Апелляционное постановление № 22К-1331/2020 от 14 июля 2020 г. по делу № 3/14-1/2020

Судья Гаврилова И.Ю. Дело № 22-1331


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Воронеж 14 июля 2020 года

Воронежский областной суд в составе:

председательствующего судьи Непомнящего А.Е.

при секретаре Коренькове Д.А.

с участием прокурора Малесиковой Л.М., представителя ФИО16 - адвоката Багно Ю.Е.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу адвоката Багно Ю.Е. в защиту интересов Свидетель №1 на постановление Таловского районного суда Воронежской области от 3 июня 2020 года, которым удовлетворено ходатайство заместителя прокурора Таловского района Воронежской области Малыгина А.А. и разрешена отмена постановления следователя Бобровского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Воронежской области от 28 февраля 2020 года о прекращении производства по уголовному делу №, возбужденному 10 сентября 2018 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО16 состава преступления.

Заслушав объяснения адвоката Багно Ю.Е., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Малесиковой Л.М., полагавшей судебное постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л :

постановлением следователя Бобровского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Воронежской области ФИО6 от 28 февраля 2020 года производство по уголовному делу № прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в действиях <данные изъяты> по Таловскому району Воронежской области ФИО16 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

22 мая 2020 года заместитель прокурора Таловского района Воронежской области Малыгин А.А. обратился в Таловский районный суд Воронежской области с ходатайством об отмене в порядке, предусмотренном ст. 214.1 УПК РФ, данного постановления, указывая, что по уголовному делу неоднократно принимались решения о его прекращении в связи с отсутствием в действиях ФИО16 состава преступления, первый раз - 12 ноября 2018 года, впоследствии эти решения были отменены. Прокурор считает, что постановление о прекращении уголовного дела от 28 февраля 2020 года также подлежит отмене, поскольку является незаконным в силу нарушения ч. 2 ст. 21 УПК РФ, ссылается на необходимость выполнения ряда следственных действий.

Оспариваемым постановлением районного суда ходатайство прокурора удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Багно Ю.Е., представляющий интересы ФИО16, просит постановление районного суда отменить, в удовлетворении ходатайства о разрешении отмены постановления следователя от 28 февраля 2020 года о прекращении производства по уголовному делу отказать. В обоснование доводов апелляционной жалобы ее автор указал на то, что при рассмотрении ходатайства прокурора судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, выводы суда о наличии оснований для отмены постановления следователя не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, ссылается на отсутствие необходимости дополнительного исследования тех обстоятельств, о которых указано в судебном постановлении, полагая, в частности, что вопрос о наличии технической возможности предотвращения наезда на пешехода при его обнаружении с расстояния 31,8 м, не имеет значения по делу, поскольку дорожная ситуация с такими данными не основана на каких-либо доказательствах, указывает на то, что противоречия в показаниях ФИО16 при описании его действий в первоначальных объяснениях и последующих показаниях по существу отсутствуют; проверка действий ФИО16 с позиции Правил дорожного движения РФ с учетом того, что при осмотре места происшествия не были зафиксированы следы торможения, также не требуется, поскольку отсутствие в протоколе осмотра места происшествия описания следов торможения само по себе не свидетельствует о том, что такое торможение водителем не применялось.

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ судебное постановление должно быть законным, обоснованным и мотивированным, вынесенным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанным на правильном применении уголовного закона.

Постановление районного суда не отвечает названному выше требованию закона в связи с чем подлежит отмене.

Уголовное дело по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ на <адрес> р.<адрес>, с участием водителя ФИО16, в результате которого погиб пешеход ФИО8, было возбуждено 10 сентября 2018 года (т. 1 л.д. 1-2).

До принятия решения о возбуждении уголовного дела следственным органом по результатам проводившихся проверок неоднократно – 16 января 2018 года (т. 1 л.д. 21-22), 8 мая 2018 года (т. 1 л.д. 28-30) принимались решения об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО16 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, которые были отменены постановлениями заместителя прокурора Таловского района от 16 марта и от 6 июля 2018 года (т. 1 л.д. 27, 35-36).

По результатам расследования уголовного дела следственным органом 12 ноября 2018 года (т.1 л.д. 262-265), 5 июня 2019 года (т. 1 л.д. 344-348) выносились постановления о прекращении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО16 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, которые были отменены заместителем прокурора района соответственно 3 февраля 2019 года и 8 ноября 2019 года (т. 1 л.д. 268, 353).

Во всех случаях отказа в возбуждении уголовного дела и прекращения уголовного дела орган расследования приходил к выводу, что последствия дорожно-транспортного происшествия в виде смерти пешехода ФИО9 наступили не вследствие нарушения правил дорожного движения водителем автомобиля ФИО16, а явились результатом неосторожных действий самого ФИО9, который, будучи в состоянии опьянения, в темное время суток вышел на проезжую часть неосвещенной улицы в одежде темного цвета, на которой отсутствовали световозвращающие элементы.

Основанием неоднократной отмены постановлений о прекращении уголовного дела и возобновления по нему производства явилась имевшая место, по мнению прокурора, неполнота предварительного следствия.

Из содержания постановления заместителя прокурора от 3 февраля 2018 года следует, что со стороны органа следствия при первоначальном прекращении уголовного дела были проведены не все необходимые следственные действия для устранения противоречий относительно вопроса момента возникновения опасности для движения автомобиля ФИО16, поскольку при проведении следственного эксперимента в качестве такого момента органом следствия определен момент обнаружения пешехода, однако при исследуемых обстоятельствах таким моментом для водителя является момент его ослепления встречным автомобилем. Кроме того, указано на наличие противоречий в показаниях ФИО16, данных им 19 декабря 2017 года и 19 сентября 2018 года, относительно начала торможения, а именно: изначально в показаниях ФИО16 пояснял, что стал тормозить, когда увидел перед собой пешехода, а позже утверждал, что начал тормозить, поскольку встречный автомобиль его ослепил, когда увидел пешехода продолжил нажимать педаль тормоза, чтобы экстренно затормозить свой автомобиль, при этом, как те, так и другие показания не соответствуют протоколу осмотра места происшествия, в котором отсутствуют сведения о следах торможения.

В качестве основания отмены второго решения о прекращении уголовного дела в постановлении от 8 ноября 2019 года заместителем прокурора приведены следующие обстоятельства: при следственном эксперименте в качестве момента возникновения опасности для движения определен момент обнаружения пешехода, что не соответствует фактическим обстоятельствам и требованиям закона, в соответствии с которыми возникновение опасности должно связываться с моментом ослепления водителя, кроме того, при проведении следственного эксперимента не был использован автомобиль, участвовавший в дорожно-транспортном происшествии, сам ФИО16 в данном следственном действии участия не принимал, что вызвало сомнение в объективности полученных результатов.

Вместе с тем, по результатам дополнительного расследования следственным органом вновь вынесено постановление о прекращении уголовного дела от 28 февраля 2020 года, вопрос об отмене которого ввиду отсутствия процессуальной возможности самостоятельно принять такое решение в силу ч. 1.1 ст. 214 УПК РФ, заместитель прокурора района поставил перед Таловским районным судом Воронежской области, обратившись в него с соответствующим ходатайством, указав о неполноте проведенного расследования. В дополнение к претензиям, изложенным ранее в постановлениях об отмене предыдущих решений о прекращении уголовного дела, заместитель прокурора в ходатайстве, адресованном в районный суд, указал на необходимость следственным путем определения взаимного расположения и расстояния между пешеходом и автомобилем ФИО16 в различные промежутки времени с момента предположительного выхода пешехода на проезжую часть, используя средние значения скорости пешехода.

Удовлетворяя ходатайство прокурора и разрешая отмену постановления о прекращении уголовного дела от 28 февраля 2020 года, районный суд указал, что выводы органа расследования основаны на экспертном заключении, согласно которому водитель ФИО16 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения экстренного торможения с момента возникновения опасности для движения на расстоянии, равном видимости пешехода, установленном в ходе следственного эксперимента, составляющем 10,5 м, 2,5 м и 1,8 м, однако в заключении эксперта отсутствует экспертная оценка наличия у водителя ФИО16 технической возможности предотвращения наезда на пешехода при его обнаружении с расстояния 31,8 м.

Кроме того, в судебном постановлении указано также о «необходимости проверки действий водителя с позиции Правил дорожного движения РФ, которые описаны в показаниях ФИО16 (т. 1 л.д. 366-369), о том, что во время движения он был ослеплен светом фар встречного автомобиля и принимал меры к полной остановке своего автомобиля, нажимая на педаль тормоза, с учетом того, что в ходе осмотра места происшествия следов торможения обнаружено не было (т. 1 л.д. 38-46)».

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 22 октября 2003 года № 385-О, решение о возобновлении прекращенного уголовного дела не может быть произвольным, а должно быть основано на требованиях уголовно-процессуального закона. При этом необходимо обеспечить защиту как интересов правосудия, прав и свобод потерпевших от преступлений, так и прав и законных интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, и считающихся невиновными до тех пор, пока их виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, в связи с чем недопустимо неоднократное возобновление прекращенного уголовного дела, в том числе по одному и тому же основанию (в частности, по причине неполноты проведенного расследования), создающее для лица, в отношении которого дело было прекращено, постоянную угрозу уголовного преследования, и тем самым - ограничения его прав и свобод.

Постановление суда первой инстанции данной правовой позиции, а также требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, не соответствует, из его содержания невозможно сделать вывод, какое юридическое значение для исследуемой по делу ситуации будет иметь «экспертная оценка», имел ли водитель ФИО16 техническую возможность предотвратить наезд на пешехода при его обнаружении с расстояния 31,8 м.

По результатам расследования следственный орган пришел к выводу о том, что наезд на пешехода произошел после ослепления водителя ФИО16 встречным транспортным средством. Доказательств, свидетельствующих об обратном, не имеется и возможности их получения отсутствуют.

Исходя из указанного обстоятельства, в ходе проведенного следственного эксперимента была определена видимость пешехода при наличии встречного транспортного средства в случае движения автомобиля, совершившего наезд, с ближним светом фар с расстояния 1,8 м, с дальним светом – 2,5 м.

Расстояние видимости пешехода 31,8 м было определено во время эксперимента при дальнем свете фар в случае отсутствия встречного транспорта, оно было использовано экспертом для определения безопасной для рассматриваемой ситуации скорости движения автомобиля при отсутствии ослепления (ответ на вопрос № 6 экспертного заключения - т. 1 л.д. 342). Техническая возможность предотвращения наезда на пешехода в случае его обнаружения на таком расстоянии при движении автомобиля с безопасной скоростью в связи с этим является очевидной, дополнительного экспертного исследования этого вопроса, либо его оценки экспертом, как указано в постановлении суда первой инстанции, не требуется.

Правильное указание в ходатайстве заместителя прокурора на то, что опасность для движения в данном случае может считаться возникшей с момента ослепления водителя встречным транспортным средством, не ставит под сомнение постановление следственного органа о прекращении уголовного дела, поскольку по результатам расследования не представилось возможным установить, каким образом и в какой момент пешеход оказался на проезжей части дороги, при этом дополнительное заключение судебно-медицинского эксперта о том, что вектор первоначальной травмирующей силы наиболее вероятно действовал спереди назад и слева направо (т. 1 л.д. 320-327) позволяет прийти к выводу о том, что ФИО8 пересекал проезжую часть дороги справа налево относительно движения автомобиля под управлением ФИО16 (либо вышел на проезжую часть в таком направлении), что не противоречит показаниям ФИО16 о том, что пешеход в свете фар его автомобиля появился внезапно на незначительном расстоянии.

Утверждение в ходатайстве заместителя прокурора о возможности определения взаимного расположения и расстояния между пешеходом и автомобилем ФИО16 в различные промежутки времени с момента предположительного выхода пешехода на проезжую часть с учетом того, что при осмотре места происшествия от 19 декабря 2017 года было установлено место наезда автомобиля на пешехода, не может быть принято во внимание, поскольку не основано на данных, зафиксированных в протоколе осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 38-53), в котором место наезда каким-либо образом не обозначено, а имеющиеся следы дорожно-транспортного происшествия в виде осколков зеркала, фрагментов фары, радиаторной решетки, бампера обнаружены на расстояниях от 0,3 до 4,2 м от края проезжей части дороги.

Указание в постановлении районного суда на «необходимость проверки действий водителя с позиции Правил дорожного движения РФ, которые описаны в показаниях ФИО16, о том, что во время движения он был ослеплен светом фар встречного автомобиля и принимал меры к полной остановке своего автомобиля, нажимая на педаль тормоза, с учетом того, что в ходе осмотра места происшествия следов торможения обнаружено не было», также не может быть признано основанием для дачи разрешения на отмену постановления органа предварительного следствия о прекращении уголовного дела.

Данное указание сформулировано таким образом, что не позволяет однозначно определить его смысл и значение для отмены постановления о прекращении уголовного дела.

Действия ФИО16, описанные им в показаниях 24 февраля 2020 года (т. 1 л.д. 366-369), а также 19 сентября 2018 года (т. 1 л.д. 218-222), исследованных в суде первой инстанции по ходатайствам сторон, в целом соответствуют требованиям п. 19.2 Правил дорожного движения.

При этом отсутствие в протоколе осмотра места происшествия данных о наличии на месте дорожно-транспортного происшествия следов торможения с учетом мокрой поверхности дороги и ночного времени осмотра не может быть признано достаточным для вывода о нарушении водителем этих требований.

Следует отметить, что последовавшая после дорожно-транспортного происшествия остановка автомобиля с учетом его расположения на проезжей части относительно следов столкновения очевидно сопровождалась торможением, следов которого также не было зафиксировано при осмотре места происшествия.

Таким образом, указанные в постановлении районного суда обстоятельства не могут расцениваться как убедительно свидетельствующие о незаконности и необоснованности постановления о прекращении уголовного дела.

Согласно материалам уголовного дела эти обстоятельства проверялись в ходе предварительного расследования, однако не повлияли на вывод следственного органа об отсутствии в действиях ФИО16 состава преступления.

При дополнительном расследовании в целях выполнения указаний заместителя прокурора, данных при отмене предыдущих постановлений о прекращении уголовного дела, были допрошены свидетели ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, специалист, имеющий квалификацию эксперта-автотехника, ФИО14, судебно-медицинский эксперт ФИО15, дополнительно допрошен ФИО16, проведены дополнительная судебно-медицинская и комплексная автотехническая экспертизы.

Принимая во внимание, что решение об отмене постановления о прекращении уголовного дела с возобновлением по нему производства не может быть произвольным, тем более в условиях, когда по делу неоднократно принимались такие решения, учитывая отсутствие, как в судебном постановлении о разрешении отмены постановления о прекращении уголовного дела, так и в ходатайстве об этом заместителя прокурора района, указания на конкретные обстоятельства, выяснение которых повлияет на оценку принятого следственным органом решения о прекращении уголовного дела как законного и обоснованного, а также мотивированного обоснования, что такие обстоятельства могут быть установлены в случае возобновления производства по уголовному делу, постановление районного суда подлежит отмене с вынесением нового решения в порядке ст. 389.23 УПК РФ об отказе в удовлетворении ходатайства о разрешении отмены постановления следователя о прекращении уголовного дела.

Руководствуясь ст.389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л :

постановление Таловского районного суда Воронежской области от 3 июня 2020 года о разрешении отмены постановления следователя Бобровского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета РФ по Воронежской области от 28 февраля 2020 года о прекращении производства по уголовному делу №, возбужденному 10 сентября 2018 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО16 состава преступления, отменить.

В удовлетворении ходатайства заместителя прокурора Таловского района Воронежской области Малыгина А.А. о разрешении отмены постановления следователя Бобровского межрайонного следственного отдела Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Воронежской области от 28 февраля 2020 года о прекращении производства по уголовному делу №, возбужденному 10 сентября 2018 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО16 состава преступления отказать.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения, оно может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Первый кассационный суд общей юрисдикции.

Судья Воронежского областного суда А.Е. Непомнящий