтверждает факта управления ФИО6 транспортным средством, отклоняется по вышеизложенным обстоятельствам.

Исследованным в судебном заседания видеозаписям дана оценка в совокупности с иными доказательствами по делу, и вопреки доводам жалобы, не подтверждают утверждение о невиновности ФИО6 во вмененном правонарушении.

Оснований не доверять показаниям инспекторов ДПС ФИО5, ФИО2, ФИО1, допрошенных в ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей, не имеется. Судьи предыдущих судебных инстанций обоснованно приняли во внимание показания указанных лиц, так как ранее они с ФИО6 не были знакомы, неприязненных отношений не имели, находился при исполнении своих служебных обязанностей во время сбора административного материала. Признаков заинтересованности со стороны вышеуказанных должностных лиц, а также оговора ФИО6 не усматривается.

Исполнение сотрудниками полиции возложенных на них должностных обязанностей как таковое, не может свидетельствовать об их заинтересованности в исходе дела об административном правонарушении.

Довод жалобы о том, что инспектором была нарушена процедура направления на медицинское освидетельствование, поскольку инспектор ДПС предлагал ему последовать для прохождения процедуры медицинского освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не в медицинское учреждение, а в «наркологию», и в связи с тем, что он наркотики не употребляет, ответил отказом, заслуживает критической оценки, поскольку противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам, в том числе и видеозаписи с видеорегистратора патрульного автомобиля <данные изъяты>, в котором ФИО6 предлагалось пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а затем, при отказе водителя от данной процедуры, он был направлен на медицинское освидетельствование, в соответствии с требованиями ст. 27.12 КоАП Российской Федерации.

Довод жалобы о том, что протокол о направлении на медицинское освидетельствование при ФИО6 не составлялся, копия протокола не вручалась, так как на видеозаписи указанное обстоятельство не зафиксировано, права, предусмотренные КоАП, в том числе п.6 ст. 25.7 КоАП РФ, не разъяснялись, что свидетельствует о нарушении его права на защиту, отклоняется.

Копии протоколов об отстранении от управления транспортным средством и направлении на медицинское освидетельствование ФИО6 получить отказался, что подтверждается сведениями об этом в процессуальных документах и росписями должностного лица. Кроме того, следует отметить, что процессуальный закон обязывает фиксирование в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи факта отстранения от управления транспортным средством и направления лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а не факта вручения копий документов, равно как и фиксации на видеозапись факта управления транспортным средством при нарушении пункта 2.3.2 Правил дорожного движения, ответственность за которое предусмотрена частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации. Данное утверждение в жалобе не свидетельствует о том, что получить копии процессуальных документов ФИО6 должностным лицом не предлагалось.

Довод жалобы о том, что протокол о направлении на медицинское освидетельствование содержит неоговоренные исправления, внесенные в его отсутствии и о которых ему не сообщено, отклоняется как не подтверждённый какими-либо доказательствами.

Исправления в указанном протоколе оговорены, указано, что они внесены в присутствии ФИО6, который от подписания протокола и получении его копии отказался, что согласуется с положениями части 5 статьи 27.12, части 5 статьи 27.12.1, КоАП Российской Федерации. Копия протокола о направлении на медицинское освидетельствование, не содержащая записей, которые имеются в подлиннике протокола, в подтверждение доводов не представлена, и в материалах дела не имеется.

Довод о том, что дело об административном правонарушении, влекущем лишение права управления транспортным средством, может быть рассмотрено по месту учета транспортного средства, однако данное право ФИО6 не разъяснялось, не свидетельствует о допущенном нарушении требований КоАП Российской Федерации.

Пункт 4 статьи 29.5 КоАП Российской Федерации, предусматривающей возможность рассмотрения дела об административном правонарушении, влекущем лишение права управления транспортным средством по месту учета транспортного средства, утратил силу в связи с внесением в статью 29.5 КоАП Российской Федерации изменений Федеральным законом от 23.07.2010г. №175-ФЗ.

Довод о том, что постановление <№> от <дата>г.о привлечении ФИО6 к административной ответственности за <данные изъяты> не может служить доказательством его вины, так как мировым судьей не исследовалось, отклоняется. Указанное постановление не принималось мировым судьей в качестве доказательства, подтверждающего вину ФИО6 в совершении правонарушения, предусмотренного частью 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации.

Неустранимых сомнений в виновности лица, в отношении которого велось производство по делу об административном правонарушении, вопреки доводу жалобы, не установлено.

Принцип презумпции невиновности, установленный статьей 1.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, при рассмотрении дела не нарушен.

Существенных нарушений норм материального и процессуального закона, не позволивших всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении, не допущено.

Постановление о привлечении ФИО6 к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 1 статьей 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, вынесено мировым судьей с соблюдением территориальной подведомственности, в соответствии с нормами КоАП Российской Федерации, в пределах срока давности привлечения к административной ответственности в соответствии со статьей 4.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Административное наказание назначено ему в пределах санкции части 1 статьи 12.26 КоАП Российской Федерации.

Требования статьи 29.11 КоАП Российской Федерации судьями нижестоящих судебных инстанций соблюдены.

Жалоба ФИО6 рассмотрена судьёй районного суда всесторонне, полно и объективно.

Довод жалобы о рассмотрении дела судьей районного суда в нарушение требований части 2 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации, решение по делу принято в отсутствии ФИО6, не извещенного надлежащим образом, отклоняются.

Участвующие в деле лица по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им процессуальными правами, в том числе правом на участие в судебном заседании.

По смыслу закона лицо, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении, должно добросовестно пользоваться предоставленными ему законом процессуальными правами, не допуская злоупотребления ими.

В соответствии с частью 2 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации дело об административном правонарушении может быть рассмотрено в отсутствие лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, лишь в случаях, предусмотренных частью 3 статьи 28.6 КоАП Российской Федерации, либо если имеются данные о надлежащем извещении лица о месте и времени рассмотрения дела и если от лица не поступило ходатайство об отложении рассмотрения дела, либо если такое ходатайство оставлено без удовлетворения.

Как следует из материалов дела, ФИО6 надлежащим образом извещен о дне, месте и времени рассмотрения дела судьей районного суда. На л.д. 98-99 имеется расписка защитника Михеевой Е.Л. о получении ею повестки на имя ФИО6 для передачи своему доверителю, а также расписка ФИО6 о получении им лично повестки о явке в суд.

По ходатайству ФИО6 рассмотрение дела неоднократно откладывалось, в том числе, 11 апреля 2018г. слушание отложено на 19 апреля 2018г. на 14 часов 00 мин. Повестка о явке в судебное заседание 19 апреля 2018г., для передачи не явившемуся в судебное заседание ФИО6, была вручена его защитнику-Михеевой Е.Л., о чем свидетельствует её расписка на л.д.112. Кроме того, на л.д.114 имеется письменное заявление ФИО6 от 19 апреля 2018г., в котором он просит жалобу на постановление мирового судьи от 01 марта 2018г. рассмотреть без его участия, доводы жалобы поддерживает. Дело рассмотрено судьей районного суда с участием защитника И.-Михеевой Е.Л.

При таких обстоятельствах судья районного суда правомерно рассмотрел дело в отсутствие ФИО6, что согласуется с требованиями части 2 статьи 25.1 КоАП Российской Федерации, и оснований полагать его право на защиту нарушенным не имеется.

При рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья районного суда проверил доводы жалобы ФИО6 в полном объеме, в том числе об отсутствии доказательств, подтверждающих факт движения транспортного средства под его управлением, и правомерно признал эти доводы несостоятельными, приведя мотивы принятого решения.

Довод о том, что решение судьей вынесено не 19 апреля 2018г., а 26 апреля 2018г., не состоятельный.

Как следует из протокола судебного заседания, по выходу из совещательной комнаты решение по делу судьей оглашено немедленно, разъяснен срок и порядок обжалования, и судебное заседание объявлено оконченным 19 апреля 2018г. в 14 часов 40 минут.

Довод о том, что копия решения не направлялась ФИО6, не обоснованный.

Как следует из материалов дела, 23 апреля 2018г. ФИО6 по адресу регистрации и жительства, а также его защитнику-Михеевой Е.Л. направлены копии решения от 19 апреля 2018г. заказным письмом с уведомлением. Письмо на имя ФИО6 (л.д.147,150-156) возвращено в адрес суда 14 мая 2018г. за истечением срока хранения.

Иных доводов, свидетельствующих об отсутствии в действиях ФИО6 состава вмененного административного правонарушения, и которые не были предметом исследования нижестоящих судов, в жалобе не приведено.

Исходя из изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 2 статьи 30.17 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, Председатель Верховного Суда Республики Мордовия

постановил:

постановление мирового судьи судебного участка Большеберезниковского района Республики Мордовия от 01 марта 2018г. и решение судьи Большеберезниковского районного суда Республики Мордовия от 19 апреля 2018г., вынесенные в отношении ФИО6 по делу об административном правонарушении, предусмотренном частью 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, оставить без изменения, жалобу ФИО15 и защитника – Михеевой Е.Л. – без удовлетворения.

Председатель Верховного Суда

Республики Мордовия С.В. Штанов